И. Карпушкин Уважаемые слушатели и зрители «Эха Москвы», в эфире «Культ столичности. Новая промышленность». Это программа о развитии производственного комплекса и индустриальной трансформации Москвы. С вами я, ее автор и ведущий технокультуролог Иван Карпушкин. Здравствуйте!

Диверсификация экономики Москвы и та самая индустриальная трансформация, о которой мы здесь так много говорим, они дают свои плоды в части обеспечения устойчивости экономики столицы в это непростое пандемийное время. Высокая индустриальная активность, наряду с другими секторами, позволила Москве нивелировать падение в одних отраслях за счет роста в других.

Как заявила на днях руководитель Департамента финансов столицы Елена Зяббарова, в текущем году снижение доходов бюджета по наиболее пострадавшим в условиях пандемии сферам городской экономики, таким, как общественное питание, бытовые услуги, туристическая деятельность, транспорт и строительство, частично компенсировано ростом поступлений от организаций обрабатывающей промышленности, научно-исследовательской деятельности, информационных технологий, связи и других отраслей.

Получается, что во многом благодаря своей такой диверсифицированной и дифференцированной структуре экономика Москвы смогла избежать крупного падения из-за этого коронакризиса. А значит, и обеспечить, в том числе, выполнение своих социальных обязательств перед гражданами, что, согласитесь, немаловажно, особенно в текущем контексте. И это еще раз доказывает нам, что курс на развитие новой промышленности выбран верный.

Про то, как идти этим курсом, как развивать московские производства, повышать технологичность и эффективность, мы сегодня поговорим с Алексеем Владимировичем Корзуном, первым заместителем директора по вопросам анализа и развития промышленного потенциала информационно-аналитического обеспечения Агентства промышленного развития города Москвы, подведомственной организации столичного Департамента инвестиционной и промышленной политики; Андреем Ивановичем Спиридоновым, генеральным директором компании Aripix Robotics, и Евгением Николаевичем Кабловым, генеральным директором федерального государственного унитарного предприятия «Всероссийский научно-исследовательский институт авиационных материалов». Алексей, Андрей, Евгений Николаевич, здравствуйте!

А. КОРЗУН, А. СПИРИДОНОВ, Е. КАБЛОВ: Добрый день!

И. Карпушкин Давайте начинать, давайте знакомиться. В первую очередь Алексей Владимирович. Агентство промышленного развития города Москвы, как я уже сказал, представляя вас, входит в структуру Департамента инвестиционной и промышленной политики города Москвы и является оператором Банка технологий, о котором мы в нашей программе часто упоминаем. Расскажите, пожалуйста, подробнее, чем занимается агентство и какую роль оно играет в нынешней индустриальной трансформации Москвы.

А. Корзун Агентство промышленного развития, прежде всего задачи перед нами стоят развития промышленного потенциала Москвы и в частности увеличение роста доли высокотехнологичной промышленности. При этом для нас задача состоит не только в формировании мер поддержки — финансовых, нефинансовых — для промышленности, но и популяризация внедрения современных технологий, популяризация цифровизации, поддержка методологии представителей промышленности Москвы за счет изучения лучших практик.

Главный принцип для нас — это знать всё о промышленности. Если мы знаем всё о промышленности, о современных технологиях, о трендах, то мы понимаем, чем мы управляем, и соответственно, можем помочь промышленности развиваться в сторону высоких технологий.

Соответственно, одна из ключевых задач, которая стоит перед АПР, Агентством промышленного развития — это снижение барьеров, ограничивающих рост промышленности. В частности, кадровых барьеров, технологических, инфраструктурных, информационных, финансовых. И формируя те или иные проекты в поддержку развития промышленности, мы прежде всего стараемся снизить эти барьеры, обеспечить таким образом рост и развитие промышленности. Это если коротко про нас.

И. Карпушкин Хорошо, спасибо! Андрей Иванович, компания Aripix Robotics, насколько я понимаю, она занимается промышленными роботами. Вот было бы интересно узнать, что это за решения такие у вас, и вообще в целом про саму компанию.

А. Спиридонов Да, всё правильно, мы занимаемся промышленными роботами. Мы занимаемся и разработкой этих роботов, и разработкой решений для конкретных заказчиков — заводов или производственных компаний и внедрением и поддержкой.

Основная проблема, которую мы решаем — это то, что на заводах и фабриках низкая производительность труда из-за большого количества простых операций, которые выполняются людьми. Несколько лет назад мы увидели довольно большой рынок и довольно много опросили заводов, где именно увидели вот эти операции, и что сейчас они выполняются неэффективно. Люди иногда ошибаются, им нужно уходить в отпуск, а сейчас еще и иногда болеют. Почему не внедрены до сих пор роботы были, все компании отвечали, что это дорого, что это не окупается и что это очень сложно. В соответствии с этим мы и разработали наш продукт.

Это промышленный робот 6-осевой, который может заменить человека на таких операциях: установить деталь в станок, покрасить, сварка или чтобы укладывать в коробки или коробки на паллету укладывать, с окупаемостью около года, максимум два. И сейчас внедряем наши решения в компаниях, фабриках, на заводах. Например, металлургический завод у нас сейчас есть в заказчиках, производства пищевых продуктов, стройматериалов, бытовая химия. Вот такие компании.

И. Карпушкин Хорошо, спасибо! Евгений Николаевич, ФГУП «ВИАМ» — это серьезная научно-исследовательская структура, ведущий центр не только страны, но и мира в области новых материалов, особенно работающих в экстремальных условиях, в очень низких и высоких температурах, в больших перепадах давления, в двигателях, реакторах и так далее. Недавно отмечали 32-ю годовщину полета «Бурана», в создании теплозащиты которого «ВИАМ» принимал непосредственное участие.

Мне немного довелось поработать на заре карьеры в Институте теплофизики экстремальных состояний как раз по теме высокотемпературных материалов. Так что я примерно могу себе представить спектр задач, которые решает институт. Но было бы интересно услышать от вас, что такое «ВИАМ», чем занимается, есть ли какие-то свежие разработки, которыми можно гордиться.

Е. Каблов Спасибо! Мне тем более человеку, который с момента прихода инженером в «ВИАМ» и на протяжении уже 46 лет я работаю в одном месте. Институт, на самом деле, — это выдающийся центр материаловедения, который был создан специально решением правительства, руководства страны в 30-е годы, когда бурно развивалась авиация. И нельзя было строить самолеты, ракеты из всех материалов, которые использовались в машиностроении, потому что авиационные изделия требуют другие подходы и новые классы материалов.

И конечно, самый первый успех и вклад ВИАМа — это создание методического самолета в Советском Союзе. Именно Андрей Николаевич Туполев, выдающийся наш конструктор, понимал, что нужно делать самолеты из алюминиевых сплавов. Ну и если вы затронули «Буран», но перед «Бураном» еще нужно отдать должное, тот вклад ВИАМа в Великую отечественную войну. Это знаменитый Ил-2 и летающая броня. Это самолеты, связанные алюминиевые сплавы. Ну и конечно, в создании атомного щита тоже не обошлось без «ВИАМ». Курчатов еженедельно приезжал в «ВИАМ», когда создавался атомный котел (не атомный реактор, а как тогда говорили, атомный котел), чтобы реально убедиться, нужно было, и получить реакцию цепную, надо было создать материалы. И «ВИАМ» внес весомый вклад, и в 45 уже году появился у нас атомный котел.

И. Карпушкин Евгений Николаевич, а сегодняшние какие разработки ведутся?

Е. Каблов Институт стал совсем другим. Потому что, мы все хорошо понимаем, что если нету инфраструктуры, нету молодежи, если нет финансирования, наука не развивается. Мы почти на 95% обновили инфраструктуру. Молодежь у нас теперь — если раньше, в 1996 году у нас было 23 человека в возрасте Иисуса Христа на 2.400, то сейчас у нас на 1.700 человек почти 900 человек в возрасте 35 лет. Средний возраст института составляет 40 лет. И соответственно, ребята, они на основных ведущих позициях.

И конечно, здесь в первую очередь надо отметить это то, что в свое время президент поддержал идею создания малотоннажных производств на предприятиях-разработчиках института для того, чтобы выпускать те партии материалов, которые крупному бизнесу невыгодно выпускать. Это дало возможность, мы стали выпускать свою продукцию. Сейчас у нас 25 производств. Выпускаем 259 наименований продукции. Но не только это главное. А главное — это благодаря этому мы закрепили кадры. Благодаря этому мы стали разработки делать на новом высоком научном и техническом уровне.

Ну а конкретный результат — это создание двигателя ПД-14. За 35 лет после развала Советского Союза при активном руководстве генерального конструктора Александра Александровича Иноземцева был создан двигатель, который ничем не уступает, а соответствует двигателю 5-го поколения. В нем рабочая температура составляет — только задумайтесь — 1950 градусов Кельвина. Ну и еще вот вы говорили о «Буране». Да, «ВИАМ» создал теплозащитный элемент. Без этого «Буран» бы не полетел. Можно много продолжать, но лучше в вопросах.

Поэтому сейчас у молодых сотрудников института есть понятные цели, понятные задачи. И спасибо московскому правительству, Сергею Семеновичу Собянину. Когда он посещал «ВИАМ» и был поражен тем, что собой представляет институт, и принял решение о статусе промышленного кластера. Мы стараемся полностью оправдать то, что оказало правительство Москвы в плане инновационного развития.

И. Карпушкин Спасибо! Алексей Владимирович, я упомянул Банк технологий, оператором которого является Агентство промышленного развития. Можете немного рассказать, что это за банк, зачем он нужен, и что еще делается в направлении популяризации современных технологий среди промышленных компаний Москвы?

А. Корзун Да, Банк технологий — это наш очень интересный проект, который мы запустили буквально осенью этого года. Самое главное то, что он дает возможность одним предприятиям поделиться технологиями и разработками, существующими у них, а другим предприятиям приобрести. Фактически это трансфер технологий. И мы таким образом оказали инфраструктурную поддержку развитию этого направления в Москве. Собираем заявки и интересные технологии от всех московских компаний, размещаем их на своем сайте, а заинтересованные компании могут туда обратиться, посмотреть и задать вопросы, связаться с собственниками этих технологий и дальше уже договориться о их использовании.

По крайней мере, то, что сейчас мы наблюдаем — это большой спрос, интерес, очень много заходов на сайт, очень много вопросов звонят и задают по этому поводу. А это значит, проект востребованный, он работает и вносит свой вклад в развитие технологий.

Но знаете, это не единственный проект. У нас много и других наработок интересных в области популяризации тех же технологий. Во-первых, мы постоянно выпускаем большое количество аналитических обзоров, обзоров технологий, каталогов технологий, которые позволяют промышленникам Москвы разобраться. И в некотором смысле происходит популяризация этих технологий. Например, тот же каталог аддитивных технологий, где мы подробно расписываем, как можно использовать те или иные аддитивные технологии в своем бизнесе московскими предприятиями.

Эти все материалы, они у нас доступны на сайте Агентства промышленного развития в разделе «Аналитические материалы». Там же можно найти очень интересную карту поставщиков решений для Индустрии 4.0, где фактически мы каждый раз обновляем и вносим туда все компании Москвы, которые разрабатывают те или иные решения в области Индустрии 4.0. Это и большие данные, и аддитивные технологии, и новые производственные технологии и материалы, кибербезопасность, виртуальная и дополненная реальность. Там сейчас, по-моему, более 100 компаний у нас, и мы постоянно обновляем, вносим. Здесь также можно открыть и посмотреть эту карту и найти те или иные интересные решения, или интересные компании, которые разрабатывают решения в области Индустрии 4.0.

Ну и последний наш такой интересный проект, который мы собираемся запустить с нового года — это аналитика по инвестиционным нишам в области сектора высоких технологий, где инвесторы могут ознакомиться и выбрать те или иные перспективные направления, инвестировать в эти направления и таким образом помочь развивать высокие технологии в Москве.

Всё, конечно, я не успею рассказать, но это хотя бы несколько таких интересных направлений, которыми занимается Агентство промышленного развития, и которые помогают развивать высокотехнологичную промышленность в Москве.

И. Карпушкин Андрей Иванович, решения Aripix Robotics присутствуют в Банке технологий. Что это за решения и каким образом они попали в этот банк?

А. Спиридонов Да, основное наше решение — это 6-осевой промышленный робот-манипулятор. Это решение присутствует в Банке технологий. Наши новые решения тоже мы сейчас планируем туда размещать. Это решение по универсальному устройству для упаковки в картонные коробки, решение по паллетированию коробок, складыванию на паллеты. Как туда попадает информация? Спасибо коллегам из Агентства промышленного развития. Они связались с нами, рассказали про Банк технологий. Мы отправили заявку. Какое-то время ее там рассмотрели, довольно быстро, потом еще раз мы встретились, уже лично. И действительно, сейчас уже заявки из этого Банка технологий начинают поступать. Буквально сегодня общались с коллегами — пришла новая заявка на роботизацию. Сейчас мы начинаем ее рассматривать. Я думаю, что будем в ближайшее время внедрять.

И. Карпушкин Здорово! То есть уже работает, и уже вы видите первые плоды от этого?

А. Спиридонов Да, именно так.

И. Карпушкин Хорошо. Евгений Николаевич, одной из причин просадки отечественной промышленности в 90-е и 00-е годы, называют развал структуры трансфера технологий, которая была четко выстроена в советское время, когда в одном ряду с научно-исследовательскими стояли проектные институты, которые выполняли как раз функцию трансфера технологий из состояния научно-исследовательских разработок в состояние промышленной эксплуатации.

Сегодня многие говорят о необходимости выстраивания такой структуры заново. На ваш взгляд, существует ли такая проблема, и насколько такое решение, как Банк технологий, способно решить такую фундаментальную государственную задачу хотя бы на уровне столичного региона?

Е. Каблов Это очень важная тема. Должна быть поставлена задача конкретная, определено предприятие-лидер. Соответственно, предприятие-лидер набирает своих коллег, участников этого проекта, и дальше несет полную ответственность за то, чтобы этот проект был реализован.

Таким ярким примером, я уже говорил, является ПД-14, когда сам президент страны поддержал идею ВИАМа и «Авиадвигателя» пермского создать газогенератор, новый двигатель, и дал соответствующее поручение выделить ресурсы. За эти ресурсы отвечал Иноземцев и ОТК. И получился результат.

Когда не будет такой взаимосвязи, мы всегда будем кого-то искать, кто в этом виноват. Но не наведя порядка в этом процессе, мы будем отставать, отставать, а нам нужно догонять и перегонять. Догонять и перегонять мы можем только за счет новых технологий. И то, что правительство Москвы поднимает вопрос цифровизации промышленности — это абсолютно правильная задача.

А решить это можно только в промышленности, и не только в промышленности, через аддитивные технологии. Это системный вопрос, который требует новых материалов, нового оборудования, нового программного обеспечения, подготовки кадров. Фактически это промышленность 6-го технологического уклада. И в мире идут активные работы по внедрению этих технологий применительно к 6-му технологическому укладу.

И. Карпушкин Но аддитивные — там же не только технологии и материалы. Там же, в первую, мне кажется, очередь совершенно иные подходы к конструированию.

Е. Каблов Вы абсолютно правильно говорите. Есть соответствующее решение. Минпромторгом разработана соответствующая программа. Вот «ВИАМ» полностью закрыл позиции по порошковым композиционным материалам. Вот только системно решив, мы можем говорить, что у нас есть элемент промышленности в плане аддитивных технологий. Потому что вопрос идет о деталях 3-го уровня. Это не просто модели, прототипы, а это детали, которые сделаны на машине, 3D-принтере, которые сразу можно ставить в изделие. В этом весь смысл.

И. Карпушкин Хорошо. Это «Культ столичности: новая промышленность». Вернемся после новостей.

НОВОСТИ.

РЕКЛАМА.

И. Карпушкин Это «Культ столичности: новая промышленность» — программа о развитии производственного комплекса и индустриальной трансформации Москвы. С вами технокультуролог Иван Карпушкин и мои сегодняшние гости: Андрей Иванович Спиридонов, генеральный директор компании Aripix Robotics, Евгений Николаевич Каблов, генеральный директор ФГУП «Всероссийский научно-исследовательский институт авиационных материалов», и Алексей Владимирович Корзун, первый заместитель директора Агентства промышленного развития города Москвы.

Мы продолжаем. Андрей Иванович, робот-манипулятор или роборука — это один из самых известных типов промышленных роботов. Однако до сих пор эти решения востребованы и на производствах, и в других местах. Создаются новые манипуляторы с новыми возможностями. Для каких задач сегодня используется этот тип роботов, и в чем ключевое отличие современных роборук от моделей 90-х и даже 80-х годов?

А. Спиридонов Да, действительно, такой тип роботов используется уже давно, 20-30 лет. Его популярность связана с тем, что он по функциям, которые он может выполнять, очень похож на человека. То есть он также, примерно, с такой же скоростью — иногда чуть быстрее, иногда чуть медленнее — выполняет операции вокруг себя: что-то берет, перекладывает или может держать в руке какой-то инструмент — например, покрасочный пистолет или сварочный инструмент.

Началась эра использования роботов с того, что их ставили на автомобильных конвейерах. Потому что справиться с целым кузовом, который нужно сварить точно в нескольких местах, человеку очень сложно, практически невозможно, тем более с такой скоростью.

Дальше, и сейчас это продолжается, роботы такой конструкции используются уже в разных отраслях. Типичное применение, например — загрузка станков. То есть нужно взять деталь, положить в автоматический станок, который ее обработает, и забрать уже готовую деталь после обработки. Также это работа по упаковке, наклеивание наклеек, упаковка товара в коробки, ну и, конечно, покраска и сварка. Сейчас всё больше и больше внедряются роботы, потому что видно, что это эффективно, видно, что это окупается.

И. Карпушкин Спасибо! Алексей Владимирович, вы наверняка видите картину по всем отраслям промышленности. Как вы оцениваете уровень использования аддитивных технологий московской промышленностью и какие конкурентные преимущества она дает для предприятия, какие формируются новые бизнес-модели?

А. Корзун Да, мы постоянно мониторим лучшие практики, смотрим, как развиваются те или иные отрасли и технологии в Москве. Хочу сказать, что во всём мире аддитивные технологии, конечно, заслуженно набирают популярность. Если посмотреть по темпам роста, например, что технологии во всём мире где-то растут на 25% в год. Это среднегодовой прирост. И на ближайшие 5 лет прогнозируют, что, по крайней мере, темпы роста не уменьшатся.

Если посмотреть вообще венчурное финансирование сделки, то 35% стартапов — это фактически стартапы, посвященные 3D-печати в том или ином формате. Сейчас 3D-печать где-то на 60% используется для прототипирования. Тут самые ключевые слова — это «быстро» и «недорого». По сути, 3D-печать, она ускоряет вывод нового изделия на рынок. То есть type to market, время вывода на рынок, оно существенно сокращается с помощью аддитивных технологий. Естественно, что сейчас мы немножко отстаем от Европы и США. Это, наверное, главные лидеры, то есть Германия, Великобритания, США, они фактически являются локомотивом развития аддитивной технологии. И главная здесь, по нашему мнению, проблема — это информационные и инфраструктурные барьеры.

Информационные — это прежде всего популяризация аддитивных технологий и формирование навыков, компетенций, новых инженеров, которые способны применять эффективно эти аддитивные технологии.

Второе — это инфраструктурные. К примеру, в США тоже не сразу начали развиваться аддитивные технологии. Там они получили мощный импульс развития с приходом такого проекта, как Sometri. Это маркетплейс для 3D-печати, когда они фактически стимулировали развитие небольших компаний, покупающих 3D-принтеры, и таким образом создали по всей стране большую доступную сеть для печати на 3D-принтерах.

И. Карпушкин Евгений Николаевич, поделитесь, пожалуйста, прогнозами, появления каких новых материалов нам стоит ожидать в ближайшем и отдаленном будущем? К чему стоит готовиться промышленникам с точки зрения производственных процессов? Ведь от материалов зависят и технологии производства, и все другие стадии внедрения, эксплуатации и так далее.

Е. Каблов В первую очередь мы должны перейти на полную независимость в плане материалов, оборудования и программного обеспечения. Сейчас «Росатом» в рамках дорожной карты приступил к изготовлению машины отечественной, используя лазер для подачи энергии. Но проблема сканатаров. То есть эта рука, должна достаточно быстро, исходя из цифровой программы, менять положение. Если спросить, где у нас производят в стране сканаторы, это лимитирующее или узкое место, чтобы сказать, что мы можем сами изготовить машину для лазерного сплавления. Пока всё покупаем из-за границы. Вот робот есть, было сказано. Вот еще бы сканаторы сделать, и тогда мы могли бы эту машину полностью сделать на отечественном. Программное обеспечение всё покупаем из-за рубежа.

Мои попытки привлечь к этому вузы, институты Академии наук — все понимают, что очень сложный вопрос, и его надо решать совместно. Это материаловед, это программист, математик, это конструктор. И тогда пойдет нормальная работа. Пока это пытаются делать разрозненно. Пока мы не приведем в эту систему…

Следующий вопрос: все увлеклись лазером. Но лазер — это для очень ажурных и тонких вещей, особенно камеры сгорания, как мы начали для ПД-14. Но наиболее востребованный — это электронный луч. Это прямое лазерное выращивание. Без этих технологий мы не сможем делать большие массивные детали, которые в силу того, что электронный луч подает значительно больше энергии, а также прямое лазерное выращивание, можно выращивать до 500-600 кг, а может быть, и до тонны — всё зависит от объема.

И. Карпушкин Евгений Николаевич, но перспективы внедрения этих технологии у нас есть? Или создания их в России, локализации их?

Е. Каблов Я же вам доложил, что мы, «ВИАМ», мы так сделали, что по материалам ни от кого не зависим. Пока мы материалы делаем свои. Отрабатываем на тех машинах, которые предприятия купили — это зарубежные. Но сейчас в рамках совместных наших работ по дорожной карте, которая разработана «Росатомом», и «ВИАМ» принимал участие…

И. Карпушкин Что это за дорожная карта? Чего она касается?

Е. Каблов Это подписано было руководителем «Росатома» с Борисовым Юрием Ивановичем, как от правительства. Выделение наиболее важного направления в развитии промышленности. Я очень рад, что все поняли, что без этой стратегии, которую подписал президент, научно-технологического развития, невозможно выполнить тех цифр, которые там записаны.

Но для этого нужно выбросить вот эту шелуху, болтовню, а нужно браться. Вот сейчас давайте за 2 года сделаем 1-2 машины, потом переходим на электронный луч, прямое лазерное выращивание, и начинаем внедрять. А внедрять — я же вам сказал, что сейчас «ВИАМ», как инициатор, поскольку «ВИАМ» имеет полный замкнутый цикл аддитивного производства, подписал 43 соглашения. Мы уже к концу года будем производить 1000 деталей.

И. Карпушкин Понятно, спасибо большое! Андрей Иванович, какие тренды в части робототехники, как она развивается, насколько вы уже востребованы на московских предприятиях, и какие перспективы видите для себя в ближайшем будущем?

А. Спиридонов Сейчас основной тренд в робототехнике — это программное обеспечение. То есть робот, с одной стороны, должен становиться сам умнее. Поэтому, конечно, тут много аспектов.

И внедрение машинного зрения, и внедрение искусственного интеллекта, и конечно, упрощение программного обеспечения робота для того, чтобы не требовались высококвалифицированные специалисты, чтобы управлять роботом. Плюс к этому, конечно, требуется универсальность, чтобы робот сам мог перенастраиваться. В этом ему помогает искусственный интеллект и машинное зрение. Он видит, что пришла другая деталь, и он знает, какую деталь, какие операции над ней нужно выполнять, и, соответственно, перенастраивается прямо по ходу дела, использует разные программы и перенастраивается автоматически. Также мы рассматриваем новые сферы для применения роботов. Это логистика и сортировка мусора. Вот туда будем идти в ближайшие 2 года.

И. Карпушкин Спасибо! Алексей Владимирович, новые технологии в промышленности — это же не только автоматизация производств и отдельных производственных процессов. На сегодняшний день — это прежде всего какие-то решения, связанные с цифровой трансформацией. Как уже говорил Евгений Николаевич, с перестройкой самих бизнес-моделей промышленных предприятий. Да и сами они уже зачастую не называют себя промышленностью, подчеркивая некоторый постиндустриальный характер производства. Это некие индустриальные кластеры. Они отражают какую-то более гибкую модель производства. Что происходит с промышленной функцией предприятий на этапе цифровизации? Она действительно настолько изменяется?

А. Корзун Да, соглашусь, что цифровая трансформация, она прежде всего даже не о том, чтобы внедрить какое-то решение, технологическое или программное. А это прежде всего трансформация идеологии самой компании. Это трансформация ее бизнес-моделей, трансформация методов коммуникации с потребителем, создание новых продуктов, в том числе, с какими-то цифровыми элементами.

Поэтому технологии, которые сейчас развиваются активно, они позволяют нам переходить, к примеру, от массового продукта, индустриального продукта к более кастомизированному, по сути, индивидуальному, сделанному с учетом пожеланий конкретных клиентов. Это меняет ландшафт производства. Появляются, по сути, новые промышленные форматы и бизнес-модели. Например, в тех ячейках А.Б. Архипов, интересный такой формат, при котором вы можете арендовать оборудование, программный комплекс, систему и облако, и фактически даже персонал, который там находится, и наблюдать, как делают ваш заказ и создают то или иное решение. То есть это маленький такой цех, который полностью самодостаточен и может создавать кастомизированное решение продукта. Или, допустим, тот же вариант развития всевозможных фаблабов, то есть лабораторий прототипирования, которые фактически занимаются созданием и разработкой с использованием современных технологий.

Очень много, что окрывает для промышленных предприятий цифровизация, прежде всего это обеспечение конкурентоспособности, которая даст возможность в современную эпоху, в том числе в эпоху, связанную с коронавирусом, выжить. Поэтому этому надо уделять достаточно очень много внимания и подходить к этому очень продуманно и основательно.

И. Карпушкин Хорошо! Я благодарю вас за прекрасную беседу. Напомню: сегодня с нами на связи были Евгений Николаевич Каблов, генеральный директор ФГУП «Всероссийский научно-исследовательский институт авиационных материалов»; Андрей Иванович Спиридонов, генеральный директор компании Aripix Robotics, и Алексей Владимирович Корзун, первый заместитель директора Агентства промышленного развития города Москвы, подведомственной организации Департамента инвестиционной и промышленной политики. Евгений Николаевич, Андрей Иванович, Алексей Владимирович, спасибо! Приятного вам дня и, надеюсь, до скорой встречи!



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире