'Вопросы к интервью
06 июля 2013
Z Они Все выпуски

Петр Офицеров, подсудимый по делу «Кировлеса», предприниматель


Время выхода в эфир: 06 июля 2013, 22:10

Т. ОЛЕВСКИЙ: 22 часа и 14 минут, как любит повторять мой коллега Владимир Роменский, которого сегодня нет в этой студии. Тимур Олевский есть, Алексей Голубев сидит напротив меня. Мой коллега по радиостанции «Эхо Москвы», с которым мы сегодня начинаем самую бескомпромиссную программу на волнах нашей радиостанции, программу « Они». Самую бескомпромиссную, или самую упертую, или самую глупую. Я даже не знаю, сегодня мы будем разбираться, потому я так много эпитетов произнес. Леш, привет.

А. ГОЛУБЕВ: Добрый вечер.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Сегодня мы будем говорить про Петра Офицерова, предпринимателя, бизнес-консультанта. Фигуранта громкого дела « Кировлеса». Коллеги по суду Алексея Навального, человека, которого тоже сейчас судят в Кирове, который много месяцев туда регулярно приезжает на заседания. Вот это длинное дело « Кировлеса», в котором Петр Офицеров так или иначе принимает самое активное участие, потому что до того он был директором компании « ВЛК», «Вятская лесная компания». На работе этой компании во многом построены обвинения, которые сейчас прокуроры предъявляют подсудимым. Обвинение, что было похищено 16 миллионов рублей у государства. Вот этот человек, директор «Вятской лесной компании», который попытался в Кирове на лесе денег заработать, как-то там бизнес построить. Он, выслушивая претензии бывших сотрудников «Кировлеса», выслушивая допросы, выслушав позицию прокурора, который его обвинил в том, что они вместе с А. Навальным все это похитили и пр. и пр., буквально на днях, вчера произнес свое последнее слово на суде. Суд начал спешить, все дело докатилось до последнего слова, и тут Петр Офицеров попытался объяснить, почему он оказался на скамье подсудимых. Давайте мы это послушаем. А потом поговорим про него и про всю эту ситуацию:

— Я не испытываю иллюзий относительно причин, почему я здесь. Я просто человек, я все это понимаю. При этом я обычный человек. Человек, который просто живет своей жизнью. Учится, работает. При этом я не питаю никаких иллюзий, потому что, слушая в течение процесса уважаемое обвинение, я иногда удивляюсь тому, что так нельзя, потому что это не совсем красиво. В принципе, в любом деле, независимо от того, чем бы мы ни занимались, юриспруденция, медицина или водили автобус, в любом деле нужно стремиться к тому, чтобы окружающие люди ощущали в вас специалиста и понимали, что вы не зря здесь. Есть вещи, через которые нельзя в принципе переступать. Знаете, когда у меня начались допросы каждую неделю в Следственном комитете, я, мои друзья и родственники спрашивали: «Петр, а что ты не договоришься. Ты что, хочешь в тюрьму?» Нет, я не хочу в тюрьму. В тюрьме, я уверен, плохо. Я дорожу тем, над чем я тружусь. Есть вещи, которые нельзя перешагивать. Есть вещи, которые перешагнув раз, вы навсегда остаетесь за гранью. У меня пятеро детей: три сына и две дочки. Я знаю, что сегодня, если бы я пошел на сделку, я был бы им нужен. Это было бы здорово. Но когда они вырастут, они спросят: « Папа, а как? Ты что сделал?» Они узнают, им скажут. И тогда возникнет вопрос. Но и это неважно. Суду не должно быть дела до того, что будет с моей семьей. Главное — закон. Есть вещи, которые важнее. Я знаю, что я не виновен. Я соблюдал закон, я соблюдал все законы. Я делала все правильно. Я абсолютно убежден, что уважаемое обвинение уверено в том, что я не виновен. У них было время. У них были документы, чтобы в этом убедиться. Знаете, в процессе, в жизни есть моменты, когда нужно принимать решение, потому что так или не так. Я решение принял. Согласно этому решению, я знаю, что когда вы уйдете в совещательную комнату, вы выйдите. Будет два варианта: либо я поеду через ту дверь, либо я поеду через ту дверь. Кому будет польза от того, что приговор будет обвинительным? Мне кажется, никому. Но есть много людей, для которых обвинительный приговор будет проблемой. Те, у кого есть иллюзии, те, кто верит в справедливость, и считают, что это не простой набор букв. Когда вы уйдете в совещательную комнату, я не прошу о снисхождении, я не виновен, я это знаю. Поэтому мне снисхождения не нужно. Я прошу лишь об одном, когда вы будете думать над приговором, примите честный приговор. Тот, который будет честен для меня, для моего адвоката. В первую очередь, тот приговор, который вы будете считать искренним и честным. Собственно, вот и все. Спасибо.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Вот такие слова сказал Петр Офицеров.

А. ГОЛУБЕВ: Это было его последнее слово на суде в Кирове. Знаете, что хочется заметить, пользуется человек такими ораторскими приемчиками, очень, кстати, удачно, а он ими владеет в совершенстве. А мы об этом еще поговорим.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Леш, тебе так показалось действительно. Когда я следил за Петром Офицеровым, мне показалось, что он настолько по сравнению с А. Навальным, с которым они выступают по очереди, настолько не искушен в презентации самого себя публично.

А. ГОЛУБЕВ: И это подкупает. И он этим очень удачно пользуется.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Такое мнение. Не знаю, что сказать. Я хочу вам другое предложить. Тут Петр Офицеров, которого называют слушатели, например, Дмитрий: « Молодец мужик, не пошел на сделку со Следствием. Не предал навального». Петр Офицеров не зря упомянул, что у него пятеро детей.

А. ГОЛУБЕВ: Знаешь, Тимур. Такую смску нам написал Дмитрий из Екатеринбурга: « Петр Офицеров не смалодушничал, хотя мог ради своих пятерых детей». У него действительно пять детей.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Которых он должен кормить, не говоря о том, если он окажется в тюрьме, то эти дети останутся просто.

А. ГОЛУБЕВ: Мне хочется сказать, Дмитрий из Екатеринбурга: это называется смалодушничать ради своих пятерых детей? Он должен жизнь свою за Навального положить? У него пятеро детей. Жена, которая не работает. Ему надо семью кормить. А тут какой-то Навальный появляется. Не проще ли, даже не то, что проще, даже логичнее и правильнее, как главе семейства поступить.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Кто бы его в этот момент осудил. И мы сейчас об этом поговорим с вами. Мне кажется, это очень интересный вопрос. При всей очевидности, понятно, что то, что он не предал – это круто. Действительно, это очень здорово с точки зрения любой этики и культуры. При этом пятеро детей, о них тоже надо как-то думать. Смотрите, СМС — голосование, смс портал у нас +7-985-970-45-45. Напоминаю, мы принимаем ваши сообщения на Твиттере – аккаунт @vyzvon. Эфирный телефон заработает совсем скоро: +(495)-363-36-59. Звоните нам, но кто. Давай, Леш, поставим вопрос так на голосование.

А. ГОЛУБЕВ: Вопрос будет у нас следующий для вас: упал бы в ваших глазах человек, который ради пятерых детей пошел на сделку со Следствием?

Т. ОЛЕВСКИЙ: В любом деле. В деле ли Навального или не в деле Навального.

А. ГОЛУБЕВ: Если даже не касаться Петра Офицерова, в частности.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Смотрите, сидит рядом с ним здоровый мужчина, у которого тоже есть дети, но он здоровый мужик, он может как-то отвечать за себя. Это Алексей Навальный. Вот есть вы, у вас есть большая семья, которую надо кормить. И у вас есть очень простой выбор: тот парень потерпит или ваши дети потерпят?

А. ГОЛУБЕВ: Кстати, здесь надо заметить, насколько я понимаю, Петр с А. Навальным, они не такие большие закоренелые друзья.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Совсем даже они и до этой истории, когда он приехал в Киров, не очень много общались, совсем несколько раз. И даже во время этого процесса. Смотрите, шел процесс в Кирове, они сидели за одним столом, это было много месяцев, 4 месяца почти. По признанию самого Петра Офицерова, они вместе пообедали раза четыре, когда обсуждали что-то после суда. У них разные компании. Разный круг интересов. Между тем, они в одной упряжке тянут эту историю.

А. ГОЛУБЕВ: Спрашивается, а стоит ли оно того?

Т. ОЛЕВСКИЙ: 660-06-64. Вы бы пошли на сделку со Следствием ради своих детей? А для тех, кто даже ради своих детей на сделку со Следствием бы не пошел, пошел бы до конца, зная, что дети могут остаться без кормильца, для них телефон: 660-06-65.

А. ГОЛУБЕВ: Пишет нам сообщение Дмитрий Мезенцев: « А как бы спустя годы он смотрел в глаза своим детям?»

Т. ОЛЕВСКИЙ: Он сам об этом говорит. Он бы, наверно, сказал своим детям, был бы вариант: вас выгонят из квартиры, вам нечего будет кушать, вы не закончите школу. И вы не поступите в институт. Не совсем понятно, как сложится ваша жизнь, потому что я вернусь через семь лет, предположим. Или вы это не сделаете. Я пожертвовал своей репутацией и своей жизнью общественной ради вас. Так бы он мог сказать. Я предлагаю поговорить об этом по телефону. Если кто-то из вас позвонит, кто оказывался в похожей ситуации в момент уголовного преследования, или у кого знакомые оказывались в похожей ситуации. Вы нам расскажете, каково это, такой выбор держать в голове и принимать решение?

А. ГОЛУБЕВ: Нелегкий выбор. Хотя здесь хочется сказать, что пятеро детей, попозже, когда к биографии обратимся, это он хотел много детей. Он своей жене сказал, что будешь рожать.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Десятерых. А она сказала, что обойдется тремя, а получилось уже пять.

А. ГОЛУБЕВ: Как мужик, он должен этих пятерых детей вытаскивать.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Как-то нужно объяснять жене, что у него позиция и его все поддерживают. Мало, кто может осудить человека, который не предал. Я начинаю принимать телефонные звонки. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ1: Здравствуйте. Меня зовут Владимир. Я из Волгограда.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Бывали ли вы в похожей ситуации? Или просто на эту тему хотите высказаться?

СЛУШАТЕЛЬ 1: Я на тему и похожая ситуация. Вы не представляете, насколько Навальный – это, видимо, по телевизору. Вы не представляете, на какой прессинг идет власть на людей, я по профессии врач. Вы просто не представляете, какой прессинг идет на профессионалов.

А. ГОЛУБЕВ: Мы видим про Петра Офицерова, например. А у вас какая история? Какой вы делали выбор?

СЛУШАТЕЛЬ 1:Боремся, как можем. Боремся за семью, за выживание.

Т. ОЛЕВСКИЙ: На месте Петра Офицерова что бы вы выбрали?

СЛУШАТЕЛЬ 1: Пока я выбираю свою честь.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Как вас зовут? Здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ 2: Здравствуйте, Ольга из Москвы. Дело в том, что я очень хорошо знаю Петю. Мы с ним вместе были в партии « Яблоко». Здесь речь идет не о выборе: дети или Навальный. А речь идет именно о чести своей. О том, как он потом будет отвечать перед своими детьми. Этот парень сделал себя сам. Он рос на Чукотке. Сложности были очень большие. Приехал в Москву, работал торговым представителем. Был мальчиком на побегушках. А потом стал просто отличным специалистом. Так сложилось, некоторое время мы не общались, потом нашли друг друга.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Оль, смотрите, прекрасно, что вы его знаете. Но вы понимаете, что это не дело Петра Офицерова, мне так кажется. Претензии не к нему, в основном. Соответственно, он мог бы выйти из этой истории раньше. Но у него есть его дело и его семья. И что?

СЛУШТЕЛЬ 2: Я хочу сказать, что Петя никогда не предал бы и никогда не поступился бы  своими принципами и тем, что он считает правильным и справедливым. От этого он никогда не отступится.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Спасибо за вашу точку зрения. Сейчас приму еще один телефонный звонок. Алло, здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ 3: Алексей, Москва. Вы путаете. На сделку со Следствием человек идет, когда хочет себя выручить, а ему предлагали оговорить человека.

Т. ОЛЕВСКИЙ: И выйти сухим из воды. И объяснить потом. Алексей, вы бы сказали своему приятелю: понимаешь парень, у меня семья, работа, но я тут причем?

СЛУШАТЕЛЬ 3: Вы по существу оправдываете Опалева. Он оговорил Алексея, чтобы сохранить свою семью.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Вы на себя можете примерить эту ситуацию? Вы бы так сделали?

СЛУШАТЕЛЬ 3: Я горжусь, что есть такой человек.

Т. ОЛЕВСКИЙ: А вы бы так сделали?

СЛУШАТЕЛЬ 3: Я бы так тоже сделал.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Вы уверены в этом?

СЛУШАТЕЛЬ 3: Уверен.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Спасибо за вашу точку зрения.

А. ГОЛУБЕВ: Вот сообщение. «Я бы точно испугался. Даже не за семью, а за себя»,— пишет Игорь.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Покер пишет: « Не одной же семьей живет человек. Дело принципа. При этом режиме рожать детей нельзя». Но если уже родились. Я предлагаю двигаться дальше. Мы этот же вопрос задали Навальному.

А. ГОЛУБЕВ: В лоб. Как ему живется, есть человек, у него есть пять детей.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Почему мы об этом говорим? Это не просто такое умозрительное развлечение придумать ситуацию, которая развивается на наших глазах. Использовать этих людей, всю эту историю для того, чтобы программу провести. Просто на наших глазах разворачивается самая настоящая драма. И для Алексея Навального драма, который тоже за это переживает. И для Петра Офицерова, и для его семьи, и для судьи, который ушел в совещательную комнату.

А. ГОЛУБЕВ: Позиция Алексея Навального меня здесь просто поражает. Когда мы его спрашиваем, что может как-то у него совесть внутри его как-то гложет.

Т. ОЛЕВСКИЙ: А что он должен был сделать, по-твоему?

А. ГОЛУБЕВ: Он политик. И тут появился бизнесмен, которого используют, чтобы посадить Навального. Он затащил его в эту каша, которая заварилась.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Давай послушаем Алексея Навального. Потом я с тобой поспорю насчет того, что он туда его затащил. Мы как раз сейчас про биографию Петра Офицерова поговорим. Алексей Навальный:

— Вы знаете, есть такая штука, по-моему, про Максима Горького, что в жизни всегда есть место подвигу. Когда Офицеров, которого этот подвиг никто не просил делать, если бы он сделал что-то совершенно обратное. Большие или маленькие подлости делают миллионы людей вокруг. Просто когда ему предложили эту подлость сделать, он отказался. В жизни он совершил такой маленький или не очень маленький подвиг. Я его уже воспринимаю и буду всегда воспринимать сквозь призму того, что произошло в Кировском суде, когда он просто был человеком, которого случайным образом выбрал Следственный комитет, чтобы меня посадить с использованием его какой-то предпринимательской деятельности. Он оказался человеком, которого запугивали, угрожали, пытались подкупить просто для того, чтобы он дал на меня какие-то ложные показания. Он отказался это делать, отказывается до сих пор. Несмотря на то, что ему, совершенно невиновному и случайному человеку, грозит такой длительный срок лишения свободы. Для меня он человек очень смелый, цельный. Человек, для которого действительно какие-то принципы значат многое.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Алексей Навальный, Леш, обратил я внимание, сказал, он дал оценку, что если бы Петр Офицеров его сдал – это было бы подлостью.

А. ГОЛУБЕВ: Цинично отмечает он, что в жизни каждого человека есть место подлому. Никто не заставлял его геройствовать, он сам это выбрал.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Не знаю, цинично или нет, но я хочу предложить еще одно голосование. Я вам расскажу, как вы проголосовали. 19% считают, что они пошли бы на сделку с кем угодно, чтобы своих детей не оставить без кормильца. И 81% говорит, что они поступили бы так, как Петр Офицеров. Я вам предлагаю новое голосование. Если бы у вас был выбор, вы могли бы сказать Петру Офицерову, находясь с ним в одной упряжке, и любому другому человеку. Сказали бы вы ему: «Парень, сделай все, что хочешь. Но не садись в тюрьму. Это мое дело». И такие люди были бы. И сказали именно так. Если бы вы стали просить человека жертвовать собой, то ваш телефон: 660-06-64. Если бы не стали просить человека жертвовать собой, то ваш телефон: 660-06-65.

А. ГОЛУБЕВ: Мы разговаривали со многими друзьями Петра Офицерова. Я заметил такую деталь, что, во-первых, они его любят. Была история, как он буквально вербует в друзья. Он бизнес — тренер. Проводит различные лекции по всей стране. И там знакомится с людьми, уже взрослыми, состоявшимися. И из этого круга набирает себе друзей, крепких и хороших друзей.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Такой парень, который родился в Киргизии. Русский парень, который из Киргизии в 90-ые приехал в Россию. Сперва на Чукотку, потом в деревню в Калужской области, там прожил долгие годы в деревне, где только один телеканал был. Работал дояром, стал зооинженером в Академии. В аграрном заочном университете учился на зооинженера. У него была своя пасека на 10 стульев, где он и написал дипломную работу по пчеловодству. Это была его основная работа долгое время. Там же он уговорил жену, которая приехала с семьей на дачу, выйти за него замуж. С тех пор они живут вместе. В 21 год у него родилась дочка. До сих пор они вместе живут. Как Ольга правильно сказала, кем он только не работал в 90-е. В 98-м году вообще охранником работал. Пошел учиться. В « Яблоко» попал тоже в 98-ом году.

А. ГОЛУБЕВ: Это не вызывает симпатии. Человек прыгает с места на место. Занимается бизнесом. То тем, то тем. Потом у него не получается. Дай и попробую в политике. По телевизору они все такие сытые, богаты, и я дерзну.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Ты знаешь, Петр Офицеров в 90-е годы, не находясь в Москве даже физически, найти работу и устроиться, чтобы просто прокормить семью, не то, что будешь прыгать, а люди прыгали, бегали, плясали на ушах и что только не делали. Второе, он ведь в « Яблоко» пришел не на руководящие роли, он не давился там какой-то звездной карьерой.

А. ГОЛУБЕВ: Не пошло, как и в бизнесе, не удалось.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Дело в том, что они в 90-е встречались с Навальным. Он работал в региональном отделении. Грубо говоря, занимался выборами в регионах. Такая работа, на которой карьеру и не сделаешь. Петр Офицеров умеет находить друзей. Это мы уже поняли. Если бы он хотел найти себе хороших друзей в партии, наверно, он бы смог найти друзей. Но как-то у него именно эта часть деятельности была больше для души, чем для политической карьеры.

А. ГОЛУБЕВ: Знаешь, это очень характерно, как у оппозиционеров. Они против всего, и сделать ничего не могут. Так и у него с бизнесом. Он ничего не смог сделать, пошел в политику. Решил там себя как-то реализовать. Потом стал бизнес — тренером.

Т. ОЛЕВСКИЙ: По поводу этого мы с тобой еще поговорим, потому что у нас есть мнения его друзей, которые считают, что он прекрасно нашел свое место в жизни. Тут с тобой можно поспорить. Но я предлагаю послушать Дмитрия, который считает, что у Петра Офицерова на Навального обида затаилась.

А. ГОЛУБЕВ: Знаешь, я еще сейчас добавлю, мы с Дмитрием разговаривали, вообще все его друзья боятся произносить слово « тюрьма». Они не могут даже это произнести, что Петр сядет в тюрьму. У них это как-то в голове не состыковывается. У них у всех есть какая-то обида на самого Навального.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Человеческая такая.

А. ГОЛУБЕВ: Если бы не вся эта заваруха, Петр бы дальше жил, зарабатывал деньги.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Петр Офицеров приехал в Кировскую область не потому, что Навальный его туда позвал. Он сам об этом много раз говорил. Когда я с ним гулял по Кирову и делал с ним репортаж, он рассказывал, что он увидел знакомые лица, подумал, что, наверное, что-то изменится в 2009 году. Но у него же были успешные опыты. В том числе успешного бизнес — консультирования.

А. ГОЛУБЕВ: Но угораздило на Навального…

Т. ОЛЕВСКИЙ: Но он приехал, поймал такси, поездил с таксистами и спросил, чем бы здесь заниматься можно в Кирове. Они сказали – лесом. И он начал заниматься лесом. Сперва появилось, это очень важный момент, нельзя путать, сперва появилась компания « ВЛК», которую он возглавил, в которую он взял дочку Опалева работать. Это логично, когда ты начинаешь какой-то бизнес, познакомиться поближе с родственниками человека, от которого зависит продажа, на первый взгляд. Он сперва запустил компанию « ВЛК». Только потом, когда было кировскими вечерами нечего делать, а людей из Москвы там было немного. Он начал ужинать и время от времени встречаться с Навальным. И появилась эта идея, что « ВЛК» может каким-то образом справиться с коррупцией, которая, по мнению Навального, процветала в Кирове. Это не наоборот было.

А. ГОЛУБЕВ: Тимур, я бы посмотрел на тебя, если бы твоего лучшего друга захотели бы упрятать в тюрьму на несколько долгих лет. Давай послушаем, что говорит Дмитрий, его друг:

 — Честно говоря, если посмотреть, то Навальный, для него это его работа, его жизнь. Петр здесь не причем. Наверное, что-то в душе есть. Политика – это политика. Надо здесь разделять. Если бы, наверно, ( НРЗБЧ) бы не был в этой ситуации, то ничего, наверно, и не возникло.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Мнение Дмитрия. Некоторые друзья Петра Офицерова не любят представлять свою фамилию. Мы будем их называть по именам. А те, которые с удовольствием согласились представиться полностью, мы их тоже назовем. По поводу семьи Петра Офицерова. Раз уж мы об этом так много говорим, я предлагаю сразу послушать еще одну подругу Ольгу.

А. ГОЛУБЕВ: Они познакомились на одном из бизнес — тренингов, стали дружить семьями. Они очень крепкие друзья.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Ольга бывала у них дома. Она может рассказать, как устроена их семья:

— У него очень четкие жизненные принципы, фундаментальные. По отношению к семье, по отношению к порядочности, по отношению к чести. Я крестная у двух его детей. Я вижу эту семью. Я знаю правила, по которым воспитываются эти дети. Представляете семью, в которой пятеро детей. Если я не ошибаюсь, старшему сыну Сергею лет 18. Это с абсолютно четкими понятиями роль мамы. Роль отца, когда дети помогают друг другу. Когда старшие помогают младшим. Если мамы нет дома, то функции старшего берет на себя старшая дочка. Я никогда не слышала, чтобы они повышали друг на друга голос. По поводу того, что он общается с Навальным, я вообще не знала. То ли он не хотел мне это говорить. Он стал общаться с Навальным, в отношениях наших ничего не изменилось. Для меня все, что происходит – ужасно неприятная ситуация. Петр единственный кормилец в семье. Какой груз ответственности ложится на жену, которой надо будет поднимать пятеро детей.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Это мнение близкой подруги Петра Офицерова Ольги. А я только что остановил голосование. Не стали бы просить пожертвовать собой 69% позвонивших. И 32% говорят, что могли бы попросить.

А. ГОЛУБЕВ: У нас противоречивые получились данные.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Мне кажется, мы не можем исключать тот факт, что и Петр Офицеров и Алексей Навальный, и все, кто оказался в этой истории замешан, они стали жертвами определенных обстоятельств. Ты ведь бывал в Кировской области. Представляешь, о чем идет речь?

А. ГОЛУБЕВ: Я бывал в Кировской области. Я ездил на лесопилки в поселок Демьяново, где люди живут только лесом. Лес в Кировской области – это священное слово. С него кормятся, из-за него убивают. Лес – это просто жизнь. Те, кто занимаются лесом, они не живут по законам, они живут по понятиям. Это просто ужасно. Там происходят страшные вещи. Там из-за этого убивают. Я видел этнический конфликт в борьбе за бизнес, за лесопилки. Там не решает ничего закон. У меня большой вопрос. Офицеров, вмешиваясь в это дело, он же занялся бизнесом лесным, он весь такой честный, нам об этом рассказывают все его друзья.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Судя по тому, что у него получилось, кажется, да.

А. ГОЛУБЕВ: Так или иначе, он должен был понимать, куда он вляпался, что остаться четным там. Я не знаю, мне слабо в это верится, что там можно было остаться честным.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Они же пытались эту историю превратить в честную историю, в прозрачный бизнес, который бы приносил доход области.

А. ГОЛУБЕВ: По мнению следователей, он честность свою не сохранил. А сейчас его судят.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Демьяново, где ты был, там людям удалось разбогатеть на лесе?

А. ГОЛУБЕВ: Отдельным людям — да.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Сергей Елисеев – независимый директор, однокурсник Петра Офицерова рассказал, что ничего мы не понимаем про бизнесмена Петра Офицерова. И мы с тобой, Алексей Голубев, считая, что мы можем судить о его компетенции. Он делал все правильно. Сергей Елисеев:

— В моем понимании Петя не бизнесмен, он, скорее, специалист и консультант, и эксперт. То, что он туда пришел – закономерно. Он уже тогда писал книжки, вел блоги, делал рассылки. Выступал как эксперт организации продаж по управлению продажами. Он не предприниматель в том смысле, которое вкладывается в это слово, которые закупают, продают, хотят получить прибыль. Его бизнес, компания, которая продвигает его самого и оказывает консультационные услуги. ( НРЗБЧ) Лучше всех летают птицы, но в птицах лучше всего разбираются орнитологи, которые не летают. Точно так и здесь. Достаточно спокойный, чтобы быть рассудительным. И достаточно заводной, чтобы ту тему, которая ему нравится, в нее активно включаться личностно, эмоционально. Пока эта история не случилась, я даже не знал, в какой партии он состоял, где он участвовал. К 2007 году, когда мы с ним познакомились, у него политическая деятельность не была такой основной и активной. Когда эта история была в разгаре, когда он приезжал в гости, мы с ним разговаривали об этой ситуации, когда мне было понятно, что там не очень складная история, которая растет не из этого бизнеса. А растет из другого уровня, из других проблем. Более высокого уровня людей, которые его в эту схему, как я понимаю, пригласили. Сделали ему какое-то предложение. У нас был такой разговор однажды. Он занимался консультированием, был экспертом по продажам. Я так понимаю, что его пригласили поработать, создать что-то похожее, наподобие торгового дома, который бы позволил реализацию продукции « Кировлеса» сделать, чтобы было, с чего платить налоги, обороты были и т.д. Каждый владелец этого филиала, местные князья лесные, они сами себе хозяева. Кто сколько выпилил, сколько вывез, заплатил или не заплатил денег для уплаты налогов и т.д. Они все решали сами. Вдруг в этой ситуации появляется компания, которая привлечена и создана, чтобы наладить какой-то нормальный объем продаж. Явно, что все 30 директоров филиалов, они просто увидели в этой компании личного врага, потому что потоки становятся прозрачными и т.д. Отсюда все эти противоречия. Петя в этой схеме оказался как человек, который вызвался. Да, давайте я организую эти продажи, это же моя продажа, это мой профиль. Были совершены, мне кажется, политические и технические ошибки. Даже хорошее дело нужно было делать технически правильно, чтобы не попадать и не подставлять впоследствии людей, которые реально исполняли там нормальную работу.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Это был Сергей Елисеев, который рассказал нам, что, по его мнению, Петр Офицеров, который закончил школу консультантов по управлению Академии народного хозяйства, стал бизнес — консультантом, специалистом по увеличению продаж, приехал заниматься ровно этим.

А. ГОЛУБЕВ: С какой стати бизнес — консультантом. Хоть один бизнес у него удачно получился?

Т. ОЛЕВСКИЙ: По крайней мере, да. У него было много бизнес – историй, которые у него удавались. Может быть, это был не очень крупный бизнес, но у него были истории.

А. ГОЛУБЕВ: Он сам говорит, что все продавал, отдавал.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Смотри, он учил людей продавать. Это очень специальный и узкий сегмент работы. Есть такие примеры, когда у него была фирма, которую он взял с падением продаж с 2-х тысяч тонн до 500 тонн. Он остановил падение продаж и увеличил на 15%. Со дна поднял. И он сам считает, что это не самый удачный пример. Были примеры и лучше. Быть бизнесменом и уметь наладить отдел продаж – это очень специальный вид отрасли. Это вообще, на первый взгляд, разные вещи. Нам пишет Игорь, который говорит, что был на зоне и знает цену тем, кто говорит, что никого бы не сдал и рыцарски повязал на шлем шелковый шарф.

А. ГОЛУБЕВ: 80%, слушаете?

Т. ОЛЕВСКИЙ: 80%, по мнению Игоря, ошибаются. « Больше одного процента людей так не поступают». То, что сделал П. Офицеров, для Игоря – это очень здорово. Пишут, что, наверное, П. Офицеров очень верующий человек. Не знаю. Но Петр Офицеров крестился.

А. ГОЛУБЕВ: В 19 лет. Он был взрослым человеком, когда пришел к этому решению. Тимур, скажи, когда ты друга хочешь проверить на дружбу, ты что сделаешь?

Т. ОЛЕВСКИЙ: В горы.

А. ГОЛУБЕВ: Так поступил и его друг Эдуард:

 — У Высоцкого есть песня такая « Если друг оказался вдруг». В прошлом году Петя первый раз пошел со мной в горы. И там он раскрылся совершенно по-другому. Я увидел его настоящего. Это человек, на которого можно опереться, с которым, грубо говоря, я бы пошел в разведку. В принципе, я видел, как ему тяжело, как он сам мне потом сказал, что у него возникало желание раза три в меня камнем бросить, что я его вытащил. Но он прошел. Я увидел его настоящего. Это человек, который не смалодушничает, не предаст. Потом мы стали семьями дружить. В горах я открыл в нем друга. Если раньше мы с ним просто общались. Вы знаете, я со своей стороны буду ему помогать, чем могу. Грубо говоря, передачки носить. Чем смогу, я его семье помогу. Если это случится, у нас много, что случается. От тюрьмы и сумы не зарекайся. Хочу Пете сказать, что жизнь не кончается. Мне очень радостно, что он остался человеком в этой ситуации. Мы с ним много разговаривали. Он говорит, что не будет предателем, что ему советовали сделать. Он настоящий мужик. Пусть он держится.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Петр Офицеров уже практически с нами. Он слышит нас по телефону. Прежде, чем мы начнем задавать ему каверзные вопросы, я хочу вот каким наблюдением и с Петром Офицеровым тоже поделиться. Когда я следил за этим процессом, который разворачивается в « Кировлесе», мне показалось, что Алексею Навальному и Петру Офицерову вольно или невольно приходится жертвовать своей репутацией, чтобы доказать свою невиновность. Алексею Навальному приходится доказывать, что он не имел никакого отношения к « Кировлесу», что он был советником на общественных началах и ничего непосредственно не решал, что связано с « Кировлесом». Петру Офицерову приходится объясняться по поводу успешности и неуспешности работы « ВЛК». Так или иначе, один и другой из Кировской области уехали. Реформировать ее, наладить все, что у них там получилось, не удалось. Им, может быть, в жизни удалось сделать много чего другого. Но у них не получилось сделать это. Именно то, что у них не получилось, это сейчас высвечивается. Сейчас это все наблюдают. И это определенный ущерб для любой репутации. Я хотел спросить, как вы считаете, для вас авторитет фигурантов дела « Кировлеса» профессиональный в результате этого судебного процесса упал или не упал? Если для вас профессиональная репутация Алексей Навального и Петра Офицерова упала по результатам судебного процесса в Кирове, то ваш телефон: 660-06-64. А если для вас репутация профессиональная этих людей не изменилась, то ваш телефон: 660-06-65.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Петр Офицеров на связи.

А. ГОЛУБЕВ: Здравствуйте, меня зовут Алексей. Вы готовы сесть в тюрьму?

П. ОФИЦЕРОВ: Добрый вечер. Я думаю, к этому быть готовым очень трудно.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Сегодня семинар провели последний.

П. ОФИЦЕРОВ: Да, я людям обещал, поэтому провел.

А. ГОЛУБЕВ: Вы отменили семинары наперед, насколько я знаю.

П. ОФИЦЕРОВ: Я не обещал людям их проводить, поскольку нельзя обещать то, чего не можешь исполнить.

А. ГОЛУБЕВ: Ваша жена вас не винит в той позиции, которую вы заняли?

П. ОФИЦЕРОВ: Она очень сильно переживает. Ей, безусловно, грустно и тяжело. Но она не винит. Она меня поддерживает.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Скажите, пожалуйста, для вас стала политика в жизни важнее во время этого процесса, чем была до него?

А. ГОЛУБЕВ: Не обессудьте, ваше имя до этого процесса общественности не было известно. Теперь вы известный человек на всю страну и не только. Теперь самое время заняться политикой, потому что вас знают, ваше имя на слуху, в новостях каждый день почти. Может быть, в политику?

П. ОФИЦЕРОВ: Знаете, в последнее время мне этот вопрос задают регулярно. Даже говорят, что я уже в политике. Я пока для себя еще не решил, потому что это другая работа. Я этим уже занимался. И сказать, что мне это нравилось, в последние годы я этого сказать не могу, потому что это не совсем то, что доставляло мне удовольствие. Я не знаю, надо еще процесс до конца пройти.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Скажите мне, Петр. По-вашему, кто виноват в том, что вы оказались на скамье подсудимых? Вы виноваты, Следственный комитет, Алексей Навальный или обстоятельства?

П. ОФИЦЕРОВ: Я думаю, Следственный комитет виноват. Потому что дело было сфабриковано с самого начала и до конца.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Я уточню вопрос. Я имею в виду, не в смысле виноваты с точки зрения уголовного кодекса, совершали или не совершали вы это преступление. Виноваты в том, что вы влезли в эту историю, что вы отправились в Киров. Не считаете, что вы были самонадеянны, когда решили, что вам удастся что-то сделать в этой непростой области?

П. ОФИЦЕРОВ: По поводу самонадеянности, возможно, я сделал не совсем то, что можно было сделать. Можно было сделать по-другому. Но это приходит потом, что да, я поступил бы вот так. С точки зрения вины, виноват ли Навальный. Он, конечно, в этом не виноват, потому что он занимался своим делом, в принципе, полезным для всех. Виноват я? Нет, не виноват. А кто виноват? Я думаю, виновато очень много людей, которые принимают каждый день какие-то решения. В итоге мы живем там, где мы живем.

А. ГОЛУБЕВ: Петр, а не возникало таких мыслей, господи, угораздило меня связаться с этим Навальным. Жил бы себе и жил, занимался бы бизнесом. Читал лекции, детей бы растил.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Мы все пытаемся вас всю передачу поссорить.

П. ОФИЦЕРОВ: По поводу связался с Навальным.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Вы вообще знали, чем занимается Навальный, когда начинали историю с «ВЛК»?

П. ОФИЦЕРОВ: Когда я начинал «ВЛК», когда я и он( НРЗБЧ), Навальный был обычным блоггером. Их было сотни. Тогда он не был тем, кем он стал через пару лет. Все это появилось через три года, когда Навальный стал известным общественным деятелем. Если бы дело было в 2009 году – это было бы понятно. Но в 2009 году его не было.

Т. ОЛЕВСКИЙ: У меня есть один вопрос, который не дает мне покоя. Вы не считаете, что нельзя было уезжать из Кирова ни вам, ни ему? Надо было до конца доводить все эти реформы с « Кировлесом». То, что вы уехали, после этого стало возможным это уголовное дело. Победителей не судят, знаете.

П. ОФИЦЕРОВ: Я никаких реформ не делал. Я поехал туда заниматься бизнесом.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Довели бы до конца его.

Т. ОФИЦЕРОВ: Я его довел до логического конца. До того конца, который считал нужным. Я его довел, и оставил брата в этой компании. В 2010 году он фирму закрыл, потому что лесной бизнес оказался не тем, чем я его представлял. Это нормально.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Сейчас лесной бизнес — это по-прежнему неуправляемое криминализированное сообщество людей. Или все поменялось уже?

П. ОФИЦЕРОВ: По поводу криминализированного сообщества – это большое количество маленьких предпринимателей, иногда законных, иногда не очень законных, которые пытаются выживать. О том, что это глубоко криминализированный бизнес, он криминализированный на уровне района, таких глобальных мафиозных систем там нет. Там все занимаются на уровне регионов. Это очень мелкий бизнес и очень мало криминализированный в этом плане, с точки зрения того, как криминализирована наша страна сегодня.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Что бы вы посоветовали людям, которые пытаются построить и начать бизнес в российской глубинке сейчас, на основе вашего опыта?

П. ОФИЦЕРОВ: Когда я делал « ВЛК», у меня ошибка была одна, я переоценил возможности «КОГУПа», он не был тем, чем заявлялось. Это была единственная ошибка. Во всем остальном я все сделал правильно.

А. ГОЛУБЕВ: Петр, вам часто задают этот вопрос. Многие нас спрашивают. Петр, вам страшно?

П. ОФИЦЕРОВ: Я вам отвечу так. Не боятся только дураки и те, кто не понимает, что их ждет впереди. Я прекрасно понимаю, что меня ждет впереди. Чувство страха – это здоровое чувство для разумного человека. Кто-то его преодолевает, а кто-то − нет.

Т. ОЛЕВСКИЙ: Спасибо вам большое. Петр Офицеров был у нас в передаче « Они». Я вам расскажу, что только 4% нашей аудитории поменяли отношение к Навальному и Офицерову в результате « Кировлеса»» в худшую сторону, и 96% утверждают, что их репутация никак не пострадала. Навальный и Офицеров в одной упряжке услышат приговор, который будет прочитан в Кирове 18-го июля, а мы будем за этим, конечно, следить. Мы встретимся с вами через неделю. До свидания.

Комментарии

117

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

tanber 07 июля 2013 | 19:29

Такое впечатление что эти два парня отпетые мерзавцы! И очень удивляются поступком Офицерова да и Навального! Им такое не понять! Вот они и глумятся над людьми честными и порядочными! А иначе им никак!


(комментарий скрыт)

(комментарий скрыт)

kievlanin 07 июля 2013 | 20:04

http://www.ej.ru/?a=note&id=13075


m_anuchin 07 июля 2013 | 20:20

Мы, к сожалению, слушаем только одну сторону, такой у нас фильтр в голове стоит в обозримой истории...


(комментарий скрыт)

07 июля 2013 | 23:38

Офицеров отец пятерых детей должен был остерегаться воровских затей. Суд сейчас озвучит приговор для Пети и на пять лет осиротеют его дети.(это комментарий сегодня стёрли. Очень либерально однако)


08 июля 2013 | 02:07

Да, настоящий мужик. Мало таких. Но, все-таки, больше, чем надеется власть.


petinpapa 08 июля 2013 | 08:47

Странный парень этот Леша Голубев.
То от посетившей его благодати у каждой собаки под хвостом знамение видит. И себя считает святым.
То без стеснения призывает заповедь нарушать "не лжесвидетельствуй"
Так, что Леха либо лжец и лицемер, либо дурак провославнутый.


npl13 08 июля 2013 | 09:21

Гнусное мнение Голубева о Петре Офицерове, с учетом его нынешнего положения, подло. Чисто "по-христиански", где "любовь и милосердие". Это наши РПЦ-ские верующие.


elena_bra 08 июля 2013 | 15:47

Какая-то противная передача получилась


jano 08 июля 2013 | 17:43

Т. ОЛЕВСКИЙ: 660-06-64. Вы бы пошли на сделку со Следствием ради своих детей? А для тех, кто даже ради своих детей на сделку со Следствием бы не пошел, пошел бы до конца, зная, что дети могут остаться без кормильца, для них телефон: 660-06-65.
------
Мне кажется, ответы будут сильно различаться в зависимости от того, отвечает мужчина или женщина (отец или мать). И это естественно и правильно.


capiton 08 июля 2013 | 20:59

Вопрос для радиослушателей можно было сформулировать гораздо проще. Вы идёте по своим делам, вас останавливают представители правоохранительных органов и предлагают дать ложные свидетельства в качестве понятого при "изъятии" у незнакомого Вам человека наркотиков (или оружия), угрожая, в случае отказа, что искомое "обнаружат" и у Вас...


rozhnova75 22 июля 2013 | 23:13

редкость ныне - люди чести и достоинства. рада, что все-таки ВЫ есть. Вопрос один. Как детишки? счастья им и гордости за ТАКОГО отца. Просьба. многие хотят помочь материально. это нормально... ведь этих замечательных крох пять. сообщите номер счета, куда можно перечислять деньги. если... хотя я верю, что абсурд - это абсурд. его надо останавливать...


irinavas 07 июля 2013 | 18:22

Это же сколько вы уже комментариев, в которых критикуют вашу передачу за наличие у вас такого ведущего непрофессионального вы стерли? Вы меня разочаровываете, ЭХО Москвы.


rozhnova75 22 июля 2013 | 23:19

а вы сюда не притесь, господин. оно и вам лучшее)) будет. и нас тошнить не станет.я вот не критикую цтв - я его не смотрю)))


(комментарий скрыт)

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире