'Вопросы к интервью
Ю.НОРКИНА: 21 час 6 минут московское время. Добрый вечер всем, кто нас слушает, знает и, возможно, хоть немножечко любит. «Семья времен Владимира Путина – 2» начинает свой эфир. В студии Юлия и Андрей Норкины, и сегодня у нас в гостях семья Кадетовых – Максим и Данила. Здравствуйте.

А.НОРКИН: Добрый вечер. Я еще раз напомню, что это «Кухня Андрея Черкизова», теперь на этой «Кухне» встречаются семьи, с семьей Норкиных встречается каждую неделю какая-то новая семья. Вот сегодня Кадетовы, Максим и Данила – прямо скажем, самые, наверное, ожидаемые гости.

Ю.НОРКИНА: Ожидаемая семья.

А.НОРКИН: Да. Телефон +7 985 970 4545 – пожалуйста, свои вопросы по смс и заявки на участие в программе. Ну, сразу скажу, почему самые ожидаемые. В самом начале, когда мы только начали с Юлей работу над этой программой, и в числе других заявок у нас пришла заявка от ребят… это семейная пара геев, поэтому мы получили огромное количество звонков – кто-то кричал «Ну когда же, когда же они уже придут в эфир», кто-то предавал нас анафеме всяческой, соответственно, вас тоже, заранее. Но я думаю, что на самом деле вам вряд ли к этому привыкать, да или нет?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Абсолютно правильно.

А.НОРКИН: Хорошо, тогда давайте следующим образом мы сделаем. Сейчас мы очень коротко познакомимся с Кадетовыми поподробнее, буквально 30 секунд, и потом уже начнем разговор.

Ю.НОРКИНА: Да, будет досье.

Досье

Семья Кадетовых. Максим Кадетов – 25 лет, топ-менеджер одной из компаний в области перевозок. Круг интересов – машины, боевые искусства и политика. Данила Кадетов – 25 лет, сотрудник крупной компании. Основной интерес – шоппинг. Несмотря на сложившиеся в России стереотипы, решили жить полноценной семейной жизнью.

А.НОРКИН: Ну вот, сразу два смс-сообщения уже пришло, и я их зачитаю, с вашего позволения. Первое: «Ребята, вы молодцы, что не побоялись. Счастья и сил вам. Майя, Москва». Второе сообщение: «Ребята, я вас выключил». Какой-то Дэнтон из Санкт-Петербурга.

Ю.НОРКИНА: Ну он часто пишет нам. Это наш постоянный радиослушатель.

А.НОРКИН: «Здравствуйте. Ну вас и угораздило, парни. Как же вы познакомились? И как на ваши отношения реагируют родители? Серж из Саратова». Ну, давайте с этого вопроса и начнем. Кто будет отвечать первый?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Максим. Познакомились в 2002 году, зимой. Нас познакомил один очень хороший знакомый, кстати, известный достаточно тележурналист, но не суть важно. Долгое время общались по телефону, потому что я был в Москве в это время, учился, а Данила был в Нижнем Новгороде, тоже заканчивал учебу и работал. Но при этом мы общались по Интернету, по телефону, и в ночь с 6 на 7 января 2003 я поехал в Нижний Новгород, где, собственно, мы уже лично и познакомились. Это была…

Ю.НОРКИНА: Любовь с первого взгляда?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Нет.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Нет, я б не сказал, что это была любовь с первого взгляда. На самом деле, когда мы ехали туда, мы просто хотели встретиться, познакомиться, пообщаться, что-то, может быть, более… все это пришло как-то со временем потом, после второй-третьей встречи пришли, наверное, какие-то чувства, которые продолжаются до сих пор. И соответственно, в январе следующего года будет 5 лет этим чувствам.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Да, это пятилетие мы будем грандиозно праздновать с нашими друзьями, собирается порядка 30 человек. И празднество будет достаточно хорошее.

А.НОРКИН: А как получилось, что вы в Москву потом решили переехать. Это что? Это после того, как вы стали вместе, пришло решение переехать в Москву или, наоборот, это было независимо от этого? По работе, по учебе переезд в Москву, как это получилось?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Это вопрос ко мне, потому что в Москву переехал я. На самом деле, это было осознанное решение, к которому я очень долго готовился – где-то порядка года. Почему в Москву – потому что в Москве любимый человек, потому что Москва — это город безграничных возможностей, город для самореализации, для жизни, что называется, которую можно вдыхать полными легкими, тем более если учитывать то, что я гей, и, соответственно, в провинции…

Ю.НОРКИНА: Еще сложнее жить, да?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Да, другие нравы, другие возможности, другое отношение людей к людям с такой ориентацией.

Ю.НОРКИНА: У меня вопрос. Сложный, наверное, а может быть и нет. Ребят, а когда вы поняли, что у вас нетрадиционная сексуальная ориентация? Каждый из вас может ответить на это?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Я, наверное, это понял лет, может быть, в 16. В 17 я окончательно в этом убедился.

Ю.НОРКИНА: Не получалось, никаких к девушкам не возникало чувств, кроме дружеских?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Не возникало.

Ю.НОРКИНА: То есть не возбуждают вообще?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Да.

Ю.НОРКИНА: Макс.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Вы знаете, я учился в Суворовском училище, и наверное, как раз к окончанию училища у меня некие предположения и сложились. Потом я поступил в один из московских военных вузов, где учился, и собственно говоря, попав даже в столицу, это проявилось это даже в большей степени. То есть это был 99-й год.

Ю.НОРКИНА: А контакта с девушками не было ни у одного ни у другого ни разу?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Нет, контакта, если мы имеем в виду сексуального, нет.

Ю.НОРКИНА: Понятно. Как родители относятся к этому? Они знают?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Моя мама не знает, мои родственники не знают. И я продолжаю жить…

А.НОРКИН: А родственники где живут? В Москве или в другом городе?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Нет, не в Москве, они разбросаны по странам СНГ и России. Я продолжаю для них жить двойной жизнью, с постоянными новыми какими-то выдуманными историями и легендой. Что касается Данилы, он сейчас ответит. Я просто предвкушая, скажу, что его маме я безгранично благодарен. А он сейчас скажет, почему.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Да, вы знаете, моя мама знает обо мне, знает о Максе, знает о нас. Как-то получилось. У меня была такая позиция, что если меня в лоб спросят об этом, я скажу как есть, не буду каких-то уловок, отмаз своим родителям говорить. Такой момент настал, вполне естественным образом мне задали прямой вопрос, на который я прямо ответил. Какая была реакция, наверное, интересно. Ну, какого-то шока, истерики не было. Конечно, радости тоже по этому поводу не было никакой. Но я считаю, что у меня очень умная замечательная мама, которая любит меня, которую люблю я. Она это восприняла. Мы великолепно общаемся. Я познакомил ее с Максом. Она очень хорошо к нему относится, постоянно приветы шлет, мы иногда встречаемся.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Не только приветы. Вяжет носки и передает варенье.

Ю.НОРКИНА: Мальчишки, а отцы в ваших семьях присутствовали или мамы воспитывали?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Я с 12 лет, к сожалению, дома не жил, по причине того, что поступил в Суворовское училище и учился уже вне дома, но воспитывали меня оба родителя.

Ю.НОРКИНА: И мама, и папа?

МАКСИМ КАДЕТОВ: И мама, и папа.

Ю.НОРКИНА: Дань.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: У меня была полноценная семья — отец, мать.

Ю.НОРКИНА: Отец не знает?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Официально не знает. Я уж не знаю, может, он догадывается, но он…

Ю.НОРКИНА: Страшновато, если узнает?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Нет, абсолютно не страшно. Почему – потому что я абсолютно независимый от своих родителей человек. Я сам строю свою жизнь, принимаю решения, идя по этой жизни, и это будет его выбор – как к этому относиться, как дальше строить общение со мной. Таким вот образом.

Ю.НОРКИНА: «Кто из вас активный и пассивный? Дима из Санкт-Петербурга». Я предупреждала, что вопрос этот будет, ребят.

А.НОРКИН: Подожди, Юлька, вопрос еще был на сайте. Я должен сказать, что огромное пришло количество вопросов на сайт. Сейчас, прежде чем вы ответите, тут был такой вопрос: «Норкины, что-то вы сегодня не юморите». Подождите, сейчас будем.

Ю.НОРКИНА: Все впереди.

А.НОРКИН: «Норкины совсем сдурели в погоне за рейтингом». Значит, поскольку у нас пока что где-то процентов 80 сообщений на смс – это то, что нас сегодня выключили, так что рейтинга, видимо, сегодня не будет. По поводу юморите, вот хороший был вопрос: «Георгиевцев приглашать будете?» Ну понятно имеется в виду организация георгиевцев. Если у них есть семья, то конечно будем. Так, так вот теперь отвечайте на вопрос Юли, а потом у меня будет вопрос.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Я, наверное, отвечу. Вы знаете, есть такое мнение. Бытует в обществе, что обязательно кто-то должен быть активный, кто-то пассивный. Это абсолютно индивидуально, это абсолютно клишировано. Это ерунда.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Заблуждение, конечно.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Это заблуждение. И если мы говорим о таких интимных вещах, то они зависят от очень многих обстоятельств, начиная от характера человека и заканчивая физиологическими особенностями любого организма.

Ю.НОРКИНА: А настроение здесь имеет значение?

МАКСИМ КАДЕТОВ: И настроение. Давайте, я знаете как отвечу – кто в тем, тот поймет, а для остальных это будет пусть неким…

А.НОРКИН: Так они ж спать не будут, будут думать, что ж он сказал. Мало того, что пришли в эфир, испохабили его, так еще и загадками говорят.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Я скажу – оба универсалы. Я ж говорю, кто в теме, тот поймет, а для остальных это будет некая загадка.

А.НОРКИН: Так, теперь давайте серьезно. Тем более, что тут с четырьмя восклицательными знаками, что мы «рекламируем мерзость». Так вот, у меня на самом деле такой вопрос. Когда заходит разговор о геях в нашей стране, я не буду сейчас говорить про другие, есть два как бы направления. Первое – геев притесняют, нарушают их права, в том числе гражданские права. Поэтому у меня такой вопрос – в каких правах своих вы ущемлены, чувствуете себя ущемленными? И сразу второй вопрос – то, что сейчас происходит, нас обвиняют в пропаганде гомосексуализма. Опять же, говорят, что геи пропагандируют свою эту вот культуру. Вот мне хотелось бы, чтобы вы сказали, а в чем заключается пропаганда гей-культуры? Тогда мы с вами потом уже будем дальше как-то на историю смотреть.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Наверное, я попытаюсь ответить. Во-первых, про ущемление прав. Любого человека взять, не обязательно, какая у него сексуальная ориентация, он всегда скажет «Мои права ущемляют – у меня маленькая зарплата, у меня плохие условия, мне не дают брачные отношений с бабочкой любимой», и т.д. Про любого человека можно так сказать. Конечно, и в гей-среде есть некоторые вопросы, которые действительно мы считаем, что есть некоторое ущемление. Объясню, какое. Это все, что касается статуса пары, которая находится в браке. Материальные вопросы, бытовые…

Ю.НОРКИНА: Официальные.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Официальные вопросы. Это касается детей, хотя это очень спорный вопрос. И, собственно говоря…

А.НОРКИН: Что значит, очень спорный вопрос? не понял.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Потому что я, например, считаю, что если давать полные права, то вопрос о детях именно, об усыновлении либо иным способом, это нельзя решать сиюминутно, и возможно, это вопрос для обсуждений и для аналитики, наверное. Нельзя сказать – обязательно нужно разрешить геям усыновлять детей.

Ю.НОРКИНА: А почему нет?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Потому что… я вам скажу так – мы исключение из правил.

Ю.НОРКИНА: Потому что вы вместе долго?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Потому что мы вместе долго. Мы вместе уже 5 лет, и обычно все это намного короче, намного оперативней, назовем это так, намного…

А.НОРКИН: В силу этих самых бытовых сложностей?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Да. Поэтому когда усыновляют, допустим, ребенка, здесь есть только несколько способов… возникает следующий вопрос – когда семья распадется, куда детей девать?

Ю.НОРКИНА: Ну, то есть в силу того, что вы не можете быть официальной семьей, в результате этого возникают эти вот вопросы и проблемы.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Но с другой стороны, вы знаете, что, допустим, в Москве больше 6-7 заведений, гей-клубов, где можно беспрепятственно собираться, никто не препятствует, что в Питере, в Самаре, в Перми, в Новосибирске, в Екатеринбурге, в Нижнем Новгороде – во всех городах практически есть, и местная власть об этом знает, никто не закрывает…

А.НОРКИН: Нет, ну хорошо. Раз уж про детей мы заговорили…

Ю.НОРКИНА: У вас-то желание есть?

А.НОРКИН: Ну они ж писали вот здесь.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Мы долго это обсуждали и до сих пор обсуждаем. Желание всегда есть – вопрос реализации этих желаний.

А.НОРКИН: Вы знаете хоть один пример, без фамилий, естественно, у нас в России?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Только он касается лесби-семей.

Ю.НОРКИНА: То есть лесбиянки берут охотнее?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Да, тут намного…

А.НОРКИН: Ну, я думаю, что здесь срабатывает стереотип. Женщина-одиночка – это для нашей страны не так необычно.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Да, хотя есть примеры. Они не афишируются, но примеры есть. Так вот, когда мы говорили, я закончу буквально мысль, о притеснении, помимо клубов, вы заходите сейчас в метро или в любой киоск, и замечательно продается единственный в России гей-журнал «Квир», и он стоит на первых местах. Никто не притесняет, никто не закрывает, никто не выбрасывает. Поэтому о какой-то сильной дискриминации и ущемлении прав говорить, наверное, достаточно сложно.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Давайте я дополню еще в отношении прав – я не ощущаю, что меня ущемляют в каких-то правах. Может быть, за исключением одного…

А.НОРКИН: У тебя карьерный рост, допустим, зависит от этого? Размер твоей зарплаты? Если начальник узнает…

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Давайте говорить – мы не открытые геи. Вообще…

А.НОРКИН: Вот видите, значит, вы все-таки…

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: На работе, в карьере это никаким образом ни мешает, ни помогает. Потому что мы не выставляем это на обозрение. И сейчас мы, естественно, с вами общаемся, и со слушателями, не под настоящими именами. Потому что… кстати, это, наверное, есть показатель, каково ущемление. Даже это.

Ю.НОРКИНА: Не нужна лишняя агрессия по отношению к себе.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Нам не нужна лишняя агрессия, и все, что касается нашей личной жизни, это наша личная жизнь. То, что касается вопросов, связанных с работой…

МАКСИМ КАДЕТОВ: Профессионально компетенцией, да.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Это никаким образом здесь не должно присутствовать. Я в своей компании, хотя я уверен, что в моей компании, так как я занимаю достаточно высокую позицию, никому дела нет до того, какие у меня предпочтения у меня дома.

Ю.НОРКИНА: Но девочки-то, наверное, шушукаются – такой парень красивый, а внимания на нас не обращает.

А.НОРКИН: А он говорит – работа, работа.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Здесь вот мы о чем говорим – что все люди, 90% геев, носят маски, сочиняют легенды и являются людьми с масками, с двумя лицами.

А.НОРКИН: Хорошо, а вот эти вот гей-парады, которые уже много лет идут на Западе, а в Москве никак они не приживутся, и видимо, долго это еще будет невозможно и непросто из-за позиции мэра Москвы Юрия Лужкова, который называет это все «сатанизмом», и вообще, в силу ментальности. Вот для чего люди выходят на гей-парад? Это, опять же, одни говорят, что это пропаганда – вот, они пропагандируют эту чуждую нам культуру. Здесь вот вы потом прочитаете, что про вас пишут. А с другой стороны, люди говорят – нет, мы вот хотим показать… насколько я помню, ведь расшифровка «гей» — это «good as you», то есть «такой же хороший, как вы». То есть гей-парад – это что? Это попытка себя защитить, что «ребят, я такой же», или наоборот, это пропаганда, что «Это вы все неправильные, а только мы такие вот хорошие и правильные»?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Вы знаете, я незнаком с устроителями этого гей-парада, с теми людьми, которые хотят его провести. Не знаю, какие цели они преследуют. Я, наверное, отвечу за себя – мне он не нужен. Мне не нужно это демонстративное показное шествие с перьями, с флажками – для чего, зачем это? если мне нужно повеселиться, я пойду в специализированное место и там оторвусь. Выставлять это наружу, я считаю, что не нужно.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Вы знаете, мы гей-парады смотрим, которые в Италии проводятся, за рубежом, — это праздник, это люди просто…

А.НОРКИН: Карнавал такой.

МАКСИМ КАДЕТОВ: …отрываются. Да, они там не борются за свои права в большинстве случаев. Это люди, которые под музыку веселятся. А все прохожие веселятся вместе с ними. А теперь представьте, что у нас по Тверской будет ехать три баркаса с геями, с левой стороны будут стоять георгиевцы, справа «Наши» и махать им радостно флагами и приветствовать. Так вот, я такого не вижу ни в будущем, ни в обозримом, ни в существующем. И я считаю тоже, что это не нужно. В России…

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Общество не готово к этому.

МАКСИМ КАДЕТОВ: И общество не готово, и не нужно. А за какие права бороться? До 93-го года еще можно было. После этого нужно только отшлифовывать те недостатки,..

А.НОРКИН: То есть тогда мы с вами приходим к такому выводу, что это отрезок времени, который мы в программе рассматриваем, 7 лет, — есть некий плюс для вас лично, да? потому что, может быть, раньше это вообще у нас было невозможно в стране.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Безусловно. Плюс есть. Плюс – в либерализации некоторой, если мы говорим именно об этой сфере. Либерализации с какими-то скачкообразными волнениями, которые происходят как раз из-за тех граждан, гей-ориентированных, которые с флагами лезут на Тверскую проводить этот парад. Даня сказал, что он не знает, я знаю этих людей. Не лично, но в обществе в этом все друг друга знают. И цели там как таковой бороться за наши права, нет. Более того, вообще гей-сообщества нет, потому что…

А.НОРКИН: В России.

МАКСИМ КАДЕТОВ: В России нету гей-сообщества, это есть люди, часть людей, часть общества, у которых есть предпочтения сексуального характера. Потому что нет ни организации, ни лидера, ни четкой идеологии…

Ю.НОРКИНА: Кстати, был вопрос по этому поводу.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Общества нет такого. Более того, знаете, тема гей-общества, gay-community, только встает, когда зажигаются софиты в ночных клубах и люди по интересу собираются, обсуждают какие-то темы в рамках своей сексуальной ориентации. Утром же все идут домой, надевают на себя лица чиновников, банкира, юриста, журналиста, военного, врача, священника, политического деятеля…

Ю.НОРКИНА: Я знаю, что в правительстве их достаточно.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Да, одевают эти маски и живут обычной жизнью, не мешая никому, и будьте уверены, что в любом коллективе есть 5-6%, сели берем мужское население коллектива, у которых есть свои предпочтения. По себе знаю, что я никогда бы в жизни не подумал о своих однокашниках или партнерах по работе, что у них такая же сексуальная ориентация, смотря на их внешность. Скелет в шкафу есть у каждого, поэтому давайте… кто хочет, тот выносит это на улицу, кто не хочет, не выносит.

А.НОРКИН: Давайте тогда…

Ю.НОРКИНА: Я можно отвечу на вопросик? Там прислали нам с тобой – как мы относимся к тому, если наш сын будет геем. Без подписи.

А.НОРКИН: Вы знаете, у нас три сына.

Ю.НОРКИНА: Во-первых, у нас трое сыновей. Во-вторых, дорогой радиослушатель, да нормально мы к этому относимся. Это их выбор. Вот педофила убью сразу. Если вдруг мой сын станет педофилом сама. Геем – да ради бога. Вот так случилось, ну так ему хорошо. Если им хорошо вместе, счастья им и любви.

А.НОРКИН: Так, какие у вас политические пристрастия? Несколько вопросов уже здесь было. Ваше отношение к популярному сейчас мнению про «Россию, встающую с колен». И так далее.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Можно, я отвечу? Я в свое время голосовал за «Отечество – вся Россия», потом, по большой глупости, проголосовал за «Родину»…

А.НОРКИН: Да уж, это вот интересно, за «Родину» — это как-то так… а что привлекло?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Геращенко. Меня привлек лично он.

А.НОРКИН: Но это было сто лет назад.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Да, но на последних выборах в Думу я проголосовал, по-моему, за объединенный демократов, были «Яблоко» с СПСом, голосовал за СПС всегда. По многим причинам, не буду называть уже детали, но голосовал за СПС, потому что мне симпатичны некоторые лидеры как политические деятели.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Их взгляды.

Ю.НОРКИНА: Да, а то сейчас подумают, что там сплошные… трансвеститы.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Не надо так думать.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Да, так вот, на президентских выборах я голосовал, к сожалению, против всех. И даже не знаю…

А.НОРКИН: Почему к сожалению? Потому что…

МАКСИМ КАДЕТОВ: Потому что считаю, что это неправильно. Выбор, позиция «Против всех» либо вообще не голосовать – это самое худшее, что может быть. Но не было того человека, за которого я бы хотел проголосовать.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Я голосовал за Ирину Хакамаду на последних президентских выборах. Почему – потому что по сути выборы были выборами без выбора, и такая ситуация крайне меня не устраивает, поэтому я решил проголосовать за Ирину.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Еще момент такой: если говорить о политическом состоянии, так как я долгое время провел в армии, и видел…

А.НОРКИН: А почему, кстати, ушел?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Не потому что сексуальная ориентация такая, нет. У меня должна была быть достаточно блестящая карьера, даже после окончания военного вуза был на приеме у Путина как золотой медалист…

Ю.НОРКИНА: А мы с ним рядом так сидим… ля-ля-ля…

МАКСИМ КАДЕТОВ: Да, у меня было тогда достаточно приподнятое настроение, план на будущее…

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Но жить на лейтенантскую зарплату…

МАКСИМ КАДЕТОВ: Но жить на лейтенантскую зарплату, даже несмотря на то, что я москвич, достаточно трудно. То есть та политика, которую в армии провели, и то, что сейчас происходит… только поэтому мне пришлось покинуть армию и…

А.НОРКИН: Исключительно меркантильные соображения?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Исключительно меркантильные соображения, хотя я в армии провел с 95 по 2005 году – 10 лет.

А.НОРКИН: А у вас сейчас как вообще, вот бюджетные вопросы как вы решаете? Тут были по смскам. Живете ли вы в одной квартире? Вы ее снимаете? На одного кого-то? Как вообще бытовые все…

МАКСИМ КАДЕТОВ: Давайте я сейчас детали расскажу. Вот смотрите, мы познакомились в 2002 году, в 2005 мы начали жить вместе. Живем в одной квартире, решили мы ее арендовать, вдвоем. Мы меняли несколько вариантов. И, собственно говоря, живем вместе обычной полноценной семейной жизнью.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Что касается бюджета, вопрос был. Бюджет абсолютно общий. То есть деньги зарабатываются нами обоими, потом сваливаются. У нас нет такого – это мои деньги, это твои.

Ю.НОРКИНА: Ребят, такая ситуация, как раз прислали тоже по смс. Не дай бог, типун мне на язык, но если кто-то из вас попадает в больницу, второго не пропускают в палату…

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Это как раз вопрос о правах. То есть статус брака дает априори определенные права и обязанности по отношению друг к другу. То есть, соответственно, случай с больницей, с правоохранительными органами, случай поселения в гостиницу, он автоматически решает все эти проблемы и вопросы. В нашем случае это невозможно. Поэтому если бы это было изменено на уровне законодательства федерального, это был бы, конечно, большой плюс. Мы не говорим о браке, пускай это будет некая иная правовая форма – некоего гражданского союза. Но если бы это было, это было бы хорошо, потому что эту категорию прав это бы фактически решило.

Ю.НОРКИНА: То есть родственный узы какие-то?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Да.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Ну вот сейчас, допустим, у нас создается свое имущество. Сейчас у нас две машины, будем покупать новую машину, менять обе машины…

Ю.НОРКИНА: Вы оба водите, да?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Да. В следующем году мы будем покупать квартиру. Встает достаточно…

А.НОРКИН: А как будете покупать? Вы будете брать кредит?

МАКСИМ КАДЕТОВ: В ипотеку, но мы сталкиваемся с новой трудностью – ипотека оформляется на одного человека, и никакой иной человек, в любом статусе, кроме супруга, не может никаким образом… если что-то, не дай бог, случается с одним или со вторым, автоматически происходит отторжение от всего. Вот даже случай у нас был у знакомого, когда люди жили вместе и 10, и 12 лет, умирал один из них – второй оставался ни с чем, а имущество имели общее.

Ю.НОРКИНА: А завещание здесь играет какую-то роль? Тоже нет, да?

МАКСИМ КАДЕТОВ: нет, завещание не играет, хотя…

А.НОРКИН: Нет, ну там же есть, наверное…

МАКСИМ КАДЕТОВ: Да, первая очередь. В нашем случае мы просто хотим сделать так – будут все машины переписаны на одного человека, а квартира на другого. Тогда это будет автоматически некое распределение. Но это очень большая сложность, на самом деле. То есть мы не чувствуем себя в этом случае защищенными.

А.НОРКИН: Так, вопрос был. Данила говорил про законодательные некие изменения. Вот из Сызрани Ольга пишет: «А что сделать, на ваш взгляд, для повышения толерантности в обществе?» Понятно, что тут законами это вряд ли можно будет сделать.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Вы знаете, наверное, может, меньше нужно показывать этих фриков карнавальных, которые сейчас везде сплошь и рядом присутствуют. На самом деле, геи не такие. Геи – это нормальные люди, нормальные мужики, парни, ребята.

Ю.НОРКИНА: То есть то, что по НТВ, например, показывают, «Сука-Любовь», — это…

МАКСИМ КАДЕТОВ: Вы знаете, это такая малая часть…

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Это же шоу, это фрик, это не жизненно.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Хотя все безумно любят этого ведущего, Заза Наполи, ходят в клубы на ее концерты…

Ю.НОРКИНА: Ну, «Душа и тело», по-моему, мы видели тогда, мы к Лолите ходили на презентацию.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Да, мы, кстати, часто там отдыхаем.

Ю.НОРКИНА: Вы тоже ее любите? Мы на презентации формата были, да.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Мы очень любим Лолиту Милявскую, да, хорошая тетка.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Боевая, да.

Ю.НОРКИНА: Лолочка, тебе привет.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Но смысл в том, что толерантности нужно добиваться, не давая внешних раздражителей обществу.

Ю.НОРКИНА: А знаете, что она мне сказала? Она говорит – слушай, мать, на мою голову, у меня дочь растет…

А.НОРКИН: Громче говори, даже я тебя не слышу.

Ю.НОРКИНА: Где, говорит, мужика ей брать, просто кошмар, кругом один геи.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Хорошо, что она не сказала «пи…ры».

Ю.НОРКИНА: Ну, она так и сказала. Я говорю – Лол, даже не знаю, чего тебе посоветовать.

А.НОРКИН: Это слово, которое нам сейчас Максим пытался нарисовать, оно у нас закреплено за Михаилом Леонтьевым, он в эфире «Эха Москвы» так называет Михаила Саакашвили и…

МАКСИМ КАДЕТОВ: Знаете, что больше всего меня удручает – что все боятся, что это пропаганда некая, которой нет на самом деле, за исключением того, что пропагандируют…

А.НОРКИН: Здесь вот, извини, я тебя перебью, Максим: «Спасибо за передачу. Это не пропаганда, а просветительство. Сколь же отсталое у нас общество. Откуда в нем в 21-м веке такое неприятие всего другого и страх…», тут оборвалось просто сообщение.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Так вот я и говорю, что пропаганды не должно быть. Более того, не должно быть внешних раздражителей. Ведь Россия – это не Москва, и люди в глубинке, когда смотрят подобные передачи с фриками и напомаженными мальчиками женоподобными… я не думаю, что вы про нас скажете, что мы женоподобные мальчики, мальчики-девочки.

Ю.НОРКИНА: Нет, если бы я не знала, что вы геи, я бы…

МАКСИМ КАДЕТОВ: Так вот, а большинство…

А.НОРКИН: Что бы? Я зде-е-есь, я здесь.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Так вот, большинство – именно такие, как мы. Без рюш, без париков и так далее. И не нужно показывать остальное, потому что люди не привыкли и людям это не нужно. Показ подобного как раз и вызывает обратную ответную реакцию, именно такую, рвотную реакцию.

А.НОРКИН: Ну так может, вот это вот и есть пропаганда, которую так…

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Но это тогда уже вопрос к вам, к журналистам – почему вы это показываете?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Вот мы пришли к вам – получается, что для многих это пропаганда. А на самом деле, я так не считаю.

Ю.НОРКИНА: Так, почему мы это показываем? Мы это даже не показываем, мы это даем слушать.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Коллеги ваши.

А.НОРКИН: Нет, почему, мы тоже показываем.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Ну, потому что это пользуется спросом, наверное. Потому что хотят видеть.

Ю.НОРКИНА: «Геи, вы в бога верите? Вова из Тамбова».

МАКСИМ КАДЕТОВ: Давайте я, наверное, отвечу. Давайте я, кратко – я атеист, в бога не верю.

Ю.НОРКИНА: Даня вообще молчит. Макс вы как-то сразу узурпировали, забили.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Я отвечу на этот вопрос. Я крещеный православный человек. Сейчас, я уверен, посыпятся тысячи смсок – в ад, анафема и так далее.

А.НОРКИН: Они уже есть.

Ю.НОРКИНА: Так я уже говорила – «В Библии написано, что однополая любовь – это мерзость».

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Да, но только сначала все в ад попадут фарисеи и книжники и так далее, и торговцы из храма. Только за ними уже все остальные.

Ю.НОРКИНА: Ну, в общем, Он разберется, я так думаю, когда мы все предстанем, конечно.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Когда вы стоите в церкви рядом с другим человеком, неважно, какой он ориентации. Каждый из них грешен, каждый из нас, и приходит со своей просьбой к Богу. И не нужно у другого отбирать это право. А с другой стороны, вы знаете, мне один католический священник рассказал, это не анекдот, но есть такая присказка – когда попадает очередная партия в рай… может, вы ее знаете, гид водит и рассказывает – «Вот здесь у нас находятся католики, вот в том углу у нас находятся протестанты, в том баптисты», его спрашивают «А вот в том дальнем углу люди копошатся – это кто?» Он отвечает «Тихо, это православные — они думают, что одни здесь». Вы знаете, я поэтому и говорю, что не надо узурпировать право общения с богом, потому что вы не знаете этих людей…

Ю.НОРКИНА: Мы не знаем, мы все. Вы тоже кого-то не знаете. Наверное, здесь просто нужно быть терпимыми всем.

МАКСИМ КАДЕТОВ: И не нудно отнимать право общения с богом либо веры у людей, которые не подходят по тем или иным параметрам. Вот отрезали такой вот кусок – все геи в ад, и ни шагу в церковь. Я согласен, что в церковь не должен приходить человек, как я уже говорил, эти вот фрики расфуфыренные — нет, это абсолютно интимного характера общение, поэтому… ну, это очень сложный вопрос, и…

Ю.НОРКИНА: Но это тоже очень интимный вопрос. Я думаю, что каждый это решает сам. Если у вас есть потребность пойти в храм и поговорить с батюшкой,..

МАКСИМ КАДЕТОВ: Вы знаете, если у батюшки спрашиваешь и высказываешься на исповеди или еще что-то…

Ю.НОРКИНА: А вы ходили, Максим?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Нет.

Ю.НОРКИНА: Боитесь?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Да. А вот чего, не знаю. Мне просто рассказывали моли знакомые, что приходишь к батюшке, и один тебе скажет – «Вон отсюда, мракобес», и так далее, а другой выслушает, даст какой-то совет и, наверное, поймет, потому что каждый грешен по-своему, и в данном случае это тоже грех, с точки зрения определенной религии.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Давайте закроем эту тему.

А.НОРКИН: Да, так, другому Диме отвечаю, что ребята, естественно, не называют своих настоящих имен. Он тут очень разволновался из-за этого. Несколько сообщений вам – не то, чтобы сразу берите это на вооружение…

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Фамилии разные, на самом деле.

А.НОРКИН: Да. Про завещание они говорят – ничего подобного, можно писать завещание друг на друга, и никаких тут проблем нет. Но я думаю, что пока это все-таки рановато вам об этом говорить. «Пропаганда гомосексуализма невозможна как таковая. Это научный факт. Если в тебе этого нет, то тебя и не привлечешь. Ардан». «В своей передаче вы укрепляете веру про вырождение. Саша, Томск». Такой у меня вопрос, мы его еще не касались так вот конкретно, про семь дней.

Ю.НОРКИНА: Можно, я закончу? Сейчас мы о вере говорили. «Есть совершенно адекватные священники в РПЦ. Я гей. Мой духовник знает об этом и нормально к этому относится».

А.НОРКИН: Ну, это то, что ребята сейчас и сказали. Значит, события последних каких-то дней. Давайте я даже не буду вас просить выбирать, потому что мне самому интересно. Вот этот Ильинский сквер, георгиевцы, которые… не знаю, вы слышали, что их теперь называют «гей-оргиевцы»?... стрельба из пневматического оружия какая-то, драка – вот это вот все. Вообще, это обсуждали друг с другом?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Обсуждали, но буквально перекинулись парой фразой, посмеялись и все. Потому что это настолько все… это показуха.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Помните в Москве гей-парад так называемый, когда последний пытались сделать три калеки и два депутата Европарламента? Так вот, никто не говорил о том, что в 18 часов в этот же день в Серебряном бору на пляж было совершено нападение – порядка 30 человек с лозунгами «Бей пи…!» и так далее, что вы говорите про Леонтьева, с бутылками, напали на людей, которые отдыхали на пляже, считая, что там отдыхают геи. Никто об это не сказал, хотя пострадали люди, милиция до самой ночи отлавливала этих бритоголовых, не знаю, кто там был, по всему Серебряному бору, и вот это было. Так вот, я возвращаюсь к тому – вот раздражитель к чему привел. А поводу Ильинского сквера – вы знаете, эта т.н. «Плешка», на самом деле, популярностью пользуется только у 2-3% гей-сообщества. Что такое «Плешка»? Это место, на самом деле, куда не ходят люди встречаться или знакомиться, там часть людей, которые продают себя, и часть людей, которые покупают этих людей.

Ю.НОРКИНА: Ну понятно, это как на Ярославке у нас девочки.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Это как на Ярославке девочки, так там мальчики. Поэтому если гонят, значит гонят. Но по поводу георгиевцев все это смешно. Некая, по-моему, госпожа Романовская, давеча наблюдал по телевидению, ну, некий пиар на этом можно делать всем, наверное. Но на самом деле, вопрос об этой «Плешке»…

А.НОРКИН: А что, если вы об этом парой слов перекинулись, что из событий последних дней, наоборот, вызвало наибольший интерес?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: В общеполитической жизни страны или вообще?

А.НОРКИН: Нет, вот что у вас за последние семь дней произошло такое? Я не знаю, может, кино пошли посмотрели и два дня об этом разговаривали.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Мы уже два месяца разговариваем о покупке новой машины, которая у нас произойдет в августе. Это если личного характера.

Ю.НОРКИНА: Так, а кто на ней вообще ездить-то будет?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Я, конечно.

Ю.НОРКИНА: А что значит «конечно»?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Ну потому что ему уже новую купили.

Ю.НОРКИНА: Ах вот оно что. Понятно.

МАКСИМ КАДЕТОВ: А из событий, я, например, слежу достаточно за политическими новостями. У меня в машине две радиостанции работает. Это «Эхо Москвы» и еще одна, «Сити-FM». Все политические новости не пропускаю. Поэтому достаточно пристально…

А.НОРКИН: А зачем вам нужны политические новости? вы для чего следите за ними?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Но это же интересно, это по нашу жизнь. Надоело слушать всю эту постукаловку на всех развлекухах – Европа, Русское радио – все это бездумно, глупо, каждый день.

А.НОРКИН: А когда слушаешь новости «Эха Москвы», не возникает раздражение, например, часто?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Возникает, но от этого получаешь удовольствие, потому что…

А.НОРКИН: Чернуха, там сплошные ужасы, вы клевещете, нам говорят.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Нет, меня очень многое не устраивает в информационной политике и в неких позициях «Эха Москвы», но тем самым это подогревает мой интерес…

Ю.НОРКИНА: Например? честно.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Ну, ваше лобызание определенных политических лидеров…

Ю.НОРКИНА: Фамилии, явки?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Касьянов, Каспаров и так далее.

Ю.НОРКИНА: Так.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Очень много уделяется внимания.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Очень много уделяется внимания.

Ю.НОРКИНА: Давно их не было.

А.НОРКИН: Подожди-подожди.

МАКСИМ КАДЕТОВ: А потом история с Литвиненко, которую все обсасывали, а у меня она кроме отвращения ничего не вызывает…

А.НОРКИН: Нет, ну это же квинтэссенция политики.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Я вообще не считаю это каким-то событием.

Ю.НОРКИНА: То есть вы считаете, что так приехали просто, облучили кучу людей в Лондоне, свалили, и все?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Я не считаю, что это событие, которое должно обсасываться в течение трех месяцев, после которого еще…

Ю.НОРКИНА: Макс, вам не стыдно за свою Родину, за свою страну?

МАКСИМ КАДЕТОВ: А я не считаю, что здесь есть что-то, что вызывает мой стыд. Именно, если мы говорим именно об истории с Литвиненко, я вообще считаю, что да, это ЧП, которое нужно расследовать органами. Но так вот, на публику выносить, обсасывать.

А.НОРКИН: Я понял. А вообще, вы за границу часто ездите?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Так как я был военным, я был невыездным, я получил только-только паспорт, и вот мы собирались ехать в путешествие по Южной Европе на машине, но так как у меня достаточно активная стадия на работе происходит, мне отказали в этой поездке.

А.НОРКИН: Понятно, тогда просто, бог с ней с заграницей, здесь вот есть ощущение гордости за страну? Вам нравятся какие-то изменения, которые происходят, или наоборот, чего-то не то, надо что-то подправить?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Пусть Даня ответит.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Вы знаете, наверное, плюс – появилась определенная стабильность. Вопрос в том, какая она – плохая или хорошая, но стабильность есть. есть экономический рост. Я лично ощущаю это на себе. То есть доходы за последние семь лет, правление Путина, у меня лично возросли в несколько раз.

А.НОРКИН: Но это от чего произошло, как ты сам считаешь?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Я думаю, что это от совокупности объективных и субъективных факторов.

А.НОРКИН: А вы матерям своим помогаете денежно?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Постоянно. Я вам скажу так – на протяжение как раз семи лет, правильно Даниил сказал, у нас доходы возросли в десятки раз, и каждый бюджет у нас формируется семейный – это вливание зарплат обоих, и дальше распределение идет: платежи за машины, за квартиру, родителям.

А.НОРКИН: Но у вас свободные деньги какие-то остаются или нет?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Конечно. Мы ж ходим отдыхаем, покупаем вещи, едим мороженое, ходим в кино.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Но реально я почувствовал.

А.НОРКИН: Сейчас, я так понимаю, у вас квартира – это самая большая трата, вы ходите в кредит.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Готовимся к принятию такого решения, да.

Ю.НОРКИНА: У вас здесь написано, в графе, что изменилось за последние семь лет – «отсутствие понимания, что будет после 2008 года, и как готовится к этому» — это что значит?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Да, у нас есть некие знакомые, которые достаточно приближены к власти на уровне правительства и чуть выше – они даже не знают, что будет в 2008 году, потому что неразбериха может произойти такая, что многие возьмут свои чемоданы с деньгами и быстро уедут, хотя деньги уже давно там.

Ю.НОРКИНА: А вы понимаете, что вы сейчас говорите?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Да, я понимаю, что я сейчас говорю. Но я ж не называю фамилий.

Ю.НОРКИНА: А как Путин на это смотрит? Его все так любят, вся страна говорит «Пу-тин, Пу-тин!»

МАКСИМ КАДЕТОВ: Вы знаете, вот Андрей говори о гордости. Когда я стоял на приеме в Кремле у Владимира Владимировича, я испытывал такую гордость за себя, за страну, и когда все кричали «Верховному главнокомандующему Гип-гип-ура»…

А.НОРКИН: А что ж, ты не понимал, что пройдет 2-3 месяца, ты получишь лейтенантские, выйдешь и будешь получать вот эти копейки?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Я понимал, но я думал, что со временем что-то изменится. Прослужил два года, и оно не изменилось, а стало хуже.

А.НОРКИН: А, все, я просто не понял.

Ю.НОРКИНА: А что такое «чуть-чуть выше правительства»? на смсочку пришло.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Чуть-чуть выше правительства – это уже ближе к аппарату президента.

Ю.НОРКИНА: Это окружение президента, дорогие мои радиослушатели.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Но давайте мы что разделим – если мы говорим об этих людях, это не значит, что они придерживаются…

Ю.НОРКИНА: Так, Макс, то есть вы считаете, что если эти люди геи, это плохо, и говорить об этом нельзя?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Нет, я считаю, что люди сами заявляют о своей ориентации, а я здесь говорю только о должностях. Я не говорю об их ориентации.

Ю.НОРКИНА: Нет, но мне-то, собственно, наплевать, какой ориентации. Если он человек, который выполняет свое дело четко и специалист в этой области, то это абсолютно не имеет никакого значения. Вы разве не так думаете? Ребят, вы в другой стране. Если вы ратуете за толерантность, за отношение к себе, ну так будьте сами тогда толерантны и смелы в своем высказывании. Я не говорю, что вы пропагандируйте, что это любовь лучше, чем иная любовь, но уж вы тогда говорите, что да, есть люди абсолютно нормальные, которые выполняют… да, и в окружении президента. И в этом нет ничего ужасного.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Люди такие есть везде.

Ю.НОРКИНА: Я так понимаю?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Да, абсолютно.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Конечно.

Ю.НОРКИНА: Мне хотелось бы, чтобы вы были смелее в своих высказываниях.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Контекст такой, но когда я говорил, я говорил именно о должностях. Неважно, а дальше все, что вы сказали. Подтекст такой.

А.НОРКИН: «Опять у вас мажоры и оптимисты». Ну так, уважаемые пессимисты, вы пришлите заявку — + 7 985 970 4545.

Ю.НОРКИНА: Мы вместе с вами поплачем.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Вот вы знаете, слушателям хочу сказать – это абсолютно реально. Наш приход сюда достаточно долго формировался в нашем понимании, потому что Даня вообще был против изначально…

Ю.НОРКИНА: А почему, Дань?

А.НОРКИН: Да, дураковаляние все это.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Это я принял решение, а потом пришлось его уговаривать.

А.НОРКИН: Серж из Саратова: «Я не против самих геев, мне просто не нравится это воинственный нездоровый апофеоз – гей-парады, выступления в СМИ и так далее. Зачем выставлять свою личную жизнь напоказ?» Серж из Саратова, ребята, собственно, об этом говорили, насколько я понимаю.

Ю.НОРКИНА: Если б вы видели, сколько вопросов по смс пришло, вы бы не задавали такие вопросы.

А.НОРКИН: По-другому я сейчас спрошу – пропаганда пропагандой, это у нас такой, советский, мне кажется, какой-то след. Есть еще одно мнение – что вот гомосексуализм это модно. Это как бы прерогатива большого города, где это некая примета успеха жизненного.

Ю.НОРКИНА: Есть-есть такое, есть.

А.НОРКИН: И поэтому эта гламурная штука ребят затягивает туда. Как вы к этой точке зрения относитесь?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ:Я считаю, что это неправильно. Что такое модно? Если человеку нравятся девчонки, он будет спать с девчонками. Если человеку нравятся парни, он будет спать с парнями.

А.НОРКИН: Тут даже вопрос не кто с кем спит и занимается сексом, а именно, я так понимаю, что это имеет отношение как раз…

МАКСИМ КАДЕТОВ: к имиджу?

Ю.НОРКИНА: Да, к тому, чтобы устроиться в жизни лучше, успешнее.

МАКСИМ КАДЕТОВ: А как можно лучше устроиться в жизни?

Ю.НОРКИНА: Ну, в шоу-бизнесе, например, считают, что если продюсеру нравятся мальчики, то мальчики становятся геями. То есть они были натуралами, становятся геями.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Это очередное, на самом деле, заблуждение.

Ю.НОРКИНА: Это миф, да?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Это абсолютный миф. Более того, в бизнесе и в делах это никоим образом не помогает.

Ю.НОРКИНА: Андрюшка, хватит, я хочу им вопрос задать, а ты начинаешь… извините, Максим.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Да, это не помогает. И давайте мы отрежем, и на этом этот вопрос закроем, это не передается рукопожатием, это не передается посмотренным фильмом.

Ю.НОРКИНА: То есть вы такие родились, вы хотите сказать?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Я думаю, что природа сама распределяет некие субкультуры во всем человечестве, потому что это было изначально, и если человек не предрасположен к этому, этого не будет. И никакие фильмы, гей-парады и еще что-то, не проявляют это у человека.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Пропаганда человека с его ориентацией, которая заложена у него в мозгу…

МАКСИМ КАДЕТОВ: Ведь есть какие-то гей-посылы даже в животном мире. Это есть. это биологи доказали. Это же не значит, что собака посмотрела гей-парад и пошла к другой собаке. Это такой примитивный пример, но он на самом деле…

Ю.НОРКИНА: Кобель к кобелю.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Да, поэтому с природой спорить бесполезно.

Ю.НОРКИНА: «Такие хорошие мальчики, мне бы такого. Вам точно девочки не нравятся?» — Оля спрашивает.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Этот вопрос встанет, когда нам нудно будет рожать детей.

Ю.НОРКИНА: То есть вы усыновлять все-таки не решитесь?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Нет, мы хотим своего.

Ю.НОРКИНА: Вы хотите суррогатную маму, да, искать?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Да, то есть это должны быть свои дети, и их будет двое – один от Дани, один мой.

Ю.НОРКИНА: То есть даже двоих вы хотите?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Да, не нужно думать, что если папа гей, то и сын обязательно.

А.НОРКИН: «Ну, Норкины, давайте теперь девчонок! Серж из Саратова».

Ю.НОРКИНА: Дадим.

А.НОРКИН: Хорошо. Так, что у нас со временем? У нас остается буквально 10 минут. Потерял я этот вопрос на сайте. «Никогда не возникало желания уехать из страны?»

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Лично у меня такого желания не возникало никогда. Зачем уезжать из страны? Уезд из страны порождает еще большую массу проблем.

А.НОРКИН: А, вот я нашел – Александр, менеджер: «Не думали ли вы о том, чтобы уехать за рубеж, где многие проблемы, с которыми здесь вам приходится героически бороться, там уже решены?»

МАКСИМ КАДЕТОВ: Это миф очередной. Там такие же проблемы абсолютно. Мы говорим если в обобщенном плане. Если какие-то конкретные случаи, в каких-то странах либеральнее. Но уезжать не собираемся. Не дождетесь.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: У нас одна проблема, которую я высказывал. Это изменение законодательства на уровне организации в рамках какого-то союза. Других проблем я на себе не испытываю.

А.НОРКИН: Вы считаете, что в обозримом будущем у нас в стране могут быть приняты какие-то законы?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Нет, но надеемся.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Это будет здорово. Мы не выйдем с флагами на Тверскую, чтоб за это ратовать, но будем ждать, что это когда-нибудь случится. Но при этом нужно учитывать определенные интересы большинства.

А.НОРКИН: Максим, ну скажи мне, пожалуйста, а не гнетет эта необходимость, как ты говорил, надевать маски на себя каждый день, и тем более, что ты даже вынужден придумывать объяснения для своих родных?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Очень гнетет, двойная жизнь…

А.НОРКИН: Вот ты не боишься, что рано или поздно это всплывет?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Двойная жизнь достаточно сложная, и для психики это большая нагрузка, но нужно сказать, что другого выхода нету. Знаете, ниточка сколько ни вейся, а конец придет. Если придет, значит, придется, как Даня, матери сказать, собственно говоря. Что касается работы, то нет.

А.НОРКИН: «У ваших гостей хороший литературный язык, хорошо разбираются в гей-культуре. Почему они такие индифферентные в политике?».

Ю.НОРКИНА: Инфантильны.

А.НОРКИН: Да, «так индифферентно отзываться о деле Литвиненко — это политическая слепота». Вот вам замечание.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Никто не претендует на большую политическую грамотность.

Ю.НОРКИНА: Понятно. Я тут еще отметила для себя, что изменилось за последние семь лет – «убийство политических деятелей», вы написали, «и журналистов – создается впечатление возврата в 90-е годы. Хотя нам было по 10-12 лет…»

МАКСИМ КАДЕТОВ: Я не считаю Литвиненко ни политическим деятелем, ни журналистом, никаким другим человеком, который сделал для России что-то.

Ю.НОРКИНА: А чье убийство из журналистов вас больше всего поразило?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Анны Политковской очень поразило. Есть свои личные мотивы, но не хотел бы…

Ю.НОРКИНА: А вы бывший военный, Максим, — вы как к ней относились и продолжаете относиться?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Я читал, всегда читал статьи, по роду свое профессиональной деятельности. Вот точка, не буду дальше. И у меня было к ней особенное теплое отношение.

Ю.НОРКИНА: То есть вы считаете, что в большинстве своем Аня была права? Вы как человек, который находился внутри.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Я считаю, что она высказывала мнение, которое нужно обществу, потому что кроме нее этого никто не делал.

Ю.НОРКИНА: И сейчас уже никто не делает?

МАКСИМ КАДЕТОВ: К сожалению. Даже «Эхо Москвы» постепенно свои острые зубы стачивает.

Ю.НОРКИНА: Кладет на полку.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Не знаю.

А.НОРКИН: А что надо?

Ю.НОРКИНА: Да, вот что надо? Норкин спрашивает. Все-таки острее.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Вот мы говорили о политической пассивности и инфантильности – это мнение Дани. У меня несколько иное мнение, но так как возникает такое мнение, что я несколько забираю у него активность.

Ю.НОРКИНА: Глава семьи, здесь вот спрашивают – кто глава семьи? – мы уже поняли

А.НОРКИН: Да, Валерий спрашивает.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Смотря по каким вопросам. Наша семья ничем не отличается в быту от обычной семьи.

Ю.НОРКИНА: Ну кто решает все?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Куда тратить деньги, решает Даня.

А.НОРКИН: Поэтому он и молчит все время.

Ю.НОРКИНА: На шоппинг, я так понимаю. Здесь написано – «зарабатывание денег с последующей тратой, шоппинг». Кто писал-то? Макс?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Это я писал, каюсь. Я сидел за компьютером, крикнул в комнату «Какие у тебя интересы?», на что он ответил «Никаких интересов, вот деньги зарабатываю и трачу». Я говорю – хорошо, так и напишу.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Ответ очень простой – люди приезжают в Москву, и я приехал в Москву, в том числе затем, чтобы зарабатывать и удовлетворять свои материальные потребности. Москва занимается бизнесом. Нельзя по-другому – либо ты живешь и работаешь, как волк, либо ты будешь съеден.

Ю.НОРКИНА: Ну-ка скажите мне, кого больше хочется – мальчика или девочку? Или и того и другого?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Ребенка хочу красивого, парня. Да, чтоб был сын.

Ю.НОРКИНА: Это Данечка, а Макс?

МАКСИМ КАДЕТОВ:А я, наверное, хочу девочку.

А.НОРКИН: Так, обещанное – про то, что стачивает зубы «Эхо Москвы»-то. Мне ж интересно.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Да, вы знаете, я очень давно слушаю «Эхо Москвы», и часто дозванивался на передачи, даже что-то выигрывал, книги. Правда, не приехал за ними. И у меня всегда складывалось впечатление, что после закрытия НТВ и последующих историй с телеканалами всеми, «Эхо Москвы» — единственное из электронных, звуковых медиа осталось со своей позицией. Я даже удивлялся, как им такое разрешают, если честно, потому что «Эхо Москвы»…

Ю.НОРКИНА: А все до сих пор удивляются.

МАКСИМ КАДЕТОВ: «Эхо Москвы» входит в «Газпром-Медиа» со всеми вытекающими последствиями. Даже я один раз такой вопрос Венедиктову задал, по телефону или по смс, не помню. Он ответил, что «Газпром-Медиа» не вмешивается политику редакции.

А.НОРКИН: Ну да. «Как вы будете себя позиционировать перед детьми? Будете ли скрывать свою ориентацию?»

Ю.НОРКИНА: Как им жить? Вот в школе, вы представляете?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Сложный вопрос – пусть Даня ответит.

А.НОРКИН: Сразу, раз признали главой семьи…

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Честно, вопрос, что называется, на засыпку. Не думали об этом. Наверное, потому что еще далеко. Вот сейчас мы не собираемся заводить детей. Потому что, во-первых, нет желания. То есть у меня еще нет такого отцовского инстинкта, я не хочу, чтобы у меня был сейчас сын. Возможно, это появится к 30 годам или чуть далее.

Ю.НОРКИНА: Я напомню, ребятам по 25 лет.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Как я скажу об этом своему ребенку – я думаю, если он сам у меня спросит, я ему об этом отвечу. У ребенка будет мать. То есть он не будет жить только со мной, с нами.

Ю.НОРКИНА: А, то есть эта суррогатная мать, она…

(говорят все вместе)

А.НОРКИН: То есть получается, ну, может, грубая аналогия, но как бы семья в разводе, да?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Ну наверное да.

А.НОРКИН: Что-то такое получается – что есть папа, есть мама, но живут отдельно.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Ну а я буду «дядя Максим» для него.

А.НОРКИН: Нет, но это, опять же, бесконечно не сможет продолжаться.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Это очень сложный вопрос.

Ю.НОРКИНА: А вам не кажется, что было бы проще и честнее, наверное, сказать, что «Ребят, есть и такие семьи».

А.НОРКИН: Нет, но тогда есть другой вопрос – в каком возрасте это ребенку говорить и каким образом?

Ю.НОРКИНА: Просто люди любят друг друга, и вот могут две женщины любить, могут…

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Просто могут знаете чему подвергнуть ребенка? Неким оскорблением на бытовом уровне, в школе…

Ю.НОРКИНА: Вы это пережили?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Нет.

Ю.НОРКИНА: То есть вы скрываетесь настолько, что вы прессинг в такой мере не чувствуете.

МАКСИМ КАДЕТОВ: О нас знают только близкие друзья, которые сами…

Ю.НОРКИНА: Ну я понимаю – в школе подойдут и скажут «Слушай, у тебя родители-то пидоры, у тебя матери нет, и ты грязный тоже пидор».

А.НОРКИН: Норкина, дети еще слушают!

Ю.НОРКИНА: Ой!

А.НОРКИН: «Это дядя Билл и тетя Джек, миссис Даутфайер».

Ю.НОРКИНА: Да-да, точно, помним такое дело. Но на самом деле, есть прекрасные фильмы, где Рупер Тэверот играет, если вы помните…

А.НОРКИН: С Мадонной, что ли?

Ю.НОРКИНА: и с Мадонной и есть фильмы, где…

А.НОРКИН: Но таи очень грустный фильм.

Ю.НОРКИНА: Грустное кино, но все-таки оно, наверное, учит нас тоже любви и пониманию и терпимости.

А.НОРКИН: Хорошо, у нас осталось две минуты.

Ю.НОРКИНА: Про Путина.

А.НОРКИН: Да, про Путина. Значит, за что вы можете сказать спасибо президенту вот за это время, что он находится у руководства страны, а что, наоборот, вы бы как ошибку его расценили?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Пусть Даня скажет первый.

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: знаете, что объективно сделал Путин для страны, это то, что он предотвратил эти вот разлагающие поползновения, которые были в стране к моменту его прихода. Он, наверное, может даже, в некотором понимании приостановил распад страны как единого государства. И еще положительный момент – все-таки это стабильность. Сейчас появилась экономическая стабильность. Хотя, конечно, отдельный вопрос – за счет чего это произошло, но факт тот, что эта стабильность есть. Я считаю, что в целом доходы населения растут.

А.НОРКИН: Ну а минус, если говорить?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Минус… при Путине какая-то стала безальтернативность в политике, в СМИ…

Ю.НОРКИНА: Нет выбора?

А.НОРКИН: То есть, с одной стороны, стабильность – тебе вроде как хорошо и нравится, а с другой стороны, чего-то не хватает, да?

ДАНИИЛ КАДЕТОВ: Да.

МАКСИМ КАДЕТОВ: Я бы в первую очередь сказал бы слова благодарности не Владимиру Владимировичу, ему я тоже скажу, а покойному Борису Николаевичу. Это именно тот человек, который дал нам свободу. Нам, геям. И вы знаете, недавно, во время его похорон мы, к сожалению, были в разных городах, я когда вернулся, я в Интернете посмотрел запись церемонии – вы знаете, у меня слезы лились просто ручьями. То есть настолько этот человек мне был близок.

А.НОРКИН: То есть это как личная потеря воспринималось?

МАКСИМ КАДЕТОВ: Это как личное. А Владимиру Владимировичу, действительно, спасибо за стабильность. Не спасибо, в первую очередь, за армию, потому что это мне близкое. Не спасибо, что он дает возможность таким, как георгиевцы, вылезать наружу. И убедительная просьба – чтобы после 2008 года стабильность все-таки осталась.

А.НОРКИН: Ну что ж, спасибо вам большое. Кадетовы – Максим и Данила – были в наше эфире.

Ю.НОРКИНА: Постарайтесь сохранить свои чувства, и дай вам бог всего-всего-всего, чего вы захотите. Спасибо вам, дорогие друзья. Это была действительно еще одна «Семья времен Владимира Путина – 2», которую вели Юлия и Андрей Норкины.

А.НОРКИН: А я еще раз напоминаю — + 7 985 970 4545 – пожалуйста, если кто хочет принимать участие в этой программе, присылайте свои заявки. Особенно господа пессимисты, кому Путин не нравится. О то что-то у нас постоянно обвиняют в том, что мы прославляем…

Ю.НОРКИНА: Присылайте все, кому хочется, — нравится, не нравится, присылайте. И приходите.

В. Все, спасибо вам. Всего доброго. На «Эхе» через несколько секунд очередной информационный выпуск.



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире