24 мая 2001 года
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» Владислав Фронин, главный редактор «Российской газеты»
Эфир ведет Нателла Болтянская

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Чем порадуете, Владислав Александрович?
В. ФРОНИН: Вы имеете в виду, что будет опубликовано?
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Не совсем. Давайте, какие события последнего времени обратили на себя Ваше внимание, что Вам кажется значимым, что и как отражено в «Российской газете».
В. ФРОНИН: К сожалению, наверное, те события, порадовать которыми я не могу. Вообще, большая редкость в последнее время, чтобы событие было значимым, на мой взгляд, и чтобы можно было порадовать наших слушателей и читателей. Я думаю, все-таки так называемый вселенский потоп, может быть, не только то, что происходило в  Ленске и в Якутске, но и то, что может произойти скоро и в Астрахани, кстати, еще. Это же во многих регионах сейчас происходит, этот потоп, безусловно, это событие, которое находилось в центре всех СМИ, в том числе и «Российской газеты».
Н. БОЛТЯНСКАЯ: А что за история, которая будет опубликована завтра, связанная как раз с ситуациями со стихийными бедствиями?
В. ФРОНИН: Да, вы знаете, у нас завтра выходит материал с заголовком «Самолет сбился с курса 29,07» (это курс доллара), но никто не мог ожидать, что самолет из Киева «Ил-76», который повез гуманитарный груз, то есть тот, что ждут в Якутске это продукты питания, теплые одеяла, то, что очень необходимо жителям Якутска, тем, кто пострадал, самолет в это время всю ночь торчал в аэропорту Новосибирска. И я никак не мог предположить, пока мы не узнали, по какой причине. Летчики бегали, искали пункт, где бы можно было обменять доллары на рубли, чтобы за эти рубли купить горючее и лететь дальше в Якутск. Это потрясающая история. Наш корреспондент стал в ней разбираться. И, самое интересное, что никто в этом не виноват, просто в это время, естественно, в аэропорту есть обменный пункт, там денег не хватало. А доллары, по закону, никто принять не мог, и уж тем более никто не мог просто дать топливо украинским летчикам, чтобы они якутским жителям привезли то, что необходимо, чтобы людям помочь.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: В такой ситуации потоп может случиться где угодно в России.
В. ФРОНИН: Да. В это время президент распоряжается продать алмазы, и ему не жалко, а кто-то боится доллары принять, потому что нельзя доллары принимать, он тем самым нарушит закон, и я не говорю о том, что бесплатно можно в долг дать топливо, потом рассчитаться с украинскими летчиками, которые в этой ситуации оказались. И пострадали жители Якутска. И еще, что связано с этим потопом, сейчас меня интересует все-таки причина. Когда немножко успокоится ситуация, все будут думать: почему так произошло, кто виноват? Извечный вопрос. Я не хочу сказать, что виноват в этом Росгидромет, но хотел бы напомнить, что еще 20 февраля мы напечатали материал под заголовком «От снегопадов до паводков один шаг». Но дело не в этой заметке, а дело в реакции Росгидромета, который прислал нам 26 уже февраля письмо, где написал: «Таких прогнозов Росгидромет не давал, и «Российская газета» берет на себя ответственность за такого рода прогнозы», то есть они написали: вы пугаете людей, паводки это всегда опасно. Вот, мы таким образом на себя гнев Росгидромета навлекли. А на самом деле, мне кажется, в этом еще серьезно предстоит разбираться.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: То есть, Вы считаете, что в данной ситуации можно, в известной степени, указать обвиняющим перстом?
В. ФРОНИН: Обвиняющим перстом нет, это же не задача газеты обвиняющим перстом. Мы просто даем информацию, пускай комиссия государственная разбирается.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Помилуйте, существует же даже такой юридический термин, как преступная халатность.
В. ФРОНИН: Наверное, да. Но в данном случае мы же не та инстанция, которая дает такие
Н. БОЛТЯНСКАЯ: У вас другие функции.
В. ФРОНИН: Да, у нас другие функции.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: О каких еще событиях Вам хотелось бы еще сегодня говорить?
В. ФРОНИН: О том событии, о котором у нас очень многие говорят: это то, что сегодня происходит в Думе — обсуждается во втором чтении закон о партиях. Уже вызывает споры не только в Думе, но и, в том числе, наш читатель, наверное, выскажет свою точку зрения. Я могу сказать только свое отношение, свое мнение. Закон такой, мне кажется, необходим. Может быть, правда, вокруг этого закона слишком много разговоров, что так вот завтра все изменится. Да вряд ли завтра что-то изменится так уж сильно. Привыкнем мы ко всему. И трехпроцентный барьер, 5-процентный барьер кто преодолеет, будет платить государство деньги из бюджета или не будет платить. Будь моя воля, я бы, честно говоря, платил только тем, кто прошел в Думу. А платить деньги из государственного бюджета тем, кто преодолел 3-процентный барьер Конечно, у нас еще нет таких реально сильных партий, мы думаем, что таким образом поможем, чтобы партии встали на ноги, но у нас, по-моему, настолько много развелось этих партий, что путаница сплошная. Поэтому те, кто представлен в Думе, те и должны получать. Потом, идут сейчас спор относительно того, будет подкуп со стороны государства, будет ли государство таким образом управлять такими партиями, будут ли они карманными. Я думаю, что сегодня у государства, у Кремля достаточно сил и средств, если мы видим по Государственной Думе, как работают с партиями. Так что я не думаю, что этот закон сильно изменит. Но то, что он наведет какой-то порядок в нашем партийном строительстве, это да.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Некоторое время назад, не вчера, так скажем, руководитель Центризбиркома Вешняков говорил о том, что если обсуждать вообще закон о выборах, закон о партиях, то плоха та партия, которая не ставит своей задачей не выйти на самый верх. Как Вы считаете, это так? Ведь существуют же в России политические партии, не стремящиеся войти в президентскую гонку, правильно?
В. ФРОНИН: Да.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Хорошо это или плохо?
В. ФРОНИН: Я думаю, что плохо, потому что цель партии это власть, прийти к власти, и они должны к этому стремиться. К сожалению, у нас партии превращаются, даже те, которые в Думе есть, в закрытое акционерное общество, которое зарабатывает, и очень даже неплохо. И партия превратилась в своего рода бизнес, не просто в партийный бизнес, а в разновидность, так скажем, бизнеса.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: «Скажите, каков порядок публикования в вашей газете принимаемых законов или указов президента?»
В. ФРОНИН: Порядок очень простой. С момента публикации в «Российской газете», если написано в указе, то он вступает в силу. Мы должны публиковать его не позднее чем через 7 дней.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Сообщение на пейджер от Александра Васильевича: «В последнее время вы занимаете достаточно оппозиционную позицию. Кто ваши учредители?» Мне не понятно, оппозиционную по отношению к кому?
В. ФРОНИН: Да.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: К кому вы находитесь в оппозиции? Вот вам сразу и вопрос.
В. ФРОНИН: Мы находимся в оппозиции к криминалитету, в оппозиции к консерватизму. Мы занимаем нормальную, здравую позицию. Я не знаю, кто передал этот вопрос. Я знаю одного вице-премьера, который мне так сказал: Вы  самая антиправительственная газета. Почему? Потому что мы просто с ним разошлись в отношении какого-то одного экономического действа. Или, например, один из министров сказал: вы занимаете антиправительственную позицию, антиреформаторскую, — потому что мы позволили себе напечатать материал, который поставил под вопрос реформу, которую он задумал. Я в этом не вижу ничего оппозиционного, кроме того, что человек высказал свое мнение, он специалист, он преподает в школе. Ему не нравится то, что задумал министр. Пожалуйста, министр может высказать свою точку зрения. Насчет оппозиции. Мы напечатали Тулеева, который говорит, что нельзя завозить отработанные ядерные отходы. Тогда Адамов позвонил и сказал: да вы что? Какая у вас позиция? Вы в оппозиции к министерству по атомной энергетике? Нет, мы можем, я сказал Адамову, предоставить вам слово. Наша позиция в том и заключается, чтобы давать разные позиции, разные точки зрения.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: «Прошла информация, что Венедиктов должен был принимать участие в передаче «Тушите свет». Уже была эта информация опровергнута руководителем пресс-службы Татьяной Блиновой. А на роль ведущего был приглашен Владимир Кара-Мурза. «Как вы думаете, какая судьба ждет поправки в пенсионное законодательство, которое преодолела сегодня Дума?» — спрашивает Наталья.
В. ФРОНИН: Я думаю, что дальше все будет развиваться так, как должно развиваться в соответствии с нашим конституционным порядком. Если Дума преодолела, дальше это попадет на стол президенту.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Я прошу Вас надеть наушники. Сообщение от Михаила: «Что вы можете сказать о том, что налоговая полиция собирается платить за доносы?»
В. ФРОНИН: Наверное, это неплохо, хотя по-человечески это не очень красиво. Но коль скоро это мировой опыт, и в других странах это уже применяется, посмотрим, как это будет у нас на практике. Другое дело, что не превратилось бы это в такой налоговый 37-й год.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Можете на вскидку привести в пример несколько стран, в которых это применяется?
В. ФРОНИН: По-моему, в США такая система.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: В которых была охота на ведьм, но 37-го года не было.
В. ФРОНИН: Да.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Нет ли у Вас впечатления, что в нашей стране с ее историей тоталитарной власти и власти, достаточно ориентированной на доносы, это не есть правильно?
В. ФРОНИН: Может быть, да, учитывая наше прошлое, опасность такая есть, конечно.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Игорь. У меня вот какой вопрос. У нас в последнее время происходят всякого рода катаклизмы, начиная от подводной лодки и кончая потопом. И наша пресса действует в одном сценарии. Журналисты почему-то превращаются в специалистов в этих довольно специфических областях, хотя имеют в лучшем случае образование журфака МГУ. Как Вы считаете, не лучше ли давать высказываться специалистам даже с разными точками зрения, чем высказывать мнение журналиста, который не знает всех тонкостей?
В. ФРОНИН: Вопрос понятен, и очень хороший вопрос. Этим страдала особенно прежняя, советская, журналистика, когда в передовых статьях давали советы, как надо сеять, как надо убирать урожай, как надо сталь плавить. И до сих пор некоторые журналисты этим болеют. И когда заканчивается материал: «не пора или?..», «доколе?» и т.д. Журналист должен оставаться журналистом, и не быть ни министром, ни, тем более, премьер-министром. Это первое. И к этому стремится «Российская газета», наша задача, чтобы как можно больше было авторитетных, грамотных людей, которые могли высказывать пусть даже противоположные и спорящие точки зрения, но это должны быть специалисты, а не журналисты. Еще меня беспокоит такой в наших журналистских комментариях излишний, на мой взгляд, скептицизм, когда люди уже от наших газет могут отвернуться, им это уже просто надоедает.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Сообщение на пейджер: «Скажите, как, по вашему мнению, нужно ли тратить сумасшедшие деньги на подъем «Курска», чтобы выполнить обещание президента, данное сгоряча? На Якутск денег не хватает», — Нина Сергеевна.
В. ФРОНИН: Я не знаю, хватает или нет денег на Якутск. Как мы уже говорили, там будут продаваться крупные алмазы. Что касается подъема «Курска», то у тех же самых специалистов есть разные точки зрения. По практике, братская могила остается на дне моря. Но после долгих обсуждений, споров, разговоров и с родственниками, и со специалистами, было принято такое решение: поднимать лодку «Курск». Посмотрим, что из этого получится.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня Ольга зовут. Как лично Вы считаете, лично Ваше мнение, можно ли было предотвратить трагедию в Якутске? Что это халатность, упущение или такое стихийное бедствие, которое нельзя предотвратить?
В. ФРОНИН: Специалисты ответят более точно. Но, как говорят те же специалисты, таких долгих морозов не было, такой толщины льда не было, и я думаю, что многое предотвратить, во-первых, удалось, кстати, в некоторых регионах, просто об этом не сообщалось. Но то, что произошло в Ленске, то, что произошло в Якутске, судя по нашим материалам, — я уже об этом говорил, — думаю, что можно было избежать. Когда некоторые говорят: в 1953 году в Китае погибло еще больше, счет чуть ли не на миллионы шел, а у нас всего несколько человек, я думаю, что это некорректное сравнение. Даже несколько человек, которые погибли, тот ущерб, который был нанесен жителям, это большая серьезная трагедия, и масштабы ее могли быть меньше.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Меня зовут Алла Исаевна. Я бы хотела задать вопрос по пенсии. Прозвучали очень обнадеживающие сообщения, что поднимается всем пенсия, а оказалось, что пенсия поднимется не всем, а только при каком-то коэффициенте 0,95, который не должен быть превышен. Объясните, может быть, нам.
В. ФРОНИН: Я, к сожалению, не могу вам объяснить, я не председатель Пенсионного фонда. Но могу сказать, что в «Российской газете» есть такая рубрика «Банк вопросов пенсионной реформы». И там и председатель Пенсионного фонда, и вице-премьер Матвиенко, и члены национальной комиссии по пенсионной реформе отвечают на  вопросы наших читателей. Я, к сожалению, могу вас только адресовать. Поймите, это не реклама «Российской газеты», но я адресую вас к страницам «Российской газеты», где под рубрикой «Банк вопросов пенсионной реформы» на такого рода вопросы мы публикуем конкретные ответы.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Алексей. У меня такой вопрос. Сейчас активно проходит судебная реформа, в том числе, УПК, будем надеяться, скоро примут. Не собираетесь ли вы опубликовать проект, который существует сейчас?
В. ФРОНИН: Я думаю, надо будет это обсудить, это насколько он объемен, насколько он будет интересен. Это интересное предложение. Что касается того, когда он будет принят, мы специально издаем книги и быстро, оперативно рассылаем нашим подписчикам, тем, кто подписывается на газету. Когда он будет принят окончательно, мы опубликуем точно. А насчет проекта, давайте будем считать, что я принял ваше предложение.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер, товарищи. Меня зовут Олег. Вы знаете, по-моему, вы зря от решения принимать доносы по поводу налогов сразу переходите к 37-му году. Потому что репрессии 37-го года и 18-го, и 29-го, и 53-го, они связаны не с доносами. Если бы доносов не было, их бы написали сами и посадили бы ровно столько же людей. Просто была задача уничтожать целые слои населения. Сейчас такой задачи нет.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Секундочку, Олег. Но нет ли у вас тех же опасений, которые, собственно, каждый из нас высказал в эфире?
СЛУШАТЕЛЬ: У меня есть опасение вот какого рода. Что в налоговой полиции иногда действуют совершенно зря. Но тут дело не в том, что будут они принимать доносы или нет, а в установке. Об этом я и говорю.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Спасибо. Ваше мнение понятно, хотя не зря наш гость высказал опасение: поругались вы с соседкой что делать?
В. ФРОНИН: Конкуренты, вам не нравится кто-то, кто-то кому-то наступил, перешел дорогу.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Просят поднять в газете вопрос об ответственности государственных чиновников имуществом в случае ущерба стране от их деятельности.
В. ФРОНИН: Имущество чиновников небольшое, по крайней мере, пока они чиновники, они имуществом обрастают уже потом, когда заканчивают государственную службу и переходят в какие-то коммерческие структуры, вот там они уже становятся богатыми. А так они бедные у нас, вилки, ложки этим вряд ли покроешь убытки.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Смотря какими вилками.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Меня Григорий зовут. У меня два вопроса будет. Первый вопрос. Не является ли это вредительством сближению двух народов Украины и России в отношении гуманитарки с обменом долларов? И второй вопрос. А где же там находился министр Шойгу? Это должен определенный штаб сделать, чтобы это быстро все сделать? Ведь люди страдают.
В. ФРОНИН: Но Шойгу находился в Якутске. Он далеко, это проходило с 2 до 6, по-моему, ночи. Поэтому он никак
Н. БОЛТЯНСКАЯ: А вот вопрос о вредительстве, да.
В. ФРОНИН: Мы только сейчас говорили о доносительстве, и сразу же мы переходим на терминологию вредительство. Я думаю, что это просто наша российская глупость, не столько вредительство, — я имею в виду тех людей, которые не могли решить вопрос с заправкой топливом самолета «Ил-76».
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос на пейджер: «Почему «Российская газета» не освещает ситуацию с инфляцией?»
В. ФРОНИН: Мы публикуем каждое 5-е число, берем 10-15 городов и показываем разные цены от хлеба, водки и т. д., на продукты, и показываем темпы инфляции, какие были, и показываем цены в разных городах, анализируем конкретно.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Татьяна. Вопрос такой. Где можно покупать вашу газету? Сейчас звонят все пенсионеры, а ведь, на самом деле, информацию в этот раз узнать было очень сложно. И не везде продается «Российская газета». Это раз. А второе, мне бы хотелось сказать тем людям, которые все время звонят. Сейчас было изменение пенсии только для 113-го закона и только для тех, у кого коэффициент по зарплате выше 0,95, то есть 1,2.
В. ФРОНИН: «Российская газета» распространяется по подписке, ее, действительно, очень трудно купить. Поэтому мы рекомендуем, не сочтите это за рекламу, но подписываться на «Российскую газету». Есть разные газеты: те, которые продают в киосках, и те, которые распространяются по подписке. Мы относимся к тем, кто распространяется по подписке.
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» был Владислав Фронин, главный редактор «Российской газеты».







Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире