'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 12 июля 2013, 19:08

О.ЖУРАВЛЕВА – Это программа «Особое мнение». Меня зовут Ольга Журавлева, наш гость сегодня политолог Станислав Белковский. Здравствуйте, Станислав!

С.БЕЛКОВСКИЙ – Здравствуйте, Ольга!

О.ЖУРАВЛЕВА – Ну, вы уже выполнили главное пожелание наших слушателей не опаздывать – вы не опоздали, это прекрасно. Успели как раз к последним новостям. У нас Эдвард Сноуден попросил-таки убежище.

С.БЕЛКОВСКИЙ – У нас?

О.ЖУРАВЛЕВА – У нас.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Это в РФ, так называемой?

О.ЖУРАВЛЕВА – Да, в Российской Федерации. Не видит проблемы в прекращении своей деятельности, чтобы получить политическое убежище в России – так говорят правозащитники. Правозащитники – это общее название, а там разные люди встречались.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Это брод. В огне брода нет.

О.ЖУРАВЛЕВА – Ну, тем не менее, Эдвард Сноуден может остаться в России на условиях, которые Россия ему предложила. Пока, конечно, никакой официальной бумаги нет, и официальная печать пока не поставлена. В этой ситуации, во-первых, скажите, пожалуйста, кто для вас Сноуден сейчас?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Фигляр и клоун. От него ничего не зависит.

О.ЖУРАВЛЕВА – То есть, авантюрист и ничего такого.

С.БЕЛКОВСКИЙ – И ничего такого. Именно поэтому вся эта история и происходит.

О.ЖУРАВЛЕВА – Тогда скажите, как в России в этой ситуации лучше поступать?

С.БЕЛКОВСКИЙ – России в этой ситуации лучше все-таки, отдать Сноудена Америке, потому что всегда лучше продать дешевый товар задорого, а не наоборот.

О.ЖУРАВЛЕВА – А он сейчас дорого стоит, вы считаете?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Да.

О.ЖУРАВЛЕВА – Если же, все-таки, Россия даст хотя бы временное убежище до того момента, когда он, может быть, с Латинской Америкой какие-то наведет связи – об этом тоже вроде бы идет речь – испортит это отношения с Американцами?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Нет.

О.ЖУРАВЛЕВА – Усугубит?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Нет. Нет, потому что отношения с американцами строятся на фундаментальных презумпциях, которые не имеют никакого отношения к Сноудену, и в первую очередь на тотальной зависимости российских элит от Америки. Одни клоуном больше…. Помните, как говорил в «Трех сестрах» про Тузенбаха? «Бароном больше, бароном меньше – не все ли равно?» Вот это полностью относится к господину Сноудену.

О.ЖУРАВЛЕВА – Значит, оставят – хорошо, не оставят — ничего страшного…

С.БЕЛКОВСКИЙ – Вообще, ничего не меняется.

О.ЖУРАВЛЕВА – Ничего не меняет, никакого значения?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Да, ничего, вообще. Это, совершенно, ложный информационный повод, которых, увы, в нашей информационной реальности слишком много.

О.ЖУРАВЛЕВА – Ну, тогда скажите – еще совсем малюсенький информационный повод – одного из наших слушателей заинтересовало, почему в качестве этих самых персонажей, тринадцати человек, которые встречались со Сноуденом в аэропорту – это тоже все очень занятно выглядит – почему же туда не попали те люди, которых мы, собственно, привыкли считать правозащитниками? Почему не пригласили, например, Алексееву или Понамареву?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Ну, видимо, они люди преклонного возрасти, и добираться в пробке до «Шереметьево» им сложновато.

О.ЖУРАВЛЕВА – Только из этих соображений?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Вы знаете, меня тоже интересуют некоторые вопросы. Хотя ведущая вы, и вам надо задавать вопросы, но я, как известно, политолог по особо важным делам, поэтому я могу задать пару вопросов. Вот, в прошлом году парламент Чечни, возглавляемый его спикером Дукувахой Абдурахмановым, доверенным лицом Рамзана Ахматовича Кадырова – да продлит Аллах его дни – предлагал выслать меня из страны за мои призывы к отделению исламских регионов Северного Кавказа от Российской Федерации. И я написал официальное письмо в Совет по правам человека о том, что эти призывы противоречат полностью Конституции Российской Федерации, всем гарантиям прав и свобод, потому что гражданин Российской Федерации – а у меня есть только гражданство Российской Федерации и никакого другого, к счастью – нельзя выслать из страны. Почему же господа Алексеева и Пономарева не пришли ко мне на выручку. Я имею в виду, не финансовую выручку, а в хорошем смысле. Почему бы не защитить человека, который столько лет поддерживал оппозицию искренне и бескорыстно?

О.ЖУРАВЛЕВА – Может быть, вы призывали к вещам, которые они не считают правильными?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Нет, подождите. Правозащитник – понятие внеидеологическое. Правозащитник защищает права человека. В данном случае, речь шла о прямом призыве к нарушению прав человека, то есть, меня. Нарушение Конституции Российской Федерации абсолютно, нарушение гарантированных ею прав и свобод, в частности, права российского гражданина не быть высланным из собственной страны. И это делалось во вполне понятном политическом контексте. Я обратился в Совет по правам человека с письмом…

О.ЖУРАВЛЕВА – Кто вас защитил в конечном итоге?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Никто.

О.ЖУРАВЛЕВА – То есть, само все рассосалось?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Ну, видите ли…

О.ЖУРАВЛЕВА – Вижу!

С.БЕЛКОВСКИЙ – Где мы сейчас находимся? Это же Москва, Российская Федерация.

О.ЖУРАВЛЕВА – Так, вижу.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Да, все само собой рассосалось, но дело не в этом. Рассосалось не благодаря правозащитникам. Елена Георгиевна Боннэр – вдова академика Андрея Дмитриевича Сахарова, лауреата Нобелевской премии мира примерно за год до своей смерти – ведь, никто ничего не читает, а я все читаю, это ужас! – вступила в переписку с правозащитником Павлом Литвиновым, где в одном из писем написала, что «раньше слово «правозащитник» я воспринимала нейтрально, а сегодня воспринимаю с пренебрежением». Я думаю, что спорить с Еленой Георгиевной Боннэр я бы не стал, тем более, что ее уже нет. Но ответа на вопрос, почему правозащитники не поддержали Станислава Борисовича Белковского, которого они хорошо знают лично – вот, почему они его не поддержали, когда речь шла о прямом нарушении его прав? Они поддерживают любую Машу Иванову из Кемерово, которую они не знают. Вот, они узнали вчера, что она собирает деньги на что-нибудь такое…. Почему они не поддержали? Все – уволили правозащитников навсегда! Их не существует.

О.ЖУРАВЛЕВА – По этому делу Сноудена, возвращаясь к нему, решают уж тем более не правозащитники…

С.БЕЛКОВСКИЙ – Нет-нет, вот правозащитники защищают афериста, абсолютно американского афериста Сноудена, дай им бог здоровья, опять-же, да продлит господь их дни, чтобы они успели защитить афериста Сноудена и тем самым войти в историю, которую пишут не они.

О.ЖУРАВЛЕВА – Какую вы видите судьбу Сноудена? Он будет мотаться по разным странам, сидеть в посольствах, как Ассанж и так далее?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Да. Как обычно. А, какая история мелких аферистов?

О.ЖУРАВЛЕВА – А Ассанжа вы считаете тоже мелким аферистом?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Ну, конечно. Иначе бы он не сидел столько времени в посольстве Эквадора в городе Лондоне. Он бы как-нибудь пришел уже где-нибудь к власти, захватил какой-нибудь остров.

О.ЖУРАВЛЕВА – А вы так себе представляете судьбу подобного рода героев?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Нет. Аферисты бывают мелкие и крупные. Крупный аферист – это Наполеон, а мелкий – Ассанж. Всё – забыли!

О.ЖУРАВЛЕВА – Хорошо, здесь мы сделаем небольшой перерыв в программе «Особое мнение», здесь Станислав Белковский – политолог, и в следующей части, я надеюсь, мы посмотрим на другие страны, и посмотрим, где нам искать примеров хороших и плохих. Никуда не уходите, мы скоро вернемся.

РЕКЛАМА.

О.ЖУРАВЛЕВА – Снова с вами программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлева, у нас в гостях политолог Станислав Белковский, и мы продолжаем. Хотелось бы вашего анализа ситуации в Египте. В частности еще и потому, что мы на все эти истории…

С.БЕЛКОВСКИЙ – Потому что еврейский народ давно вышел из Египта.

О.ЖУРАВЛЕВА – Не только потому, что еврейский народ…, а потому что все кивают на всевозможные арабские революции, весны и так далее, и каждый раз вспоминают применительно к нашей собственной стране. Более того, были недавно заявления Владимира Путина, что там все очень напряженно, и как-то он тоже за этим следит, и привлекает к этому внимание. Есть разговоры о том, будем ли мы предоставлять кредит Египту. В общем, связаны мы неразрывно с этой историей. Как она вам видится? Последние сообщения: Временный глава правительства назначил вице-премьером социал-демократа, там есть какие-то заявления касательно того, что армия будет, возможно, вести себя жестче и так далее. Как вы видите развитие событий в Египте?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Я не являюсь экспертом по арабскому миру, поэтому я скажу лишь, как человек, который занимался организацией нескольких революций на постсоветском пространстве…

О.ЖУРАВЛЕВА – Хорошо, что признались, спасибо!

С.БЕЛКОВСКИЙ – Знаете, как говорит один мой друг, прежде, чем сделать coming out, сделай coming in. В этом смысле, я coming in сделал уже давно. Это усталость от любого типа власти.

О.ЖУРАВЛЕВА – Так. Вообще? То есть, анархическое движение.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Нет-нет. Неважно хороша власть или плоха. Когда она пересидела и пережила себя, она должна развалиться – это закон истории. Это и происходит в арабском мире. Что там будет? Я понимаю, что наше имперское сознание не может жить без Египта. Нам абсолютно все равно, мы можем жить с дырой в голове и с неработающей канализацией, но вот, Египет нас волнует просто нечеловечески. «Беспокоит меня Гондурас» — помните такой анекдот?

О.ЖУРАВЛЕВА – Да-да, «не чешите».

С.БЕЛКОВСКИЙ – Я считаю, что Египет нас не должен волновать ни в какой степени.

О.ЖУРАВЛЕВА – Почему? Вы только что сказали, что любая пересидевшая власть…

С.БЕЛКОВСКИЙ – Да, но только, как прецедент. И, конечно, я думаю, что «арабская весна», так называемая сыграла определенную роль в том, что все-таки Владимир Владимирович Путин решил убрать своего ближайшего друга Дмитрия Анатольевича Медведева с поста президента Российской Федерации; и вернуться на этот пост самому. Потому что он понял, что все эти объективные процессы изнеможения от существующей власти Дмитрий Анатольевич Медведев проконтролировать не сможет. Это имеет значение, все остальное нет. Ну, да – сейчас поменяется власть, и пять раз еще поменяется. А давайте вспомним историю Великой Французской революции – сколько раз менялась власть? Много.

О.ЖУРАВЛЕВА – Довольно много.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Ну, и в Египте поменяется много. А что?

О.ЖУРАВЛЕВА – И головы тоже будут рубить и все остальное?

С.БЕЛКОВСКИЙ – И, что? А, ничего! Давайте сконцентрируемся на наших собственных проблемах.

О.ЖУРАВЛЕВА – То есть, наши собственные проблемы никак с этим не могут…

С.БЕЛКОВСКИЙ – Они коррелируют с Египтом только в одном смысле – что Египет напоминает нам о том, что любая пережившая, пересидевшая власть обязательно рухнет, даже, если к этому нет никаких объективных предпосылок.

О.ЖУРАВЛЕВА – Ну, а гражданская война-то там должна быть?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Так она происходила все последнее время. А, что там происходит? Когда законно избранного президента Мурси запирают в клетку, и когда армия принимает решение о том, кто должен быть у власти – это разве не прецедент гражданской войны? Я не осуждаю это и не одобряю, потому что мне пофиг Египет.

О.ЖУРАВЛЕВА – Хорошо. В России есть прецеденты гражданской войны? Вы видите их?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Прецеденты? Какие?

О.ЖУРАВЛЕВА – Какие-то ситуации сейчас…

С.БЕЛКОВСКИЙ – Не прецеденты, видимо, а претексты, то есть…

О.ЖУРАВЛЕВА — …которые грозят, предтеча есть уже?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Вот – Пугачев. То, что происходит в Пугачеве, в Саратовской области.

О.ЖУРАВЛЕВА – Вы считаете, что это существенно. И как тогда должна повести себя власть, чтобы сохранить себя?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Много лет подряд я говорил о том, что необходимо отделить от России мусульманские регионы Северного Кавказа. А, именно, по списку: Чечню, Ингушетию и Дагестан. Много лет подряд мне говорили, что я полный идиот и сумасшедший, и, собственно, на этой почве парламент Чечни во главе с господином Дукувахой Абдурахмановым, предлагал выслать меня из страны, и ни один либерал-правозащитник или кто-нибудь еще меня не защитил, потому что вся смелость…. Знаете, есть только два человек в стране, которых можно ругать абсолютно безнаказанно. Вот, можно, что угодно про них говорить. Это Владимир Владимирович Путин и я.

О.ЖУРАВЛЕВА – Вы, как представитель кровавого режима еще и являетесь главным врагом РПЦ, как мы теперь знаем.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Со мной и с ним можно делать все, что угодно. А вот, как только дело заходит о критике Рамзана Ахматовича Кадырова, то все правозащитники, все советы по правам человека, все оппозиционные партии срочно уезжают в отпуск на Мальдивские острова.

О.ЖУРАВЛЕВА – Вы технически как-то писали свою идею?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Да, конечно.

О.ЖУРАВЛЕВА – Как это нужно сделать, если учесть, какие связи существуют в стране.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Именно, технически я и описал достаточно подробно.

О.ЖУРАВЛЕВА – Кто вам отказал в рассмотрении этой идеи из представителей власти?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Я не предлагал представителям власти рассматривать эту идею, потому что, я прекрасно понимаю, что при Владимире Владимировиче Путине, чья легитимность во многом держится на Рамзане Ахматовиче Кадырове, этого не будет.

О.ЖУРАВЛЕВА – Ну, тогда все равно все в воздух?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Нет, нет. Владимир Владимирович Путин когда-нибудь уйдет в отставку. Я не говорю, что это должно случиться сегодня или завтра. Меня просто восхитила реакция прогрессивной общественности, которая неожиданно так испугалась этого всего. Такая смелая прогрессивная общественность, которая обсуждает, как Путин убил Политковскую или Литвиненко, но, как только трогают Рамзана Ахматовича, — она просто сливается в унитаз одномоментно! Просто видно, как капли кровавого пота выступают на ее лбу. Я обожаю этих людей!

О.ЖУРАВЛЕВА – С чем это связано?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Это связано с тем, что эти люди нечестны и трусливы.

О.ЖУРАВЛЕВА – То есть, вы один с мечом, а все остальные…

С.БЕЛКОВСКИЙ – Нет, я не один с мечом – есть еще несколько людей, но их мало. Их, то есть, нас – мало. Но дело не в этом. Я не утверждаю, что я какой-то хороший, а остальные плохие. Я просто говорю, что любая позиция должна быть последовательна. Вот, поддерживаешь Владимира Владимировича Путина, так поддерживай – отлично! Выступаешь против существующего строя – выступай! Ясно, что Чечня — это опора существующего строя.

О.ЖУРАВЛЕВА – Ну, это вам так ясно. Очень многим это совершенно неясно.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Да, в Пугачеве это уже ясно. Это просто еще никто не пришел осыпать меня лепестками белых роз за то, что я первый это сказал. И, конечно, никто и не осыплет. Понимаете, ведь, всякая идея проходит три стадии. Первая стадия: эта идея абсурдна. Вторая: в этом что-то есть. Третья: это знают все. Вот, идея Станислава Александровича Белковского проходит эти стадии. А, сейчас все знают, оказывается, что надо отделять мусульманские регионы Северного Кавказа, знают уже почти все — это банальность. Хорошо, давайте банальность, но только и выйдете против Рамзана Ахматовича – я на вас посмотрю.

О.ЖУРАВЛЕВА – Хорошо, мы запомним и это тоже. И это наши слушатели помнят..

С.БЕЛКОВСКИЙ – Мы поименно… мы вспомним всех, кто поднял руку…, конечно.

О.ЖУРАВЛЕВА – Совершенно верно. Меня поразило сообщение человека, у которого ник «Гуманолог» и подписывается он Александр Герцен – за что купила, за то продаю: «После всего происшедшего нет никакого сомнения, что Навальный станет мэром Москвы, а потом и президентом РФ. Навальный человек очень высокого тона, и это способствует исполнению всех его желаний. А, что еще, по-вашему, ему помогает?» А для вас тоже нет никакого сомнения, что Навальный станет мэром, а потом и президентом.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Мне нужно сейчас после эфира… обязательно съезжу в больницу имени Кащенко – сейчас она называется имени Алексеева – и спрошу, станет ли он мэром Москвы и президентом Российской Федерации? Думаю, что не будет ни первого, ни второго. Кроме того, я категорически против, вообще, такой концепции президента Российской Федерации. Потому что я считаю, что если кто-то не одобряет существующий строй – не в таком коктейльно-коньячном режиме, как это делает вся оппозиция, сидя в баре напротив Кремля, а по сути – то он должен быть за переход к парламентской республике, за отмену самой концепции вождизма, олицетворением которой является, в том числе, и любимый мной Алексей Анатольевич Навальный. Нам вождь не нужен. Но, Навальный очень талантливый политик, безусловно. Он может найти себе место в новой политической системе, но при этом, на мой взгляд, очевидно, что он будет осужден, и мэрия дала ему голоса единороссов, муниципальных советников от партии «Единой России», именно, потому, что он будет осужден. И любое обсуждение за пределами этой парадигмы, кажется мне пустой тратой нашего с вами драгоценного исторического времени, которого у нас не так много.

О.ЖУРАВЛЕВА – Хорошо, тогда скажите, пожалуйста, как вы видите ближайшие перспективы на фоне того, что у нас вроде бы появляются некоторые свидетельства о том, что рейтинги там у нас падают, у правящей…

С.БЕЛКОВСКИЙ – У кого падают? У нас с вами?

О.ЖУРАВЛЕВА – У Путина… У нас с вами все в порядке с рейтингами, не волнуйтесь. У Путина, у «Единой России» — как-то не все очень весело. Меняется, действительно, ситуация? Если бы выборы президентские были через пару месяцев, что-нибудь изменилось или нет?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Нет.

О.ЖУРАВЛЕВА – Все то же самое?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Потому что, нет причинно-следственной связи между рейтингами и выборами.

О.ЖУРАВЛЕВА – Мы знаем, как вы относитесь к социологическим опросам, мы знаем, но, тем не менее?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Ну, понимаете, спрашивать клоуна в балагане, насколько серьезно они выступают, это, опять же… есть такой замечательный анекдот про крокодила и обезьяну. Не знаете такой анекдот: Блестящий номер в цирке. Обезьяна играет на гитаре, крокодил поет – не знаете, нет?

О.ЖУРАВЛЕВА – «Если бы вы знали, как нас здесь воспитывают?»

С.БЕЛКОВСКИЙ – Нет. Это другой анекдот. И журналист прорывается к дрессировщику, пытается выяснить у него секрет фокуса. Наконец, дрессировщик раскалывается и говорит: «Ты знаешь, секрет фокуса очень прост. Крокодил только рот открывает, а обезьяна и играет, и поет». Вот, это описание политической системы России. Какое отношение рейтинги имеют к результату, если результат делается искусственным путем. Я системный программист по своей первой специальности, я знаю, как в компьютер вводятся данные. Мне очень удивительно, что представители креативного класса этого не понимают…. Вот, берутся данные и вводятся – вот и все!

О.ЖУРАВЛЕВА – Нет. Вы нам ответьте, пожалуйста, какие данные введены, какой идет процесс, и к чему он должен прийти. Задача у власти сейчас, какая? Удержать саму себя?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Задача у власти? Избежать шизофрении, которая с ней уже происходит. Потому что одним полушарием власть понимает, что она утратила доверие активной части российского общества, и это доверие надо восстановить…

О.ЖУРАВЛЕВА – То есть?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Любой ценой.

О.ЖУРАВЛЕВА – Перефразируя – действительно, падают рейтинги. Ну, утратила доверие.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Ну, рейтинги падают – не падают…. У Ельцина рейтинг был 2% в 96 году, и как-то неожиданно Ельцин выиграл выборы. Это вся фигня началась не сегодня и не вчера. Мне очень интересен рейтинг Леонида Ильича Брежнева, был какой…

О.ЖУРАВЛЕВА – Я думаю, прекрасный.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Я хотел бы встретить политтехнологов, которые заявили бы, что они обеспечили победу Леонида Ильича Брежнева в Верховный Совет в 1970 году – я так бы их полюбил! Если бы мне они рассказали ноу-хау, как же они обеспечили выборы, победу Леонида Ильича Брежнева на выборы в Верховный Совет. Это же никто не знает. И, вторым полушарием своего властного мозга власть решает проблему, как бы ничего не менять. То есть, понимаете, Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин стал правителем России реально…

О.ЖУРАВЛЕВА – Вместе с Кафкой.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Нет, без Кафки, потому что Кафка – это другая цивилизационная парадигма. А Михаил Евграфович стал уже окончательно правителем России, потому что он написал эту всю ситуацию в двух абсолютно фразах или в трех. Оппозицию он описал в двух фразах. Одна из современных идиллий — что «надо годить». Вот, оппозиция годит. Еще замечательная фраза, что «стоят на коленях, но вижу, что бунтуют». Это относится ко всей оппозиции, но не только к оппозиции, например, а академии наук, которая с умилением созерцает, как ее ликвидируют, и ничего не делает, чтобы ее не ликвидировали. На что Владимир Владимирович, конечно, с присущим ему острым ощущением когнитивного диссонанса, говорит: «Ну, ребята, если вы не хотите, чтобы вас ликвидировали, если вы не хотите, что вас не ликвидировали, давайте, мы вас, все-таки ликвидируем». На что академия наук отвечает: «Ну, ликвидируйте, но просто так, чтобы об этом говорили попозже, а не сейчас». Замечательно, да? Как можно не ликвидировать академию наук в этой садо-мазо системе, объясните мне, пожалуйста, когда она сама не делает ничего, имея огромный потенциал, где эти институты, ученые, остатки интеллектуального потенциала нации. Она не делает ничего, чтобы ее не ликвидировали. Ну, хорошо, спасибо!

Помните, анекдот про Освенцим? 9-го мая общее собрание актива в Освенциме. Вызывают, говорят: «Знаете, Вторая мировая война завершилась безоговорочной капитуляцией Германии. Всем спасибо, все свободны!» Вот, это анекдот про академию наук. Всем спасибо, все свободны!

О.ЖУРАВЛЕВА – Скажите, пожалуйста, значит, шизофрению вы наблюдаете со всех сторон, правильно я понимаю?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Ее нельзя наблюдать с разных сторон, потому что шизофрения – это такое понятие, которое можно наблюдать только с одной стороны…

О.ЖУРАВЛЕВА – Все общество пребывает в бешеной шизофрении, у всех когнитивный диссонанс, каждый не знает, что делать и непонятно, что хочет.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Нет. Часть общества пребывает в паранойе, а значительная часть в шизофрении, да.

О.ЖУРАВЛЕВА – «Почему судить покойного Магнитского плохо, а не менее покойного Сталина — хорошо?», — интересуется Алкид. Можете объяснить в двух словах? Да, и, вообще, плохо ли судить покойного Магнитского, как ты считаешь?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Нет, я считаю, что мертвые люди не являются субъектами уголовного и гражданского права, поэтому судить Магнитского плохо уже по этой причине. А виноват он или нет – я не знаю, потому что за долгие годы работы в околополитических областях — я не преувеличиваю своей роли ни в коей мере в этих областях – но некоторые технологии функционирования этих властей я понял. Я понял, что ключевым элементом этих околополитических областей является стеариновая свечка. Вот, если ты свечку держал, тогда ты понимаешь, что происходит. А, если не держал, то не понимаешь. Я в истории с Магнитским свечку не держал. Я только знаю одно – что труп судить нельзя. Остальное меня не касается.

О.ЖУРАВЛЕВА – Это Станислав Белковский – политолог в программе «Особое мнение». Никуда не уходите, мы скоро вернемся.

НОВОСТИ.

О.ЖУРАВЛЕВА – И снова с вами программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлева. У нас в гостях политолог Станислав Белковский. Просто грех не послушать, что вы скажете про движение выборов, выборной компании в Москве. Прекрасный вопрос задает Аверам: «Если бы вы были консультантом Навального на выборах мэра, то, как бы вы предложили проводить предвыборную кампанию?»

С.БЕЛКОВСКИЙ – Первое: я не являюсь консультантом Навального на выборах мэра, потому что, если сейчас я этого не скажу, то все будут говорить, что я консультант Навального на выборах мэра, поэтому я должен отмежеваться от этой истории в самом начале и в полном объеме. Это был дисклеймер.

О.ЖУРАВЛЕВА – Не хотели или не предлагали?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Мы с ним давно знакомы, но больше года не виделись, вопрос даже не стоял и не стоит, в хорошем смысле этого слова.

О.ЖУРАВЛЕВА – Ну, хорошо – дайте здесь бесплатную рекомендацию.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Конечно, я политический консультант на пенсии. Я могу давать только бесплатные рекомендации.

О.ЖУРАВЛЕВА – Вы слишком молоды для пенсии. Вы же не танцуете в балете – вам еще рано на пенсию.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Знаете, я очень интересуюсь производством серной кислоты. Мне кажется, это производство следовало разместить в Большом театре.

О.ЖУРАВЛЕВА – Так. Возвращаемся к поведению Навального на выборах мэра. Как ему нужно себя вести?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Понимаете, что бы ни случилось – Навальный сядет. В этом смысле, когда человек обречен – как ему надо себя вести? Я всегда считаю, что в истории выигрывают только обреченные люди. Историю движут обреченные неудачники. Самая главная фигура мировой истории – она же и есть главный ее неудачник. Это Иисус Христос, потому что он не воспользовался возможностью взять власть, и в момент, когда его распяли на кресте, у него были 12 учеников и еще две женщины-соратницы, которые формально не носили статус его учениц. Сегодня у него два миллиарда сторонников. Два миллиарда по всему миру. Может быть, это не очень много, но это и не очень мало. Наполеон Бонапарт в 50-е годы умер на острове Святой Елены в полном одиночестве, лишившись всего, что его интересовало. А именно: его любимых женщин, детей и власти. Сегодня, когда вы выходите в Париже в аэропорту Шарль Де Голь из самолета, то там висит реклама какого-то банка – я не помню какого — если я скажу, какого, то всем покажется, что я рекламирую этот банк – на котором написано: «la premi?re homme en France – кто? Наполеон. Поэтому историю движут вперед неудачники. Навальный сядет, но это даст огромный импульс его карьеры. К тому же, я считаю, что его место в качестве лидера оппозиции могла бы занять его жена Юлия Навальная.

О.ЖУРАВЛЕВА – Да, вы об этом писали.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Год назад в эфире канала «Дождь» меня спрашивали, не стою ли я за Навальным. Я сказал, что не стою ни единой секунды и «ни в одном глазу», и ответил, что за ним стоит его жена Юлия. Это не была шутка. Многие восприняли это как шутку, но это не так. Мне кажется, что она подходит на роль лидера оппозиции даже больше, чем он.

О.ЖУРАВЛЕВА – То есть, может случиться так, продолжая вашу концепцию, что Навальный садится, а Юля занимает место политического деятеля и лидера оппозиции настоящего?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Да, Юлия занимает место политического деятеля. Это может – еще раз подчеркиваю, чтобы не было никакой двусмысленности, что я не имею никакого отношения, не общался с этой семьей…

О.ЖУРАВЛЕВА – Вы так часто открещиваетесь, что мне кажется, что что-то там не чисто.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Да, в свое время одна известная журналистка, которая работает на «Эхо Москвы» сказала, что Белковский говорит, что он не писал статей Ходорковского, чтобы все думали наоборот. Я, когда ее встретил, я спросил: «А, если бы я сказал, что я писал статьи Ходорковского, то все думали бы, что я их не писал?» То есть, что я сейчас должен сказать неправду – что я имею отношение к кампании Навального? Нет, я не имею к ней отношения. Можно я скажу правду? Вообще, мы живем в обществе, где правда смотрится, как неправда, и наоборот – это абсолютно аберрация.

О.ЖУРАВЛЕВА – Правду говорить легко и приятно. Продолжайте.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Правду говорить легко и приятно – это сказал известный представитель нечистой силы. Помните, откуда эта цитата?

О.ЖУРАВЛЕВА – Да, я помню. Давайте же, наконец.

С.БЕЛКОВСКИЙ – В тюрьме выживают две категории граждан. Первая – это люди с мессианским сознанием. Ну, типа Александр Исаевич Солженицын, который еще в Экибастузе узнал, что он должен получить Нобелевскую премию и получил ее. Потому что, если человек что-то хочет, он обязательно получает. Другой вопрос, надо ли это ему. И, люди, которым все равно, которые не испытывают, как сказал поэт Шеймус Хини в переводе Иосифа Бродского: «словно души, которые так загублены, что не испытывают печали» — вот эта категория граждан тоже выживает в тюрьме. Все остальные не выживают. Они погибают, если не физически, то морально и онтологически…

О.ЖУРАВЛЕВА – То есть, Навального вы видите, как человек, который выживет?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Я не знаю. Если он сможет воспитать… Я не думаю, что Алексею Анатольевичу будет приятно стать человеком, «душа которого так загублена, что не испытывает печали», поэтому, если он сможет выкристаллизовать это мессианское сознание, которого сейчас в нем нет, то тогда он выживет в тюрьме. А, в любом случае, параллельно Юля может стать лидером оппозиции, а может и не стать.

О.ЖУРАВЛЕВА — А Ходорковский имеет мессианское сознание?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Нет.

О.ЖУРАВЛЕВА – Нет? И вы считаете, что он как бы…

С.БЕЛКОВСКИЙ – Он выживает в тюрьме по той причине, что это выживание на спор – это такой эксклюзивный случай.

О.ЖУРАВЛЕВА – То есть, он в эту вашу концепцию не входит? Он не будет тем неудачником, который когда-то будет владеть миром, простите.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Понимаете, он не является неудачником – в этом его главная проблема. Неудачник по Гете, человек, который должен снять с себя все и ощутить себя ребенком. Ходорковский себя ребенком не ощущает. Он ощущает себя слишком взрослым. И в тюрьме он выживает, именно, на спор. На мой взгляд, он тяжело переживает, что проиграл Владимиру Путину и Игорю Сечину это тактическое столкновение – это главная его психологическая проблема. И он выйдет из тюрьмы, я думаю, ближайший год-полтора, и он посвятит себя общественной деятельности, но он не пойдет в лобовое столкновение с властью. Как моральный лидер определенных страд нашего общества, он может состояться.

О.ЖУРАВЛЕВА – Почему вы так уверены, что он ближайшее время выйдет из тюрьмы?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Я не уверен. Я так думаю. Кроме того, я последнее время, разработал новую теорию политической аналитики, согласно которой – поскольку я политолог, все-таки. Более того, я самый известный политолог постсоветского пространства по рейтингу Яндекса…

О.ЖУРАВЛЕВА – Мы уже заметили, что вы самый умный и красивый! Продолжайте.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Хорошо, что вы это заметили. Хорошо, что не пришлось об этом говорить. Лучше, когда я об этом не говорю, а говорит кто-то другой. Но, по рейтингу Яндекса – это объективно. Умный, красивый – это субъективно. Я рад, что вы так считаете, а по рейтингу Яндекса – это объективно. Поэтому я начал формировать новую инфраструктуру политической аналитики в России. Я понял, что есть два отряда аналитиков, которые формируют абсолютно правильные политические оценки. Эти два отряда: блондинки и брюнетки…

О.ЖУРАВЛЕВА – Так.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Никакого третьего отряда не существует.

О.ЖУРАВЛЕВА – Прекрасно! Я шатенка – не вхожу ни в тот, ни в другой. Я счастлива.

С.БЕЛКОВСКИЙ – А вы журналист, поэтому вы не можете быть политическим аналитиком.

О.ЖУРАВЛЕВА – Конечно!

С.БЕЛКОВСКИЙ – Потому что журналист – профессия независимая, а политический аналитик формулирует ангажированную политическую оценку.

О.ЖУРАВЛЕВА – Ну, вы-то входите в группу политических аналитиков?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Нет, я только слушаю. Я же не блондинка и не брюнетка, я же операцию по смену пола еще не осуществил.

О.ЖУРАВЛЕВА – Но вы можете транслировать, к чему, все-таки, все придет?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Оценки, которые дают блондинки – они вытесняют полностью всю мировую философию. Я всегда считал некоторым политическим анекдотам советской эпохи надо давать Нобелевские премии, потому что стоит послушать один политический анекдот и уже не надо читать Жака Дарида – это совершенно пустая трата времени…

О.ЖУРАВЛЕВА – Вы писали об этом, да, мы знаем, но, если можно поконкретней.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Ну, видите, вы, таким образом, подтверждаете, что я самый умный и красивый, если вы об этом читали. В общем, если брать совокупное мнение блондинок и брюнеток – выйдет Ходорковский в ближайшее время, потому что здесь работаю две интуитивные оценки, над которыми рациональные оценки, дискурсивные оценки, так называемого, экспертного сообщества, абсолютно не властны. Потому что экспертное сообщество, как работает? Его приглашают куда-нибудь в Кремль и рассказывают ему полную ерунду, которая не соответствует действительности. Дальше это экспертное сообщество транслирует эту ерунду не соответствующую действительности дальше… Блондинки и брюнетки – они пользуются методом непосредственного знания по Платону…

О.ЖУРАВЛЕВА – Тогда мы сейчас должны транслировать абсолютное знание о будущем политической жизни России.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Нет, я лично – поскольку я ни блондинка и не брюнетка, ничего транслировать не могу.

О.ЖУРАВЛЕВА – От них, наверняка, вы можете вычленить…

С.БЕЛКОВСКИЙ – Я слышал, но я уже человек закомплексованный, мне всегда говорили, что мои прогнозы не сбываются. Например, не сбывался мой прогноз о деле ЮКОСа, по «оранжевой революции», о том, что этот режим придет в клинч…. Все же не сбывается…

О.ЖУРАВЛЕВА – Чего ни в коем случае не случится, по мнению Белковского. Путин уйдет в отставку сам, до окончания срока?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Я не знаю, уйдет ли он в отставку или нет, но аналитические подразделения брюнеток и блондинок, мною сформированные для боевых целей, считают, что до 18-го года он не дотянет. Если вы хотите узнать, о ком конкретно идет речь, то нужно договориться с Алексеем Алексеевичем Венедиктовым, чтобы он их пригласил непосредственно в студию, потому что, как человек крайне уважающий авторские права, я не могу на них покушаться. Я имею в виду, права, а не на блондинок и брюнеток.

О.ЖУРАВЛЕВА – Вы сами собираетесь перейти из политологов в политики?

С.БЕЛКОВСКИЙ – Да. И, меня спрашивали, не есть ли я политический отец Алексея Навального – нет, конечно, нет. Это легенда, не имеющая под собой никаких оснований. Но, кто меня двинул в политику, я знаю. Это вы, Ольга, вы, потому что в прошлом году вы мне сказали, что я мог бы стать лидером оппозиции, и с этого момента эта мысль меня буквально гложет, терзает и питает мою бессонницу. Поэтому, если кто-нибудь меня спросит, собственно, кто за мной стоит, я отвечу, что за мной стоите вы – это безусловно, это не вызывает ни малейших сомнений.

О.ЖУРАВЛЕВА – Ну, спасибо хоть на этом слове, будем ждать результатов.

С.БЕЛКОВСКИЙ – Я не говорю, что вам это понравится, потому что я не думаю, что продукт будет достоин того, чего вы ожидаете, но посмотрим.

О.ЖУРАВЛЕВА – Посмотрим! Станислав Белковский – политолог и уже политик, как он сейчас, во всяком случае, провозгласил…

С.БЕЛКОВСКИЙ – Ну, с вашей легкой руки!

О.ЖУРАВЛЕВА – Хорошо — с моей легкой руки. Меня зовут Ольга Журавлева. Всем спасибо, всего доброго!


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире