'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 08 ноября 2000, 19:07

С. КОРЗУН: Евгения Альбац сегодня в рубрике «Персонально Ваш». Евгения, добрый вечер.
Е. АЛЬБАЦ: Добрый вечер.
С. КОРЗУН: Евгения, сразу скажу, была сегодня ночью в американском посольстве в качестве наблюдателя за выборами.
Е. АЛЬБАЦ: Это не ночью, это в восемь часов утра. Американское посольство (насколько я понимаю, это происходит каждые выборы) приглашает тех, кто любит поедать всякие новости, людей, интересующихся политикой, в том числе и американской политикой: журналистов, политологов, политиков, — чтобы смотреть окончание президентских выборов. И, конечно, там наблюдалось состояние некоторого шока.
С. КОРЗУН: Там были персональные приглашения, если по форме?
Е. АЛЬБАЦ: Да. Мне прислали приглашение.
С. КОРЗУН: Много народу?
Е. АЛЬБАЦ: Много.
С. КОРЗУН: Порядок: сто, двести, пятьдесят человек?
Е. АЛЬБАЦ: У меня такой кретинизм в этом смысле. Но я думаю, там человек двести-триста было.
С. КОРЗУН: Большие экраны телевизионные. Что еще?
Е. АЛЬБАЦ: Большие телевизионные экраны, материалы по президентской кампании. Но, собственно, они сейчас уже не так важны. Но, мне кажется, было бы очень любопытно показать нашим избирателям этот вот более чем стостраничный документ, в котором (сайт этот делала компания CNN) разбито прямо по темам, за что выступает Гор, за что выступает Буш: сельское хозяйство, финансы, налоги, социальные проблемы, проблема абортов, женщины, нетрадиционные сексуальные ориентации и т. д., то есть по всем вопросам, по всем программным вопросам (причем, они разбиты очень детально) избиратель получает информацию, что по этому проводу считает и будет предпринимать, будучи избранным Гор, что считает и что будет предпринимать Буш. Это, конечно, удовольствие смотреть и очень завидно, особенно принимая во внимание нашу последнюю президентскую кампанию, где декларировалось отсутствие всякой программы. Люди, действительно, голосовали за хороший торс.
С. КОРЗУН: Но, говорят, в Америке тоже во многом голосуют за поведение кандидатов на экране во время встречи
Е. АЛЬБАЦ: Это не так. На самом деле, это голосование, вот эти выборы, они же как раз показали, что американцы голосовали в своем большинстве очень рационально. Это не только президентские выборы, итогов которых мы так и не знаем и, видимо, не узнаем до завтрашнего дня, как того требует закон. Это были выборы и в Конгресс, и в Сенат, и целый ряд губернаторов переизбиралось. Так вот, из 150 (если мне память не изменяет) тех, кто избирался в Конгресс и в Сенат, 148 переизбираны те, кто уже там были. О чем это говорит? Это говорит о том, что большинству американцев очень нравится, как обстоят дела, с точки зрения политики, с точки зрения экономики, в их стране. Там, черт побери, 250 миллиардов профицит бюджета
С. КОРЗУН: И, соответственно, они ничего не хотят менять?
Е. АЛЬБАЦ: Совершенно точно. Это Америка сказала: «Ребята, главное не испортите, вот, пусть идет как идет».
С. КОРЗУН: А почему тогда Гор не победил так с отрывом процентов в тридцать?
Е. АЛЬБАЦ: Это ошибка Гора, потому что, с моей точки зрения, конечно, Гор не сумел использовать ту невероятно хорошую атмосферу, которая сейчас сложилась в Соединенных Штатах Америки, те преимущества, которые создали ему восемь лет правления демократов. Когда я на него смотрю, мне кажется, что я вижу очередную фигуру из музея мадам Тюссо. Гор — настолько человек самого скучного города США, Вашингтона, насколько в нем отсутствуют нормальные человеческие эмоции. При этом, если Клинтон великолепный актер, то Гор никакой актер. А поскольку во время предвыборной кампании им очень много приходилось бывать на телеэкранах (а экран, телевидение обладает фантастическим свойством оно срезает вот этот верхний пласт и очень хорошо показывает, что там, за этой маской), и вот за этой маской обнаружился неискренний, в общем, скучный человек. Я думаю, многие американцы думали: «Ну, ладно, Клинтон он хотя бы способен на авантюру в Овальном офисе, а этот даже на это не способен». И надо сказать, что в этом смысле Буш казался (и действительно есть) более обаятельным. Гор умудрился практически проиграть все три телевизионных дебата, которые показывали по телевидению. Он со своим опытом в политике (восемь лет вице-президент, сам из семьи знаменитого сенатора) Если Буш держался более раскованно и говорил американцам: «Ребята, если я, действительно, не очень понимаю, где там Словакия, где Словения, но у меня есть свои очень жесткие представления, и я не собираюсь от вас их утаивать», — то ответы Гора производили впечатление: этот парень чего-то опять мне не договаривает, он опять немножечко врет. И вот, к сожалению, демократы проиграли эту кампанию во многом потому, что
С. КОРЗУН: Ошиблись с кандидатом? Может, Хиллари надо было выставлять сразу?
Е. АЛЬБАЦ: Нет, ну, Хиллари, конечно, нет. Я думаю, что советники Гора переоценили те необыкновенно благоприятные условия, которые для него сложились, и просто мало поработали над его имиджем, над тем, как его увидит американская публика. Ведь они же знали, что американцам Гор не нравится.
С. КОРЗУН: Так что им можно сказать: «Ребята, тщательнее надо, тщательнее». Посольство, если я правильно понимаю, в основном связано самыми тесными связями с действующей администрацией. Какая обстановка в американском посольстве царила?
Е. АЛЬБАЦ: Хотя вы сами понимаете, что это дипломаты, что это люди, которые умеют, что называется, держать лицо, невеселое, мне так показалось, во всяком случае, не ожидали целого ряда вещей: не ожидали не только того, что Гор проиграет все-таки (несмотря на то, что последние опросы давали все-таки 2-3 % Бушу, но это в пределах ошибки, на это нельзя полагаться). Но самое важное, это ведь и в Конгресс прошло практически равное количество и республиканцев и демократов, но некоторое большинство в один голос будет у республиканцев; и в Сенате то же самое практически большинство в один голос будет у республиканцев. Таким образом, демократы, несмотря на фантастический успех этих восьми лет, сумели проиграть Конгресс, Сенат и, похоже, они могут проиграть президентскую гонку. И такого, конечно, результата никто не ожидал. С другой стороны, республиканцы, несколько, конечно, обескуражены, потому что, при том, что сейчас складывается такой маленький, повторяю, всего в один голос, перевес в Конгрессе и в Сенате, — если будет вообще в Конгрессе перевес в один голос, — это означает, что будет создано, по сути, коалиционное правительство, это значит, что реформы Буша, за которые голосовали сторонники: меньше правительства, меньше налогов, меньше расходов на социальные программы, — что те, кто голосовали за это, в общем, этого не получат, потому что там будет бесконечное перетягивание каната, как мы, собственно, наблюдали много раз у нас в отечестве. Так что, я думаю, что сейчас некоторое разочарование и среди демократов, и среди республиканцев.
С. КОРЗУН: Начали с Америки, а продолжим и закончим тем, что вы определите, наши слушатели. Эфирный пейджер: 7880088 абонент «Эхо Москвы». Включим и телефон: 203-19-22. Смотрю на пейджер, что здесь есть. Ну, разные вопросы. Давайте сразу отойдем от американской темы и посмотрим по другим вопросам. «Что вы думаете о публикации в газете про губернаторские выборы и про конкретные фамилии так называемых возможных кандидатур на снятие с предвыборной гонки?» — вопрос от Ильи.
Е. АЛЬБАЦ: Мне не нравятся те методы, которые избрал Кремль, безусловно. С другой стороны, мне симпатично то, что у губернаторов нет сейчас абсолютной уверенности, что, что бы они ни делали, как бы они ни исполняли или, вернее, не исполняли свои обязательства перед избирателями, они все равно смогут переизбираться благодаря своему административному ресурсу. Я думаю, что эта ситуация, еще раз повторяю, при всем том, что она не очень хорошо пахнет, она заставит губернаторов, лидеров на местах больше думать о своих избирателях. Вообще, посмотрите еще раз на выборы в Соединенных Штатах. 60 % в этой благополучной стране пришло голосовать. Вчера стояли невероятные очереди вокруг избирательных пунктов. Это показывает, что чему бы нам хорошо было научиться у американцев, — это чувству ответственности за свою страну. Вот, не должно быть все равно, кого изберут, нельзя себе говорить: «А, все равно мой голос ничего не значит». Вот сейчас, когда во Флориде участь будущего президента США решит 2-3 сотни голосов, — вот это лучшее доказательство того, что, на самом деле, каждый голос важен, что голосовать необходимо, что, нравится нам политик или не нравится, если мы собираемся жить в нашей стране и нам небезразлично, что здесь будет происходить, мы должны бороться за каждый голос и не позволять себе думать, что без нас все равно все решат. Не решат.
С. КОРЗУН: Возвращаемся к теме наших регионов: «Зачем нашим олигархам понадобилось избираться в губернаторы северных регионов?»
Е. АЛЬБАЦ: Вот эта ситуация мне очень несимпатична, откровенно говоря, потому что, если до сегодняшнего времени у нас все-таки не были институциализированы олигархи, то есть у нас еще не создалось ситуации, когда можно было говорить об олигархическом режиме в стране, и это показало то, с какой легкостью Кремль отправил в небытие олигархов и рушит их бизнесы, то то, что они идут во власть на местах, может позволить образоваться в стране вот такой институциализированной олигархии.
С. КОРЗУН: То есть настоящей?
Е. АЛЬБАЦ: Настоящей олигархии.
С. КОРЗУН: Настоящей, что, по вашему определению?
Е. АЛЬБАЦ: Это значит, что произойдет de facto и de jure уже сращение бизнеса и власти. Причем, бизнеса, монополистического по характеру, бизнеса, стремящегося к захвату целых сфер экономической жизни в стране.
С. КОРЗУН: Наш закон не ставит преград, достаточных на этом пути? Ну, что-то там прописано: человек должен отказаться от владения акциями, передать их в управление
Е. АЛЬБАЦ: К сожалению, мы знаем, как это происходит, мы наблюдали и в прошлой Думе, и в этой Думе, что это никем не контролируется, что это такая в законе как бы прописано, но ведь никто не проверяет. Потом оказывается, что дети, внуки, жены и другие близкие родственники руководят бизнесом, хотя все понимают, что настоящий руководитель тот, кто теперь заседает в Думе. Нет, мне категорически не нравится эта ситуация.
С. КОРЗУН: Американцы ничего не скрывают. Вот, пожалуйста, Буш-младший, самый, наверное, богатый из всех претендентов, как его описывают. Сколько там: сорок, шестьдесят миллионов — в личной собственности? Что плохого в том, что богатый человек идет баллотироваться?
Е. АЛЬБАЦ: Нет, ничего плохого в этом нет. Дело в том, что, вы не забывайте, что в США существует система контроля и противовесов. Это система, которая сознательно и на протяжении двух с лишним веков устанавливалась в США. Там очень сильные средства массовой информации, которые не позволят Вот последнее, что произошло за два дня до собственно дня выборов в США. Вдруг открылось, что Буш в анкете кандидата, которую он заполнял, забыл указать, что он арестовывался 20 лет назад за то, что он в пьяном виде был за рулем. Я думаю, что у нас это вызовет хохот. Кто-то сел поддатый за руль, ничего плохого не сделал, никого не сбил, в аварию не попал, его арестовали, и он не упомянул это Ведь докопались, ведь нашли, нашли полицейского, который его арестовал, подняли документы! Причем опять, вы подумайте, журналисты пришли (это было в штате Мэн, маленький северный штат на восточном побережье), получили в полицейском участке документ, и никто не позволил себе им не дать, хотя речь идет о богатом человеке, о будущем президенте США! Вот это очень важная вещь. В США, наверное, тоже есть (то есть не «наверное», а точно есть) коррупция, хотя гораздо, конечно, меньшая, чем в Европе, и люди совершают неблаговидные поступки. Но у них есть страх и они понимают, что рано или поздно их возьмут за задницу. Вот, пока в нашей стране не существует такой системы, пока не для всех наших сограждан необходимость существования свободной, независимой прессы ощущается, как воздух, как то, что их защищает, как то, что не позволит непорядочным людям прийти во власть, до тех пор ситуация, что олигархи идут в губернии, должна нас очень и очень тревожить.
С. КОРЗУН: Вот, о чем подумалось. Вы сказали, что двести с лишним лет выстраивалась эта система в Америке, у нас тоже семьдесят с лишним лет выстраивалась система сдержек и противовесов тех самых, наверное, и можно было всегда ну, тогда олигархами их не звали подать в партком, с одной стороны, ЦК партии принимал вот это и был, на самом деле, совестью государства. Может, механизм не такой уж плохой был? Он работал в достаточной степени.
Е. АЛЬБАЦ: Нет, механизм, конечно, плохой был, отвратительный, это было бюрократическое государство, в котором узкая группа людей, на самом деле, решала, кого отдать комитету партийного контроля, а кого — нет. О том, что у Брежнева несколько голова помутилась по поводу западных иномарок, известно. Но, тем не менее, у него грудь росла от медалей и орденов, правда? О том, что мэр Сочи — мягко говоря, человек с криминальными связями, было известно, но до тех пор, пока не сменился генеральный секретарь, его ведь никто не арестовывал. Понимаете, это ведь все Если человек был близок к власти, если власть его любила, значит, все ему прощалось. А если он оказался в немилости у власти, а не потому что журналисты раскопали, что у него бельишко грязное, не потому, что избиратели пришли и сказали: «Парень, ты ведь воруешь», а потому, что некоторые начальники решили, что он из другой группки и мы его посадим.
С. КОРЗУН: Нет, у нас по письмам было, на самом деле, какие-то там Правда, не все письма в равной степени рассматривались
Е. АЛЬБАЦ: На самом деле, Сережа, я же работала в советской журналистике, я же видела, что происходит. На самом деле, так же, как и сейчас это происходит, когда власти надо снять кого-то (как было недавно с мэром Ленинска-Кузнецкого, журналист приглашался в ЦК КПСС, как сейчас он приглашается в Кремль, ему дается материал или письмо, журналист едет и делает материал. Так что не совсем это, к сожалению, так.
С. КОРЗУН: Вопрос в продолжение разговора о выборах: «Для того, чтобы ходить активно на выборы, надо быть уверенным, что они не будут фальсифицированы, надо путем случайной выборки выбирать людей для контроля над итогами наших выборов, людей не ангажированных, тогда, может быть, что-нибудь и изменится в психологии наших людей», — подписано: Татьяна.
Е. АЛЬБАЦ: Правильно, Татьяна.
С. КОРЗУН: И еще добавлю. Сегодня мы ставили вопрос в рикошете: «Возможна ли фальсификация американских выборов?» Ну, большинство, хотя и небольшое (процентов 57 или 59) ответили, что невозможно, и 43 ответили, что возможно.
Е. АЛЬБАЦ: Ну, правильно ответили, потому что в 1960 году в Чикаго, когда были выборы президента Кеннеди, действительно, был сброс (то есть я говорю «действительно», потому что об этом много писала американская пресса) и ведь Кеннеди выиграл с перевесом в 11 000 голосов, именно в Чикаго, в штате Иллинойс. Поэтому возможно, но это был 1960 год, не было еще так развито телевидение. И это очень многому научило американцев. Только не надо так никого призывать: давайте создадим систему контроля, — потому что систему контроля создают граждане. Если вы не хотите, чтобы вас надували, чтобы вам подсовывали тумбу, в которой уже лежат бюллетени для голосования, надо стоять на избирательных участках и проверять. Я вот что-то не припоминаю, чтобы на моем избирательном участке было много народу, который хватал бы за руки тех, кто нарушал закон. Помнится, в единственном числе там кой-кого ловили, когда сажали бабушку и говорили: «Вот тут вот ставьте галочку, пожалуйста», что является прямым нарушением закона. Только не надо ждать, что кто-то это сделает. Хотим, чтобы нас обманывали, значит будут обманывать, позволим будут, не позволим не будут.
С. КОРЗУН: Вопрос от Ирины: «Женя, скажите, для нас, обывателей, какая разница: Гор или Буш?»
Е. АЛЬБАЦ: Большая. Сейчас, правда, благодаря тому, что у республиканцев нет абсолютного большинства в Конгрессе и в Сенате, все-таки ситуация несколько лучше. С моей точки зрения, избрание Буша для нас, в общем, очень невыгодно. Прежде всего, потому, что это может дать (в связи с тем, что Буш является сторонником развертывания новой системы противоракетной обороны), это может вызвать у нас в отечестве две реакции. Первая: это даст толчок и основание ястребам в российской политике говорить о необходимости возрождения советского ПРК, а поскольку сейчас много нефтедолларов, есть даже и с помощью чего, с помощью каких денег это сделать. Это первое. Второе: это даст новый толчок волне антиамериканизма, антизападничества, антидемократизма, антилиберализма в случае, если Буш окажется человеком, не очень способным к компромиссу. А поскольку во внешней политике его опыт равен нулю и он уже известен всякими не очень продуманными заявлениями, то, я думаю, первый год, пока Буш будет у власти, нам будет трудновато. Вот, я говорю еще раз, слава Богу, что республиканцы полностью не контролируют Конгресс и Сенат. Есть вторая вещь, которая для нас тоже очень важна (мы же, Россия же часть международного экономического поля): смена президента означает (когда меняется демократ на республиканца и наоборот), что будет полностью абсолютно меняться бюрократия в Вашингтоне, это шесть месяцев такой трясучки нервной и, прежде всего, трясучки для фондового рынка. Фондовый рынок может обвалиться. Если обвалится американский фондовый рынок, обвалятся рынки у нас, в Азии и т. д. Вспомните август 1998 года.
С. КОРЗУН: Добрый вечер. Как вас зовут?
СЛУШАТЕЛЬ: Николай. Вы не могли бы сказать, что нового Клинтон привнес в отношения Америки с Россией, и способствовал ли он продвижению России на международном рынке?
Е. АЛЬБАЦ: Безусловно, способствовал. Администрация Клинтона вообще очень много сделала для России и, прежде всего, выдала колоссальный аванс нашей стране, заявив, что Россия уже демократическая страна, уже часть международного рынка, и поэтому мы получили кредиты МВФ и международного банка, и крайне к нам благоприятное отношение было в мире. Мы, правда, сами сделали все, чтобы это благоприятное к нам отношение испортить.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Игорь. Скажите, пожалуйста. Вы, в свое время, довольно агрессивно выступали против действий России в Чечне. Если быть последовательным, то Вы с такой же агрессивностью должны выступать против Израиля. Я не слышал никогда Вашего мнения об этих событиях. Вот хотелось бы сейчас послушать.
Е. АЛЬБАЦ: Вы, наверное, просто не читали.
С. КОРЗУН: И в ночном эфире мы об этом много говорили, но Вы, наверное, просто не слышали.
Е. АЛЬБАЦ: Значит, могу только повторить то, что я уже говорила и писала, то, что и действия России в Чечне, и действия Израиля по отношению к палестинцам есть прямая демонстрация избыточной силы. И у России, и у Израиля есть право, безусловно, отстаивать границы, отстаивать безопасность своих граждан. Весь вопрос в том, насколько соразмерны средства. И Россия, и Израиль абсолютно не контролируют себя в отношении средств.
С. КОРЗУН: Значит, если я правильно понимаю, позиция Евгении Альбац совпадает с позицией Совета безопасности ООН, которая несколько раз подобные резолюции выносила?
Е. АЛЬБАЦ: Абсолютно. Я могу сказать еще следующее: для всякой страны политик в погонах это катастрофа, потому что политики в погонах в ситуации войны себя больше чувствуют генералами, нежели политиками.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Я вас приветствую из Ростова-на-Дону. Меня зовут Виталий. У нас сегодня в Ростов Путин приехал. И у меня в связи с этим такой вопрос: как Вы вообще относитесь к тому, что появляется некая разновидность культа личности по отношению к Владимиру Владимировичу? Например, у нас практически город на осадном положении. Сразу в десятки раз больше милиции на улицах, перекрыто движение, в общем, жить невозможно.
Е. АЛЬБАЦ: Я бы разделила Ваш вопрос на две части. То, что больше милиции, — это правильно, потому что мы находимся в состоянии войны с Чечней, чеченские командиры не раз объявляли, что Путин у них на мушке, поэтому усиление охраны вокруг Путина абсолютно необходимо. Второе. Что касается культа личности Путина, опять же, это мы с вами Кто устраивает культ личности? Мы же, которые при виде Владимира Владимировича просто впадаем в истерику. Смотришь на телеэкран у женщин же экстаз. Понимаете? Это же мы, избиратели, позволяем избранным нами губернаторам и мэрам вывешивать всякие славословия, всякие лозунги во славу В. В. Путина в наших городах. Это все происходит ведь с нами, не на Луне. Так чего же плачемся-то?!
С. КОРЗУН: Культ личности Ельцина был? Ельцинистки были. А культ был?
Е. АЛЬБАЦ: Нет. Тут очень много зависит от личности. Путин еще не политик. Я об этом еще не раз, не два, не десять буду повторять. Он еще в подготовительной школе. Он пока не понимает, что это для него самого очень опасно, потому что культ имеет ведь разные разновидности. А Ельцин был политиком, он понимал, насколько это плохо для него и в общественном имидже, и в том, как на него будут смотреть за пределами России, и вообще, для политика это, на самом деле, плохо.
С. КОРЗУН: Еще пару вопросов успеем принять. Добрый вечер.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Я Петр. Евгения, скажите, пожалуйста, возможен ли, предсказуем ли спад экономики США и возможен ли фондовый кризис при политике демократов, если они придут к власти? Как это может отразиться на России? То есть, если будет кризис в Америке, это будет хорошо для нас или плохо?
Е. АЛЬБАЦ: Если будет кризис Я говорила о том, что при смене президента в США полностью меняется бюрократия в Вашингтоне, полностью федеральная бюрократия меняется. Соответственно, это шесть месяцев неопределенности, нестабильности. Поскольку фондовый рынок акций страшно перегрет, он может он и так в течение всего этого года корректируется, он может рухнуть, не выдержать этого состояния неуверенности. Соответственно, если рухнет рынок США, это может отразиться на состоянии рынков Европы, Азии. Если это отразится на рынках Азии, это может отразиться на наших рынках.
С. КОРЗУН: То есть отразится отрицательно?
Е. АЛЬБАЦ: Самым отрицательным образом.
С. КОРЗУН: Как связано отрицательно? Вот, например, наша инфляция для нас была выгодна. Я думаю, что именно в этом основа вопроса. И я бы, может, так сформулировал: после падения того, обвала акций и прочего наша промышленность отечественная стала вставать на ноги, появились для этого объективные условия, помимо каких-то субъективных.
Е. АЛЬБАЦ: Кризис 1998 года имел как положительные результаты, так и отрицательные. Ведь мы же потеряли, вернее, ограбили средний класс, как мы сейчас помним. Сколько молодых людей оказалось на улице! Сколько бизнесов прежде всего, мелких и средних разрушилось, ведь большие бизнесы не слишком полетели, поэтому, на самом деле, это очень плохо было, конечно, а то, что девальвация была хороша, так надо было самим ведь соображать, ведь это была ошибка, на самом деле, правительства Центрального банка, которое держало рубль. Так что, нет И сейчас ничего хорошего из этого не будет.
С. КОРЗУН: Не будем уже вопросов больше. Пару, как обещали, так и приняли. Непосредственные планы? Жень, что в будущее время? Где сможем тебя увидеть, прочитать, услышать? Что готовишь из крупного?
Е. АЛЬБАЦ: Я сейчас заканчиваю главу из книги. Она связана с бюрократией, с ее ролью в России. Пока я не знаю, где я ее буду публиковать, я никогда этого не знаю. Где опубликуют там и опубликую.
С. КОРЗУН: Это не художественная книга, а журналистское исследование?
Е. АЛЬБАЦ: Нет. Это такое, скорее, академическое исследование. А, как всегда, каждую субботу «Известия» публикуют мою колонку о детях. Получаю огромное удовольствие, просто отдохновение души, когда это пишу. В разных других местах идут колонки, материалы и т. д.
С. КОРЗУН: Тут на пейджере еще: «Браво Вам! Какая Вы умница! Когда будете еще в ночном эфире?» Я понимаю, что вопрос не к Вам. Я тогда по-другому спрошу: те четыре часа (или сколько там было?), пять часов эфира или три часа, как после них?
Е. АЛЬБАЦ: Мне очень понравилось. Я вообще очень люблю прямые эфиры «Эха», мне это интересно, мне очень любопытны вопросы. Мне не хватает такого контакта с читателями или со слушателями, какой есть на «Эхе». Я это очень люблю. Если меня позовете приду.
С. КОРЗУН: Тогда будем звать. Спасибо. Евгения Альбац была «персонально Вашей».


Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире