'Вопросы к интервью
А. ВЕНЕДИКТОВ: 17:13 в Москве. Всем добрый день. У микрофона Алексей Венедиктов, сегодня 14 марта, это передача «Без посредников». Я буду с вами до 18 часов. Итак, напомню вам, что у нас работает смс-портал для связи +7-985-970-45-45 , не забывайте подписываться. У нас идёт видео-трансляция на сайте. И я просто хочу обратить ваше внимание на то, что она идёт целую минуту. Естественно, во второй части программы я постараюсь ,если останется время, принимать ваши звонки по телефону 363-36-59.



Я хочу сразу сказать, что до Новостей не занимайте линию, я этого делать не буду, у меня больше 120 вопросов, пришедших по Интернету, с него я и начну. Это передача «Без посредников», где я говорю о редакции, о редакционной политике, о новых проектах и новых программах и каким-то образом это сопрягается с политическими событиями. И в первую очередь хотелось бы остановиться на вопросе, касающемся вчерашних событий и репортажа канала «Имедиа», которое, если кто не знает, создали такой провокационный сюжет о начале войны между Грузией и Россией, и пустили его, как документальный сюжет.

Да, действительно, изначально предупредив о том, что это будет имитация, но затем в течение 25 минут шёл абсолютно сделанный под документ сюжет о том, что в эти минуты взрываются бомбы, паника охватила Грузию, Саакашвили убит, образовано новое правительство пророссийское с Нино Бурджанадзе и Зурабом Ногаидели. Это всё было сделано, как один из вариантов. Затем было обсуждение, ролик полный на грузинском, естественно, языке, этого репортажа. Вы можете посмотреть на нашем сайте радиостанции «Эхо Москвы».

И мне тут сразу пишет наш слушатель из Белоруссии, менеджер Вова: «Репортаж «Имедиа» — это то, к чему по форме идёт Алексей Дурново в цикле «Как это было на самом деле». Ну, формально Вы правы, конечно, Вова в Вашей Белоруссии. Это действительно один в один по подходу. Единственное, что для нас была принципиальная история – мы никогда не делали под документ то, что не являлось документом. Более того, открою Вам редакционную тайну.

Несколько раз у нас были некоторые идеи таким образом сделать под Новости или внутри Новостей, например, была идея создать вымышленное государство, в котором происходят события, очень похожие на наше и давать их в Новости каждый день несколько раз. И так в течение месяца, какое-нибудь государство с экзотическим названием. Мы это обсуждали очень долго и поняли, что главный капитал радиостанции «Эхо Москвы» — это доверие к новостям, которые мы представляем вам, слушателям, это доверие к нашим гостям, доверие в том, что они говорят то, что думают. И поэтому создавать такие ложные вещи мы не стали.

Единственное исключение – это действительно, как правильно отмечает Вова – это «Как это было на самом деле». Но там мы берём события, которые не спутаешь с настоящими, поэтому прямого сравнения здесь, на мой взгляд, нет.

Теперь что касается конкретно этой истории. Как вы знаете, я чуть было не оказался сам жертвой этой истории, потому что мне в прямой эфир принесли сообщение наших коллег из агентства ИНТЕРФАКС о том, что вот один из грузинских каналов передаёт… срочно, молния, пришлось читать. Ничего проверить в эту секунду я не могу. И я сижу в эфире и жду, когда тут набежит куча корреспондентов, начнёт вызванивать наших людей и наших корреспондентов в Грузии, в Москве, в Европе.

Ну что я вам могу сказать… Ну, такое испытание журналистское было серьёзное. Конечно, на мой взгляд, эта история, с моей точки зрения, непрофессиональная. Мы на «Эхо» это обсуждали, не конкретно эту медийную историю, а историю, связанную с имитационными репортажами. И поняли, что для нас это не профессионально. Мы не считаем, что профессия информационного радио, телевидения, газеты в том, чтобы кроме 1 апреля, может быть, создавать такие вещи. Это первая история.

И поэтому я бы в данном случае сказал своим коллегам из «Имедиа», что конечно, это ваше дело, что вы там делаете, хорошо, что вы уже извинились, надо сказать. Но при этом, конечно, можно было держать полоску, что это конструкция, внизу, строку, что это имитация и люди бы тогда думали о том, о чём вы хотели, о возможности подобного сценария, а не о том, как бежать, укрываться, скупать соль, спички и т.д.

Мне так кажется, я думаю, что представляется необходимым более… во всяком случае коллеги из «Имедиа» правильно сделали, что извинились. Особой подоплёки я в этой истории не сильно вижу, хотя понятно, что обиженная Бурджанадзе подаёт в суд. Кстати, когда в 1938 году Уэллс со знаменитой «Войной миров», с радиоспектаклем, в который поверили миллион человек и бросились бежать от высадки марсиан, это всё закончилось, правда он не хотел этого, он был весьма удивлён, когда после этого радиоспектакля они вышли на улицу и их чуть не разорвали там.

Так вот, были тоже иски в суд. Но они закрылись, они были признаны американским судом в 1938 году как не имеющими место, потому что вначале было сообщение, что это радиоспектакль, и в это время, это был еженедельный радиоспектакль. Но тем не менее, конечно, я думаю, что эта история не очень красивая.

Но есть ещё один аспект, почему люди поверили. И мне кажется, что это гораздо важнее. Я со своими коллегами, которые мне звонили после эфира в Москве и уточняли, обсуждал это, почему многие поверили в Грузии, почему многие поверили в России. Потому что возможен ли такой сценарий? Возможен. Такой сценарий возможен. Это сценарий нашего вхождения в Афганистан, убитый президент, просьба нового правительства о помощи. Это чешский сценарий, чехословацкий, где не было убитого президента, но где было организовано правительство, которое призвало задним числом, как мы знаем… не Чехословакия, Венгрия, 1956 год, извините. Это возможно.

Насколько это реально сегодня, мне показалось на тот момент, что это не очень реально. Но вполне допускаю, что очень многим казалось и 8 августа, что не очень реальна война между Грузией и Россией, между двумя бывшими республиками Советского Союза, между двумя дружественными народами, между членами СНГ, членами Совета Европы. Тоже не верили. И многим потом… Это сейчас все говорят: «Мы знали!» Ничего вы не знали! Никто не верил ,что это дойдёт до прямого военного столкновения.

Поэтому мне кажется, что гораздо важнее понять, почему грузинский народ видит в России возможного агрессора. Представить себе, что такой же сюжет был бы сделан про Турцию, предположим, например или про Азербайджан, я думаю ,что никто бы не побежал покупать мыло и спички. Важный вопрос, который мы обходим. Ну а вопли наших политиков, типа «пусть у них отнимут лицензию», слушайте, а вы со своим, российским, телевидением разберитесь.

Вам, что напомнить имитационные сюжеты наших телевизионщиков? Во время выборов, например, постановочные пресс-конференции. Вы уже забыли про это? Что же вы тогда не кричали – отнять лицензию у такого канала федерального, у такого канала, а? Это как всегда – у соседей всё видим, у себя не видим ничего. Ну вот, возвращаясь к праву журналистов на провокацию, да, конечно, но не надо создавать имитации, в которых люди не задаются вопросом ,возможно это или нет, а начинают скупать соль, мыло, спички.

Следующий вопрос. У меня тут их много. Меня тут упрекают, что у нас одна позиция по Бандере. Мне пишут ,что у вас Млечин, Солонин, комментарии Бунтмана, Ганапольского, и все придерживаются одной определённой, однобокой, отрицательной точки зрения. Тут две позиции. Во-первых, бывает, что у очень многих порядочных людей точки зрения приблизительно совпадают. Например, на Гитлера. С трудом можно найти порядочного человека, у которого точка зрения была бы иная.

Что касается Бандеры, мы готовы с большим удовольствием принять на «Эхе» украинского историка, который бы придерживался другой точки зрения. Я хочу вам напомнить, что у нас по этому поводу было интервью бывшего президента Украины Ющенко, который придерживается иной точки зрения, было интервью некоторых кандидатов в президенты, в частности, Арсения Яценюка, который отвечал на мой вопрос по этому поводу. Так что не всё так однозначно, как вам кажется. Просто вы не слышали, наверное. Так бывает.

Кстати, Дмитрий из Санкт-Петербурга, как он подписывается «просто пранкер», пишет: «На случай если Вы не ответите в «Коде доступа» еще раз попрошу вас прокомментировать ситуацию насчет пранкеров». Отвечу, безусловно. Это конечно связано с моим запретом Николаю Тамразову принимать звонки. Вы знаете, в его передаче «Бабник». Дмитрий мне написал несколько раз подробное письмо про пранкеров. Я не считаю, Дмитрий, что все пранкеры такие негодяи и подлецы, с которым, к сожалению, пришлось столкнуться нам.

Но травля беззащитного человека, пожилого с матом… Вы говорите, что пранкеры не матерятся. Как это не матерятся! Мы это слышали в эфире. В этом эфире ,в нашем. Я уже не буду рассказывать, что мне шло на мобильный телефон. Можно сказать, что это плохие пранкеры. Хорошо, где взять хороших? У Вас иной опыт, Вы считаете, что пранкеры – это остроумные люди. Ну, наверное, Вы сталкивались с остроумными людьми этой профессии. Я с ними не сталкивался.

История с Юрием Антоновым действительно забавна, здесь я признаю. Но я с ней не сталкивался. А мы сталкиваемся с матерящимися, с людьми, которые загрязняют эфир, вы это слышите сами. С какой радости я буду про них говорить хорошо? Давайте договоримся, что есть весёлые пранкеры, которые доставляют удовольствие себе и всем окружающим, и есть люди, которые называют себя пранкерами, а на самом деле являются портянками, как говорит Матвей. Вот они портянки, давайте разведём термины. Портянки и пранкеры. Если я Вас удовлетворил вот такой коррекцией своей позиции, то думаю, что у нас всё хорошо дальше пойдёт.

Спрашивают у меня опять про письмо «Путин, в отставку!», меня спрашивают: «Вы не подписывалис и подписывать не собираетесь. Но каждый, кто зайдёт на сайт putinavotstavku.ru в списке подписантов под номером 6195 увидит «Венедиктов Алексей Алексеевич, Москва, журналист». Как прикажете это понимать? Я понимаю это следующим образом. Зашли люди, которые поставили мою фамилию, имя, отчество и мою профессию. Я человек публичный, если я что-то говорю, значит понятно, что люди это проверят. Я не буду делать что-то другое, вопреки тому, что я говорю.

Это простая история. И поэтому я это письмо не подписывал, я уже объяснял почему. Потому что я не подписываю политических писем в принципе, не участвую в политических митингах и демонстрациях в принципе. Это не значит, что если ситуация дойдёт до чего-то, моя позиция не изменится. Моя позиция в течение 20 лет, пока существует «Эхо Москвы»… я участвовал в политических митингах и демонстрациях до того, как стал журналистом. А с 1990 года как отрезало. Я там работал, на этих митингах и демонстрациях профессионально, освещая их.

Да, кто-то поставил свою подпись за меня. Мне позвонил вчера Гари Кимович Каспаров, сказал, что такая история. Я сказал: «Гари, я сказал в эфире и объяснил свою позицию». Ну да, там появляются подписи и Владимир Путин, Юлия Тимошенко и марсиане из космоса. Понятно кто и почему это делает. Это просто даже жалко на это время терять. Что касается письма, у меня за ночь никаких изменений не произошло.

Давайте ещё… у меня три минуты до Новостей, потом я перейду к тому, что происходит уже на смс-ках. Меня спрашивает Инго, лингвист из Минска: «По неким косвенным признакам у меня складывается мнение, что в редакционной политике «Эха» есть некий иммунитет против Беларуси и событий в ней». Нет, у нас нет никакой в этом редакционной политики. Мы с удовольствием примем коллег из Белоруссии, я имею в виду вас, слушателей, кто захочет вести блоги о событиях в Белоруссии и оттуда будем черпать новости. И не надо относиться к этому пренебрежительно.

Потому что многие новости, последние, крупные, они возникли из блогов. И дело Магницкого, и ДТП с Лукойлом, и «живой щит», всё это происходит в интернете, в блогах. И если мы найдём людей в Белоруссии, может быть надо поставить такую задачу, в этом смысле Вы абсолютно правы. Если мы найдём людей в Белоруссии, которые будут готовы нам писать, у нас же там только один корреспондент, я думаю ,что у нас эта зона будет расширяться.

Но при этом я рассматриваю Белоруссию, как суверенное, независимое государство. И в этом смысле ей уделяется время, безусловно, не столько, сколько России, не столько, сколько событиям в нашей стране. Это само собой. Мне тут пишут: «Можно ли вести блог, посвящённый ВИЧ-инфекции?» Можно. Ещё мне пишут: «Можно ли вести блог, посвящённый эмиграции?» Можно. Я уже объяснял, как это делать. Вы пишите заявку, потому что мало желания вести блог, надо уметь писать, вложиться в 3 тыс. знаков, регулярно писать, выдерживать весь этот поток нечистот, который идёт частично, организованно и частично нет, отвечать. Но это всё надо делать, надо уметь.

У нас есть люди, которые начали вести замечательные блоги. А потом отказались от этого. Потому что они не готовы читать всякую консистенцию, скажем так, про себя. Не про то, что они пишут, а про себя. Потому что находятся немедленно люди, которые начинают им «бить по почкам»  — вы такой, вы сякой… Я согласен с товарищами, которые считают, что нужно более жёстко подходить к модерированию сайтов, пока это всё либерально, а потом мы товарищам покажем ,как должно быть патриотично.

Я напоминаю, это программа «Без посредников», в Москве 17:30. После Новостей мы продолжим через смс и через телефонные звонки.

НОВОСТИ

А. ВЕНЕДИКТОВ: Это программа «Без посредников». Сейчас в Москве 17:35, напоминаю ,что у нас работают смс-ки для вопросов мне — +7-985-970-45-45. Идёт видеотрансляция на нашем сайте. Как отвечать? Вы часто обижаетесь, что я не отвечаю на какие-то вопросы. Как отвечать? Пишет Андрей из Екатеринбурга: «Почему молчите о выигрыше в суде над ВГТРК Березовским в Лондоне?» Ну что я могу сказать? Он проснулся. У них так в Екатеринбурге, не хочу никого обидеть. У нас ровно через 20 минут после того, как пришло известие об этом суде, был представитель ВГТРК и был Борис Абрамович.

Ну что я могу ещё для Вас сделать, Андрей? Ну может быть зайти на сайт, набрать фамилию, ВГТРК, Березовский, посмотреть, пропустили мы новости, не пропустили мы новости. И вот таких очень много вопросов. Ну что, каждому отдельно надо про это рассказывать? Индивидуальные новости. Ну, заходите в Интернет, снимайте с сайта. Прежде чем задать вопрос, проверьте, вы правы или нет, никакого сомнения в том, что мы про это не говорили!

Про блоги меня спрашивают. Действительно, такой удачный был эксперимент, он и продолжается, с блогами людей из городов, где сегодня проходят выборы. Мы очень надеемся, что сегодня вечером и завтра они напишут нам и вам о том, как проходили выборы в том или ином городе. И это не специальные корреспонденты, это не люди, которые профессиональны заточены на информацию. Это такие же как вы слушатели и я бы даже сказал обыватели, простите мне это слово, поэтому я хотел бы, чтобы эта история продолжалась.

И когда вы предлагаете вести тот или другой блог, то пожалуйста, пишите Наргиз или пишите через сайт «Эхо Москвы» с предложением на мой адрес, который вам всем известен – aav@echo.msk.ru с предложениями, с примером, как вы могли бы писать, присылать фотографии. Мы готовы рассматривать все предложения. При этом мы хотим, чтобы ваши блоги были интересны и другим. А не просто, как иногда бывает – словоизвержение происходит у людей. Они все готовы, а потом раз, и не могут сформулировать свою точку зрения.

Мне представляется, у меня есть несколько предложений, сегодня я их уже озвучил. Мне представляется, что надо формулировать конкретно темы, город, и мы будем это рассматривать. Мы эту историю будем расширять, я бы сказал так. Ну вот, собственно. Может быть телефон? А то у нас давно не было разговора. 363-36-59 – это телефон прямого эфира. Вот возьмём этот номер. Алло! Здравствуйте! Вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Здравствуйте, Алексей Алексеевич. Меня зовут Лариса. Я звоню из Клина. У меня вопрос технический так сказать. У нас очень неуверенный приём вашей радиостанции и на шкале приёмника вас давит с двух сторон Авторадио. Просто глушат вас.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Ай, молодцы какие!

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Что делать при этом?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Давайте мы сделаем следующим образом. Я не могу отвечать на эти вопросы, потому что конкретно Клин не знаю, про технику с трудом говорю. Давайте я как-нибудь позову в прямой эфир, заранее обозначу, человека нашего, технического, который сможет в прямом эфире давать вам советы. Может быть имеет смысл и на сайте открыть страничку, где давать советы, как лучше наладить приём. Давайте я над этим подумаю. Спасибо, Лариса, что позвонили. Сейчас утешить Вас ничем не могу. Но на самом деле идея в том, чтобы как-то технически рассказывать о том, как улучшить приём – это правильная идея.

363-36-59 – это московский номер телефона. Вы можете звонить и задавать вопросы. Напоминаю вам, что по политике я отвечать не буду, и не надейтесь. Это программа «Без посредников», которая касается работы радиостанции «Эхо Москвы». Алло! Здравствуйте! Алло!

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Добрый вечер. Алексей Алексеевич, Юрий Владимирович, Волгоград. Скажите, пожалуйста, а будет ли «Эхо Москвы» освещать паралимпийские игры на достойном уровне?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Нет, я понял, спасибо… Во-первых, все новости оттуда идут. Я с удовольствием узнал сегодня утром, что у нас уже на паралимпийских играх три золотых медали, столько же, сколько было у всей Олимпийской сборной. Мы договорились, у нас там свой корреспондент Владимир Лукин, как вы догадываетесь, я думаю, что репортажи должны идти оттуда более активно, я выйду и сажу своей информационной службе. И конечно же после окончания игр мы так же, как олимпийцев будем приглашать в эфир ,и чемпионов паралимпийских, и людей, которые отвечают за это, с рассказом об этом движении. Это весьма достойные люди, которые очень достойно представляют нашу с Вами страну, Юрий Владимирович.

Так что если мы что-то не добрали, я обещаю Вам, я выйду из эфира и скажу информационной службе, а может они меня слышат, что надо этому уделять больше внимания.

Алло! Здравствуйте! Вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Алло! Здравствуйте!

А. ВЕНЕДИКТОВ: Как Вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Меня зовут Иван.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Что-то пропадаете. Откуда Вы звоните?

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): [мат]

А. ВЕНЕДИКТОВ: а! Это телефон, которые 8-921-859-18-22. Правильно, Иван? Ещё раз. Позвоните сейчас Ивану, пожалуйста, все. 8-921-859-18-22. А лучше позвоните ему в 2-3 ночи. Я думаю, что ему доставите массу удовольствия. Слушаем следующий телефонный звонок. Алло!

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Алексей Алексеевич, добрый вечер. Это Зоя Михайловна, Москва. Вам все вопросы задают. И я тоже пенсионерка хочу задать вопросы, чтобы Вы меня направили по правильному пути. Я купила лекарство по рекламе. Это лекарство дорого очень стоит. И оно мне не помогло. Я звонила этому деятелю, он даже не хочет слушать, чтобы вернуть мне деньги.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Вы позвоните в нашу рекламную службу. Я рекламной политикой «Эхо» не занимаюсь. Вы звоните в нашу рекламную службу, они потом передо мной отчитаются, в чём там дело. Но я могу Вас сразу сказать, что я тоже покупаю патентованные лекарства, какие-то мне помогают, какие-то мне не помогают. Может быть это особенность нашего с Вами организма, Зоя Михайловна. Но здесь не специалист. Через нашу рекламную службу, пожалуйста.

363-36-59, алло, здравствуйте. Вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Добрый вечер. Очень рад, что дозвонился. Я звоню из Петербурга. Я не знаю, только ли это питерская заставка рекламная или это в целом на «Эхо» идёт. Заставка следующая – «Где, где! Тама! Реклама!»

А. ВЕНЕДИКТОВ: Так… И чего?

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Честно говоря, расстраивает слово «тама», которое является неправильным с точки зрения русского языка, звучит с очень уважаемой радиостанции.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Отвечаю Вам. Вообще, ещё раз… если это Ваша единственная проблема в жизни, я Вас поздравляю. Вы счастливый человек. Маркетинговая политика любой рекламной службы основывается на вещах, которые выделяют её из обыденного потока речи. На этот счёт написаны тома. Поэтому довольно часто во всём мире в рекламных целях или в маркетинговых целях для продвижения. Не обязательно в рекламных. Идёт специальное несогласование, неточное ударение и т.д. Поэтому расстраиваться… если только это Вас расстраивает, я счастлив за Вас. И слава богу, что только это Вас и расстраивает.

Давайте посмотрим, что идёт на смс. «У нас дача под Клином. Нашли Тверское «Эхо» на другой частоте. Всё ок». Спасибо большое. Вот наверное так и нужно действовать, чтобы одни слушатели другим слушателям советовали, это как раз Ларисе для Клина. «Кто такой мистер Фримен?» Нормальный вопрос? А почему я должен на этот вопрос сейчас отвечать? А зайти в Интернет, Михаил из Саратова? Набрать «Фримен» и посмотреть. Алекс задаёт вопрос: «Почему Вы поверили репортажу «Имедиа»?» Алекс, а Вы не хотите открыть вчерашнюю расшифровку передачи, где буквально прочитав это сообщение, я сказал: «Вы знаете, я что-то сомневаюсь».

И потом я репортаж не видел, я читал сообщение агентство ИНТЕРФАКС. Вот с чего Вы взяли, что я поверил репортажу «Имедиа»? Расскажите нам, откуда Вы это взяли? «Сюжет «Имедиа». Наши политики вопят. А что делают французы?» Французы выражают недоумения неназванным источникам воскресения. Это как, Костя? Разницу видите или нет? Не надо быть таким наивным ,Костя. Благодарят Лёшу Дурново за передачу. «Ваше мнение относительно перемен на Пятом канале» — Максим.

Я ещё не видел. Пятый канал. Насколько я понимаю, стартует у нас завтра. Я думаю, что Арина Бородина сделает первый свой отчёт уже в пятницу по первой неделе. Давайте посмотрим. У меня там… я прочитал все интервью, которые были, у меня там проекты будут делать мои друзья, такие как Света Сорокина. Я уже говорил о том, что прежде чем чего-то там осуждать или восхвалять, надо посмотреть. Есть вещи, которые вызывают у меня вопросы. Соединение некоторых ведущих. Но давайте подождём и посмотрим.

Какая разница, что я про это думаю? Главное, чтобы зритель про это думал что-то. Я вообще в последнее время совсем не зритель. «А может на сайте вывешивать телефон, — говорит Петя, — Тамразова слушаю, раз и позвонил. А так номер не запоминается». А в расшифровочке будет, Петя, номер. В расшифровке этой передачи и прошлой, будет номер. Зайдите и посмотрите. «А почему не выходит «Четыре минуты с театром?» — грозно вопрошает Коля из Чернигова. А действительно, почему не выходит? Ох, Ларина, доиграется! Ох, доиграется!

«Не расстраивайтесь, хамы тоже живут на земле» — Ярослав. Я не расстраиваюсь, мне жалко время эфирное. Они думают, что мы этих слов не знаем. Они думают, что они такие великие! Ну позвоните им ночью пару раз, доставьте им удовольствие, если хотите. «Ответьте же на вопрос, отправленный Вам из Орска». Ничего не пришло. Отправьте ещё раз. «Сколько городов официально вещает «Эхо Москвы»? Порядка сорока. «Ваше мнение о протесте студентов МИФИ против воцерковления ВУЗов». Вообще, образование в нашей стране отделено от церкви. И в данном случае безусловно я думаю ,что те студенты, которые написали это письмо, они абсолютно правы.

Кесарю кесарево, как известно. Богу – божье. Мне кажется, что это странная история. Так… Вот человек пишет: «Требуем бесплатный футбол на ТВ». Требуйте! Это помогает для жизни. 363-36-59. Алло! Здравствуйте! Вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Алло! Алексей Алексеевич, добрый вечер. Меня зовут Василий, я из Москвы. Вот у меня такой вопрос насчёт этих телефонных хулиганов. Я только что дозвонился до Пети и он просил Вас [мат].

А. ВЕНЕДИКТОВ: Понятно. Значит передайте Пете… Вам сейчас тоже позвонят. 8-916-876-20-69. ещё раз для тех, кому это интересно – 8-916-876-20-69. Вам позвонят. Ждите. Понимаете, да? ничего, мы найдём, на кого эти телефоны зарегистрированы, для этого есть возможности. Так что, ребята, что вы думаете? Мне неинтересно с вами разговаривать. Вы медузы. Вы даже не портянки, вы одноклеточные. Вы ничего в своей жизни никогда не сделаете, не сможете. Потому что свою жизнь тратите на это. И поэтому я спокойно отношусь к таким вещам. Я могу ещё телефончик послушать. Если вы думаете, что я вас боюсь, тупых? Да нет!

Алло! Здравствуйте! Вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Здравствуйте. Лев, Екатеринбург. У меня коротенький вопрос. Я думаю, что вы приглашали, но почему не соглашается к вам придти Вячеслав Костиков?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Я не знаю.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): А Вы знаете его?

А. ВЕНЕДИКТОВ: естественно, я его знаю. Я знаю всех бывших пресс-секретарей президента.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): А вы его когда-нибудь приглашали?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Естественно. И он был, если Вы посмотрите на сайте. Но я не скажу, когда.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Значит я пропустил.

А. ВЕНЕДИКТОВ: На сайте есть звук, расшифровка. Слава никогда не отказывался к нам приходить. Это какое-то недоразумение. У нас нет на него никаких ограничений. Я думаю, что по тем темам, в которых Слава понимает, его надо звать. Я считаю, что это было бы правильным. 363-36-59, продолжаем разговор. Алло! Здравствуйте! Вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Добрый день. Вас Тольятти, Ташков Анатолий Семёнович беспокоит. Это Алексей Алексеевич?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Я.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): У меня вот какой вопрос. Я сейчас Вам звоню, да? У меня дочка утонула в прошлом году в пионерском лагере, путёвку дали. И я никаких концов не могу в Тольятти найти. Уж извините, пожалуйста, я не знаю, почему я Вам набрал номер, позвонил…

А. ВЕНЕДИКТОВ: Правильно ли я понимаю, что Ваш телефон заканчивается на 61?

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Да, да, да.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Давайте я сейчас… Мы Вам перезвоним. То есть, Вам никто ничего не отвечает. Я понял. Мы с Вами свяжемся, мы дадим задание службе нашей «Эховской» в Тольятти, чтобы оно Вам помогло, скажем так. Скажем мягко – помогло. Если Вам никто не отвечает… Дальше. «Будет ли «Эхо» в Киеве?» Ох… Вы же знаете, мы таким образом выходим в иностранных государствах. Мы выходим, исходя из законодательства этих иностранных государств.

Украинское законодательство требует от иностранных вещателей с тем, чтобы не менее половины вещало на государственном языке, что понятно, если мы занимаем эфирную частоту. В общем, на самом деле это неправильно. Это же разная аудитория, в принципе можно разогнаться и поставить 12 часов песен на украинском языке, а 12 часов сделать вещание «Эхо». Но это разная аудитория. Это бьёт по возможности существовать независимо, т .е. на основе рекламы.

Войти с кем-то в контакт, ну, тоже самое – требуется вещание на украинском языке. Тяжёлая история. Мы этим занимаемся, у нас есть некоторые задумки. Но я хочу честно сказать, что препятствия законодательные. Мы законопослушная радиостанция во всех странах, где мы вещаем. Мы должны это соблюдать. Мы не знаем, как это сделать, — скажу я вам честно. Конечно, хотелось бы. Конечно! Но пока… пока не получается.

«А почему вы не можете наказать публично хотя бы одного такого урода-звонильщика?» — Коля из Чернигова. А это не наша функция. Наша функция – собрать номера телефонов, передать, завтра я передам шесть телефончиков в Главное Управление внутренних дел. Они пробьют по базе, чьи это телефоны. Пусть занимаются. Это их работа. Почему я должен заниматься чужой работой? У нас что, мало дел, мало новостей, мало передач? Почему мы на трёх кретинов должны тратить столько своего времени, в том числе и эфирного? Объясните мне, пожалуйста, почему? Я этого не понимаю.

Сигизмунд пишет: «Поэтому Вася от Пети, сразу было понятно, что он перевозбуждён». Ну да, он сидит сами знаете где и сами знаете что делает. И освобождается. Ну хорошо… Что ещё… «Первый раз такой человеколюбивый эфир» — Колян. Ну, Колян, я вообще люблю людей, Вы не заметили? Но людей! Людей. И некоторых животных. Но не всех животных я люблю. Тех животных, которые прозваниваются, я не люблю. Они дурно пахнут. У меня к ним такое отношение.

363-36-59. Что-то у меня закрылся телефон. Сейчас я его открою… Завис? Не завис. Алло! Здравствуйте! Вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Алло! Здравствуйте, я звоню из Шлиссельбурга, Людмила Владимировна.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Из Шлиссельбурга???

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): да, да.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Я к Вам не поеду, Людмила Владимировна, не пугайте.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Дело в том, что я очень люблю передачи Тамразова. И каждый раз, когда наступает эта передача, наша питерская студия переключает на какую-то музыку. Если бы был повтор Тамразова, я бы послушала.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Я Вас услышал. Я уточню.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Я очень страдаю от отсутствия.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Я услышал Вас. Ну, если из Шлиссельбурга, я просто… да, это действительно… код из Ленинградской области. Спасибо. Я записал, конечно. Но это сильно непростая история. Алло! Здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Алло!

А. ВЕНЕДИКТОВ: Здравствуйте. Как Вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Петя.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Петя… Слушаю Вас, Петя.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): А я добрый.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Я слушаю Вас.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Вы в прошлой передаче сказали, что пидорас – это не мат.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Да, это слово устоявшееся, литературное. Это правда.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): То есть, теперь можно всех называть пидорасами?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Нет. Пидорасами нужно называть пидорасов.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): А кто это?

А. ВЕНЕДИКТОВ: ну, это Вы сами выбираете. Мне представляете, что Вы – это он, например. Ну, я могу ошибаться. Понимаете? Могу ошибаться. Напомню, Ваш телефончик – 8-909-852-31-09. Видите, сколько у нас джентльменов замечательных попало к концу? Ещё раз! 8-909-852-31-09. Передайте, пожалуйста, Пете, кто он, если кто-то считает, что он кто-то есть. Спасибо большое.

Давайте посмотрим… Они думают, что они могут мне помешать. Ничего подобного. Не случится. Ну, я же говорю! Алекс просит номера портянок. Все в расшифровочке нашей передачи. Все эти телефоны, безусловно, будут вывешены. Вы сами с ними общайтесь. Мимо эфира, если можно. Такая история. «Не могут ли к Вам предъявить претензии по поводу лицензии за мат в эфире?» — Андрей. Нет, не могут. Вот такая история. Когда звонят вот эти, о которых Петя говорил, не могут. Потому что мы сразу ставим правоохранительные органы в известность, и пусть они…

Вот видите, они сейчас как мухи на мёд слетаются и попадаются. Они даже не понимают. У них этого даже в голове нет. А мы, вместо того, чтобы заниматься интересными вещами, занимаемся тем, о чём Петя говорил. Реваз мне пишет: «Я прекрасно вас слушаю через Интернет в Праге. Кто ищет, тот всегда найдёт». Ну, правильно. «Венедиктов, — спрашивает некто Гусев, — а зачем Вы снова хамите?» Я???! Я ангел сегодня просто! Не то что Вы, Гусев. Это мне хамят. А я ангел. И Вы должны понимать, что я белый и с крыльями. А Вы этого не понимаете.

Вижу, вижу. Да, пробили по базе. Вижу уже там… ну, давайте лучше пусть этим займётся Главное Управление внутренних дел. Давайте мы доставим им удовольствие. Пусть их наказывают те, кто должен наказывать. Нам всё равно. Пусть они так себе живут. Мы потом, может быть, что-нибудь напишем на сайте, расскажем их девушкам, кто они такие, герои какие. Их мамам, папам, им полезно будет узнать про своих детей. Может мы это сделаем. Не буду я выключать эфир для инетчиков, не буду, успокойтесь, ради бога!

Но к сожалению, сейчас 17:59, это пожалуй всё. Давайте ещё один телефонный звонок примем, для развлечения. Алло! Здравствуйте! Вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Алексей Алексеевич. Добрый день. Это Григорий, Оренбург. А «Эхо Москвы» в нашем городе как-то вам подчиняется?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Нет. Наши коллеги мне не подчиняются.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Они сами формируют?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Их главный редактор сам формирует редакционную политику.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): И живут на свои средства, да?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Да.

СЛУШАТЕЛЬ (по телефону): Спасибо.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Это очень хороший звонок в конце. Это как раз наше отношение. Мы можем попросить о чём-то, я буду просить по поводу… выяснять историю с Тамразовым, можно ли что-то сделать, чтобы Лариса Васильевна в Шлиссельбурге слушала в прямом эфире программу «Бабник», но в принципе, я могу только просить.

Мы с вами встретимся через час в программе «Осторожно, история», я с вами прощаюсь. Всем пока!





Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире