'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 30 мая 2019, 17:08

О. Журавлева Добрый вечер. У нас в гостях долгожданный гость – Виктор Шендерович, писатель, публицист.

В. Шендерович Добрый вечер.

О. Журавлева Здравствуйте.

В. Шендерович Здрасьте.

О. Журавлева В Ютубе уже выставлено 400 лайков, вам придется отрабатывать. Никуда не денемся.

В. Шендерович Или уйти, чтобы не портить впечатление.

О. Журавлева Я хотела с вами поговорить о том, считаете ли вы надпись: «Путин – вор» — оскорбительной?

В. Шендерович Ответ напрашивается. Это констатация факта. Чего тут…

О. Журавлева А вот Песков так не думает. Считает, что очень оскорбительно.

В. Шендерович Поэтому я не работаю в Кремле, а он не публицист.

О. Журавлева Тем не менее, история с судом Татарстана, который отменил штраф за вывешенный баннер с этой самой надписью. Там комические приключения. Потому что тогда закона не было еще об оскорблении власти. И надо было что-то делать. В результате был вариант — нарушение правил благоустройства города. Но суд высшей инстанции счел, что к благоустройству эта надпись не относится.

В. Шендерович В качестве дизайна это было бы забавно ввести в норматив.

О. Журавлева Не имеет признаков средства наружной информации.

В. Шендерович Информации никакой, повторяю. Это все банальные вещи. Давно известные. Ничего нового он не написал. А вот то, что это можно по линии дизайна пустить – это интересная мысль. Ну дома можно строить этими буквами, чтобы с вертолетов было видно. Ну не знаю, то есть…

О. Журавлева Войска.

В. Шендерович Войска так выстраивать. Это любопытная идея. Такое современное искусство.

О. Журавлева Тем не менее, когда задали вопрос Пескову по поводу того, а кто вообще решает, что оскорбительно, что нет, он сказал, что его по личному мнению это очень оскорбительно.

В.Шендерович: Закон об оскорблении, вот от водометов до законов – они окапываются

В. Шендерович Так вот проблема в том, прости, что перебиваю, что нас тут интересует чье-то мнение, а не Конституция. Какая-то там поправка как у скучных американцев. Основная поправка. Вот и всё. Если слово не призывает непосредственно к насильственным действиям, было несколько прецедентов в Верховном суде Америки, если слово непосредственно призывает, если я призываю повесить вот этого человека, не вообще черных, заметь. А вот этого человека. Тут заканчивается свобода слова. Это призыв к расправе непосредственный. Если я выражаю свое мнение, расистское, либеральное, какое угодно, я сейчас про американскую Конституцию, то это мое личное дело. А дальше личное дело тех людей, с которыми общаюсь, подавать мне руку, не подавать. Пускать меня на порог той или другой редакции. Или того и другого дома. Это уже общественная реакция. Это другой вопрос. Вот эти вещи надо развести. Вот и всё. Иначе мы в заложниках у личного мнения того и другого господина. А дальше я без перерыва цитирую Станислава Ежи Леца: сатира никогда не пройдет по конкурсу, ее объекты сидят в жюри. Как вор согласится с тем, что он вор. Ну, странно, что же мы у него спрашиваем. Здесь ловушка, причем ловушка сознательно выстроенная. Ловушка логическая. Если исходить из интересов общества. То ловушка. Если исходить из их интересов – они окапываются.

О. Журавлева Этот закон об оскорблении…

В. Шендерович Они окапываются. Закон об оскорблении, вот от водометов до законов – они окапываются. Если одним словом, глаголом определить то, что они делают последние годы, с 12-го года, в 11-м еще были какие-то, на последнем медведевском вздыхании были какие-то либерализационные разговоры. О каком-то транзите власти, о каких-то условиях выхода на цыпочках. О том, что можно как-то договориться с обществом, чтобы. Ну и так далее. С 12-го года, с 6 мая 2012 года и уж тем более с марта 2014-го они только окапываются. Вот этим одним глаголом описывается все, что происходит с их стороны.

О. Журавлева Это успешно происходит?

В. Шендерович Тактически успешно. Все время цитирую цыганский анекдот про лошадь, которую учили не есть. Две недели почти не ела, почти научилась. Только потом сдохла. Это очень успешно происходит. У Мубарака – 30 лет, у Каддафи — 42 года. Это происходит очень успешно. Потом в одночасье это заканчивается как у Мубарака или как у Каддафи. Вот и все. А тактически, да, Каддафи 42 года одерживал победы.

О. Журавлева А разве в этой конкретной истории с судом Татарстана нет какой-то фронды?

В. Шендерович Там есть. Это другая тема. История –многожильный провод. Я все время разных хороших людей цитирую. Трифонов. Я не знаю подробностей именно этой истории из Татарстана, но поскольку это Татарстан, могу вспомнить, как в какой-то момент, когда нам друг Эрдоган нож в спину сунул, как вы помните. И мы какое-то время короткое, мы все время меняем врагов главных и назначили, был главным врагом Эрдоган после самолета и так далее. После погибшего летчика. Я помню очень хорошо, как власти Татарстана выступили с таким заявлением, что мы, в общем, хорошо к туркам относимся. Как бы это не наша… То есть РФ враждует с Эрдоганом, а Татарстан – как-то нет. Татарстан как-то сказал: знаете, это наши братья и вообще. Это расползается потихонечку. Ниточки-то гнилые, я все цитирую сейчас. Это уже Горький из пьесы «На дне». Ниточки-то гнилые. Татарстан чем пришит-то к РФ. Только тем, что вокруг него другая РФ. А так, в общем, как только эта лапа разожмется, как 30 лет назад на прошлом витке разжалась лапа, нерушимый Советский Союз, помнишь, был. Потом вдруг выясняется: опа, — в полгода, никакого нерушимого Советского Союза. Где эти, где другие, где третьи. Лапа разжалась железная. Силы кончились. Топливо кончилось. Всё. А ничего другого-то нет. В американских Штатах, я все время отсчитываю от здравого смысла, там Алабаму и Вермонт какой-то и Калифорнию и какую-нибудь Монтану совершенно разные по социальному устройству, составу, цвету, языку, религии. Языку в том числе. Луизиана – по-французски, эти по-английски. Типа испанский в Техасе. Три языка как минимум. Основных. Но их объединяет здравый смысл, потому что власть они выбирают себе сами. Делегируют в… Коламбии небольшую порцию федеральной власти. А так, в общем, они живут среди власти, которую выбрали. Налогов, которые сами собирают и сами платят и сами контролируют. А чего бы им ни быть Алабаме и Калифорнии в одном государстве. Ничего плохого. У нас-то, мы же переняли от татаро-монгол в данном случае, не про Шаймиева, я про более древние прецеденты. Мы от татаро-монгол переняли политическую систему. Просто мы обходимся без Батыя. Своими силами. Просто ставка Золотой орды в Москве. Просто ярлык на княжение присылается и время от времени налетают, если там сопротивление, то выжигают города. Как на Дальнем Востоке, просто выжигают. В политическом смысле, по крайней мере. А то и не в политическом. А то и ОМОН могут прислать из другого субъекта.

В.Шендерович: Мы от татаро-монгол переняли политическую систему. Просто ставка Золотой орды в Москве

О. Журавлева Об этом мы тоже, кстати, должны поговорить.

В. Шендерович Так вот по уму-то не получается, поэтому держит только сила. Сила закончится – не будет Татарстана никакого.

О. Журавлева Мы заговорили о некой фронде, которая где-то существует. Есть много разных точек, и национальные, и религиозные.

В. Шендерович И персональные. Корпоративные.

О. Журавлева И вот Илья спрашивает: как вам кажется, истории в Екатеринбурге, Архангельске и так далее закончены или будет продолжение?

В. Шендерович Я не знаю конкретно в этих историях, как каждый из этих сюжетов закончится. Но то, что это симптоматика, раздражение, которое выходит уже наружу, раздражение уже не булькающего внутри, а выходящего наружу. Уже не глухого раздражения, уже ясного раздражения. Это совершенно очевидно. Тут есть две темы. Раздражение снизу и фронда. Это разные вещи. Волоколамск, Архангельск, Шиес. Екатеринбургский сквер. С храмом. Это в сущности, чем отличается от протестов 11-12 годов. Мы выходили за честные выборы, это был протест интеллектуальный.

О. Журавлева И политический.

В. Шендерович Политический и этический. Здесь как сказано в книге Иова: до кости дошло. Это, в сущности, дарвинизм. Люди борются просто за жизнь. В Архангельске. Многократно увеличенная просто онкология детская. Я там был недавно. Мне говорили.

О. Журавлева А в Шиесе были?

В. Шендерович Нет, я там не был. Но я догадываюсь, можно предположить, что покажут замеры любые объективные. В Архангельске, куда везут свалку с Москвы, там экология такая, что они говорят онкология просто типовой диагноз для Архангельской области. Люди борются не за честные выборы уже. Это не профессор Левонтина и академик Васильев, с которым рядом сидел в автозаке. Где на всей площади Сахарова не было ни одного человека без высшего образования. А это уже борьба за жизнь, ребята. Просто народ, к сожалению, у нас исторически отставший, не отсталый, но отставший не понимает прямой связи между честными выборами и тем, что будешь задыхаться и твои дети будут умирать от онкологии. Они не видят разницы. Эту разницу надо объяснять. Для того чтобы ее объяснять — нужны СМИ. Поэтому первое, что сделал Путин – это уничтожил свободные СМИ. Большие. Чтобы некому было объяснить, что на площадь Сахарова выходят…

О. Журавлева Проспект.

В.Шендерович: Народ не понимает прямой связи между честными выборами и тем, что будешь задыхаться

В. Шендерович Проспект Сахарова. Или Болотную. Выходят, что тебе надо присоединиться для себя. Для своих детей. Что честные выборы нужны, чтобы потом не задыхаться. Что это связанные вещи. Сейчас мы видим, ведь Волоколамск, Шиес, Архангельск, они же не объединяются между собой. И нет партий, которые их могут между собой объединить. Потому что у нас нет партий. У нас нет партий. У нас есть несколько приличных симпатичных людей, пытающихся пробиться снизу…

О. Журавлева Они не могут зарегистрировать…

В. Шендерович Да. И есть Навальный, который уже явочным порядком организовал эту сеть, но как политик он…

О. Журавлева В регистрации тоже…

В. Шендерович В регистрации девятый раз отказывают. Значит, бьются снизу головой. В этот бетон. И это значит протест, я рассказываю вещи из 6-го класса средней школы по физике. Энергия, не имея выхода в эти шестеренки, она разрывает где-то в слабом месте.

О. Журавлева А почему слабым оказалось именно строительство храма в сквере. Это же не вопрос выживания.

В. Шендерович Почему-то достали. Достали. Это описывается глаголом – достали. Он многоплановый. Там дальше можно загибать пальцы, чем именно достали. Глобально, конечно, очевидно – достали. И мы видим, это замечательный наш коллега, по-моему, Кирилл Рогов назвал «бунт коллаборантов». История с «Коммерсантом», Дибров вдруг вышел…

О. Журавлева Не захотел читать текст.

В. Шендерович Вдруг вышел Дибров просто невероятная отвага. Последний раз такая отвага у него была ровно 20 лет назад, когда уничтожали НТВ. Потом он тихо пошел, договорился о новом месте работы. Прямо с митинга со свечкой. А тут вдруг проперло. Можно было бы спросить: чего вдруг сейчас. Столько лет гражданское мужество и неприязнь к ворам. Почему так долго терпел. Но мы сейчас не про Диброва. Мы сейчас про страну. В которой совершенно очевидна симптоматика. Пчелы что-то подозревают. Это касается и Татарстана, и Диброва. И коллаборантов бывших из «Коммерсанта». Вдруг выясняется, что совсем ниточки гнилые. И что люди начинают догадываться, что может быть это не насовсем. И что может быть когда-то будет что-то другое и к этому другому нужно сменить одежки. Немножко переодеться чуть-чуть.

О. Журавлева Переобуться это называется.

В. Шендерович Переобуться в воздухе — это уже когда в воздухе. Чтобы пока не взлетело на воздух, заранее заблаговременно. Вы подождите…

О. Журавлева И вот это и есть та самая фронда.

В. Шендерович Да.

О. Журавлева Тихая.

В.Шендерович: Это был последний, 2005-06 год, когда можно было уважать Путина и при этом считаться приличным человеком

В. Шендерович Тихая или громкая. Артистичная как у Диброва или номенклатурная как в Татарстане. И так далее. Но совершенно очевидно, что не просто ничего не держит, а уже нет даже возможности притворяться. Тут какая важная вещь. Ведь что было непонятно с тем же Путиным в пятом году, в шестом году. Когда разгоняли Марш несогласных. Девять тысяч ОМОНа на три тысячи демонстрантов. Когда первая кровь пролилась в Москве, когда кроили головы дубинками. Это было в шестом году. Что было непонятно про эту, тогда я впервые употребил слово «хунта». Ну, потому что надо называть вещи своими именами. Хотя бы по-испански. Хунта. Они захватили власть и не уходят. Всё. Точка. Все остальное уже подробности. Что тогда еще в пятом году это был последний, наверное, пятый-шестой год, когда можно было уважать Путина и любить Путина и быть при этом приличным человеком. Или хотя бы считаться приличным человеком. Вот что важно. Даже необязательно быть. Но считаться. Можно было сделать вид, что ты по каким-то высшим государственным нравственным соображениям патриотическим за Путина. При всем том: с одной стороны, с другой стороны, кто, если не он. Но сейчас уже мы полностью вернулись к советскому треугольнику. Из анекдота. Что нельзя быть честным, умным и партийным. Это был советских времен анекдот. Один угол пустой. Либо ты честный и умный, но ты не партийный, либо ты честный и партийный, но ты не умный. Либо ты партийный и умный, но ты не честный. Невозможно. И вот сейчас мы пришли точно к этому. Уже невозможно сделать даже вид. Что ты, вот публично, если ты выражаешь свою любовь и поддержку Путину, то ты либо негодяй, либо дурак. Уже просто нет третьего варианта. Ну, нету. Либо ты действительно дурак. Ну, совсем дурак. Тогда это обстоятельство, требующее снисхождения. Либо ты негодяй, который… Но штука в том, что уже нельзя даже делать вид. Не получается. Слишком все очевидно. И те, кто не завяз совсем, там есть люди, которым поздно соскакивать, но они просто связаны одной цепью. Они пойдут по одной статье и сядут рядом.

О. Журавлева Вы такой оптимист.

В. Шендерович Нет. Если доживут. Почему оптимист? Если мы доживем, я в принципе говорю. Им некуда деваться из этого. А есть такие промежуточные варианты типа Диброва. 20 лет как ни в чем не бывало телезвезда федеральная.

О. Журавлева Но он не вел политические шоу.

В. Шендерович Гражданскую позицию свою он как-то ничем не проявлял. Поводы были. Не будем загибать пальцы.

О. Журавлева А без этого никак нельзя.

В. Шендерович Секундочку. Но если вдруг выясняется…

О. Журавлева Что была там гражданская позиция.

В. Шендерович Такая, вот мы видим такой объем гражданской позиции, такой отчаянной смелости человек, опять вспомним, что он с Дона. Что казаки, опять вспомним, он тогда 20 лет назад говорил: «Мы донские». Потом как-то это тихо забылось. Про донские. Тихонечко ушел в звезды. Нормально. Личный выбор. Но сейчас, обратите внимание, снова возвращается. Симптоматика. Пчелы что-то подозревают. И это слишком очевидно. Как мне кажется.

О. Журавлева Есть не очевидные вещи. В Кремле рассчитывают, что эксперты в сфере статистики смогут проанализировать динамику рейтингов президента Владимира Путина. Честно говоря, мы ждем какого-то анализа от специалистов. Как может падать доверие и при этом расти электоральный рейтинг.

В. Шендерович Сейчас я попробую процитировать. Хотя, конечно, Войновича хорошо бы дословно. Но я, кажется, близко к тексту. «Дела в колхозе шли плохо. То есть не то чтобы совсем плохо, а можно сказать даже и хорошо. Но с каждым днем все хуже и хуже». Вот так и проанализировать.

О. Журавлева Специалисты по статистике.

В. Шендерович Надо эту фразу из Войновича просто закачать на анализ.

О. Журавлева А действительно безудержная смелость тех статистиков, которые сообщают, что рейтинг доверия к президенту падает.

В. Шендерович Давай по-русски. Кремль сказал статистикам: эй, вы там, ау…

О. Журавлева Подтяните.

В. Шендерович А ну-ка, вы чего, ну-ка быстро. Чего это такое вообще. Что вы себе стали позволять. За что деньги платим мы вам. Что за анализ что ли, что, они анализа хотят?

О. Журавлева «Это сложный анализ, поэтому я надеюсь, что со временем он появится».

В. Шендерович Они требуют, чтобы подогнали под ответ. Ответ известен. Власть пользуется абсолютной поддержкой народа. Это ясно. Где еще у Мубарака или Каддафи было иначе.

О. Журавлева А может это как раз та разница между бытовой невыносимостью и политическими требованиями. Если голосовать — то за Путина. А если там посмотреть – то плохо живем.

В. Шендерович Секундочку. Единственное объяснение – это идиотизм. То, что ты сейчас предложила, обрати внимание, я же от твоего имени сейчас осторожно предполагаю. Ты предложила единственное объяснение – идиотизм, массовый идиотизм. Что люди против экологии, свалки, беспредела, ОМОНа, вырубки сквера, ОМОНа опять…

О. Журавлева Ну так Путину же не дают все это поправить.

В. Шендерович Но за Путина. Это идиотизм.

О. Журавлева Обидные вы вещи говорите.

В. Шендерович Ну зафиксировали. Если человек кладет руку на горячую плиту, у него сжигается, начинает дымиться кожа. Он кричит: «Ай!». Потом снова кладет руку на плиту – видимо, тут дело не в плите. Тут надо что-то делать с головой.

О. Журавлева Но в плите разберутся. Не переживайте.

В.Шендерович: Кремль сказал статистикам: эй, вы там, ау…Чего это такое вообще. Что вы себе стали позволять

В. Шендерович Да, вопрос в том, что оно взорваться может раньше, чем повернуть ручку…

О. Журавлева А вот не надо угрожать.

В. Шендерович Нет, опять-таки…

О. Журавлева Мы здесь делаем паузу.

В. Шендерович Да.

О. Журавлева Виктор Шендерович. Никуда не уходите.

НОВОСТИ

О. Журавлева И снова с вами Ольга Журавлева. Наш сегодняшний гость – Виктор Шендерович. И у нас еще есть некоторые истории и некоторые вопросы. Вот, кстати, Григ вспомнил, что ПАСЕ призвала Россию возобновить расследование убийства Бориса Немцова. А еще одна история с международными структурами – это международный трибунал по морскому праву в Гамбурге, который России рекомендовал отпустить украинских моряков. Повелел, наверное, трибунал что-то другое делает.

В. Шендерович Да.

О. Журавлева Как-то по-другому это все делается. Скажите, пожалуйста, чего они продолжают нас учить родину-то любить и жить дальше. Надеются на что-то?

В. Шендерович Ты же понимаешь, они делают то, что они должны делать. Не все, на мой вкус что-то могли бы сделать. Но иногда делают. Что еще может сказать трибунал по морскому праву в керченском случае. Что еще можно было сказать. Только это. Дальше вопрос в том, что настоящего механизма политической воли для того, чтобы заставлять РФ и делать последствия бесправия нашего тяжелыми для администрации. В чем задача – чтобы бесправие стало невыгодно им. Мы не ждем всплесков этического сознания из Кремля. Просто они в какой-то момент теоретически могли бы понять, что это цена запредельная за это хамство. За этих сидящих. За Сенцова, за моряков, за бесправие, за…

О. Журавлева За расследование убийства Немцова.

В. Шендерович За не расследование, не просто за не расследование. За покрывание известных убийц Бориса Немцова. За то, что Кремль покрывает убийц, вполне известных убийц, организаторов убийства Бориса Немцова. Это очень серьезная вещь. И все всё понимают. Рычагов нет у Европы или ей не до того. Времена Тэтчер и Рейгана, романтиков…

О. Журавлева А какие рычаги. Приехать, стучать кулаком по столу.

В. Шендерович Рычаги экономические, серьезные политические. Послушай, это уже вопрос к дипломатам. Совершенно понятно. Это другой язык. В 80-м году мы почувствовали после сбитого корейского авиалайнера, в какой-то момент почувствовали, что плата за Афган и за все это хамство, за весь этот выход из цивилизации прошлой, 80-го года, 1979-83, что он нам очень дорого обойдется. И закончилось это тем, что вместо Гришина избрали Горбачева. Потому что просто нам…

О. Журавлева Можно было не устраивать выборов и было бы все отлично.

В.Шендерович: Они не могут позволить уйти из Кремля уже сейчас. Они сами себя загнали в эту ловушку

В. Шендерович Не было бы отлично. Просто лопнуло бы чуть позже и чуть кровавее. Вот все. Просто Горбачев избавил нас от югославского варианта. Когда наступил 1992 год, мы уже увидели, с чем сравнить можно и что могло бы быть. Когда мы увидели бомбометание союзной авиации по собственным городам. В Югославии. Мы поняли, я лично понял, как еще ниже надо поклониться Горбачеву за то, что мы проскочили без этого варианта. Мы отвлеклись. Тем не менее, цена стала невозможной, когда кончилась еда, кончается еда на этой гонке вооружений и когда понятно, что совсем изгои. Но чем тогда было легче. Чем-то труднее. Но чем-то легче. Они могли позволить себе уйти от власти. Эти не могут. Это ситуация очень драматическая. Они не могут позволить уйти из Кремля уже сейчас. Они сами себя загнали в эту ловушку. И мы вместе с ними сидим в этой ловушке. Запад, конечно, мог бы действовать эффективнее и последовательнее. И мобилизационнее, в смысле координации…

О. Журавлева Не устраивает вас Запад. Недостаточно демократический.

В. Шендерович Нет, недостаточно последовательный. Еще раз. Мы не имеем права ничего требовать. Это наша проблема. И требовать, чтобы Запад ложился костьми за нашу свободу, это как-то странно. Что это вдруг они должны…

О. Журавлева Кстати, о Западе.

В. Шендерович Подожди. Я хочу сказать по поводу Запада. Месяц я был в Америке и Канаде. Больше. 35 дней. Пять недель. Должен сказать, что он нас просто не вспомнили ни разу. Я смотрел телевизор, щелкал. Нас просто нет.

О. Журавлева А спецпрокурор Мюллер напомнил.

В. Шендерович Да.

О. Журавлева А знаете, какая реакция последовала?

В. Шендерович Подожди. Я к чему говорю. Мы на периферии. Мы — страна третьего мира. Мы, собственно, никого не интересуем. У нас врагов даже нет. Что немножко досадно для нашего самолюбия. Врагов-то нет, потому что они себя по возможности пытаются обезопасить от какой-то большой войны в Европе. От экстремальных, чтобы совсем все не пошло прахом. Но, в общем, наши проблемы давно это наши проблемы. Уже лет 20 принцип черного ящика. Пускай там внутри что-то происходит, там какая-то есть территория, пускай разбираются. Никто за нас ложиться костьми не будет. У них вот так своих проблем. Круглые сутки свои проблемы. Америка, китайская проблема, рынки, Доу-Джонс падает. То, се, пятое, десятое. Трамп. У них есть, чем заняться. Мы на отшибе. Хорошо бы это понимать для поправки психики. Что мы страна третьего мира. Мы на отшибе. Мы никого особенно не волнуем.

О. Журавлева Да неправда.

В. Шендерович Никто не будет ради нас…

О. Журавлева Вот сейчас скажу.

В. Шендерович Подожди. Никто не будет ради нас ложиться костьми. Поэтому, когда мы говорим, никаких требований к ним не может быть. Спасите нас, давайте я сейчас буду рассказывать как себя вести. Послушайте, у них свои интересы.

О. Журавлева Совет Федерации считает, что США продолжают вмешиваться во внутренние дела России, в частности проявляют интерес к сентябрьским выборам. Будет специальный закон о вмешательстве США…

В. Шендерович Этим чувачкам лестно было бы думать, что они воюют с США. А США воюют с ними. Это резко повысит их саомоценку.

О. Журавлева Но они же воевали. Я имею в виду не их конкретно, а в выбор вмешивались.

В. Шендерович Нет, это мы.

О. Журавлева Значит и они такие же.

В.Шендерович: Мы — страна третьего мира. Мы, собственно, никого не интересуем. У нас врагов даже нет

В. Шендерович Мы пописали им на штанину. И страшно радуемся этому. Нам удалось пописать им на штанину. Собственно, ущерба здоровью не было, но запах остался. Мы страшно гордимся, что нам удалось, и мы теперь пляшем в своем племени, что нам удалось подбежать к большому белому господину рыжему и пописать ему на штанину. Дяде Сэму. Это наши радости. Они понятия не имеют, что они с нами воюют. Им дела до нас никакого нет. И это очень обидно для Совета Федерации, для Захаровой, Пескова. Им хотелось быть на равных. Им хотелось бы вернуть, они тоскуют по Андропову, Суслову. Когда на равных действительно. Мир поделили пополам и вот друг друга держали. Это лестно. Есть только мы и Америка.

О. Журавлева У нас есть бомбы.

В. Шендерович Да нету нас. Китай – есть для Америки. Китай есть, проблема отношений с Европой есть. Есть огромное количество своих проблем. Есть разбалансированная Европа. В которой тоже проблемы. Есть очень серьезные проблемы европейские. Есть очень серьезные драматические процессы, которые происходят в свободном мире. Мы не относимся к свободному миру.

О. Журавлева Зато говорят, американцы подозревают, что мы проводили ядерные испытания.

В. Шендерович Да. Разумеется.

О. Журавлева Вот вам и проблемка.

В. Шендерович Единственное, мы можем создать проблемы. Это единственное, что мы можем. Ни айфоны, ни машины, ни одежки пошить…

О. Журавлева Опять не соглашусь.

В. Шендерович Но можем создать проблемы. Что и делаем. И тогда нас замечают. Если мы проводим ядерные испытания, тогда американцы от своего Доу-Джонса и своего спецпрокурора Мюллера отвлекаются и говорят: э… «Э», — говорят они.

О. Журавлева Им уже МИД ответил…

В. Шендерович Неважно, что им ответил МИД. Это совершенно неважно. Важно, что они отвлеклись и сказали: «Э». И если мы будем настаивать на хамстве, то будет какой-нибудь уже и серьезный ответ. Но еще раз надо понимать диспозицию. Совет Федерации надувается и пытается равняться. Никакого равенства нет, ребята. Вы сидите на обочине, вы сидите на корточках у дороги и курите. И обсуждаете достоинства Мерседеса, который мимо вас едет. Вы вправе его оплевать даже, если получится. Но только вы сидите на корточках на обочине. И мы вместе с вами, к сожалению. Огромная страна, огромная цивилизация. Лучших людей из которой все больше я наблюдаю снаружи в очередной раз, раз в год я езжу или два раза в год, и опять новые. Опять знакомые лица, незнакомые, молодые. Образованные. 30-летние, все с университетами. Все дети уже поступают, заканчивают с отличием и так далее. Становятся тамошней элитой. Никому не нужно молодых честных образованных людей. Ау. Или все занято детьми Сечина, Патрушева, Чайкой.

О. Журавлева Вот, кстати. Мэр Москвы анонсировал конкурс на создание в столице крупнейшей в мире системы распознавания лиц. Конкурс будет объявлен уже в этом году. Вместе с МВД.

В. Шендерович Вот это то, что он может.

О. Журавлева Прекрасно, наука-то движется. Видите.

В. Шендерович Движемся мы сторону Китая, того города закрытого, о котором недавно стало известно. Абсолютно оруэлловское…

О. Журавлева Там не город, мне кажется, регион.

В. Шендерович Провинция. Регион. Абсолютно. Кажется это связано с контролем над уйгурами. Абсолютно тоталитарное закрытое, чтобы мышь не проскочила снаружи. А внутри чтобы все были в чипах. И все просвечивалось каждую секунду. Мы размашистыми шагами идем к реализации только не Кафки, а Оруэлла. В советское время чтобы Кафку сделать былью. Оруэлла сделать былью. В эту сторону. Это же в эту сторону. Контроль. За чем контроль? Против терроризма? Зачем, таким образом не проконтролируешь.

О. Журавлева Давно уже поставили видеокамеры вроде бы. И каждый раз их просматривают. И никогда ни лица не видно…

В. Шендерович Есть задача воровства. Конкретного распила. Есть политические задачи, следом за которыми, как ситуация с ЮКОСом, помнишь? Следом за политическим интересом положить вниз лицом Ходорковского, пошел тут же, прибежали люди, сказали: ой, дайте мне. Сколько там. 20 млрд. Дайте мне. Появился Сечин, заодно и поворовать. Заодно и попилить. Политические интересы, есть политический интерес — держать все под контролем. А следом за ним говорят: о, смета, дайте мне. Дайте мне, я сделаю. И уж на такое дело не жалко.

В.Шендерович: Мы размашистыми шагами идем к реализации только не Кафки, а Оруэлла

О. Журавлева А вот эти люди ничего не чувствуют? Вот вы говорите, что пчелы что-то стали подозревать.

В. Шендерович Которые?

О. Журавлева Которые до сих пор бегают и радуются…

В. Шендерович Секундочку, он возьмет денег, он что, здесь будет жить. Он что, в Шиесе будет жить или в Архангельске? Тот человек, который распилит эти деньги, он близко не подойдет. Его дети будут дышать…

О. Журавлева На ваши концерты будет в Нью-Йорке ходить.

В. Шендерович Они не будут ходить на мои концерты. Нет. Они будут ходить на что-то другое. Хотя не исключено. Может быть дети дойдут. Это парадоксально. Но это не про это сейчас. Нет, обратной связи тут нет. Они по заднице за это не получат. Они своруют, все воровство сейчас, как замечательно было написано: короткое. Быстро своровать и поесть, переваривать. А что будет на этой территории, их, совершенно, конечно, не волнует. Потому что они справедливо полагают, что когда тут лопнет, они окажутся снаружи и будут там снаружи говорить: ну что мы можем. Такой народ, вы же видите, какой народ. И будут там на сворованное, цыкая зубом, про несовершенство народа разговаривать.

О. Журавлева Ну что же. Мы выполнили пожелания одного из наших слушателей. Сделать какие-нибудь прогнозы. Хотя вы и не Глоба, но очень на него похожи. Посмотрим, как система распознавания лиц будет…

В. Шендерович Отличит меня от Глобы.

О. Журавлева …отличать Виктора Шендеровича. Меня зовут Ольга Журавлева. Всем спасибо, всего доброго.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире