'Вопросы к интервью
А. ПЛЮЩЕВ — Здравствуйте. В программе «Особое мнение» сегодня на мои, Александра Плющева, вопросы и вопросы ваши, заданные на +79859704545 или Twitter-аккаунт vyzvon отвечает президент медиагруппы «Живи!» Николай Усков. Николай, добрый вечер.

Н. УСКОВ — Добрый.

А. ПЛЮЩЕВ — Начнём, с вашего позволения, с ситуации с Матвеевским рынком, что происходит вокруг этого. Там на много составляющих, на много вопросов можно разложить. Начнём в обратном хронологическом порядке. Одна из последних новостей связана с тем, что рынок этот снесут, на котором всё это произошло. Вообще ещё несколько рынков там в округе закроют. И по Москве за рынки взялись, там, облавы проведены, и так далее. Вы как к этому относитесь? Вы часто на рынках бываете, кстати?

Н. УСКОВ — Да нет. К сожалению, не очень. Может быть, к счастью. Хотя есть хорошие рынки в Москве вроде Дорогомиловского. Но мне кажется, что это обычная игра в предвыборный месяц, ничего в нём удивительного нет, играть на неприязни к приезжим, в том числе к нашим соотечественникам другого цвета кожи и другого цвета волос обычная история, да? Безусловно, конфликты существуют между дагестанцами, чеченцами, русскими не только в Москве. Но о них вспоминают и вообще о некой напряжённости межэтнической вспоминают только тогда, когда власти что-то от населения нужно.

Вот, нужно, чтобы они сейчас проголосовали за господина Собянина — соответственно, сразу кавказцы плохие, кавказцы такие-сякие, бьют наших ментов, насилуют наших 15-летних девушек, и нужно с ними расправиться, нужно закрыть все рынки.

Их закроют. Потом обнаружат, что покупать помидоры, зелень и огурцы негде, да, и все начнут… власть и так далее. Это обычный такой для дебилообразного населения России трюк, который это дебилообразное население кушает с большим аппетитом, чавкая, причмокивая.

А. ПЛЮЩЕВ — Я хотел уточнить. Вы всё население России называли дебилообразным сейчас?

Н. УСКОВ — Тех, кто, собственно, на это всё покупается. Они покупаются абсолютно автоматически на это. Я не всё, естественно, население таковым считаю. Я считаю, что люди, который каждый раз наступают на те же грабли, потом получают то же самое, вид сбоку, как я могу их назвать? Ну, людьми не совсем здоровыми психически. Потому что нормальный человек должен понимать, да, мы живём в нормальном мире, мы живём бок о бок с людьми разных культур, разных национальностей. Изменить это невозможно. Невозможно представить себе, что на Земле будет некое место, где будут жить люди только твоего цвета кожи, цвета глаз, твоей культуры, твоего образа жизни и так далее. Таких мест больше нет.

Они, может быть, есть, но где-нибудь в Зимбабве. Если есть желающие переехать в Зимбабве — велкам. Во всех более-менее приличных уголках земного шара давно уже существуют, взаимодействуют разные культуры, в том числе диаметрально противоположные. Таков Лондон, таков Нью-Йорк, таков Париж.

Вопрос о тех правилах игры, которые устанавливает власть. Если эти правила внятные, чёткие, ясные, устраивающие все стороны, да, и справедливые, они соблюдаются, они действуют. А когда, извините, половину милиции можно купить и, собственно, она будет крышевать.

А. ПЛЮЩЕВ — Оптимистичную оценку, надо сказать, вы высказываете.

Н. УСКОВ — Она будет крышевать мелкий и крупный криминалитет, в том числе на этих рынках, да, или будет выпускать людей, которые сбивают других машинами или устраивают какие-то разборки между собой. Вот, когда такая правоохранительная система, естественно, напряжённость существует и будет существовать.

А. ПЛЮЩЕВ — Не знаю, уж из дебилообразного населения, из той части, или из какой-то другой, это уж вам решать, вам пришли сразу две СМС-ки моментально, во-первых: «Но ведь правда бьют и насилуют!», а, во-вторых: «А если вы получите арматурой по голове от кавказца, вы всё ещё будете сохранять свою терпимость?».

Н. УСКОВ — Я арматурой не только же от кавказца могу получить, понимаете? Вопрос в том, что правоохранительная система должна работать. Почему только от кавказца, да? Безусловно, конфликты на этнической почве — они проще возникают, потому что люди разных культур, они друг друга хуже понимают, у них немножко разные темпераменты, они друг к другу относятся уже с подозрением и так далее. Это понятно, что конфликтная ситуация с самого начала.

Но именно бессилие или коррумпированность власти создаёт ситуацию невыносимую, да? То есть когда часть населения страны находится в каких-то специальных отношениях с полукриминальной властью, милицейской властью, например, или управами какими-нибудь, и, естественно, как бы изъта из общего права. И во всех конфликтных ситуациях, вот, с теми же фигурантами этой драки на Матвеевском, там же сегодня возникла прекрасная история из их дома, что жильцы неоднократно жаловались на них, звали милицию, утверждали, что у них проживает несколько десятков человек, что они как-то разгружают свои грузовики, перекрашивают их, занимают общественный паркинг. Власть на это никак не реагировала. Она стала на это реагировать только после того, как получила некий заказ, по-видимому, сверху, что нам перед выборами нужно обострение национальных отношений в городе Москве, чтобы это дебилообразное население города Москвы, его значительная часть, да, проголосовала за господина Собянина.

А. ПЛЮЩЕВ — Вам ещё напоминают о том, что место с более-менее мононациональным составом есть даже внутри России, в Чечне, например, откуда вы не так давно вернулись замечательно…

Н. УСКОВ — Но я не обнаружил там процветающей русской общины. То есть люди так или иначе, видимо, предпочитают жить всё-таки в каких-то областях нашего необъятного отечества.

А. ПЛЮЩЕВ — То есть это плохо для других, вы имеете в виду?

Н. УСКОВ — Просто дело в том, что Чечня — это не мегаполис. Москва — это мегаполис. В мегаполисе вообще мечтать об этнической и культурной чистоте, наверное, бессмысленно. Я поэтому со смехом и воспринимаю этот лозунг, да, «Россия для русских», как это возможно, в каком веке живём. Это XVII век или XXI? В XXI веке миграция населения совершенно… она и в XI, и в VII, и в V веке была эта миграция населения. Она была просто более агрессивной и вооружённой. И просто более часто принимала характер завоеваний. В наше время это такая интеграция населения не похожей с нами культуры, но интеграция в жизнь особенно крупных городах — она неизбежна, естественна.

А. ПЛЮЩЕВ — А что касается действий полиции, которые были предприняты во время всего этого конфликта, там… ну, аспект один на самом деле — никто не зачесался и не чесался, до тех пор пока не проломили голову полицейскому.

Н. УСКОВ — Нет, пока не случились выборы в Москве. Я думаю, что…

А. ПЛЮЩЕВ — Вы полагаете…

Н. УСКОВ — Проламывают головы значительно чаще, чем случаются выборы в Москве. Просто мы об этом узнаём… о том, что произошла какая-то потасовка на рынке, да? Это что такое? Это была потасовка на рынке. Вы думаете, их мало в обычное время? Я думаю, их очень много. Я думаю, и нападений на сотрудников милиции очень много, особенно если они не в форме.

Мне кажется, что это, в общем, достаточно тривиальная история, которая случается сплошь и рядом каждый день в Москве. Возможно, насилие по отношению к представителям закона не очень частый случай, потому что всё-таки они могут ответить, но в целом эта история абсолютно, с моей точки зрения, тривиальная.

Выборы случаются редко, да? Поэтому мы уже какой день обсуждаем ситуацию с дракой на Матвеевском рынке.

А. ПЛЮЩЕВ — То есть она была специально спровоцирована из-за выборов?

Н. УСКОВ — Нет, спровоцирована… просто здесь это происходит каждый день, поэтому бери любую это означает.

А. ПЛЮЩЕВ — Николай Усков, президент медиагруппы «Живи!» сегодня для вас отвечает на ваши вопросы. +79859704545 или twitter-аккаунт vyzvon.

Поговорим о другом орудии и о другой, может быть, части населения, не знаю, о другой стране тоже. Я имею в виду ситуацию между Россией и Украиной. У нас очередная недостача в наших магазинах скоро обнаружится в том смысле, что мы недосчитаемся конфет фабрики Рошен. Не знаю, как вы. Я очень любил эти конфеты. Мне всегда нравились. Оказалось, что в них бензопирен — продукт, который образуется при копчении. Я не знаю, как в шоколаде он оказался, но Онищенко его нашел.

Зная способность господина Онищенко в случае чего находить нужные вещества в нужных продуктах, как-то за будущее конфет Рошен я переживаю, на российских прилавках. Ну, будем есть «Белочку», хорошо. Тем не менее, это же не первый раз такое происходит далеко.

Н. УСКОВ — Собственно, понятно, что не первый раз Россия использует свой внутренний рынок, да, ценность своего внутреннего рынка в качестве аргумента в споре с теми или иными строптивыми соседями — грузинские вина, молдавские вина, молоко белорусское и так далее.

Понятно, что бензопирен можно «обнаружить» где угодно завтра в каком угодно продукте. И, собственно, эта мера, эта тактика вполне соответствует той гиперпрагматической, циничной внешней политике, которую ведёт российское государство последнее время. В которой нет разницы между государственными переговорами и торговлей и так далее. То есть это всё является некой взаимосвязанной цепочкой, то есть нет отдельно людей, отдельно бизнеса, отдельно государственной политики. Всё вместе. Такая тотальная власть.

Соответственно, ничего в этом удивительного нет. Это не первый раз. Что касается ситуации с Украиной, ну как? Украина в очередной раз поставлена перед жёстким выбором: либо с Россией, либо с Европой, да? Что выберет в конечном итоге украинское правительство, на что у неё хватит силы, пороха и смелости — сказать трудно, потому что, конечно, энергетически Украина, может быть, чуть слабее, но зависит всё равно от России. Понятно, что Россия — это очень важный рынок для очень многих производителей, в том числе для сельскохозяйственной продукции украинской. И это не только конфеты, да?

Но в конечном итоге Россия так может остаться без близкого соседа, да? Потому что играть можно в злого дядьку очень долго, но в конечном итоге Украина может как бы перейти некую черту, после которой она уже никогда не вернётся, да?

Хотим мы этого или нет, мне трудно сказать. Мне обидно, что в конечном итоге та зона естественных интересов России, каковой является бывшая Российская Империя — она в конечном итоге от нас уходит или так или иначе нас принимает, но с некоторым таким тяжёлым сердцем, да? В конечном итоге долговременных братских добрососедских отношений на этом фундаменте построить никогда не удастся.

А. ПЛЮЩЕВ — Ну, Украина Украиной, отношения отношениями, а я, например, беспокоюсь за своё здоровье, потому что, как выяснилось, продукты кондитерской фирмы Рошен ближайшее время останутся на прилавков российских… ну, что уже завезли. То есть Роспотребнадзор не будет изымать конфеты, — говорится в сообщении пресс-службы управления Роспотребнадзора. По утверждению собеседника агентства ИТАР ТАСС, такой же документ разослан во все регионы. Запрещён только вввоз. Запрет на реализацию уже ввезённой на территорию России продукции этой корпорации нет.

То есть ешь с бензопиреном, пока не кончится.

Н. УСКОВ — По-видимому, так. Собственно, здесь удивляться нечему. Потому что господин Онищенко, естественно, не о здоровье печётся, да? В данном случае, по-видимому, есть какие-то ещё заинтересованные стороны в этом процессе, да, некие сети, в которых нужно реализовывать эту продукцию, которая не готова расстаться с этой прибылью, видимо, инвестированы какие-то деньги и так далее.

В любом случае эта история не стоит упоминания, если бы не её возможный финал. Возможный финал — это твёрдое убеждение, так скажем, Украины, что с Россией ей не по пути, да? То есть невозможность договориться с российским президентом по тем или иным стратегическим вопросам по таможенному союзу приводит в том числе к такого рода сюрпризам, к такой торговой войне, что, мне кажется, не может быть всегда и обязательно по инструментам международных переговоров.

А. ПЛЮЩЕВ — Давайте поговорим о московских выборах. Много вопросов по Собянину. Вы уже упоминали его в связи с ситуацией на Матвеевском рынке. Спрашивают, например, наши слушатели: «Должен ли Собянин уходит в отпуск, по-вашему, на время предвыборной кампании?». Ну, так, по-хорошему, не в смысле закона, а так, по понятиям.

Н. УСКОВ — В принципе не знаю. Трудно сказать. Дело в том, что независимо от того, уйдёт он в отпуск или не уйдёт он в отпуск, эти выборы уже состоятся, он на них всё равно уже победит, потому что вся интрига предвыборная, как она была запущена, да, она сводится только к тому, удастся ли власти изобразить легитимность, или в какой-то последний момент всё-таки нервы сдадут и начнутся опять карусели, подтасовки, вбросы и прочее. Это для меня единственная интрига. То есть смогут ли они честно победить, потому что они сдали все козыри на самом деле, да, по большому счёту, и волноваться им не о чем, и Собянин в принципе мог бы уйти в отпуск сейчас и спокойно триумфально вернуться в свой кабинет на Тверской после победы на выборах, которая мне кажется несомненной.

А. ПЛЮЩЕВ — Победа вам в честных выборах кажется несомненной?

Н. УСКОВ — Дело в том, что они не совсем честные, да, поскольку они, во-первых, досрочные, поскольку предвыборная кампания выпадает на лето, поскольку всё было сделано для того, чтобы в этих выборах не принимал участия Михаил Прохоров, который мне кажется достаточно серьёзным кандидатом на пост мэра Москвы, потому что он не политик, он в большей степени бизнесмен.

А. ПЛЮЩЕВ — А разве он не сам отказался?

Н. УСКОВ — Он отказался, потому что он не успевает…

А. ПЛЮЩЕВ — Разобраться с активами.

Н. УСКОВ — Разобраться со своими активами, то есть была создана некая ситуация, которая сразу выводит его за рамки. Я считаю, что на самом деле это не очень правильный подход к предвыборной кампании, да? Предвыборная кампания, с моей точки зрения, не должна идти летом в принципе. Это мёртвый сезон, люди уезжают, им всё не интересно, они в отпусках, они расслаблены, они обо всём забыли и так далее.

А. ПЛЮЩЕВ — В принципе незаконного в этом особо ничего нет. Это, как, знаете, в футболе говорят — маленькие футбольные хитрости, когда игрок переворачивает мяч как-то…

Н. УСКОВ — Хитрости хитростями, но когда ты при, в общем-то, уже не очень демократическом законодательстве, которое не позволяет выдвигаться свободно разным кандидатам, да, вот, при наличии этих муниципальных фильтров и так далее, да, при полном контроле над электронными средствами массовой информации, да, это уже нечестные условия, изначально нечестные условия, ты ещё прибегаешь к маленьким хитростям, ну, собственно, ты уже выглядишь не совсем комильфо, да? То есть говорить о легитимности мэра Москвы даже после избрания на выборах будет довольно сложно, потому что он был избран всё равно, с моей точки зрения, с нарушением некоторых норм здравого смысла, по меньшей мере, да?

А сейчас он опять отказывается, как и Путин до этого отказывался, от участия в дебатах. Формально закон всё это разрешает. Но это та власть, которую мы хотим в Москве, да? В крупнейшем мегаполисе Евразии. Это та власть, да, власть, которая таким образом выбирается, которая идёт на эти маленькие хитрости, мне, честно говоря, кажется это сомнительным. Плюс, собственно, содержательного разговора о том, что сделано мэром Москвы, я тоже пока не слышу. Я считаю, что, в общем…

А. ПЛЮЩЕВ — Как? А велосипедные дорожки? Николай, вы должны знать это!

Н. УСКОВ — Я не вижу содержательного разговора. Мы все обсуждаем велосипедные дорожки, но город даже летом стоит, да? В июле, во всяком случае, пробки совершенно сопоставимы с зимними. Мне кажется, что содержательного разговора нет. Происходит либо перечисление каких-либо достижений, да, при тех финансовых возможностях, которые есть у мэра Москвы, достижения должны быть какие-то, да? Либо огульное очернение того, что сделал мэр.

Если он честный кандидат, пусть он ведёт честную полемику, по меньшей мере, да? Но от дебатов он тоже отказывается. Тоже маленькаая хитрость, да? Он, как где-то проскочило по слухам, он боится хамства, да? А не хамство ли это — претендовать на выборную должность в городе Москве и отказываться от разговора со своими оппонентами? Я считаю, что это и есть хамство, чиновничье хамство.

А. ПЛЮЩЕВ — Он ещё и отказался от встреч с избирателями.

Н. УСКОВ — Ну, какие-то встречи всё-таки запланированы.

А. ПЛЮЩЕВ — Он и так типа со всеми встречается вне предвыборной кампании, ну и хорошо.

Н. УСКОВ — Ну что такое встреча с избирателями, да? Нагонят каких-то бабок, много ряженых, собственно, много сотрудников ФСО, вот счастливые молодожёны, вот пенсионеры, вот ветераны. Ну что они скажут? Ну, здоровья вам, Сергей Семёнович. Ну что они могут сказать? И всё. Это не встреча с избирателями. Встреча с избирателями — это вообще, собственно, жанр тоталитарного режима. Встреча власти и народа. Это нам не нужны встречи…

А. ПЛЮЩЕВ — Это не власти в данном случае, кандидатов. Навальный вот встречается.

Н. УСКОВ — Навальный использует те возможности, которые ему оставили. Он не может появиться в эфире Первого канала, да, с обоснованной программой предвыборной. У него есть то, что у него есть. Но господин Собянин, на самом деле уходя от разговора с оппонентами своими, в конечном итоге проявляет то самое хамство, которого он так боится.

А. ПЛЮЩЕВ — Два вопроса ещё по выборам. Надеюсь, до перерыва мы успеем. Во-первых, спрашивают вас простой вопрос: «А Усков за кого голосовать и пойдёт ли вообще?».

Н. УСКОВ — Если Навальный будет в бюллетене, конечно, буду голосовать, не потому что я считаю Навального идеальным мэром Москвы, но потому что я считаю, что господин Собянин не идеальный мэр Москвы, я не буду за него голосовать ни при каких обстоятельствах. Потому что я полагаю, что выборы существуют для того, чтобы мы могли кого-то выбирать. Если нам в бюллетене только те фамилии, которые устраивают высшую власть — это не выборы. Это легитимизация нынешней власти в городе Москве. Участвовать в этой легитимизации я, честно говоря, не очень хочу. Поэтому буду голосовать просто против.

Навальный из этого списка наиболее симпатичная мне фигура, хотя, конечно, я не считаю, что это человек, который может управлять огромным мегаполисом. Я бы мог его представить себе даже в качестве президента страны, но всё-таки не премьер-министром и не мэром Москвы.

А. ПЛЮЩЕВ — Интересно. Вас воспринимают, видимо, как некоего представителя Прохорова, потому что вы возглавляете медиагруппу «Живи!», имеющую к нему непосредственное отношение, и вот спрашивают, может быть, вы ответите: «Ранее Прохоров заявлял, что на выборах мэра Москвы необходимо проголосовать абсурдным образом. Стоит ли ему в нынешних обстоятельствах уже определиться, на каком он берегу и занять более занятную позицию?».

Н. УСКОВ — Я не могу говорить от его имени, поскольку я всё-таки работаю в принадлежащем ему средстве массовой информации проекте «Сноп», и, собственно, у нас нет никаких отношений по политическим вопросам, мы их вообще не обсуждаем вместе.

Я просто полагаю, что, как мне кажется, он собирается голосовать точно так же — за того, кто покажется ему наименее неприятным в этом списке. То есть некое протестное голосование — это всё, что нам осталось, да, в этом спектакле, который они называют выборами.

А. ПЛЮЩЕВ — А нам с вами осталось ещё около 10 минут сразу после перерыва на краткие новости и рекламу.



НОВОСТИ



А. ПЛЮЩЕВ — Программа «Особое мнение». Президент медиа-группы «Живи!» Николай Усков у нас в прямом эфире. И ваши вопросы +79859704545. Twitter-аккаунт vyzvon. Брэдли Мэннинг виновен, но не во всём, как признал вчера американский военный суд. Главное обвинение снято, но тем не менее человек, который стоит за утечками Викиликс, потрясшими весь мир, видимо, сегодня ему будет вынесен приговор и, видимо, раз он виновен, будет какое-то заключение.

Кто-то называет его предателем, кто-то его называет героем нашего времени. Что вы думаете по этому поводу?

Н. УСКОВ — Я всё-таки считаю, что есть некие вопросы безопасности, которые государство обязано защищать, особенно в наше время, когда действительно утечку информации организовать очень просто, да, информации, которая может нанести колоссальный вред интересам всего народа, интересам государства. И мне кажется, что в этой ситуации надо быть достаточно непримиримым, потому что, казалось бы, человек руководствовался некими благородными соображениями — пролить свет на эту, может быть, не совсем приглядную деятельность собственного правительства, собственных военных, но в конечном итоге не ему, во-первых, судить, насколько оно приглядно или неприглядно. Люди, которые правят страной, в той или иной степени находятся наедине с Богом и сами решают, в какой степени они нарушают законы человеческие, потому что в конечном итоге они несут за это ответственность, скорее уголовную ответственность за нарушение законов, если это неопраданное нарушение законов.

Но мне кажется, что человек должен понимать, что если он сливает какие-то секреты, он тоже будет нести за это ответственность, потому что те люди, которые находятся на службе государства, в том числе вссевозможные спецслужбы и так далее, да, или военные советники и так далее, они каждый день рискуют своей жизнью, защищая интересы нации.

И в таких ситуациях нужно понимать, что ты можешь руководствоваться какими угодно благими намерениями, но в конечном итоге эти благие намерения приведут тебя в ад, они могут нанести серьёзный вред, причём, личный вред, да? Тысячам людей, которые живут в разных странах и защищают интересы твоей страны.

Я считаю, что, конечно, в такой ситуации, может быть, стоило принято ещё более мягкое решение суда, потому что там что-то больше 100 лет тюремного заключения ему грозит, даже при этом смягченном варианте приговора. Тем не менее, приговор должен быть довольно жёсткий, потому что общественная опасность подобных утечек информации — она очевидна.

А. ПЛЮЩЕВ — Но, с другой стороны, вы говорите о том, что не ему судить и так далее. Но если там же один из ключевых моментов, ладно там дипломатическая переписка. Но один из ключевых моментов — это как раз те самые потрясшие всех видеокадры действий американских войск в Ираке. Тут как быть? Это же очевидно, что это, видимо, какая-то не совсем праведная деятельность.

Н. УСКОВ — Да, безусловно. То есть понятно, что какие-то вещи, которые творит государство, не буду оправданы и всегда будут вызывать у общества праведное возмущение, и в конечном итоге виновный в случившемся будет наказан.

Но одновременно есть данные, которые были рассекречены Мэннингом, которые могут серьёзно навредить интересам Соединённых Штатов и интересам тех людей, которые просто работают на своё правительство и получают это просто за это зарплату, и считают, что они выполняют свой долг, в конечном итоге часто рискуя просто своей жизнью, да? Вот, кто ответит за этих людей?

Мне кажется, что это очень сложный вопрос. И для этого, по-видимому, люди придумали присягу, которую ты даёшь своей стране и снимаешь с себя ответственность за те или иные приказы, которые тебе отдают, да? То есть в конечном итоге ты делегируешь свою свободу тем, кто наверху и тем, кто в конечном итоге видит всю проблему в целом.

Если тебе не нравится эта ситуация, уходи в отставку. Мне, например, не нравится, я не хочу работать в государственных структурах, спецслужбах и так далее, потому что в том числе не буду держать язык за зубами, а в конечном итоге не готов ограничить свою свободу, да, ради интересов государства.

Но если ты принял эту присягу, если ты служишь в армии, значит, тебя что-то туда привело, значит, какое-то представление о гражданском долге у тебя было, да? Соответственно, ты должен отказаться от части своих прав, в том числе от права распространять ту информацию, которая тебе кажется не вполне оправданно засекреченной.

А. ПЛЮЩЕВ — Вернёмся в Россию. Завтра вступает в силу так называемый антипиратский закон. Вы работаете в интернете в том числе. И у вас какое к нему отношение?

Н. УСКОВ — Я в принципе его поддерживаю, поскольку мне кажется, что вопрос, собственно, незаконной торговли интеллектуальной собственностью — вопрос очень важный. Мы рискуем в конечном итоге оказаться без хорошего кино, хорошей литературы, мы должны вообще выработать некий modus vivendi для эпохи скоростного интернета, когда информация, в том числе интеллектуальная собственность мгновенно может быть доставлена в любую точку земли и бесплатно. В конечном итоге мы рискуем остаться без писателей, без киноиндустрии, без музыкантов и прочее, и прочее.

Так или иначе люди, в том числе занимающиеся интеллектуальным трудом, придумали, как выживать в этой ситуации, но они не были вполне тоже счастливы. Скажем, музыканты стали охотно публиковать бесплатно свои синглы, свои альбомы в сети, рассчитывая потом заработать на концертах, например.

Писатели стали публиковать свои произведения, рассчитывая потом заработать на экранизациях, предположим, и так далее. Но в конечном итоге для людей, которые серьёзно занимаются интеллектуальным трудом, для них стоит вопрос — что они будут есть завтра на самом деле, смогут ли они существовать? И я полагаю, что всем так или иначе придётся привыкнуть к тому, что за это надо платить. Причём, цена не должна возмущать, она сначала может быть достаточно высокой, но в конечном итоге она будет сводиться просто к нескольким копейкам, потому что если вся аудитория интернета сегодня, скажем, аудитория Вконтакте — это 40-50 млн человек, аудитория Торрентов — в районе 15 млн, может быть, я ошибаюсь, в России, то если все эти люди будут платить хотя бы чуть-чуть, с индустрией развлечений всё будет нормально, и в конечном итоге, наверное, здесь оправдана аналогия с мобильной связью, которая когда-то стоила очень дорого, потом стала стоить совсем дёшево, да?

Мне кажется, это нормально, это естественно. Люди за то, что они создают некий продукт, который мы потребляем, должны что-то получать. Это несправедливо. С какой стати мы должны это бесплатно? Фактически это воровство. Фактически воровство. Всякий человек, который бесплатно скачивает фильмы или книжку в интернете, обворовывает, нарушает закон, нарушает, я бы даже сказал, некий непреложный моральный принцип. Мне кажется, это должно всех волновать. И чем больше людей будет платить, тем меньше будет цена. Это очевидно.

А. ПЛЮЩЕВ — Мне с нашими бизнесменами это не кажется очевидным. Но я бы не хотел, честно говоря, развивать эту тему, потому что есть ещё пара вопросов, которые хотел бы обсудить с вами. Например, закредитованность россиян. На второй день газета «Ведомости» пишет об этом, о том, что у каждого пятого россиянина есть по 5-6 кредитов, он берёт следующий кредит, чтобы обслуживать старый, и нам грозит кредитный коллапс. Но я не столько с экономической точки зрения, сколько с той точки зрения, что это ваша же аудитория, та, которая живёт в кредит, мне кажется, ну, частично, по меньшей мере.

Н. УСКОВ — Ну, средний класс. Это не только моя аудитория, это наша аудитория с вами. Это, конечно, люди, которые о чём-то мечтают, хотят реализовать какие-то долговременные проекты, хотят пользоваться, предположим, квартирой или машиной уже сегодня. Понятно, что они берут в кредит. Но, мне кажется, скажем, закредитованность среднего класса не столь опасна, потому что всё-таки доходы среднего класса всё-таки чуть повыше, чем доходы обычных людей.

Опасно, когда именно в кредитную кабалу попадают люди не очень обеспеченные, которые элементарно пытаются купить стиральную машину, стоящую 300 долларов или 350 долларов, или холодильник, да, а потом берут кредит, для того чтобы погашать этот долг, или едут в Турцию в кредит. Это гораздо более тревожная ситуация, потому что здесь, видимо, речь идёт о миллионах и миллионах людей, которые в любую секунду могут остаться без работы, у которых практически нет никаких накоплений, нет недвижимости, эта недвижимость стоит не очень дорого, то есть нет активов, которыми они могут погасить свою задолженность. А эта ситуация более тревожная. Мы живём в очень бедной стране. И несмотря на то, что уровень жизни действительно возрос за последние 12-15 лет, тем не менее, это страна бедная, это страна, которая живёт в долг.

А. ПЛЮЩЕВ — Николай Усков, президент медиагруппы «Живи!» был сегодня в эфире программы «Особое мнение». Большое спасибо и до свидания.

Н. УСКОВ — До свидания.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире