'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 01 апреля 2014, 19:08

О.ЖУРАВЛЁВА: Добрый вечер. Это программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлёва, в гостях у нас сегодня блогер и, я бы сказала, общественный деятель Антон Носик. Здравствуйте, Антон.

А.НОСИК: Добрый вечер.

О.ЖУРАВЛЁВА: Вот, первый вопрос, который пришел из Нижегородской области от Владимира: «Какие первоапрельские шутки вам сегодня понравились?» На самом деле, еще несколько лет назад (вот, я просто себя вспоминаю), журналисты соревновались, как наиболее тонко, что называется, потроллить и аудиторию, и друг друга, выдавая 1 апреля такие разные сообщения. Куда это всё делось, как вам кажется?

А.НОСИК: Я могу объяснить про 2014-й год конкретно, что практически каждая вторая новость, которую мы слышим, в частности, и в вашем эфире (вот только что прослушав выпуск), они настолько несусветные, что даже, в общем, на этом фоне выдумывать что-то такое еще, как-то фантазировать уже не надо. Это 1-е апреля, День дурака в нашей Государственной Думе длится 365 дней в году. Законодательные замечательные инициативы, все увольнения, вот эта вот прокурорская дивная история про то, что под домашним арестом, на самом деле, находится не Алексей Навальный, а 19 миллионов его читателей, читателей его блога в ЖЖ, да? И их ограничивают в праве доступа, а не его, на самом деле. Это, знаете, вот, после такого уже как-то… Как-то уже более несусветный бред придумываться стараться зачем? Уже как-то бреда хватает. Кафка сделан былью, поэтому тут уже даже как-то на шутки особо не тянет.

Но розыгрыши никуда не делись – все чувствуют себя обязанными так или иначе.

О.ЖУРАВЛЁВА: Спина белая.

А.НОСИК: Нет, про некоторые новости, знаете, вот, про некоторые новости хочется. Поскольку они случились 1 апреля, хочется, чтобы… Сегодня всю первую половину дня, когда мне звонили за комментариями по поводу отставки Дурова, я говорил «Ну, давайте подождем нуля часов. Ну, может, он напишет, что это шутка была первоапрельская. Может, это так специально».

О.ЖУРАВЛЁВА: А для вас это такой серьезный знак, то, что Павел Дуров не хочет возглавлять больше Вконтакте?

А.НОСИК: Павел Дуров не хочет возглавлять Вконтакте? Это кто сказал, что он не хочет возглавлять Вконтакте? Существует политическое давление, травля Павла Дурова происходила на протяжении более года последнего. Каждый день вот эти вот новые акционеры, которые зашли недружественной покупкой акций, не согласовывая ее с владельцами основного пакета, да? Они всё время занимались тем, что его подсиживали, выдавливали, писали заказуху на него, компромат, всё время вбрасывали в СМИ, обвиняли его во всех смертных грехах. Там повестка была простая: он не такой управляемый, какой должен быть руководитель этой социальной сети. Он не готов по звонку закрывать сообщество сторонников Навального. Это главный был пункт обвинения и он не изменился за всё то время, которое с тех пор прошло.

О.ЖУРАВЛЁВА: То есть вы связываете напрямую предупреждение прокуратуры? Прокуратура предупредила как раз соцсети о недопустимости размещения материалов от имени Навального и уход Павла Дурова?

А.НОСИК: Нет. Я не связываю это напрямую.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, я имею в виду, что это звенья одной цепи.

А.НОСИК: Нет. Закрыть сообщество сторонников Алексея Навального просил еще Сурков – это еще 2011 года декабрь. И Дуров ему тогда ответил, что не видит вообще никакой целесообразности в том, чтобы это делать, потому что сторонникам Навального это совершенно не помешает собраться в том же Facebook и ущерб от этого будет только Вконтакте, не выиграет никто. То, что он ответил… Может быть, даже Сурков его услышал. Но где тот Сурков, который умел чего-то слышать?

Как говорил по этому поводу Александр Исаевич Солженицын, вы еще будете молиться немецкой овчарке, да? Это вот вспоминая Суркова, невольно…

О.ЖУРАВЛЁВА: Тонкий, интеллигентный, чувствующий.

А.НОСИК: ...невольно задумываешься, да, что, может быть, каждый следующий приходящий показывает, что бывает больше ада.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, вот, вы уже сказали, что выглядит дикостью вот это вот заявление прокуратуры, предупреждение. А вы можете объяснить, как технически вообще это возможно?

А.НОСИК: В смысле? Ну, предписания-то – они же к операторам связи.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, хорошо. От имени Алексея Навального (дальше цитирую) и группы связанных с ним лиц осуществляется систематическая публикация текстов в виде аудиоматериалов.

А.НОСИК: да.

О.ЖУРАВЛЁВА: То есть любое лицо может оказаться связанным с Навальным?

А.НОСИК: Ну, нет. Ну, это с юридической точки зрения, что ли, хотите этот бред рассматривать?

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, хотя бы с точки зрения обычного пользователя, который репостнул, что называется, или, простите меня, лайкнул.

А.НОСИК: Нет, а, вот, интересно же место, где совершенно официально ретранслируется блог Алексея Навального под названием блога Фонда Алексея Навального – это сайт «Эха Москвы». Вот интересно, до «Эхо Москвы» предписание донесли?

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, нас предупредили, конечно.

А.НОСИК: Когда?

О.ЖУРАВЛЁВА: Сегодня.

А.НОСИК: Сегодня вас предупредила прокуратура? То есть вы среди адресатов вот этой вот замечательной вещи. И что юристы «Эха» по этому поводу предполагают делать?

О.ЖУРАВЛЁВА: Я не говорила с юристами «Эха» по этому поводу – на этот вопрос я вам ответить не могу.

А.НОСИК: Ну, это интересный вопрос, я думаю, для «Без посредников».

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, это ответят официальные лица. А как пользователи-то? Они вовлечены в эту историю? Или, все-таки, будут по верхам?

А.НОСИК: В смысле? Нет, ну, до пользователей, дойти до каждого дома и дойти до каждой квартиры, и сделать так, чтобы муж стучал на жену, а сын на родителей, это, все-таки, я думаю, что… Я думаю, я хотел бы думать, что времена немножечко не те.

О.ЖУРАВЛЁВА: Все-таки не те?

А.НОСИК: Я хотел бы так думать. Меня очень настойчиво в этом разубеждают разные люди и разные события. Но тем не менее, какая-то базовая доза оптимистического идиотизма и идиотического оптимизма – она необходима для того, чтобы выживать в текущих условиях. Поэтому я до последнего буду верить, что времена не те, до последнего буду верить, что к каким-то вещам возврата уже нет.

О.ЖУРАВЛЁВА: Антон Носик со своим особым мнением. Никуда не уходите – мы скоро вернемся.

РЕКЛАМА

О.ЖУРАВЛЁВА: И снова с вами программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлёва, у нас в студии – Антон Носик, и мы продолжаем. Вы сказали о том, что, все-таки, надо до конца верить, вы себя убеждаете в том, что времена, все-таки, не те.

А.НОСИК: Нет, я не говорю, что надо. Я делаю над собой усилие, чтобы не потерять надежду, что какие-то вещи невозвратимы.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, а некоторые вещи возвращаются? Я не говорю про время, но это, так сказать, новейшая история. А, вот, какие-то вещи, вроде бы, незначительные. То про ВДНХ заговорили, что надо ее обратно сделать Выставкой достижений народного хозяйства, то ТАСС переименовать в ТАСС из ИТАР-ТАСС. То ГТО установить нормы. Это для чего, как вам кажется?

А.НОСИК: Ну, происходит судорожный поиск какой-то национальной идентичности, какой-то упаковки и обертки. И, в общем, как бы, тут смотрел бы я, конечно, не на Путина В.В., а на швейцарскую компанию Нестле.

О.ЖУРАВЛЁВА: Да что вы?

А.НОСИК: Ну, как вы помните. Пломбир «48 копеек» — он ровно эти чувства эксплуатировал. Это делали маркетоиды швейцарской компании. То есть вот если они понимают, что чем хуже становится жизнь вокруг, чем хуже становится жизнь людей, тем больше у них тепла и светлых воспоминаний в отношении определенного периода жизни, когда они были моложе…

О.ЖУРАВЛЁВА: Вокзал был ближе к дому.

А.НОСИК: ...или чего они не застали. Чего они не застали, а им рассказывают те, кто были моложе. Тогда же, это самое, и девушки любили, и было чем, наоборот. Так что, в принципе, ностальгия – это не только удел пожилых людей, но и удел большого количества оболваненной молодежи, которая думает, что была великая страна, а потом какая-то пятая колонна ее разрушила по заказу США.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, нацпредателей нам тоже достали из прошлого.

А.НОСИК: Да. Нет, ну, вот, всё это риторика, эстетика. У меня с этим никакой проблемы нет.

О.ЖУРАВЛЁВА: То есть вас это не пугает?

А.НОСИК: Я не могу сказать, что Юрий Михайлович Лужков со своей эстетикой, которая реально не опиралась вообще ни на какую традицию, когда-либо существовавшую в моем родном городе, не могу сказать, что от того, что это было не похоже, это было чем-то лучше, да? И, например, там насколько чудовищная сталинская кровавая эпоха и насколько на костях этот город в ту эпоху строился… Площадь Гагарина заключенными построена. Тем не менее, сталинский вот этот вот ампир – ну, это стиль. Тут ничего не попишешь. Сталинский ампир – это стиль, это определенное лицо и не только Москвы, но и надо сказать, что и в Варшаве этот Пакуль, Палац Культуры и в других местах. Другой вопрос, что, конечно, советские люди не представляют себе, до какой степени это всё содрано бессовестно с архитектуры Нью-Йорка 30-х годов, насколько это всё реплики Крайслер Билдинга на Манхеттене, да? Но тем не менее, это стиль.

Вот, то, что Лужков тут строил, это просто тошнотворно. И если они сейчас пытаются какой-то такой брежневизм повозрождать, ну что? Это мое детство, моя молодость, 16 лет мне было, когда Леонид Ильич приставился. Ну… Я ничего не могу против пломбира за 48 копеек, особенно если бы он еще и стоил 48 копеек. Ну, или хотя бы имел бы такой вкус, как тот брикет по 48 копеек, потому что обертка – это же не всё, чего у нас редко вспоминают, что кроме обертки нужно же еще и содержимое.

О.ЖУРАВЛЁВА: Но люди, которые пугаются вот этих параллелей, их немного, на самом деле.

А.НОСИК: Да, я не пугаюсь того, что ВВЦ переименуют в ВДНХ. Если еще бы мне бы вот это ГИБДД в ГАИ, проще было бы зубам и языку.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, с другой стороны, туда же идет и риторика агрессии, риторика антизападная, попытки замкнуться. Это же всё в пакете, по-моему, продается вместе с нормами ГТО.

А.НОСИК: Да нет, да что вы! Вы что, не знакомы с Сергеем Александровичем Капковым, который занимается проектом ВВЦ?

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну почему же? Знакомы.

А.НОСИК: Ну так что? Капков – он ностальгирует по совку или что?

О.ЖУРАВЛЁВА: Не знаю. А вы как считаете?

А.НОСИК: Я считаю, что Капков – современный человек с очень четко поставленными европейскими ценностями, который пытается сделать как у людей.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, у него ж есть начальство. А у начальства есть другое начальство.

А.НОСИК: Нет, минуточку. Он там в своем департаменте, он уже министр. Над ним, собственно, есть…

О.ЖУРАВЛЁВА: Сергей Семенович.

А.НОСИК: Есть Сергей Семенович. Но за Сергеем Семеновичем я пока кроме плитки не заметил каких-то больших идей по линии Департамента культуры, да? Мне кажется, что, все-таки, Капков – самостоятельный политик.

О.ЖУРАВЛЁВА: Вот поэтому из Театра на Таганке писали в Совет Федерации. В обход всех городских историй.

А.НОСИК: И что случилось с ними?

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, ничего. В Совете Федерации пытались выяснить, что за безобразники там безобразничают и не надо ли их там…

А.НОСИК: Богохульники и кощунники.

О.ЖУРАВЛЁВА: Да, да-да-да. ...к ногтю привлечь. Но, вроде, пока, вроде бы, обошлось.

Все-таки, что касается идеологических вот этих вещей, потому что мне кажется, что с таким же восторгом как мороженое за 48 копеек принимаются и старые, ну, ясные, во всяком случае, позиции, когда президент высказывает что-то знакомое по прошлым временам, когда всякие там тоже политики заявляют о том, как мы там с Западом будем противостоять. Национал-предатели, всякие другие вещи.

Вот, слушатели интересуются: «А, ведь, по идее, дальше-то должна быть уже после пятой колонны-то, должна быть уже следующая история? Должны быть космополиты безродные и всё прочее?» Вы ждете этого?

А.НОСИК: К сожалению, я на 100% уверен, что логика развития этих мыслей, вот тех, которые сейчас продвигаются (вот, ксенофобских мыслей, изоляционистских мыслей, вот этих вот, такого ура-патриотизма, замешанного на презрении в первую очередь к ближайшему братскому народу, которого, как бы, в общем, уже можно вслух уже говорить, что его нет, что это просто вообще, что украинский – это искаженный русский, а они вообще окраина России и какой-то там)... Вот эта логика, естественно, там антисемитизм скоро попрет из всех щелей. Но уже в федеральных СМИ, уже никто ничего не стесняется. И господин Киселёв с его разоблачениями, что, на самом деле, фамилия-то Иртеньева Рабинович, если вы не знали. А очень важно при оценке его мнения, что отчество у него Моисеевич, да? А Шендерович, между прочим, с Рабиновичем, между прочим, одной крови и давайте об этом поговорим по федеральному телевизору.

Это… Ну, вот, я пытаюсь поставить так буквы, чтобы это можно было сказать в эфире, но вот эта вот Скойбеда, которая страшно переживает, что мало абажуров нацисты сделали во время войны из евреев. Это, я вам скажу, конечно, при Брежневе, когда я родился, был государственный антисемитизм очень ощутимый. Процентные квоты на работе, в институте, на руководящих должностях.

Тем не менее, вот такой Скойбеды в Советском Союзе не производили практически с 1973 года. В 1973 году некто Дмитрий Жуков снял советский фильм, который рассказывал о страшных евреях, которые владеют миром через Бильдербергский клуб, через масонство и так далее, и что эта нация – раковая опухоль на теле человечества. Это был советский фильм, но это было в контексте подготовки войны судного дня, в котором готовилось окончательное решение израильского вопроса нашими арабскими товарищами. То есть это было в орбите некоей кампании 1973 года. Но всё равно в Советском Союзе нашлись люди, которые ограничили тиражирование этого фильма. Сейчас его можно посмотреть в YouTube – это очень примечательное кино, потому что это прямое продолжение нацистской традиции, да?

Ну, вот, я когда рос, я когда в школу ходил, в институт поступал, ну, антисемитизма вот такого, чтобы открываешь газету, а там «Жалко, что из тебя абажуров не сделали», чтобы по телевизору трепали отчества, раскрывали псевдонимы, про это я читал, что это во времена процессов безродных космополитов и расстрела Еврейского антифашистского комитета и дела врачей-убийц последний раз было в нашей стране. Так что вектор, куда что катится, он как-то у нас… Как это? Многополярная эскалация происходит.

О.ЖУРАВЛЁВА: Есть еще вопрос. Как ни странно, одно с другим абсолютно связано. Есть история про двойное гражданство. Это, кстати, тоже о безродных космополитах. Опять возникла тема, что за утаенное двойное гражданство нужно бы как-то привлекать, как-то штрафовать. Вы даже написали…

А.НОСИК: Причем, обратите внимание: закона еще нет о том, что его обязательно декларировать, а уже идет закон о том, сколько тебе лет дадут за недекларирование. То есть вводится уголовное наказание за несоблюдение юридической нормы, которой не существует пока нигде кроме как в головах у тех, кто ее предложил. Это вот очень такой, наглядный симптом того тяжелого душевного страдания, которым поражены мозги наших законодателей.

О.ЖУРАВЛЁВА: Но зачем это нужно, вот, вы понимаете?

А.НОСИК: Зачем нужно декларировать двойное гражданство? Значит, система пропаганды, которая разыгрывает карту ксенофобии и натравливает одну часть общества на другую, ей каждый день нужны новые враги.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, то есть просто дрова дополнительные.

А.НОСИК: Ей каждый день нужна новая тема повопить. При этом, как бы, эта ситуация применительно к нашей системе – она, как вы понимаете, абсолютно бредовая. Это примерно как предыдущая серия, в которой у нас, значит, кормили массы гомофобским дискурсом.

О.ЖУРАВЛЁВА: Да, он, кстати, притух.

А.НОСИК: Гомофобский дискурс – он безумно смешной. Если посмотреть, сколько у нас во власти представителей этой ориентации справа и слева от, то вообще говорить… Ну, собственно говоря, это и было затроллено хорошо на открытии Олимпийских игр, да? Там было обозначено, что мы, в общем, знаем и гордимся своими гомосексуалистами, и не думайте, что…

О.ЖУРАВЛЁВА: Вот как вы трактуете открытие Олимпийских игр?

А.НОСИК: Ну, простите, ну а никак по-другому. Когда выходят под Тату, потом играют Чайковского, да?

О.ЖУРАВЛЁВА: Но Чайковского мы любим не только за это, вы же помните.

А.НОСИК: Не только за это, не только за это, да. Но это Армянское радио, а не «Эхо Москвы».

О.ЖУРАВЛЁВА: Хорошо. Вот, осталась буквально минутка. Совсем простой вопрос, который вам задал один из слушателей: «Если будет введен закон о запрете двойного гражданства, какое вы лично предпочтете оставить?»

А.НОСИК: Да это очень простой вопрос. Если две страны, в каждой из которых я являюсь гражданином и налогоплательщиком, избирателем, служил в армии, если вдруг одна из этих стран начинает по-скотски себя вести, например, лезть в то, какие у меня еще есть гражданства, вопросы, в которые она не имеет права лезть, то, естественно, я откажусь от гражданства той страны, которая закручивает гайки. И я боюсь, мы догадываемся…

О.ЖУРАВЛЁВА: О какой стране идет речь.

А.НОСИК: ...о какой стране идет речь. Я думаю, что Израиль как он существует 66 лет и за это время ни у кого не попросил отказаться ни от какого гражданства (ни от российского, ни от советского, ни от немецкого, ни от американского), вот, Израиль о таком никогда не попросит. И вы понимаете, что ситуация Израиля – это ситуация, когда отечество в опасности, кругом враги, на страх перед шпионами можно было бы списать черти что, черти какую цензуру, любое количество ограничений на передачу данных в компьютерных сетях, ну и, в частности, естественно, ограничение людям ездить, находиться за границей, работать там, иметь там паспорта и счета. Израиль этого ничего не делает, не приходит в голову Израилю.

О.ЖУРАВЛЁВА: Антон Носик, блогер со своим особым мнением. Никуда не уходите – мы скоро вернемся.

НОВОСТИ

О.ЖУРАВЛЁВА: И снова с вами программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлёва. У нас в студии Антон Носик, и мы продолжаем. Вот, пишет нам слушатель Сергей: «Но вы же ностальгируете по 90-м?» Ну, как бы, почему бы людям не ностальгировать по 80-м, 70-м и так далее? Вот, я, честно, не ностальгирую по 90-м как таковым.

А.НОСИК: Нет, я по российским 90-м – мне очень трудно ностальгировать, потому что я всё это время, с 1989-го до 1997-го провел в Израиле и не застал ни бандитов тут, ни залоговых аукционов, ни тех вещей, о которых столько снято фильмов и столько сохранилось рассказов. Я малиновых пиджаков не застал вот этих самых.

О.ЖУРАВЛЁВА: Вы много потеряли.

А.НОСИК: Я про новых русских, в общем, в основном знаю из анекдотов, потому что в той отрасли, в которой я трудился, приехав в Россию, там малиновых пиджаков никто не носил. Люди, которые создавали русский интернет, это всегда были люди чрезвычайно интеллигентные. И сколько бы у них ни было денег, тогда тысяч, потом миллионов, потом миллиардов, тем не менее, никто из них не похож был на героев малиново-пиджачных анекдотов.

90-е годы в Израиле, с 1990-го по 1997-й – ну, это было интересное очень время. Но как-то я не понимаю: если я сейчас начну убиваться по поводу того, что это время прошло, оно что, вернется, что ли? Что, Рабин оживет или что? Мирный процесс оживет? Я думаю, что ностальгия – это очень глупое чувство, это выворачивание шеи, это смотрение в ту сторону, куда не полезно смотреть, если ты хочешь идти вперед. Нужно на ошибках прошлого учиться и брать в прошлом лучшее. А просто себя воспалять рассказами о том, что раньше были времена, а теперь мгновения, это, знаете, мне кажется, что это непродуктивно и некоторое лузерство. Я, в частности, например, как бы, не нашел, чего делать больше одного дня в социальной сети Одноклассники, да? Ну, там огромная аудитория. Это люди, которые в нынешней жизни, в послешкольной жизни не создали себе социальной среды, поэтому они там зависают годами, уже очень долго. Люди просто там живут, потому что та жизнь, которая их окружает, в ней не нашлось интересных собеседников, не нашлось интересных друзей и они поэтому повернуты в сторону своих школьных знакомств.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, не обязательно школьных – там уже создались какие-то там другие слои.

А.НОСИК: Ну да. Но просто люди, которые находятся в институте, очень трудно себе представить их в Одноклассниках и очень легко представить себе их в социальной сети Вконтакте.

О.ЖУРАВЛЁВА: Скажите, пожалуйста, вот, вам тоже тут задавал один из слушателей такой вопрос, как бы, совсем не хитрый. Как вы видите ситуацию со СМИ в России? В последнее время у нас есть несколько таких, ну, как бы, привычных штампов: либо их скоро закроют, либо им за всё заплатили, либо надо смотреть, там, только это, а всё остальное – это враги, интервенты и так далее. Меняется же ситуация со СМИ. Уже очень многие вещи СМИ не считаются, хотя формально являются.

А.НОСИК: Ну, про «скоро закроют» — это я вообще не понимаю, что значит «скоро», когда все мы были свидетелями того, что случилось с Лентой.ру?

О.ЖУРАВЛЁВА: Да и не только с Лентой.ру.

А.НОСИК: Лента.ру – это не первый случай и не единственный, когда… Вы помните, уволили Филиппа Дзядко и Максима Ковальского из «Коммерсанта» тогда же. То Филипп Дзядко… Филиппа уволили из «Большого города», и он замечательно сказал выражение «Звенья гребаной цепи», и с тех пор это, в общем, так и называется, да? С тех пор мы видим увольнение за увольнением. Причем, поразительный тренд дня сегодняшнего, конечно, это то, что идет… Вот, когда, понимаете, на журналистов наезжают, журналисты – они, понятно, много кого наобижали. В общем, недоброжелатели у журналистов есть по факту того, что журналист роет, как говорил Рэндольф Хёрст, новости. Это то, что кто-то не хочет, чтобы мы узнали, а всё остальное – реклама.

Когда есть недобрые чувства к журналистам, условно говоря, у властей, то их можно объяснить человеческими какими-то факторами типа обиды, которые, в принципе… Ну, они понятны, да? Даже если это чудовищно неблагородно используют свои властные полномочия для того, чтобы вымещать свои обиды на ком-то административным ресурсом, тем не менее, это можно понять по-человечески, вот, как кто-то обижается на журналиста, поэтому добивается его увольнения, да?

Но вы посмотрите, Павел Дуров-то не журналист. Юлия Анатольевна Миндер, уволенная из Ленты.ру в тот же день, что и Галина Тимченко, она ни одной строчки за своей подписью за 15 лет руководства проектом Лента.ру, ни одной строчки там не опубликовала, ни одного политического заявления не сделала, ни одного интервью не дала никогда, где бы комментировала бы какую-нибудь политику – у не своих проблем хватало в этой жизни, чем становиться политическим комментатором, работая генеральным директором.

Почему увольняют генеральных директоров?

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, потому что поле зачищается целиком.

А.НОСИК: Потому что, вот, помимо того, что ты что-то сделал, кому-то нанес обиду, что-то такое написал, что вызвало сильную реакцию, наступает другая статья обвинения – неблагонадежность. То есть тут уже, как бы, мало того, что, там, человек не совершает каких-то действий, которые могли бы вызвать в отношении него негативную реакцию. Этого мало. Еще он, наверное, должен ходить на ковер, спрашивать инструкций, проявлять инициативу, выгоняя тех или иных сотрудников раньше, чем придется господину Володину топать ногами и вращать глазами, требуя в шестой раз уволить Азара, да?

Так что, вот, увольнения за неблагонадежность – это…

О.ЖУРАВЛЁВА: Я прошу прощения, у нас еще профессор Зубов есть в этой цепи.

А.НОСИК: Профессор Зубов сделал высказывание. Профессор Зубов совершил некий поступок, на который его увольнение было полностью незаконной, аморальной и бессовестной, бесстыдной реакцией с учетом его возраста, с учетом его академических заслуг, с учетом его права на эту работу и с учетом прямого законодательного запрета увольнять человека, который является членом избирательной комиссии с правом решающего голоса. То есть это был просто беспредел. Причем, могли бы в подъезде подкараулить и избить, но, тем не менее, профессор Зубов знает, какое заявление он делал. И когда он его делал, он тоже знал, что в новые времена за это бывают последствия.

Я говорю о людях, претензия к которым состоит в том, что они не лизали, не бегали, не выслуживались. Вот это теперь неблагонадежность, вот это теперь подозрительно.

О.ЖУРАВЛЁВА: Хорошо. Есть еще какие-то области государственной политики в СМИ, о которых мы, может быть, не догадываемся?

А.НОСИК: Ну, вот, сегодня у меня вышел один очень большой пост в Живом Журнале. Я надеюсь, что на «Эхе» его переопубликуют. Если нет, то читайте в моем ЖЖ (бип). Пост, посвященный одному изумительному тендеру, который был проведен крупнейшей российской авиакомпанией «Аэрофлот» в январе нынешнего года. Тендер на размещение заказных статей в интернет-СМИ. Начальная сумма тендера была 70 миллионов рублей. Там срок выполнения работ – до начала 2015 года. Итоговая сумма, значит, победитель попросил 90 миллионов рублей и получил, с победителем заключен контракт.

Там были потрясающие требования к исполнителю работ по размещению заказных материалов в СМИ. Он должен был доказать, что у него за последние 3 года размещено заказных статей на 200 миллионов рублей. Что он разместил за 3 года не меньше 5 тысяч статей в интересах не меньше 3-х заказчиков, что он разместил их в сотне СМИ разных. И что у него есть корреспондентская сеть из не менее чем 100 корреспондентов в 50 субъектах РФ.

О.ЖУРАВЛЁВА: Я себе не представляю такого рекламного агентства.

А.НОСИК: Кроме того, у этого исполнителя (вот это любимый ФАСом пункт), у этого исполнителя должно было быть уже 3 года опыта работы с «Аэрофлотом». Вот…

О.ЖУРАВЛЁВА: Вы хотите сказать, что этот тендер – фальшивый? Что это просто какие-то деньги кому-то ушли?

А.НОСИК: Нет, размещал его (НЕРАЗБОРЧИВО). Как только договор был заключен, немедленно хлынуло размещалово, причем очень определенного типа, стали писать СМИ со ссылкой на Twitter на 50 подписчиков, стали писать, что Трансаэро является банкротом. Эти публикации прошли огромным веером. В общем, видно, что деньги серьезные и что деньги пошли.

Но просто поразительный масштаб, сколько казенных денег. Это же откуда у «Аэрофлота» деньги? Думаете, он налетал их так хорошо? Это он получает за то, что иностранные самолеты через нашу территорию летят. Они летят над нами, отравляют воздух нам, а эти деньги идут в «Аэрофлот» и там они тратятся на публикацию заказухи на какие-то совершенно баснословные и астрономические суммы. Это поражает воображение, но вот это те СМИ, которые совершенно не чувствуют никакого дискомфорта в эпоху духовных скреп.

О.ЖУРАВЛЁВА: Антон Носик со своим особым мнением. Всем спасибо, всего доброго.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире