'Вопросы к интервью
Н.БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте, вы нас слушаете в эфире «Эхо Москвы», смотрите эфир телеканала RTVi, программа «Народ против», я Нателла Болтянская, наш гость — Андрей Шаронов, — заместитель мэра Москвы в правительстве Москвы по вопросам экономической политики.

Плюс наши уважаемые корреспонденты, которые вам будут задавать неудобные вопросы. Но прежде — две минуты доложить о достигнутых успехах.

А.ШАРОНОВ: Можно сидя? Поскольку вопрос мне задали за несколько минут, попытался собраться с мыслями. Назову не личные успехи, а успехи, которые связаны с деятельностью в экономическом блоке. Мы сделали новый бюджет, впервые на три года, а не на один год, сгруппировали расходы по программам, это позволяет лучше контролировать расходование и смысл этого расходования. Если в прошлом году в программу группировалось 18% расходов, то в этом году, предстоящем, будет 80% расходов в смысловые программы. Упомянул бы обязательно продажу активов — когда говорят о борьбе с коррупцией, мне кажется, что приватизация и продажа активов один из самых эффективных способов борьбы с коррупцией. Потому что проще всего воровать через ГУПы и подведомственные предприятия — это порождает соблазн и возможности. И приватизация не только возможность дополнительно получить деньги в бюджет, но это и снижение вмешательства в рыночные сегменты, возможность прихода предпринимателей частных в этот сектор, снижение коррупционных рисков тоже.

То пересмотр программы – город в течение последних 8 месяцев работает над всеми городскими программами, их будет 17, они делаются на пять лет и это тоже важная задача всех направлений – мы, как экономический блок сводим это и надеемся, что это будет в некотором смысле новое лицо программы города.

Начата работа по стратегии, надеюсь, что она будет отличаться от традиционных продуктов, которые выражаются просто в отчетах, она будет реальным целеполаганием для города, и что важно, это не продукт экспертов, членов правительства, это должен быть продукт многочисленных городских групп — гражданского общества, профессиональных сообществ, и этот процесс уже начался – это открытая дискуссия, мы обсуждаем, каким должен быть город до 25-года – в этом должны участвовать если не все, то многие, кто живет в городе.

Тема закупок — мне кажется, что тоже есть определенные результаты, связанные с повышением конкуренции при поставке товаров, работ и услуг, ряд технологических мер, которые снижают риски, в том числе, коррупционные и недобросовестной конкуренции. Закрыли много разных проектов, которые финансировались из бюджета – считаю, что это тоже хороший шаг — которые не давали ничего городу. Идет работа по пересмотру инвестиционных контрактов – примерно 850 мы посмотрели из 1400 – они разные, как правило, сложные, их нельзя покрасить одним цветом и думаю, они еще большое время займут у нас для того, чтобы либо завершить их, либо расторгнуть, либо через суд закончить наши отношения с инвестором – к сожалению, то тяжелый и запутанный вопрос. Серьезно сократили численность, объединили два департамента в один, уменьшив численность в два раза — с этой точки зрения, управления, пытаемся придать больше смысла и прозрачности. Вы знаете эпопею с ларьками — сейчас впервые проведены аукционы на то, чтобы разыграть право на торговлю на три года, которые показывает реальную цену, которую бизнес готов платить за места, и мы видим, где и какая экономика – сколько она в хлебе, в центральном округе, возле метро, — это меняет наше представление о том, что это такое.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Слово нашим корреспондентом.

А.ГРЕБНЕВА: Вы сейчас много красивых слов сказали, но я не услышала конкретики – цифры, выраженной в рублях или долларах – скоро мы отметим год, как новая власть в Москве. Вы человек новый в Мэрии, хотелось бы, чтобы вы на конкретном примере доказали, что власть во главе с Собяниным в Москве работает эффективнее, чем власть во главе с Лужковым. Со стороны жителям города кажется, что просто сменился собственник и фамилия мэра, а по сути ничего не изменилось.

А.ШАРОНОВ: Если вы хотите цифр — начну с тех цифр, которые были выручены за продажу активов — в частности, Банк Москвы, доля в «Сибирь-Энерджи» – это большие деньги для бюджета, уход из конкурентных секторов, программа приватизация, которая до 13-го года предполагает продать практически все активы в конкурентных секторах и уйти из них, не толкаться как слон в посудной лавке. И часть активов уже подготовлены к продаже, помимо тех двух больших, о которых я сказал. Это реальное сокращение численности управленческого персонала, пересмотр сети.

А.ГРЕБНЕВА: От продажи Банка Москвы сколько получил бюджет города?

А.ШАРОНОВ: 103 млрд рублей.

И.ЗЕМЛЕР: А правительство Москвы продолжает следить за судьбой денег, размещенных в банке – все-таки это деньги всех московских пенсионеров.

А.ШАРОНОВ: Конечно. НО свободные деньги бюджета размещаются не только в Банке Москвы, существует процедура отбора высококлассных финансовых организаций, в которые попадает еще крупнейшие финансовые институты страны, и эти деньги распределяются в нескольких организациях, если речь идет о депозитах. Конечно, нас интересует финансовая устойчивость, мы смотрим на мнение ЦБ, рейтинговые агентства и не прекращаем наши отношения с Банком Москвы, даже перестав быть его акционером, поскольку банк работает с городом традиционно во многих секторах, и мы собираемся продолжать наши отношения.

А.ГРЕБНЕВА: Я не понимаю, что конкретно изменилось? Единственное, что мы видим на улицах – когда асфальт меняют на тротуарную плитку. Кстати, сколько в бюджете на это заложено, и будет ли заложено на следующий год

А.ШАРОНОВ: К сожалению, или счастью, я плиткой не занимаюсь, поэтому вам придется дождаться другого вице-мэра, ну а большое количество заездных карманов, полосы, выделенные для общественного транспорта – в этом году их будет около 30 км, а на будущий год хотим иметь 300, чтобы общественный транспорт был приоритетом, стал удобным и престижным, транспортно-пересадочные узлы, открытые парковки уже на несколько десятков тысяч машин сделали плоскостные сооружения, заездные карманы, повышающие пропускную способность улиц, отремонтировано в две трети дворов, значительная доля подъездов, это происходит первый раз за 15-20 лет по многим районам.

И.ЗЕМЛЕР: Вам не удастся просто так плитку спихнуть на других вице-мэров. Есть раздел вашей зоны ответственности, — был ли конкурс на то, кто будет поставлять плитку, проводить работы по ее укладке?

А.ШАРОНОВ: Был даже не конкурс, а аукцион — все работы разыгрываются на аукционе, и все подрядчики — поставщики материалов, производители работ были отобраны на аукционе.

И.ЗЕМЛЕР: Будет ли с них взыскана неустойка за неграмотно уложенную плитку?

А.ШАРОНОВ: да, это уже было сделано. Кстати, когда говорил о закупках, — при Собянине более чем в 10 раз увеличился объем претензионной работы по некачественному завершению контрактов с городом. К сожалению, часто подрядчики легко расставались с городом, — контракт не выполнен, деньги затрачены, а заказчик не идет в суд, чтобы взыскать либо штраф, либо всю сумму контракта с подрядчика. После того, как несколько человек было уволено на уровне подведомственных предприятий, отдельных уровней управления, ситуация изменилась более чем в 10 раз, исков стало довольно много.

А.СОЛОМИН: Скажите. В аукционе было больше одного участника?

А.ШАРОНОВ: да, больше. Конечно, я покривлю душой, если скажу, что мы счастливы от аукционов. К сожалению, у нас есть энное количество аукционов, где при большом количестве участников — 13-15, мы имеем ситуацию, очень похожую на сговор, потому что при таком количестве участников делается всего одна заявка и стартовая цена снижается на полпроцента. Но могу сказать, что это было предметом специальных разбирательств, мы работали, с одной стороны, с подрядчиками и электронными площадками, где возможна утечка информации – сейчас серьезно уменьшилось количество таких злоупотреблений, но оно не исчезло. И это вопрос времени и техники – наши оппоненты придумывают новые способы, мы пытаемся выстроить правовые и технические механизмы, чтобы избежать таких вещей.

О.ЧИЖ: Вы затронули вопрос о непрофильных активах и их продаже. А простые москвичи почувствуют выгоду от этого?

А.ШАРОНОВ: Программа приватизации предполагает, что будет выручено порядка 200 млрд рублей. Конечно, это будет частью доходов бюджета, другое дело, что эти деньги не меченные, они поступают в общую доходную часть и расходуются согласно закону о бюджете, что это реально позволяет нам — сократить или избежать заимствований. В будущем году мы не будем заимствовать, потому что выручили гораздо больше ожиданий за приватизированные объекты, сэкономили по отдельным видам расходов. Мы, к сожалению, недовыполнили часть инвестиционной программы, но это позволяет нам выйти с хорошими остатками и иметь фактически профинансированный бюджет без дефицита.

И.ЗЕМЛЕР: 200 млрд рублей с чем сопоставимо, с какой статьей расходов городского бюджета?

А.ШАРОНОВ: Вся расходная часть бюджета в этом году чуть меньше одного триллиона 500 млрд рублей — полтора триллиона рублей, соответственно, 200 миллиардов — одна седьмая часть от всего бюджета, сопоставимая сумма порядка 260 млрд идет на транспортное строительство.

А.ГРЕБНЕВА: Бюджет на этот год дефицитный, и данные на сайте правительства — там дефицит 143 млрд, то есть вы полностью его не перекрываете. Но вы сказали, что удастся сделать бездефицитным – то в следующем году?

А.ШАРОНОВ: нет, он будет дефицитным и на будущий год. Согласно закону о бюджете размер дефицита на будущий год будет более 250 млрд рублей, но по бюджетному кодексу существуют определенные источники, из которых можно покрывать дефицит – в частности, это доходы от приватизации, — нам этих источников достаточно, мы не будем занимать на рынке, что такое дефицит — он предполагает наличие источников, которые вы покрываете. У нас, в наших возможностях, в переходящих доходах от приватизации, такие источники имеются. Мы собственными средствами покрываем дефицит в будущем году без внешних заимствований. В 13-14 гг. мы планируем заимствования, не видим в этом никакой проблемы. Объясняется это тем, что большой объем дорожного строительства почувствуется с точки зрения расходов в 12, особенно в 13-14 гг., потому что сейчас многие объекты находятся в завершающей стадии проектирования и реальные деньги на их строительство пойдут в 13-14 гг. – нам придется занимать, но это будет абсолютно управляемый дефицит с понятными источниками финансирования и в пределах тех стандартов, которые устанавливается Минфином для региональных бюджетов

А.ГРЕБНЕВА: Где будете заимствовать?

А.ШАРОНОВ: Существуют разные возможности – это и банковский кредит, облигации на фондовом рынке — будем использовать те варианты, которые будут выгодны для города. Город имел очень хорошую историю по облигациям – занимал относительно дешево, и стоимость этих облигаций, кривая доходности облигаций была эталоном для всех муниципальных облигаций в РФ. Имея такую кредитную историю, думаю, что мы легко выйдем на рынок заимствований, но это не тема 2012 г.

И.ЗЕМЛЕР: Чтобы не уходить от продажи активов – мы помним послание президента, предложившего расставаться с заводами и фабриками, а заодно и со СМИ — что планирует правительство Москвы делать с телеканалом ТВЦ, как непрофильным активом, на мой взгляд?

А.ШАРОНОВ: Пока мы будем работать с этим телеканалом – не скажу сейчас, что мы предполагаем делать с ним в ближайшее время.

И.ЗЕМЛЕР: Не собираетесь расставаться с этим активом?

А.ШАРОНОВ: В ближайшее время — нет.

А.ГРЕБНЕВА: А как же ваши слова, что все активы, не связанные с госфункциями города, должны быть распроданы?

А.ШАРОНОВ: думаю, что это будет, я не отказываюсь от своих слов, думаю, это вопрос времени.

А.ГАВРИЛОВ: Многих волнует ситуация на старейшем российском заводе ЗИЛ – вы говорите, что продукция ЗИЛа не дает ему перспектив. В то же время столичные власти для спасения завода решили предоставить 2 млрд рублей. Как слова можно сопоставить с действиями властей?

А.ШАРОНОВ: Очень просто. Объясню в несколько приемов. Стоящий, неработающий завод генерирует больше убытков, чем завод, который выпускает устаревшую продукцию, но на которую есть определенный спрос. Мы столкнулись с тем, что ЗИЛ задолжал по заказам — это коммунальная техника на шасси большого автомобиля и среднетоннажного, и город пошел на то, чтобы профинансировать через дочерние предприятия возобновление этой деятельности, что приводит к снижению убытков. Это не подарок, а коммерческий кредит, который предоставлен ЗИЛу на платной возвратной основе. Это означает, что мы, с одной стороны, уменьшили объем потерь, которые ЗИЛ генерирует в связи со своей огромной территорией, которую надо отапливать, дали возможность трудовому коллективу вернуться на полную рабочую неделю и зарабатывать реальные деньги, дали возможность ЗИЛу выполнит обязательства по контрактов, которые у него были заключены, и это время должно быть использовано, с одной стороны, на работу со стратегическими инвесторами, а с другой стороны – на высвобождение территории. Речь идет о том, что автомобильное, или даже так — машиностроительное производство должно стянуться примерно на одну пятую часть нынешней территории. Остальные четыре пятых территории — это 300 га в 6 километрах от Кремля, на берегу реки — остальная часть с территории должна будет использоваться, и как мы полагаем, не для жилой или офисной застройки, а с сохранением промышленного назначения. То есть, мы видим эту территорию не тотально, но как территорию промышленного назначения, которая будет давать рабочие места для близлежащих районов, что это будет, я сейчас сказать не готов. По ЗИЛу была начата работа примерно с 20 инвесторами, глобальными игроками на рынке производства автомобильной техники разных форматах. Сейчас мы имеем шорт-лист примерно из трех, которые продолжают проявлять интерес и более четко формулируют свои ожидания, а мы свои, как мы видим потенциальное сотрудничество. Параллельно думаем о том, что делать на оставшихся четырех пятых территории.

А.ГОЛУБЕВ: Что касается продажи нежилых помещений – если прежние власти сдавали эти помещения, имели постоянный стабильный доход, то вы решили их продать все сразу, и это походит на действия временщиков, простите за аналогию, — получается, что после вас хоть потоп?

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Делаем небольшой перерыв на новости на этой оптимистической ноте.

НОВОСТИ

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Продолжаем программу, наш гость – Андрей Шаронов. До новостей Алексей Голубев спросил вас, не временщик ли вы.

А.ШАРОНОВ: да, удар под дых. Сначала с экономической теории – если говорить о продаже актива, то его цена определяется как дисконтированная сумма всех денежных потоков, которую он генерит в своей жизни. Если вы как временщик решите продать помещение, то для того, чтобы определить его цену, вы посчитаете, сколько это помещение вам сгенерит дохода и это будет стартовой ценой. То несть, вы меняете денежный поток на разовый платеж. В этом отношении это равные вещи, с учетом дисконтирования. Поэтому здесь речь не идет о том, что мы теряем городские деньги. Второй момент — речь идет о продаже только того имущества, которое не связано с исполнением функций города. Город это не риэлтерское агентство, которое предоставляет помещения в аренду. Если оно это делает, оно делает это только в связи с исполнением своих нужды, например, предоставляя помещения в аренду для городских служб, которые оказывают услуги населению или выполняют властные функции. Если это имущество не требуется городом, его нужно продавать выгодно, исходя из такой экономической оценки -= я не вижу здесь никаких аналогий с временщиками.

А.СОЛОМИН: Вопрос не столько про непрофильные активы, сколько про внешние расходы. Известно, что Москва отказывается от программ финансирования Черноморского флота. Хотел спросить, это экономическое решение, или политическое – известно, как Лужков относился к этим программам.

А.ШАРОНОВ: С одной стороны, конечно, это не являемая функцией ни муниципалитета, ни субъекта РФ, с другой стороны, поскольку в этой программе имеется большой гуманитарный аспект, потому что часть денег шла на социальные выплаты населению, в том числе, малоимущим, пенсионерам, ветеранам военной службы, которые служили на Российском Черноморском флоте, это важный момент, и мы эту часть платежей сохраним. Это рассматривалось. Но еще раз повторяю, что принцип, который господствует – мы должны смотреть на все наши обязательства с точки зрения законодательства, которым должна руководствоваться субъект федерации. Если это не является нашими расходными обязательствами, если это вообще не перечислено в видах деятельности, которыми мы можем заниматься, население вправе спросить, зачем мы это делаем.

А.СОЛОМИН: Я был в Севастополе, на крейсере «Москва», который не случайно так называется, и фотография Собянина там висит, но отношение к нему в связи с этими событиями весьма настороженное.

А.ШАРОНОВ: Думаю, что это важная тема, но все-таки важнее отношение населения Москвы к Собянину, а не только крейсера. Как он будет выполнять обязанности мэра.

О.ЧИЖ: В продолжение темы внешней помощи – в 2009-2010 г. на средства Москвы в Цхинвали был построен микрорайон. Сейчас материальная поддержка Южной Осетии существует?

А.ШАРОНОВ: К сожалению, я не отвечу вам конкретно по этому объекту, скажу, что политика состоит в том, чтобы плавно и корректно завершать выполнение взятых на себя обязательств и не брать новых.

О.ЧИЖ: В какие сроки?:

А.ШАРОНОВ: Это зависит от состояния этих объектов.

А.СОЛОМИН: Еще одну крупную тему хотел начать – расширение границ Москвы. Решение, которое нам было спущено сверху, это предложил Медведев. После того, как он предложил, вы успели придумать, зачем Москве это нужно?

А.ШАРОНОВ: Успели. Здесь есть несколько плюсов, думаю, что ни одно решение не является абсолютно положительным или отрицательным, но если говорить о плюсах, то это попытка создать новые центры притяжения для инвесторов – чтобы они не толкались по поводу точечных уплотняющих застроек, а имели пространство, где можно было бы реализовывать привлекательные с коммерческой точки зрения проекта. Почему они раньше там не строили – потому что туда не собирались президент и премьер-министр, не было такого центра притяжения деловой активности для людей, которые предъявляют большой спрос на услуги и товары. Идея перемещения административной государственной политической власти страны и города на вновь выделенные территории, присоединяемые к Москве, как раз такой центр притяжения создает для инвесторов, порождает некую полицентричность Москвы — не буду объяснять последствия этого. У нас в центральном округе 50% рабочих мест всего города Москвы, а живет в округе менее 10% населения, не считая пришлого, которое работает в Москве и приезжает из-за пределов МКАД, инее только из Московской области. Создание новых мест приложения труда это как раз попытка рассосать исторически сложившуюся проблему. Означает ли это, что это не потребует расходов – безусловно, потребует — на развитие инфраструктуры. Цифру я вам сейчас назвать не могу, потому что сейчас даже нет никакого концептуального плана, что будет строиться.

А.СОЛОМИН: В газете «Ведомости» появилась цифра, которую назвали эксперты «Справедливой России», — понятно, что сейчас предвыборная борьба, но, тем не менее — 10 триллионов рублей. Насколько это сопоставимая цифра с действительностью? Это все-таки годовой бюджет государства — 10 триллионов.

А.ШАРОНОВ: Близко к этому. Но что такое 10 триллионов? Это расходы 50 лет, 5, на 100 га, на 160 тысяч, которые присоединяются? Это расходы государства на инфраструктуру, или частных инвесторов на создание частных объектов? Это очень некорректная с точки зрения экономического смысла цифра. Пока нет плана говорить о расходах их этапности. Это может стоить даже не 10, а 100 триллионов, но это будет программа на 100 лет. Москва в нынешних границах строилась 863 года.

А.ГРЕБНЕВА: Надеюсь, этот план у вас появится не через 860 лет, потому что для меня удивительно – субъекты объединяются, а вы говорите, что нет плана и нет денег, и общие слова про инвесторов. У вас хоть какие-то контракты заключены? Наверное, чтобы вы знали, что у вас появится через 10 лет, у вас уже есть какие-то контракты?

А.ШАРОНОВ: Огорчу вас – нет, человек, который раньше общался с инвесторами – они не полные идиоты.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Что радует.

А.ГРЕБНЕВА: Видимо, мы здесь такие.

А.ШАРОНОВ: нет. Они должны идти под конкретный план, должны понимать, как будет выглядеть город, цена земли.

А.ГРЕБНЕВА: так предложите им этот план.

А.ШАРОНОВ: Дайте нам время.

А.ГРЕБНЕВА: Сколько?

А.ШАРОНОВ: Много.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: 863 года.

А.ШАРОНОВ: А как вы предполагали? — тут проблема курицы и яйца — что надо было сначала — считать, не объявляя? Был вариант, что сначала было объявлено решение, предварительная конфигурация географическая этого решения, затем юридическое решение. Мы сейчас даже не можем внести поправки в бюджет, потому что это не часть территории Москвы, и все расходы и обязательства предусматривает бюджет Московской области, потому что это часть Московской области. Когда состоится юридическое решение – надеемся, что это будет до конца этого года, мы берем себе от 1 до 2 кварталов для того, чтобы сделать изменения в бюджете Москвы и МО, чтобы принять на себя расходные обязательства, которые возникают в связи с присоединением этих территорий, и потом, имея на это права, заказать разработку концепции и развития этой территории. Более того, могу сказать, что уже сейчас заказывается концепция всей Московской агломерации. Потому что понятно, что присоединение этой территории не снимает проблем, которые есть у Москвы и МО по всем остальным направлениям — по Ленинградке, Ярославке, на восток и юго-восток – эти темы остаются, мы их обсуждаем вместе с МО и тоже заказываем концепцию развития всей агломерации в целом. И только после этого появится информация, которая позволит седлать нам расчеты — сколько нужно на дороги, инженерную инфраструктуру, в какие органы и в какие помещения мы хотим перевести. И тогда свое решение примут инвесторы, которые увидят. Сколько там рабочих мест создается, какого уровня жилье и офисное пространство будет там пользоваться спросом. Не бывает таких масштабных решений на территориях, в плетора раза больше, веем Москва, таким образом.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Все-таки Алина сроков хочет.

А.ШАРОНОВ: Хорошо, — год.

А.ГРЕБНЕВА: То есть, через год вы нам расскажете план по инвестпрограммам.

А.ШАРОНОВ: расскажу про план, который будет к тому времени, уверяю вас, что к тому времени мы будем знать уже гораздо больше, хотя не думаю, что детально все. Конечно, освоение этой гигантской территории начнется в той части, которая ближе к Москве.

А.ГАВРИЛОВ: Все чаще звучат предложения провести референдум по вопросу расширения Москвы – как вы читаете, москвичи, которых лишили возможности выбирать мэра, должны получить эту возможность?

А.ШАРОНОВ: Я не юрист, могу только сказать, что по вопросам правовой экспертизы мы консультируемся со многими, включая Конституционный суд — чтобы понять и выверить процедуру.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Андрей спрашивает не юридическую правомочность, а как вы считаете, как оценили бы москвичи эту идею?

А.ШАРОНОВ: Он спросил про референдум, а референдум является юридическим действием и возникает в определенных случаях. Является ли данный случай ровно таким, я не знаю.

И.ЗЕМЛЕР: Вернусь к инвесторам, которые не дураки. Передо мной сообщение на Международном экономическом форуме в Петербурге — «Опора России» представила исследовательский проект предпринимательского климата России — Москва не вошла даже в пятерку среди 40 регионов. Почему инвесторы не идут в Москву, а пойдут на ту половину, которую будут присоединять?

А.ШАРОНОВ: думаю, что речь шла не столько о инвестиционной привлекательности, сколько о качестве инвестиционного климата в этих регионах — об удобстве, простоте и безопасности ведения бизнеса. И здесь, конечно, Москва проигрывает. Она по-прежнему остается самым привлекательным инвестиционным центром.

И.ЗЕМЛЕР: На ваш взгляд, но не на взгляд инвесторов.

А.ШАРОНОВ: В данном случае речь идет об оценке инвестиционного климата. Это правда – в Москве тяжело, дорого, небезопасно по сравнению с рядом других регионов реализовывать инвестпроекты. И мы как раз занимаемся тем, чтобы менять ситуацию. Но можно порадоваться за наших коллег, что у них это получается, у них этот климат улучшается – мы работаем над этим. И напомню, что перед нами стоит задача сделать из Москвы международный финансовый центр, а это повышает планку ожиданий не только наших, но и международных инвесторов по тем же причинам: быстро открытия бизнеса, безопасность, наличие инфраструктуры – не только специализированной финансовой, но и обычной – транспортной, жилой, индустрии гостеприимства. Здесь я вынужден согласиться — есть масса проблем, но и движений в этом направлении.

И.ЗЕМЛЕР: А план есть, или как в случае с расширением – нет?

А.ШАРОНОВ: Более того, у нас есть программы, и среди 17 программ одна из центральных — стимулирование экономической активности. Что включает меры по улучшению предпринимательского климата, по поддержке малого и среднего бизнеса, по развитию инноваций. Эти темы являются главными в этой программе.

А.ГРЕБНЕВА: Вы можете конкретные цифры назвать — сколько инвестиций, внебюджетных или частных было привлечено в город, или это ноль?

А.ШАРОНОВ: К сожалению, у меня нет перед глазами статистики – такие инвестиции есть, — и прямые и портфельные инвестиции, и в этом отношении Москва по-прежнему является лидером среди российских городов. То есть, несмотря на сложности климата, она остается привлекательным местом для инвестиций.

И.ЗЕМЛЕР: По сравнению с прошлым годом прирост инвестиций есть?

А.ШАРОНОВ: К сожалению, мы не достигли докризисного уровня. И если говорить о прогнозе, это проблема и России в целом и Москвы в частности — мы по-прежнему ниже уровня 2008 г. по суммарному объему государственных и частных инвестиций.

А.СОЛОМИН: Новые территории с новыми рабочими местами и квадратными метрами жилья во многом для того, чтобы разгрузить уплотненную Москву в действующих границах. Насколько вы уверены, что эти места не будет занята приезжими, то есть Москва будет еще больше увеличиваться по населению?

А.ШАРОНОВ: не исключаю, что эти места будут заниматься приезжими, как это происходит и в сегодняшних границах Москвы. Это вопрос структуры рынка труда, как выглядит спрос на какие рабочие места и предложение на московском рынке. Вернусь к теме стимулирования экономической активности и инноваций – смысл этой программы в том, чтобы поддерживать высокопроизводительные места, рабочие, на которые есть спрос со стороны постоянных жителей Москвы. Мы ставим перед собой задачу, как удержать значительную часть, например, выпускников вузов, которые являются высокообразованной и динамичной частью Москвы. И если такие возможности будут предоставляться, мы будем считать свою задачу выполненной.

А.ГОЛУБЕВ: Переходим тогда к теме рынка труда. Известно, что дна из главных проблем города – сокращение трудовых ресурсов в связи с тем, что Москва стареет, как и вся страна, о чем вчера говорил Патрушев. В масштабе нашего города власти хотят решить проблему таким образом: к труду станут привлекать пенсионеров, женщин и детей. Интересно узнать, как это будет происходить, кем будет работать моя бабушка.

А.ШАРОНОВ: Не под ружьем, надеюсь?

А.ГОЛУБЕВ: Вот поясните.

А.ШАРОНОВ: А подобное слышал, поэтому не разделяю ваших опасений. «Привлечение к труду» звучит как угроза, может быть, можно говорить о создании возможностей, чтобы пенсионеры, которые этого хотят, могли трудиться. В Москве чуть больше 6 млн рабочих мест, из них москвичами, людьми с московской пропиской занято чуть более 4 млн, более 2 — это приезжие из ближнего Подмосковья, дальнего и других регионов России и из ближнего зарубежья. Мы уже видим, что на большое количество рабочих мест мы не имеем спроса со стороны москвичей, треть рынка труда занята теми, кого нет в Москве. Если посмотреть на структуру экономики – откуда это берется? — основная, значительная часть валового регионального продукта производится в строительстве, торговле, в некоторых секторах услуг — где в охране.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Где делать ничего не надо.

А.ШАРОНОВ: наверное, есть, что делать – это не наш вопрос. Но это как раз источник неквалифицированной рабочей силы. И задача города, правительства стимулировать создание новых рабочих мест, которые были бы дорогими и привлекали москвичей, а не заставляли перетаскивать людей мало квалифицированных. Речь идет о бизенс-инкубаторах, технопарках, грантах, сейчас обсуждается стипендия мэра в области инноваций для студентов и аспирантов. Это попытки удержать и привлечь в Москву дорогих людей, дорогую рабочую силу, которая в большей степени соответствует нашим ожиданиям – все-таки это Москва, не нефтяной город, не город торговли, разнорабочих и охранников. Здесь около половины научного потенциала страны находится, львиная доля образовательных учреждений, причем не самых плохих даже с точки зрения международных рейтингов. Город должен быть адекватным ожиданиям этой части населения, этой части должно быть «круто» оставаться и работать в Москве.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Уважаемые корреспонденты, кто-то из вас повысил оценку деятельности нашего сегодняшнего гостя?

А.ШАРОНОВ: Вы их уговариваете?

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Читаю мантры. Есть ли серди вас такие?

И.ЗЕМЛЕР: Мы речь ведем не о персоне Андрея Шаронова, а о экономической политике, которую проводит город. В этом смысле я пока не готова сказать, что повысила оценку.

А.ГРЕБНЕВА: Я тоже не удовлетворена, и если возвращаться к высокопарным словам, что нужны высококвалифицированные специалисты, которые тут будут строить науку — давайте сделаем квадратный метр жилья пониже?

О.ЧИЖ: Надеюсь, что через отчетный период мы сможем встретиться и посмотреть, что изменилось. Пока не складывается впечатление, что за прошедший год что-то существенно изменилось.

А.СОЛОМИН: Кое-что стало понятнее, но оценки делать рано – посмотрим.

А.ШАРОНОВ: Обращусь к помощи Ден Сяо Пина, он сказал блестящую вещь, его спросили – как вы оцениваете результаты Великой Французской революции, и он сказал — еще прошло очень мало времени для того, чтобы ее оценивать.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Это «Народ против».


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире