'Вопросы к интервью
С.КОРЗУН – Всех приветствую! В студии Сергей Корзун и программа «Особое мнение». И, сегодня в этой программе премьера, в гостях у нас Ашот Габрелянов. Ашот, Здравствуйте!

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Здравствуйте!

С.КОРЗУН – Генеральный директор «LifeNews», исполнительный директор холдинга NewsMedia. Поскольку сегодня премьера, тогда два слова о том, чем занимаетесь? Заведуете ли только финансовыми делами либо только контентом этих самых изданий, «LifeNews», в том числе?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Да, я занимаюсь, наверное, всем, начиная от контента и заканчивая финансовыми показателями. То есть, на мне, как на исполнительном директоре холдинга лежит ответственность полностью за все продукты компании, в том числе, и за газету «Известия», и за новый проект наш – русскую службу новостей, которая недавно появилась у нас в холдинг; и за телеканал LifeNews, который недавно запустили тоже; и это наш веб-сайт и газеты есть – газета «Жизнь», ну, не буду сейчас перечислять все, рекламу устраивать нам.

С.КОРЗУН – Но есть еще должности главного редактора, либо вы отвечаете окончательно…?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – У каждого проекта есть главный редактор, есть команда, которая работает над проектами. Я занимаюсь общим административным направлением и ведением, по сути, глобальных, стратегических дел холдинга.

С.КОРЗУН – Тогда два слова еще о себе. 24 года, насколько я понимаю.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Да, 24 года.

С.КОРЗУН – Образование – студент журналистики. Да, незаконченное – я ушел на третьем курсе с факультета журналистики МГУ, потому что надо было либо хорошо учиться, либо хорошо работать. Я решил, что надо хорошо работать, но, к слову, я уже читаю лекции на факультете журналистике, и, как правило, студенты задают такой вопрос первый: «Скажите, Ашот, а вот, вы не закончили факультет журналистики…?» Я говорю: «Не закончил». – «И вы читаете нам лекции». Я говорю: «Да». Они говорят: «Все, вопросов больше нет!»

С.КОРЗУН –Давно в журналистике? Поскольку не секрет, что холдинг, вообще, принадлежит вашему отцу АрамуАшотовичуГабрелянову.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Да, я с детства самого, я рос, собственно, в мире медиа изначально, и работать начал с 14-ти лет. Работал фотографом-репортажником, и, у меня есть, по сути — наверное, можно так говорить — интегральная компетенция общая в любых абсолютно платформах медиа. Единственное, что для меня радио новое что-то, но уже есть опыт и запуска телеканалов достаточно успешного, потому что сегодня пришли рейтинги за сентябрь, и мы вошли по рейтингу «Медиалогия» по цитируемости на 7 строчку, вошли в топ-10 самых цитируемых каналов.

С.КОРЗУН – Журналистское кредо? Что исповедуете: независимую журналистику, журналистику событий, мягко говоря? Как себя позиционируете, как журналист?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Ну, уже, наверное, скорее, как медиа-менеджер, потому приходится заниматься все больше управлением проектами. Но, бывает иногда, что я беру какие-то тексты – я знаю, что это неправильно, категорически неправильно, я против этого сам, как менеджер компании, но иногда бывает так, что хочется самому взять и переписать, какой-то материал написать, сделать какое-то интервью. Но, к сожалению, очень редко это удается, но мне нравится просто сам жанр этот. Мне очень нравится жанр интервью, мне нравиться разговаривать с людьми, мне нравиться узнавать что-то, искренне интересоваться тем, чем человек занимается.

С.КОРЗУН – И, наконец, политическое кредо, если есть – к каким ближе: к либералам, к почвенникам, государственникам?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Я нигде не скрывал, что я по натуре прогосударственник, занимаю государственную позицию, но в рамках моей профессии я должен быть над этим, то есть, я не могу занимать ту или иную позицию. Я могу высказывать, как личное свое мнение, но я не могу высказывать это мнение, как мнение холдинг. То есть, я должен быть над этим, то есть я не должен занимать ни ту сторону, ни другую.

С.КОРЗУН – Напомню, это «Особое мнение» с Ашотом Габреляновым на радио «Эхо Москвы», на телеканале RTVi. Два слова о вашем издании, которое лучше всего видно пользователям интернета — LifeNews. Смотрю первое же сообщение на странице: «Волгоградскую смертницу перед терактом засняли камеры наблюдения». Действительно, на фотографии женщина, похожая на волгоградскую смертницу, на эскалаторе торгового центра. Тяжело далась эта пленка?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Работаем! Мы очень много, на самом деле, времени и ресурсов и сил тратим для того, чтобы получать подобные видео. Там, кстати, не только фото, но и видео есть, где она спускается. Если заметите, там страшный момент, что она планировала, действительно, теракт — она выискивала места, где можно было побольше людей убить. И, самое страшное на этом видео, которое опубликовано, это то, что она проходила мимо детской площадки. Если вы обратили внимание, там есть детские игрушки, и вот, это, действительно, страшно. По поводу, сложно добывать, сложно ли было добыть это видео – сейчас мы запустили приложение LifeNews, которое позволяет пользователям отправлять контент и получать за это деньги в режиме реального времени. На сегодняшний день мы уже вошли в топ-5 самых популярных приложений в магазине «Apple» — «Apple Store», обогнав такую популярную игру, как AngryBirds. И, на сегодняшний день уже порядка 50 тысяч человек скачали это приложение и являются активными пользователями. В тот момент, когда я уезжал сюда, к вам, нам в день, за сегодня прислали порядка 370 видео. Как правило, 90% — это контент невостребованный.

С.КОРЗУН – Но, оплачиваете только востребованный – то, что у вас публикуется?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Да, где-то 5-10% мы ежедневно покупаем, какие-то видео.

С.КОРЗУН – И авторские договоры заключаете, соблюдая авторские…?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Есть договор-оферты, конечно. Человек, когда регистрируется, он подписывает договор-оферту, и после этого весь контент, который мы оплачиваем, он подтверждает, что он автоматически становится нашим.

С.КОРЗУН – То, что еще на первой странице. «В дата-центре Mail.ru и «Одноклассники» отключили отопление». «По факту драки с участием Емельяненко возбудили дело», «Адвокат: Сумма ущерба от действия Баумгертнера взята с потолка», и «Боевики выложили в сеть видео с похищенным российским инженером». Вы считаете, что это и есть повестка дня, собственно, с точки зрения вашей политики?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Да. У нас на сегодняшний день есть технологии, которые позволяют мониторить самые популярные темы, и мы можем чувствовать, и не только чувствовать, а в реальном времени отслеживать, что людям интереснее всего смотреть, что людям, что людям интереснее всего читать. И, если мы видим, что есть всплеск некий по какой-то из новостей или по теме, мы стараемся больше контента давать.

С.КОРЗУН – Аналитикой не занимаетесь, только фото-видео в первую очередь?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Поскольку у нас есть разные издания в холдинге, например, газета «Известия» — она занимается больше аналитикой. То есть, мы считаем так, что LifeNews должен отвечать на вопрос «что? и как?» — показывать. То есть, больше «смотрелка», больше видеоформат.

С.КОРЗУН – То есть, «почему?» — не входит…

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Да. А, на вопрос «почему?» отвечает газета «Известия» больше. Потому что это разная аудитория все равно. 95% интернета – это люди, которые смотрят. Очень мало людей, которые читают. Я всегда об этом говорю, что рядовой потребитель – он даже не заходит на сайт LifeNews, он не заходит на сайт «Известий», он не заходит на сайт «Эхо Москвы». Он узнает новости через «Яндекс». Он заходит на главную страницу, смотрим там новости, переходит, кликает и уходит дальше.

С.КОРЗУН – Ашот Габрелянов, напомню, в программе «Особое мнение». Давайте к другим новостям перейдем. Сегодняшнее сообщение: Посла США вызвали из МИД Германии из-за возможной прослушки телефону Меркель. Напомню, история в том, что германский канцлер возмущенно довольно позвонила американскому президенту и попросила внести ясность в вопрос, действительно, прослушивали ли американские спецслужбы германского канцлера. Вы эту тему как-то освещали, и, что вы думаете, вообще, по этому…?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Могу сказать так, что вопрос, на самом деле актуальный, потому что, как видите, все чаще и чаще появляются сообщения о прослушке тех или иных и чиновников, и известных, в принципе, людей…

С.КОРЗУН – Ну, и у вас публикуется, в общем. История с прослушкой там, Бориса Немцова и некоторые другие прослушки – тоже широко известно.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Да, конечно, и, поэтому вопрос актуальный. Честно скажу, я это сообщение еще не видел. Не могу в полной мере прокомментировать эту ситуацию…

С.КОРЗУН – Представляет интерес эта ситуация для вас, как для издания? Ну, и вам, отчасти, как журналисту?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Конечно, представляет, но для массового потребителя, все же, — нет. Я более, чем уверен, что это, может быть, появится… Это даже, наверное, если зайти на сайт «Известий», наверняка это есть там сообщение, и оно на эту аудиторию рассчитано. Вообще, бывает интересно, что… у нас сейчас в холдинге столько уже изданий, что физически не успеваешь просматривать весь контент. Потому что, когда на тебя сыплется порядка 100 сообщений в день, ты еще можешь их посмотреть, 200 – можешь, но, когда там тысячи, полторы тысячи, две тысячи и при этом нужно еще делать другие дела – физически не успеваешь все это делать.

С.КОРЗУН – Вопрос даже немножко в другом. Имеют ли, на ваш взгляд, спецслужбы прослушивать и высоких государственных деятелей, и просто граждан других стран, да и своей страны? В том числе, и к нашим событиям здесь, где принято решение и обязали мобильных операторов, всех провайдеров услуг записывать – правда, на какой-то короткий срок 12 часов или около того – все необходимое. Что вы думаете по этому поводу?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Я, как гражданин, конечно, против. Конечно, не хочется, чтобы мои личные данные кто-то прослушивал, кто-то просматривал, но, если смотреть, с точки зрения безопасности государства, я думаю, что это будет делать просто необходимо. Потому что, если государство не будет обладать достаточной информацией по тому, что происходит, и, что планируется сделать, например, негативное в отношении страны и в отношении граждан, – это могут происходить печальные последствия, как мы видим событие, которое происходило в Волгограде. И, мое абсолютное убеждение, что все, что происходит связанное с терроризмом, абсолютно, из-за недоработки спецслужб, именно, по добыче информации по созданию агентурной сети.

С.КОРЗУН – То есть, вы готовы остаться под колпаком у спецслужб, абсолютно с прозрачной жизнью для того, чтобы не совершались теракты?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Для меня безопасность моей семьи, моих друзей и безопасность граждан нашей страны значительно важнее – физическая безопасность – нежели мои личные данные будут слушаться или не будут.

С.КОРЗУН – И вы уверены в том, что, если эти данные попали в спецслужбы, они будут использованы только исключительно во благо вам? Поскольку историй с утечкой данных из самых разных архивов, баз данных и так далее, во-первых, достаточно много. Во-вторых, мы не можем сказать, что полностью избавились от всех «оборотней в погонах» и в штатском во всех специальных службах?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Я думаю, в любом случае люди должны знать правду. То есть, может какая-то информация появляться, которая не нравится той или другой стороне. Может, появляться какая-то информация, которая не нравится тому человеку, о котором было рассказано, но в любом случае, если ты информирован, значит, ты вооружен. И, конечно, хотелось бы, чтобы подобных историй, как с терактами впредь не допускалось, таких печальных.

С.КОРЗУН – Если история идет не о терактах, а о политической деятельности, в том числе, о деятельности политической оппозиционной. Возвращаясь к той же истории с пленками Бориса Немцова и некоторыми другими, которые у вас публиковались…

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Да, которые были опубликованы на LifeNews.

С.КОРЗУН – Да. Вы уже отвечали, в общем, на эти вопросы. Вы, по-прежнему считаете, что вы вправе публиковать материалы, которые предположительно были добыты нелегальным путем.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – А я вам объясню, в чем вопрос. Понимаете, мы не публиковали его личные переговоры. Были записи, где Борис Немцов вел личные переговоры: заказывал пиццу, еще что-то личное. Мы публиковали лишь те переговоры, которые касались общегражданской, общеполитической жизни страны. Он в этих переговорах называл людей, которые выходили на митинги, и, которые кричали в его поддержку, он называл этих же людей, которые выступали за него, «боязливыми пингвинятами». У меня вопрос возникает: как вы считаете, если, например, завтра появится аудиозапись, на которой Алексей Навальный, например, к слову…

С.КОРЗУН – Некто Иван Иванов.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – О'Кей! Иван Иванов, который занимает активную политическую позицию, является активным, например, оппозиционером, и появляются переговоры его, например, с представителем кремля, и в этих переговорах выясняется, что он абсолютно проект кремля, его ведет власть. Вот, люди, которые выходят на митинги, и люди, которые отдают ему голоса, они должны знать правду или нет? Мне кажется, должны — мое лично мнение такое.

С.КОРЗУН – Логика журналистская в этом есть, но вы же не отвечаете на вопрос, откуда вы получили эти результаты прослушки.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Я признаюсь, я до сих пор не знаю. У нас в компании работает полторы тысячи человек, и, к сожалению, как бы, мне не хотелось, я не могу физически контролировать, кто как информацию добывает. Сейчас, в условиях, когда смартфоны и устройства для записи есть, программа, у любого человека – как мы знаем, в России на сегодняшний день это 30 миллионов смартфонов и записать может абсолютно любой человек, где угодно – проследить и проконтролировать, откуда была получена информация – невозможно.

С.КОРЗУН – Ну, вам вменяют то, что вы сотрудничаете, собственно, с силовыми структурами, получаете оттуда информацию, которая так и называется «слив», в общем.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Ну, я бы так не называл, потому что мы журналисты. Для нас не принципиально, кто и как эту информацию заполучил, для нас главное – показать правду, и рассказать людям, действительно, то, что происходило. Поэтому, если нам эта информация поступила через приложение или поступило с ссылкой на «YouTube» или с ссылкой на еще какой-то файл мы получили, я, может быть, не хочу даже в каком-нибудь случае знать, как она была получена. Мне главное, чтобы этот контент был востребованным и востребован аудиторией. А, в случае, если это информация, которая поможет гражданам определиться и сделать какой-то выбор в жизни, то еще лучше, конечно.

С.КОРЗУН – А, проверкой информацией занимаетесь, либо этот этап минуете? То, что называется в журналистике факт-чекингом?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Конечно. В истории с Немцовым мы позвонили в первую очередь Борису Ефимовичу и спросили, действительно, ли это он на этих записях, и он подтвердил это. То есть, конечно, мы проверяли информацию.

С.КОРЗУН – И так со всеми пленками, не исключая ни политических деятелей, ни деятелей культуры – соответственно, тусовку?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Конечно. Профессионализм журналиста любого определяется не только каким-то эксклюзивом, который он добывает, но еще достоверностью этого эксклюзива, собственно.

С.КОРЗУН – К вопросу. Если те же самые записи получены были от частных лиц, которые могли – неизвестно, кто – записать…. Вы же в самом начале сказали, что, как человеку, вам, в общем, не очень нравится, если кто-то другой, кроме спецслужб будет вторгаться в частную жизнь.Таким образом, иск можно предъявить – ну, можно вам… По-журналистски я понимаю вас тоже, потому что, действительно, правда должна быть известна – это журналистская позиция. Но, есть вопрос к тем же самым спецслужбам и следственным органам – взяли ли они на себя миссию, узнать, кто нелегально или легально – по решению суда или другой инстанции – записал эту пленку. Вот, этим чекингом не занимаетесь? Думаете ли, вообще, что граждане должны иск подавать? Если себя представите в этой ситуации, что ваш разговор какой-то был записан и опубликован на другом сайте.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Мне кажется, что не очень приятно, если мои переговоры какие-то или мои переписки или что-то еще…

С.КОРЗУН – Деловые и финансовые переговоры, я уже не говорю о частных…

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Да, действительно, попадет… Это вполне логично. Но, опять же, если мои, например, переговоры или мои переписки будут угрожать безопасности государства, то я считаю, что они должны попасть в любом случае в СМИ, это должно быть максимально обострено и получить резонанс, чтобы не допустить каких-то печальных последствий для страны.

С.КОРЗУН – То есть, если у вас ,не дай бог, возникнут какие-то недобрые намерения, то вы не против того, чтобы их опубликовать

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Будем надеяться, что нет, конечно.

С.КОРЗУН – Хорошо. К следующей новости – есть у нас еще время до перерыва. Мурманский суд отказался освободить арестованных активистов Гринпис. Вы, кстати, занимались этим делом?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Да-да, конечно, освещали.

С.КОРЗУН – «Арктик Санрайз». Вашего корреспондента там не было на месте. Или у вас были какие-то другие материалы?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Нет, мы передавил, стрингеры там находились…

С.КОРЗУН – Что, как организатор журналистского производства, в первую очередь, думаете об этом, и за дело ли сидит, например, фотокорреспондент, который там оказался или пресс-секретарь?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Сложная на самом деле ситуация складывается. Я думаю, что есть, конечно, и политический подтекст во всей этой истории. Надо разбираться, я, если честно, не берусь. Думаю, что в этом лучше разберутся и государственные структуры, потому что у них больше просто информации, и мы с вами, сегодня, к сожалению, не владеем достаточным количеством информации для того, чтобы говорить, правильно или неправильно. Потому что я становлюсь свидетелем очень часто в нашей работе, когда ты занимаешь одну позицию, у тебя одна точка зрения, и ты уверен, абсолютно, на сто процентов, что ты прав; потом появляются какие-то дополнительные подробности, какая-то фактура, появляется видео, документы, еще что-то и оказывается совершенно все иначе. Поэтому в данной ситуации занимать одну, ту или ту позицию, я бы не стал, конечно.

С.КОРЗУН – Хорошо. Власти Москвы разрешили провести шествие оппозиции 27 октября и предварительно, марш националистов в Люблино 4 ноября, если я не обшибаюсь. Как вы освещаете эти политические события, марши и так далее? Будете освещать в данном случае.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Мы ярко их освещаем. Не знаю, можно ли назвать это маршем – погромом, скорее – события в Бирюлево. У нас на месте находилось порядка 10 камер, и мы в прямо эфире передавали в течение всего дня – с утра и до позднего вечера все происходящие события. Мы, конечно освещаем все события лайв, онлайн, прямо оттуда, со всех митингов. И с оппозиционных митингов, с маршей националистов, абсолютно со всех событий, которые представляют интерес для массового потребителя, для общества нашего.

С.КОРЗУН – А, вот, если проходят, на, одновременно сем митингов – бывают такие дни в Москве – на все идете, на все корреспондентов отправляете?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Как правило, определяются самые востребованные аудитории, потому что, может, проходить какой-нибудь митинг, где будет 20 человек, очень какой-то узконаправленный, а, может быть, быть митинг, где будет находиться 20-30 тысяч. Конечно, в первую очередь направим максимально количество сил на массовый митинг, где собирается больше людей, потому что, значит он интересует большее количество людей, и им будут интересоваться люди. Дальше уже по нисходящей – смотрим, что менее интересно.

С.КОРЗУН – Напомню, Ашот Габрелянов — генеральный директор «LifeNews», исполнительный директор холдинга NewsMedia в программе «Особое мнение» на радио «Эхо Москвы», на телеканале RTVi. К вопросам давайте перейдем: «Если вы такой правдолюб, почему не сдаете «слив» элиты?», — Айрат спрашивает.Человек подписался, как Айрат.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – «Слив» элиты – это имеется в виду…

С.КОРЗУН – Имеется в виду, наверное, прослушка высших государственных деятелей – то, что интересно другим. Не оппозиционных деятелей, а государственных.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Опять же, повторюсь: надо публиковать только ту информацию, которая несет угрозу безопасности страны. И, если эта информация не несет угроз безопасности страны, то публиковать-то ее, в принципе, не надо. Если завтра окажется, что действующая власть что-то такое ведет против граждан, и у нас появятся подтверждающие документы, я думаю, что СМИ должны публиковать такую информацию.

С.КОРЗУН – К вопросу о Волгограде. Кобра спрашивает: «Разве в Волгограде засекли переговоры? Может, их и не было. Что-то не говорили. Они тоже не дураки». Это, наверное, к вопросу защиты частных данных.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – В том-то и проблема. Я, как раз, сказал, что это, видимо, недоработка спецслужб, что у них не было достаточно информации и поэтому такая ситуация произошла. Потому что, борьба с терроризмом не может вестись на уровне постфактум. Борьба с терроризмом ведется примитивными способами – только закачкой денег в получении агентуры, в получении людей, которые информируют изнутри о том, что планируется, происходит или будет происходить – какие-то могут теракты или какие-то взрывы – только так. По-другому никак. Во всем мире так.

С.КОРЗУН – Напомню, что сегодня в программе «Особое мнение» Ашот Габрелянов. Ваши вопросы присылайте к нам на сайт по любому из каналов связи, который вы хорошо знаете.через три минуты мы продолжим нашу программу. Вернемся в студию после новостей и рекламы.

НОВОСТИ.

С.КОРЗУН – Напомню, что сегодня в программе «Особое мнение» Ашот Галбрелянов – LifeNews и NewsMedia – холдинг NewsMedia. Комментарий из Чикаго от Романа: «Молодой и такой осторожный» — пишет Роман. Я правда, обратил внимание. Это из-за того, что в эфире еще смущаетесь, либо, действительно, подбираете слова, чтобы говорить о каких-то вещах, в том числе, политических? Не само льется.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Не знаю, наверное, зрителям виднее.

С.КОРЗУН – Зрителям виднее. Пока не можете ответить на этот вопрос. Илья из Ярославля возвращает нас к событиям с Гринпис: «Участвовала ли ваша компания, медийный ресурс в акции в поддержку фотокора Синякова: один день без картинок на главных страница сайта», — спрашивает Илья из Ярославля.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Нет, не участвовали. Не знаю, я, вообще, считаю, что это неправильная затея, когда СМИ пытаются каким-то образом воздействовать при помощи того, что они, усложняя жизнь потребителю своему, пытаются воздействовать как-то на власть или на какие-то органы. Мне кажется, страдают от этого на самом деле потребители. Вы ходили, если на все сайты российские, на многие, очень популярные – все было без картинок, и от этого потребитель страдал-то, по сути.

С.КОРЗУН – То есть, для вас понятие «журналистская солидарность не существует в данном случае?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Это очень узкая, такая тонкая история. Если помните, была история с закрытием «Коммерсант-Власть» издание после публикации там одной фотографии про Путина…

С.КОРЗУН – С матерным словом.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – С матерным словом. Меня тогда спрашивали: «А, почему же ты их не поддерживаешь, почему ты считаешь, что они не правы?» Я говорю: «Да, нет, ребята, если бы они были профессионалами в своем деле, если бы они хотели пойти против власти, — О'Кей, пусть они нашли бы какие-нибудь документы, пусть бы они нашли какие-то аудио-файлы, пусть бы они доказали бы связь президента – я не знаю, если бы существовали какие-то компании или какие-то связи с олигархами – пусть бы нашли это, раскопали и сообщили об этом. А, написать матерное слово и сфотографировать потом, и выложить – это может сделать любой.

С.КОРЗУН – Но, последовательность была другая. Не они написали, там был реальный бюллетень, который был сфотографирован и выложен сеть.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Да, но кто-то это сделал. Кто-то, если на заборе что-то напишет, потом публиковать – это не сложно сделать. В этом профессионализма нет.

С.КОРЗУН – Не вопрос.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Если мы говорим о профессиональной этике, поддержке коллег, я, кстати, всегда с удовольствием поддержал бы, если они оказались профессионалами своего дела.

С.КОРЗУН – Тогда немножко добьем эту историю. На самом деле, корреспондент – пускай нештатный корреспондент, у вас же тоже штатных, наверное, не так много корреспондентов, в основном нештатные работают, так или иначе – он оказался в ситуации, когда, исполняя свое журналистское задание, он попал в тюрьму. За исполнение журналистского задания. Вот, в этой ситуации не распространяется на нее понятие журналистской солидарности? Представьте, если бы ваш фотокорреспондент оказался в подобной ситуации.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Ну, надо разбираться более детально, более подробно, какое задание, что он делал, и, опять же очень тонкая грань здесь. То есть, если я сейчас выступлю и скажу: «Да, я поддерживаю, или я категорически против» — я не могу так сказать, потому что, всегда очень бывает много деталей. Если такое событие произошло, если об этом достаточно долго говорят, значит, как правило, это все не так просто, изнутри. Там может быть иначе все несколько, чем показывают.

С.КОРЗУН – Вопрос задает Асвидар: «Почему корреспонденты LifeNews оказываются на месте событий до их начала?» Ну, звучит как реклама, практически. Бывает такое или нет? Вы знаете о каких-то событиях? Или, скажем так – я думаю, что подкладка этого вопроса несколько другая – организуете ли вы некоторые события для того, чтобы ваш корреспондент оказался там, на месте.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Нет, не организуем. Мы оказывается, действительно, очень часто на месте события быстрее наших коллег. Это может говорить, наверное, только о профессионализме наших ребят, которые смогли с очень многими людьми и в Москве и в России и не только в России выстроить дружеские отношения, которые позволяют получать им информацию быстрее, нежели другим. Ну, в принципе, это нормальная практика. Так работают любые СМИ не только в России, но и в Штатах. Если у известных каких-то людей появляется какая-то информация, которой они хотят поделиться, скорее всего, они сообщат ее своим друзьям из СМИ. Как я разговаривал с коллегами из британских СМИ, они рассказывали, что у Мадонны, например, у нее личные близкие отношения с некоторыми директорами крупных изданий британских. Они напрямую иногда звонит даже и сообщает какую-то информацию, если что-то есть интересное.

С.КОРЗУН – Таким образом, имеет возможность себя защитить, наверное, тоже через знакомых.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Конечно. Рассказывают люди, на самом деле, поэтому многое зависит от человеческих отношений.

С.КОРЗУН – Вопрос от Алексея: «Вас часто просят, что-нибудь такое этакое снять по ТВ, якобы в оперативных целях – то, что вам или вашей съемочной группе непонятно?» Понятен вопрос? Мне не очень.

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Мне не очень тоже.

С.КОРЗУН – Не относится к тому, что вы снимаете. Вам не кажется, что одно преступление просто информационно можно перебить другим преступлением? То есть, происходит что-то одно, а вам предлагают, обращаются к вам следственные органы или кто-то – специальные службы — с просьбой оказаться на месте происшествия?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Не обращаются, скажу честно, но я знаю, что подобная практика информационного замещения существует, блестяще умеют. У нас пока, к сожалению, такого не было в стране, то это потрясающий, конечно, опыт замещения информационными событиями каких-то сложных ситуаций в государстве — замещение другими поводами информационными. Ну, очень простой пример – это выборы президента Барака Обамы в Америке. Например, мало кто знает, но самый большой возврат по кредитам ипотечным в Штатах в тот год, когда Барак Обама избирался, был среди черного населения, среди бедного черного населения. Это был, я считаю, блестящий, лучший, я считаю, ход в истории управления государством, в истории медиа – избрать черного президента. У всех разное мнение на этот счет, но я считаю, что американцы научились гениально управлять сознанием людей, гениально использовать медиа-ресурсы для того, чтобы подавать нужные мысли, чтобы у человека внутри ожидалась какая-то нужная мысль или идея. Ну, когда, например тот же Арнольд Шварценеггер. Мне очень сложно верится – я его очень люблю и уважаю, но мне мало вериться, что человек, который всю жизнь качал мышцы, снимался в кино, завоевывал «Мистер Олимпия», вдруг стал великим губернатором штата Калифорния. Мне в это сложно верится.

С.КОРЗУН – Рейган тоже стал из актеров – ну, правда, через профсоюзного деятеля, поскольку работал в актерском профсоюзе некоторое время. Хорошо. А, вы учитесь, в этом смысле, у американцев? Вы сами, как определяете информационную повестку дня? Это делает главный редактор по журналистским соображениям, либо вы приходите и говорите, что «нет, давайте на первое место поставим это»?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – У нас сложился очень профессиональный коллектив, который за годы работы научился очень тонко чувствовать потребность аудитории. Мы можем определить с точностью до 95%, выстрелит та или иная тема или не выстрелит. Если даже, когда мы эти 5% попадаем, когда ошибаемся, мы можем ситуацию быстро исправить, потому что будем видеть рейтинги – событие интересное или не интересное. Бывают, конечно, потрясающие случаи, когда мы покупаем какое-то видео, западное, например. Если помните, была такая история, очень странная, когда, если я не ошибаюсь, у англичанина или американца умерла кошка, и он из этой кошки сделал вертолет. Просто ее кожу натянул – это кошмар просто был – видео набрало на сайте порядка 800 тысяч просмотров, и оно было главной темой. То есть, даже не российская тема какая-то, не российское кино основной повод, а, абсолютно какое-то странное видео, абсолютно странный информационный повод, где гражданин Америки превратил кота в геликоптер – взорвала интернет. Бывают такие истории. Мы не смогли это угадать, например.

С.КОРЗУН – Остальное с топ угадываете?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Хорошо. Возможно, последняя тема для обсуждения. Антипиратский закон со всеми его… работой и не работой. Как относитесь к нему, постоянно, не только вы пользуетесь чужими материалами, но, и, собственно, и LifeNews, в общем, заимствует материалы. Боретесь ли с пиратами, которые заимствуют материалы?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Покупаем.Мы, вообще, категорически против выступаем против какого-либо воровства контента, потому что для нас это очень острый вопрос. Он даже стоит для нас острее, чем для производителей, потому что у нас продукт, как вы знаете, очень быстро портится. Новость или видео-ролик, который актуален сегодня, или он может быть актуален час-два часа максимум, он будет уже не актуален завтра. Мы не можем новости, видео-новости показывать в кинотеатрах, мы не можем их продавать потом на DVD. Они актуальны сейчас, они актуальны в интернете на сегодняшний день – все. Завтра они уже никому не нужны. Поэтому, я сам, в принципе, за то, чтобы был максимально жестко организован этот антипиратский закон и были наказаны люди, которые воруют контент, публикуют его в тех же социальных сетях.

С.КОРЗУН – Если бы ваш корреспондент, некий человек, сняв ролик, продал его и вам и еще кому-то. Будете вступать в отношения через суд этим человеком, либо с другими изданиями?

А.ГАБРЕЛЯНОВ – Это очень большая проблема для нас, потому что, как я уже сказал, в наше приложение LifeNews присылают очень много видео, и очень часто оказывается, что люди пытаются не то, что продать нескольким изданиям видео, а пытаются продать чужое видео, которое они скачали из интернет, и еще нескольким каналам – бывают такие случаи! Поэтому, мы очень много сейчас сил и ресурсов тратим на проверку того контента, который нам присылают.

С.КОРЗУН – Ну, что ж, боюсь, на этом все. Ашот Габрелянов был сегодня на радиостанции «Эхо Москвы», телеканале RTVi. Спасибо, что пришли, отвечали на наши вопросы. Всем счастливо!


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире