04 мая 2001
Z Особое мнение Все выпуски

Персонально Ваш…


Время выхода в эфир: 04 мая 2001, 19:05

4 мая 2001 года
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» политический обозреватель Андрей Черкизов.
Эфир ведет Ирина Меркулова.

И. МЕРКУЛОВА — Добрый вечер. Расскажите-ка нам, где Вы были.
А. ЧЕРКИЗОВ — В командировочной части, то есть с прошлой пятницы до прошлого воскресенья я был в чудесном городе Вена, где происходило удивительное мероприятие. В преддверии Всемирного дня свободной прессы, который был вчера, 3 мая, в воскресенье 29 апреля австрийская организация «Репортеры без границ» устроила в очень красивом венском театре «Фолькс-театр», я бы сказал, партсобрание, они это называют митинг, с 11:00 до 13:00, причем ровно с немецкой пунктуальностью, ровно в 11:00 начали, ровно в 13:00 закончили, который был посвящен состоянию дел со свободой прессы.
И. МЕРКУЛОВА — Везде?
А. ЧЕРКИЗОВ — В каких-то значимых точках. Выступали в основном австрийские журналисты, представители газеты «Курир», «Ди Прессе», собственный корреспондент в Австрии газеты «Монд». Я опускаю фамилии, я их не очень хорошо помню. Наверное, это непринципиально и для наших слушателей. Из иностранных коллег был представитель белградского радио «Б-92».
И. МЕРКУЛОВА — Это независимая радиостанция.
А. ЧЕРКИЗОВ — Да, которую четыре раза закрывали, как мы знаем. Был представитель чешского телевидения, который принимал участие в этой забастовке. Была Сюзанна Шолль, это собственный корреспондент главного телевидения и радиовещания Австрии в Москве, которая, собственно, меня и позвала. Говорили о положении дел в Югославии, в России, в Чехии, в Нигерии, и очень интересно рассказывала дама из газеты «Курир», что происходит в Афганистане.
И. МЕРКУЛОВА — Там, по-моему, ничего не происходит в этом смысле, потому что прессы там нет как таковой.
А. ЧЕРКИЗОВ — Свободной прессы нет как таковой, но, тем не менее, свободные журналисты пытаются работать. И пытаются, такой абсолютно наш самиздат конца 60-х годов. Это страшно, потому что за это смертная казнь, побивание камнями и прочая история. И присутствовал генеральный секретарь этой организации, француз Робер Менар, который говорил о чрезвычайно плачевном состоянии со свободой слова, говорил о количестве журналистов в тюрьмах, убитых, раненых, в заложники взятых. Говорил о том, что организация «Репортеры без границ» нуждается в деньгах, потому что только когда есть деньги, можно оказывать всякую помощь, начиная от гуманитарной до юридической. Что меня потрясло больше всего, думаю, ты разделишь со мной это ощущение. Воскресенье. Австрияки 1 мая тоже празднуют. Под это дело у них нет перехлеста, но они под это дело сколько-то дней берут. До этого была суббота, у них пятидневная рабочая неделя. 27 градусов тепла в Вене в 11:00, партер «Фолькс-театра» полон, ни одного свободного места. Очень много молодежи.
И. МЕРКУЛОВА — То есть не просто журналисты, просто люди?
А. ЧЕРКИЗОВ — Нет. Афиши, мне рассказывали, висели по всей Вене, и кто хотел, кого эта тема интересует, пришли в «Фолькс-театр» на два часа в воскресный день. Повторяю, 27 градусов тепла, минимум 4-5 дней выходных. Это внимание. Хотя и у австрийцев есть свои проблемы, там тоже происходят процессы, которые либеральной частью не воспринимаются, происходят процессы концентрации СМИ в одних руках, не государственных, а частных, происходят перепокупки, новое правое правительство Австрии пытается оказывать свое влияние, свое воздействие на публично-правовое телевидение. То есть на ОРФ. И естественно, за счет новостного блока, это формула больше общеобразовательных и развлекательных, нам такая знакомая. Поэтому и были представители журналистские из «Ди Прессе», это правая газета. А я не знал, что она из «Ди Прессе», я спрашиваю Сюзанну: «А кто эта мегера?» Она говорит: «У вас есть такое выражение «мымра». Я говорю: «У нас есть выражение «стерва». Она говорит: «Это классная стерва, из очень правой газеты». Видно, такая Эльза Кох. И она говорила, сейчас постараюсь по памяти воспроизвести. Она говорила, что ничего не происходит, ничто не угрожает свободе слова, все могут работать в нормальных условиях, просто происходит перераспределение собственности. Это не более чем вопрос собственности. Я себя при этом щипал за всякие места, за уши, и говорил: «Где-то я уже все это слышал, где-то все это уже было», такой феномен дежа вю. И в Австрии такие же проблемы, и то, что пришел в 11:00, 27 градусов тепла, в выходные дни, полный партер «Фолькс-театра», — это на меня произвело очень серьезное впечатление. Это означает, что неравнодушные люди есть, и они готовы при этом все крайне вежливо, никто никаким мордобитием не занимается. При этом идет некоторая косвенная полемика между участниками. И для меня это было очень полезно. И такая европейская культура обсуждения серьезных вопросов для австрийского общества.
И. МЕРКУЛОВА — То есть вы просто собрались, чтобы поговорить и обменяться мнениями?
А. ЧЕРКИЗОВ — Если под обменом мнений понимать реакцию зала, нет. Зал молчал, слушал.
И. МЕРКУЛОВА — То есть они даже вопросы не задавали?
А. ЧЕРКИЗОВ — Нет, это были доклады, сообщения. Самое длинное было у меня, потому что я был вынужден с переводом. У меня было 7 минут, итого, умножаем на 2, 14. Обычно старались укладываться корреспондентка «Монд» 15 минут говорила, ее все слушали, потому что было безумно интересно, что происходит в Нигерии. Это было некоторое количество сообщений, рефератов, я бы сказал. Вопросов не было. Это не было предусмотрено программой. Потому что, конечно, тогда бы не уложились в два часа. Это было бы хорошо, на полдня. Потому что после окончания я час отвечал на вопросы людей, просто пришедших послушать. Так это было организовано. Тем не менее, это очень полезно, потому что это вынимает тебя из внутреннего контекста и позволяет тебе соотнести твои проблемы с проблемами, которые существуют в мире. Отсюда два вывода. Наши проблемы совершенно не уникальны, и они стоят не только перед российскими журналистами. И во-вторых, да, конечно, у нас со свободой слова дело скверно по сравнению с тем, как у нас было до 2000 года. Но вполне приемлемо, если брать ситуацию с европейскими СМИ. Покамест, на 4 мая 2001. Да, есть знаки тревоги, есть то, что настораживает, что заставляет моих западных коллег весьма осторожно относиться к процессам, которые происходят в России, тревожно относиться. Но при этом у талибов хуже.

И. МЕРКУЛОВА — Вопрос с пейджера от Людмилы: «Уважаемый Андрей Александрович, как Вы считаете, будет ли какая-то реакция у нашего президента на тот факт, что он попал в число зажимщиков прессы среди таких стран, как Ирак и Зимбабве?»
А. ЧЕРКИЗОВ — Догадайтесь с трех раз. Конечно, не будет. О чем Вы говорите?
И. МЕРКУЛОВА — Ну Кучма отреагировал. Он сказал: «никак не отношусь к этому».
А. ЧЕРКИЗОВ — Это никакой реакции. Ну, спросит какой-нибудь наивный журналист Путина: «Как Вы реагируете на..?» Он скажет: «Да никак я не реагирую». Или так: «Что случилось с подлодкой «Курск»?» — «Утонула». «Как Вы реагировали?» — «Ну, включили». Путин у нас уже полтора года. И что? Эти вещи его волнуют, что ли? Они ему абсолютно до фени, до забора.
И. МЕРКУЛОВА — Ирина спрашивает, когда возобновится Ваша программа «Час быка» на телевидении.
А. ЧЕРКИЗОВ — Программа «Час быка», глубокоуважаемая Ирина, не возобновится, а она и не прерывалась. Она выходит каждый будний день, если это не праздничный день, с понедельника по четверг включительно, пока без утренних повторов, по каналу ТНТ в районе полуночи, сразу за «Сегодня в полночь» с Владимиром Кара-Мурзой, и после небольшого блока рекламы. Идет она пока не в живом эфире, потому что очень трудно все это сделать в живом эфире, пока. Идет она в записи, пишу я ее обычно без чего-нибудь 22:00. Поэтому пока я с согласия руководства ВТНа… если кто не понял, это ушедшие с НТВ, это ВТН, это для сокращения, или КК, команда Киселева. У меня есть право, чуть модифицировав, повторять там комментарии, которые прозвучали по «Эху Москвы». Просто в силу некоторых технологических сложностей. Когда все устаканится, то это будет, как и прежде на старом НТВ, это было два совершенно разных текста.
И. МЕРКУЛОВА — Владимир спрашивает: «Андрей Александрович, как Вам Папа?»
А. ЧЕРКИЗОВ — К Каролю Войтыле, который теперь Иоанн Павел II, я отношусь с огромным уважением, все те годы, что он глава Римской католической церкви. Хотя я не согласен с некоторыми его моральными инвективами. Допустим, его позиция по поводу запрета абортов, его позиция по поводу отношения к сексуальным меньшинствам. Если это убрать, потому что это морально-этические вопросы, которые могут быть для кого-то важными, но все-таки они не первоэтажные, не топ-вопросы, то у меня вызвало совершенное потрясение и его извинение в последнее время перед евреями за роль Римской католической церкви во время Холокоста, и его извинение перед православными конфессиями после раскола. Даже не перед ними, а перед Господом Богом за это, за то, что было сделано католиками. Вообще Иоанн Павел II внес совершенно особую ноту в современный мир. Он показал, что не стыдно принять ответственность даже за чужие грехи и принести извинения. Нам бы поучиться такому подходу. Потому что Иоанн Павел II никоим образом не виноват, ни в отношении евреев, ни в отношении с середины XI века, с 1054 года в отношении восточных христианских церквей, ортодоксальных или православных. Но он принял на себя эту тысячелетнюю ответственность и принес извинения, покаялся. Что ж, классный папа, что я могу сказать.
И. МЕРКУЛОВА — Александр или Алексей из города Дивногорск (здесь сокращенно) и Красноярск: «Ну вот, мы и «дождались». Сначала НТВ, теперь ТНТ и «Эхо Москвы» стали языком государственным. Под чью дудку, и какую песню вы будете петь, как вы будете критиковать и комментировать?»
А. ЧЕРКИЗОВ — Еще раз?
И. МЕРКУЛОВА — Это связано с сегодняшним решением.
А. ЧЕРКИЗОВ — Нет, чего мы дождались?
И. МЕРКУЛОВА — Это не мы дождались.
А. ЧЕРКИЗОВ — Ну, он говорит.
И. МЕРКУЛОВА — «Сначала НТВ, теперь ТНТ и «Эхо Москвы» стали языком государственным»
А. ЧЕРКИЗОВ — Да с какого это бодуна мы стали языком государственным? Та телекомпания, которая работает на четвертой кнопке, у которой лого «НТВ» с зеленым горошком, то есть новое НТВ с новым руководством, они кого хотят, того обслуживают. Телеканал ТНТ, радиостанция «Эхо Москвы», как были независимыми медиа-компаниями, вещательными, так и остались. То, что сегодня Черемушкинский суд Москвы принял решение передать 19% акций НТВ, Газпром-Медиа, и 25% плюс одна акция других компаний, в том числе «Эхо Москвы», тоже Газпрому-Медиа, это абсолютно еще не вечер. Во-первых, есть 10-дневный срок кассации. Во-вторых, как уже много раз, по-моему, сегодня, как мы с Сергеем Александровичем Бунтманом, первым заместителем главного редактора нашей радиостанции, а сегодня еще иогром, исполняющим обязанности главного редактора, он дал интервью, где он объяснял, что радиостанция «Эхо Москвы» ведет переговоры с Газпром-Медиа о покупке этого самого пакета, с тем, чтобы у журналистского коллектива радиостанции был контрольный пакет, и эти переговоры ведутся. Как всякие переговоры, они сложны, поэтому — что Вы нам сразу дело шьете, господин обитатель Дивногорска?
И. МЕРКУЛОВА — Тамара Васильевна: «Почему НТВ так спокойно оставило свои архивы? Ведь это интеллектуальная собственность. Будут какие-то меры приниматься в связи с этим?»
А. ЧЕРКИЗОВ — Я могу Вам только пояснить. Все архивы — это собственность НТВ, поэтому они оставлены на НТВ. Это не собственность физического лица Евгения Киселева или физического лица Григория Кричевского или физического лица Эрнеста Мацкявичуса или физического лица Андрея Черкизова. И носители, то есть кассеты «Бетакам», и содержимое — это собственность НТВ. Поэтому мы ушли с НТВ, а НТВ осталось, и оно продолжает вещать. Все, что было энтэвэвское, то энтэвэвское.
И. МЕРКУЛОВА — Николай просит прояснить ситуацию со Львом Новоженовым, если Вы в курсе.
А. ЧЕРКИЗОВ — Я знаю только то, что я знаю из агентств. Мне не доводилось еще видеть Льва Юрьевича. Я знаю, что агентства сообщают, что он принял решение остаться на четвертой кнопке, на НТВ со своими программами «Тушите свет» и «Старый телевизор».
И. МЕРКУЛОВА — «Тушите свет» — нам вчера режиссер-постановщик звонил и сказал, что они остаются на ТВ-6, они не переходят на НТВ.
А. ЧЕРКИЗОВ — Я видел такую информацию, что Новоженов будет делать другое «Тушите свет», то есть с другой бригадой. Я не знаю, сколь это возможно, потому что это уникальная технология студии «Пилот», то есть студии Татарского. И то, что я сейчас говорю, перед этим такая волнистая черта стоит. То есть я это говорю приблизительно. Я даю вам слово, что если я увижу Льва Юрьевича или если я узнаю какие-то вещи уже абсолютно жесткие, я скажу. Пока, насколько я знаю, Льва Юрьевича нет в Москве. Сейчас вообще же идут эти праздничные 10 дней, поэтому очень многие присовокупили какие-то дни к праздникам и отдыхают.
И. МЕРКУЛОВА — «Сигналы от ТНТ не принимаются во многих районах Москвы. Что-нибудь делается по этому поводу?» — спрашивает Марина Александровна.
А. ЧЕРКИЗОВ — Я знаю, что граждане могут. Они могут поезжать и покупать дециметровые антенны. И при помощи дециметровых антенн ловить канал ТНТ. У меня, например, там, где я живу, на Миуссах, без всяких дециметровых антенн ловится М-1 и РЕН-ТВ, которые дециметровые.
И. МЕРКУЛОВА — Понять невозможно, как это происходит, у меня то же самое.
А. ЧЕРКИЗОВ — У моего сына, там, где он живет с его мамой, у них также без антенн добавочных РЕН-ТВ не ловится, а ТНТ ловится. Едете на Митинский рынок, покупаете хорошую дециметровую антенну
И. МЕРКУЛОВА — Комнатную?
А. ЧЕРКИЗОВ — Да. Это как один вид. Можно захотеть и купить себе тарелку НТВ-плюс, тогда у вас будет цифровое качество ТНТ. Вообще, можно придти на Митинский рынок, там сидят люди, которые в этом разбираются, они вам все популярно объяснят.
И. МЕРКУЛОВА — Кирилл спрашивает: «Читали ли Вы интервью Коха в «МК», и как Вы к этому относитесь?» Сегодня опубликовано, насколько я понимаю.
А. ЧЕРКИЗОВ — Не читал, но прочитаю. Хотя у меня такая зубная боль от Коха и от его интервью, и от его демагогии, и оттого, как он все говорит, как наперсточник. Прочитаю. Зачем, не знаю.
И. МЕРКУЛОВА — Владимир беспокоится: «Где Ваши шапочка и самокат, которые были на десятилетии «Эха Москвы»?»
А. ЧЕРКИЗОВ — Шапочка называется «кипа», она лежит дома. Самокат стоит дома, потому что я только приехал. Скоро буду на нем на работу ездить.
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» был Андрей Черкизов.


Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире