Люди с низкой моралью, низкими нравственными принципами, низменной тягой к деньгам в наше время концентрируются в ГИБДД.

Природа постоянно дает сбои. Она все время занята эволюцией, все пытается улучшить нас с вами, совершенствует людей, как биологический вид, но ничего не может поделать с одной очень устойчивой разновидностью человека, которая непостижимым образом постоянно воспроизводится. Эта разновидность получалась во все эпохи, как альтернатива эволюции, эдакий генетический сбой, кривая ветвь развития. Какая именно?
Человек с низкой моралью, низкими нравственными принципами, низменной тягой к деньгам. Такие особи, тайком от человеческой эволюции были во все времена. Из них получались палачи, опричники, жандармы. В наше время такие люди почему-то концентрируются в ГИБДД и сопутствующих организациях. Это они сидят под кустом с радаром и считают не скорость, а несущиеся рубли, это они пытаются взимать деньги за парковку, это они занимаются эвакуацией автомобилей.
В подмосковном Ногинске есть даже целая организация, называется она ЗАО «Автоохрана». Работает в тесном контакте с инспекторами ГИБДД как раз описываемой генетической разновидности.
У них есть сценарий совместных действий. Инспектор тормозит машину и приговаривает ее, за какое-нибудь характерное нарушение, к эвакуации на штрафную стоянку. После чего, применяя силу, власть и свою специфическую разновидность морали, организует подписание самого невиданного документа, который когда-либо создавался для борьбы с автовладельцами, про который, на наше счастье, прознала, и готовится к отпору Коллегия Правовой Защиты автовладельцев. Называется документ «Договор ответственного хранения задержанных органами УВД автотранспортных средств».
Документ определяет тарифы, установленные администрацией Ногинска. Помимо этого, документ настаивает, что если за месяц хозяин не забрал машину, его приговаривают к оплате 0.8% неких «тарифных санкций». Если же хозяин машину и не забрал, и не заплатил, тогда «Автоохрана» подает на него в суд «с обращением взыскания на имущество должника». Т.е. ГИБДД у вас отобрало машину, «Автоохрана» ее отвезла к себе, а через месяц начинает требовать денег за услугу, да еще по суду, поскольку считает себя стороной, понесшей ущерб в результате сделки.
В случае отсутствия денег у хозяина машины, он обязан написать «Автоохране» доверенность на право продажи своей машины. А если машина попалась дешевая, и денег с нее много заработать не получится, «Автоохрана» опять оставляет за собой право сходить в суд и взыскать еще.
Кстати, с момента добровольного подписания под дулом автомата этого договора хозяин задержанной машины лишается права эту свою машину продавать, дарить, в общем, всячески отчуждать, иными словами защищать собственность от конфискации.
И поедете вы, как-то раз по дорогам Подмосковья, где-нибудь в районе Ногинска. И встретит вас группа лиц, получившихся у природы в обход эволюции. Кто-то из них будет с автоматом и при погонах инспектора ГИБДД, кто-то на эвакуаторе и с договором от «Автоохраны» под мышкой. Их не обремененные моралью, далекие от нравственности, отлитые из чугуна души, в этот момент немного согреются и смягчатся, поскольку именно вы сейчас реализуете их мечту о деньгах и власти. Скорее всего вы останетесь без машины. Навсегда. Скорее всего, они останутся, как часть нашей автомобильной жизни. То же навсегда?
У БМВ только что начавшееся тысячелетие вызывает одновременно несколько сложных желаний. С одной стороны неплохо бы начать его так, чтоб потомки не забыли, т.е. какой-нибудь максимально сильной машиной. С другой стороны лучший враг «Мерседес» уже приготовил выкатить на рынок «Майбах», лучше которого, пожалуй, ни у кого ничего нет. Фольксваген все никак не решится смастерить приемлемую для производства «Бугатти», но зато уж большим седаном, разновидностью «Пассата» конкурентам в ближайшее время ответит.
Поэтому вопрос «Как начать век по-людски» для БМВ остается.
И вот чтобы уж точно, с гарантией, с подобающим шумом начать, БМВ готовит совершенно ни на что не похожий «Роллс-Ройс». В ближайшие пару лет контроль над поиздержавшимися англичанами полностью перейдет немцам и тогда мир поймет, насколько хороши бывают британцы под немецким присмотром.
Новый «Роллс-Ройс» будет двухобъемником. Вместо привычного изящества гостиного гарнитура, вместо имиджа величественного сундука с инкрустацией, вместо четырех дверей и тяжелого багажника, это будет огроменный автомобиль мягкой стилистики, изящных линий, лишенный углов. Сбоку его можно принять за хетчбек, но на самом деле это купе. Далекие от автомобильного дизайна и почтения к чужим именам люди, увидят в новом «Роллс-Ройсе» очень конкретные черты нашей «Победы», ГАЗ М20. А знатоки британской марки разглядят в новой машине классическую стилистику «Роллс-Ройсов».
А вот что увидят в нем мерседесовцы и фольксвагеновцы, после первого шока, предвидеть не трудно. Они увидят сильнейшего конкурента.


Классика и настоящая красота уходят из нашего окружения. Дома утрачивают ампир, расстаются с колоннами и ландшафтным дизайном палисадников. Дамы в кринолинах состарились, многоэтажные прически для балов лишь иллюстрируют эпоху на страницах энциклопедий, но совершенно не воспроизводимы руками современных парикмахеров, а слово ливрея сохранило только обидный смысл, как элемент экипировки порабощенного господином слуги, и совсем не воспринимается, как часть роскоши, как принадлежность к богатству и великолепию.
Но, даже вступив в немного непривычное и необжитое третье тысячелетие, мы сохранили для себя, практически для внутреннего пользования, небольшой памятный знак, глядя на который всегда будем помнить кто мы и откуда. Его прелести никто кроме нас самих не поймет, его облик никого кроме нас не согреет. Зато мы с вами будем видеть его рядом с собой всегда и всегда будем знать, что наша русская классика незыблема.
ВАЗ 2106. Это именно его мы оставили себе на память о прошедшем. Это он находится рядом с нами с конца прошлого века. Расстаться с ним сил не хватило. Народ, страна — его любят и до сих пор о нем мечтают. Поэтому ВАЗ 2106 с нами.
Выбор этого автомобиля в качестве спутника и в Третьем тысячелетии говорит о том, что ничего хорошего нас не ждет. Нормальные вещи мы не ценим, не понимаем, не бережем и не любим.