'Вопросы к интервью
03 августа 2016
Z Один Все выпуски

Время выхода в эфир: 03 августа 2016, 00:05

А.Венедиктов 00 часов и почти 7 минут в Москве. Добрый вечер. У микрофона Алексей Венедиктов. Это программа «Один». Алексей Соломин находится в отпуске. Я прошу извинения, собирался «Один» проводить и в конце прошлой недели, но приболел. Вот сейчас я с вами. Напомню средства связи. В первую очередь ваши эсэмэски, телефон для sms: +7 (985) 970 45 45. И не забывайте подписываться. Естественно, аккаунт vyzvon в Твиттере. И я вижу, огромное число вопросов идет сейчас через сайт, через интернет. Там есть такое окошечко, заходите, присылайте. Еще одна просьба: все-таки не забывайте подписываться. Не очень хочется разговаривать с анонимами. Тем более у нас тут уже, в общем, ночь и даже, я могу сказать, завтра.

Одно соображение, вернее, предупреждение: Дмитрий Быков, который в четверг ведет «Один», начнет «Один» на час раньше – в 23 часа, и будет вести 3 часа подряд. Вот имейте это в виду. Через «Один» у нас он будет с 23-х часов, это будет только на этой неделе, на замене.

И коль последняя новость была про Фазиля Искандера… Вот интересно, кто говорит мне сейчас — доброй ночи. Казань, Владимир. И Снежана из Тамбова, и Краснодарский край. Вот такая у нас сейчас география. Кстати, скажу Владимиру из Казани – он говорит, спасибо за «Дилетант» с Ганнибалом — да, номер удался, действительно, Владимир. Надеюсь, номер с Маннергеймом выйдет до начала учебного года. В киосках, Владимир, появится 22 августа в Казани, может быть, 24-го, до начала нового учебного года.

Да, сегодняшний «Один» будет приблизительно как «Без посредников». А что я еще могу как главный редактор вам тут сказать? Но тем не менее, давайте начнем с Фазиля Искандера. Меня спрашивают… пришли вопросы, естественно, через наш сайт и собирались тут вопросы, и Станислав-1 – такой у него ник: «Здравствуйте. Ваше мнение о творчестве Фазиля Искандера». Вы знаете, я считаю, что Фазиль Искандер недооценен нашей читающей публикой. Я очень внимательно слежу за продажами. Вы знаете, что у нас есть даже такая рубрика «Топ-15. Самые большие продажи». И вот, к сожалению, Искандер последние годы не писал. Но то, что он писал раньше, на меня производило глубокое впечатление. «Кролики и удавы», я считаю, это, вообще, сравнимо с Оруэллом «1984». Это, конечно, очень сильная штука, как говорил товарищ Сталин, «посильнее, чем «Фауст», Гетте». Это наше «Девушка и смерть», что называется – «Кролики и удавы». И главное, что очень современная вещь.

А.Венедиктов:Фазиль Искандер недооценен нашей читающей публикой

Но, что касается чегемского цикла и «Сандро из Чегема», то, наверное, меня меньше пробил «Архипелаг ГУЛАГ», с точки зрения диктатора и описания диктаторов и «Дети Арбата» меньше пробило, чем чегемский цикл «Сандро из Чегема» и всё вот это. У меня в библиотеке есть книги Фазиля Искандера. Я довольно много книг вношу, вожу, посылаю в разные детдома, хосписы, библиотеки региональные. Сейчас многое есть на «электронке», но вот книги Фазиля Искандера у меня как стояли, так и стоят.

И, конечно, его уход – это еще раз, для меня во всяком случае, да и для вас, наверное, повод вернуться к книгам его, к тем книгам, которые читали раньше, которые еще не читали. Это я к молодым обращаюсь, которые, может быть, пропустили, и вы можете в своей семье, если нужно чего-то прочитать, чтобы понимать…, да и хороший слог, что называется, хороший русский язык. Великий русский писатель Фазиль Искандер. Вот, собственно говоря, отвечая, Станислав-1, на ваш вопрос, может быть, это такая апологетика. Я думаю, что Быков Дима об этом, может быть, будет подробно говорить, но это его дело, чего ему говорить.

Перечитайте – даю совет. Вот выберете время – полеты, поездки, ожидания в очередях, просто сидение, лежание – взяли книги Фазиля Искандера, начали читать. Мне кажется, что это было бы правильно. Если нет – пойдите, купите, поставьте на полку: не вы, так дети прочитают. Я на это очень надеюсь.

Вот этот вопрос, который ко мне пришел… Ну, вот повторяю: я не могу как Дмитрий Быков, я так не погружен, у меня абсолютная вкусовщина в чтении книг, поэтому ничего сказать не могу.

Тут мне какие-то упреки идут, что вот «опять ваши ведущие не смотрят на вопросы, которые мы вам присылаем…», трали-вали… Слушайте, а может быть, вы вопросы будете присылать? Вы же мнения присылаете, а не вопросы. И вот возьмешь вопросы к Ремчукову, или к Шевченко, или к Сванидзе – а где вопросы-то? Вы же их видите, они специально открыты. Где вопросы-то? «Я думаю, что…». Но мы не будем тратить эфир на «я думаю, что…».

И вот я вам приведу пример, один и последних сегодняшних вопросов — назовем это вопросом. Час назад пришел от человека от имени Спарки: «Алексей Алексеевич, количество посетителей сайта «Эха» падает. В чем вы видите причину?» Отвечаю: я не вижу причину, потому что ваше утверждение ложно. Вот оно ложно. Я специально посмотрел, открыл счетчик – не наш, мы сами не считаем, мы не подкручиваем – счетчик Mail.ru, посмотрел. Вот, пожалуйста, июнь месяц: наш сайт каждый день в июле посещало 668 тысяч уникальных пользователей. Это не сколько визитов, а уникальных. Это июнь. В 6-м месяце, который только что закончился – 751 тысяча. То есть, извините, на 70 тысяч в день больше. Это каждодневное посещение, еще раз повторяю: уникальных пользователей. Вчера, поскольку август – 938 уникальных пользователей. Сегодня – вот без 15-ти 00 посмотрел – 914 тысяч уникальных пользователей. И никаких взрывов, никаких происшествий. У нас же, когда происшествия – все бегут на сайт «Эхо Москвы», когда новости – все бегут на сайт «Эхо Москвы». То есть вот вам, пожалуйста. Я не хочу ругаться с человеком по имени Спарки, я просто говорю: все счетчики открыты.

В прошлом году могу посмотреть июль. В прошлом году — 729 в июле, а в этом 751 – каждый день, повторяю. Все счетчики открыты. Мы в отличие от некоторых наших коллег, совершенно не стесняемся. Когда падает – тогда падает. Да, падает и будет падать. Я считаю, что мы не очень много набираем. Нам надо придумывать новые конструкции – ну, «нам» — Виталию и его команде. Естественно, уж свои мозги я туда тоже вкладываю, и мозги «Эха Москвы», я имею в виду всех журналистов с предложениями – предлагать новые проекты. Но увы и ах!

Поэтому вот видите, уважаемый Спарки, это не точно. И вы хотите, чтобы мой ведущий задавал этот вопрос кому-нибудь типа Алексашенко, а потом Алексашенко стал бы с вами спорить? Нет, программы эти гостевые не для этого. Задавайте вопросы нормальные, как, кстати, вы сегодня задаете – я на них и отвечаю, на эти вопросы.

Гораздо более интересные вопросы – вот мне Сережа Бунтман говорил, я ему поручил – приходят из наших социальных сетей. И я совершенно не понимаю, почему люди, которые сидят «ВКонтакте», в «Одноклассниках», в «Фейсбуке» в наших группах – им сказано, вот приходит… не знаю – министр иностранных дел Уругвая и они задают вопросы как министру иностранных дел Уругвая, понимаете да? Понятно же, человек приходит как приходит.

Кстати, сегодня была эта смешная история с Игорем Шуваловым – я посмотрел — по-моему, в Екатеринбурге, стадион там смотрел, стройку (он отвечает за чемпионат мира). И там, соответственно заголовки: «Помощник Шувалова запретил журналистам задавать вопросы…» или: «Не допустил журналистов задавать вопросы по поводу самолета, квартиры, чего-то еще…».

А можно задать вопрос? Вот помощник Шувалова – я понимаю. А чего заранее журналисты ему вопросы сливали? Они что, разрешения у него спрашивали? Вообще, уважаемые коллеги, это что за процедуры такие? Вы сообщаете и о вопросах, которые хотите задать до пресс-конференции, а потом возмущаетесь, что вам не дают из задать. Так не сообщайте. Кто вас неволит? Но вы же сообщили.

Чиновник оберегает своего шефа, а вы-то чего, коллеги? Ну, это безобразие! И мое «безобразие» направлено к коллегам, а не к чиновнику. Чиновники, они защищают… пресс-секретари. Это что, новость, что они защищают своих патронов, что они ограждают своих патронов? Во всем мире так. У нас это более грубо, скажу — верно. Но я вам могу сказать, что и работая с интервью с первыми лицами других стран, мне приходилось сталкиваться с пресс-секретарями, коммуникаторами, советниками по коммуникации, с посольствами, наконец, которые говорили: «Дайте вопросы». Я всегда отвечал: «Я вам могу дать вопросы, но я же не знаю, как он будет отвечать и на что его потянет. Поэтому я вам дам вопросы, но придерживаться их не буду». И все отлипали, включая пресс-службу Лукашенко. Довольно сложно с ними было работать.

А.Венедиктов:Чиновник оберегает шефа, а вы-то чего, коллеги?

Понимаете? Так это вопрос к коллегам. Будьте любезны, коллеги, не сливайте свои вопросы. Но очевидно, что если Шувалов выходит к микрофону, что вы зададите эти вопросы. Ну задавайте. Кто вам мешает? Если вы их сливаете до – вас не допустят. Это борьба такая. Надо за это биться. Вы скажете: это нормально? Я скажу: нет, не нормально. Но мы живем с вами в ненормальном мире, где секретари, повторяю, включая пресс-секретарей руководителей демократических стран тоже пытаются своего шефа оградить. Но это их работа. А вы свою делайте, а они будут свою делать. А вы умнее, вы должны их обходить. Это к вопросу о вопросах. У нас все вопросы открыты, то есть вы можете их прочитать. Кроме одной программы, которая называется «Без купюр», когда вы задаете вопросы в закрытом режиме заранее объявленному человеку, мы вычищаем оттуда все говно, которое вы туда льете – после «нуля» можно же говорить по Москва, наверное – или «дерьмо», как говорит депутат Тьерри Мариани – отдаем им (это просто оскорбления). Дальше они сами выбирают 10 вопросов и публикуют. Это видят только мы и они. Такая процедура. Это такая программа, и все знают, что она не в эфире, она только на сайте.

Кстати, был вопрос про Лизу Пескову: Зачем? А зачем там 100 тысяч просмотров? Вы меня извините, мое дело – просмотры, лайки набирать — лайки, шеры… чего там еще? – клики. А затем, что интересно. А затем что людя̀м интересно. А затем, что девушку, оказалось, невозможно, загнать в угол. Вы думали, что вы своим хамством ее загоните. Не удалось. Вот зачем. Знайте. И молодец она.

Пошли дальше. Тут у нас – про говорящие головы… Это я ответил. А вот важные вопрос, Lemurek пишет мне. Ради бога, сейчас я перейду к эсэмэскам. Телефон для sms: +7 (985) 970 45 45. Спасибо. Сыктывкар меня тоже слушает и это, конечно… Поскольку я с трудом произношу это название с детства, не знаю, почему… вот не знаю, почему. Я очень благодарен, что у меня там слушатель. Это знаете, как у меня мой сын, он уже давно научился говорить слово «зеленый», но, когда он увидел светофор, он до 12 лет он говорил «зенёлый», вот все зелёное, а это зенёлый. Вот у меня тоже с вами с Сыктывкаром сложности. Не обижайтесь, пожалуйста.

— «Что вы думаете о статье Мурзина «Сакральная жертва», посвященной убийству Немцова?» Я думаю, что там много фантазии. Она имеет право быть. Вот то, что касается меня, это точно фантазия. Этот человек вообще не понимает и не знает, что я делаю, как я в этой истории нахожусь. Поэтому ну, хорошо, фантазия. Давайте читать фантазии друг другу, я совершенно не против этого. Но там есть фантазии, которые унижают погибшего — здесь я как бы… воздержался бы — и представляют его таким… недоумком. Это не так. Борис не был недоумком. Это не так.

Я слежу за этим. Мы следим, конечно, за расследованием по делу убийства Немцова. Периодически встречаемся с членами семьи, с адвокатами, и с адвокатами семьи Немцова тоже, скажем так. И, как вы знаете, мы на всех пресс-конференциях и прямых линиях президенту задаем вопросы по расследованиям этого дела. Это наша принципиальная позиция, и, я думаю, что все про это всё знаю.

А.Венедиктов:Мы следим за расследованием по делу убийства Немцова. Встречаемся с членами семьи, с адвокатами

Давайте я временно перейду на эсэмэски. Я напомню, это программа «Один», Алексей Венедиктов. Сейчас я перейду… Вася спрашивает: «Сколько сотрудников кроме вас перезаразила Бычкова?» Вот даже если представить себя — я специально выбрал – Вася, что лично меня она заразила, вот, как вы думаете, я могу посчитать сотрудников, которые перезаражают друг друга бесконечно? Вася, вот как я могу ответить? Это к вопросу к люстрации вопросов. Я совершенно не обижаюсь, но согласитесь, сейчас, в ночном эфире я могу себе позволить на эту тему пофилософствовать и порассуждать. Я даже не знаю, сколько я сотрудников перезаразил, если уж так сказать. Но на самом деле, у нас очень много в отпуске людей, поэтому даже люди, которые приболели, они все равно в эфире, и я все равно в эфире. Я тоже.

Дальше мне пишет Никифор: «Верните ночной эфир Плющева законному владельцу – Ильинскому». Законный владелец эфира, Никифор – я. Слушайте меня: я. Еще раз: я. И вы Владимира Ильинского будете слушать сегодня после меня. К сожалению, Саша Плющев уходит с «Одина». Он попросился, он не тянет, как он сказал, и ночь и утро. То есть он выбрал утренний «Разворот». Поэтому большая проблема, кто будет вести эфир с субботы на воскресенье. Пока чешу потылицу, чешу затылок. Ну, не знаю. Вернуться люди из отпуска – буду рассуждать.

Рита пишет, что у нас очень умные девочки. Это правда. Екатеринбург слушает. Спасибо, Дмитрий Мезенцев, наш постоянный слушатель.

«В чем смысл еженедельного присутствия, — пишет человек, подписавшийся П. в эфире столь одиозных персонажей, как Шевченко, Поляков, Сунгоркин и Марков?» Вы знаете, слово «одиозный» же не кодифицируется. А некоторые считают Шендеровича одиозным. А некоторые считают Женю Альбац одиозной. Некоторые считают меня одиозным. Некоторые считают Путина одиозным, а некоторые считают Обаму одиозным. Поэтому это все вкусовщина.

Кадырова — «Особое мнение». Нет, а в интервью хотел бы. Пожалуйста, в «Разбор полета» я бы с удовольствием, и звал, кстати, господина Кадырова в прошлом году еще, до того, как он стал наезжать на «Эхо Москвы» или в ходе этого. Я Суркова звал, я всех звал. Кстати, у меня был вопрос, почему, будучи в Штатах, я не взял интервью у Трампа и у Клинтон? Потому что они не смогли дать. Потому что это было время – мне подробненько объясняли – это время подготовки съездов. Я, вообще, попал на съезд республиканцев, я имею в виду, был в штатах, когда был съезд республиканцев. И вообще, с республиканцами у меня было дело швах – с интервью. И встречи… Там были некоторые встречи на аппаратном уровне, где люди принимающие встречи, но непубличные. А с демократами, как вы понимаете, было получше, но тем не менее не получилось. И часто не получается и когда сюда люди приезжают. Вот сейчас пытаюсь зацепить Эрдогана, например, который 9-го будет в Санкт-Петербурге. Не

знаю, зацепили или не зацепили. Это история такая… Поэтому всё будет, работаем постепенно.

А.Венедиктов:В «Разбор полета» я звал господина Кадырова в прошлом году, до того, как он стал наезжать на «Эхо Москвы

Да, действительно, не смог, болел… Стас Путильцев пишет: «Что вы можете рассказать про пиратский интернет-ресурс «Эхо Киева», который якобы принадлежит Лесе Рябцевой?» Леся, по-моему, это опровергла в интервью «Комсомольской правде» в свое время. Почему он пиратский? Ну, решили немного посидеть на нашем бренде. Пусть сидят. Но, Стас, «Эхо» не имеет к этому ресурсу никакого отношения – «Эхо Москвы». Насколько я понял Лесю, она тоже не имеет к этому ресурсу никакого отношения. Она об этом говорила еще в декабре. Ну, люди там делают… что-то — пусть делают.

Владимир пишет: «Увольте, пожалуйста, того-то… Привольте того-то…». Давайте я буду это решать, правда? Очень длинные… «Даешь Быкову три часа!» — Димыч из Екатеринбурга. Вот и получилось три часа.

Иван пишет: «Кто будет вместо Плющева?» Еще не решил. Кстати, я очень сожалею, что уходит Саша с этой… Может, не навсегда. Саша начинал этот проект наш, он его поставил на ноги. Но, конечно, «Один» — это авторский проект. Вот смотрите: у Быкова – один, у Соломина – другой, у Воробьевой – третий, у Ореха – четвертый и так далее. То есть здесь нет, как в «Особом мнении», особых правил. Поэтому надо найти человека. Я думаю. Знаете, думать – это процесс тяжелый, я бы даже сказал, болезненный. О-о, Бронкс слушает. Замечательно! Вижу по телефону, что, действительно, это Бронкс.

Так, это я ответил… Ребята, не надо дважды присылать вопрос, потому что вы дублируете – я трачу время на то, чтобы листать. Хакер пишет из Германии: «Что-то ваше радио у меня тормозить стало, как вам написал вчера…». Понятия не имею. Вообще, на самом деле, я не понимаю, что такое «тормозить». Через интернет я слушаю через «Рамблер», если нужно послушать, когда я в отъезде — и все у меня идет отлично. Я не знаю, через что вы слушаете, я слушаю, через «Рамблер» и вам рекомендую.

Дмитрий пишет: «С чего порекомендуете начать читать Искандера?» Это, Дмитрий, ведь очень индивидуально. Я не знаю, сколько вам лет. Я не знаю ваши литературные вкусы. Я вот называл «Кролики и удавы» и «Сандро из Чегема». А дальше как пойдет.

Вот Оля из Санкт-Петербурга — тоже про Искандера. Мне очень приятно, что вы услышали меня, что Искандера надо читать. Мне очень приятно, знаете… Но это работа — читать Искандера, но при этом это замечательный русский язык, поверьте мне.

Влад из Перми пишет: «Архипелаг ГУЛАГ» — это сила». Точно, сила.

Так, дальше… Красноярский край. Чего вы там не спите в Красноярском крае, чего я вам такого могу сказать?.. Евгений из Санкт-Петербурга: «Уберите НРЗБ того-то». Не уберу.

Никифор опять же: «Хазин стал говорить неправильные вещи – его убрали». Вы знаете, Никифор, я не знаю, кто говорит правильные вещи, кто говорит неправильные вещи. У меня проблема, на самом деле, в отличие от того, что вы написали, вот что: у меня несколько людей, которые приходят, баллотируются в Государственную думу; и я вот буду встречаться, наверное, с Эллой Памфиловой, буду с ней говорить о том, как бы этих людей не исключать из эфира до выборов, чтобы это им не записывалось в качестве агитации. Тот же Хазин, тот же Рыжков, тот же Потапенко, тот же Шевченко, тот же Гудков, тот же Шаргунов Сережа – видите, это всё разные партии, все к разным округам приписаны. Что с этим делать, я не знаю. Поэтому я буду говорить, соответственно, с Памфиловой.

Из Санкт-Петербурга Александр: «Что Барщевский не появляется?» Он сказал, что он устал. Слушайте, это же не его работа была. Я же не могу заставить его приходить. Но, на самом деле, я думаю, что дело не только в этом – что ему посоветовали и за это дали ему эфир на другой радиостанции. Я так считаю.

«Почему к вам никто не приходит из госчиновников уровня Шувалова?» — спрашивают из Ставропольского края. Андрей, как это не приходят? И, собственно, Шувалов был у нас в июне. И Силуанов был у нас – министр финансов – в июне. И Улюкаев был у нас – министр экономики – в июне. Дворковича не помню… С Мутко ругаюсь… Губернаторов полно было. Ну, почему не приходят некоторые – это мы понимаем. Ну, не приходят. Ну, что делать? Придут еще. Бывало.

Почему «Полный Альбац» не будет?» – спрашивает Анастасия из Москвы. Женя в отпуске. Напомню, она не сотрудник «Эха» и она приходит, как она приходит. Сейчас она официально в отпуске, журнал тоже в отпуске. Если что-то… кто-то уходит, вы это узнаете либо от него, либо от меня, что называется. Поэтому, я думаю, что вам не стоит напрягаться по этому поводу.

Василий из Москвы: «Спасибо за Асланяна». Да, пожалуйста. – «Быкова — в «Особое мнение»». Послушайте, он может выстраивать свои часы, как он хочет. Было бы достаточно странно человека, у которого есть передача звать в «Особое мнение». Мы же Веллера, Латынину и Пархоменко не зовем в «Особое мнение». У них свои передачи. Но я не исключаю такой возможности. Просто, если у человека есть передача, лучше разнообразить, разве нет?

Вот это очень я люблю вопросы: «Неужели вы не понимаете…». Нет, я не понимаю. Отвечаю в смысле, когда я чего-то понимаю, я вам говорю. Вот по Павлу Шеремету я пока ничего не понимаю. Я внимательно прочитал все версии. Я, к сожалению, не могу быть так имплантирован в расследование, потому что оно идет в другой стране. Там, конечно, наш журналисты максимально – я имею в виду Сакена Аймурзаева, Матвея Ганапольского — за этим следят, за расследованием по убийству Павла Шеремета. Но, согласитесь, за расследованием в другой стране, не имея возможности получать инсайдерскую информацию, не имея возможности постоянно общаться с адвокатами, с прокурорскими, с потерпевшими, — это я буду просто вас обманывать. Это зачем?

У меня по Павлу такое все-таки ощущение, что это для запугивания; что это убийство не несло конкретного устранения, с точки зрения того, что он чего-то там расследовал, чего-то делал не так. Я думаю, что это история запугивания. Первый круг российских журналистов — которые работают на Украине или в Украине, — как хотите, я говорю «на Украине», не обижайтесь, пожалуйста, как привык, так и говорю. И второй круг запугивания – это запугивание вообще журналистов. Это, к сожалению, вещь обычная. Вот, я думаю, что так. Других соображений, честно говоря, у меня пока нет. Но если будет, я скажу.

А.Венедиктов:По Шеремету ощущение, что это для запугивания; что это убийство не несло конкретного устранения

Это программа «Один». У микрофона Алексей Венедиктов. Мы сейчас уйдем на две минуты, чтобы регионы услышали рекламу и саморекламу, потом вернусь и буду отвечать на ваши вопросы

РЕКЛАМА

А.Венедиктов Это программа «Один». Алексей Венедиктов. 00 часов и 35 минут, и сегодня уже 3 августа и уже среда.

Было несколько вопросов по поводу Белыха и по поводу моего отношения к тому, что происходит. Это вопрос гораздо более серьезный – ночью можно об этом – чем то, что можно говорить днем на коротком каком-то пробеге в Твиттере или в блоге.

Во-первых, зная Никиту, я могу вам сказать, что я не верю во взятку. Просто не верю и всё. Да Никита вполне состоятельный человек, но дело не в этом. Я просто знаю, сколько он вкладывал своих личных средств в развитие города. Да, он миллионер, видимо. Можно посмотреть его декларацию, она опубликована.

А.Венедиктов:Не верю во взятку Белыха. Я просто знаю, сколько он вкладывал своих личных средств в развитие города

Такой простой пример: он, когда стал губернатором, была положена машина, сопровождение, — он купил машину и ездит на своей машине. Почему бы не воспользоваться хорошим «Мерседесом» из гаража губернатора? Нет. Потому что эта машина была отдана. Просто его знаю… Все может быть, конечно, но зная Никиту, я в это не верю. Первая позиция, и она главная.

У меня уже есть, сложилось представление о том, что случилось. Я уже набрал массу информации – отдельно; комментарии – отдельно. Ну, может, вы не знаете, что, например, идут допросы его помощницы, к которой в кабинет, когда вышел следователь, заходит бывший вице-губернатор Никиты Юрьевича, которого он уволил, и говорит ей: «Таня, тебе дальше жить…». А как он в Следственный комитет прошел? А он кто? Вот например, такие вещи, рассказывают, происходят. И кто пропуск выписал, например? С какой корочкой человек зашел? Ну, есть масса мелких деталей, которые указывают на то, что эта история сконструированная.

Вторая история заключается в том, что надо, вообще, определиться, что, когда твой друг попадает в беду – как ты себя ведешь, даже если кажется, что он виноват? А мне не кажется, что Никита виноват. Но если вам кажется, что он виноват… Вот происходят разные истории. Ваш друг совершил проступок, с точки зрения государства, преступление: сбил на автомобиле и скрылся с места. Например. Вы чего будете делать? Вы будете как Владимир Маркин говорить: «наши так называемые бывшие коллеги» — вы так будете себя вести? Ну, тогда нам с вами не по дороге. В смысле, вы будете слушать радио, но мне тогда с вами не о чем разговаривать. А на что нужны друзья – только, когда ты губернатор и у тебя все хорошо? И когда ты едешь в область и тебя там принимает в резиденции губернатор и ты там надуваешь щеки? И мы это видим: когда случилась беда, куда-то делись все эти друзья, многие из них – вообще. Причем еще ничего не доказано.

То же самое происходит и не с Никитой. Я знаю, что замолкают телефоны у того же Бельянинова, господи! Я видел, как вокруг Бельянинова крутились еще 12 июля на приеме огромное число людей – и где они сейчас? А их нету. Это, значит, то же произойдет и с вами. Просто к этому надо быть готовым. И поэтому это — себя не уважать, что называется. Ну, есть люди, которые себя не уважают.

А.Венедиктов: Я видел, как вокруг Бельянинова крутились еще 12 июля огромное число людей – где они сейчас? А их нету.

Вот Аня пишет: «Белых коррупционер…». Да считайте ради бога. Вы же знаете картонного Белыха, вы же знаете человека, которого только видите по телевизору или слышите по радио. Это ваше представление. Вы, вообще, можете представлять его хоть женщиной. Это ваши трудности и трудности вашей жизни. Но вас это догонит. И когда с вами случиться беда и неприятность, и когда ваши друзья от вас отвернутся, вот тогда вы поймете, что я говорил. Вот тогда вы поймете, что я говорил. Поэтому я буду себя вести так, как я себя должен вести.

У меня разные друзья — вы знаете. Они политически во власти и в оппозиции. Вот я, собственно говоря, считаю, что себя надо вести ровно так, как я себя веду. Было бы смешно себя вести не так, как ты считаешь. Ну, может быть, потому, что я человек уже взрослый, и у меня прошло больше и осталось меньше и что думать надо уже о вечном, что называется. А вам еще рано думать о вечном – может быть, поэтому. Или просто вы дурно воспитаны. Или просто у вас не было настоящих друзей. Или вас уже кидали ваши друзья. Такая вот история.

Меня тут спрашивают: «А если будет доказано?» Вы знаете, если будет доказано, что ваш ребенок совершил преступление, вы чего сделаете? Вы будете павликами морозвыми, отречетесь от своего ребенка? Или от своего отца? А какая разница? Или от своего друга? Ну, как так можно? Неправильно это, на мой взгляд. С другой стороны вы можете вести себя как угодно, но вы меня спросили, про мою точку зрения – вот я вам про свою точку зрения всё это и рассказал, всё это разложил.

Давайте вернемся к эсэмэскам, аккаунт vyzvon и так далее.

Так. «В Питере прерывается…». Давайте это вы Дымарского будете… — «Видимо, сам Маркин свято верит, что с ним подобного не случится», — пишет Максим. Да нет, Максим. Володя Маркин умный человек, поверьте мне. Я его знаю. Я его знаю за рамками всего остального. Конечно, он потому и растерялся, что понял, что эти люди… он прекрасно понимал, что эти генералы СК, эти люди были неприкосновенными под крышей Бастрыкина, который под крышей Путина. И вдруг такой облом! Именно поэтому он себя так повел – от растерянности. И с ним такое может случиться, безусловно.

Так, что еще здесь… Сергей пишет из Санкт-Петербурга: «А что вы скажите про Урлашова?» Я считаю, что в деле Урлашова огромная часть – это политическая, конечно. Огромная часть. Я не знаю. Вот смотрите, я Никиту знаю лично и хорошо. С Уралшовым я ни разу не встречался вообще. Он для меня картонный, мультипликационный, то есть он на меня с экрана телевизора. Но, исходя из того, что ему предъявлено и как ему доказано, в этом деле существует политическая составляющая, безусловно. Надо было освободить место мэр, и поэтому никак его не могли заменить. Ну, что я вам буду пересказывать – вы все это знаете.

А.Венедиктов:Исходя из того, что предъявлено и как доказано Урлашову, в этом деле существует политическая составляющая

Дальше. Господи боже мой! – «Спасибо за программу «Кейс»». Да, пожалуйста. – «По какой причине вы не приглашаете себе на передачу коммунистов?» Дорогой Влад, к себе на передачу – какая у меня передача? У меня передача «Не так» и она про историю. А вот господин Зюганов недавно был и будет еще. Почему не приглашаем? Как раз приглашаем. Вы как будто другое радио слушаете… вот просто. Давайте вы внимательно будете слушать «Эхо», если вы хотите вопросы про «Эхо».

Дальше. «Почему там, сям… Радзиховского побольше, этого побольше…, — все взвешенно — как это было у Навуходоносора? – измерено и сочтено – мене текел – все взвешено, измерено и сочтено, — и это напрягает». Слушайте, то, что вас напрягает, то вы и не должны слушать, на мой взгляд. Чего вы слушаете то, что вас напрягает? Вообще, конечно, слушать-то надо то, что напрягает. А то, что расслабляет, надо пить. А слушать – то, что напрягает. Учишь вас, учишь, как говорила известная судья: «Говорила я вам, говорила – а толку никакого». Вот правильно говорила она, я ее поддерживаю. Забыла я, как ее фамилия… Голышева, по-моему. Такая забавная история.

Теперь я перешел опять, пока вы мне тут пишете… Тут мне Алекс Якубсон говорит: «Алексей Алексеевич, почему вы считаете про Хиллари — то, а про Трампа – то?» — излагает свою точку зрения. Алекс, напишите блог нам. Чего вы мне здесь излагаете в виде вопроса свое мнение? Я свое мнение про выборы сказал. Кстати, обращаю ваше внимание, сегодня, по-моему, Financial Times опубликовало сборный рейтинг Хиллари и Трампа. И у Хиллари – 46, у Трампа – 42. Пошел разрыв. Она уже от 5-ти до 9-ти процентов в последних рейтингах дает. Я этому рад, конечно.

Вот пишет человек с ником Сераберт: «Недавно мой босс, который состоит в одном из президентских советов, на очередном корпоративе произнес тост, смысловое содержание: Скоро будет так плохо, что вы себе даже представить не можете. Раньше он не был замечен в пессимистическом настроении, наоборот, сквозил оптимистов. Мой вопрос: Общаясь с власть предержащими вы чувствуете изменение в их прогнозах на ближайшее время, настроения?» Они разные – власть предержащие – и на разные темы. Экономически – оптимизма не вижу.

Я думаю, что то, что сказала замминистра финансов Нестеренко о том, что если все так будет продолжаться, то в 17-м году денег не будет даже на выплату зарплат бюджетникам, — ну, собственно говоря, об этом у нас в эфире очень многие специалисты говорят. Я не специалист в экономике. Я могу прислушиваться. Я, действительно, встречаюсь и разговариваю со всеми министрами экономического блока, с пресловутым Игорем Ивановичем Шуваловым, с Татьяной Алексеевной Голиковой, которая потрясающе в этом всем понимает, с Улюкаевым и Силуановым, Набиуллиной и… кто у нас там еще в экономическом блоке такой важный? – с Грефом, с Чубайсом… Знаете, позитива особого нет.

А.Венедиктов:Если все так будет продолжаться, то в 17-м году денег не будет даже на выплату зарплат бюджетникам

И все говорят приблизительно одно и то же, только в разной градации. А речь идет о реформах, речь идет об экономических реформах, которые мы проспали за эти последние 13 лет. Потому что первая каденция Путина… как бы это ни страшно звучало, при президенте Путине и правительстве Касьянова были сделаны были сделаны очень серьезные шаги. Это была программа Грефа, надо признать, которую он написал за год в своем Центре стратегических разработок, в ЦСР. И с Кудриным я тоже разговариваю, конечно… Но, в принципе, все считают, что просто так залатать дыры экономические не удастся – нужно делать реформы. Реформы непопулярные.

А.Венедиктов:Речь идет об экономических реформах, которые мы проспали за эти последние 13 лет

Реформа номер один при всех разных подходах – это подъем пенсионного возраста. Это грандиозная дыра. Когда говорят, «нет-нет, это ничего не решит…», — послушайте, Белоруссия подняла, Украина поднимает пенсионный возраст, то есть бывшие советские республики. Естественно, Франция подняла пенсионный возраст сравнительно недавно. Германия – посмотрите. Это необходимость просто: население стареет – это правда. И на каждого работающего становится все больше и больше пенсионеров. Я уж не говорю о пенсиях, которые мы платим наружу. Это надо делать. И, я считаю, что это было бы правильно. Но это непопулярно.

А.Венедиктов:Подъем пенсионного возраста это необходимость: население стареет

Хотя было очень интересное исследование, вы знаете, для нашей страны это очень интересно: большинство противников подъема пенсионного возраста – это нынешние пенсионеры, которых это не касается. Не касается и всё. Чем моложе категория, тем меньше противников. Это такое социологическое исследование сделано было для администрации президента. Мне его показали. Ну, вот… И, тем не менее пенсионеры являются главное электоральной силой Владимира Путина — это видно просто по таблицам — пенсионеры и военные пенсионеры, то есть возрастные люди. И они выступают противниками подъема пенсионного возраста, хотя, повторяю, их это не ка-са-ет-ся. Вернее, касается в другом смысле – что тогда Пенсионный фонд, он будет наполнятся быстрее, и эти деньги, которые сейчас будут получены, он пойдут на индексацию пенсий, то есть в этом смысле касаются. Вот эта реформа.

А.Венедиктов:Пенсионеры являются главной электоральной силой Владимира Путина

Приватизация – вторая реформа. И мы видим, с каким она идет скрипом. И все противники: давайте, наоборот, национализировать. И у нас огромный участок государственной экономики, который управляется неэффективно. Мне просто представляется, что все люди, мы видим с одной стороны «Столыпинский клуб», который совершенно супротив идей Столыпина действует. Представляют его Глазьев и Титов. С другой стороны мы видим «кудринскую группу». Но, в принципе, все понимают, что реформы необходимы. Поскольку реформ нет и в электоральном цикле и до выборов президента 18-го года их не будет, значит, ситуация будет ухудшаться. Это первая история чрезвычайно важная.

А.Венедиктов:Поскольку реформ нет в электоральном цикле и до выборов президента 18-го года не будет, значит, ситуация будет ухудшаться

Вторая история опасная – это радикализация общественного мнения, которая идет по разным флангам. Скажем, разговаривая с силовиками, тоже с людьми уровня федеральных министров, ты понимаешь, когда тебе говорят, что есть – я уже говорил об этом – граждане Российской Федерации, которые добровольно идут сражаться на стороне ИГИЛ, и приблизительно треть из них — а это измеряется тысячами – являются людьми, только что конвертировавшимися в ислам, то есть это выходцы из славянских семей; это не из традиционных исламских. Треть. Это те, кого силовики знают по фамилиям, за кем установлено наблюдение, когда они возвращаются и так далее. Поэтому здесь ситуация ухудшается, потому что радиальные мысли, они модны. Интернет и соцсети позволили их вывести на поверхность, позволили общаться этим людям не путем телефона, поездок, писем, а вот таким моментальным путем. И ситуация в этом смысле, безусловно, ухудшается.

А.Венедиктов:Тысячи выходцев из славянских семей, граждан РФ, добровольно идут сражаться на стороне ИГИЛ

В третьих есть демография, которая тоже… общаясь с людьми, которые занимаются в Министерстве труда, в Федеральной миграционной службе бывшей этими вопросами, – у нас идет старение населения. И приток миграционный у нас — на неквалифицированную рабочую силу. Мы не можем построить страну эмиграционно, как построены США с привлечением, с покупкой мозгов. Не получается. По разным причинам. В основном это происходит из-за паранойи правоохранительной, что все, кто приедут — шпионы.

Наконец, может быть, самое главное – это система управления, о смене которой говорят уже совсем близкие Путину люди. У нас имитационная демократия, у нас Государственная дума – «сбесившийся принтер» и «машинка для штемпелевки решений администрации. У нас губернаторы все берут под козырек. У нас суды во многом, когда дело идет о политических мотивах, становятся частью администрации президента. У нас Конституционны суд – сами знаете что. Именно поэтому мы видим некоторые рывки, связанные в первую очередь с таким облегчением по сравнению с 11-м годом на выборах. Вы знаете, что все 14 партий допущены были и зарегистрированы, в том числе, и ПАРНАС и «Яблоко», и «Партия Роста», которые не могли… ну, «Яблоко» могло, но с большим трудом оно пробивалось. Сейчас мы видим, что у нас… будут выборы, короче говоря. Ну, а дальше посмотрим, как.

А.Венедиктов:У нас имитационная демократия. Госдума – «сбесившийся принтер» и «машинка для штемпелевки»

И какие-то экономические движения делаются, но в принципе – я долго отвечаю на ваш вопрос – ваш босс совершенно точно уловил настроения, которые царят там.

Поехали смотреть… Телефон для sms: +7 (985) 970 45 45. «25-летие путча…». Конечно же, Серж, мы будем делать проект. Я над ним сейчас думаю, и думаю, что это будет хорошо. В Курске нас слушает Стас. Спасибо большое, понятно.

— «Кто делает текстовые версии передач?», — Александр из Санкт-Петербурга. У нас есть группа людей, которые работают дома, делают расшифровки. На них много нареканий. Часто ошибки, но, тем не менее, скорость здесь тоже важна. И, действительно, две с половиной недели, не будучи в Москве, в стране, я спасался только расшифровками, потому что попасть на прямой эфир было довольно сложно, и уже, если хотел чего-то послушать, то уже чего-то слушал. И мы будем продолжать делать, соответственно, расшифровки и дальше.

Вас говорит: «Вы сказали, что Путин был в ярости после убийства Немцова. Вам это Песков сказал или кто?» Или кто, Вася.

Дальше. – «Я нашел эховский журнал 6-го года…». Это я не понимаю, что такое «эховский журнал». – «Сегодня адвокат Фейгин по делу Пионтковского сказал, что это дело может быть использовано для смены руководства «Эха Москвы»», — пишет Юля из Нижегородской области. Я не думаю, что господин Фейгин что-то знает про смену руководства «Эха Москвы». Он является адвокатом Андрея Пионтковского. А смена руководства «Эха Москвы», как вы понимаете, может произойти очень быстро решением акционера. Фамилию акционера вы тоже знаете. Поэтому, чего мы будем?.. Любой эфир может быть и даже безэфирье может быть использовано для смены руководства «Эха Москвы», поэтому об этом даже говорить странно.

Так. Асланян продолжает работать. Ивано-Франковск: «Какая перспектива моста в Керчь?» Я думаю, он будет построен за огромные деньги и не сразу. Спасибо большое, Наиль дорогой. «Мене, мене, текел, упарсин» — ты взвешен, и сочен очень легким – в правильном переводе. Как там все-таки было? Взвешено, сочтено… Но вот перевод правильный.

Александр из Санкт-Петербурга: «Преступник должен получить наказание за преступление, даже если это родственник». Это да, только это дело государства. А ты сам что – Павлик Морозов, что ли? Дед там замышлял, отец и дед – пошел, сдал.

Картонный диггер, глупости спрашиваете. У вас в Питере плохое медицинское обслуживание, видимо. Займитесь собой, советую вам. Это просто какой-то бред. Понимаете, иногда вдруг люди, которые, казалось, всегда были нормальными, задают вопросы в виде бреда. Ну, или может, выпил, я не знаю.

Дядя Володя ваш любимый появится через 3 минуты со своими разными историями. Вы требуйте, требуйте от него, чтоб он возобновил историю песен «Битлз», а то вот я хотел поставить, но уже не влезает, уже не получается, уже заговорился.

Ну, дальше тут всякие: «разрешить…», «запретить…» — это я обожаю.

– «Что с Пионтковским?» А что с Пионтковским? Андрей Андреевич находится не в стране. Мы по-прежнему публикуем его блоги, как вы знаете. Мы считаем, что его мнение интересно, ценно, спорно, обсуждаемо и должно быть до вас доведено. Это позиция главного редактора сайта и это позиция главного редактора радиостанции «Эхо Москвы». Поэтому все вы знаете публично. Что вы задаете такие вопросы.

«Алексей Алексеевич, — пишет Александр из Смоленской области, — а опричники справятся с экономикой, мать их ети». Ну, да, в общем да… Но, вы знаете, опять же вопрос реформ – это не вопрос губернаторов. Я понимаю ваши шуточки, но это не вопрос губернаторов. Конечно, это вопрос правительства, это вопрос президента.

Тут мне объясняют, почему не надо повышать пенсионный возраст, почему надо повышать пенсионный возраст… Вы все знаете лучше меня. Чего вы меня спрашиваете?

Я тут обнаружил, этот депутат французский Мариани, который привез делегацию, — вернее не делегацию, а команду, потому что это не была официальная делегация Национального собрания – в Крым, он тут в марте к Асаду ездил тоже, рассказывая о том, почему Асад правильный. Поэтому ну, чего? Чего мы здесь не понимаем? Чего вы здесь не понимаете?

Олег пишет: «Покемоны будут жить в России». Ну, конечно, Олег, а кто с этим спорит? Покемоны будут жить в России. А чем Россия отличается от другого мира? Почему Россия должна замыкаться. Вообще, борьба депутатов с покемонами… Я вот понимаю, как это происходит: они утром смотрят в зеркало и понимают, что они покемоны – и начинают сами с собой бороться. И это вот интересная история.

Вот уже идет Саша Климов. Мне тут пишут разные предложения. Хороший вопрос из Рязанской области: «Кто ответит за падение рубля?» Мы с вами отвечаем за падение рубля! Потому что мы получаем в рублях. Вот и вся история. Спасибо вам большое. Это была программа «Один». Напомню вам, что «Один» у нас потом, соответственно, Ира, потом – Быков в 23 часа с четверга на пятницу, в среду – Воробьева. Всё, до встречи!



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире