'Вопросы к интервью
Л. ТЕЛЕНЬ – Добрый вечер. В эфире программа «Переходя на личности». Это совместный проект радиостанции «Эхо Москвы» и журнала «Большая политика». Напомню, первый номер нашего журнала вышел на днях и уже есть в продаже. Как всегда ведут программу журналисты «Большой политики»: я, Людмила Телень и Михаил Шевелев. Мы будем говорить о том, кто и чем отличился на прошедшей неделе, точнее даже не на прошедшей неделе, а в самый последний день, то есть сегодня. Два портрета из трех будут посвящены событиям именно сегодняшнего дня. В центре программы как всегда будут не события, а люди, которые их создавали. Поговорим об их репутации, взглядах на жизнь и планах на будущее. Мы будем делать это как всегда с участием экспертов, которые с радостью перейдут на личности вместе с нами. Итак, на этой неделе…

М. ШЕВЕЛЕВ – Итак, на этой неделе Дмитрий Медведев покинул пост главы администрации, но это не стало его большим поражением, потому что он стал первым вице-премьером, а его место занял Сергея Собянина. Министр обороны Сергей Иванов получил повышение по службе, а главный редактор «Известий» Владимир Бородин был отправлен в отставку.

Л. ТЕЛЕНЬ – Пора переходить на личности.

М. ШЕВЕЛЕВ – Сегодня днем администрацию президента Путина возглавил Сергей Собянин. Дмитрий Медведев теперь будет трудиться на должности первого вице-премьера. Несходство судеб этих двух политиков поразительно. Петербуржец Медведев закончил юридический факультет Ленинградского университета и, попав в 90-м году в команду Собчака, продолжает делать карьеру вместе с питерскими. Уроженец деревни Няксимволь, Собянин, чье мансийское происхождение любили подчеркивать его политические противники, начинал трудовой путь слесарем в Челябинске. Медведев руководил предвыборным штабом Путина, но никогда не участвовал в выборах в качестве кандидата. Борьбу Собянина за пост губернатора Тюменской области в 2001— м называли «войной Севера и Юга». Тогда его поддержали «Объединенные Ямальские Эмираты», Ханты-мансийский и Ямало-ненецкий автономные округа. Медведев – один из самых закрытых российских политиков. Он крайне редко общается с прессой, и далеко не все телезрители знают, как он выглядит. Собянин регулярно пил чай с тюменскими журналистами и сумел создать имидж одного из самых элегантных региональных руководителей. Собственно на этом различия между героями сегодняшних новостей заканчиваются. В одном из редчайших контактов с прессой в апрельском интервью журналу «Эксперт» Медведев сказал, «если мы не сумеем консолидировать элиты, Россия может исчезнуть как единое государство, с географических карт были смыты целые империи, когда их элиты лишились объединяющей цели и вступили в смертельную схватку, консолидация российской элиты возможна только на одной платформе – для сохранения эффективной государственности в пределах существующих границ». Собянин, безусловно, стал частью консолидированной элиты. В тюменских губернаторских выборах он участвовал, будучи заместителем полпреда президента в Уральском Федеральном округе. Он давний и последовательный сторонник слияния Тюменской области и Ямала в один регион. Он ударными темпами внедрял на территории Тюменской области муниципальную реформу, реформу бюджетной сферы и ЖКХ. Он член высшего совета «Единой России». Объясняя новое назначение, президент сегодня сказал: «Как говорится, богатство России должно Сибирью. Думаю, сибиряки лучше всего знают, как это делать». Это правда, сибиряки очень хорошо знают, как сырьевые ресурсы используются для создания богатств. Про это и не только знает председатель совета директоров «Газпрома» Дмитрий Медведев. Про это и не только знает председатель совета директоров «Газпрома» Дмитрий Медведев. Но Сибирь Сибирью, а для страны вопрос противовес не менее интересен, чем нефте-доллары. До сих пор два питерца (Медведев и Сечин) символизировали наличие в президентской администрации двух группировок: технократов-либералов и силовиков. Появление на месте Медведева неискушенного в борьбе под кремлевскими коврами Собянина резко меняет ставшую привычной конфигурацию. Сегодняшние новости заставили обсуждать кандидатуру преемника 2008, но может быть это повод задуматься и о другом, о том, какая именно партия в администрации президента образует теперь центр власти, и не окажется ли этот центр более мощным, чем правительство.

Л. ТЕЛЕНЬ – А теперь нам предстоит продолжить разговор с помощью наших экспертов. Сегодня на телефонной связи со студией «Эха Москвы» бывший руководитель администрации президента (президента Бориса Ельцина) Сергей Александрович Филатов. Добрый вечер, Сергей Александрович.

С. ФИЛАТОВ – Добрый вечер.

Л. ТЕЛЕНЬ – И Эмиль Абрамович Паин, который тоже работал… не знаю, входила ли должность Эмиля Абрамовича прямо в администрацию, но был советником президента Ельцина, а теперь Эмиль Абрамович – руководитель Центра по изучению ксенофобии и экстремизма Института социологии Российской Академии наук. Чуть позже к нам присоединится еще бывший прокурор Юрий Скуратов. Я попрошу экспертов немножечко подальше от радио, потому что очень сильный фон у нас в студии. Попробуйте подкрутить свои радиоприемники, слушать нас только по телефону. Также я напоминаю, что работает телефон эфирного пейджера 725-66-33 для наших слушателей и для SMS 970-45-45. Через некоторое время мы подключим телефоны прямого эфира. Итак. Первый вопрос одинаковый и к Сергею Филатову, и к Эмилю Паину. Как вы считаете, те перестановки, которые сегодня произошли в администрации президента – это чисто номенклатурная рокировки или за этим есть какое-то существенное содержание для людей? Пожалуйста, Сергей Александрович.

С. ФИЛАТОВ – Я думаю, есть какое-то существенное содержание, нам пока не извеестное. Но какие-то черты просматриваются. Мне кажется, Путин решает несколько функциональных задач. Но я должен сразу оговориться, полная картина пока не ясна. И я думаю, не ясна будет до тех пор, пока мы не узнаем, кого назначат губернатором Тюменской области.

Л. ТЕЛЕНЬ – Сергей Александрович, а все-таки, какие конкретно задачи? Вы сказали, несколько задач. Хотя бы предположительно, какие?

С. ФИЛАТОВ – Я сейчас скажу, просто я еще хочу сказать. Видите, последние годы характеризуются огромной борьбой вокруг нефти. И есть реальная опасность того, что кто-то в окружении Путина очень сильно работает в этом направлении, подтягивая нефтяной комплекс к национализации.

Л. ТЕЛЕНЬ – То есть вы назначение Собянина связываете именно с тем, что он представляет нефтяной регион?

С. ФИЛАТОВ – Нет, пока я связываю с тем, что его нужно было оттуда убрать для того, чтобы поставить иного человека. Когда там будет человек, тогда можно будет эту версию тоже проверять. Пока собянинская фигура я не вижу, чтобы специально подобрана была для руководителя аппарата президента, пока я связываю с тем, чтобы очистить это место.

М. ШЕВЕЛЕВ – Сергей Александрович, а вас не задело слово «номенклатурные рокировки», которое мы употребили в своем вопросе?

С. ФИЛАТОВ – Нет, меня не задело это слово. Я просто думаю, что здесь вторую задачу, которую решает президент… последние годы у всех сложились слова, что кадров, кроме как санкт-петербургских, нет. Я думаю, Что он этим сейчас показывает, что всерьез начинает бросаться кадрами региональными. Это и есть тоже одна из задач, которые решаются.

Л. ТЕЛЕНЬ – Сергей Александрович, спасибо. Я бы хотела, чтобы к нам присоединился Эмиль Абрамович. Эмиль Абрамович, вы нас слышите? Будьте добры, ваша точка зрения: это номенклатурные рокировки или за этим стоит какое-то содержание? Какое, на ваш взгляд, если вы считаете так?

Э. ПАИН – Во-первых, я вам отвечу, я работал в администрации с 93-го года, потом был советником президента официальным, не только членом президентского совета. И что-то вспоминаю из своей былой истории, к чему приводят различного рода рокировки. Вы знаете, мне не так уж важно, что задумал президент, и нужно ли вместо Собянина кому-нибудь как теплое. Важно другое, а что он сможет сделать, и хорошо ли это. Думаю, что хорошо. Хотя бы потому, что не важно, что они там затевали и затевали ли вообще, но сам факт того, что петербургская команда разбавляется другим человеком, человеком из региона и единственным из администрации президента, кто пробовал, кто нюхал порох территориального управления.

Л. ТЕЛЕНЬ – А не окажется ли, что в результате более сильные фигуры внутри администрации просто подомнут нового главу администрации?

Э. ПАИН – Знаете, главу администрации все-таки не так легко подмять в силу того, что до сих пор у него немалые рычаги влияния и воздействия. Он формирует штат, он формирует команды. И мы знаем из истории, что человек, приходящий на пост подобного рода, секретарского, пусть и не рассматривался всерьез как политическая фигура, потом становился Сталиным.

Л. ТЕЛЕНЬ – Но мы так же знаем, что заместителей теперь уже Собянина связывают тесные отношения с президентом Путиным, более тесные, чем нового главу администрации.

Э. ПАИН – Трудно сейчас гадать, как, что будет. Все будет зависеть от силы и мощи человека, от его опыта аппаратной игры. Но еще раз говорю, сам по себе пост достаточно влиятельный. При умелом его использовании этот человек может быть достаточно влиятельным, по крайней мере, может быть более влиятельным, чем совершенно незаметный Медведев.

М. ШЕВЕЛЕВ – Сергей Александрович, Эмиль Абрамович, у меня один к вам вопрос. Вас не смущают слова «номенклатурные рокировки», «политически игры», «подковерные интриги», вообще рядовому человеку об этих верхушечных переменах и политологических раскладах есть смысл вникать, это как-то влияет на нашу жизнь, или уже власть «закуклилась» и окончательно от нас отстранилась?

С. ФИЛАТОВ – Я думаю, что рядовому человеку не понятно, и даже если мы будем все объяснять это, каждый свое мнение, он совершенно ничего не поймет.

М. ШЕВЕЛЕВ – А что же делать в этой ситуации рядовому человеку?

С. ФИЛАТОВ – Видимо, ждать выборов. Что еще остается делать? Возможности сказать свое слово.

М. ШЕВЕЛЕВ – Эмиль Абрамович, вы согласны с мнением руководителя администрации президента?

Э. ПАИН – У вас передача в общем-то не для рядового человека. «Эхо Москвы» — это элитарные передачи, в это время рядовые люди спят уже, значит, слушает элита, которой может быть это любопытно и интересно. Что касается рядового человека и что касается перспектив этой администрации, то у меня весьма пессимистическая точка зрения на этот счет, и я думаю, что, скорее всего, все эти перемены, все эти рокировочки и загогулины лучше бы было описывать крыловскими фразами: «…а вы, друзья, как ни садитесь…»

Л. ТЕЛЕНЬ – Спасибо Сергей Александрович. Спасибо, Эмиль Абрамович. Мы с вами прощаемся и пытаемся соединиться с бывшим генеральным прокурором Российской Федерации Юрием Скуратовым. А пока я напомню, что наш пейджер 725-66-33. Мы ждем ваших сообщений. А также телефон для SMS-сообщений – 970-45-45. И пока нам помогает референт соединиться с господином Скуратовым, я напомню вам телефоны прямого эфира. Как только мы закончим разговор с господином Скуратовым, мы бы хотели, чтобы вы, наши слушатели, подключились к разговору, и задаем вам такой вопрос. Как вы считаете, новое назначение Дмитрия Медведева – это для него поощрение или наоборот отставка? Если вы считаете, что для него это поощрение, звоните по телефону 783-90-25, если вы считаете, что это такая почетная отставка, 783-90-26. А сейчас с нами на связи Юрий Скуратов. Добрый вечер.

Ю. СКУРАТОВ – Добрый вечер.

М. ШЕВЕЛЕВ – Добрый вечер. Господин Скуратов, вы продолжаете следить за кадровыми перестановками в Кремле? Если да, какое впечатление на вас произвели события сегодняшнего дня?

Ю. СКУРАТОВ – Безусловно, каждый сколько-нибудь политически активный россиянин должен следить за этими событиями. Впечатления самые разные. С одной стороны, назревали эти изменения, с другой стороны, были в чем-то неожиданными. Потом можно говорить о конкретных людях – тоже самые разные впечатления.

М. ШЕВЕЛЕВ – А что такое, назревало? В нашей стране все благополучно, вертикаль власти действует, все функционирует, 60 долларов за баррель. Зачем, собственно говоря, надо менять Медведева на Собянина? В чем смысл этого?

Ю. СКУРАТОВ – Понимаете, тут много разных причин. Во-первых, можно поспорить с тем, что все благополучно, поскольку внешнее благополучие не снимает массу проблем. Любая из тех реформ, которая планировалась в стране, по сути, до конца не доведена, идет процесс нагромождения одной на другую, существует масса проблем, прежде всего, роста коррупции, отсутствие внятной политики на Кавказе, региональные проблемы в других частях нашей страны, поэтому с этим можно поспорить.

Л. ТЕЛЕНЬ – Господин Скуратов, а можно вернуться все-таки к нашим персонажам? Медведев и Собянин – давайте поговорим о них.

Ю. СКУРАТОВ – Да, безусловно. Может быть, начнем с Собянина, которого я неплохо знаю.

М. ШЕВЕЛЕВ – Я надеюсь, не него не было уголовных дел?

Ю. СКУРАТОВ – Нет, в отношении него не было. Это само по себе уже неплохо. Его назначение как раз производит приятное впечатление, прежде всего в связи с тем, что назначен человек из региона, из достаточно важного региона, человек, который не на словах, а на деле знает, что такое проблема региона. И согласитесь, что слабым местом администрации президента всегда было отсутствие понимания того, что власть Кремля распространяется не только в пределах Садового кольца. Вспомним господина Волошина…

Л. ТЕЛЕНЬ – А как вы считаете, Собянин – достаточно сильная фигура, чтобы проводить внутри администрации какую-то определенную линию? Не окажется ли он подмят более опытными в номенклатурном смысле коллегами?

Ю. СКУРАТОВ – Вы знаете, это человек достаточно самостоятельный. Это раз. Во-вторых, конечно, какое-то время, конечно, он будет осматриваться. Это вполне предсказуемо. Но, тем не менее, я думаю, что сама жизнь заставит его действовать активно. Я еще рад и тому обстоятельству, что Собянин – это юрист, причем юрист достаточно высокого уровня.

Л. ТЕЛЕНЬ – Но Медведев – тоже юрист, насколько я помню.

Ю. СКУРАТОВ – Да, мы все помним, что Медведев юрист, но все же он не имел такой практики юридической работы. Собянин работал в Совете Федерации. До этого он был председателем законодательного собрания Ханты-мансийского округа. Как глава Тюменской области он себя проявил самым лучшим образом.

М. ШЕВЕЛЕВ – Господин Скуратов, простите, что я вас прерываю, хочется очень задать вам вопрос не как бывшему генеральному прокурору, а как вы сами себя назвали, политически активному гражданину Российской Федерации. Господин Медведев не произвел на вас яркого впечатления. На мой взгляд, совершенно фантастическое явление в нашей политике. Человек на таком посту за два года не удосужился ни разу (один раз, что только подчеркивает, что исключение, подтверждающее правило) пообщаться с прессой, ни одного интервью, ни одного публичного выступления, ни одной идеи, ни одного стратегического плана. Каково вам это?

Ю. СКУРАТОВ – Вы знаете, это, наверное, неправильно в нынешних условиях, с другой стороны, нельзя сказать, что он наделал и каких-то крупных ошибок. При нем администрация работала в таком достаточно спокойном режиме. Другое дело, что вы должны понимать и одну простую вещь, что опыт работы как аппаратчика, он у него только в администрации и складывался, поэтому ему было достаточно непросто, при наличии опыта работы в качестве доцента кафедры очень тяжело себя проявить.

Л. ТЕЛЕНЬ – Спасибо.

М. ШЕВЕЛЕВ – Спасибо. Понятна ваша точка зрения.

Л. ТЕЛЕНЬ – Большое спасибо. Мы хотим, чтобы к нашему разговору присоединились слушатели. Я сейчас напомню телефоны прямого эфира. Спасибо господину Скуратову. Еще раз спасибо, Сергей Александрович, спасибо, Эмиль Абрамович, что приняли участие в нашем разговоре. И адресуем вопрос нашим слушателям. Как вы считаете, новое назначение Дмитрия Медведева – что это для него поощрение или отставка? Если вы считаете, что поощрение, то звоните по телефону 783-90-25, если вы считает, что это почетная отставка, звоните по телефону 783-90-26. Мы ждем ваших телефонных звонков. И напоминаю вам номер пейджера 725-66-33, а также телефон для SMS-сообщений – 970-45-45. По-моему, вы все уже выучили эти телефоны наизусть. Звонки в студию. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Это звонит Олег из Санкт-Петербурга.

Л. ТЕЛЕНЬ – Олег, вы считаете, видимо, что это поощрение?

СЛУШАТЕЛЬ – Да нет, я скорее считаю, что это отставка, потому что ясно, что второй человек в стране – глава администрации. А первых вице-премьеров была куча.

М. ШЕВЕЛЕВ – Олег, вы из Санкт-Петербурга, в вашем городе есть какое-то отдельное представление о Дмитрии Медведеве, потому что мы здесь про него не знаем практически ничего. Что у вас говорят?

СЛУШАТЕЛЬ – Нет, у нас вообще о нем ничего не говорят. Он здесь был также незаметен, как и у вас.

М. ШЕВЕЛЕВ – Потрясающе.

СЛУШАТЕЛЬ – Более того, я учился с ним на одном курсе на разных факультетах, я он нем не слышал ни слова за время его учебы.

М. ШЕВЕЛЕВ – В лицо вы его помните?

СЛУШАТЕЛЬ – В лицо не помню, просто незаметен был.

М. ШЕВЕЛЕВ – Замечательно.

СЛУШАТЕЛЬ – Даже военные сборы одновременно проходил с ним и тоже не помню.

Л. ТЕЛЕНЬ – Ну вот, а ты хотел получить дополнительную информацию. Нет дополнительной информации о господине Медведеве.

М. ШЕВЕЛЕВ – Да, какая-то политика у нас становится инкогнито. Олег, спасибо вам большое.

Л. ТЕЛЕНЬ – Спасибо. Давайте попробуем еще один звонок и пойдем дальше. Итак, добрый вечер. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ – Алло. Я считаю, что это отставка.

Л. ТЕЛЕНЬ – Почему?

СЛУШАТЕЛЬ – Потому что у меня есть основания, о которых я не буду говорить.

Л. ТЕЛЕНЬ – Но вы рады этой отставке, или наоборот, вы сочувствуете ей?

СЛУШАТЕЛЬ – Я довольна.

Л. ТЕЛЕНЬ – Хорошо.

М. ШЕВЕЛЕВ – Спасибо.

Л. ТЕЛЕНЬ – Я прочитаю несколько сообщений, а может быть даже всего одно с пейджера. Интересно, что наши слушатели благодарят господина Паина в таких выражениях: «Спасибо господину Паину за то, что хотя бы ночью он меня, пенсионерку, причислил к элите, а то все считают электорат за быдло. Мне приятно. Ольга». Мне тоже приятно, что Ольга почувствовала себя электоратом. Слава богу. Будем переходить на личности дальше.

М. ШЕВЕЛЕВ – Что известно про Иванова Сергея Борисовича наверняка? Он блондин, владеет английским языком с неповторимым акцентом выпускника советского ВУЗа. Служил в КГБ. Друг Путина Владимира Владимировича. У Иванова Сергея Борисовича есть сын – вундеркинд в банковском деле в неполные 30 лет ставший одним из руководителей «Газпромбанка». Что совершенно не известно про Иванова Сергея Борисовича? Совершенно не известно, хороший он министр обороны или плохой. С одной стороны, надоевший всем список проблем российской армии: дедовщина, побеги, тонущие батискафы и нелетающие спутники, с другой – ненавязчивый вопрос: при министре Иванове стало хоть немножко лучше в армии, чем при предыдущем (если кто-нибудь сподобиться вспомнить его фамилию), или стало хуже? Проблема в том, что ответы на все эти вопросы: плохой ли, хороший министр, лучше предыдущего, или хуже – вы ответа не найдете. Потому что нет ответа на самый принципиальный вопрос – нам армия нужна зачем, с кем будем воевать? Какие угрозы готовимся отражать? Лучшие журналисты страны потратили массу времени, пытаясь добиться от Министерства обороны под руководством Иванова Сергея Борисовича ответа на вопрос, какая страна или страны могут напасть на Российскую Федерацию. И если отсеять некоторые лишние слова, то список наших врагов выглядит удручающе лаконичным – международные террористы. Последнее, что успел сделать Сергей Иванов перед тем, как стать вице-премьером отечественного правительства, это объявить о том, что на вооружение российской армии скоро поступит новое поколение подводных лодок и новые межконтинентальные баллистические ракеты. Масштабы угрозы со стороны международного терроризма мы себе представляли, но такого радикального решения проблемы, конечно, не ждали. Хорош ли будет Сергей Иванов на посту вице-премьера или плох? Учитывая предыдущий опыт, можно уже сегодня дать точный ответ. Абсолютно адекватен. Как Министерство обороны не может определиться, с кем оно собирается воевать, так и российское правительство до сих пор не в состоянии решить, что для него важнее: удвоение ВВП или борьба с инфляцией, так что Сергей Борисович в этой компании чужим не был и не будет.

Л. ТЕЛЕНЬ – Сегодня наш разговор о Сергее Иванове мы будем вести с двумя экспертами. Я рада приветствовать наших коллег, которых я считаю блестящими военными экспертами. Это журналисты Александр Гольц и Виктор Литовкин. Кстати, Александр Гольц написал очень интересный материал для журнала «Большая политика», который мы публикуем во втором номере нашего журнала, и как раз этот материал полностью посвящен проблемам военного бюджета. К нашему герою. И мой первый вопрос и к Александру, и к Виктору. На ваш взгляд, чем Сергей Иванов заслужил это повышение? Александр, вам первому слово.

А. ГОЛЬЦ – Понятно, чем. Какую бы должность Сергей Борисович ни занимал, у него есть главная должность в нашей стране — он близкий друг Владимира Владимировича Путина.

М. ШЕВЕЛЕВ – Александр, не могли бы напомнить слушателям и нам, а где они так подружились?

А. ГОЛЬЦ –Они подружились, встретившись на несколько месяцев в отделении внешней разведки Управления ФСБ по городу Ленинграду. Как-то понравились люди друг другу, и с тех пор всегда, хоть их пути разошлись, эти два чекиста поддерживали отношения, и всегда, как это говорит наш президент, он ощущал чувство локтя с Сергеем Борисовичем. Сергей Борисович, надо сказать, в КГБ сделал куда более блестящую карьеру, чем Владимир Владимирович, но, тем не менее, когда Владимир Владимирович поднялся, он стал тянуть за собой и Сергея Борисовича. Сергей Борисович был заместителем начальника одного из европейских управлений службы внешней разведки, но когда Путин возглавил ФСБ, Иванов был перетащен в ФСБ и возглавил аналитическое управление, а там вслед за Путиным стал секретарем Совета Безопасности, когда Путин стал премьером и президентом и т.д.

М. ШЕВЕЛЕВ – История вопроса ясна.

А. ГОЛЬЦ – Так вот, я просто хотел бы продолжить. При этом в том, что произошло, как ни поразительно, есть некое рациональное зерно.

Л. ТЕЛЕНЬ – Какое, Саша?

А. ГОЛЬЦ – Люда, проблема в том, что Юрий Николаевич Балуевский на последнем совещании командного состава…

М. ШЕВЕЛЕВ – Это начальник генерального штаба.

А. ГОЛЬЦ – …сказал очень правильную вещь. Он вдруг повел речь о том, что военная промышленность или то, что называется у нас военной промышленностью, не в состоянии выполнить требования министерства обороны. И на самом деле, если отвлечься от того, чем является сегодня наша военная промышленность, чем является министерство обороны, принято, как я понимаю, довольно разумное решение. Сергей Борисович Иванов должен теперь, став вице-премьером, отвечать за выполнение оборонного заказа.

М. ШЕВЕЛЕВ – Саша, если вы хотите знать мое мнение, надо было назначать Балуевского, который сказал такую правильную вещь. Во всяком случае, логику я понимаю.

Л. ТЕЛЕНЬ – Давайте, Виктор тоже присоединится.

М. ШЕВЕЛЕВ – Да, у меня вопрос к Виктору. Скажите, пожалуйста, были какие-то президенты в российской истории, а может быть в советской истории, когда Министерство обороны возглавлял кадровый чекист?

В. ЛИТОВКИН – Я такого не помню.

М. ШЕВЕЛЕВ – А каково отношение в армии, если вы знаете к тому, что к ним пришел работать человек из альтернативного ведомства?

В. ЛИТОВКИН – Сейчас достаточно спокойное, нейтральное, я бы так сказал. Первое время было отрицательное отношение, настороженное, а сейчас никакое.

Л. ТЕЛЕНЬ – Виктор, а все-таки, чем заслужил Сергей Иванов это повышение? Ваша точка зрения.

В. ЛИТОВКИН – Он не заслужил этого повышения, на мой взгляд, просто Иванову дали шанс вытащить армию из того кризиса, в котором она сегодня находится.

Л. ТЕЛЕНЬ – А у него не было этого шанса, пока он был министром обороны?

В. ЛИТОВКИН – Нет, безусловно, нет. Потому что, будучи министром обороны, он не мог (я применю солдатский слэнг) «построить» Грефа, не мог построить Кудрина и ходить каждый раз к президенту и жаловаться на своих партнеров по кабинету министров, что тот не дает денег, этот не выделяет ресуров и т.д. и т.п. ему, конечно, было не с руки. Путин не мог заменять правительство и каждый раз стучать пальцем по столу и кричать, ребята, дайте, наконец, что положено для армии, работайте вместе, работайте дружно.

М. ШЕВЕЛЕВ – Скажите, пожалуйста, вы считаете, что кадровые перестановки могут решить проблему армии, или прав Михаил Ходорковский, который в своей последней статье сказал, что эту армию надо ликвидировать и на этом пустом месте надо построить совершенно новую?

В. ЛИТОВКИН – То, что надо строить новую армию, я, безусловно, согласен, а то, что надо ликвидировать – ведь строить надо из кого-то и из чего-то, а ликвидировать – никогда не поздно. Надо сначала понять, для чего нужна армия в нашей стране. Вы правильно говорили в начале, от каких угроз и опасностей она будет защищать страну и в какое время. Сегодня совершенно очевидно, что денег не выделяют достаточно для армии только потому, что сегодня армия – обуза, и не понятно, какие задачи она должна решать.

Л. ТЕЛЕНЬ – Виктор, насколько я знаю, у Александра другая точка зрения, проблема не в том, что армии выделяют мало денег, а проблема в том, что эти деньги бездарно тратятся.

В. ЛИТОВКИН – Это две стороны одной и той же проблемы. Безусловно, выделяют и мало, и вторая сторона – бездарно тратятся, потому что не понятно, для чего армия нужна.

М. ШЕВЕЛЕВ – То есть, если нет конкретной цели, то деньги будут потрачены, куда ни ставь министра обороны?

В. ЛИТОВКИН – Да, абсолютно так.

Л. ТЕЛЕНЬ – Мы с вами обсуждаем тонкости армейской проблемы, а на пейджере масса сообщений, в которых наши слушатели на разные лады повторяют одно и то же – это назначение, повышение Сергея Иванова не имеет никакого отношения к армии. Это означает только одно, что президент Путин выбрал себе преемника. Как вы считаете, имеет право на существование такая точка зрения? Александр?

А. ГОЛЬЦ – Конечно, такая точка зрения имеет право на существование. Более того, он сразу два варианта преемника: одного питерского, другого из чекистов…

Л. ТЕЛЕНЬ – А на самом деле все это операция-прикрытие, появится третий преемник.

А. ГОЛЬЦ – Понимаете, о чем я решительно не готов разговаривать, никому не советую разговаривать – это попытка угадать, что творится в голове Владимира Владимировича. В чем он совершенно блестящ и неподражаем – это в подготовке кадровых операций. Кто мог за две минуты до того, как назначен Фрадков, придумать, что Фрадков станет премьером – немыслимая ситуация.

Л. ТЕЛЕНЬ – Кстати, существует еще одна версия, то, что Сергей Иванов сменит Фрадкова на посту премьера.

А. ГОЛЬЦ – Да не исключено, как не исключено, что появится еще кто-то пятый, двадцатый, тридцать пятый. Давайте отдадим себе в этом отчет, что у нас отстроена некая система власти, при которой граждане не знают, могут только догадываться или не догадываться, как произойдет переход этой власти от одного президента к другому. Якобы демократия… мы сейчас начинаем спросить о преемниках, а такое впечатление, что у нас то ли демократия, то ли самодержавие, то ли еще что-то.

Л. ТЕЛЕНЬ – Саша, я с тобой соглашусь, я тебя перебью, потому что нам еще хочется слушателей подключить к разговору. Но у меня один вопрос. Я попрошу коллег коротко на него ответить. Как вы считаете, какое решение или какой поступок должен совершить Сергей Иванов на новом посту, чтобы вы, Саша, и вы, Виктор, сказали, да, это повышение имело содержательный смысл, это решение будет радикально полезно для нашей армии? Виктор?

В. ЛИТОВКИН – Единственное, что я могу сказать, перевести части из постоянной боевой готовности в профессиональную основу, что, я считаю, к 2008-му году реально не будет. Назначение министра обороны вице-премьером – это скорее перспектива стать ему кандидатом в президенты. Скорее это такая подножка серьезная.

Л. ТЕЛЕНЬ – Саша, ваша точка зрения?

А. ГОЛЬЦ – Сделать хоть что-нибудь конкретное, хоть что-нибудь.

Л. ТЕЛЕНЬ – Хорошее пожелание.

М. ШЕВЕЛЕВ – Вот это поступок!

Л. ТЕЛЕНЬ – Спасибо, коллеги. Сейчас мы подключим к нашему разговору слушателей. Мы прощаемся с вами. Еще раз спасибо. И наш вопрос слушателям, как вы считаете, назначение министра обороны Иванова означает ли то, что президент Владимир Владимирович Путин выбрал себе преемника и этим преемником выбрал именно Иванова? Если вы считаете, что да, звоните, пожалуйста, по телефону 783-90-25, если вы считаете, что нет, мы ждем ваших звонков по телефону 783-90-26. И пока вы пытаетесь дозвониться, я прочитаю одно сообщение, которое пришло по пейджеру. Я рада, что нашим слушателям не изменяет чувство юмора, несмотря на такие серьезные перемены. Вот наш слушатель, который подписался «Митек», пишет: «Господа, не кажется ли вам, что сейчас вы обсуждаете смысл обмена Шила (с большой буквы) на Мыло (с большой буквы)? Шило тонкое, а мыло хозяйственное. Можно поставить точку». Я думаю, что мы поставим запятую.

М. ШЕВЕЛЕВ – Мы обсуждаем не обмен Шила на Мыло, а курс обмена.

Л. ТЕЛЕНЬ – И перейдем к звонкам в студию. Добрый вечер. Алло. Еще одна попытка.

СЛУШАТЕЛЬ – Вечер добрый. Это Алексей. Я не думаю, что его назначат преемником. Я думаю, что преемник – это господин Медведев, а это назначение отодвигает Сечина на второй план.

М. ШЕВЕЛЕВ – Алексей, скажите, пожалуйста, само слово «преемник» вас как избирателя, как гражданина не задевает?

СЛУШАТЕЛЬ – Нет.

М. ШЕВЕЛЕВ – Ясно, спасибо.

СЛУШАТЕЛЬ – В сегодняшней ситуации, нет, потому что я думаю, что это наоборот хорошо, он будет доказывать состоятельность свою обществу.

М. ШЕВЕЛЕВ – Лучше бы он работал, на мой взгляд. Спасибо.

Л. ТЕЛЕНЬ – Еще одни звонок в студию «Эха Москвы». Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый вечер. Это Наталья Владимировна.

Л. ТЕЛЕНЬ – Наталья Владимировна, здравствуйте. Ваша точка зрения?

СЛУШАТЕЛЬ – Конечно, преемник.

М. ШЕВЕЛЕВ – Ну и как вам такой преемник?

СЛУШАТЕЛЬ – Кошмар! Он свою состоятельность не доказал за все существование на своей работе. И какую он докажет? Тут просто друг.

Л. ТЕЛЕНЬ – Наталья Владимировна, я хочу вам все-таки напомнить, чтобы Сергей Иванов стал все-таки преемником, мы должны за него проголосовать. Эта процедура еще предстоит.

СЛУШАТЕЛЬ – Ах! Мы не знаем, что еще нам выдумает наш Путин.

М. ШЕВЕЛЕВ – Извините, Наталья Владимировна, что мы вам напомнили о кошмаре такое позднее время.

СЛУШАТЕЛЬ – Я вас удовольствием слушаю, потому что с вами легче живется.

М. ШЕВЕЛЕВ – И нам с вами.

Л. ТЕЛЕНЬ – Давайте попробуем еще один звонок в студию. Добрый вечер. Вы в эфире «Эха Москвы». Алло. Последняя попытка в разговоре о Сергее Иванове.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Это Олег из Санкт-Петербурга. Я хочу сказать…

Л. ТЕЛЕНЬ – Олег, мы с вами сегодня уже разговаривали?

СЛУШАТЕЛЬ – Вряд ли он преемник, почему бы президенту прямо не сказать, кто у него преемник, а не играть в прятки, чтобы все тут гадали, Медведев или Иванов.

М. ШЕВЕЛЕВ – Вот Александр Гольц нам настоятельно советует никоим образом не пытаться проникнуть в пучины сознания Владимира Владимировича Путина. Вы почему его не слушаете?

Л. ТЕЛЕНЬ – Между прочим, не только Александр Гольц. На пейджере есть тоже всякие сообщения, что не надо заглядывать и гадать, что в голове у него твориться.

СЛУШАТЕЛЬ – Президент должен же как-то народ обнадежить, чтобы народ не метался в недоумении.

М. ШЕВЕЛЕВ – Олег, он кому должен?

СЛУШАТЕЛЬ – Народу. Ведь он же народом управляет, чтобы народ так не волновался, не был в смущении.

М. ШЕВЕЛЕВ – Должен вам сказать, что по нынешним временам точка зрения, что президент что-то должен народу, выглядит довольно необычно.

СЛУШАТЕЛЬ – Он может задуматься, что он должен что-то народу.

М. ШЕВЕЛЕВ – А! Может. «Может» и «должен» – это два разных слова. Тут я с вами соглашусь.

Л. ТЕЛЕНЬ – Спасибо, Олег. Спасибо нашим слушателям. Мы продолжаем переходить на личности. Заканчиваем с правительством и переходим к журналистам. Наш следующий герой – бывший главный редактор газеты «Известия» Владимир Бородин. Владимир Бородин стал очередным главным редактором, который не вписался в медиавертикаль, отстроенную Кремлем. Николай Сенкевич, как представитель-собственник «Известий», произнес все ритуальные слова о необходимости строить бизнес-модель, расширять аудиторию, увеличивать тиражи, привлекать рекламу. Но дураков нет. Все научились переводить с кремлевского на русский. Говоря русским языком, Владимира Бородина сняли с поста главного за нелояльность к партии и правительству в сегодняшних реалиях Кремля. За то, что не фильтровал информационные потоки, за то, что завел полосу «Мнения, комментарии», где помещались отнюдь не самые верноподданнические тексты, за то, что публиковал Ирину Петровскую, известную своей «любовью» к государственному телевидению и наконец, за редакционные колонки, в которых демократическая либеральная позиция газеты по существенным информационным поводам была очевидна. Владимир Бородин поддерживал в газете профессиональную команду журналистов от Андрея Колесникова до Игоря Найденова, он сохранил и преумножил блестящий состав экспертов от Александр Лившица до Чулпан Хаматовой. Он без скандалов и интриг руководил огромным редакционным коллективом. При этом Бородин не был революционером. Он не пытался превратить газету в боевой листок, он вел редакционную политику аккуратно сдержанно с поправкой на политическое время. Некоторым казалось, что даже слишком аккуратно, слишком сдержанно. Он не эпатировал публику скандальными расследованиями и громкими интервью с политиками нон грате. И даже в соответствии с медийной модой заметно усилил увлекательность «Известий», что тоже не всем читателям безоговорочно нравилось. Придя в «Известия» в 19, он с небольшим перерывом проработал в газете много лет. Начинал корреспондентом в отделе регионов, потом в отделе общества, потом в секретариате. Уходя после шумного скандала, предыдущий главный редактор «Известий» Раф Шакиров, рекомендовал его на пост главного. В тот момент многим коллегам его выбор показался весьма экзотическим. Владимир Бородин был слишком молод, зато не слишком известен. Как показало время, Раф Шакиров был прав, разглядев именно в нем потенциал главного редактора. Его преемник на удивление многих начал реализовывать свой потенциал, но кремлевские кураторы именно этого от него и не ждали. Сегодня от главного редактора они требуют совсем иного, в общем одного – не быть главным редактором. Мы продолжаем перемывать кости нашим героям. И сегодня портрет Владимира Бородина с нами вместе опять обсуждают наши коллеги. На этот раз известинцы разных поколений. Это Андрей Колесников, который работает сегодня заместителем главного редактора газеты «Известия» и работал заместителем Владимира Бородина и Владимир Дмитриевич Надеин – известный журналист, «известинец» с большим стажем. Добрый вечер, Андрей. Добрый вечер, Владимир Дмитриевич.

М. ШЕВЕЛЕВ – Трудно задавать внутрикорпоративные вопросы, поэтому мой вопрос к известинцам будет довольно коротким. Ну? Владимир Леонидович, вы можете ответить на этот вопрос?

В. НАДЕИН – Вопрос многоплановый и требует серьезной проработки. Попробуем быть такими же краткими, как и автор вопроса. «Известия» совершенно определенно нуждаются в инициативном и современном редактировании. Они нуждаются (они мы так привыкли во множественном числе называть газету), газета нуждается в том, чтобы определить свое место в ряду печатных средств информации страны.

М. ШЕВЕЛЕВ – Владимир Дмитриевич, но это можно отнести к любой газете.

В. НАДЕИН – Сейчас я подхожу к «Известиям». Касается совершенно любой газеты. Дело лишь в том, что «Известия», имеют столь славную историю, что порой это мешает видеть настоящее. Сегодня «Известия» — не та газета, какой она была в 91-м году. Я даже не говорю лучше или хуже, а просто другая.

Л. ТЕЛЕНЬ – Владимир Дмитриевич, нужно было менять главного редактора? Я прямо вас спрошу.

В. НАДЕИН – Я в этом ни одной секунды не сомневаюсь.

Л. ТЕЛЕНЬ – Я думаю, что Андрей с вами не согласится.

В. НАДЕИН – Минувший год со всей очевидностью показал, что неумение заполнить 48 страниц пятничного номера были совершенно очевидным доказательством профессиональной неполноценности главных руководителей газеты «Известия».

Л. ТЕЛЕНЬ – Спасибо, Владимир Дмитриевич, давайте дадим слово Андрею, поскольку у нас не так много времени, мы еще вернемся к этому разговору.

М. ШЕВЕЛЕВ – Андрей, вы согласны с такой критической оценкой?

А. КОЛЕСНИКОВ – Нет, конечно. Как я могу быть согласен, если я работал в этой команде. Дело в том, что сейчас газетный мир сильно реформируется, меняются подходы, меняется все. Если мы проследим за тем, как меняются европейские газеты, то, пожалуй, «Известия» — единственная европейская газета в сегодняшнем печатном пространстве России. Это движение началось приблизительно год назад. Оно было чрезвычайно интересным и творческим. Думаю, что оно продолжится на самом деле. Бородин его вполне успешно начал. Тот самый пятничный номер, о котором говорилось выше, по продаже превышает объем продажи обычных ежедневных номеров газеты «Известия», очень успешен в городе Москве, тем более, это московский выпуск.

М. ШЕВЕЛЕВ – Скажите, пожалуйста, вы согласны с такой оценкой, что по нынешним временам быть ярким главным редактором (я не говорю сейчас, проправительственным, оппозиционным), ярким главным редактором по нынешним временам опасно?

А. КОЛЕСНИКОВ – Безусловно, опасно. Если раньше в политическом смысле занимались только телевидением, то теперь политика большая добралась до таких элементов информационного пространства, как крупные тиражные печатные СМИ. Возможно, этот миг управления распространится еще ниже. Пока занимаются «крупняком» в газетном мире. Оказывается, это тоже важно с точки зрения политики.

Л. ТЕЛЕНЬ – Владимир Дмитриевич, а как вы считаете, как старый известинец, Бородина сняли за то, что он что-то недорабатывал, делал газету слишком развлекательной, или все-таки у Кремля действительно были политические претензии? А мне кажется, они были из-за редакционной колонки.

В. НАДЕИН – Я полагаю, я не настолько старый известинец, чтобы механически переносить советские нравы на сегодняшнюю ситуацию. Я не думаю, что дело в колонках и содержании или просто в содержании газеты, которое было про-правительственным или антиправительственным. Для такой газеты, как «Известия», совершенно самоубийственно быть или про, или антиправительственной. Это все плохо. Есть только про-читательская позиция. При этом важно определить круг тех читателей, на которых ты работаешь. Грубо говоря. Это должна быть элита центрального региона страны.

М. ШЕВЕЛЕВ – Понятно. У меня вопрос и к Андрею, и к Владимиру Дмитриевичу. Мне кажется, что эта чехарда главных редакторов «Известий» очень напоминает смену главных тренеров в футбольной сборной Российской Федерации: приходят, уходят, проигрываю, приходят следующие. Вы согласитесь с такой аналогией, что видимо, дело не только в главном тренере или главном редакторе?

В. НАДЕИН – Знаете, в течение последних 20-ти лет, мы, группа известинцев, играла трижды в неделю в футбол, но мы не дошли до того уровня, при котором понимание смены редакторов можно было бы сравнить с нашим журналистским знанием. Можно, я абстрагируюсь от этого и скажу лишь то, что смена главных редакторов вообще свидетельствует о самом главном — о низком профессиональном уровне тех менеджеров, которые этих главных редакторов назначают. В этом смысле бессмысленно говорить, достаточно было года, мало было года – нельзя этого делать. Нельзя настолько расписываться в своей неумелости и дергать газету из одного края в другой, потому что, в конце концов, у каждого главного редактора есть естественное право видения проблем по-своему.

Л. ТЕЛЕНЬ – Андрей, у меня такой вопрос по поводу внутреннего состояния газеты. Я уверена, что главный редактор и журналистский коллектив – это единое целое, и настоящий главный редактор очень тесно связан с командой.

В. НАДЕИН – Я категорически против этого тезиса. На галере есть гребцы, и не галере есть те, кто машут дубинами…

Л. ТЕЛЕНЬ – Я поняла мысль, Владимир Дмитриевич, но меня интересует…

В. НАДЕИН – О бывшем советском делении: нигде в мире в профсоюзы не объединятся главные редактора и издатели, они находятся с числе работодателей. И журналисты, которые должны защищать свои права от всех, в том числе от своих главных редакторов.

Л. ТЕЛЕНЬ – Мне все-таки интересно, как журналисты «Известий» восприняли эти перемены. Им было жаль своего главного редактора или они аплодировали его уходу. Андрей.

А. КОЛЕСНИКОВ – Было страшно жаль, причем это было общим настроением. Я давно работаю в разных СМИ и работал с разными главными редакторами, так обидно и жаль мне не было никогда.

М. ШЕВЕЛЕВ – Андрей, в «Известиях» есть редколлегия? Если да, то не возникли мысли как-то заявить о своей позиции, выяснить свое отношение, хотя бы поддержать Владимира Бородина?

А. КОЛЕСНИКОВ – В «Известиях» есть редколлегия в формальном смысле – это главный его зам. и ответственный секретарь и редактор федерального выпуска, который выходит на провинцию. Была идея поддержать главного редактора. Мы свою позицию высказали при представлении нового главного редактора редакционному коллективу. Мы сомневались в корректности той формы, в которой произошла отставка главного редактора – меньше, чем за сутки. Сомневались в ее корректности, предположили, что здесь есть, в том числе, и политические мотивы, потому что профессиональных претензий со стороны акционеров вроде как не было. Кстати, был опыт для меня уникальный абсолютно командной работы, уникальный и счастливый опыт. Сам Владимир Бородин просил нас не торопиться с выводами и вести себя профессионально, то есть пытаться продолжать работу в газете, продолжить то, что мы начинали в этой газете, в этом смысле помочь морально и физически новому главному редактору, сохранить что-то лучшее, что мы смогли сделать за…

М. ШЕВЕЛЕВ – Насколько я понимаю, при Владимире Бородине в «Известиях» дело до галер, о которых говорил Владимир Дмитриевич, пока не дошло.

А. КОЛЕСНИКОВ – Возможность была уникальная.

В. НАДЕИН – Вы меня просто неправильно поняли. Я еще раз говорю о том, что функционально сегодня это разделено значительно больше, чем в советские времена.

М. ШЕВЕЛЕВ – Это хорошо или плохо?

В. НАДЕИН – Это совершенно объективно. Так было, и так будет. Главный редактор заинтересован в том, чтобы получить как можно больше как можно лучшего продукта за цену как можно менее дешевую, это объективная его заинтересованность. А журналист не заинтересован. У них обратное.

М. ШЕВЕЛЕВ – Владимир Дмитриевич, поскольку у нас мало времени, если вы не возражаете, я с огромным интересом ждал от вас по этому поводу заметки в следующий номер журнала «Большая политика».

Л. ТЕЛЕНЬ – Коллеги, я благодарю вас за то, что вы приняли участие вы разговоре. И мне хочется пожелать и «Известиям» как газете со своими читателями, и журналистам «Известий», чтобы больших потрясений у них не было, чтобы они могли честно делать свое дело, чтобы «Известия» сохранились как качественное федеральное издание, которое все мы читаем. Большое спасибо. Сейчас мы попробуем сделать так, чтобы наши слушатели моги принять участие в разговоре, то есть включаем телефоны прямого эфира. Я напоминаю, телефон прямого эфира 783-90-25 и телефон 783-90-26. Вопросы формулируются следующим образом. Вы читаете газеты? Тогда зачем? Вы не читаете газеты? Тогда почему? Если вы читаете газеты, звоните нам по телефону 783-90-25 и рассказывайте, зачем, а если вы не читаете газеты, звоните по телефону 783-90-26, и объясните нам, почему. Мы рады будем слушать вас. Пожалуйста. Звонок в студию. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте.

М. ШЕВЕЛЕВ – Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ – Меня зовут Константин.

Л. ТЕЛЕНЬ – Вы читаете газеты, Константин?

СЛУШАТЕЛЬ – Да, я читаю газеты.

Л. ТЕЛЕНЬ – Зачем они вам нужны?

СЛУШАТЕЛЬ – Чтобы черпать информацию, потому что когда я смотрю телевизор, я понимаю, что не все объективно…

М. ШЕВЕЛЕВ – Мы догадываемся. А вы читаете «Известия»?

СЛУШАТЕЛЬ – Да, иногда читаю.

М. ШЕВЕЛЕВ – Нравится?

СЛУШАТЕЛЬ – Нет, не очень, больше нравятся другие издания.

М. ШЕВЕЛЕВ – Например?

СЛУШАТЕЛЬ – «КоммерсантЪ», «Новая газета».

М. ШЕВЕЛЕВ – Спасибо. Интересные полярные точки.

Л. ТЕЛЕНЬ – Еще один звонок в студию. Добрый вечер. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ – Меня зовут Зерк. Газеты я читаю, но не покупаю, то есть я читаю то, что попадает в поле досягаемости моей руки, то есть слушаю «Эхо Москвы».

Л. ТЕЛЕНЬ – А что попадает в руки?

СЛУШАТЕЛЬ – «Новая», «Комсомольская правда» иногда попадает…

М. ШЕВЕЛЕВ – О! «Комсомольская правда» нас очень интересует. Как вам «Комсомолка»?

СЛУШАТЕЛЬ – Не знаю. «Новая» получше.

М. ШЕВЕЛЕВ – Ясно. Спасибо.

Л. ТЕЛЕНЬ – Давайте попробуем еще одни звонок в студию. Может кто-то из подписчиков газет до нас дозвонится?

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Это Олег из Санкт-Петербурга. Я хочу сказать, что я с большим удовольствием читал «Известия», когда был Раф Шакиров, а при Бородине я ее выкидывал, не читая.

Л. ТЕЛЕНЬ – Почему?

СЛУШАТЕЛЬ – Потому что совершенно нечего, во-первых, было читать. И ни информации, ни умных статей.

М. ШЕВЕЛЕВ – То есть вы возлагаете какие-то надежды на Владимира Мамонтова?

СЛУШАТЕЛЬ – Судя по тому, что он был редактором бульварной газеты «Комсомольская правда» и судя по тому, что Николай Сенкевич дал ему указание (я могу буквально процитировать): «Голых девушек печатать не надо», то он просто превратит «Известия» в бульварную газету типа «Комсомольской правды», и я думаю, что это может быть конец «Известий».

М. ШЕВЕЛЕВ – Дадим шанс человеку.

Л. ТЕЛЕНЬ – Давайте попробуем еще последний звонок в студию. И будем завершать нашу сегодняшнюю программу. Добрый вечер. Вы в эфире. Пожалуйста, выключите радио. Алло. Не получилось. Еще раз. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Алло. Добрый вечер. Я выключила радио.

М. ШЕВЕЛЕВ – Читаете газеты?

СЛУШАТЕЛЬ – Я хочу сказать вам одну печальную вещь. Все средства массовой информации либо желтые, либо настолько негативные, типа «Новой газеты» (я покупаю периодически все издания). Они либо желтые, либо такой негатив, что читать совершенно…

Л. ТЕЛЕНЬ – Спасибо, я думаю, что наши коллеги и мы сами вас услышали. Спасибо вам за ваше мнение. Мы вынуждены завершить нашу программу, поскольку время уже час ночи. Это был очередной выпуск программы «Большая политика. Переходя на личности». Напомним, что это совместный проект журнала «Большая политика» и радиостанции «Эхо Москвы». До следующей недели в ночь с понедельника на вторник мы еще раз с вами встретимся, я надеюсь, что встретимся и обсудим с вами героев и антигероев недели, их поступки и репутацию. Над программой работали журналисты «Большой политики»: Михаил Калужский, Дмитрий Старовойтов. С нами в студии был звукооператор Василий Антипов. В студии работали мы, Людмила Телень и Михаил Шевелев. Доброй ночи.

М. ШЕВЕЛЕВ – Доброй ночи.



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире