'Вопросы к интервью
О.ЖУРАВЛЁВА: Добрый вечер. Это программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлёва, у нас в гостях – журналист Сергей Доренко. Здравствуйте, Сергей.

С.ДОРЕНКО: Здравствуйте.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ужасно все рады вас видеть, масса всяких слов вам добрых прислали. Ну, это, как бы, понятно. Вы знаете, что вам присылают добрые слова. А вот прекрасный вопрос от Вени (так он подписался): «Погромы рынков – это встреча Собянина с избирателями?»

С.ДОРЕНКО: Это ответ на повестку дня, которая в городе, безусловно, точно есть. Это, безусловно, перехватывание возможной повестки дня. Видите, они идут навстречу, такой националист и иногда почти нацист Навальный следует к либерал-демократам, а Собянин, безусловно, должен отвечать на повестку дня, существующую в городе, и идти в сторону требований, я бы сказал, атомизированных москвичей – не столько националистов, сколько атомизированных несчастных москвичей, которые видят, как их давит, подавляет этническая преступность (а она есть).

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, то есть встреча с избирателями, в общем-то, компенсируется.

С.ДОРЕНКО: Собянин не мог не ответить, потому что тут подвернулось все случайно, да? Сумасшедший, который пытался изнасиловать девочку, там сумасшедший какой-то кавказец. Сумасшедший в том смысле, что его родственники говорят, что он не здоров. Его родственник, который бьет кастетом. Все это абсолютно случайно. Но если бы Собянин это проворонил, было бы абсолютно ужасное кощунство. Неправильно. Собянин этот пас взял. Пас дала жизнь. Он взял этот пас. Надо отвечать, понимаете?

Расчудесный, простите, Юрий Михайлович Лужков создал с антиинтеллектуальной улыбочкой со своей и хождением по всевозможным национальным общинам, создал, по существу, национальные гетто, национальную преступность. Он это создал. Это да, есть. Да.

О.ЖУРАВЛЁВА: А, вот, Сергей из Кронштадта спрашивает «Почему попытка навести порядок на рынках сразу называется «погромами»?»

С.ДОРЕНКО: Не-не, это не погромы. Это просто, понимаете, в чем дело? Тут как всегда несколько сторон у этого вопроса. Во-первых, бьют милиционеров. Этого не может быть. Ну, этого не может быть, например, в Хьюстоне, штат Техас. Не может быть. Филадельфия, Пенсильвания – не может быть. Один полицейский, один полицейский седой, старый, объевшийся гамбургерами и пива, не очень спортивный, один 200 человек поставит на цыпочки в любую секунду. Вы понимаете или нет? Кавказцев, все равно кого.

Значит, в Штатах этого не может быть вообще никогда. Я Штаты привожу в пример, потому что Штаты для меня в этом смысле хороший пример. В Европе…

О.ЖУРАВЛЁВА: Именно в полицейском смысле?

С.ДОРЕНКО: Да, да. В Европе по-всякому бывает. А в Штатах бывает только так.

Когда я случайно, входя в ресторан, стал пялиться на кобуру как будто я Мистер Бин, я такие сделал глаза и стал пялиться на кобуру рыжего ирландца в Нью-Джерси, какой-то португальский ресторан (я сейчас не помню), и мой товарищ сказал «Немедленно убери глаза, немедленно отведи глаза. Перестань пялиться на кобуру, перестань показывать на нее мне. Отвернись, как будто тебе нет дела». Я говорю «Почему?» Он говорит «Он просто может заметить твой взгляд и просто положит тебя мордой вот сюда вот здесь, на пол. И потом ты будешь рассказывать, мы тебя будем под залог вытаскивать, ты будешь чего-то плести, что ты не хотел ничего». Это в Штатах.

Значит, я вернусь к России. В России плюют в лицо милиции, полиции и в России без 5 минут сморкаются им в пиджаки, фирменные вот эти с погонами. Да? Скоро кавказцы будут сморкаться в их пиджаки.

О.ЖУРАВЛЁВА: Только кавказцы?

С.ДОРЕНКО: Не только кавказцы. Не только кавказцы. Значит, начнут сморкаться им в пиджаки вся преступность. По одной простой причине. Они их покупают. Они девушке дают бабло, понимаете, в чем дело?

Ведь, этот человек был не на рынке, он был за пределами рынка, он торговал там за пределами рынка. И он честно купил это. У кого? Вот, кто держит в России землю? Менты. Значит, он держит землю (мент), который продал ему это место. И какой-то другой мент возникает с точки зрения приезжего вот этого торговца. И он чувствует себя вправе, потому что он под крышей ментовской, бить мента другого, потому что: «Как это так? Он одной акуле платит, другая акула пришла. Как это может быть?» Понимаете?

Ведь, это проблема. Во-первых, проблема, что милиция, полиция уронила свое достоинство, уронила свой авторитет бесконечно ввиду того, что они во многом содержанки. А если они – содержанки, то как вы хотите, чтобы их не били?

Значит, во-первых, проявить абсолютную жесткость полиции. Здесь я приветствую все действия полиции абсолютно жесткие. А во-вторых, перестать быть шлюшками. Перестать быть шлюшками так просто. Просто проснись однажды утром и скажи себе «Я – полицейский, я служу стране. Я больше не шлюшка». И тогда тебя перестанут бить.

О.ЖУРАВЛЁВА: Но, Сергей, с другой стороны, мы встречаем миллион сообщений про то, как полицейские открывают огонь по гражданам…

С.ДОРЕНКО: И очень правильно делают.

О.ЖУРАВЛЁВА: Мучают кого-то…

С.ДОРЕНКО: Нет, мучить не надо. Мучить не надо.

О.ЖУРАВЛЁВА: ...в СИЗО там и в других местах, в участках, насилуют, я не знаю, бутылками, бьют по голове, делают все, что угодно. То есть они страшные, мы их должны бояться, по идее. С другой стороны, они не могут защитить себя.

С.ДОРЕНКО: Полицейские должны сделать 2 вещи. 2 вещи навстречу. Одна, абсолютная жесткость. Полицейские должны исповедовать абсолютную жесткость. Хватит ходить с полуспущенными штанами. Хватит… Вот это как будто они в штаны наложили, хмыреватые менты. Хватит всем этим заниматься. Это первая позиция.

Значит, милиция должна, полиция должна быть высочайший авторитет, высочайшая абсолютная жесткость. Первое.

Второе. Перестать кормиться с руки преступности, перестать быть шлюшками.

О.ЖУРАВЛЁВА: Мне кажется, что не только к полиции это должно относиться.

С.ДОРЕНКО: Но полиция в данном случае. Ведь, вы спросили о полиции, я и говорю о полиции.

О.ЖУРАВЛЁВА: Да, да, разумеется.

С.ДОРЕНКО: Я и говорю о полиции.

О.ЖУРАВЛЁВА: Но мы продолжим этот разговор. У нас небольшой перерыв. Никуда не уходите – мы скоро вернемся. Здесь в студии Сергей Доренко.

РЕКЛАМА

О.ЖУРАВЛЁВА: И снова с вами программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлёва. Наш гость – журналист Сергей Доренко, и мы продолжаем.

Сергей, вы сказали, что с полицией поступают так, как она того заслуживает в данной ситуации.

С.ДОРЕНКО: Не совсем. Еще раз. Полиция должна отвечать экстра-ультра жестко. Вот, полицейские, понимаете, должны вести себя просто как роботы на службе закона, понимаете? Абсолютно жестко. Посмотрел не так, что-то не так, недобрый взгляд – жесткий ответ полиции, жесткий абсолютно ответ. Вот, если бы я был в полиции, я бы не дал на себя даже плохо посмотреть. Но при этом абсолютно быть безукоризненными, перестать кормиться с руки преступности.

О.ЖУРАВЛЁВА: То есть если вы попадаете в ДТП (у вас бывали такие случаи в жизни) и к вам подходит полицейский выяснять отношения, вот, вы хотите видеть таких вот, не продажных, абсолютных роботов?

С.ДОРЕНКО: Я хочу видеть четких, четких, гордых.

О.ЖУРАВЛЁВА: И им все равно, Доренко это или кто-нибудь еще?

С.ДОРЕНКО: Лощеных, красивых. Я хочу видеть людей, которые служат миссии, закону. Вот, чего я хочу. Я не хочу видеть каких-то соплежуев, которые «Ну чё? Давай разберемся». Вот это вот я не хочу видеть дискотеку в Челябинске. Когда я беседую с офицером, я хочу ему сказать «Ты – офицер. Ты – офицер. Подойди к зеркалу. Ну, пожалуйста, плечи как-то чуть-чуть разверни. Ты – офицер! Ну, так нельзя». Понимаете?

Абсолютная жесткость, но и абсолютная правильность. Вот, чего я жду от полиции.

О.ЖУРАВЛЁВА: Хорошо. Кстати, к вам как-то, когда вы еще работали в эфире, пришли с повесткой.

С.ДОРЕНКО: Ну, Анискин какой-то и Фантомас пришел какой-то.

О.ЖУРАВЛЁВА: Вы его страшно дразнили в эфире.

С.ДОРЕНКО: Ну, почему я дразнил? Ну, просто, понимаете, ну, он тоже какой-то колхозник, он пришел в эфир…

О.ЖУРАВЛЁВА: А вы представляете, он бы стал, вот, не такой колхозник, а полицейский вашей мечты.

С.ДОРЕНКО: Не, послушай меня, послушай меня. А зачем это нужно было? А вы знаете, что он пришел неправильно, что он выполнял не закон РФ? По гражданским делам МВД не доставляет повестки. По уголовным – доставляет. Значит, он уже как жучка за мячиком теннисным побежал. Он уже как паршивый пес побежал, понимаете? Он уже стыдное дело делал. Он гражданскую повестку доставлял, врываясь в эфир. Чего вы хотите мне сказать? Что это нормально?

О.ЖУРАВЛЁВА: Кстати, вопрос…

С.ДОРЕНКО: Уже его начальник посморкался ему в пиджак, потому что уже его начальник послал его на неправильное дело, антизаконное.

О.ЖУРАВЛЁВА: Как раз интересуются вашей судебной тяжбой с Якуниным.

С.ДОРЕНКО: Ой, я не интересуюсь совсем. Вот, вы не поверите. Ну, потому что мы подаем какие-то апелляции.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, то есть адвокаты занимаются и вам все равно?

С.ДОРЕНКО: Адвокаты-адвокаты. Абсолютно умные Иван Бубнов и Виталий Белочистов. Абсолютно какие-то сверхъестественного ума люди, понимаете? Сейчас объясню. Они 5 лет ходили куда-то с портфельчиком, с какими-то конспектами, сдавали какие-то экзамены. Называется «Юриспруденция». Зачем я буду в это лезть?

Они говорят, что они пойдут до Европейского суда.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, хорошо.

С.ДОРЕНКО: До Европейского суда, потому что, по существу, в моем деле с Якуниным запрещено мнение. Мое мнение. Мое мнение, Якунин совершил политическую ошибку, угрожая моей стране. Я так считаю. Я и сейчас так считаю.

О.ЖУРАВЛЁВА: Сергей Доренко со своим особым мнением. Кстати, да, это специально для интересующихся его в чем-нибудь обвинить.

С.ДОРЕНКО: Я так считаю, я так считаю.

О.ЖУРАВЛЁВА: Тогда скажите, пожалуйста, каково ваше мнение, должен ли Собянин уйти в отпуск с должности мэра на время проведения выборов? Как вы ощущаете как гражданин и журналист?

С.ДОРЕНКО: Вы знаете, как гражданин и журналист я думаю о том, что, может быть, это было бы и лучше. Но насколько это было бы обязательно… Понимаете, в чем дело? Страна разделена сегодня (сегодня страна, и Москва в особенности тоже), Москва разделена на некие ватаги увлеченно влюбленных людей.

О.ЖУРАВЛЁВА: Так?

С.ДОРЕНКО: Это не город граждан, это город ватаг.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, какой-нибудь приведите пример этой ватаги.

С.ДОРЕНКО: Смотрите, пример-пример. Есть ватага Навального, пожалуйста. Есть ватага Собянина. У каждого – своя ватага.

Теперь внимание. Что бы ни сделала другая ватага, другая скажет, обвинит в лицемерии. Если Собянин сегодня уйдет в отпуск, скажет «Я ухожу в отпуск» (чистая история, всё), все скажут «Фига подонок! Нет, ну, послушайте, чего он вытворяет, а? Нет, ну, можно когда-нибудь приструнить эту кровавую гэбню?»

О.ЖУРАВЛЁВА: Хорошо. Другой поступок Собянина.

С.ДОРЕНКО: Какой?

О.ЖУРАВЛЁВА: Отсутствие дебатов.

С.ДОРЕНКО: Отсутствие дебатов.

О.ЖУРАВЛЁВА: Нравится, не нравится? Прав, не прав?

С.ДОРЕНКО: Ну, если бы были дебаты, мэром Москвы был бы я.

О.ЖУРАВЛЁВА: Никаких сомнений. Но вас не зарегистрировали. Давайте остальных шестерых обсудим.

С.ДОРЕНКО: Секундочку. Давайте подумаем, что нужно Москве.

О.ЖУРАВЛЁВА: Так?

С.ДОРЕНКО: Я говорю, мастерство дебатов – это своего рода отдельное мастерство. Понимаете?

О.ЖУРАВЛЁВА: Я согласна с вами.

С.ДОРЕНКО: Ну, конечно. Значит, тогда бы Демокрит, Демосфен и так далее. Понимаете? Но в чем дело? Если бы были дебаты и дебаты были бы окончательным мерилом, кому стать мэром, я бы стал мэром. Но это не так, потому что я думаю, что в этом городе, антигуманном полностью городе, человеконенавистническом городе под названием Москва, великом городе, конечно, канализация дышит на ладан. Канализацию построили при Брежневе, чтобы было понятно. При Брежневе! Юрий Михайлович ходил со своей антиинтеллектуальной улыбкой и ничего не ремонтировал.

Значит, здесь понасадили преступность этническую (да, настаиваю на этом термине, несмотря на критику этого термина со стороны либералов), этническую преступность. Вот это всё на живую нитку схвачено.

Этот антигуманный город, где люди по 3 часа стоят в пятницу, а некоторые по 5 часов стоят в пятницу, чтобы доехать до места, где они там привыкли сорвать огурчик. Понимаете?

Значит, что вы хотите? Давайте тогда основываться на дебатах.

О.ЖУРАВЛЁВА: Сергей, давайте посмотрим. Значит, ну, принято так, что политики участвуют…

С.ДОРЕНКО: Где принято?

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, есть выборы.

С.ДОРЕНКО: Где принято?

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, в разных странах это проходит. Они далеко не все мастера дебатов, но профессионализм растет.

С.ДОРЕНКО: Смотрите, что такое политика? Политика – это продажа будущего.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, соответственно, они нам могут продать будущее в том числе и через дебаты.

С.ДОРЕНКО: Продажа будущего. Я, еще раз, беру аналогию очень простую, мужчина и женщина. Мужчина продает женщине будущее, да? «Ты будешь моей королевой, ты будешь в шелках, ты будешь…»

О.ЖУРАВЛЁВА: Врет в большинстве случаев.

С.ДОРЕНКО: Мать, а что делать?

О.ЖУРАВЛЁВА: Конечно.

С.ДОРЕНКО: Ему же нужно, сама знаешь, чего.

О.ЖУРАВЛЁВА: Да.

С.ДОРЕНКО: Мужчинам одного надо (власти). Ну так вот. Но он продает женщине, также политик продает нации проект будущего. Он говорит «Ты у меня вот так будешь. Понятно?»

Значит, вы хотите на этом основываться? Я не понимаю. У вас есть человек, который просто тупо там ходит с гаечным ключом, чинит канализацию или, там, по 8 раз почему-то одну и ту же улицу асфальтирует, называется Собянин. Вы говорите «Но он не красноречив».

О.ЖУРАВЛЁВА: Нет, я не это говорю.

С.ДОРЕНКО: Я тебе говорю, отвечаю. Ну и что?

О.ЖУРАВЛЁВА: В том-то и дело. Мы можем посмотреть…

С.ДОРЕНКО: Ну и что? Тебе балабол нужен, что ли?

О.ЖУРАВЛЁВА: Нет. Мы можем посмотреть…

С.ДОРЕНКО: В фетровой шапочке со скрипочкой? Так он работать хочет!

О.ЖУРАВЛЁВА: Сергей, мы можем посмотреть… Если у нас есть процедура, есть определенная предвыборная процедура. Он все равно должен в предвыборной кампании что-то делать. И тут вдруг появляется: этот канал не хочет транслировать дебаты, а Собянин не хочет с Навальным дебатировать, потому что тот грубый. Значит, сами дебаты будут выходить, но они будут выходить в записи.

С.ДОРЕНКО: Значит, эта ситуация…

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, вам не кажется, что это смешно?

С.ДОРЕНКО: Это смешно. Это смешно с точки зрения дебатов. Но я хочу сказать так. Вот сейчас, внимание, это очень важно. Кому и зачем нужна Москва? Кому и зачем?

О.ЖУРАВЛЁВА: Мне нужна – я хочу здесь жить.

С.ДОРЕНКО: Тупо разберем политиков, которые представлены.

О.ЖУРАВЛЁВА: Так?

С.ДОРЕНКО: Тупо. Зачем им нужна Москва? Да? Мельников. Зачем нужна Москва? Ну, коммунисту?

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, вам как…

С.ДОРЕНКО: Бывшему члену.

О.ЖУРАВЛЁВА: Бывшему члену КПРФ.

С.ДОРЕНКО: Бывшему – я ушел 1,5 года назад.

О.ЖУРАВЛЁВА: Но вы ближе, все-таки.

С.ДОРЕНКО: Я бы так сказал. Зачем Мельникову Москва? Мельникову Москва для того, чтобы поприсутствовать. Поприсутствовать.

О.ЖУРАВЛЁВА: То есть вообще?

С.ДОРЕНКО: Ланца-дрица-а-ца-ца, что-то выдать на публике. Молодец.

О.ЖУРАВЛЁВА: Не верю.

С.ДОРЕНКО: Он – умный. Мельников – умный.

О.ЖУРАВЛЁВА: Да, он умный.

С.ДОРЕНКО: Это, действительно, редкость в партии, в которой он находится, в руководстве партии, в которой он находится. Это редкость. Мельников – умный, интеллигентный человек. Ему нужна Москва для того, чтобы выйти, исполнить Ланца-дрица-а-ца-ца для того, чтобы заявиться. Понятно? Остальных не разбираем как микробов. Да?

Дальше Навальный. Принципиальный человек. Абсолютно важно. Для чего ему нужна Москва? Для того, чтобы канализацию здесь чинить? Ну, не смешите меня, пожалуйста.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, может быть, он хочет нам продемонстрировать, что он все умеет, и будет прекрасным президентом. Нет?

С.ДОРЕНКО: Навальный все умеет и будет прекрасным президентом, и для этого использует Москву для борьбы с Путиным. Вот для чего ему нужна Москва. То есть ему Москва нужна как легион, который он построит когортой и двинет на Кремль. Больше ни для чего.

О.ЖУРАВЛЁВА: А Собянину? Ему хочется, чтобы у меня в садике был фонтан?

С.ДОРЕНКО: Собянину зачем нужна Москва. Зачем? Затем, что он держит легион принципиальный в интересах, безусловно, стабильной власти своей и команды. Он держит. И для него абсолютно принципиально, чтобы столица была счастлива. Для того, чтобы столица была счастлива, относительно счастлива. Всегда так было. В России всегда так было – была страна и столица.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, хорошо, да.

С.ДОРЕНКО: Вот, идея Собянина – держать столицу в покое и комфорте, возможном на сегодняшний день.

О.ЖУРАВЛЁВА: В электоральном покое, вы хотите сказать.

С.ДОРЕНКО: В бытовом тоже покое. В покое. Вот, электорат должен там, спуская воду в унитазе, например, слышать журчание, а не пустое всасывание какое-то такое, понимаешь? В кране тоже не должно быть, а должна вода литься. Все должно работать.

Вот цель Собянина. Больше никакой цели у него нет. Другое дело, что избранный Собянин, внимание, становится вторым человеком в стране.

О.ЖУРАВЛЁВА: Вот.

С.ДОРЕНКО: Вторым человеком в стране.

О.ЖУРАВЛЁВА: Так?

С.ДОРЕНКО: Безусловно, Медведев отступает на третье место. Это интересно с точки зрения 2018-го или 2024-го года. Это, да, интересно. Да. Да.

Но Навальному, безусловно, Москва нужна для атаки. Для него это просто ступенька – он заходит на эту ступеньку и пошел в атаку.

О.ЖУРАВЛЁВА: Сергей, я готова согласиться с этой позицией. Она абсолютно имеет право на существование, но…

С.ДОРЕНКО: Оль, Оль, Оль, напомни мне, пожалуйста, кто из этих двух политиков сказал «Что стоите как бараны? Брать Лубянку». Кто сказал? Навальный.

О.ЖУРАВЛЁВА: Я понимаю.

С.ДОРЕНКО: Навальный.

О.ЖУРАВЛЁВА: Собянин вообще пока нам практически ничего не сказал за все это время.

С.ДОРЕНКО: Ну правильно. Ходит с гаечными ключами какой-то дядька.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, хорошо. Тогда расскажите, вот, дядька с гаечными ключами – у него там работают департаменты, у него все тот же, там не знаю…

С.ДОРЕНКО: Кстати, прикольные, интересные, молодые ребята.

О.ЖУРАВЛЁВА: Есть, да, и прикольные, и интересные, и работящие есть, и вполне себе толковые есть.

С.ДОРЕНКО: Да. Вот видите? То есть не одни старые задницы какие-то геморроидальные.

О.ЖУРАВЛЁВА: Не одни.

С.ДОРЕНКО: Нет. Прикольный и интересный Капков. Ликсутов, прикольный больше, чем интересный. Ну, не важно. Но все-таки. В Департаменте строительства забыл, как звать (парень приезжал ко мне). Тоже интересный парень.

О.ЖУРАВЛЁВА: Да, да, есть интересные.

С.ДОРЕНКО: Интересный парень.

О.ЖУРАВЛЁВА: Но что мешает, с другой стороны, Собянину, с именем которого постоянно слово «легитимность» там рядом где-то ходило? Ведь, ему же, наверное, как человеку и как мужчине это очень важно, чтобы он был не назначенным каким-то там упырьком, да? А чтобы он, все-таки, прошел процедуру. Что ему мешает провести эти выборы, ну, вот, так, чтобы всем завидно стало? «У меня и кандидаты были как на подбор».

С.ДОРЕНКО: Кому завидно? Все время берете точку отсчета, лежащую вне системы. Оль.

О.ЖУРАВЛЁВА: То есть там у них нет таких?

С.ДОРЕНКО: Вы всегда говорите «С точки зрения Бостона это будет прикольно».

О.ЖУРАВЛЁВА: Да нет, не с точки зрения Бостона.

С.ДОРЕНКО: Секунду, секунду, секунду.

О.ЖУРАВЛЁВА: С точки зрения любых других политиков.

С.ДОРЕНКО: Любых других, да. Любых других. Возьмем любым другим политиком народ Москвы. Нам для эксперимента нужна такая масса сейчас. Его нет такого.

О.ЖУРАВЛЁВА: Да, 12 миллионов, да.

С.ДОРЕНКО: 12 миллионов, из которых москвичей, у которых бабушки и дедушки все родились в Москве, 4%.

О.ЖУРАВЛЁВА: Да, 4%.

С.ДОРЕНКО: 4 или 5. Значит, москвичей, у которых все бабушки и дедушки родились здесь, 4 или 5 процентов. То есть их нет. Начнем с этого. Их нет.

Внимание, да? Большинство из них приехали. Самые-самые москвичи – это когда в 30-е годы дерёвню нагнал Сталин сюда. Да? Это самые такие, коренные, запредельные москвичи (в 30-е годы приехали родители). В 30-е годы. Сталинские соколы. Это вот и есть вот эта элита московская.

Предположим, что существует народ Москвы. Вот, он видит сегодня, что делает Собянин. А именно не участвует в обычной публичной гонке с дебатами и так далее, и так далее, просто ходит…

О.ЖУРАВЛЁВА: То есть вы хотите сказать, что это выигрышная политика у Собянина? Самая лучшая в его положении?

С.ДОРЕНКО: А что бы вы посоветовали? Пошли в штаб Собянина. Что бы вы посоветовали Собянину?

О.ЖУРАВЛЁВА: А…

С.ДОРЕНКО: Что бы вы посоветовали Собянину? Завтра выйти на площадь и орать?

О.ЖУРАВЛЁВА: Нет.

С.ДОРЕНКО: Нет, спокойно-спокойно. Кто кого переорет? Собянин выходит так…

О.ЖУРАВЛЁВА: Доренко победит, я уверена.

С.ДОРЕНКО: Собянин выходит так: «Кто здесь ВЛААСТЬ?!» Да? Так? Нет.

О.ЖУРАВЛЁВА: Нет, не так. Не так.

С.ДОРЕНКО: Нет, не так. А кто? Что?

О.ЖУРАВЛЁВА: Скрупулезно, формально соблюсти все необходимые вещи. Агитация вовремя…

С.ДОРЕНКО: Необходимые кому? Внимание: кому?

О.ЖУРАВЛЁВА: Законодательство. Выборное законодательство.

С.ДОРЕНКО: Он под законодательство много сделал нарушений?

О.ЖУРАВЛЁВА: Нет. Он, наоборот, говорит «Уберите все плакаты с моим портретом».

С.ДОРЕНКО: Спасибо. Видите? Вы сказали, вы высказали претензию, которую тотчас дезавуировали. Собственную. Если вы будете заниматься и впредь обструкцией слов Ольги Журавлёвой, мне придется вас защищать, мадам.

О.ЖУРАВЛЁВА: Хорошо. В следующей части вы будете меня защищать. Сергей Доренко со своим особым мнением. Никуда не уходите – мы скоро вернемся.

НОВОСТИ

О.ЖУРАВЛЁВА: И снова с вами программа «Особое мнение». Меня зовут Ольга Журавлёва, у нас в гостях – журналист Сергей Доренко. Есть еще тема, которая всех очень занимает, но я ее оставлю. Я ее оставлю на самую закусь, самую вкусную.

Еще немножко про выборы. Скажите, вы в самом начале тут объясняли нам, что Навальный – нацист и кто-то там еще, и националист, и дрейфует в другую сторону.

С.ДОРЕНКО: Известно, что Навальный был изгнан из «Яблока» за национализм. Известно, что 5 декабря 2011 года… Протесты начались не 10 декабря 2011 года на Болотной, а 5-го. В ночь на 5-е Навальный собрал людей, которых, вероятно, представлял как штурмовиков, потому что фраза, которую мы знаем по хроникам, — это «Что стоите как бараны? Брать штакетник, атаковать полицию». То есть он думал, что 5-го свершится революция, они возьмут, принципиальное здание там займут, центр займут, не знаю.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну хорошо. Сейчас он уже принимает форму некоего иного политика.

С.ДОРЕНКО: Нет, сейчас он грузинов назвал «грызунами». То есть он, безусловно, таков. Да? Навальный таков. Он играет на националистическом поле. Он играет с националистами. И надо сказать, что он там дружит с Костей Крыловым. Ну, во всяком случае, Костя мне об этом сам говорил, да?

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, вы-то с ним дружите, с Костей Крыловым?

С.ДОРЕНКО: С Костей Крыловым интересно говорить, кстати говоря. Нет, внимание, очень важно.

О.ЖУРАВЛЁВА: Так?

С.ДОРЕНКО: В среде националистов основная масса лидеров — имбецилы. И абсолютно интересно говорить с Костей Крыловым, который точно не имбецил. Понимаете?

О.ЖУРАВЛЁВА: Так?

С.ДОРЕНКО: Точно образованный человек. То есть с Костей Крыловым просто интересно разговаривать. Всё.

Значит, я хочу сказать, что Навальный питается оттуда. Это его альма-матер по существу, национализм и нацизм.

Значит, его теперь раскручивают как проект на президента России.

О.ЖУРАВЛЁВА: Кто?

С.ДОРЕНКО: Например, группа, которая олицетворяется Ашурковым. Например. Да? Это финансовые группы.

О.ЖУРАВЛЁВА: Так?

С.ДОРЕНКО: Финансовые группы, которые готовы принять президента Навального либо на 2018-й год его раскрутить.

О.ЖУРАВЛЁВА: А на кировский суд они не влияют?

С.ДОРЕНКО: Они влияют. Как же? Они отменили решение, опозорив прокуратуру. (смеется)

О.ЖУРАВЛЁВА: Нет, ну, вот эту вот коллизию вы как объясняете?

С.ДОРЕНКО: Эта коллизия объясняется, безусловно… У вас есть собаки? Я просто спрашиваю, Оль.

О.ЖУРАВЛЁВА: В данный момент – нет. Но бывали собаки.

С.ДОРЕНКО: Собака, бывает, старается для вас.

О.ЖУРАВЛЁВА: Да, да. Очень.

С.ДОРЕНКО: Бывает, старается так, что потом не знаешь: то ли ее убить, то ли начать уборку дома. Собака, бывает, старается. Она может принести вам канарейку вашу задушенную и положить к постели. Собака – она старательная.

О.ЖУРАВЛЁВА: Да, она служит.

С.ДОРЕНКО: Вот, русские силовики – они, безусловно, очень старательные.

О.ЖУРАВЛЁВА: То есть они принесли уже поддушенную канарейку?

С.ДОРЕНКО: Они принесли поддушенного Навального и положили хозяину на тапочки или на подушку. Потом говорят «Аллё, здесь есть у вас что-нибудь между ушами, идиоты? Между ушами что-нибудь есть или нет?» Они говорят «Мы старались». Они смотрят… Собаку видела? Она так делает.

О.ЖУРАВЛЁВА: Да, да. Овчарка.

С.ДОРЕНКО: Овчарка, любая. Она делает дико виноватое лицо и она…

О.ЖУРАВЛЁВА: И хвостом так еще.

С.ДОРЕНКО: Она думает, что ты неблагодарный.

О.ЖУРАВЛЁВА: Но она не может этого тебе сказать.

С.ДОРЕНКО: Я знаю одного бульдога, он задушил ару, огромного попугая ару. Открутил бошку и принес отдельно бошку и ару. И он думал, что это клёво, хозяину понравится. Вот это примерно…

О.ЖУРАВЛЁВА: То есть…

С.ДОРЕНКО: Конечно!

О.ЖУРАВЛЁВА: В этой ситуации… Вот, скажите, пожалуйста…

С.ДОРЕНКО: Сапоги – идиоты. Что сказать мне? Сапоги – идиоты.

О.ЖУРАВЛЁВА: Подождите. Они – идиоты. Они чего хотели в результате? Хозяин-то чего хотел?

С.ДОРЕНКО: Хозяин ничего не хотел.

О.ЖУРАВЛЁВА: Чтобы канарейка что делала? Сидела в клетке, чирикала там?

С.ДОРЕНКО: Что вы думаете, хозяин каждое дело ведет? Нет. Хозяин не каждое дело ведет.

О.ЖУРАВЛЁВА: То есть это дело хозяина не интересует?

С.ДОРЕНКО: Конечно, конечно. Сапоги – идиоты.

О.ЖУРАВЛЁВА: Эти 5 лет, которые суд присудил, это чья инициатива? Лично судьи?

С.ДОРЕНКО: Судья закрылся. Его упросили 6. Посмотрите, судья закрыл свое мягкое место. Судья закрыл свою репутацию. По-судейски если б вы были судьей, у вас прокурор просит 6. Вы такая, понимаете, смотрите. Вы даете, например, один или вы даете один условно. Ну, как вам сказать? То есть для этого вы должны дальше уже переехать на дачу, вы думаете. Понимаете? Потому что у нас суды… При слове «суд» я думаю всегда, что если в России есть такие суды, то бога точно нет. Одно из доказательств отсутствия бога.

О.ЖУРАВЛЁВА: А вы еще на своих умных адвокатов надеетесь.

С.ДОРЕНКО: Нет, мои адвокаты – умные, реально умные. Они дойдут до Европы.

Значит, смотрите. Существование русских судов есть одно из незыблемейших доказательств отсутствия бога. Понятно?

О.ЖУРАВЛЁВА: Понятно.

С.ДОРЕНКО: Значит, если вы – судья, и прокурор просит 6, то вам, чтобы точно не придрались, надо дать пятерочку. Ну, это понятно. Понимаете? Ну, если бы прокурор просил 8, он бы дал 6. Прокурор просил 10 – он был дал 8.

Вот, судья отыграл чистенько, чтобы никто ему в их сообществе не задал вопросы.

О.ЖУРАВЛЁВА: Понятно. Значит, вопросы к прокурорам. Кто прокуроров научил, что Навального надо посадить? Ну, там дело-то какое-то уж больно фуфловое, простите.

С.ДОРЕНКО: Но при этом одновременно с этим здесь чиновнику в Москве за 360 миллионов растрат дают 5 лет условно, вы знаете, да? Или сколько? 2 года условно. Это смешно. Не, смешной контраст. Смешной контраст.

О.ЖУРАВЛЁВА: Да. У нас сплошь и рядом.

С.ДОРЕНКО: Слушайте, ну, что мы будем?.. Мы – кинологи? Зачем нам говорить о собаках? Это…

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, нам с ними жить.

С.ДОРЕНКО: С собаками?

О.ЖУРАВЛЁВА: Вам решение суда приносить будут периодически оттуда.

С.ДОРЕНКО: Оль, переходите на другую сторону улицы, когда видите кого-то из этих псов. Не надо. Не надо с ними жить. Не надо с ними жить.

О.ЖУРАВЛЁВА: Вы сами все время нарываетесь, на вас все время в суд подают. Так что вы-то уж…

С.ДОРЕНКО: О чем вы говорите?

О.ЖУРАВЛЁВА: ...все равно с ними как-то связаны.

С.ДОРЕНКО: Ну, как-то связан, но я все время пытаюсь вытеснить, по крайней мере, свое сознание. Понимаете? А то бы мне уже цветные сны снились. Если бы я все время думал о прокурорах, мне бы снились цветные сны.

О.ЖУРАВЛЁВА: Нет, не надо все время думать о прокурорах. Ну, одним словом, можете ли вы сказать, в самом высоком терему-то сидящий начальник – он вообще про Навального чего-нибудь думает? Нужен он ему как фигура на доске, не нужен? Сгноить его? Ну, Ходорковского же очевидно, что нужно держать в тюрьме.

С.ДОРЕНКО: Если учесть… Ходорковского нельзя выпускать, потому что он не должен встретиться глазами с Сечиным никогда, понимаете?

О.ЖУРАВЛЁВА: Так, хорошо, допустим.

С.ДОРЕНКО: Это первое. А второе, с Навальным…

О.ЖУРАВЛЁВА: То есть Навального нужно посадить, вы мне объясните?

С.ДОРЕНКО: Вы знаете, как я вам хочу сказать? Если… Самый высокий начальник в самом высоком тереме считает так, что если нашкодил по закону и так далее (а эти товарищи рассказывают ровно это), ну, почему ж не посадить?

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, он же не настолько, вот, я не знаю… Ему просто говорят, что…

С.ДОРЕНКО: Мы говорим про высокий терем, достаточно высокий, чтобы не слышать земли. Вы хотите, чтобы…

О.ЖУРАВЛЁВА: А, то есть он просто не догадывается, о чем там вообще речь.

С.ДОРЕНКО: Нет, просто ему рассказывают, что есть негодяй, растратчик, подонок, который, безусловно, что-то нашкодил. Что-то нашкодил.

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, потому что у всех есть, к чему…

С.ДОРЕНКО: О-ла-ла. Вот здесь я с вами стану спорить. Если вы боретесь с плохими, будьте хорошими. Можно-можно-можно? Вот это я серьезно сейчас говорю.

О.ЖУРАВЛЁВА: Абсолютно.

С.ДОРЕНКО: Я говорю это абсолютно серьезно. И когда мне говорят «Да, но они грязнее нас в тысячу раз», я отвечаю «Ребята, стоп. Ребята, стоп. Вы – хорошие по самоназванию, вы себя называете хорошими. А почему же вы не хорошие? Если вы хорошие, зачем вы шкодите?»

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, подождите.

С.ДОРЕНКО: Ну, я-то подожду.

О.ЖУРАВЛЁВА: В этом самом деле с… Само дело-то было не очень здорово сляпано.

С.ДОРЕНКО: Дело было не здорово сляпано. Но зачем было шкодить?

О.ЖУРАВЛЁВА: Там насчет доказательств-то были большие сомнения.

С.ДОРЕНКО: Дело было не здорово сляпано. Если бы…

О.ЖУРАВЛЁВА: Поэтому кто еще нашкодил, вопрос.

С.ДОРЕНКО: Давайте говорить так. Если бы мы с вами судили (но не мы с вами судим), скорее всего, впарили бы судебное условно. А вы, наверное, дали бы медаль за заслуги перед отечеством 4-й степени.

О.ЖУРАВЛЁВА: Нет, я бы отправила либо дорасследовать, либо что-то как-то разбираться, потому что то, что было везде предложено, это был какой-то бред сивой кобылы.

С.ДОРЕНКО: Я, все-таки, хотел бы иметь дело. Я, когда я думаю, ну, вот, ровно в мыслительном процессе, хотел бы иметь дело не с фактами, а с деривативами из фактов. Понимаете? Я не знаю, сколько кто украл. Я знаю, что существует предпосылка и существует некий дериватив, следствие. Дериватив. Можно было дать условно.

Граница возможностей. Ведь, люди по-настоящему бегут перед паровозами, которые сами запустили по тоннелю. Понимаете? В этом смысле все это делают. Путин, Навальный, Собянин, вы, каждый человек на свете бежит перед паровозами, которые вы же запустили. И вы бежите по тоннелю и не знаете, когда эта холера вас раздавит. Понимаете? Ведь, это так, Оля.

И, вот, я вам хочу сказать, что есть некие предпосылки. Человеку повесили преступление. Сейчас я не спрашиваю, он совершал его или нет. Вот это как раз уже почти все равно. У него есть де-факто в файле преступление. Точка. Раз, да?

Два. Есть возможности различные ответа на этот вопрос. Можно год условно, два года условно, можно тяжкое и не тяжкое. И тут надо уже думать. Тут надо уже думать.

Если не тяжкое, то он будет баллотироваться. Если тяжкое, то он пойдет в революцию. Насколько эта вероятность велика этой самой революции?

О.ЖУРАВЛЁВА: Но в любом случае вы выводите из этого политическое решение, а не судебное. Правильно?

С.ДОРЕНКО: Я вывожу только практическое решение. Практическое решение для меня…

О.ЖУРАВЛЁВА: Хорошо, вы называете его «практическим». О’кей.

С.ДОРЕНКО: Практическое решение для меня лежит в сфере политики. Навального большим-большим геморром… Можно такой термин употреблять?

О.ЖУРАВЛЁВА: Ну, давайте. У вас осталось-то немножко времени.

С.ДОРЕНКО: У меня совсем мало… Я обрисую. Большим геморром Навального сделала власть.

О.ЖУРАВЛЁВА: Да. Биографию рыжему делали сами.

С.ДОРЕНКО: Из маленького националиста со смазливой внешностью, который отрекся от своих и перешел в стан Женечки Альбац, героя сделали последовательно представители власти. Господин Песков пошел на ТВ «Дождь», ТВ Rain, начал о нем разговаривать. Вслед за Песковым начали о нем говорить все. Потом ему устроили вот этот суд, который иначе как пиар-кампанией нельзя назвать. Понимаете?

Значит, вот этот геморр сотворила власть своими руками. Для чего?

О.ЖУРАВЛЁВА: Ой, вы знаете?

С.ДОРЕНКО: А я не знаю. Это либо давний замысел, который нам не понятен, либо кретинизм.

О.ЖУРАВЛЁВА: Мысль неплохая. Это особое мнение Сергея Доренко, так называлась эта программа. Всем спасибо, всего доброго.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире