'Вопросы к интервью
О.БЫЧКОВА: Добрый вечер, добрый день, это программа «Народ против» в студии телекомпании RTVi и радиостанции «Эхо Москвы». Народ у нас сегодня против Андрея Макарова, депутата Госдумы, заместителя председателя Комитета Госдумы по бюджету и налогам.



А «народ» у нас сегодня представлен семью участниками Клуба привилегированных слушателей, а говорить мы сегодня будем о транспортном налоге. Сегодня Совет Федерации отклонил законопроект, предложение от ГД, которые были так подвергнуты критике со стороны кремлевской администрацией — 20 ноября законопроект будет рассматриваться в редакции согласительной комиссии, а это значит, что законопроект, который готовила и принимала ГД, получил оценку «два» во всех инстанциях. Вам обидно?

А.МАКАРОВ: Обидно мне или не обидно – вряд ли кого интересует. Мне кажется, что сам закон, который обсуждался, обнажил очень много проблем нашей налоговой сферы, но я бы хотел обозначить главную, с которой, на мой взгляд, связан тот ажиотаж, который возник вокруг закона – это то, что государство – а я здесь не разделяю ни инициаторов закона, кстати, закон не я готовил, а правительство, но я его поддерживаю — хочу сразу сказать, что поддерживаю этот закон. Так вот проблема в том, что государство, к сожалению, не утруждает себя подчас объяснять, почему оно предлагает те или иные меры, что конкретно оно предлагает – особенно в налоговой сфере, а главное – какие результаты она хочет от этих мер получить. Поэтому возникает возможность различных толкований. То, что этим воспользовалась оппозиция – достаточно естественно, — это ее функция, следить за тем, чтобы власть не дремала.

О.БЫЧКОВА: А народ воспользовался, чтобы пойти, погулять на улицу.

А.МАКАРОВ: Нет. Я как раз исхожу из того, что в данном случае реакция на этот закон связана с тем, что его, с одной стороны, недобросовестно интерпретировали, а с другой стороны – это не упрек СМИ, это, может быть, упрек и ко мне, потому что я выступал по этому закону – что он недостаточно разъяснен. Все передали: ГД приняла решение о повышении налога в два раза, что в следующем году автомобилисты будут платить налог в два раза выше. Так вот весь смысл в том, что этот закон к этому вопросу вообще не имеет никакого отношения. И ГД, даже если бы она очень хотела бы повысить транспортный налог – неважно, в два раза, 10, — она просто не могла этого сделать, потому что в соответствии с налоговым кодексом это просто не входит в ее компетенцию. Цель этого закона была расширение региональных парламентов по возможности установления ставок налогов, которые поступают целиком в региональные бюджеты. Не хочу обсуждать всякую ложь типа федеральный бюджет решил набить себе карманы за счет граждан, — бог с ним, это нет смысла обсуждать. Но это было интерпретировано как попытка влезть в карманы граждан. Это неправда, я готов это доказывать.

О.БЫЧКОВА: Как раз с этим мы будем разбираться.

С.АЛЕКСЕЕВ: Сергей Алексеев, сетевой ресурс «Экспертиза.Ру», главный редактор. Такой вопрос, прямой и честный – народ не жалко? Вы прекрасный юрист, прекрасно разбираетесь в этом вопросе, прекрасно рассказали о том, что происходило в ГД. Но посмотрим на обычного человека – обычный пожилой человек купил машину, ездит на дачу три месяца в году вывезти плоды – а мы ему налогом.

А.МАКАРОВ: Замечательно. У меня такое ощущение, что мы сейчас говорили в разных аудиториях. Я говорил здесь, а вы в это время были где-то в другом месте. Вы сказали «пожилой» человек, то есть, вы решили подкрепить, что речь идет о пенсионере несчастном, выезжающем на своем «Жигуленке» три месяца в году, а мы его налогом. Итак, первое, что хотелось бы сказать – мы налог не повышали. Наверное, надо начать с того, что у нас есть налоговое законодательство, а оно говорит, что все налоги в стране делятся на три категории: федеральные, региональные и местные. Федеральные налоги принимает и вводит в действие ГД, налоговый кодекс. А вот региональные местные налоги – там есть своя специфика, там есть три элемента налогообложения, без принятия которых налог не может действовать. И вот эти три элемента передаются функциям региональных парламентов. Это такие элементы: ставка налога, льготы по налогу и порядок уплаты. В вопросе, который вы задали – поменялось ли что-то в ставке налога? – нет, не поменялось.

О.БЫЧКОВА: Дедушка, который выращивает плоды, не будет платить больше?

А.МАКАРОВ: Я сейчас буду говорить по цифрам, причем готов говорить по каждому региону страны.

О.БЫЧКОВА: По каждому не надо.

А.МАКАРОВ: А не получится. Потому что не существует общей ставки налогов. Существует базисная ставка, которая устанавливается в налоговом кодексе, и налоговый кодекс предоставляет право регионам увеличивать эту ставку в 5 раз, или в 5 раз ее уменьшить – это право региональных парламентов, — устанавливать льготы. Теперь по пенсионерам – вы о московском говорили, или о каком-либо другом – я ведь могу по всем регионам пройтись.

С.АЛЕКСЕЕВ: Московский пенсионер хочет выехать на дачу.

А.МАКАРОВ: Я вам еще раз говорю — вообще лучше обсуждать футбол – кстати, надеюсь, что наши сегодня выиграют. А вот о налоге приходится говорить конкретно, читаем, что в Москве, смотрим льготы, которые устанавливаются по налогу региональными парламентами. На федеральном уровне устанавливаются только отдельные льготы, а остальные — здесь. Так вот в данном случае он не будет платить налог — по Москве.

С.АЛЕКСЕЕВ: С 1 января он не будет платить?

А.МАКАРОВ: Прочитаем закон, посмотрим, кто и от чего освобождается.

О.БЫЧКОВА: Мы поняли – дедушка в Москве не будет платить.

А.МАКАРОВ: А вот в Питере другая ситуация. Например, в Питере они говорят: он не будет платить, но не будет платить всю ставку, он будет платить только 70% — каждый регион устанавливает свои правила и свои категории льготников. А теперь, что сделали мы и почему это было необходимо. Мне часто говорят про ставки налогов. А сегодня людей что больше волнует, ставки налога, или, например, вопрос, куда эти налоги идут, на что они тратятся, прозрачность? Вот как вы считаете?

А.ЛАДО: Александр Ладо, политолог, сайт «Как дела.Ру». Президент Медведев призвал всех граждан идти вперед. Майор Дымовский пошел вперед, снял ролики на «Ю.Тьюб» — их посмотрел за неделю миллион человек. Президент Медведев посмотрел и сказал, что в следующем году обеспечит всех офицеров МВД квартирами. Означает ли это, что все недовольные нашими налогами должны последовать примеру майора Дымовского и записывать ролики?

А.МАКАРОВ: Вопрос хороший. Конечно, можно еще поговорить о влиянии майора Дымовского на налоговую систему России, но я бы хотел сказать другое. Давайте договоримся о вещах очень важных: у нас в Конституции говорится о том, что вопросы налогов и бюджета не выносятся на референдумы, — кстати, как везде мире. Есть одна страна, которая выносит это на референдум — Швейцария, Потому что у них законодательство кантональное — в каждом кантоне свои правила. Так почему на самом деле это делается? Если мы спросим любого гражданина — ты хочешь заплатить 5% или 10% — что он ответит на референдуме? Думаю, что 5% — никто не любит платить налоги. Если мы спросим – хочешь платить налог, или не хочешь? – думаю, будет понятный ответ: не хочу. А дальше возникают несколько серьезных проблем. Помните, на основании чего создавались первые парламенты? Вот вы о Дымовском, а я о парламентах. Первый известный парламент Голландия, потом Англия – они создавались с единственной функцией: давать согласие королю – тогда короли были, — на установление тех или иных налогов. Люди выбирают парламенты для того, чтобы они решали проблемы бюджета и налогов, потому что на митинге эти вопросы решить нельзя. И любые решения по налогам, как правило, решения непопулярные. И единственный в данном случае контроль – это контроль на самом деле общества, контроль прессы: если приняли неправильное решение, если оно затронуло интересы людей, значит, наверное, за этих депутатов не проголосуют. Вот я писал налоговый кодекс — кстати, не забывайте, что у нас налоговой системе 10 лет, мы его приняли в 1998 году. И в 1998 г., когда мы его писали — я руководил группой, которая готовила общую часть, мы прописали: «презумпция невиновности налогоплательщика» — бремя доказывания лежит не налогоплательщике, а на налоговом органе. Потому что мы понимали, что в нашей стране, где цена человеческой жизни ничтожна, государству надо что-то противопоставить Вы мне сейчас говорите о том, — вот как же, неужели надо выступить? С моей точки зрения, нас выбирают для того, чтобы мы принимали на себя ответственность за принимаемые решения. А вы оцените эти решения на выборах и скажете: они нас не устраивают, они принимают неправильные решения. Но я хотел бы вернуться к сути того решения, что произошло. Мы сказали: региональные парламенты могут увеличить или уменьшить ставку налога. То есть, мы увеличили тот диапазон, которые они могут принять. Почему я начал с того, что людей на самом деле очень часто волнует не ставка налога, волнует – почему пробки в Москве? Я точно такой же автомобилист, как большинство.

О.БЫЧКОВА: Потому что люди не видят связи, причин и следствия.

А.МАКАРОВ: Правильно. Потому что людей возмущает то, что они видят – дороги плохие.

А.ЛАДО: Хорошо, вы – Дума.

А.МАКАРОВ: нет, я не ГД, я депутат – это разные вещи, не надо, у меня нет мании величия.

А.ЛАДО: В течение 10 лет интернета в России, почему вы не создадите сайт, на котором все налогоплательщики будут видеть бюджет.

А.МАКАРОВ: Есть.

А.ЛАДО: Нет. Где сайт бюджета?

А.МАКАРОВ: Есть сайт ГД, есть сайт правительства.

А.ЛАДО: Там нет бюджета. Где доходы, расходы и куда идет дорожный налог? Нет такого сайта – чтобы мы все видели: получили 60 млрд. транспортного налога – куда они идут, мы не знаем, куда.

А.МАКАРОВ: Андрей, остановитесь – я вам скажу, куда они идут сейчас. Но давайте начнем, чтобы нам не путаться. Первое — на сайте правительства, Минфина, ГД, опубликован весь бюджет – не просто бюджет, опубликован проект – это почти 10 тысяч страниц.

А.ЛАДО: А отчет о расходах где?

А.МАКАРОВ: Я скажу, моя мысль станет понятна не только вам, но и мне станет понятна. Проблема в следующем – я вам еще раз говорю — все прохождение бюджета, все поправки, которые в него предлагаются, как проголосовано, все статьи доходов точно – от какого налога, где, — в разрезе регионов получено, в стране получено, что и как?

А.ЛАДО: Почему нет фамилий?

А.МАКАРОВ: По закону бюджет в ГД вносит правительство. Следующий вопрос, отчет об исполнении бюджета – каждый год, сначала полугодовые, потом годовые отчеты в полном объеме.

А.ЛАДО: Скажите название сайта?

А.МАКАРОВ: ГД, правительство РФ, Минфин, администрация президента. Еще раз говорю – бюджет, до последней копейки вы можете отследить — мне удивительно слышать от вас, человека, который работает в интернете, что этого нет. Я еще раз говорю – проблем вообще никаких нет – каждая сумма. Но мы сейчас говорим о другом. Я бы на вашем месте пошел дальше, сказал – замечательно, вы выделяете деньги на дороги столько-то, можно поспорить, мало или много выделяем – но их же разворуют по дороге. Так или не так?

А.ЛАДО: Нет прозрачности.

А.МАКАРОВ: Прозрачность сколько выделено – есть, а вот сколько разворовали – нет. Давайте не будем путать прозрачность с точки зрения того, что собирается и что выделяется, и что воруется – это разные вещи. Смотрите – если бы мы не стояли каждый день в пробках, если бы были нормальные дороги, — наверное, может быть, и проблем к транспортному налогу не было бы.

А.ЛАДО: Почему в Токио уже трехэтажные эстакады скоростные идут? А.МАКАРОВ: Я ему про Москву, он мне — про Токио.

А.ЛАДО: Москва – самый богатый город.

А.МАКАРОВ: А в Америке негров линчуют – тоже аргумент.

А.ЛАДО: В Москве пробки всех поражают.

А.МАКАРОВ: Вы были в Токио?

А.ЛАДО: Был в Токио, Лос-Анджелесе – везде тройные эстакады.

А.МАКАРОВ: А я вот не был – представляете, как интересно?

А.ЛАДО: Почему на наш транспортный налог нельзя построить высокоскоростные эстакады?

А.МАКАРОВ: А вот задан очень важный вопрос. На самом деле у нас все время звучит эта тема – давайте мы транспортный налог направить на налоги — есть варианты: давайте забирать его через бензин, а не через машины – много вариантов. Давайте мы его направим. Как вы считаете, сколько в общем объеме всех налогов, которые получаются, составляет транспортный налог? Ну, что вы – даже не полтора.

А.ЛАДО: А сумма какая?

А.МАКАРОВ: Вот вы говорите – 60 млрд. Откуда вы это взяли?

О.БЫЧКОВА: Андрей, не уходите – процент какой?

А.МАКАРОВ: Объем транспортного налога в объеме, в консолидированном бюджете, меньше одного процента. Это первое. И поэтому даже если мы весь транспортный налог пошлем на строительство дорог, это не хватит не то, что на половину, на 10% не хватит. Второе – вы спрашиваете, куда зачисляется транспортный налог – он целиком и полностью, до последней копейки, зачисляется в бюджеты регионов страны. И когда я вам говорю — а у нас есть федеральные налоги, — что, из транспортного налога будет содержать федеральные дороги, то есть, мы за счет регионов хотим это сделать? Нет. Значит, мы понимаем, что у нас с вами транспортного налога на содержание дорог не хватит, поэтому бюджет выделяет на это неизмеримо больше денег – могу сейчас цифры назвать. И дальше возникает вопрос – правильно, автомобилиста волнуют дороги. А автомобилиста не волнует, в какой детский сад ходят его дети, в какую школу? Это очень важный вопрос. И именно поэтому наша система не признает окрашенных налогов, то есть, все налоги, которые собираются, поступают в бюджет – федеральный, региональный или местный, и дальше распределяются уже через бюджеты: вот это пойдет на строительство дорог, это – на строительство больниц, детских садов и так далее.

К.ВЫСКРЕБЦЕВ: Вы читали когда-нибудь «Золотой теленок»? Так есть один персонаж – Егор Скумбриевич, «геркулесовец» — вы очень похожи, — это реплика.

А.МАКАРОВ: Вы мне тоже нравитесь.

К.ВЫСКРЕБЦЕВ: Отлично. Тогда вопрос – вы рассказываете про бюджет, налоги, региональные и федеральные – это очень смешно, очень интересно, наверное.

А.МАКАРОВ: Так смешно, или интересно.

К.ВЫСКРЕБЦЕВ: Очень смешно и интересно. Дороги у нас федеральные есть? Федеральное правительство должно их ремонтировать и строить? Теоретически, если федеральная трасса М-4?

А.МАКАРОВ: Вопрос, из каких средств они должны финансироваться.

К.ВЫСКРЕБЦЕВ: Меня не должно волновать, из каких средств государство мое мне финансирует дороги – меня это вообще не трогает. Я хочу спросить, почему, если дорога федеральная, она состоит из кусков? Вы хотите деньги из этого транспортного налога, неизвестно куда уходящего, дать возможность региональщикам, а они будут строить дороги? И моя федеральная трасса будет кусками, как сейчас и есть?

А.МАКАРОВ: Замечательно, вопрос задан, и теперь, как Скумбриевич, я попытаюсь ответить. К сожалению, мы не совсем понимаем, что не существует самостоятельной налоговой политики — ее не может быть в природе. Налоговая политика и бюджетная политика всегда являются составной экономической политикой государства и на самом деле отражают возможности государства по решению тех или иных вопросов. Когда мы планируем бюджет, мы понимаем, что от налога на добычу полезных ископаемых мы получим столько-то, от прибыли – столько, от подоходного – он вообще сейчас вышел на второе место в стране — получим такие-то средства. А дальше смотрим, на что мы их должны истратить. Когда мы формировали первый раз бюджет 2010 г. мы исходили из того — а тогда вы помните, какие были цены на нефть — исходили из того, что наш бюджет будет составлять порядка, доходы — примерно 11 триллионов рублей. И это по расчетам должно было проходить. У нас на сегодняшний день получается, что у нас доходов на 4 триллиона меньше. Значит, в этой ситуации, в отсутствии ресурсов, государство должно выбрать приоритеты. Государство обозначило в бюджетной политике приоритеты. Какие? Мы сказали, первое – это беспрецедентное в истории страны повышение пенсий, второе – это безусловное выполнение всех социальных обязательств, — чем, кстати, государство никогда не баловало нашу страну. И третий вопрос – это вопросы перспективы развития страны после кризиса. Но это третий приоритет. Так вот у нас сегодня на 4 триллиона меньше – почти на 30% доходов. Когда мне говорят: дайте больше денег на дороги – я с этим согласен, но мне тут же говорят – надо дать больше денег на врачей, учителей.

К.ВЫСКРЕБЦЕВ: Вы вопрос помните?

А.МАКАРОВ: Я понял вопрос. Еще раз говорю – есть реальные проблемы, проблема денег. И вот проблема денег состоит в том, что транспортный налог в этой составляющей — вы же все мешаете в кучу — транспортный налог и вопрос, почему такие дороги. Я вам еще раз объясняю, что связи между транспортным налогом и состоянием дорог на самом деле не существует.

О.БЫЧКОВА: А почему федеральная дорога состоит из региональных кусков?

А.МАКАРОВ: Она не состоит из региональных кусков. Дорога федеральная в данном случае всегда содержится за федеральные средства. У нас федеральные дороги – это федеральный бюджет. Региональные дороги – это региональные бюджеты. Вот посмотрите – мы посмотрели проблемы дорог. Даже сейчас, во втором чтении бюджета, который принимался — там и на федеральные дороги добавили 10 млрд. – это федеральный бюджет, и 10 млрд. добавили в региональные. Они разбросаются в регионы. А простите, кому заказывать? Нет у федерального правительства структур – строительные компании, те, кто будут строить дороги — они в любом случае будут региональные компании.

О.БЫЧКОВА: Короче, — дороги плохие, потому что денег мало — понятно.

А.МАКАРОВ: Секундочку. Потому что контролировать надо качество дорог – потому что воруют, денег не хватает — это правда. А вы что предлагаете сделать? Хочу услышать предложения. Мне говорят – вот у нас дороги плохие — так предложите, что надо сделать. На рекламу хотя бы чтобы деньги у «Эхо Москвы» были? — договорились.

О.БЫЧКОВА: Согласитесь, что это немаловажно. Но у нас еще есть новости — делаем перерыв на новости, потом продолжим.

НОВОСТИ

О.БЫЧКОВА: Продолжаем программу «Народ против» — Андрей Макаров в студии и семь участников Клуба привилегированных слушателей — мы обсуждаем транспортный налог и другие налоговые темы. Прошу всех участников этого разговора, прежде всего, слушателей, которых больше – семеро против одного, — придерживаться простых правил корректности. Марианна?

М.ДЕГТЯРЬ: Филолог, автомобилист со стажем. Вопрос такой — вы сказали, что налоги у нас не дифференцированы, а транспортный налог не идет на строительство дорог, а распределяется, как следует его распределить.

О.БЫЧКОВА: Ищет в общий котел.

М.ДЕГТЯРЬ: Тогда объясните, почему он вообще существует, зачем я, если езжу на машине, должна платить транспортный налог? Почему это не налог с владельцев утюга, например?

А.МАКАРОВ: При необходимости можно и утюга. Насколько я помню, когда мы начинали делать налоговую базу, в стране существовало примерно 384 — в местных бюджетах было еще сотня налогов, о которых мы не знаем. Сейчас стало 14. Нам часто говорят – почему транспортные средства? очень любят говорить, как происходит в Европе – кстати, есть предложения – взять, в бензин заложить.

М.ДЕГТЯРЬ: Если вас интересует мое мнение — абсолютно с этим согласна.

А.МАКАРОВ: Причем, более того, на самом деле – чтобы было понятно — транспортные средства сегодня у нас облагаются не один раз. Вы, как автовладелец, когда приезжаете на любую бензоколонку, вы платите акциз на бензин, куда включена и транспортная составляющая машины. Если вы купили иномарку, то туда вошли пошлины, — это тоже совершенно очевидно, что это налоговые выплаты. И нам говорят — а вот в Европе только за бензин заплатили, и все классно. Сообщаю вам: на сегодняшний день в Европе, какие налоги платит автовладелец, помимо цены в бензине? – он платит налог на приобретение машины, и чем более дорогая машина, тем больше он платит. Следующий налог на регистрацию автомобиля и там есть специальный налог на автовладельцев. Кстати, во всей Европе – налога на автовладельцев нет только в Дании. Как он устанавливается? Вот у нас – лошадиная сила – кстати, мне тоже не нравится лошадиная сила, потому что это другой параметр. В Европе – от объема двигателя. В Финляндии от объема двигателей. Но чтобы был понятен размер, которые платят люди в виде налога – он установлен по объему двигателя от 8 евро за кубический сантиметр до 23 евро за кубический сантиметр. Прогрессия – можете сами посчитать, сколько. Проблема состоит в том, что у нас есть так называемый «поимущественные налоги», транспортный налог это такой же поимущественный. Это налог на землю и налог на имущество – три таких налога. Приобретение автомобиля во всем мире считается, что создает объект для налогообложения. Вы – налогоплательщик, а объекты разные. Государство у нас установило 14 налогов. В Египте есть налог на исполнение танца живота – там его много исполняют, и он там есть. Исполняете танец живота – платите налог. Мы определили, может быть, идя по пути сего мира, сказали, что у нас есть транспортный налог. А дальше вопрос о том, как его установить — с точки зрения того, чтобы он был справедливым. Почему я произнес слово «справедливый» — потому что когда мы писали налоговый кодекс, мы написали, что налоги должны быть справедливыми. И это на самом деле удивительная вещь, потому что у всех понятия о справедливости разное. И когда мы рассматриваем с вами этот вопрос, надо посмотреть, что здесь происходит – мы исходим – это мое личное мнение, хотя я думаю, что оно превалирует.

М.ДЕГТЯРЬ: Вы считаете, что транспортный налог – забудем о том, повышается он, или остается на том же уровне.

А.МАКАРОВ: Он не повышается – зачем же говорить, что повышается?

М.ДЕГТЯРЬ: В принципе, он справедливый, или нет? Почему он рассчитывается от лошадиной силы, от мощности мотора – как это связано?

А.МАКАРОВ: Потому что для нашей страны оказалось, что собираемость налога удобнее всего именно от лошадиных сил. Так получилось.

М.ДЕГТЯРЬ: Мне кажется, собирать его удобнее всего, включая в бензин, потому что если ты заправляешься, ты хочешь или не хочешь, но заплатишь.

А.МАКАРОВ: На самом деле мы все равно собираем часть этого налога в акцизе на бензин – он там есть. Но если мы скажем, что весь транспортный налог заложен в стоимости бензина, просчитан для того, чтобы нам закрыть эту тему – там будет настолько существенное повышение…

М.ДЕГТЯРЬ: На сколько?

А.МАКАРОВ: На самом деле разные подсчеты — если мы говорим о потребности дорожного строительства – там цена на бензин поднимется примерно в два-два с половиной раза. Я не уверен, что это хорошая идея. Но я сейчас говорю о другом — человек ездит на старом «Жигуленке» — вы оперируете пенсионерами. Какой расход бензина у старого «Жигуленка»?

М.ДЕГТЯРЬ: Больше, чем расход иномарки — это очевидно.

А.МАКАРОВ: Конечно. Так вот когда мы говорим, что перейдем на то, что целиком будет платить на бензоколонке, выясняется, что по отношению к этим людям этот налог несправедлив.

М.ДЕГТЯРЬ: Неверно. У него другое качество бензина — он дешевле.

А.МАКАРОВ: Вот видите – вы уже про качество бензина, есть еще экологические вещи, и тому подобное. Но мне кажется, я глубоко убежден, что если человек покупает за полмиллиона «Феррари» — это мое личное убеждение, — то он имеет возможность заплатить повышенный транспортный налог. Если мы посмотрим категории, которые освобождаются – посмотрите закон, посмотрите льготы. Скажем, сегодня мне позвонил человек из Астрахани: я — инвалид, у меня с моей машины налоговая прислала мне уведомление: заплатите налог. А я получил машину через социальные органы, а эти негодяи мне прислали. Я спрашиваю – а вы в налоговую сообщили, что вы инвалид? – не сообщал. А откуда налоговая знает, что вы инвалид, и что по закону вы налог не платите? Так вот я еще раз говорю — транспорт облагается налогом во всем мире, это один из источников поступления налогов. Можно ли его окрасить? Думаю, что нельзя. У нас был он окрашен – когда деньги поступали в Дорожный фонд. Не собираюсь обсуждать, сколько там денег разворовывалось, думаю, что больше, чем сейчас, хотя очень сложно сравнивать. Но проблема в другом — помните, какой был этот налог? Он был оборотный. По предприятиям он шел по обороту. Один из аргументов, который был по нашему закону — что теперь повысится стоимость транспортных услуг организаций, что это будет удар не только по автовладельцам, но мы ударим по общественному транспорту, повысится цена и все остальное. Вот давайте просто – я открываю закон Москвы и читаю, что организации, оказывающие услуги по перевозке пассажиров, транспорт общей перевозки – они не являются объектом налогообложения. Инвалид, о котором я говорю – его закон федеральный освободил, что надо сделать, чтобы сделать на заправках, как вы говорите – забудем о цене на бензин. Но для этого надо установить общий компьютерный учет всех заправок, вывести этот учет на налог – хотите посчитать, сколько это стоит?

М.ДЕГТЯРЬ: То есть, смысл в том, что не хочется контролировать стоимость бензина, или что?

А.МАКАРОВ: Нет, просто для того, чтобы это сделать — во всех странах все шли по разному. Я вам только что привел опыт европейских стран, где наряду с ценой в бензине, есть налог на автовладельцев транспортных средств — очень большой по дорогим машинам, очень большой по мощным машинам, есть налог на регистрацию, налог на покупку. Поэтому не надо говорить, что это только у нас и наше изобретение. У нас на самом деле двух из этих налогов нет. Но дальше мы приходим к конкретной вещи — у нас с вами есть умельцы, которые откручивают не то, что спидометры, а то, сколько заправляют на станции, и так, что государство еще будет должно. А для того, чтобы установить единый компьютерный учет нужно примерно 6 млрд. долларов. Если вы посчитаете, сколько собирается транспортного налога, то вы узнаете, сколько лет нам будет нужно, чтобы просто окупить расходы.

О.БЫЧКОВА: То есть, это предложение непрактично.

А.МАКАРОВ: Оно окупится через 50 лет, или через сто — нет проблем. Мы готовы выделить эти деньги на то, чтобы это сделать?

О.БЫЧКОВА: Их нет, понятно. Вопрос Александра: «У нас многодетная семья, работаем в милиции, смежные работы запрещены по закону – ездим на мини-вэне, в «Калину» все не влезаем. Возьмите себе пару моих детей, тогда «Калину» купим» — вот это справедливо?

А.МАКАРОВ: Не совсем понял – справедливо, чтобы забрать его детей?

О.БЫЧКОВА: Чтобы семья, которая не имеет права подрабатывать, поскольку оба работают в милиции, многодетные, вынуждены ездить на большой машине.

А.МАКАРОВ: Может быть, это не относится к транспортному налогу – кстати, льготы в связи с многодетностью в различных регионах, ряде регионов, существуют, — просто я не готов сказать, в каких регионах они есть, а в каких их нет. Но меня всегда умиляют вопросы про милицию – милиционеры обычно спрашивают, как прожить на зарплату, которую получает милиционер. У меня ровно один вопрос – а когда ты шел в милицию, а не в бизнес или куда-то еще, ты знал, какую зарплату будешь получать? Или ты подписал соглашение о работе в милиции не зная, какую зарплату тебе будут платить? Мне очень нравится, когда таможенники говорят: у нас зарплата — 5 тысяч рублей – как на такую зарплату прожить? А зачем ты пошел работать в таможне?

О.БЫЧКОВА: Понятно. Следующий вопрос.

А.БОНДАРЕНКО: Анатолий Бондаренко, водитель-экспедитор. Лично меня вы не убедили.

А.МАКАРОВ: А я и не пытался.

А.БОНДАРЕНКО: Я понял. Тем, что доказывали необходимость именно такой концепции взимания налогов.

О.БЫЧКОВА: Вас что именно смущает?

А.БОНДАРЕНКО: Система налогообложения в зависимости от мощности машины, возраста, — как наш мэр говорил. Я считаю, что нужно брать со стоимости бензина — кто больше ездит, тот должен и больше платить.

А.МАКАРОВ: Мы начинаем повторяться. Встречный вопрос – все сказали, что у нас транспортный налог вырос в два раза, что автовладельцы, компании будут платить в два раза больше. Я бы хотел, чтобы мне сегодня кто-то из присутствующих объяснил – где в этом законе вы увидели повышение? Я бы хотел это услышать. Все сегодня заявили, что ГД повысила налог. Где это, объясните.

А.БОНДАРЕНКО: Я здесь с вами согласен – повышения нет, — в вашей концепции повышения базовой ставки.

А.МАКАРОВ: Бог с ней, с концепцией – в законе есть повышение?

А.БОНДАРЕНКО: Нет, согласен.

А.МАКАРОВ: Нет. То есть, мы зафиксировали – в законе повышения налога не было – это первый, очень важный момент.

А.БОНДАРЕНКО: Вопрос по другой теме. У нас есть налог на строения, на землю – вы, как член комитета по налогам и сборам ГД, могли бы ответить на такой вопрос – пока что налог на строения, на жилища граждан, изымается по оценке БТИ.

А.МАКАРОВ: Уже не совсем.

А.БОНДАРЕНКО: Почему каждый год этот налог вырастает, несмотря на то, что строение ветшает? И рыночная стоимость за последние два года тоже снизилась. Как объяснить повышение налога?

А.МАКАРОВ: Объясню, как это происходит и одновременно сразу объясню, что надо делать по этому поводу. Потому что у нас вопрос «кто виноват» обсуждается, а на «что делать» просто времени не останется. Тут два момента важных. Первый вопрос — у нас действительно оценка налога была оценка БТИ, поэтому получилось следующее: поскольку оценка БТИ великолепной квартиры в сталинской высотке — по оценке БТИ ты платить условно 50 рублей, а несчастная «распашонка», почти «хрущевка» в новостройке, в Марьино, поскольку строилась уже сейчас, когда была рыночная оценка, и именно она закладывалась в кадастровую оценку этого жилья, — это приводит к тому, что «распашонка» в Марьино по налогу становится больше, чем квартира в сталинской высотке. Это реальная ситуация. В чем проблема? В том, что у нас на сегодняшний день рыночной оценки жилья не существует. Думаю, что никто не против того, чтобы оценкой была рыночная стоимость. Но при этом есть важное условие – когда в 20004 г. в ГД был внесен закон о местном налоге на недвижимость, цель этого закона – объединить недвижимость, сделать единый объект — строения, условно это квартира или дом и земля, на котором он стоит. Его приняли в первом чтении и собирались вести дальше. Я считаю, что это важный закон, потому что по справедливости налогообложения он гораздо важнее транспортного и любого другого о налога, он очень важен, потому что там богатые должны платить больше, а эти – меньше. И мы остановили этот налог специально, это была наша инициатива, я был одним из тех, кто останавливал этот налог, и мы его не стали принимать, потому что оказалось, что на сегодняшний день у нас нет кадастровой оценки земли, у нас нет кадастровой оценки недвижимости, а главное – нет объективного метода массовой оценки жилья. Мы не можем на 143 млн. граждан оценить квартиру каждого. Значит, должен быть метод массовой оценки. А когда применили существующий метод — для этого, кстати, в первый раз в нашей истории мы провели эксперимент в Великом Новгороде и Твери, посмотреть, как это будет работать, и увидели, что на самом деле получается, что старушка, которая сегодня или не платит, или платит 15 рублей, у нее на три порядка вырастает. Поэтому остановили и сегодня решаем проблему, как сделать метод массовой оценки. При этом, остановив этот закон, я сразу скажу, как он будет действовать, потому что я искренне верю, что мы закончим с кадастром – на самом деле сейчас просто действительно не хватает денег для того, чтобы завершить Кадастр – это очень тяжелая ситуация, это надо делать все в регионах. На мой взгляд, это надо завершить в течение двух-трех лет. Но этот налог и должен быть построен по прогрессивной шкале. И в данном случае мы исходим из того, что то жилье, которое ветшает – оно должно упасть, люди должны платить не выше того, что они сейчас платят. А то, что сейчас строится дорогое – там должна быть повышенная ставка. И напомню вам, что сейчас у нас с вами ставка налога на имущество – пока это не на недвижимость, а на имущество – она варьируется, — опять же, на федеральном уровне мы установили: от 0,1 до 2%. И каждый регион, исходя из того, какое у него жилье — потому что жилье в Москве и халупа в деревне – это разные вещи, разная стоимость. И в данном случае мы почему и дали этот разлет – чтобы не возникло этого перепада. И льготы, пока мы это не ввели, мы сохранил. Поэтому реально у нас сегодня проблемы действительно возникают с точки зрения оценки нового жилья, но для них мы и ввели эту градацию — от 0,1 до 2%.

А.БОНДАРЕНКО: Я говорю про одну и ту же квартиру. В 2007 г. это было 4 тысячи рублей налог годовой, в 2008 — 4600, в этом году — 5000 – за счет чего?

А.МАКАРОВ: Это налог? То есть, квартира в собственности и налоговая прислала уведомление?

А.БОНДАРЕНКО: Да.

А.МАКАРОВ: Тогда снова разберемся, что в данном случае надо делать. Давайте разберемся, откуда берется сумма налога – это не налоговая придумывает эту сумму. Это значит, что Росрегистрация – есть такой орган, который передает в налоговую данные о стоимости вашей квартиры или вашего дома. Потому что у налоговой этих данных нет. Так вот каким-то образом изменилась кадастровая оценка стоимости вашего жилья, — иначе сумма не могла измениться. Поэтому надо идти в Ростегистрацию и узнавать – почему изменилась кадастровая стоимость. И тогда я глубоко убежден, что если в данном случае нет никаких оснований, то тогда — простите, надо защищать свои права. Мы получили, возмущаемся, но у нас хватает только на то, чтобы возмутиться: государство – негодяи, — опять нас нагрели. А за свои права надо бороться. Вот я и считаю, что надо, чтобы люди знали, какие у них есть права, и на самом деле знали закон.

И.ГУЛЯЕВ: Гуляев Игорь, мастер-приемщик слесарного цеха. Отойду немного от темы налогов на недвижимость и транспортного – налог на малый бизнес. Этой весной, пытаясь открыть собственное предприятие, небольшой бизнес-план составлял, и для того, чтобы выйти хотя бы на минимальный уровень рентабельности, хотя бы безубыточный — это был фитнес-бар, безалкогольный, — предполагалась наценка на те товары, которые продаются, не меньше, чем в два-три раза. Там прибыль 200-300% — вроде бы кажется, что это очень много, а на самом деле это минимальный уровень выживания, что-то предполагает седлать ваш комитет для того, чтобы малый бизнес мог нормально работать, не давая такую оценку.

А.МАКАРОВ: На самом деле это тема самостоятельная, поэтому абсолютно конспективно. Первое: на мой взгляд, нужно решить проблемы не только малого бизнеса, а бизнеса вообще. У нас с вами взаимоотношения государства и налогоплательщика сегодня — хотя государство и говорит, что государство и бизнес партнеры, Но на самом деле это связано с тем, что за спиной налогоплательщика везде стоит дубинка ОМОНа, а впереди камера в Бутырской тюрьме за неуплату налога. Вот это надо поменять, что было сделано? Первое, что мы сделали – в 2005 г. мы прописали процедуры, как должен действовать налоговик. Потому что на самом деле, как показывают реальные опросы бизнеса, сегодня расходы на администрирование составляют не менее 50% от стоимости того, что платится в виде налогов — реальные, я не говорю о поборах пожарников и всех, кто приходит – это реальность на сегодняшний день. Мы прописали процедуры, как он может действовать или как не может действовать, то есть, не оставили на усмотрение чиновника-налоговика. Как это отразилось — по реакции. ДО 2005 г. налоговая служба, по опросам предпринимателей, находилась в тройке самых коррупционных госорганов. Сегодня не входит даже в десятку. То есть, первое – это прописывание процедур и исключение усмотрения чиновника. Второе – то, что мы делаем сейчас. Мы год тому назад изъяли самую коррупционную норму у милиции, которая приходила и просто изымала все, что угодно. О первом результате рассказал мне в прошлое воскресенье мой приятель в бане — мы каждое воскресенье, уже 30 лет, ходим в баню, он говорит – знаешь, уже ноябрь месяц, а ко мне до сих пор УБЭП за данью не пришел. То есть, наверняка приходят, наверняка потрошат, но дело в том, что это теперь незаконно. Раньше они приходили на основании закона – мы у них это право забрали. По малому бизнесу ввели ограничение проверок, контроль прокурора – только в мае месяце приняли. Начинает постепенно работать. Одновременно по ставкам — ставки налога для малого бизнеса тоже важны: дали возможность уменьшения, сейчас дадим возможность уменьшения и тем, кто перешел на 6%-ную ставку – тоже дадим возможность уменьшать. Но не забывайте, что это тоже бюджеты регионов, это они должны сделать, выполнить эту задачу. А они ориентированы на малый бизнес, чтобы он им помог в бюджете. Это тоже важный момент. Но самое главное все равно для малого бизнеса – это не ставки налогов, а возможность участия в конкурсах, возможность, чтобы у него продукцию закупали, возможность арендовать площадь у государства не по тем бешеным ценам, которые предлагаются — это комплекс мер, не только налоговый. Но это тема самостоятельной передачи, и если это интересно, я готов об этом говорить отдельно.

О.БЫЧКОВА: Разумеется, интересно.

А.МАКАРОВ: Мне кажется, малый бизнес имеет смысл конкретно обсудить отдельно.

С.ЕРМАКОВ: Сотрудник автомобильного дистрибьютора. Механизм взимания транспортного налога не будет пересматриваться в ближайшее время, насколько мы поняли из ваших слов?

А.МАКАРОВ: первое – глубоко убежден, и сейчас мы предложение прорабатываем и с ФНС, и с Минфином, — я глубоко убежден, что вообще по имущественному налогу надо изменить порядок платы. Хватит уведомлений, которые то ли приходят, то ли не приходят на самом деле, — на бумагу расходуется больше денег, чем получается налогов.

О.БЫЧКОВА: Это каменный век.

А.МАКАРОВ: Конечно. И сегодня мы делаем так – чтобы по имущественному налогу приходило просто одно уведомление, и был указан срок, в течение какого надо заплатить – до какого срока. Хочет человек платить частями, хочет полностью, — сделать так. И прекратить эти вещи. Сейчас мы знаем с вами о том, как они приходят – на самом деле они три года не присылают уведомление, потом пишут, что мы уведомили налогоплательщика, перебрасывают в суд, тот, не вызывая налогоплательщика, перебрасывает судебным приставам в порядке судебного приказа, и потом на границе человек узнает – оказывается, он кому-то что-то был должен, — а он ничего не получал. Вот здесь огромные резервы, чтобы что-то сделать. А теперь – по теме, с которой мы начали. Очень важная тема, что мы согласились, что в этом законе, который принимался, нет увеличения ставки. Но что на самом деле есть – это очень важно. Потому что один из аргументов, который нам говорят – что мы, в условиях нехватки денег у регионов, заставляем их увеличить ставки налога, и они будут вынуждены увеличить, чтобы было понятно: у регионов на сегодняшний день возможность увеличения налога в пять раз была у всех, независимо до этого закона. Сколько регионов выбрало эту ставку? Шесть регионов. То есть, возможность повышения у них была без этого, и в самый трудный, кризисный год, они этого не делали. Так почему же мы считаем, что они глупее нас? Проблема в том, что, на мой взгляд, важнейший вопрос – мы должны передать регионам и муниципалитетам возможность установления всех элементов налогообложения, они должны сами решать, какие будут ставки, кто имеет льготы – потому что они ближе к людям именно в э тих вопросах.

О.БЫЧКОВА: Спасибо большое, это был Андрей Макаров в программе «Народ против». Спасибо народу.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире