'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 07 июня 2019, 11:06

Т. Троянская 11 часов 6 минут, в студии Татьяна Троянская, программа «Особое мнение». Я приветствую нашу гостью — Мария Мацкевич, социолог, старший научный сотрудник Института социологии РАН. Мария, добрый день.

М. Мацкевич Добрый день.

Т. Троянская: Наши средства связи: +79312915800. Также у нас сейчас ведется видеотрансляция на нашем канале на Youtube «Эхо Москвы в СПб», заходите, набираете, присоединяетесь. Здесь можно задавать вопросы и комментировать.

Ну что — экономический форум в Петербурге. Немного ярких событий там происходит. То есть, они происходят, но, как правило, вечерами, и кулуарно. А главное мы узнаем…некоторые незначительные, а может быть, значительные детали. Вот вы мне и расскажите. Новости: Петербург потерял одну позицию в рейтинге Агентства стратегических инициатив. Впереди Калужская область, Татарстан, Тюменская область и Москва. Претензии к Петербургу в чем: каждый третий опрошенный предприниматель жаловался на административное давление проверяющих органов. Кроме того, предприниматели говорили, что на первый план сейчас выходит комфортность среды, социальный пакет и удобство жизни семьи. По поводу административного давления проверяющих органов – стоит верить? Неужели Петербург в этом смысле отличается в большей степени, чем Москва, например?

М. Мацкевич Давайте сразу скажем, что, видимо, этот рейтинг измерялся опросом предпринимателей. Это по определению субъективный показатель, как люди себя чувствуют, насколько комфортно. Но давайте представим себе последствия. Предположим, Калужская область, вы говорите, стоит выше Петербурга. Значит ли это, что предприниматели, которым не так комфортно в Петербурге, как в Калужской области, завтра из Петербурга поедут туда? Вряд ли.

Более того, даже если предположить (я не знаю, так ли это на самом деле, но если предположить), что Петербург в этом смысле выглядит хуже Москвы – означает ли это, что большинство предпринимателей не хотели бы расшириться и открыть свое дело в Москве, если бы у них была такая возможность. Вопрос, скорее, риторический. Я не знаю точного ответа, но мы понимаем, что эти рейтинги составляются для рекомендаций принятий каких-то решений, но не являются главным аргументом для принятия каких бы то ни было решений самими людьми, самими предпринимателями. Они идут туда, где больше возможностей. В этом смысле – больше давление, меньше давление характеризует только количество препятствий, которые им приходится преодолевать на пути к успеху. Собственно, только об этом этот рейтинг.

Т. Троянская В общем, ничего сенсационного на этом форуме, как, впрочем, я и говорила.

М. Мацкевич Таких рейтингов существует невероятное количество – и международных, и российских. Часть из них мы вообще не знаем, они сугубо внутренние. Но вот эти сенсации, как иногда любят такие новости рассказывать про университеты российские – «он взлетел на пятую позицию!», или на первую позицию в каком-то рейтинге – очень часто это совсем ничего не говорит, если среда не очень конкурентная, или совсем не конкурентная.

Мы, конечно, можем сказать, что Санкт-Петербургский университет лучше, чем Оксфорд по какому-то рейтингу, но мы понимаем, что студенты со всего мира будут стремиться после этого все равно не в Санкт-Петербургский университет. Кто-то приедет, конечно. И это, в случае условного выбора между Санкт-Петербургом и Москвой, Санкт-Петербургом и Казанью, Санкт-Петербургом и Загребом, будет работать в пользу Санкт-Петербурга. Но, по большому счету, все понимают: Оксфорд всё равно выше Санкт-Петербурга, какие бы рейтинги не публиковались.

Т. Троянская Ну, хорошо. Давайте вернемся к Экономическому форуму, который продолжается, и вчера в программе «Магистрат» у нас по телефону был политик Владимир Рыжков, который сказал, что т он познакомился с программой, и вообще удивительно – какие важные вещи обсуждаются на форуме. Но вот что касается экономики страны, на чем стоило бы сосредоточиться – по этому поводу никаких панелей, никаких разговоров, пресс-конференций. С другой стороны, приехало столько зарубежных гостей – может и не стоит сосредотачиваться на экономике страны, России? Как вы думаете?

М. Мацкевич Насколько я могу судить – на очень многих панелях, как бы они ни назывались – конечно, об экономике говорят. Потому что когда говорят об инвестиционном климате – а эти речи были в выступлении, выступал и глава Счетной палаты, и министр экономики, более того – они вступили в полемику по поводу того, хорош или плох, или насколько хорошо инвестиционный климат; какой прогноз экономического роста, или, наоборот, падения. Я бы не сказала, что эти вопросы вообще не обсуждаются. Формулировки и названия панелей могут быть какими угодно, но, так или иначе, вокруг этого крутится. Хотя бы потому – а что еще обсуждать на экономическом форуме, простите? Другое дело, что раньше журналистам…

Т. Троянская О проблемах Арктики можно говорить.

М. Мацкевич Для этого есть специальный форум. Но понятно, что для журналистов интересней не экономика, а  политика. И в предыдущие годы очень часто именно какие-то политические вопросы становились центром внимания для широкой публики. Понятно, что сам форум был гораздо шире этого, но был какой-то ключевой момент, вокруг которого крутилось общественное внимание. Пока прошел только один день, а сегодня – день президента, так что наверняка еще что-нибудь такое будет.

Т. Троянская Вы думаете, что-то сенсационное сегодня случится?

М. Мацкевич Может быть не сенсационное, но как только президент что-то говорит, это не может не привлечь внимание журналистов и публики. Это просто условие задачи. Поэтому что-то будет все равно сказано, и это будут цитировать. Но понятно, что политики стало меньше. А что тогда осталось? Осталась экономика, по поводу которой, конечно, существуют очень разные мнения. Собственно, мы их и видим: одни говорят, что «ничего, хорошо, а будет еще лучше», другие говорят: «нет, смотрите — всё плохо и будет еще хуже». Вообще-то за этим интересно следить, но для этого нужна некоторая квалификация.

Т. Троянская И еще о форуме. Мы немножко до эфира начали об этом говорить: некоторое время назад, когда еще форум был на Васильевском острове, в Ленэкспо, я посещала его. Прелесть форума была в том, что были доступны люди, с которыми очень сложно встретиться в жизни, и можно было у них взять комментарии. Я имею в виду – чиновники были открыты к диалогу. Сейчас, как передают мои коллеги – вчера Ира Ананина пыталась взять комментарий у Евгения Миронова, актера, и режиссера Федора Бондарчука, и они отказались давать комментарии. Когда я уточнила: «Может быть, это на «Эхо» такая реакция?» — нет, это просто нежелание отвечать. Что происходит с людьми?

М. Мацкевич Вы имеете в виду публичных людей?

Т. Троянская Конечно, публичных людей. Беглов бегал от журналистов, и брифинг, который был заявлен, отменили.

М. Мацкевич Что можно сказать? Давайте посмотрим на это в контексте. Какие у нас последние скандалы в этом году и в конце прошлого? Это высказывания чиновников и различных публичных людей, которые, за неимением других актуальных сюжетов обсуждались журналистами, в социальных сетях. Эхо доносится и до сегодняшнего дня, какие-то высказывания стали мемами – и про прожиточный минимум, что можно прожить на 3 тысячи, и про то что «вас не просили рожать». Все эти замечательные высказывания были сделаны именно в форме диалога, в форме комментария. И, прямо скажем, карьера людей, которые отметились такими высказываниями, сложилась не самым удачным образом после этого.

По большому счету, они не сказали ничего, что так или иначе не звучало бы раньше. Но раньше это звучало в общем потоке высказываний, часть из которых была вполне безумна, и какое высказывание их этого будет выхвачено – было довольно непредсказуемо. Сейчас все стало гораздо строже, и в такой обстановке стараются людей не очень раздражать. Любое неудачное высказывание может быть растиражировано.

Опять же, в условиях отсутствия серьезной политической дискуссии любая мелочь, любое неудачное слово вырастает до масштабов горы, и вокруг этого крутятся серьезные баталии, как будто решается судьба мира, не иначе. Или от высказывания какого-то не очень значительного чиновника или деятеля искусства завтра у нас судьба страны повернется либо в одну сторону, либо в другую. Конечно, они не хотят оказаться в такой ситуации. Тем более что это старая история, все они всегда говорят: «За нами люди!». За нами театр, коллектив, завод, регион – неважно что. За спиной всегда что-то. Конечно, если они понимают, что это может кончиться не очень хорошо, даже если они просто что-то неудачно скажут, неловко, и в контекст не тот попадет – ну зачем?

Т. Троянская То есть, что журналист в какой-то момент может спровоцировать, и он скажет, что он думает на самом деле?

М. Мацкевич Как вам сказать… Я так понимаю – вопрос в том, действительно ли они так плохо думают об окружающих? Я думаю, что нет. Думаю, что в значительно степени это очень часто проявление какого-то общего нервного фона, нервной атмосферы, в которой они существуют, поэтому они срываются. Другое дело, что от публичных людей требуется, чтобы они НЕ срывались. Но это им не всегда удается, и во избежание, они стараются молчать.

Т. Троянская Вы считаете, что раньше тоже такое было — они морозили такую чушь, и никто не замечал? Мне кажется, как раз чуши больше стало, то, что у них вырываться стало как раз – шелупонь, и все эти слова…Их раньше же не было! Или мы просто не обращали внимания на это?

М. Мацкевич Конечно, субъективно кажется, что этого было меньше. Но не то чтобы этого не было. Если мы помним, еще во времена губернаторства Валентины Матвиенко был такой чиновник из бизнеса, который в кулуарах одного из городских телеканалов что-то такое сказал про людей и журналистов, которые задают ему вопросы.

Т. Троянская Бастрыкин, по-моему.

М. Мацкевич Я не помню. Какой-то региональный чиновник. И после этого он перестал быть чиновником. Понятно, что и раньше вырывалось, но в отсутствие серьезных разговоров и дискуссий такие мелочи выходят на первый план. Раньше такого – еще раз повторю, кажется, что было меньше. Может быть, это просто аберрация, потому что раньше мы обсуждали какие-то более существенные вещи, и было больше поводов для серьезных разговоров. На этом фоне какая-то мелкая чушь или неудачно сказанное слово не выглядели столь значительными. Сейчас, во-первых, всё обострено; поводов меньше, политика вообще ушла куда-то вдаль, скажем так; и на этом фоне все обсуждают – что сказал этот, куда взглянул тот, как расселись… Это возвращает нас к старым временам, в каком порядке встали на Мавзолее.

Т. Троянская Но все-таки это публичные люди. Я сейчас даже не о Миронове и Бондарчуке, сейчас я хочу про Беглова поговорить, тем более разговор о нем у нас будет долгий. С ним не получается говорить, а о нем только. Человек, который метит в губернаторы – почему он отказывается общаться? Я, конечно, понимаю его личные какие-то желания, но это же невозможно!

М. Мацкевич Давайте вспомним наших предыдущих губернаторов. Понимаю, что может быть, не все уже радиослушатели помнят, но в 1996 году, когда были дебаты между Собчаком и Яковлевым — понятно, на чьей стороне были все риторические преимущества. Тем не менее, кто в итоге выиграл, и за кого проголосовали избиратели, мы тоже помним. Так что нужно понимать, что это явно не самое основное свойство, на которое ориентируются избиратели при принятии решения.

Конечно, для публичного человека, который баллотируется в демократической системе, умение говорить, пусть даже не обязательно красиво, но вызывать доверие избирателей именно своими речами – очень важное свойство. А в нынешней ситуации мы понимаем, что это не такая большая проблема с точки зрения того, каковы электоральные перспективы у кандидата. И, честно говоря, если вспомнить нашего предыдущего губернатора, то не так уж много интервью он дал за время своего губернаторства.

Т. Троянская Согласна, да. Но выбрали его как-то очень спешно. Я не помню даже ту предвыборную кампанию. Сейчас же, мне кажется, очень много шума вокруг. Или тогда тоже был? Пытаюсь вспомнить, как выбирали Полтавченко…Да. Были кандидаты-спойлеры и прочее, но настолько плохо не было тогда.

М. Мацкевич Видите ли, сейчас, когда спрашивают: «Какой был лучший постсоветский руководитель города?», коллеги утверждают, что данные именно таковы…Как вы думаете, кого называют лучшим руководителем? Кого?

Т. Троянская Полтавченко. В смысле… вы имеете в виду?

М. Мацкевич Вот если горожан спрашивают: «Кто был лучшим руководителем города в постсоветский период?» Из всех?

Т. Троянская Кто-то вспоминает Матвиенко, например.

М. Мацкевич Не кто-то, а большинство из тех, кто вообще кого-то вспоминает – вспоминают Матвиенко.

Т. Троянская Но сейчас уже некоторые вспоминают и Полтавченко!

М. Мацкевич Понятно, что некоторые вспоминают и Полтавченко, но пока больше голосов набирает Матвиенко.

Т. Троянская Согласна.

М. Мацкевич При том мы помним, как уходила Валентина Ивановна, была такая же зима, как вот эта, были сосульки, неубранный город, волна возмущения. И уходила она в не лучшем настроении, наверное. И что мы видим сейчас? Все это забыто, все благополучно в отношении к Валентине Ивановне. Все, что было раньше, подернуто дымкой ностальгии, и кажется, что раньше-то было лучше.

Т. Троянская Было лучше, да.

М. Мацкевич Так что мы не знаем, что еще будет.

Т. Троянская Мария, смотрите, наши слушатели, помимо Матвиенко вспоминают Щелканова, Собчака и даже Романова. Романов был разве в постсоветское время?

М. Мацкевич Нет, это советское время, конечно.

Т. Троянская Конечно, Валентина Ивановна была яркой женщиной, и мне кажется, что ее сложно забыть. Но, действительно, что-то происходило. Мы же не знаем, что может быть хуже, поэтому ругаем. А потом появляется человек, и он значительно хуже. Поэтому, когда сейчас Беглов появился, то, сравнивая с Полтавченко, мы понимаем, что Полтавченко был милейший.

М. Мацкевич Поймите: как правило, люди – если мы говорим об избирателях – очень плохо знают, каков Полтавченко, или Беглов, или Матвиенко лично. Они видят публичный образ. Но даже этот публичный образ говорит им меньше, чем ситуация в городе. Если город не убран, то это не лучшим образом сказывается на рейтинге. Просто даже если зима холодная, трубы лопаются, то хорош губернатор или плох — на его рейтинге это будет сказываться плохо. В этом смысле люди не говорят, что это плохой человек или он плохо говорит, и поэтому мы не будем за него голосовать.

Судят по тому, какая обстановка в городе. Именно поэтому в период избирательной кампании мы слышим, сколько обещают городу: и станции метро, и высокоскоростную магистраль – обещаний раздается много. Именно потому, что понимают: люди оценивают не личность, а то, что происходит в городе.

Т. Троянская Сейчас происходит вот что: собираются голоса для того, чтобы самовыдвиженец Беглов смог стать полноценным кандидатом в губернаторы, и вчера уже появлялись видео, аудиозаписи. В частности, в  Невском районе, Высшая юридическая, по-моему, школа – у Навального появилось это видео – как убеждают подписать за Беглова. У меня подруга работает в сфере образования, им тоже пришла разнарядка: у них 90 сотрудников, нужно 100 голосов. Как их набрать, руководитель отдела должен сообразить, иначе будет плохо руководителю отдела. Думаю, многие наши слушатели могут прислать свои примеры. Что с этим делать?

М. Мацкевич Прежде всего, мы должны понимать, что это на любых выборах, где происходит сбор подписей за кандидата от власти. Примерно такие же истории рассказывают в самых разных регионах, это не специфика Петербурга. Даже когда у нас были президентские выборы – тоже рассказывали, как куда-то, в какие-то организации приходила разнарядка: «Собираем подписи за выдвижение в президенты». Но мне больше кажется, что это от большого недоверия к гражданам. Потому что ведь нет сомнения, что если это поставить задачей не формально, а творчески, то люди подпишутся.

Т. Троянская Что, правда?

М. Мацкевич Ну а почему нет?

Т. Троянская Соберет нужное количество голосов?

М. Мацкевич Практически любой кандидат, у которого есть достаточно ресурсов для этого. Просто здесь решают задачу путем наименьшего сопротивления, это ведь проще чем потратить какие-то деньги на реальный сбор подписей. Это довольно сложно, любой независимый кандидат вам расскажет, насколько это невероятно трудоемко. И мы, как организаторы поквартирных опросов знаем, как сложно вообще получить у людей согласие на контакт. Это трудно, это долго, но это безусловно возможно. Конечно, проще приказать и получить эту подпись гарантированно, не потратив на это ни копейки. Так проще, но это не значит, что это невозможно иным способом, просто это будет дольше, сложнее. Ну почему нет? У нас пятимиллионный город, подписей хватит на всех. Вот совсем на всех кандидатов.

Т. Троянская Может, кто-то не захочет подписываться.

М. Мацкевич Конечно, не захочет. Так в том-то все и дело – не захочет этот, но каждый десятый, каждый двадцатый – количество подписей, конечно, очень большое, но в пятимиллионном городе его получить можно. Просто это действительно будет большая сложная работа, на это надо отрядить большое количество людей, потратить немало денег. Зачем? Если можно приказать и получить это даром.

Т. Троянская Как вам кажется – когда Беглов принесет свои подписи? Просто все смеялись, что Беглов уже собрал и принесет чуть ли не после того, как зарегистрируется. Однако вот видите — собираются действительно подписи. Не мытьем так катаньем, но тем не менее собираются.

М. Мацкевич Мы конечно понимаем, что очень часто объявляется о том, что это случилось несколько с опозданием, задним число. Почему это делается? Это как со знаменитым – во всяком случае, для профессионалов, имеющих отношении к социологии – случаем, когда был объявлен тендер, чтобы было несколько миллионов порошенных в течение двух недель в городе. Понятно, что это нереально и выигрывают такой тендер люди, которые уже провели какие-то опросы, и могут представить те данные, которые у них уже есть. Здесь, скорее всего, будет выбран психологически правильный момент, а подписи, скорее всего, уже есть.

Т. Троянская Еще также подписи собирает Амосов, и подписи муниципалов собирает Борис Лазаревич Вишневский. Здесь, по отношению к последнему, у вас есть вера в чудо?

М. Мацкевич Статистически это кажется очень трудно решаемой задачей. Мы должны понимать, что это подписи муниципальных депутатов, а подавляющее их большинство в Петербурге либо были выдвинуты, либо просто являются членами «Единой России». Значит, без санкции «Единой России» эти подписи собрать нельзя. В данном случае, я так понимаю, что чудом вы называете решение «Единой России» дать подписи Борису Лазаревичу?

Т. Троянская Да. Ну, или определенные, может быть, договоренности.

М. Мацкевич Это решение лежит за пределами моей компетенции. Я не знаю.

Т. Троянская А Амосов? Как вам кажется, он будет в тех списках? Потому что есть какие-то непроверенные данные, что, якобы Амосов договорился, и он будет в том самом бюллетене, который мы увидим 8 числа.

М. Мацкевич Слухи – это поразительно. В отсутствие публичной доступной информации мы питаемся слухами. Ситуация, конечно, явно странная для такого города, как Петербург. Я не устаю повторять, что от того, что мы обсуждаем слухи – мы сами себя перестаем уважать. Что значит – то ли есть Амосов в списке, то ли нет? Довольно быстро мы уже узнаем наверняка.

Т. Троянская Хорошо, будем ждать конца июня, когда все кандидаты уже точно определятся. Сейчас мы передадим слово московским коллегам, а потом поговорим о Миллере, которого тоже кто-то пророчил в кандидаты в губернаторы Петербурга.

НОВОСТИ

ЗАСТАВКА

Т. Троянская 11 часов 34 минуты, Мария Мацкевич, социолог, старший научный сотрудник Института социологии РАН у нас в студии, и мы возвращаемся к нашим кандидатам. Но сейчас пока не о кандидате, а об Алексее Миллере. На прошлом неделе говорили о том, что будет Совет директоров «Газпрома», в ходе которого Миллер покинет свой пост. И далее уже предсказывали, что он может выдвинуть свою кандидатуру на пост губернатора Санкт-Петербурга.

Правда, вчера вечером председатель Совета директоров «Газпрома» Виктор Зубков объяснил журналистам, что это неправда. Дело в том, что Миллер – эффективный руководитель и некем его заменить в «Газпроме», поэтому не будет он кандидатом в губернаторы. Исходя из его комментария, можно это понять. На ваш взгляд, Миллер – это тот кандидат, который имел бы шансы и мог составить реальную конкуренцию Беглову? Поскольку очень многие мои знакомые сказали, что это было бы хорошо, поскольку Миллер, конечно же, лучше Беглова.

М. Мацкевич Я совершенно не могу судить об этом. Но что очевидно: последние несколько месяцев, вскоре после Нового года, в Петербурге явно плелись многочисленные интриги, жертвами которых становилась политически ангажированная публика. Разными способами, через разные информационные каналы постоянно были так называемые «сливы». Про то, что кандидатом от власти – а понятно, что кандидатом от власти может быть только один человек, не может быть несколько; от оппозиции может быть сколько угодно, сколько зарегистрируют, но вот от власти будет один, это стандартная схема, которую используется на всех выборах и мы пока не видим нарушения этой закономерности – будет другой человек, не тот, который сейчас исполняет обязанности.

Эти слухи то затихали, то возобновлялись, шли через разные канала; делали репосты самые разные влиятельные информационные ресурсы; увлекались конспирологией подавляющее большинство журналистов. Причем было совершенно четкое ощущение, что нас используют. Вот эта аудитория, которая делает репосты одного-другого-третьего – это способы манипуляции принятием решений. Субъекта этих решений мы не знаем, какие именно решения принимались – мы тоже не знаем. Но ощущение того, что нас используют, как пехоту, в каких-то непонятных нам боевых действиях – точно было.

С самого начала это казалось исключительно интригами, что там происходит под ковром – мы не знаем; и способов узнать у нас нет никаких. Потому что никакие инсайды не являются окончательными, на каждый инсайд найдется другой, который скажет: «Нет-нет! В действительности всё не так, как на самом деле!» Поэтому способа узнать, как оно там устроено, как принимаются решения, у нас нет. Остается наблюдать что-то, что спускается с неба в качестве уже окончательного решения. И в этом смысле никаких сюрпризов.

Если не знать всей этой интриги, если не быть политически ангажированным человеком, читающим политические каналы в Telegram, Facebook-аккаунты политических журналистов или действующих политиков – вот если всего этого не читать, как обычный избиратель – он даже не узнает, что вокруг этого были какие-то интриги. Вот как был временно исполняющий обязанности, так он выдвинулся – и всё логично. Ничего вокруг этого не было для обычного избирателя, никаких альтернатив. В этом смысле всё выглядит вполне так, как ожидалось с самого начала. Если не знать, что были какие-то намерения. А может быть, их и не было. Опять же – это всё какая-то странная реальность, в которой на поверхности только пена, а что внутри – мы не знаем.

Т. Троянская Мы не будем гадать – будут ли сюрпризы или нет?

М. Мацкевич Крайне не похоже, что они будут.

Т. Троянская Предполагаемый список кандидатов известен: это Бортко, Беглов, Капитанов, Тихонова, Амосов, скорее всего, Борис Лазаревич Вишневский под вопросом. Остальных, я думаю, нет смысла называть. Умное голосование, о котором говорил Алексей Навальный – вот в таком раскладе вы знаете, за кого будете голосовать?

М. Мацкевич Нет. Во-первых, мы не знаем окончательного списка. Это пока только приблизительно, наши наметки. Кого зарегистрируют – мы тоже не знаем. Ну, выдвиженцев от партий, конечно, зарегистрируют. Но вообще эта тактика так называемого «умного голосования» далеко не всегда срабатывает. Мы знаем, что это, скорее, психологический механизм, чем принятие реального политического решения. Потому что это не стратегическое, а именно тактическое решение, приносящее исключительно моральное удовлетворение.

Потому что после того, как пройдут выборы – начинается работа. И вот здесь человек, который пришел без какой-то команды и поддержки встает перед вопросом: как он может менять систему? Это было даже и в нашем городе. Если вспомнить первые постсоветские годы: Щелканов, которого мы уже сегодня вспоминали, оставил довольно много свидетельств того, с какими трудностями он сталкивался, придя в систему, будучи абсолютно чужим.

Мы это видим на примере некоторых избранных на волне протестов в разных регионах губернаторов или мэров городов. Мы видим, что либо они становились частью системы, либо их вытесняли. В лучшем случае их просто вытесняли, в худшем – они оказывались за решеткой. Поэтому умное голосование – не умное голосование — мы понимаем, что это исключительно наши психологические радости.

Я знаю, что есть дискуссии по этому поводу. Многие утверждают, что это все равно очень важно, именно психологически дать жителям понять, что они не одиноки. Потому что важно понимать, что ты не один так думаешь, а таких, как ты – много. И на следующем этапе это может привести к каким-то политическим действиям. Потому что голосование, это, конечно, действие, но самое простое. А к более существенным действиям гражданского толка… Теоретически такое возможно. Но в виде голосования на данных выборах, честно говоря, я в такой эффект не очень верю.

Т. Троянская Некоторые эксперты считают, что из всех нынешних кандидатов Владимир Бортко имеет более-менее реальные шансы. Я вчера слушала «Особое мнение» экономиста Дмитрия Травина, который сказал, что ни за что не пойдет голосовать за Бортко, учитывая эту историю, как коммунист… в какой это области…с памятником…

М. Мацкевич В Новосибирске.

Т. Троянская Да, в Новосибирске. Памятник Сталину решил поставить. И он сказал, что это может привести в итоге к подобному. Лучше уж пусть Беглов, чем условные коммунисты, Бортко.

М. Мацкевич По-разному эти вопросы решаются. Например, когда в Иркутске выбирали мэра города, примерно перед подобным выбором стояла интеллигенция. Потому что там был кандидат от власти и был кандидат от Коммунистической партии, про которого было известно, что он сталинист. А в Иркутске на тот момент была довольно существенная фронда, и вот как – они проголосуют за кандидата от власти, за которым шлейф тоже не очень хороший тянулся или за коммуниста, про которого известно, что он сталинист, но он в оппозиции. Они проголосовали за коммуниста. Так что прецеденты принятия подобных решений были. Нельзя сказать, что после этого… Ни сталинистские настроения не возобладали в политике города, в том числе мемориальной, ни оппозиционные. Ни те, кто голосовал за него, как за сталиниста, ни те, кто голосовал, как за оппозицию, большого удовлетворения от этого не получили.

Т. Троянская Так что пока не будем предсказывать?

М. Мацкевич Скорее всего, пока это выглядит так, что просто явка на губернаторских выборах будет довольно низкой. Ее, конечно, будут пытаться поднять какими-то административными способами, но, если предположить, что они применяться не будут, то базовая планка будет очень низкой.

Т. Троянская Мария, мы говорили не раз о сборе денег на соцопрос, ведущие социологи нашей страны объявили это. В каком состоянии сейчас сбор и где можно…?

М. Мацкевич Спасибо «Эхо Москвы», я уже не первый раз пользуюсь этой возможностью, рассказать о том, что на сайте planeta.ru есть проект «Открытое мнение — Санкт-Петербург», и там собираются деньги на исследования, абсолютно открытые и независимые. Что значит «мы собираем деньги»? Это значит, что у нас нет заказчика, мы не получаем деньги ни от какой организации или партии, а исключительно от заинтересованных граждан. «Открытое мнение» можно посмотреть на сайте, который так и называется. Это не организация, это объединения профессиональных социологов со всей страны. Мы с 2012 года примерно раз или два в год собираемся вместе, исключительно на добровольной основе, для того, чтобы сделать проект в каком-то регионе или в стране в целом. Часто это связано с выборами, хотя необязательно.

И в Петербурге, учитывая вот эту проблемную ситуацию – слухов много, а реальных данных нет. Вернее, они есть, но, как правило, очень отрывочны, часто с непрозрачной методикой, вбрасываются в публику, скорее, в качестве слуха, чем в качестве надежной информации. Или это будет, например, Петербург в ряду еще многих регионов, в которых тоже будут выборы. А исследований, которые бы делались в Петербурге, для петербуржцев, широко и открыто публиковались, были в открытом доступе — не только одна цифра, а комплекс данных о том, почему люди выбирают тех или иных кандидатов, что от них хотят, каким видят, если так можно выразиться, идеального градоначальника – вот этих данных нет совсем.

И мы, пользуясь тем, что за нами репутация, какая-то история с 2012 года, именно таких независимых исследований, и это не юридическое лицо, это именно содружество профессионалов из очень разных организаций со всей страны, полагаем, что производство общедоступной информации о гражданах есть производство, если так можно сказать, общего блага. Это общее достояние. И мы бы очень хотели, чтобы граждане, жители Петербурга, хотя бы символически, пусть даже от 100 рублей  — вносили какой-то вклад на это исследование. Потому что пока на сайте planeta.ru проект «Открытое мнение — Санкт-Петербург» собирает не очень много средств именно от петербуржцев.

Т. Троянская Да, я посмотрела – 5 % вообще средств собрано пока, 54 дня осталось.

М. Мацкевич Дело в том, что среди этих собранных денег не так много от петербуржцев. Это довольно обидно, потому что получается, что люди в стране понимают, как важно «Открытое мнение» в Петербурге, а хотелось бы, чтобы жители города присоединились.

Т. Троянская Призываю всех найти на planeta.ru проект «Открытое мнение. Санкт-Петербург», это сделать очень несложно. Мария Мацкевич, социолог, была у нас сегодня в студии. Спасибо.

М. Мацкевич Спасибо.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире