'Вопросы к интервью
О.БЫЧКОВА: Добрый вечер, добрый день, это программа «Особое мнение», у микрофона – Ольга Бычкова, с особым мнением – Александр Проханов. Добрый вечер, Александр Андреевич.

А.ПРОХАНОВ: Добрый вечер.

О.БЫЧКОВА: Ну, давайте про Собянина разговаривать в самом начале, прямо сразу. Вот, про эту отставку мэра Москвы, которая уже принята президентом, про выборы, которые назначены в сентябре (так внезапно вдруг это произошло). Ну, вот, все сейчас комментируют и говорят, что это для того, чтобы выиграть выборы мэра, потому что вот сейчас это сделать сподручнее, как бы, для Собянина, чем в 2015 году. Вот, я хотела с вами поговорить как с ветераном просто…

А.ПРОХАНОВ: Собянинского движения.

О.БЫЧКОВА: Нет, не собянинского движения, нет. Гораздо круче. С ветераном вот этой всей конспирологии. Потому что это тот самый случай, когда я готова просто принять любую конспирологическую версию на ура, потому что мне кажется, что во всей этой истории всё не объясняется только желанием победить на выборах раньше, чем в 2015 году. Мне кажется, что это вообще какая-то очень сложная конструкция разворачивается на наших глазах, цель которой в чем-то совершенно другом. Как вы думаете, в чем? Я не знаю.

А.ПРОХАНОВ: Не знаю. Наверное, это тайна кладбищенской Луны, это таинственные духи, которые начинают слетаться в Москву со всех континентов. По-видимому, может быть, Собянин, действительно, сейчас получит новое посвящение. И если вам нужна конспирология, то я могу продолжать и дальше. Но здесь нет конспирологии.

О.БЫЧКОВА: Нет, конспирология и мистицизм – это разные вещи.

А.ПРОХАНОВ: Здесь нет конспирологии, здесь просто аналитика. Мне просто кажется, что вот коллеги, которые придумали эту версию, которую вы упомянули…

О.БЫЧКОВА: Про выборы?

А.ПРОХАНОВ: Да. Кто-то из них один придумал эту достаточно остроумную версию, а все остальные подхватили. Это водится среди политологов, среди писателей, художников, женщин. Одна какая-то легкомысленная неточная прическа, и вот уже все женщины идут с хохолком на голове.

Мне кажется, что здесь все лежит на поверхности. По-видимому, дни Медведева как премьера сочтены. Об этом все говорят. Значит, он будет уходить. Путин провел консультации с достаточно, ну, таким вот, ну, очевидным кругом людей, с которыми он беседовал на тему премьерства. Среди этих людей была госпожа Матвиенко, среди этих людей был Сергей Борисович Иванов, среди этих людей был и Собянин. И поэтому назначение человека на этот премьерский пост, кого бы то ни было, означает прямой путь в преемники к президенту. Тот, кто будет сейчас премьером, тот по всей видимости, по всей видимости, может рассчитывать на президентскую гонку, которая, быть может, откроет первого срока Путина.

О.БЫЧКОВА: Первого?..

А.ПРОХАНОВ: Ну, третьего.

О.БЫЧКОВА: В смысле первого или последнего?

А.ПРОХАНОВ: Ну, третьего, да, третьего. Третьего срока Путина.

О.БЫЧКОВА: Нет, третьего или последнего?

А.ПРОХАНОВ: Вот этого нынешнего. Нынешнего, так скажем.

О.БЫЧКОВА: Вот этого нынешнего?

А.ПРОХАНОВ: Нынешнего.

О.БЫЧКОВА: Так он будет последним или он будет опять не последним?

А.ПРОХАНОВ: Есть серьезная мотивация, говорящая за то, что он может оставить это место, уступив его какому-то очень надежному, близкому человеку. Поэтому выдвижение, вот, людей близкого к Путину круга в премьер-министры, по существу, практически полностью определяет имя следующего президента России.

Собянин входит в число этих людей. Он входит в число близких к Путину людей, преданных к Путину людей, в число людей, с которыми Путин говорит о премьерстве. Число людей, которые вправе претендовать на роль преемника. И таким образом для того, чтобы заступить роль премьера, конечно, Собянину выгодно быть человеком, прошедшим через горнило публичного избрания. А то там его назначили, здесь его назначили. Какое назначение? Значит, в его досье будет значиться, что он везде назначенец, он нигде не сражался, он является креатурой, он является не более, чем, как бы, пешкой на этой огромной шахматной доске. И он хочет быть избранным. Причем…

О.БЫЧКОВА: Чтобы просто добавить себе политического веса?

А.ПРОХАНОВ: Чтобы добавить реноме себе. Причем, хочет он это сделать как можно скорее, потому что, быть может, смена правительства и премьера произойдет уже осенью. И тогда будучи избранным…

О.БЫЧКОВА: А, простите, пожалуйста, а куда торопиться? Вот, смена премьера, предположим, произойдет осенью. Но смена президента еще произойдет тоже, значит, получается, очень быстро? Или как?

А.ПРОХАНОВ: Ну, во всяком случае, это может произойти, ну, если не через 2, то через 3 года. А, ведь, время грозное, время очень грозное. Надвигаются всякие большие трудности и экономические, и политические, и даже военные. Поэтому проблема в том, чтобы человек, который окажется у руля страны в годину испытаний, был твердым, верным, не вероломным, предсказуемым с точки зрения элиты.

И, вот, мое мнение, что Собянин хочет избраться, получить статус избранного мэра. К осени, если произойдет смена кабинета и смена премьера, он в своем новом амплуа как избранный мэр может занять это место, будучи назначенным тогда.

И если это так, то сразу же после этого начнется осторожная, вкрадчивая и такая, в общем, корректная президентская гонка.

О.БЫЧКОВА: Тогда возникает вопрос: а почему вдруг нынешний президент должен решить вот так вот ускорить этот процесс, собственно?

А.ПРОХАНОВ: Это путинская тайна, а не собянинская тайна.

О.БЫЧКОВА: Да, конечно.

А.ПРОХАНОВ: Здесь моя конспирология, ну, или моя аналитика останавливается не потому, что я не знаю. Я же знаю все, вы это понимаете. Ну, потому что мне не хочется касаться сегодняшнего кремлевского лидера. Но вот так оно есть. Пусть имеющий…

О.БЫЧКОВА: Вам не хочется касаться его своими гряз…

А.ПРОХАНОВ: Пусть имеющий уши да слышит.

О.БЫЧКОВА: Хорошо. Мы сейчас сделаем перерыв на одну минуту. Подождите, Александр Андреевич. Это ужасно интересно, на самом деле. И мы, может быть, эту или эти темы продолжим после небольшой рекламы.

РЕКЛАМА

О.БЫЧКОВА: И мы продолжаем программу «Особое мнение», у микрофона – Ольга Бычкова, с особым мнением – Александр Проханов. Мы говорили сейчас о том, что значат все вот эти вот внезапные новости о мэре Москвы. Ну, у нас есть еще один сюжет, столь же загадочный или даже, может быть, более загадочный.

А.ПРОХАНОВ: Я бы, кстати… Оль, простите, я бы продолжил. Мне сейчас вот пришло на ум.

О.БЫЧКОВА: А, давайте, хорошо.

А.ПРОХАНОВ: Ведь, одновременно с этими выборами предстоящими, где будет Собянин избираться…

О.БЫЧКОВА: Вот, в сентябре то, что будет происходить?

А.ПРОХАНОВ: Да. Будут натаскиваться молодые политики. Это как вот притравливают там молодых гончих на зайцев перед началом большой охоты, их тренируют. Так же будет натаскиваться на эту большую политику и Навальный, он будет баллотироваться. И даже Сергей Удальцов, находящийся там в клетке. И, конечно, господин Прохоров.

О.БЫЧКОВА: Подождите. Удальцов в клетке, то есть под домашним арестом. А Навальный под Дамокловым мечом – мы не знаем, чем закончится процесс в Кирове и, в общем, там все очень сложно.

А.ПРОХАНОВ: Но тем не менее, они заявили о своем желании.

О.БЫЧКОВА: Да. Ну, конечно, заявили. Естественно.

А.ПРОХАНОВ: Ну, и Прохоров, пока он не в клетке, в такой, золотой, мне кажется, он в другой клетке. Я просто удивляюсь вот такой отваге господина Прохорова и желаю еще проверить себя на публичность. Ну, вы поймите, моя…

О.БЫЧКОВА: Так Прохоров проверял себя уже на публичность не так давно.

А.ПРОХАНОВ: Нет, он не проверял себя на публичность, он все время убегал от этого.

О.БЫЧКОВА: Ну как это? Голосовали же только что.

А.ПРОХАНОВ: На что?

О.БЫЧКОВА: На выборах?

А.ПРОХАНОВ: За Прохорова?

О.БЫЧКОВА: Ну да.

А.ПРОХАНОВ: И что? Сколько он? Стал президентом, что ли? Или кем он?

О.БЫЧКОВА: Нет, не стал.

А.ПРОХАНОВ: Кем он стал?

О.БЫЧКОВА: Но получил много, тем не менее.

А.ПРОХАНОВ: Ну, возможно, что-то пропустил. На думских выборах? На каких?

О.БЫЧКОВА: Ну, послушайте…

А.ПРОХАНОВ: На губернаторских? Это были рейтинги, не более того.

О.БЫЧКОВА: Ну хорошо, ладно. Ладно, да.

А.ПРОХАНОВ: Нет, Оль, это были рейтинги всякие.

О.БЫЧКОВА: За Прохорова голосовали, и Прохоров получил свой результат. Он не стал президентом, но получил достаточно много.

А.ПРОХАНОВ: Ну да, ну, 8%.

О.БЫЧКОВА: Да.

А.ПРОХАНОВ: Просто я думаю, что, конечно, вот, Прохоров, наверное, хочет просто Москву в Норильск превратить, если он здесь придет сюда. Я думаю, что Москва, ведь, все-таки, это город не просто экономический, не просто хозяйственный, это еще в каком-то смысле икона Государства Российского и здесь абсолютно недостаточно большого состояния. Здесь у человека должна быть еще компонента, связанная с культурой.

О.БЫЧКОВА: Не, подождите. Прохоров хочет превратить Москву в Норильск, вы говорите? И это, как я понимаю, вот, плохая идея. Я согласна, да. Но Собянин не хочет превратить Москву в Тюмень, например?

А.ПРОХАНОВ: Я продолжаю о Прохорове.

О.БЫЧКОВА: Не, ну ответьте на мой вопрос. Какая разница в этом смысле?

А.ПРОХАНОВ: Сначала я выскажу свою мысль. Для того, чтобы стать лидером Москвы, конечно же, нужна какая-то духовная компонента обязательно. Это не значит, что это должен человек в сане быть. Но я просто не понимаю, как господин Прохоров, который стал богачом на костях зэков сталинских, присвоив себе вот это состояние, которое добыто кровью, потом, расстрелами, как он может честно смотреть в глаза народу и говорить о моральном примере, о работе с молодежью? Ведь, по существу, то, что произошло с Прохоровым, по существу, ничем не отличается от того, что произошло с золотыми коронками, которые выдирали из зуб евреев и потом хранили в швейцарских банках. И пусть мне Прохоров объяснит, чем его способ обогащения на костях сталинских зэков отличается от этого чудовищного способа обогащения нацистов, которые, я повторяю, вырывали коронки, золото и потом собирали их. И не знаю. Может быть, Гозман вступит в наш спор и дискуссию, и он назовет Прохорова Гиммлером? Я не знаю, что произойдет.

О.БЫЧКОВА: Я не адвокат Прохорова, ни в коем случае, но мне кажется…

А.ПРОХАНОВ: А я – прокурор Прохорова.

О.БЫЧКОВА: Хорошо. Это ваше право. Но мне кажется, что на этот вопрос существует, в общем, вполне известный ответ, который заключается в том, что был комбинат, построенный, действительно, вот на том, на чем вы сказали, который, в общем, был не в лучшем состоянии, когда его взяли Прохоров и Потанин, и которые вывели его на мировой уровень и сделали тем, чем он теперь является. Ну и тоже, конечно, на этом заработали. Но они взяли не блестящий норильский комбинат, они взяли…

А.ПРОХАНОВ: Они взяли блестящее, драгоценное месторождение, а не комбинат. Они взяли русский никель, который добыли и построили в чудовищных условиях заключенные. И мы все осуждаем этот чудовищный труд рабский. И по существу, он взял не комбинат, он взял никель. Но с другой стороны, Норильск, те, кто бывают в Норильске, это чудовищный город. Это город депрессивный. Это город, из которого бегут, если у них есть деньги.

Поэтому я и говорю, что напрасно Прохоров двигается сюда вот, на московский престол. Я думаю, что он получит огромный афронт.

О.БЫЧКОВА: Но он – москвич. Почему ему не двигаться на московский престол? Он же москвич.

А.ПРОХАНОВ: С другой стороны, этика, конечно, либо она есть, либо ее нет (этой этики). А что вы еще хотели меня спросить?

О.БЫЧКОВА: Нет, я вас просто спросила заодно про Тюмень и про Собянина, к слову, на самом деле.

А.ПРОХАНОВ: Ну, Тюмень – это роскошный город сейчас, драгоценный. Я бывал в Тюмени в период начала освоения. Это был город-деревня.

О.БЫЧКОВА: В XVIII веке?

А.ПРОХАНОВ: М?

О.БЫЧКОВА: В XVIII веке?

А.ПРОХАНОВ: Нет, это было, вот, в годы моей относительной еще молодости. Это был город-деревня, в котором было еще много балков, из Тюмени шли эти огромные караваны на север, везли туда нефтяную цивилизацию. А сейчас Тюмень – это респектабельный, сытый, богатый город как, впрочем, и Сургут, как, впрочем, вся гроздь городов.

О.БЫЧКОВА: А подождите, а разве Собянина в Тюмени не выбирали раньше? Он же принимал участие в выборах? Этого недостаточно?

А.ПРОХАНОВ: Он был губернатором.

О.БЫЧКОВА: Да, да. За него голосовали. Недостаточно вот этого для политического веса?

А.ПРОХАНОВ: Нет, ну, конечно, этого недостаточно.

О.БЫЧКОВА: Недостаточно?

А.ПРОХАНОВ: Недостаточно, потому что Москва – одно, а Тюмень – это совершенно другое.

О.БЫЧКОВА: Я хотела вас спросить, вот, все-таки, об еще одном сюжете, конечно, с мэром Махачкалы Амировым, который был совершенно каким-то просто детективным приключенческим внезапным образом арестован, доставлен на вертолетах в Москву, спецназ, там, перекрытие города, специальная операция, ФСБ и так далее. Вот это что такое вдруг? Что такое случилось сегодня, что нужно было вот именно сейчас всю эту операцию проводить при том, что Амиров на своем посту и в том качестве, вот, в том виде, про который про него сейчас говорят, в общем, существует уже очень давно?

А.ПРОХАНОВ: Он существует там очень давно, а президентом совсем недавно стал Абдулатипов. И Абдулатипов с приходом на этот пост объявил о начале новой дагестанской эры. И эта новая дагестанская эра, по его утверждению, должна быть связана с тем, что кончается диктатура кланов, кончается вот этот сложный криминальный раздел влияния власти состояний между кланами. И он (Абдулатипов), не связанный, как он утверждает (так это или нет, я не знаю), ни с одним из кланов, представляет здесь интересы государства, интересы Кремля. И это первая серьезная акция, которая говорит, что Абдулатипов не бросал слова на ветер. То есть, по существу, это московский спецназ, это раскрытое преступление и Москва предлагает этой акцией всем дагестанским элитам, всем дагестанским лидерам как криминальным, так и не криминальным соблюдать Уголовный кодекс и играть по правилам Москвы.

В чем эта ситуация опасна и в чем она трагична? В Дагестане кроме кланов нет ничего. Дагестан – это клубок кланов, который связан сложнейшими нитями, сложнейшими жилами. Причем, есть утверждение, что через Дагестан прокладывается новый наркотрафик. И эти кланы…

О.БЫЧКОВА: Наркотрафик откуда куда?

А.ПРОХАНОВ: Из регионов Каспия… Там же Каспий. А Каспий – это там вся среднеазиатская, афганская, вся эта линия. И этот трафик начинает колебать вот эти кланы, потому что пошли потоки огромные. И за эти потоки борются кланы. И кланы находятся в состоянии движения. Они, по существу, уязвимы. И вот этот удар, который сейчас нанесла Москва или наносит Абдулатипов, он своевременен. Но страшно то, если этот удар упадет мимо, если вдруг выяснится, что, оказывается, мэр невиновен, что его оговорили, оклеветали, что его возвратят назад.

О.БЫЧКОВА: Но если окажется, что мэр невиновен и его оклеветали, значит, это был не удар вообще.

А.ПРОХАНОВ: Да. Значит, это был не удар, это было нечто более ужасное. Возникнет реактивный удар по этой беспомощной жалкой, глупой, трусливой Москве, которая ничего не может сделать ни с Дагестаном, ни сама с собой. Поэтому момент сейчас очень напряженный.

О.БЫЧКОВА: И удар по Абдулатипову тогда, получается.

А.ПРОХАНОВ: Абдулатипов…

О.БЫЧКОВА: В обратную сторону.

А.ПРОХАНОВ: Абдулатипов не является общенациональной ценностью. Он… Ну, если он предпринял этот шаг, он что-то, вот, видимо, имел, какой-то бекграунд за собой, какую-то поддержку. В общем, это в каком-то смысле отчаянный шаг, может быть, самоубийственный шаг.

О.БЫЧКОВА: А Москва знает вообще, что предложить Дагестану, вот, в качестве модели…

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, Москва…

О.БЫЧКОВА: ...власти, отношений, действий, законов?

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что Москва до конца не знает этой модели, потому что она этой модели не видит для самой России, в которой по-прежнему даже в России идут кланы и через Россию двигается просто веер наркопотоков, которые обслуживают и эти кланы, и многих силовиков, и вообще всю страну. Я думаю, что Москва не видит этой альтернативы. Но она видит, что в Дагестане может начаться война. Может начаться огромное кровопролитие, которое будет транслировано в соседние республики и на Северный Кавказ российский.

О.БЫЧКОВА: Так вот вопрос же непонятен. Почему в качестве вот такого, может быть, центральной мишени этой войны и вот этого вот клубка был избран именно Амиров?

А.ПРОХАНОВ: Ну, потому что это центральная фигура, это мэр Махачкалы, он очень на виду, это местный Собянин такой. И этот мэр виден и на нем смыкаются кланы. И он был поставлен на этот пост в результате сговора кланового как любой пост в Дагестане. И поэтому вот это, если его сейчас выхватывают, то нарушаются эти внутренние латентные договоры. А, ведь, в этих договорах принимала участие и Москва. Ни один персонаж там не ставится без, как бы, благословения криминальной Москвы. Потому что это назначение – это большие деньги. И они расходятся по разным персонам и по разным коридорам они разносятся.

О.БЫЧКОВА: Значит, должны туда поставить такого же другого? Или другого другого?

А.ПРОХАНОВ: Нет, я полагаю, что приход Абдулатипова, по крайней мере, теперь, на первых порах знаменует новый подход Москвы к Дагестану. И вот этот новый подход ознаменовался арестом, арестом провинившегося… Ну, суд докажет, в какой степени он провинился. Вот этого вот лидера, кланового лидера.

Если же, повторяю, его через там месяц отпустят, это будет значить, что все безнадежно и поэтому мы наблюдаем за этой процедурой с большим напряжением, с большим ожиданием и с большим страхом.

О.БЫЧКОВА: Но пока получается, что Рамазан Гаджимурадович, московский профессор, человек, который не выглядел таким накачанным силовиком в каком угодно переносном смысле, он оказывается гораздо более сильной фигурой, чем можно было предполагать. Пока.

А.ПРОХАНОВ: Никто не знает, насколько мы с вами сильны.

О.БЫЧКОВА: Так…

А.ПРОХАНОВ: До той поры, пока нас…

О.БЫЧКОВА: Нет, вы-то сильны, конечно.

А.ПРОХАНОВ: Я? Где силен? Я просто жалкий, я – былинка по сравнению с вами. Спасибо, что вы меня жалеете. Одного вашего дыхания хватит на то, чтобы меня смести.

О.БЫЧКОВА: Я вас очень жалею. Просто неимоверно.

А.ПРОХАНОВ: Спасибо.

О.БЫЧКОВА: Ну, тут, знаете, еще про что вас спрашивает Андрей из Самары? «А вы разочаровались в Путине как в руководители страны?» — спрашивает он.

А.ПРОХАНОВ: А что ему мое очарование? Ведь, обмануть меня не сложно, я сам обманываться рад.

О.БЫЧКОВА: То есть, все-таки, вас обманывали и вы обманулись.

А.ПРОХАНОВ: А я вечно, я – жертва обмана.

О.БЫЧКОВА: На самом деле? Потому что, ну, вот, ситуация безнадежная, вы говорите, там нас ожидает много ужасов.

А.ПРОХАНОВ: Ну, почему я должен в нем разочароваться? Нас ожидает, быть может, война. Нас, может быть, ожидают страшные атаки со стороны среднеазиатских покоренных этих стран, которые падут перед ударами исламского радикализма. Нас очень много что ожидает. Сгущаются тучи. И я думаю, что вот сейчас убери Путина, кем бы он ни был, как бы он был, как бы, не эффективен, например, или не любим, вот, в эту брешь устремится такое количество тьмы страшной кромешной… Это драма Путина, что он не создал вокруг себя гвардии, что он не создал вокруг себя этой плотины, которая перегородила бы эту реку тьмы. Он один закрывает.

О.БЫЧКОВА: А что он создал вокруг себя?

А.ПРОХАНОВ: Ну, не знаю. Он вокруг себя создал путинизм. По крайней мере, он создал вокруг себя вот то, что до сих пор держит Россию в достаточной стабильности. В достаточной стабильности для того, чтобы сейчас не хватать вещи и не бежать в леса. Но, по-видимому, недостаточной.

О.БЫЧКОВА: Достаточной, но недостаточной.

А.ПРОХАНОВ: Недостаточной, да.

О.БЫЧКОВА: Это называется путинизм. Сделаем перерыв на несколько минут. Это программа «Особое мнение», Александр Проханов в этой студии. Буквально через 3 минуты сюда вернемся.

НОВОСТИ

О.БЫЧКОВА: И мы продолжаем программу «Особое мнение». Александр Проханов в этой студии со своим особым мнением. Хотела вас спросить про ваше последнее путешествие. Вы всегда интересно это рассказываете. Но тут спрашивают все про Турцию. Мы начали говорить об этом в перерыве. Будем про Турцию?

А.ПРОХАНОВ: Не, про Турцию не будем. Я сейчас был не в Турции, я был в другом месте. Я был на великих русских водах, на восхитительных среди негасимых зорь, среди соловьев, которые свистели из сочных листов по окрестностям рек и больших морей северных. И я проплыл несколько дней на теплоходе, на ковчеге русском из Нижнего Новгорода до Санкт-Петербурга. Это странствие организовало Александро-Невское братство, это Александро-Невская Лавра.

О.БЫЧКОВА: Братство – это что такое? Это?..

А.ПРОХАНОВ: Братство – это новое такое… Ну, оно не новое, для России это новое.

О.БЫЧКОВА: Это монахи?

А.ПРОХАНОВ: Это такое соединение людей, самых разных по своему возрасту, по интересам. Но объединенных во имя любви, красоты, нежности, добра друг к другу. То есть если говорить языком церковным, во имя христовых и райских смыслов. И среди людей, которые были на этом корабле (а их там был, в общем, 200 человек) были, например, летчики дальней авиации гражданской, которые облетели весь мир на огромных наших самолетах. Там был командир подводной лодки атомной, герой России, который в пучинах совершал очень сложные закрытые операции военные. Там были люди, которые большие знатоки церковно-славянского языка. Одновременно там были люди, которые занимаются экономикой современной национальной.

Возглавлял все это движение, все это братство один удивительный предприниматель русский Борис Борисович Сергуненков, питерский человек, который все свои прибыли, все свои заработки тратит вот на это, на эти корабли, на эти походы и на это объединение людей. Рядом с ним был восхитительный… Я его называю «огненный, лучезарный». Светящийся монах Александро-Невской Лавры отец Прокофий. Я вот таких священников не встречал. Это какое-то новое явление. Он был очарователен, он был веселый, он был милый, он был верующий, он был добрый, он был сердобольный.

И мы плыли по этим рекам, и вдруг мы подплывали к Кирилло-Белозерскому монастырю и встречали аскетических Кирилло-Белозерских монахов, которые и поют-то иначе, и служат иначе, и вообще, в сущности, дали обет молчания.

Или переходили в соседний монастырь Ферапонтов, расписанный волшебным Дионисием. И вдруг оказывались среди этих голубых расписанных сводов, этих обсид, из которых то смотрел на нас строгий Никола Можай, то ангел с трепещущими огненными крыльями, то Богородица. И люди, которые были вот в этой общине, я впервые за долгие годы почувствовал себя… Ну, вот, наверное, так чувствует себя человек в легкой воде, в которой он не тонет. Мне было так сладко, так хорошо, так упоительно. Везде я встречал абсолютное понимание, абсолютную доброту. Даже иногда и не говоря об этом.

И вот такое движение, создание вот этих общин такого рода – это, мне кажется, очень новое движение для современной России. Потому что, все-таки, жизнь кромешна сама по себе. В жизни совершается огромное количество злодеяний, тьмы, в жизни правят бал деньги, насилие, честолюбие, истерика какая-то. И вдруг среди этого содома открывается вот этот плавающий остров русский, в котором совсем другое. Это все называлось… Это путешествие в Святую Русь. Причем, Святой Русью, ведь, называют период домосковский, период преподобного Сергия Радонежского, Дмитрия Донского. Потом этот период сменился угрюмой московской княжеско-царской эрой, плахами.

Но я здесь понял, что Святая Русь – это не воспоминание, это, наоборот, огромное ожидание, которое живет в сердце каждого русского человека.

О.БЫЧКОВА: Ну, мне, вот, кажется, что это очень правильное замечание ваше насчет того, что, действительно, создается повсюду очень много разного рода…

А.ПРОХАНОВ: Сообществ.

О.БЫЧКОВА: Сообществ людей. Потому что этим занимаются, в действительности, не только, предположим, православно-ориентированные люди. Это какие угодно. И все, что угодно может быть. Там, волонтеры, хипстеры, жители городов, жители маленьких городов.

А.ПРОХАНОВ: Да, да-да-да. Да, конечно.

О.БЫЧКОВА: Там на совершенно разные темы они, действительно, начинают каким-то образом самоорганизовываться горизонтально. И этого, правда, не было раньше в таких количествах.

А.ПРОХАНОВ: Этого раньше не было. Причем, у меня такое ощущение, что какой-то рост начался. Ну, может быть, не с весны. Я просто почувствовал это очень сильно. Например, вдруг ко мне в редакцию приходит удивительный человек, многим известный, а мне доселе неизвестный. Байкер Хирург, с которым встречался Патриарх.

О.БЫЧКОВА: Он хорошо известен нашему президенту Путину, знаете?

А.ПРОХАНОВ: С ним встречался Путин, с ним встречался Патриарх. Мне он не был известен. И вдруг передо мной… Патриарх, президент с байкерами. Что это за среда?

И вдруг передо мной оказывается очень красивый мужчина с блестящими, умными глазами, абсолютный патриот, горящий человек, который устроил Байк-шоу сначала в Севастополе, такое, абсолютно патриотическое (Севастополь – наш, победный город).

О.БЫЧКОВА: И он там как раз Путина на 3-колесном байке катал.

А.ПРОХАНОВ: На 3-колесном байке. А сейчас он устраивает такое же Байк-шоу в Сталинграде. Сталинград – город победы. И вот я смотрю на наших…

О.БЫЧКОВА: Это тот город, который Волгоград называется с некоторых пор?

А.ПРОХАНОВ: Ну, да, это город, который очень скоро опять получит свое название Сталинград. И я смотрю, вот, на наши такие национальные движения и партии, которые там на Русский марш выходят. И мне как-то обидно и жалко, что там на этих движениях… Ну, там 300 человек выходит. И все думают, что русские националисты или русские патриоты – это вот такие крохотные камерные движения. А он (этот человек, Хирург), он сейчас устраивает 2 мощных рейда, один из Севастополя на мотоциклах, а другой из Москвы. И они должны встретиться в Сталинграде. И этот грохочущий, ревущий, огромный поток молодых, сильных, яростных людей – это, по существу, и есть Русские марши. Только у них не выморочные какие-то эмблемы, а ревущие эти огромные мотоциклы.

О.БЫЧКОВА: А зачем им тогда вот эти вот все игры, там, с «Единой Россией», с какими-то еще вот этими вот совершенно неживыми структурами государственными? Зачем им это все, если они такие молодые, энергичные, сильные и крепкие, и ревущие?

А.ПРОХАНОВ: Я понимаю, что русское государство не живо. И что и президент не жив, и, так сказать, и парламент не жив. Жива только одна, так сказать, неформальная Болотная площадь. Но, тем не менее, это те люди, у которых мировоззрение абсолютно государственное. Они считают, что русское государство – оно развивается и будет развиваться. И у русского государства впереди огромная победа. И от старых побед, прежних побед невозможно отрекаться. И поэтому это и есть огромная пассионарная русская национальная энергия.

И, кстати, удивительно, что вот мы сейчас с вами разговариваем, а по всей России идут крестные ходы. Они идут из Владивостока в Москву, они идут из Москвы в Почаевскую лавру.

О.БЫЧКОВА: Это сию минуту идут?

А.ПРОХАНОВ: Сию минуту. Они идут день и ночь. Огромное количество крестных ходов.

О.БЫЧКОВА: Они только сейчас стали идти, в эту минуту?

А.ПРОХАНОВ: Ну, сейчас лето. Потому что зимой трудно по снегам идти. Но по травам, по ручьям, по этим зорям негасимым. И люди идут… Я проплыл за Александро-Невским на этом теплоходе. Там был тоже крестный ход по воде, но двигалась машина. А это идут люди пешком! И идут они с верой, с любовью. Калеки, счастливые люди, многодетные матери с детьми на руках, инвалиды войны. Это желание быть вместе. Это потрясающее чувство, конечно. Кончается разобщенность.

Я просто желаю, чтобы, действительно, опять русский народ, рассеченный и униженный, попранный, 30 миллионов выбросили из материковой России, он опять соединился в такое цветущее общество. Это удивительно.

О.БЫЧКОВА: Ну, вот, все-таки, ответьте Дмитрию, который, все-таки, спрашивает вас про Турцию. Почему турки протестуют против Эрдогана? Не устали ли они от него и не засиделся ли там Эрдоган?

А.ПРОХАНОВ: Ну, слышал я, слышал господина Ганапольского, который считает, что туркам очень хочется новизны. Это политическая борьба, острейшая политическая борьба. Против Эрдогана находится армия турецкая, находится разведывательное сообщество, находятся левые, находятся демократические силы. За Эрдогана другой слой элит, другая категория людей. За Эрдоганом люди, связанные с ренессансом исламским. И с Эрдоганом Америка, понимаете?

О.БЫЧКОВА: А Америке зачем там исламский ренессанс в Турции?

А.ПРОХАНОВ: Америке важен не исламский ренессанс, а Эрдоган, который обеспечивает стабильность на этом месте, обеспечивает постоянные удары по Сирии и постоянные конфликты с Ираном. Поэтому Америке наплевать на все эти мелкие группки, которые сейчас против Эрдогана выходят. В Америке – циники.

О.БЫЧКОВА: Ну, их там много. Может, они и мелкие, но они в куче городов.

А.ПРОХАНОВ: Для Америки это все бросовая агентура. Было время, когда американцы поддерживали разведку и армию турецкую. Это время кончилось. Они считают, что Эрдоган является проводником американских интересов.

О.БЫЧКОВА: То есть вы считаете, что они пошумят и?..

А.ПРОХАНОВ: Они пошумят и уймутся. Просто уже кончается время – я забыл: мне бы хотелось поздравить с 90-летием нашего замечательного Игоря Ростиславовича Шафаревича, одного из 3-х великих диссидентов советских… Сахаров, Солженицын и Шафаревич. 2 из них получили свое признание, один в демократической среде, другой в такой вот, умеренно-патриотической. И Игорь Ростиславович Шафаревич 20 лет находился под колпаком, потому что он провозгласил потрясающую по своему такому модернизму теорию о малом народе, которая означает большой…

О.БЫЧКОВА: Он провозгласил потрясающую теорию русофобии, о которой все до сих пор прекрасно помнят. Дорогие дети, посмотрите в Википедии, что такое Шафаревич с теорией русофобии. Мы его, конечно, поздравляем с юбилеем, да.

А.ПРОХАНОВ: Поздравляем с 90-летием. Игорь Ростиславович, русофобия будет затоптана, уверяю вас.

О.БЫЧКОВА: Это очень интересно, дорогие дети. Будет интересно.

А.ПРОХАНОВ: Русофобия будет затоптана.

О.БЫЧКОВА: Это был Александр Проханов в программе «Особое мнение».



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире