'Вопросы к интервью
Э.ГЕВОРКЯН – Здравствуйте! Андрей Фефелов — главный редактор интернет-канала «День» сегодня у нас в прямом эфире в программе «Особое мнение». Здравствуйте!

А.ФЕФЕЛОВ — Добрый день!

Э.ГЕВОРКЯН – Я Эвелина Геворкян. Ну, а начнем мы – может быть, несколько необычно – с новостей культуры. Православные активисты Новосибирска вышли сегодня на улицы, порядка 400 человек с иконами и проводят массовую акцию против выступления Мерлина Менсона на дне города. Оправдываете ли вы приглашение этой звезды всемирно известной, либо их акцию, акцию православных активистов?

А.ФЕФЕЛОВ — Насчет приглашения – здесь мне сложно сказать. Вообще, в русских городах, селениях такое, местное начальство – оно не знаю, отчего – склонно ко всякой эксцентрике. То в Пермь приедет Гельман и уставит все какие-то красными человечками – все это совершенно непонятно, фантастично, странно. Может быть, скучно становится начальникам, они хотят каких-то заезжих звезд со дна ада, таких вот, как Менсон достать. Но здесь любопытно, что вся эта эстетика западная — эстетика распада, эстетика смерти, эстетика тьмы, которая является частью западной культуры, причем традиционной. Там вот есть такие костницы, такие так сказать… не как в православной культуре все это находится так прикровенно, а очень откровенно вынуто. Вот в Праге есть известная Церковь Всех Святых, где все создано из человеческих костей – весь интерьер, все иконостасы. И эта готическая тьма, которая присуща Западу, она не присуща нашей культуре, такой солнечной, сверкающей православной, русской, которая перешла, кстати, в русский коммунизм, эстетику сталинизма…

Э.ГЕВОРКЯН – Ох уж вы сейчас про свет или про тьму?

А.ФЕФЕЛОВ — Про свет, про свет.

Э.ГЕВОРКЯН – …Который в коммунизме…

А.ФЕФЕЛОВ — Конечно. Русский коммунизм с точки зрения эстетики, с точки зрения…

Э.ГЕВОРКЯН — …Светлого будущего.

А.ФЕФЕЛОВ — Абсолютно такая, сверкающая солнечная эстетика, о которой писал Паперный в свое книге «Культура 2». И вот эта культура 2, сталинская культура – она все время качала этот полдень, свет и так далее. А Запад все время продуцировал тьму. Кстати, сейчас естественно детские мультфильмы на Западе про то, как вампиры являются позитивными героями. Они там дружат, целуются, рожают детей-вампиров. И все это подано в качестве радостного развлечения. Вот эти шкелетоны, скелеты. Смерть – она включена в этот западный контекст. И, когда ее пытаются перетащить на нашу почву, в нашу священную, солнечную Сибирь, конечно, народ возмущается и говорит: «Пошли вон!». «Изыди, сатана», — говорят ему.

Э.ГЕВОРКЯН – Но, может быть, все дело в том, что в жизни есть и жизнь, и смерть, и день и ночь. И в советское время было, и в западной культуре, и у нас в России тоже.

А.ФЕФЕЛОВ — Есть инферны и в нашей культуре – языческая тьма…. Если посмотреть трехтомник Афанасьева, там рассказы про упырей, про вампиров, но этому место в определенной зоне бытия русского, это не должно быть главным. Нельзя это чудовище, эту наркотическую рожу, этого Менсона тащить на детские праздники в Новосибирске. Конечно, надо подальше куда-то сметать, в какие-то ночные клубы, подворотни. Пусть он там свой страшный кафтан с хрустом раскрывает и летает по этим канализационным трубам. А в нашем таком мире солнечном в Новосибирске не должно быть места на главных площадях этой гадости.

Э.ГЕВОРКЯН – Понятно, что люди разные, взгляды у всех разные, и искусство – оно по-разному проявляется.

А.ФЕФЕЛОВ — Нет, ну он же показывает сатану, он себя демонстрирует, как сатана. Ну, зачем же православным жителям Новосибирска нужен на празднике…

Э.ГЕВОРКЯН – Там не только православные – вот, в чем дело. Это мегаполис.

А.ФЕФЕЛОВ — А-а, коммунисты, наверное, да?

Э.ГЕВОРКЯН – Вопрос в чем – где эта грань проходит, как нам тогда договориться, людям с разными взглядами, приверженцам разных духовных и религиозных взглядов, что правильно и что нет. Вот сегодня и в Москве многие участники бойкотируют Московский книжный фестиваль, потому что там запретили показ двух спектаклей: один детский, один взрослый…

А.ФЕФЕЛОВ — Порнографических, да?

Э.ГЕВОРКЯН – Ну, подождите, чиновники считают, что «содержание пьесы, — я цитирую, — противоречит принятым в российской культуре традиционным нравственным ценностям». Но опять, понимаете, мир искусства отвечает: «Что же, нам теперь будут запрещать и указывать, что соответствует нашим нравственным ценностям, а что нет?»

А.ФЕФЕЛОВ — Давайте посмотрим на советский опыт. Он кажется кому-то страшным, тоталитарным, каким-то человеконенавистническим. На самом деле все очень было человеколюбиво устроено. Вот если художник, если писатель, если автор каких-то текстов каким-то образом способствовал возвышению общества, работал на развитие, работал на какие-то благородные, прекрасные порывы, которые существуют у людей, то ему давали зеленый свет, зеленую улицу – давай, работай!

Э.ГЕВОРКЯН – Но тогда мерилом вкуса становится субъективный вкус господина Хрущева, сегодня – Мединского – так?

А.ФЕФЕЛОВ — Нет, существует русский канон, который был задан русской классикой в 19-м веке. И эта русская культура – она понятна, ее формат. Там не матерятся, там не ругаются матом.

Э.ГЕВОРКЯН – Пушкин не матерится или кто…?

А.ФЕФЕЛОВ — Там Пушкин не матерится. Если взять собрание сочинений Пушкина – там, наверное, существуют внутри какие-то зоны, связанные… Ну, если взять канонического Пушкина, то он не матерится. Где он матерился в Евгении Онегине, расскажите мне, пожалуйста, кусочек?

Э.ГЕВОРКЯН –Это опять же к слову о том, что искусство бывает разное…

А.ФЕФЕЛОВ — И перейдя через нос кукушки – это не Евгений Онегин.

Э.ГЕВОРКЯН – Разное искусство. Запрещать или не запрещать какие-то его отдельные формы?

А.ФЕФЕЛОВ — То искусство, которое носит характер порнографический, распаднический, упаднический, декадентский – оно должно быть НЕРАЗБ.из общественных мощных площадок, сведено в какие-то специальные зоны, маленькие такие резервации. И пусть туда приходят такие люди с большими мешками под глазами и сморят, смотрят на то, как голенькие прыгают по сцене, эти актеры, изображая половые акты…. Но это не для общества. На общество должно быть направлено позитивно развивающаяся, возвышающаяся культура. Почему – я это несколько раз уже повторял – западные учебники по психологии, которые сейчас суют нам в каждом магазине, говорят о том, что «улыбайся, создавай позитивное настроение, создавай позитивные образы, не погружайся в мрак, мерзость, в искушение; а создавай хороший фон для развития личности»? Так же и общество. Общество нуждается в хорошем, прекрасном, здоровом начале, в культуре. И культура моделирует общество. Потому что, если каждый день показывать американские боевики, где людям пробивают башку, молодой человек, в конце концов, возьмет пистолет – какой бы он хороший не был — и пробьет кому-то башку.

Э.ГЕВОРКЯН – Согласно. Но уж тогда промолчу про наши сериалы высокодуховные.

А.ФЕФЕЛОВ — Наши сериалы просто надо изничтожить. Я скажу, что я не смотрел ни одного сериала, но чувствую, что это так. По вашей реплике они, видимо, ужасны.

Э.ГЕВОРКЯН – Давайте перейдем к другой теме. В ГУМе стартовала продажа патриотических футболок с изображением Владимира Путина, по 1200 рублей за штуку они идут. Вообще, не кощунственно ли это – наживаться на образе национального лидера?

А.ФЕФЕЛОВ — Да нормально, мне кажется. Я думаю, что национальный лидер – это же не святой, это не сакральный образ. Это образ общественный, он может быть и коммерциализирован вполне. Я думаю, что это нормально.

Э.ГЕВОРКЯН – За 1200 – нормально?

А.ФЕФЕЛОВ — Нет, смотря, как выполнены эти майки. Если они из хорошей ткани сделаны, если сам образ проработан, если существует определенный дизайн, связанный с Путиным. Потому что это сложно – изобразить лидера. Потому что это должен быть некий собирательный образ. Бывает случайный поворот головы, случайное выражение, какой-то определенный формат этого изображения. Вот известна история про Сталина Иосифа и Сталина Василия, когда Василий Сталин где-то что-то набедокурил, какой-то был небольшой скандал, может быть, в ресторане. И Иосиф Виссарионович его пригласил в кабинет и сказал ему следующее: «Думаешь, ты Сталин? Думаешь я Сталин?» Показал на портрет, парадный портрет, который висел, вернее, на плакат, и сказал: «Вот Сталин!» И создатели этого плаката, которые в Советском Союзе были, потому что огромные дизайнерские на самом деле школы работали в сталинское время, архитектурные школы, чего сейчас нет – они создали образ, канонический образ Сталина, который остался в этих погонах золотых и так далее. Существует ли канонический образ Путина? Как он… пиджачок ли это, или это образ главнокомандующего – вот это вопрос. Но Путин еще, мне кажется, находится в состоянии развития. Он еще как национальный лидер не до конца состоялся.

Э.ГЕВОРКЯН – В смысле, «не до конца»? Сколько лет у него уже было на то, чтобы…

А.ФЕФЕЛОВ — Нет, ну вы мерите все статистикой, а вот Сталин, допустим, тоже длинный путь прошел – с 27-го фактически, когда он стал рулить партией до 52-го, когда уже состоялся канонический Сталин. Там была и война огромная, была индустриализация, коллективизация – целые огромные этапы в жизни страны, которые были. И это процесс не быстрый. Такие претензии предъявлять: «Что же ты, брат, еще не состоялся!» Нет, я думаю, что Путин ¬ у него еще есть потенциально много. Он находится, мне кажется, в некотором смысле даже на середине пути.

Э.ГЕВОРКЯН – Да, здесь опять же дело субъективное.

А.ФЕФЕЛОВ — Особое мнение.

Э.ГЕВОРКЯН – Да. Американский спецназ в ближайшие годы будет постоянно находиться на территории стран Восточной Европы – об этом объявило европейское командование вооруженных сил США, и это все продиктовано, как они говорят необходимостью оказания дополнительной поддержки союзникам по НАТО в связи с кризисом на Украине. Отсюда возникает вопрос: А мы, проводя нашу политику, в частности по отношению к Украине, как раз, вероятно, опасались того, что НАТО и США будет очень близко к нашим границам. Что же сейчас получается, чего мы добились?

А.ФЕФЕЛОВ — То, что США посредством этого кризиса пытаются оккупировать еще раз в очередной раз Европу, создать там свои…

Э.ГЕВОРКЯН – Так они до — пытались оккупировать или они сейчас, благодаря происходящему на Украине оккупируют?

А.ФЕФЕЛОВ — Нет. На самом деле это стратегия США. Собственно, после Второй мировой войны, начиная с плана Маршала экономическим образом и касаемо всеми остальными ситуациями, и созданием ФРГ, и созданием баз на территории Западной Европы… Сейчас с Западной Европы их немножко выдавили, и они, собственно, в прямом смысле оккупируют Восточную Европу, создают там базовые районы для того, чтобы контролировать важнейшие пространства: Евразию, собственно, Западную Европу. И то, что кризис на Украине ими смоделирован и является хорошим поводом для того, чтобы занять все эти плацдармы – все очевидно и так.

Э.ГЕВОРКЯН – А мы, получается, поддались на провокацию.

А.ФЕФЕЛОВ — Нет. Вопрос такой, что, когда Гитлер напал на Советский Союз и мы втянулись в страшную бойню, – мы поддались на провокацию, или это была необходимость – начать войны с Гитлером? Потому что, естественно, Великая Отечественная война была для Советского Союза просто страшной трагедией, она была не нужна. И Россия, Советский Союз пытался уйти от этого. Политическое руководство страны всеми силами пыталось избежать войны. Были заключены пакты известные. И до последнего момента Сталин очень боялся каким-то образом спровоцировать Гитлера. И то, что это произошло, это не вина Сталина. Так же не вина Путина, что нас втянули в этот конфликт, что мы находимся сейчас в зоне острого противостояния. Кстати говоря, политическая власть в России – она в меньшей степени, скажем так, задействована в политическом и военном кризисе на Украине, чем российское общество. В этом, кстати, парадокс сегодняшней ситуации, в этом феноменология, поэтому говорит о том, что…

Э.ГЕВОРКЯН – Это вы сейчас, о чем? О добровольцах мы как раз говорили вчера в эфире…

А.ФЕФЕЛОВ — О добровольцах. Владислав Шурыгин.

Э.ГЕВОРКЯН – Владислав Шурыгин, который рассказывал о своем общественном движении, где они набирают и отправляют добровольцев воинов на Донбасс. В этом смысле я как-то слишком много об этом не знала, вчера узнала подробнее, и надо сказать, была удивлена, даже не насколько это этично, но для меня это было, скорее, нонсенсом – пусть даже твое сердце переживает о ком-то, но ехать в соседнее государство воевать? Насколько это этично, законно? Потому что в некоторых странах это, в принципе, запрещено – своим гражданам уезжать воевать на территории соседнего государства.

А.ФЕФЕЛОВ — Скажем так: сейчас российская власть – она закрывает на это глаза, я думаю, и мне кажется, я надеюсь на это.

Э.ГЕВОРКЯН – В смысле, на отправку добровольцев на войну?

А.ФЕФЕЛОВ — Ну, да. В 92-м году были большие затруднения для того, чтобы добровольцы ехали в Приднестровье, русские добровольцы ехали в Приднестровье воевать за русских, украинских и молдавских людей, живущих на территории ПМР , Приднестровской Молдавской республики. И этих людей, которые организовывали, в том числе, отправку добровольцев – их арестовывали, их обвиняли в организации наемничества и так далее.

Э.ГЕВОРКЯН – Ну, а правда, где граница – это наемник, которые едет на какие-то все равно финансы воевать? Как ты определишь, по зову души он едет или он материально замотивирован?

А.ФЕФЕЛОВ — Общество российское, отношение большинства – конечно, есть разные люди, разные мнения, абсолютно разные – но большинство российского общества к этому позитивно, поскольку многие люди, которые не могут сами поехать добровольцами туда по разным причинам: бытовым, в силу возраста, в силу отсутствия навыка военного – они пытаются помочь материально – организовать какой-то поток гуманитарной помощи.Или, например – речь не идет, конечно, об оружии, — но таких вещах, как система связи, бронежилеты. Мне звонил один известный адвокат и говорит, что у него в адвокатской коллегии довольно известные люди собирают деньги на бронежилеты, и отправляют… вернее, как бы пытались меня использовать в качестве человек, который отправит все это в Донбасс.

И это мощнейшее общественно движение. И то, что находятся люди, готовые проливать кровь свою – потому что это очень ответственное, серьезное решение – ехать добровольцем, это надо как-то объяснить семье и так далее, это надо иметь мощнейшую идеологическую мотивацию, — то, конечно, это говорит о включенности российского общества, причем тотальной включенности.

Э.ГЕВОРКЯН – Выходит так, что эта часть российского общества подпитывает военные действия на востоке Украины. Если сейчас говорят уже о том, что надо строить гуманитарный коридор, спасать мирное население, которое может погибнуть.

А.ФЕФЕЛОВ — То есть вы считаете, что если бы мы не подпитывали, то это движение, эта республика, это сопротивление этому накату киевскому было бы задавлено, уничтожено и утоплено в крови и там бы воцарился мир на костях? На костях жителей юго-востока.

Э.ГЕВОРКЯН – Я не знаю. Как раз интересно – понять ваше мнение. Может быть, в принципе, не было бы войны, если бы ее кто-то не подпитывал добровольными усилениями.

А.ФЕФЕЛОВ — Давайте глобально. Если бы Красная армия РККА не стал бы на пути орд Гитлера, если бы Карацупа не стрелял бы из пулемета на границе, и Гитлер прошел бы до Урала, а потом бы дальше, до востока, то войны бы не было.

Э.ГЕВОРКЯН – Это красивое сравнение…

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Но был бы геноцид — геноцид славян.

Э.ГЕВОРКЯН – Это красивое сравнение, но вы говорите о Гитлере, о фашизме, а о чем мы говорим сейчас на востоке Украины?

А.ФЕФЕЛОВ — О том, что мы готовы были…

Э.ГЕВОРКЯН – Согласно выборам 0,9% поддержали тех самых националистов. Вы хотите сказать, что там настолько широко люди страдали, им кто-то угрожал так же. Как и Гитлер когда-то угрожал Советскому Союзу?

А.ФЕФЕЛОВ — О том, что мы готовы смотреть на украинцев, считать их братьями, но на харю бандеровскую, коломойскую мы смотреть не готовы. И с ними говорить никто не будет. Будут говорить только с людьми, которые находятся в другом состоянии духа и не идут на свои территории с пушками, не бьют по площадям из града. Если в Киеве люди захватили власть, создали собственную новую ситуацию политическую, то же самое сделали люди на юго-востоке страны. И, когда они это сделали, туда пустили войска. Кровопускание решили сделать, и это вызывало мощнейшую реакцию в России. И эта реакция несоразмерна той реакции, которая существует у российской власти. Российская власть крайне осторожно, крайне аккуратно, крайне деликатно собирается работать с новой, избранной, так сказать, фигурой, Петром Порошенко, и всячески дистанцироваться от тех общественных сил, общественных движений, которые направлены на поддержку юго-востока Украины.

Э.ГЕВОРКЯН – Вообще, интересно получается. Вчера министр иностранных дел заявил о том, что да, он верит, что украинцы сами договорятся, что все можно решить с помощью диалога. Не поменяли ли мы тогда в целом нашу позицию? А как же те люди, которые начали воевать?

А.ФЕФЕЛОВ — Эвелина, а кто такие «мы»? Российская власть – это часть российского общества, а не российское общество – часть российской власти. Поэтому часть нас поменяла эту позицию, но мы целиком ее не поменяли.

Э.ГЕВОРКЯН – Вот уточняющий вопрос от Ильи из Ярославля: «А не кажется ли вам, что президент Путин пошел на уступки США и ЕС? Ведь риторика резко сменилась: не хунта, не фашисты в украинской власти. Все-таки, на ваш взгляд, это боязнь санкций или все-таки нужно помогать ополченцам так называемым, ввести войска. Как вы считаете?»

А.ФЕФЕЛОВ — Вопрос такой: почему это происходит? В одном вопросе две темы. И человек сам объясняет, что речь идет о некоем компромиссе, о некой осторожной политике. Путин осторожный политик. Он никогда не делал резких движений, поскольку Крымская ситуация – она является очень естественной, очень логичной, и здесь не было по сути дела, ничего, что бы выходило за рамки очень осторожной, четкой политической игры. Ситуация на юго-востоке другая. Она драматичнее и страшнее, и решение о вводе туда российских войск, российской армии, миротворческого корпуса российского – оно не принято. И это стратегическое решение. И в этих условиях, конечно, огромная часть российского общества находится в состоянии некого раздражения, разочарования;и это некая проблема, серьезная проблема для российской власти: как дальше быть с тем, что огромная часть России, большая часть России хочет того, чтобы Россия реально помогла тем силам, которые там борются на юго-востоке, создают там свои автономные территории, свои государства новые, которые, в конечном счете, окажутся таким новым образованием Новороссией. Кстати, миф о Новороссии – эта мечта о Новороссии уже захватила сознание людей. Вот это потрясающий тоже факт…

Э.ГЕВОРКЯН – Вы уверены, что до сих пор ситуация на местах у местного населения, которое, может быть, не осознавало всю серьезность военных действий, которые у них там во дворах, в домах происходят, что местное население по-прежнему готово отвоевывать этот миф о Новороссии?

А.ФЕФЕЛОВ — Местное население – оно разное тоже, потому что, конечно, мать троих детей, которая сидит в подвале в Славянске, она не думает о Новороссии. Она думает – как бы спастись. Но, если говорить о большинстве, они понимают, что приход сюда Киева означает каток. То есть, как их объявили в свое время рабами, как их объявили людьми второго сорта, как объявили людьми, которым будут навязывать свои правила игры, свой язык, свои установки, свое унитарное государство…

Э.ГЕВОРКЯН – Но это всего нет.

А.ФЕФЕЛОВ — Нет? А вот послушайте речь Порошенко. Он перешел на русский язык, а потом сказал, что «у нас будет единый украинский язык и унитарное государство». Никаких федерализаций и так далее. Я же был в Донецке. Мелкий бизнес понимает, что у них все отнимут напрочь, они останутся голыми, не говоря о простых людях. Для простых людей это катастрофа, поскольку вся эта еврошушера, вся эта, так сказать, евроинтерграция создают ситуацию краха всех предприятий, которые работают на Россию. Они понимают, что они окажутся голыми, и в этом смысле им сейчас очень тяжело.

Э.ГЕВОРКЯН – Мы сейчас сделаем перерыв. Андрей Фефелов — главный редактор интернет-канала «День» сейчас у нас в «Особом мнении». Вернемся в студию через пару минут.

НОВОСТИ.

Э.ГЕВОРКЯН – Продолжаем программу «Особое мнение». И в студии Эвелина Геворкян и Андрей Фефелов сегодня у нас главный гость. До ухода на перерыв мы говорили об Украине и о том, насколько России предает или не предает тех людей, которые были ориентированы, собственно.

А.ФЕФЕЛОВ — Россия не предает.

Э.ГЕВОРКЯН – Не предает?

А.ФЕФЕЛОВ — Да. Российская власть колеблется и ждет чего-то. А Россия не предает. Широкая, большая, глубинная общественная Россия, эти общественные инициативы, о которых так долго говорили демократические вещатели, они работают сейчас. Они посылают сейчас добровольцев.

Э.ГЕВОРКЯН – На ваш взгляд, этих добровольцев, людей, готовых сражаться за возникновения какой-то новой, независимой территории, потому что понятно, что уже никакого союза с Россией прямого, такого прямого присоединения территорией…

А.ФЕФЕЛОВ — Союз с Россией обязательно будет.

Э.ГЕВОРКЯН – Но присоединения территории как с Крымом – уже не будет.

А.ФЕФЕЛОВ — Другое дело, что вхождения в состав России, конечно, я пока не вижу. Я вижу паузу, большую паузу, пятилетнюю, когда эти государства оформятся, создадут какие-то институты и там уже возможны какие-то варианты. Здесь есть некая проблема, я вижу. Но эту проблему надо объяснять и местным жителям и тем людям, которые сейчас требуют немедленного ввода войск российских и удара по базам, наступления на Киев.

Э.ГЕВОРКЯН – А вы одобряете такой шаг?

А.ФЕФЕЛОВ — Какой шаг?

Э.ГЕВОРКЯН – Ну, введения российских войск на территорию… даже не знаю, как тут сказать – украинскую ли территорию, независимую территорию.

А.ФЕФЕЛОВ — Я-то одобряю. Причем тут я. Я говорю сейчас о политической реальности, о тех реалиях руководства… Они руководствуются какими-то соображениями тоже, поэтому я вижу, что этого не происходит и не произойдет в ближайшее время.

Э.ГЕВОРКЯН – Но, на ваш взгляд, те самые силы ополченцев, добровольцев, приезжающих из России, их – вот ваше ощущение или прогноз – хватит для того, чтобы противостоять украинским военным, которые, по всей вероятности, будут там производить какие-то серьезные военные действия. Готовят тот самый гуманитарный коридор, о котором мы уже говорили?

А.ФЕФЕЛОВ — Добровольцы очень четко идеологически мотивированы. И они отборные люди. Это люди такого отборно десятка, это соль земли, поэтому их сложно так вот стереть в порошок. Их сложно выдавить, их сложно убрать. И движение растет. Чем дальше они палят из «Градов» украинцы так называемые, тем больше растет среди местного населения сопротивление и понимание того, что никаких компромиссов, действительно, не будет; что их оккупируют, что их будут рассматривать как покоренные земли. И в этом отношении, чем дальше процесс идет, чем дальше затягивается процесс, тем больше ширится движение, тем больше становится добровольцев из России, кстати, из других стран: из Польши приехали люди, из Венгрии, из Сербии, из Израиля, кстати говоря. И эти интербригады, по сути дела, эти новые интербригады сражаются с фашистами, как и в Испании.

Э.ГЕВОРКЯН – То есть какое-то такое субъективное восприятие – оно движет людьми – поехать воевать.

А.ФЕФЕЛОВ — Почему «субъективное»? Это идеология внутренняя. Я понимаю, что у всех разные мотивы. Там есть люди, которые из Одессы приехали лично мстить за своих близких. А есть люди, которые помнят Волынь и приехали из Польши, чтобы ударить по бандеровцам, потому что там воюют идеологические отряды с той стороны тоже – это «Правый сектор», это нацгвардия, это люди, которые с Бандерой в сердце. Это не пустые слова про фашизм. Это Порошенко облил всех шоколадом…

Э.ГЕВОРКЯН – Просто когда мы говорим об этом феномене добровольцев, едущих куда-то, даже в чужую страну – я не знаю – условно, если у нас на территорию Чечни приезжали бы добровольцы из арабских стран…

А.ФЕФЕЛОВ — А так и было.

Э.ГЕВОРКЯН – Вы, получается, их понимаете?

А.ФЕФЕЛОВ — Ну, конечно, я понимаю, что ими двигало, Хоттабом… Они вели свой газават, свою войну священную, они пристегивали этот чеченский участок к некому такому эгрегору антирусскому, антисветскому и так далее.

Э.ГЕВОРКЯН – Вы скорее, внутренне одобряете войну за идею, нежели мир любой ценой?

А.ФЕФЕЛОВ — Нет, это очень странно. Война идет, а, что значит мир любой ценой? Мир путем геноцида, истребления моих соотечественников? Я не одобряю, конечно, никогда не одобрю.

Э.ГЕВОРКЯН – Может быть, есть какие-то пути – остановить…

А.ФЕФЕЛОВ — Сравните все с Гитлером…

Э.ГЕВОРКЯН – Нет, не надо сравнивать с Гитлером, потому что вы передергиваете.

А.ФЕФЕЛОВ — Масштабы другие, потому что у нас нет РККА с этой стороны, товарища Сталина нет, к сожалению. А с этой стороны у нас нет Гитлера, а есть Порошенко, гнилой дырявый Порошенко. И в этом смысле ситуация другая. Но там есть Вашингтон, который движет, там есть Европа, которая подзуживает, и ситуация может превратиться потом в это глобальное столкновение – это не исключено. И тогда не надо говорить, что не надо сгущать краски. Тогда краски сами будут сгущены.

Э.ГЕВОРКЯН – Договориться. Жить так, как мы жили еще полгода назад.

А.ФЕФЕЛОВ — Да, договорится? После Майдана, после всех событий, которые произошли? Давайте вернем Януковича и будем жить нормально и хорошо. «Кабы Волга-матушка потекла бы вспять». Уже Украины не будет больше, все – проект закрыт. Будут другие Украины, они будут разные. Вероятно, их будет три, а может быть, и больше, но этого всего, что было полгода назад, не будет, потому что доскакались, допрыгались, ребята. «Кто не скачет, тот москаль» — вот они доскакались и допрыгались.

Э.ГЕВОРКЯН – Сейчас уже есть информация о том, что в июле из России могут начать высылать молдаван – это будет ответом на подписание Кишинёвом об ассоциации с ЕС. Об этом пишет сегодня «Независимая газета». Вы в данном случае одобряете это?

А.ФЕФЕЛОВ — Конечно. Пусть и молдаване активные, свирепые, которые здесь имели заработок мощный, возвращаются туда и дадут большого пинка своей коллаборационистской европейской власти, которая сдает их интересы, их личные кровные интересы…

Э.ГЕВОРКЯН – Почему так происходит, что все эти негодяи-соседи поворачиваются к Европе, а мы потом имеем какие-то проблемы?

А.ФЕФЕЛОВ — Потому что мы 20 лет занимались неизвестно чем. Мы сдавали свои собственные интересы, потому что мы разрушили сначала Варшавский блок, потом СССР, все пояса безопасности распались. Наши спецслужбы превратились в клуб знакомств. Наши основные институты, армия – бог знает что… Мы только недавно стали выстраивать собственную политику и собственную безопасность, кольца безопасности, и собственную стратегию глобальную

Э.ГЕВОРКЯН – Кажется, то, что вы называете «начали выстраивать безопасность» — у нас появилась война на границе, у нас стало еще больше врагов от этой прекрасной политики.

А.ФЕФЕЛОВ — Понимаете, когда, так сказать, Россия начинает вставать с колен, когда начинает как бы выстраиваться, возникает сразу много, конечно, проблем.

Э.ГЕВОРКЯН – А может, встанет когда-нибудь уже?

А.ФЕФЕЛОВ — Да, она встанет, я говорю. Мало не покажется.

Э.ГЕВОРКЯН – Хорошо. Теперь вернемся к другой теме. 19 всемирно известных режиссеров и актеров написали письмо руководству России, в том числе Владимиру Путину с требованием прояснить судьбу задержанного в Крыму режиссера-документалиста Олега Сенцова. Три недели нет вообще никакой информации о нем…

А.ФЕФЕЛОВ — А, что он сделал? Он, может быть, запил где-то или что?

Э.ГЕВОРКЯН – Ну, мы же не знаем, запил, нет. Есть информация о том, что его забрали российские спецслужбы и, вероятно, он находится в Москве. Собственно, все и пытаются прояснить его судьбу.

А.ФЕФЕЛОВ — Значит, я краем уха знаю эту ситуацию. Но якобы это один из проукраинских активистов, который жил не в Киеве и не на Волыни и не Ивано-Франковске, а он, этот майданный активист жил в городе Симферополь. И он, как такой ярый сторонник украинизации, он не воспринял переход Крыма под крыло России и стал сотрудничать с экстремистскими группами, которые устроили там ряд каких-то взрывов, терактов, в центре Симферополя памятник Ленину пытались взорвать уже в нынешнюю уже такую, посткрымскую эпоху.

Э.ГЕВОРКЯН – Слушайте, а когда документалист снимает кино, или журналист общается с героями своего документального кино – это как?

А.ФЕФЕЛОВ — Нет, когда он общается с героями – хорошо. Но, если он сам включается в террористическую войну, то, естественно, он сам себе подвергает опасности быть арестованным, быть осужденным. Человек свою позицию выражает не в виде съемок, он не берет интервью. Он берет взрывчатку. Идет к памятнику Ленину. Он перешел к прямому действию. И такие люди были в истории, которые стали людьми прямого действия. Это бывает. Была НЕРАЗБ, допустим, Гумилев Николай – он, будучи поэтом, участвовал в антибольшевистском заговоре. Это его личный выбор, и не надо говорить, что его оговорили. Это была его личная позиция.

Э.ГЕВОРКЯН – Мы не знаем. Главное – прояснить его судьбу, правда?

А.ФЕФЕЛОВ — Я думаю, что вряд ли его утопили в лимане. Скорей всего находится в Москве, на Лубянке его допрашивают. Если это, действительно, был арестован. Если это слухи, если это провокация – этих провокаций может быть огромное количество. Его в лимане утопили его подельники, а потом все свалили на российские спецслужбы. Сказали, что пришел дядя с коркой ФСБ, его увезли, а теперь его нет, и 500 польских режиссеров теперь бьют в колокола. Такая провокация возможна, она прогнозируема.

Э.ГЕВОРКЯН – Понятно. Последняя минута. Стартовала компания по выборам в Мосгордуму и сегодня же есть новости о том, что предъявлено обвинение от СК соратникам Навального. То есть, по сути, и Навальный под домашним арестом, и они не могут в этом участвовать. Считаете ли вы это правильным, красивым, этичным – так поступать с оппозиционерами.

А.ФЕФЕЛОВ — Проект «Навальный» рухнул во всех смыслах.

Э.ГЕВОРКЯН – То есть рухнул, когда его физически закрыли в квартире.

А.ФЕФЕЛОВ — Нет, сначала он рухнул морально. Сначала он потерял весь моральный авторитет.

Э.ГЕВОРКЯН – Зачем же его запирать тогда?

А.ФЕФЕЛОВ — А теперь зачищают. Ну, потому что это такое унизительное наказание для проигравшего политика – закрывать и в чулане. Они там бьются, стучаться, плачут, а так сказать, дядя стоит с ремнем и ждет, что будет дальше.

Э.ГЕВОРКЯН – Он сильный, да, поэтому…

А.ФЕФЕЛОВ — Он умный, сильный, он знает правила поведения. А этот маленький политик, который повел себя определенным образом и в ситуации с Крымом – он сделал ряд заявлений, который его окончательно вывел за пределы этого общественно поля. Он стал таким карликовым политиком, и с ним теперь жестоко разбираются, наказывают, бьют по попе, пинками разгоняют его сторонников. К сожалению, так поступают с проигравшими политиками везде.

Э.ГЕВОРКЯН – Ну, будем следить за развитием событий исторических. Андрей Фефелов был у нас в «Особом мнении». Спасибо, до свидания!


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире