'Вопросы к интервью
03 июля 2004
Z Парковка Все выпуски

В гостях: Виктор Травин — президент Коллегии правовой защиты автовладельцев.


Время выхода в эфир: 03 июля 2004, 01:01

3 июля 2004 г.
В эфире радиостанции 'Эхо Москвы' программа 'Парковка'
Гость студии: Виктор Травин — президент Коллегии правовой защиты автовладельцев.
Эфир ведут: Ирина Цвей и Сергей Асланян

И.ЦВЕЙ: Добрый день, дорогие друзья. Нет, уже добрый вечер. Говорят, что после 17 часов наступает уже вечер. Ну, добрый вечер. У микрофона Ирина Цвей. Сегодня я замещаю Сергея Бунтмана. Он в командировке. Вернется. В следующую субботу будет он. Хотя, к сожалению, я с удовольствием слушаюсь с вами в эфире. И мы начинаем программу 'Парковка' через несколько секунд.
ЗАСТАВКА
И.ЦВЕЙ: Итак, у нас 'Парковка', и как всегда ее автор Сергей Асланян. Добрый день, Сергей.
С.АСЛАНЯН: Да, даже, наверное:
И.ЦВЕЙ: Ну, да, добрый вечер. Я сама сказала, добрый вечер.
С.АСЛАНЯН: Да, добрый вечер.
И.ЦВЕЙ: Но поскольку я сегодня с двух часов в эфире — вот такой у меня сегодня день, то у меня день. И я рада приветствовать нашего гостя — это Виктор Травин, президент Коллегии правовой защиты автовладельцев. Здравствуйте, Виктор.
В.ТРАВИН: Добрый вечер.
И.ЦВЕЙ: Ой, ну, добрый вечер, вечер, хорошо. Главное, что он добрый. Какая разница, день или вечер. О чем мы сегодня будем говорит?
С.АСЛАНЯН: Мы сегодня будем поздравлять ГАИ. У них сегодня, вы не поверите, день рождения.
И.ЦВЕЙ: Да, ну, давайте поздравим.
С.АСЛАНЯН: Это говорит о том, что ГАИ — это структура, которая на самом деле это Иваны, не помнящие родства. Они считают, что сотворение ГАИ — это 3 июля 1936 года, как будто предыдущей истории не было. Причем, я не имею в виду первого гаишника России — Соловья-Разбойника, потому что дата его появления на свет и выхода на промысел официально подтвердить никак нельзя. Но ГАИ у нас не началось в 1936-ом году. У нас регулировали движение на улицах этого города раньше. У нас до ГАИ был ОРУД, у нас была, в конце концов, просто-напросто полиция до 1917-го года, которая тоже в силу своего разумения, но без официального приказа регулировала движение, правда, в основном извозчиков.
И.ЦВЕЙ: Хорошо, мы сейчас вернемся и к, наверное, истории или от истории отойдем.
С.АСЛАНЯН: Уже не будем возвращаться.
И.ЦВЕЙ: Да? Ну, я хотела бы напомнить телефон нашего пейджера 961-22-22 для абонента 'Эхо Москвы'. Вы можете присылать, во-первых, а — свои поздравления ГАИ.
С.АСЛАНЯН: Только не нам, нам не надо.
И.ЦВЕЙ: Я сказала — ГАИ, ГАИ. И также можете присылать вопросы нашему гостю Виктору Травину — ну, собственно говоря, любые вопросы можете и Сергею присылать.
С.АСЛАНЯН: Да, всем добро пожаловать.
И.ЦВЕЙ: И мне, пожалуйста, — я, кстати, тоже автовладелец — так что с ГАИ у меня, как и у всех автовладельцев, конечно, за эти 10 лет:
С.АСЛАНЯН: :выстроенные отношения:
И.ЦВЕЙ: Да, собственные отношения сложились. И, я думаю, что этот вопрос касается многих наших слушателей, которые имеют любое авто и вообще появляются на дороге.
С.АСЛАНЯН: Ну, 22 миллиона те, кто имеет любое авто — свое либо казенное и все остальные, кто пытаются от этого авто увернуться. Так или иначе — точек соприкосновения очень много, особенно в больших городах мы пересекаемся друг с другом постоянно.
И.ЦВЕЙ: Это точно. Ну, предоставим слово Виктору. Виктор, так что у нас сегодня день ГАИ — мы с позитивной точки это оцениваем или, как бы, ну, вернее так, день рождения — он всегда позитивен, но отношение наше к ГАИ неоднозначно.
С.АСЛАНЯН: Кстати, не каждый день рождения позитивен. Ну, кто знает, что родилось-то?
В.ТРАВИН: Я позволю себе вмешаться в ваш диалог.
С.АСЛАНЯН: Тихий такой, покойный:
В.ТРАВИН: Включите третий микрофон все-таки. Значит, у меня вопрос к коллеге Асланяну. Сереж, скажи, пожалуйста, вот у тебя есть чувство праздника — праздника, который случился у нас сегодня, там шестьдесят какая-то годовщина со дня образования любимой всеми, всенародно любимой организации, под названием ГАИ, она же ГИБДД, она же ОРУД? Вот есть вот желание шапки кидать в воздух, открывать шампанское, вот есть приподнятость некая духа? Вот как ты ощущаешь этот праздник всенародный, тем более, если учесть, что ты за рулем уже не первый год, и ты его ощущать должен не так как остальные граждане Российской Федерации?
С.АСЛАНЯН: И хотя я тайком от всей страны, которая меня не видит, сегодня в белой рубашке:
И.ЦВЕЙ: Подтверждаю.
С.АСЛАНЯН: :это вовсе не означает, что у меня праздник. Кстати, на Руси сочетание белого, в первую очередь, а иногда даже с красным — это цвета похоронные были, в этом хоронили. Нельзя же белую рубашку, белое исподнее одевали солдаты, идущие в бой. А не черное, как это принято сейчас. Ощущения праздника у меня нет, но сегодня, когда я проезжал мимо патрульной машины гаишной, были опущены окна — в тот момент было еще лето в Москве, было тепло, сейчас его, по-моему, уже отменили, дождь пойдет. Я подъехал, встал рядом, милиционеры отвернулись от меня. Я погудел, они в беленьких рубашечках с напряженными лицами сказал — ну, насколько я умею быть сладким, не очень удается, конечно, — я сказал: 'С праздником'. Они колыхнули автоматами в мою сторону, и я поехал дальше.
И.ЦВЕЙ: А я думала, вы подъехали к ним, дали им 100 рублей и сказали: 'Ну, с праздником'. А, может быть, такую акцию провести:
В.ТРАВИН: Дело в том:
И.ЦВЕЙ: Извините, Виктор, может быть, мы сейчас акцию такую объявим — кто проезжает мимо поста ГАИ или гаишника постоят, там, 10 рублей:
С.АСЛАНЯН: Может быть, гуманнее было бы по-другому — проезжаешь мимо гаишника и ничего ему не делаешь? И даже из того, что накипело.
В.ТРАВИН: Ну, дело в том, что 100 рублей — это не праздник. Там после, так сказать, устойчиво развивающейся инфляции, 100 рублей — это как бы не разговор.
С.АСЛАНЯН: Один МРОТ по административному штрафу.
В.ТРАВИН: Там минимум с чего начинается — с 300, с 500, да? Ну, давайте все-таки вернемся к самому главному — почему же не ощущается праздник, почему:
С.АСЛАНЯН: Коллега Травин отвечу на ваш вопрос — не праздник для меня сегодня:
В.ТРАВИН: И почему же я сегодня в черной рубашке, да?
И.ЦВЕЙ: Да, вот честно могу сказать — один в черном сидит, другой в белом, сижу я в нейтральных цветах.
В.ТРАВИН: Понятно — вы не за ваших, не за наших. Ясно. Значит, давайте, наверное, подведем хоть какой-нибудь промежуточный итог, насколько нам это удастся, по поводу того, почему, можно ли вообще считать этот праздник праздником, и если нельзя, то почему. Давайте обратим внимание, в первую очередь, наверное, вот на что. У меня такое подозрение, что сегодня то, что называется праздником — на самом деле это, не побоюсь этого слова, пир во время чумы. Служба ГАИ, ГИБДД — независимо от того, где она находится в Московской области или в Челябинской — федерального значения или подразделение, сидящее на земле, как мне кажется, поверьте моему 8-летнему опыту, я 8 лет занимаюсь только тем, что общаюсь с людьми, пострадавшими от произвола и от бездеятельности ГИБДД:
С.АСЛАНЯН: Борьбой с ГАИ:
В.ТРАВИН: :общаюсь с сотрудниками ГАИ. И у меня есть более, чем достаточные основания утверждать, что служба сегодня развалена. Развалена причем до основания. Служба со старыми стереотипами, со старыми методами мышления, со старыми образами, со старыми перспективами, которые не соответствуют абсолютно дню сегодняшнему. В этой стране уже перестроилось у нас абсолютно практически все. У нас пока еще тащится в хвосте на уровне 60-70-ых годов Государственная инспекция безопасности дорожного движения, которая совсем никогда эту безопасность дорожного движения не обеспечивает. Давайте попытаемся понять, почему это так. Скажите, может ли обеспечить безопасность дорожного движения, и вообще безопасность сотрудник милиции, который получает зарплату в две с лишним тысячи рублей? Вот сколько ему платит государство, вот настолько он нам эту безопасность и обеспечивает. Вот мы с вами сегодня имеем безопасность объемом в две тысячи рублей.
И.ЦВЕЙ: Виктор, вы считаете, что, находясь на такой работе, ну, хорошо — какую нужно получать зарплату, чтобы с проезжающих мимо и, может быть, даже ничего не нарушающих, правил автовладельцев не брать штраф? Ну, какую? Сколько?
С.АСЛАНЯН: Не штраф — мзду.
И.ЦВЕЙ: Да, мзду. Ну, я не знаю — 15 тысяч, 20 тысяч?
С.АСЛАНЯН: Тут вопрос не в сумме на самом деле.
И.ЦВЕЙ: Это вопрос психологии, мне кажется. Это не вопрос зарплаты.
С.АСЛАНЯН: Вопрос зарплаты — это финальная точка, с которой мы начали, но это финальная точка. Зарплата внизу — а все остальное наверху.
И.ЦВЕЙ: Конечно, конечно.
В.ТРАВИН: Пусть решают социологи, пусть это Министерство труда решает. Но я считаю, что зарплата должна быть такой, чтобы любой сотрудник милиции боялся потерять свою работу. Потому что бы он понимал, что потеря этой работы повлечет за собой потерю именно вот этого огромного заработка. То есть должна быть именно та граница в зарплате, которая бы всегда осаживала человека, стоящего на дороге с палкой, от каких-то неправомерных действий в отношении водителя — ну, в частности, вымогательства. На Западе именно вот этим и урегулировано высочайший уровень деятельности дорожной полиции. Там никто никогда не возьмет взятку, потому что никакая взятка никогда не сравнится с той зарплатой, которую получает полицейский. Но он знает, что если получение взятки будет доказано, то он вылетит с работы:
С.АСЛАНЯН: И сядет надолго.
В.ТРАВИН: :потеряет гораздо больше, чем получил от того, кто на дороге попался, не ту дорогу перешел.
И.ЦВЕЙ: Вы знаете, ну, я хотела сказать, особенно может быть, потому что день рождения — раз, во-вторых, может быть, потому что мне везло, а не всегда не везло — я встречаю гаишников, они меня честно отпускали, даже когда я нарушала. Ну, правда, я мило улыбалась, старалась ну, как это, все-таки мужчины на дороге стоят, слава Богу:
С.АСЛАНЯН: В этом, собственно, и ответ.
И.ЦВЕЙ: Ну, отпускали, но все-таки отпускали:
С.АСЛАНЯН: Конечно.
И.ЦВЕЙ: :просто за улыбку, как говорится, за красивые глаза.
С.АСЛАНЯН: Знаете, как анекдот, 'а мог бы и бритвой по глазам:'
И.ЦВЕЙ: Господи, какой кошмар, какой вы все-таки пессимист, Сергей.
С.АСЛАНЯН: Я реалист, на самом деле. До пессимизма мы дойдем, если надо. Я по стране все-таки иногда езжу и вот тут я пессимизмом проникаюсь по полной программе. Потому что если в Москве еще гаишник — это человек, который более-менее поднадзорен, и он понимает, что не сию секунду, но, может быть, завтра-послезавтра к нему прилетит твое вежливое недоумение в виде вопроса, адресованного прокуратуре, его комбату, и возможны какие-то разборки, то в провинции этого нет, и он — единственный хозяин дороги. И он понимает, что он как захочет, так твою судьбу и решит. Представления о правилах дорожного движения, о кодексе административном у них либо отсутствуют, либо настолько вольные, что не имеют никакого отношения к реальности.
В.ТРАВИН: Более того, я добавлю даже, что совсем недавно в Самарской области несколько сотрудников ДПС, рядовых сотрудников ДПС, были отправлены на учебу в среднюю школу. В третий или в четвертый класс, поскольку все протоколы, которые они составляли, все постановления, которые они выносили прямо на дороге, невозможно было прочитать. То есть исполнительное производство невозможно было возбудить, поскольку непонятно было, в отношении кого вынесено постановление, где человек живет и вообще какое правонарушение ему вменяют.
С.АСЛАНЯН: Оно было написано на такой версии русского языка, который не поддавался считыванию. Это было написано, но это было не по-русски.
В.ТРАВИН: Вот вам вопрос, вытекающий — вопрос образованности, вопрос грамотности, компетентности, профессионализма — он вытекает из первого вопроса. А пойдут ли грамотные граждане в органы внутренних дел, зная, что зарплату они будут получать в две тысячи рублей? То есть люди, которые владеют русским языком и имеют несколько большую сумму знаний, они понимают, что их работа должна оплачиваться больше. Поэтому на две тысячи рублей идут те, кто недоучился в 4-ом классе. Вот сейчас вынужден в Самарской области сесть, поучить русский язык. Вот вам две составляющих — зарплата и из нее естественно вытекающее отсутствие образования.
И.ЦВЕЙ: Ну, хорошо, Виктор. Мы как бы сидим, мы это все понимаем, хотя вот Сергей считает, и я считаю, что вопрос материальный — здесь все-таки не самый первый вопрос. Но ведь наверняка это понимают и все остальные, кто, как говорится, наши власти держащие:
С.АСЛАНЯН: Ну, что они понимают, судить трудно:
И.ЦВЕЙ: Ну, ну, надеемся на это:
С.АСЛАНЯН: Будем надеяться, конечно.
И.ЦВЕЙ: Ну, будем надеяться, вот все-таки: пессимист вы, Сергей — не реалист:
С.АСЛАНЯН: Какой же я реалист! Какой реалист! Нет, Ира, я реалист, к сожалению, просто реалист.
И.ЦВЕЙ: Ну, хорошо, пропустим. Так, вот, значит, они это понимают, будем исходить из этого, и почему-то бюджет не выделяют на обучение специальное, на то, чтобы: не выделяется:
С.АСЛАНЯН: Нет, не выделяется.
И.ЦВЕЙ: На то, чтобы поддерживать достойный уровень жизни этих людей и так далее. То есть как — это коррупция, это злой умысел или это такое недомыслие, скажем мягко?
С.АСЛАНЯН: Вот, как мне кажется, ответ двоякий, с точки зрения Сергея Асланяна. Первое — все все прекрасно понимают, но поскольку в бюджете как всегда денег на это нет, то проще отдать вскармливание этих сотрудников за счет населения. На какую сумму договоришься — настолько и покушаешь.
И.ЦВЕЙ: То есть это частный бизнес?
С.АСЛАНЯН: Частный бизнес — потому что, если всерьез это не оплачивать, то никаких денег не хватит, потому что эти деньги есть на что потратить и без этих самых милиционеров, потому что есть еще учителя, которым надо достойно платить, в том числе и профессора университета, которые получают меньше чем дворник, который метет территорию в этом самом университете, и так далее. Это одна сторона. То есть кто должен заплатить милиционеру за то, чтобы хотя бы просто проехать дальше мимо него при отсутствии нарушения, не дай Бог, при его наличии? Население — это та категория граждан, которая оплачивает не через налоги, а напрямую людей, вышедших на дорогу. Это первая составляющая. И второе — в обществе должен быть клапан недовольства, направленный на что-то более-менее конкретное, чем просто на неудовлетворение жизнью. Вот там с квартирами, ЖКХ реформа такова, что хочется в окно выброситься, в магазин пришел — ощутил себе инфляцию, потому что зарплаты твоей не хватает, чтобы купить это, даже хлеб дорожает. И когда ты понимаешь, что дальше следующий этап недовольства может конкретизироваться и вызывать некую аполитичность как самую мягкую форму, сформулированную внутри себя. А тут есть гаишник — вот он враг, вот он настолько нехороший, что на него можно всегда и по любому поводу быть недовольным, и он это недовольство блистательно отрабатывает.
И.ЦВЕЙ: Вы хотите добавить?
В.ТРАВИН: Мнение Травина.
С.АСЛАНЯН: Это человек в черной рубашке:
В.ТРАВИН: Да, человек в черной рубашке. Беда, наверное, здесь вот в чем. К сожалению, за 2000 рублей зарплаты нельзя с сотрудника ДПС спрашивать обеспечение безопасности дорожного движения — это просто невозможно, это нереально. Но за 2000 рублей вполне можно потребовать с него обеспечения взимаемости штрафов, наложения взысканий. Ведь главная забота сотрудников ГИБДД сегодня, к сожалению, по всей Российской Федерации — не столько борьба с правонарушениями, сколько с собираемостью, взимаемостью штрафов. Не далее как на днях начальник города Москвы генерал Казанцев получил очень крепко по своей седой голове за то, что в бюджет города Москвы недособирал 7 миллионов рублей штрафов за превышение скорости водителями московскими. В бюджет было заложено порядка 10 миллионов штрафов за превышение скорости, которые ГАИ обязано было собрать, но не собрали.
И.ЦВЕЙ: Кошмар.
С.АСЛАНЯН: В бюджет заложено. В бюджет изначально было заложено.
В.ТРАВИН: То есть каждый гражданин, уже обязан был с 1-го января прошлого года, выполняя закон о бюджете города Москвы, нарушить скоростной режим, чтобы внести в фонд безопасности дорожного движения — ну, не важно, в какой фонд, — внести денежки. Казанцеву с его подопечными не удалось собрать 10 миллионов долларов, собрали всего три.
С.АСЛАНЯН: Рублей.
В.ТРАВИН: Отставить, конечно же, рублей.
С.АСЛАНЯН: Не пугай.
В.ТРАВИН: Не буду. И на одном из совещаний Казанцева спросили: 'А почему же, собственно, так?' — 'А дело в то, что пробки в городе, поэтому я бы:'
И.ЦВЕЙ: Они и не нарушают.
В.ТРАВИН: Они и не нарушают, да. Поэтому еще раз, почему маленькая зарплата? Нет задачи обеспечить безопасность. Потому что на то, чтобы обеспечить безопасность, конечно, нужна большая зарплата сотрудникам. Потому что это тяжелейшее дело — обеспечить безопасность на дороге. Но для того, чтобы собрать в бюджет штрафы — 2000 рублей ему более, чем достаточно. За эти маленькие деньги он сделает все, что от него потребуют. И он делает.
И.ЦВЕЙ: Вы знаете, я напоминаю наш пейджер — сейчас я объясню, почему: ну, во-первых, я его давно не объявляла — 961-22-22 для абонента 'Эхо Москвы'. Я читаю пейджер, у меня сразу появляются такие сомнительные нотки в голосе, потому что тут такие сообщения идут. В отношении нас, между прочим. 'Господа, вы великие циники. По-вашему, учитель, получающий 1500-2000 рублей, должен или обложить детей и их родителей податью или бить их линейкой по голове. Мало гаишнику зарплаты, иди торгуй в палатку. А совесть и зарплата — категории важные. Галина'. Ну, собственно говоря, здесь, наверное, комментарий. И можно, тогда первая прокомментирую я. Вы знаете, Галина, мне кажется, что в первую очередь это дело не в низкой зарплате, а как я уже сказала, дело в психологии, в человеческой психологии. Я думаю, что учитель, а также и врач, который у нас получает низкую зарплату и так далее, хотя: Давайте, вы сказали об учителе:
С.АСЛАНЯН: Оставим на День учителя эту тему.
И.ЦВЕЙ: Да, ну, все-таки, учитель, как человек, который учит детей, имеет совсем другую психологию, как человек, который стоит, грубо говоря, с палкой на дороге и останавливает машины. Ну, разные они люди. Есть учителя, которые, конечно, между прочим берут деньги и берут взятки. Есть, давайте не скрывать этого. Но у гаишников — это сплошь и рядом. Это просто их, это как бы действительно их частный бизнес. Хотя вот здесь идет второе сообщение, что на нас, я имею в виду читаю: 'На вас надо не ГАИ наше, а американскую полицию. Вы скоро все население отравите выхлопными газами и передавите население. А у Асланяна приторный голос. Саша'. Ну, вот получили, как говорится, вот решили поговорить о ГАИ и получили.
С.АСЛАНЯН: А вы знаете, кстати, маленькая ремарка, как в Германии побороли население, которое отравляло своими автомобилями жизнь всем остальным. Вместо того, чтобы придти и всех расстрелять, стимулировали экономически покупку автомобилей с катализаторами. Причем на за один день, а за 10 лет. В течение 10 лет проблему решили. Там введены евростандарты, которые наше государство не хочет принимать, хотя у нас есть закон на эту тему, мы просто его откладываем ратификацию этого закона. У них 'Евро-4' — великолепный выхлопной свеженький бриз, и всем дышится легко. Это государство эту проблему взяло и решило.
И.ЦВЕЙ: Ну, мы опять возвращаемся к тому, что и с зарплатой должно решать вопрос государство, и, собственно говоря, со всей структурой, механизмом всей работы ГАИ или ГИБДД, как это не называй.
С.АСЛАНЯН: Конечно.
И.ЦВЕЙ: Это должно решать государство. А что, Виктор, собственно говоря, ваши коллеги, правовой защиты автовладельцев делают для того, чтобы хоть как-то защитить наши права?
В.ТРАВИН: Работа идет по двум направлениям: во-первых, работа по защите каждого, отдельно обратившегося к нам с какой-либо проблемой, неважно — 50 рублей штрафа или грядущее лишение права управления за что-нибудь серьезное правонарушение, равно как и глобальная деятельность — деятельность по внесению в какие-либо законы изменений и дополнений, поправок, так сказать, лоббированию каких-то иных идей. Мы за 5 лет свой правозащитной деятельности добились внесения изменений и дополнений во множество инструкций гаишных. Ну, так сказать, спасибо средствам массовой информации. Благодаря им удается поднимать вот эту волну внесения изменений. Потому что если бы мы были просто правозащитной организацией, мы бы не имели при этом рупор, мы бы, конечно, ничего сделать не смогли. Поэтому вот благодаря СМИ, исключительно благодаря средствам массовой информации за 5 лет и в приказы, и в постановления правительства Российской Федерации, и московского, касающиеся прав автовладельцев было внесено очень много поправок и изменений, работающих на права и защищающих в том числе честь и достоинство водителей.
С.АСЛАНЯН: Вот просто один из примеров, которые, не знаю, у всех ли в голове сложилось, что это заслуга КПЗ. Доверенности раньше были только нотариальные, теперь они разрешены от руки. Вот это конкретно то, что сделал Виктор Травин и его Коллегия правовой защиты. Вот это автор решения, на которое было вынуждено согласиться ГАИ.
И.ЦВЕЙ: Ну, да.
С.АСЛАНЯН: Облегчилась жизнь.
И.ЦВЕЙ: Спасибо вам. Спасибо, Виктор. Я между прочим с этим столкнулась тоже, потому что дочери дала доверенность, которую написала от руки. И собственно говоря, у нее проблем с гаишниками: Ну, она вообще молоденькая, поэтому у нее пока проблем:
С.АСЛАНЯН: В ближайшие 20 лет не будет.
И.ЦВЕЙ: :да, в ближайшие 20 лет не будет, но хотя, как только возникают какие-то более серьезные случаи, все равно нужна, как я понимаю, доверенность, нотариально заверенная.
С.АСЛАНЯН: Но для того, чтобы дочка просто села и поехала на маминой машине, не нужно было огород городить.
И.ЦВЕЙ: Да, совершенно верно. Нет, не нужно было.
В.ТРАВИН: На право управления в письменной форме более, чем достаточно.
И.ЦВЕЙ: Ну, вот пришло сообщение на пейджер: 'Я тоже хочу поздравить сотрудников ГАИ с их профессиональным праздником. Праздник веселый получается — в один день с Зоопарком родились. Хочу пожелать им побольше умных и честных сотрудников. Лена'. Ну, чего тут можно?
С.АСЛАНЯН: Блистательная Лена.
И.ЦВЕЙ: Блистательная Лена. Спасибо большое. Я думаю, что и от сотрудников ГАИ мы сейчас вас благодарим.
С.АСЛАНЯН: Вряд ли, я думаю, они нас слушают — сотрудники ГАИ. Меня они сегодня испугались.
И.ЦВЕЙ: Вы знаете, слушают. Вы знаете, что, у меня был замечательный один совершенно случай. Я превысила скорость. Вы знаете, если ехать там по правительственной этой трассе — Рублевка вниз:
С.АСЛАНЯН: Да где угодно в нашем городе.
И.ЦВЕЙ: Ну, я просто рассказываю то место, которое известно, по-моему, всем москвичам, когда выезжаешь там на Шереметьево, на МКАД, там какой-то зверский совершенно пункт, как он называется, пункт ГАИ, ГИБДД.
С.АСЛАНЯН: Пост ДПС.
И.ЦВЕЙ: Пост ДПС, да. И там всегда всех останавливают.
С.АСЛАНЯН: План они там делают.
И.ЦВЕЙ: Они там делают план. И меня останавливает гаишник, я превысила на 5 км скорость. И я говорю: 'Вы знаете, я очень спешу', — а на самом деле, я не помню, почему я спешила, по каким-то рабочим делам, почему-то мне нужно туда было или встречать кого-то, не знаю. И я ему объясняю: 'Вы знаете, вы не могли бы меня отпустить. Тем более мы очень дружим с вами, 'Эхо Москвы', — и так далее, то есть решила воспользоваться служебным положением. Он на меня внимательно посмотрел и сказал: 'А между прочим, здесь не слышимость, а видимость'. То есть не только 'Эхо Москвы' знают, а и его слоган. Меня это так потрясло. После чего он отдал мне документы и сказал: 'Ну, езжайте, но будьте внимательны', — сказал он таким голосом. Поэтому 'Эхо Москвы' слушают очень много, а во всяком случае руководство, так точно.
С.АСЛАНЯН: Это да.
В.ТРАВИН: Вот в связи с этим вопрос возникает, а так ли нужно выходить из проблемных ситуаций на дороге? Может быть, все-таки с помощью каких-то элементарных знаний основ законодательства, своих прав и обязанностей, а не с помощью удостоверений и своего служебного положения? Может быть, нам проще всем купить кодекс и почитать его, чтобы знать, что мы можем, а что мы не можем. Взять наставление по работе ДПС и узнать, что сотрудник ДПС может, а что не может.
С.АСЛАНЯН: И подарить инспектору с дарственной надписью: 'Инспектору ГАИ такому-то, чтоб знал, за что останавливать'.
И.ЦВЕЙ: Ну, это же, по-моему, неважно, за что останавливать.
С.АСЛАНЯН: Это очень важно — за что, как, кого.
И.ЦВЕЙ: Ну, сколько у нас анекдотов про это — и аптечка есть, и то есть, ну сколько у нас ходит анекдотов про гаишников, ну, больше, я не знаю:
С.АСЛАНЯН: После новостей я расскажу историю, которая со мной была на прошлой неделе.
И.ЦВЕЙ: Хорошо. Давайте сейчас прервемся на новости, а после продолжим беседу.
НОВОСТИ
И.ЦВЕЙ: Добрый вечер. В Москве 17 часов 34 минуты. В студии у микрофона Ирина Цвей, а также у таких же микрофонов находятся Сергей Асланян и наш гость Виктор Травин — президент Коллегии правовой защиты автовладельцев. Мы сегодня говорим о замечательном, в общем-то по сути дне:
С.АСЛАНЯН: Светлый праздник.
И.ЦВЕЙ: Светлый день, да. О дне рождения ГАИ или ГИБДД. И, собственно говоря, здесь много разных мнений. На пейджер приходит, в общем, нас ругаю просто страшно, даже не буду читать, почти что все:
С.АСЛАНЯН: Вполне привычно.
И.ЦВЕЙ: :говорят, что как же так, гаишники тоже очень хорошие люди, а мы их неизвестно с чем:
С.АСЛАНЯН: Как люди они могут быть все очень хорошие, а как должностные лица:
В.ТРАВИН: Это автовладельцы на пейджер говорят, или просто обыкновенные пешеходы-граждане, которые машин отродясь не видели, да?
И.ЦВЕЙ: Они же не пишут, мы автовладельцы:
В.ТРАВИН: То есть мы не знаем этого.
И.ЦВЕЙ: Мы этого не знаем, но нас ругают. Не знаю, я не буду ничего говорить в оправдание, потому что мне кажется, что какое мнение, такое мы и высказываем. И, собственно говоря, мы с этим сталкиваемся. И я думаю, что у каждого из нас есть своя история. Вот у Сергея тоже есть история.
С.АСЛАНЯН: Совсем короткая, совсем свежая. Курская область, город Железногорск. Останавливает меня инспектор Токарев, лейтенант. Две звезды на погонах означают, что в этой жизни чему-то кто-то когда-то как-то его уже учил. Видимо, он даже чему-то научился. Он меня останавливает и говорит такую фразу: 'Вы нарушили. 500 рублей штрафа или права'. Я спрашиваю: 'Что я нарушил?' — 'Вот там разметка'. Я говорю: 'Скажите, какой пункт правил я нарушил?' Лейтенант Токарев говорит: 'А я не знаю'. Я говорю: 'Пойди в машину, правила возьми, посмотри'. Он идет. Мои у меня подмышкой, я из машины выхожу с правилами и с КОАПом.
И.ЦВЕЙ: Кстати, многие советуют иметь это с собой.
С.АСЛАНЯН: У меня с собой целая папочка на этот счет. Потом подходит и говорит: 'Ну, вот тут вот, 9.2'. Я говорю: 'А 9.2 — что там написано?' — 'Ну, езда по встречке там написана'. Я говорю: 'Нет, там не это написано. Там описаны формы запрета, что именно там написано?' Он начинает по слогам читать, очень медленно, поскольку текст незнакомый, кончено, это тяжело ему воспроизвести. А там нюанс в том, что если в этой стороне дорога — одна полоса туда, одна обратно, ездой по встречке это не считается. Там была как раз одна полоса туда, одна обратно. Он говорит: '9.2'. Я говорю: 'Напиши в протоколе — 9.2. А потом объясни, куда еще делись две полосы?' И он полностью не готов к этому разговору. Мало того, что он только сейчас узнал, по какому пункту он меня остановил, но он даже не знает, что на самом деле там написано и как это трактовать. Подошел его начальник, младший лейтенант, и более-менее я ему это объяснил, он со мной согласился.
В.ТРАВИН: Сереж, ты коснулся очень важной темы, на самом деле — вопрос профессионализма, подкованности и образованности. Обрати внимание вот на что — что инспектор ДПС, что судья выполняют одни и те же функции — функции правосудия и привлечения к ответственности. Судья, насколько я помню, должен, прежде чем вступить в должность судьи, иметь 5 лет стажа по профессии, кучу рекомендаций, прохождение сумасшедших инстанций, вплоть до администрации президента и высшее юридическое образование как минимум, а лучше даже два высших юридических. Что должен иметь инспектор ДПС, который также на дороге осуществляет правосудие? Да ровным счетом ничего. Заметьте при этом, что инспектору ДПС на дороге права даны несколько большие, чем судье. Смотрите, в отличие от судьи инспектор ДПС выявляет правонарушение, чего не делает судья — ему приносят готовое дело; составляет протокол, чего не делает судья — ему приносят готовый протокол; привлекает свидетелей, собирает доказательства по делу, оценивает сам же собранные им же доказательства — берет и говорит: 'Вот я взял доказательство, нашел его, нравится оно мне или не нравится', — оценивает сам. Дальше сам же рассматривает дело, сам же выносит постановление, сам же как мера обеспечения задерживает водительское удостоверение, выдает временное разрешение и если нужно как меру обеспечения посадить на 15 суток, отвозит в суд или — как это называется:
С.АСЛАНЯН: В обезьянник.
В.ТРАВИН: :в обезьянник, да. Инспектору при отсутствии какого бы то ни было чаще всего образования права даны больше чем у судьи.
С.АСЛАНЯН: Образование не ниже среднего, как у них написано.
В.ТРАВИН: Вот отсюда возникают и конфликты. Второй вопрос — почему: я попытаюсь просто обосновать свою точку зрения, с которой я начал в самом начале, извините за тавтологию, эфира: Начал с того, что служба развалена, обратите внимание, вот мало кто знает и я уже пытаюсь который год втемяшить это всем в сознание, что мы с вами вот здесь вот сидящие, и не только сидящие здесь, вправе явиться в группу административной практики любого ГАИ, открыть дверь и спросить: 'У вас открытое рассмотрение дел? Будьте любезны, поставьте мне стульчик, я хочу послушать. Завтра у меня будет рассмотрение, я хочу подготовиться к нему сейчас и здесь'.
С.АСЛАНЯН: Даже безотносительно этого завтра.
В.ТРАВИН: Даже безотносительно завтра. Я могу привести жену, любовницу, брата, свата, которого привлекают к ответственности.
С.АСЛАНЯН: Только не жену и любовницу вместе.
В.ТРАВИН: И присутствовать при рассмотрении дела, получать некие знания и в то же время своим присутствием не давать возможности сотруднику группы административной практики грубо превышать свои полномочия или заниматься вымогательством. Открытый доступ во все подразделения ГИБДД, группы разбора. А что мы видим сегодня?
С.АСЛАНЯН: Кстати, согласно федеральному законодательству.
В.ТРАВИН: Статья 24.3 Кодекса административных правонарушений. Открытое рассмотрение дел. Открыто — дверь настежь. Любой заходит, смотрит, учится и контролирует — вот вам народный контроль, вот вам принцип построения гражданского общества.
С.АСЛАНЯН: Взятка только в конверте. Только.
В.ТРАВИН: Что у нас происходит сегодня? В группах разбора висят таблички 'Заходить строго по одному'. В группе разбора на Полбина, 25, ГАИ Юго-Восточного округа Москвы вообще висело объявление 'Посторонним вход воспрещен'. 'Кто не посторонний?', — спрашиваю. 'А тот, кто с протоколом пришел, вот он не посторонний'. Пытаюсь объяснить: 'Здесь нет посторонних, любой может прийти'. Начальник ГАИ города Москвы Казанцев получил за это, если не ошибаюсь, как минимум замечание от прокуратуры. Продолжается в Москве все по-прежнему. Сегодня зайти в группу разбора и сказать: 'Я поприсутствую', — невозможно, потому что:
С.АСЛАНЯН: :прибьют:
В.ТРАВИН: :потому что сотрудники ГАИ не знают, что я имею на это право, а те, кто сидит в коридоре, подумают, что я сумасшедший, что я открываю дверь и иду туда слушать. К сожалению, пока нет народного контроля — раньше у нас был комитет народного контроля, хорошая организация, между прочим, была, только вот почему-то не дожила до наших дней, и очень жаль:
С.АСЛАНЯН: Ветераны кончились.
В.ТРАВИН: Пока не будет народного контроля, пока будет все происходить келейно за дверью, ждать что-либо хорошего, я просто не вижу, так сказать, оснований. Давайте дальше смотреть — единственная структура, в которой сегодня остался план. Понятно, из чего вырастает план.
С.АСЛАНЯН: Из бюджета.
В.ТРАВИН: Из потребности обеспечить бюджет. Но насколько же это мерзко само по себе, когда есть негласное указание, за день привозить 7 протоколов на водителей и 2 на пешеходов. В моей практике был случай, когда одного водителя поймали за нарушение ПДД и сказали: 'Старик, побудь еще немножко пешеходом, мы план недовыполняем'. И на него составили еще протокол как на пешехода. Зачем это нужно? А это нужно всего лишь навсего за одним. Если на территории какого-либо подразделения будет фиксироваться и рассматриваться, фиксироваться меньше правонарушений и рассматриваться меньше дел, будет ставиться вопрос о сокращении этого подразделения. На этой территории, как в Бермудском треугольнике, никто ничего не нарушает и вообще ничего не происходит. Нет, в Бермудском как раз происходит. Ну, у нас наоборот. Значит, получается, что подразделение будет реформировано или вообще распущено, как это у нас частенько случается. Люди хотят работать и зарабатывать всеми доступными средствами деньги. Поэтому они делают план искусственно, и они создают видимую потребность в самих себе. Они подтверждают свою необходимость и нужность вот на том месте, на котором они сидят, которое они занимают. Но на самом деле, господа, это ужасно мерзко. Я недавно был свидетелем картины, когда сержант, как потом выяснилось, он же был в гражданском, переодевшийся, весь довольный из себя стоял перед капитаном на улице и говорил: 'Так я сдал смену'. Капитан грязно матерился и говорил: 'Я не знаю, что ты сдал, но ты мне еще два протокола сейчас сюда привезешь, иначе работать ты здесь не будешь'. Сержант, как ни пытался оправдаться, он все-таки сел в свою собственную машину, он все-таки взял палку, нацепил фуражку, где он там переодевался, я не знаю, он поехал за двумя протоколами. Несчастные те водители, которые попались ему вот на эти два протокола. Несчастные.
С.АСЛАНЯН: Если бы попался Травин на один из них, у сержанта был бы инфаркт в виду безысходности его положения.
И.ЦВЕЙ: Это точно.
В.ТРАВИН: Более того, давайте коснемся такой темы, как месячники. Я вот, например, не очень хорошо понимаю, месячник безопасности дорожного движения — а что 11 месяцев не нужно соблюдать правила дорожного движения? А что такое — месячник 'Внимание — дети'? Значит, месяц целый нельзя давить детей, а 11 месяцев?
И.ЦВЕЙ: Можно.
В.ТРАВИН: Можно?
С.АСЛАНЯН: Здравствуй, бабушка.
В.ТРАВИН: Слава Богу, не знал. Хорошо, хоть разъяснили. Я-то думал, тоже нельзя:
И.ЦВЕЙ: На МКАДе меня всегда тоже поражают вот эти вывески
С.АСЛАНЯН: Эти огромные табло большой стоимости, на которых написана очень нужная информация.
В.ТРАВИН: Да, 'Соблюдайте правила дорожного движения'.
С.АСЛАНЯН: Спасибо, буду.
В.ТРАВИН: По четвергам нам сообщают. Во все остальные дни нам сообщают что-нибудь другое — начался месячник 'Чистые руки — грязные ноги'. Информация ни к чему совершенно не нужная. Ну, Бог с ней, с информацией. Опять-таки, что означает месячник? Почему 'Внимание — дети' называется даже не месячник, а операция? Что за операбельное явление? Само по себе отпугивает название 'Операция 'Внимание — дети'. И почему только месяц? Ну, вы знаете, эту тему можно продолжать довольно долго в обоснование моей точки зрения. Но если там есть какие-то вопросы от наших слушателей, и я смогу оправдать свою точку зрения дальше, я буду очень рад.
С.АСЛАНЯН: Два момента, которые: Два эпизода по поводу ГАИ. Первый — по поводу маленькой зарплаты и людей, которые на нее приходят. В нашей советской социологии, которая вот в конце Советского Союза — в начале России стала появляться как самостоятельное явление, очень модная тема была 'мотивация труда'. К сожалению, не было ни одной серьезной научной работы по мотивации труда не шахтера или доярки тети Маши, а по мотивации труда инспектора ГАИ — почему человек после школьной скамьи мечтает пойти в ГАИ? Или вот, например, пообщаться с людьми, которые после института пришли в школу ГАИ. Я у них спрашивал, и один из них мне сказал: 'Ну, у меня двое детей, и я младший инженер уже 8 лет. Куда я могу пойти кроме ГАИ, потому что мне нужны деньги, у меня даже квартиры нет'. Мотивация проглядывается?
И.ЦВЕЙ: Не, ну, это понятно.
С.АСЛАНЯН: Две тысячи рублей даже не обсуждаются.
И.ЦВЕЙ: Но дело в том, что это порочность вообще системы.
С.АСЛАНЯН: Это стартовое условие, которое подразумевает приход порочных людей. Потому что все всё знают, прекрасно понимают, куда и зачем они идут. Это ситуация, которая выстроена таким образом, чтобы нормальному приличному человеку там было либо очень тяжело, либо практически невыносимо.
В.ТРАВИН: А вот в этом аспекте есть другая проблема. Оказывается, МВД — я сам недавно только узнал и был ужасно поражен — единственная структура государственной власти, в которой не рекомендовано создание профсоюзов. Не рекомендовано. Нет прямого запрета, но где-то в кулуарах, на каких-то совещаниях, коллегиях МВД, не знаю, где, но однажды прозвучала мысль, что профсоюзов быть в МВД, а тем более, в ГАИ, не должно. Их естественно и нет. Потому что это не прямой приказ — нельзя приказать. Но есть рекомендации, которые хуже всякого приказа — попробуй не выполни. Ну, на самом деле, это мерзко. Какие бы люди ни работали в ГАИ — и хорошие, и очень хорошие, и очень плохие, но все-таки это люди в любом случае, да? Почему нельзя создавать профсоюзы? Объясняют так: если профсоюзы начнут вступаться за людей, которых мы выгоняем на улицу в период проведения спецмероприятий, когда превышаются нормы часов рабочих — там 40 часов в неделю по трудовому кодексу, а они работают и все 60, тогда профсоюз за них заступится, значит, нельзя будет их выгонять на дорогу в дополнительное время, и тогда у нас на дороге, мы не сможем обеспечить спецмероприятия. На самом деле это все не так. Дело не в том, что я сказал, дело совсем в ином. Если вдруг в ГАИ затешется человек, случайно, очень глубоко порядочный, который откажется носить своему начальнику — как, кстати, это заведено практически везде — носить своему начальнику раз в неделечку мзду, которую он собрал на дороге в — какой-то там процент — пропорции, его тогда невозможно уволить, за него встанет на защиту профосоюз, как за честного и порядочного человека. Но если профсоюза нет, защитить некому, а ты мне, командиру, не носишь деньги — 24 часа собирай свои портянки с палкой и уматывай отсюда. Вот почему, к сожалению, в МВД — еще раз повторю, единственная структура в органах государственной власти, не имеющая профсоюзов. Ну, так это же ужасно.
И.ЦВЕЙ: На самом деле ужасно. Я, наверное, еще добавлю ложку дегтя в бочку с дегтем.
С.АСЛАНЯН: С днем рождения.
И.ЦВЕЙ: Да-да-да. Меня один раз поразила другая ситуация. Мы сейчас много говорим о том, что останавливают — меня тут поправили, почему вы говорите 'гаишники', они же вас не называют 'журналюгами'. Называют, хочу сказать я, называют. И мы не в отместку говорим 'гаишники', а потому что это достаточно общепринятый термин у автовладельцев.
С.АСЛАНЯН: Ну, мы так называем и называем.
И.ЦВЕЙ: Не важно. Так вот, да, то, что останавливают, то, что берут мзду — это уже известно. Меня поразило другое, что у меня когда был один так называемый страховой случай, то есть была маленькая авария, небольшая, была маленькая авария, подошел гаишник. Он стоял недалеко. Подошел гаишник, посмотрел на нас лениво, ну, естественно, мужчина на меня орал, поскольку я женщина, хотя виновата была на самом деле я, так вот он посмотрел, и так ему было лениво и он сказал: 'Слушайте, разберитесь как-нибудь сами'. И меня это тогда просто поразило. Я тогда только начинала, и я не могу сказать, была ли я права, не была ли я права. Естественно, мне мужик сказал: 'Давай деньги, все, которые у тебя есть в кошельке'. Я достала все деньги, которые у меня были в кошельке, и отдала. То есть вот лениво. Ну, казалось бы, ну, это его вообще профессия, это его обязанность, вот та самая безопасность, о которой мы сейчас говорим.
С.АСЛАНЯН: Та самая мотивация, о которой мы тоже сказали.
И.ЦВЕЙ: Ну, вот:
С.АСЛАНЯН: Мотивация труда — зачем человек пришел в ГАИ? Вот он за этим пришел, чтобы оформлять это ДТП, в котором все ясно? Вот вы помните:
И.ЦВЕЙ: Нет, ну какие-то профессиональные, естественно, они выполняют. И я вот смотрю:
С.АСЛАНЯН: Когда палками машут, то да.
И.ЦВЕЙ: Ну, не только палками…
С.АСЛАНЯН: Вот помните ситуацию в 1998-го года, когда в Москве проводились Юношеский олимпийские игры, когда все ГАИ заставили работать? Не обратили внимание, насколько изменилась Москва? У нас в центре есть такое проклятое место — площадь Белорусского вокзала.
И.ЦВЕЙ: Ну, да, конечно.
С.АСЛАНЯН: Где без пробок невозможно в принципе движение.
И.ЦВЕЙ: Нет часа.
С.АСЛАНЯН: Так вот милицию заставили работать. Там возле каждого светофора стоял человек с палкой и исполнял свой служебный долг. Он не давал под красный сигнал светофора выехать людям с боковой улицы. Потому что сигнал красный. Три дня там не было пробок. Три дня ГАИ там работало. Олимпиада юношеская закончилась, посты оттуда сняли — все вернулось на круги своя. Когда милиция говорит о том, что нам не хватает финансирования, у нас плохие машины, у нас там маленькое то, не удается это — а вы работать-то пробовали? Вот те три дня за 14 лет, сколько я за рулем, я наблюдал профессиональную работу ГАИ. Три дня за 14 лет.
И.ЦВЕЙ: То есть могут.
С.АСЛАНЯН: Могут.
В.ТРАВИН: На три дня в год хватает.
С.АСЛАНЯН: Почему — в пятилетку.
В.ТРАВИН: В пятилетку.
И.ЦВЕЙ: Вот Елена прислала сообщение: 'По дороге в другой город у сына отобрали права. Не высылают уже два месяца. Что делать? Сколько нужно денег?' — то есть вопрос уже конкретный такой.
С.АСЛАНЯН: Да, как решить вопрос — сколько денег?
В.ТРАВИН: Расценки разные. За разный состав правонарушения разные расценки. Но здесь самое важное — надо понять, за что составлен протокол и направлены ли материалы дела для рассмотрения по месту совершения правонарушения или же по месту регистрации, по месту жительства вашего сына.
С.АСЛАНЯН: Или его уже там приговорили к расстрелу.
В.ТРАВИН: Или его уже местный суд лишил права управления без надлежащего уведомления о месте и времени рассмотрения. Вопрос совершенно неконкретный, поэтому трудно на него ответить. Здесь возможны десятки совершенно разных вариантов. Если через 3-4 месяца не получит он ни копию постановления суда о наложении взыскания, ни копию постановления о наложении взыскания гаишниками, в этом случае нужно просто подавать заявление по месту регистрации с просьбой выдать дубликат водительского удостоверения якобы взамен утраченного. Нам ничего не остается другого думать, что оно именно утрачено.
С.АСЛАНЯН: Вот, кстати, эта поправка в кодекс, она пришла именно для того, чтобы люди были вдали от дома-то посговорчивей. Потому что экие вы тут, москвичи, ездите по всей стране и нашу бедную милицию за Можай загоняете. Вот раньше мы могли судиться с ними, потребовав материалы дела к себе, сюда, в Москву. И разбираться в том числе уже при помощи адвоката. А сейчас мы этой возможности лишены. Если ты едешь из Москвы в Воркуту, и тебя под Воркутой гаишник остановил, то ты обязан решить с ним вопрос на месте и желательно прямо сейчас. Потому что иначе ты будешь иметь взаимоотношения с воркутинским судом, который тебя тоже не любит.
В.ТРАВИН: Да, обжаловать постановление или неправомерные действия сотрудника ДПС можно теперь только по месту нахождения этого сотрудника или по месту нахождения этого органа. И все-таки, друзья мои, я думаю, что при том, что у нас довольно такая минорная была нота в течение всего эфира.
С.АСЛАНЯН: А теперь поздравления.
В.ТРАВИН: Может быть, все-таки пару слов мы скажем в адрес тех, кто, по моему глубокому убеждению, на самом деле достоин сегодня того, чтобы быть поздравленным.
(все смеются)
С.АСЛАНЯН: Давайте вспомним эти светлые мгновения в нашей жизни.
И.ЦВЕЙ: Ну, почему, вспомним. Пожалуйста, извините, можно я прочитаю с пейджера. Как раз. Ну, кстати, хотела бы сказать, что поздравление пришло всего одно.
С.АСЛАНЯН: Хороший процент.
И.ЦВЕЙ: Я его сейчас не найду. 'В других подразделениях милиции люди попадаются хорошие. У нас хороший начальник паспортного стола. И еще мне повезло встретить хорошего милиционера в День города, который вытащил меня из толпы, из которой я самостоятельно выбраться не могла. Лена'.
С.АСЛАНЯН: Процент хороших людей, да.
И.ЦВЕЙ: Ну, мы опять говорим о том, что действительно, может быть, не так все плохо и какие-то зачатки существуют?
В.ТРАВИН: Вот их-то мы, эти зачатки-то, и поздравим, да? Честно, вот, абсолютно честно, вообще, от меня трудно дождаться теплых слов в адрес ГАИ, те, кто меня знает довольно давно, они понимают:
С.АСЛАНЯН: :что сейчас произойдет.
В.ТРАВИН: :что вытащить из меня какой-нибудь комплимент в адрес сотрудника ГИБДД практически невозможно.
С.АСЛАНЯН: Компле-мент.
В.ТРАВИН: И тем не менее, вот на самом деле душа лежит сказать спасибо тем, за счет невероятных усилий кого еще держится эта структура на плаву. Вряд ли за счет этих людей, который я сейчас обязательно поздравлю, она выйдет из той тины когда-нибудь, в которой она сегодня тонет потихонечку, но хотя бы эти люди не дают ей утонуть совсем окончательно. Конечно же, в первую очередь, это совершенно замечательный, удивительный человек, умнейший человек Сергей Алексеевич Сергеев, начальник ГАИ Московской области. Человек работает на этом месте всего 1,5 года, но за это время количество жалоб, которое ко мне приходило всегда на действия сотрудников ГИБДД Подмосковья, сократилось до невероятных пределов, я практически их не получаю. На самом деле здорово, потому что к этому и сводится вся наша деятельность — сделать так, чтобы как можно было меньше жалоб на сотрудников ДПС. Спасибо Сергею Алексеевичу. Конечно же, это его святой праздник. Потому что если мы сегодня имеем право хоть немножечко ликовать, так сказать, по случаю этого праздника, то в этом есть очень большая заслуга именно Сергеева. Командир батальона Северо-Восточного округа Москвы, Шкурат Петр Николаевич. Удивительный человек, которому за довольно короткий промежуток времени удалось навести, ну, практически удалось навести порядок в тяжелейшем округе Москвы, который был на контроле — вы помните, там была совершенно жуткая история, когда там несколько тысяч машин было поставлено на учет по поддельным документам. Ему достался очень тяжелый батальон. Шкурат смог, к счастью, смог переломить ситуацию. С большим удовольствием слушаю, когда он мне звонит и говорит: 'Ты знаешь, я вчера четверых уволил. С треском просто уволил, со свистом. И, казалось бы, кому-то сделал гадость, наверное, люди без зарплаты остались, их дети без хлеба с маслом, а все равно приятно, черт побери. Значит, на их место придут люди, более достойные занимать это место'.
С.АСЛАНЯН: Хочется верить.
В.ТРАВИН: Видимо, да. И, разумеется, конечно же, начальник 1-го отдела ДПС на спецтрассе Красов Александр Станиславович. Человек умнейший, человек с двумя высшими образованиями, человек, которого недавно попыталась потопить федеральная служба охраны президента, поскольку он обеспечивает спецпроезд вот на том проспекте, который мы с вами видим из окна — на Новом Арбате, бывший Калининский проспект. Человек, который сумел противостоять этой федеральной службе охраны президента и не пойти у них, что называется, на поводу. Потому что человек имеет свою собственную точку зрения. Человек остался работать, хотя были попытки его с этой должности выжить. Поймать его ни на чем не удалось, потому что взяток не берет. Службу знает, профессионал высочайшего класса. Вот сегодня праздник, я думаю, именно вот этих вот людей. И на самом деле, если в ГИБДД таких людей будет не три, а 33 хотя бы, есть шанс, что эта служба когда-нибудь возродится. С праздником, дорогие друзья.
И.ЦВЕЙ: Ну, что, Сергей, теперь вам слово.
С.АСЛАНЯН: Когда меня инспекторы ГАИ останавливают и заполняют протокол, там обязательно есть такая графа 'место работы'. Я последний год говорю одно и то же — радиостанция 'Эхо Москвы', отдел по борьбе с ГАИ. Дальше уже они обычно поступают по-своему. Один тут же с перепугу разорвал протокол и бросил его. А другой так и написал. И у меня дома сейчас над письменным столом бумажечка — это документ, в котором рукой майора написано — правда, он пропустил там слово 'отдел', поэтому там написано: 'Радиостанция 'Эхо Москвы' по борьбе с ГАИ'. Если хотите, как-нибудь принесу, может быть, в Интернете вывесим.
И.ЦВЕЙ: Ну, тоже было бы интересно. Вы знаете, ну, я бы не хотела, чтобы на мне заканчивалась наша беседа. Я хочу, чтобы вы еще сказали пару слов не лично, а может быть, пожелания автоводителям. Сегодня: Вот здесь кто-то написал, опять-таки говорю, здесь очень много таких сообщений, где ругают нас.
С.АСЛАНЯН: Жены милиционеров обиделись.
И.ЦВЕЙ: Да. Я уже прочитала, поэтому — они все достаточно однотипные, не потому, что я устала читать, а:
С.АСЛАНЯН: Все-таки милиция нас слушает, судя по пейджеру.
И.ЦВЕЙ: Слушает, слушает. Вот, ну, может быть, мы тоже в чем-то неправы, но таково наше мнение.
С.АСЛАНЯН: Все что я могу сказать от себя, наша ситуация на дороге — в наших руках. До тех пор, пока мы сами не открываем административный кодекс и не знаем назубок правила, с нами можно делать все, что угодно. Когда мы поднимаем свой правовой уровень до уровня, превосходящего гаишный, то есть мы действительно прочитали правила и знаем КОАП, есть шанс, что дальше мы действительно поедем нормально.
И.ЦВЕЙ: Кстати, вопрос — а есть ли какой-нибудь кодекс, просто я об этом не знаю, честно могу признаться, — есть ли какой-нибудь кодекс по правам автолюбителя? Вот чтобы можно было открыть и прочитать — вот на это у меня есть права, вот на это у меня нет прав.
С.АСЛАНЯН: Это 12-ая глава, как минимум 12-ая глава, Кодекса об административных правонарушениях. Там написано, что тебе будет, если ты сделаешь что-то не так. Там есть еще интересные приложения, из которых следует, что может дяденька милиционер, а чего он не имеет права делать никогда. Но стартовое — это правила. Они их не знают.
И.ЦВЕЙ: Ну, понятно. Но вот, может быть, Виктор скажет что-нибудь, может, вы выпустили какую-нибудь информационную брошюру?
С.АСЛАНЯН: Есть еще книжка:
В.ТРАВИН: Неудобно о своих трудах рассказывать, я Сереже доверяю.
С.АСЛАНЯН: В приложение к административному кодексу и правилам дорожного движения вышла книжка Виктора Травина. Называется 'Право руля'. Она является практически постатейным материалом к обоим законам, где рассказывается, как милиционеры делают неправильно и как надо делать правильно. Книжка помимо того, что написана хорошо и читается, как сборник юморесок, она еще и полезна в быту. А многие милиционеры ее знают, поэтому, увидев ее на сиденье, говорят: 'Проезжайте'.
И.ЦВЕЙ: То есть, Виктор, вы себя зарекомендовали в рядах.
В.ТРАВИН: В лице сотрудников ГАИ с худшей стороны, и слава Богу. Зато в лице автовладельцев — с лучшей.
И.ЦВЕЙ: А вы нарушаете права, вот честно?
В.ТРАВИН: Нет. Права не имею, к сожалению. Очень иногда хочется, но знаю, что не имею на это права.
И.ЦВЕЙ: То есть там, где 100 км — 100 вот тютелька в тютельку?
С.АСЛАНЯН: Там, где обгон запрещен, там запрещен.
В.ТРАВИН: Во всяком случае там хотя бы стараюсь нарушать, где я точно знаю, что ни один из сотрудников ДПС меня на этом не поймает.
И.ЦВЕЙ: Ну, вот в этом-то и разница — в том, чтобы вообще не нарушать, и в том, что не нарушать, когда нас не видят.
В.ТРАВИН: Невозможно, невозможно. Наши дороги устроены так, и правила дорожного:
С.АСЛАНЯН: Ситуации на дорогах:
В.ТРАВИН: И ситуации такие складываются порой, что просто избежать этого невозможно, к сожалению.
И.ЦВЕЙ: Спасибо за беседу. У нас в гостях был Виктор Травин — президент Коллегии правовой защиты автовладельцев и Сергей Асланян.
В.ТРАВИН: Всего доброго.
С.АСЛАНЯН: С праздником.



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире