'Вопросы к интервью
А. ДУРНОВО: 16 часов 35 минут. Пришло время нашей традиционной рубрики «Московская милиция рекомендует…» Я с удовольствием представляю наших гостей. Алексей Сергеевич Лаушкин – начальник УВД по ЗАО г. Москвы, генерал-майор милиции, Виктор Григорьевич Мацьков – начальник Экспертно-криминалистического центра УВД по ЗАО г. Москвы, полковник милиции. Добрый день.

И. ЗЕМЛЕР: И говорим мы сегодня о новом оборудовании на службе экспертов-криминалистов.



А. ДУРНОВО: Как всегда, в начале эфира я напоминаю, что на нашем сайте www.echo.msk.ru идет трансляцию, и вы можете видеть наших гостей. Если у вас есть вопросы, милости просим на наш портал для смс +7-985-970-4545.

И. ЗЕМЛЕР: Какое у вас новое оборудование?

А. ЛАУШКИН: Оборудование постоянно всё новое и новое, всё лучше и лучше идет в органы милиции. Мы недавно видели приезд в УВД Северного округа, видели, что происходит с оборудованием по машинам, по наблюдению. Такое же во всех сферах происходит. И Экспертно-криминалистический центр УВД ЗАО, мы переехали в новое здание в сентябре этого года, у нас хорошее, новое здание. Здание 14 этажей, один из этажей занимает наш центр, порядка 1500 квадратных метров. Полностью новое оборудование.

И. ЗЕМЛЕР: За последний год что новенького появилось?

А. ЛАУШКИН: Мы делаем экспертизы по ДНК, какие раньше вообще не делали. Мы обучаем своих сотрудников. Получая новое оборудование, нам приходится много обучать, потому что просто так не сможешь пользоваться оборудованием, настолько оно высокотехнологическое. Надо знать, как его применять в работе. И там не простые экспертизы.

А. ДУРНОВО: Что имеется в виду под оборудованием? Какой-нибудь конкретный пример. Это медицинская машина, лаборатория, металлоискатель?..

А. ЛАУШКИН: Да, это мини-лаборатории. В кабинетах стоят специальные мини-холодильники, специальные компьютеры, куда закладывается программа, специально на взвешивание, на анализ, берутся пробирки… Сначала с места происшествия надо изъять какой-то материал. Традиционно вы знаете отпечатки пальцев рук, ног, данные по машинам, по стрельбе. А тут уже идет немножко другое – волокна определенные остаются, слюна остается, воздух забирается, и всё это потом должно на специальном оборудовании исследоваться, и процесс довольно непростой, комплексный, и он дает свой положительный результат.

А. ДУРНОВО: Неужели прямо в УВД проводят экспертизу ДНК?

А. ЛАУШКИН: Виктор Григорьевич, скажите.

В. МАЦЬКОВ: Мы не просто проводим. Мы уже зарегистрировали в пределах 40 экспертиз. Я продолжу мысль Алексея Сергеевича. Во-первых, сейчас специалисты выезжают на криминалистических лабораториях, там есть всё оборудование.

А. ЛАУШКИН: Машина полностью оборудована.

В. МАЦЬКОВ: Там есть генератор, там есть приспособления. Мы можем на месте и световой стол, и создать все условия не только для работы…

А. ЛАУШКИН: День и ночь, в любое время суток.

В. МАЦЬКОВ: В любых условиях, где-то в овраге поставить генератор, подключить электричество – уже работай. Там же в лабораториях различные ящики с приспособлениями для изъятий различных видов микрочастиц, микрообъектов. Даже у нас следователи для оперативности назначают экспертизы на месте происшествия. Мы уже вместе с вещественными доказательствами приезжаем в лаборатории и исследует данные вещественные доказательства уже в лабораторных условиях, с применением научно обоснованных методов. Какое оборудование еще? Допустим, раньше мы исследовали наркотики только с помощью тонкослойной хроматографии, там довольно примитивно.

На данный момент каждый образец наркотического средства проходит три этапа, на трех хроматографах проходит, и мы уже даем как качественное, так и количественное исследование данного наркотического средства, что в дальнейшем помогает в точности установить, даже устанавливается в некоторых случаях регион выращивания данных наркотических средств. Если они растительного происхождения, там иногда для быстроты выращивания используют различные гербициды. Это всё находится в растениях, и мы в дальнейшем сопоставляем, доказываем. Допустим, изымаются наркотические вещества, и мы уже привязываем их к сбытчику – что данные вещества сбыты из данной партии. А если есть лицо, естественно, ему это всё вменяется уже в процессе расследования уголовного дела.

И. ЗЕМЛЕР: Последний теракт в «Домодедово» и предыдущие теракты. Вы работаете со специалистами, которые расследуют эти преступления?

А. ЛАУШКИН: Там свои специалисты. Во-первых, у нас в каждом округе есть экспертно-криминалистические центры. Это у нас был создан новый на базе уже нового здания, и оборудование закупалось совсем новое. Такого уровня в городе Москве в окружных УВД нет. Кому-то закупается, кому-то докупается, а у нас комплексно.

А. ДУРНОВО: У вас передовое УВД по оборудованию.

А. ЛАУШКИН: Конечно, передовое, никаких сомнений. Там работает Генеральная прокуратура, там ЭКЦ МВД есть, это их компетенция. Если надо будет, нам скажут. Но у них есть свое мощное оборудование. Вы же видите, довольно быстро установили, определили. Раньше было сложно установить. Я думаю, что технический прогресс не стоит на месте. И через 3-5 лет мы будем еще больше делать, еще лучше делать. Я надеюсь, что преступникам будет сложнее от нас уходить в этой ситуации.

А. ДУРНОВО: Кто работает с этим оборудованием? С ним работают специально обученные сотрудники милиции, или это медицинские работники, эксперты?

И. ЗЕМЛЕР: Или всему приходится учиться по мере поступления оборудования?

А. ЛАУШКИН: Я сейчас скажу, а потом Виктор Григорьевич добавит. У него 102 человека в штате в Экспертно-криминалистическом центре в Западном округе. Люди приходят на работу, они все сотрудники милиции. Они проходят специальную учебу по направлениям. Скажем, на баллистическую экспертизу. Некоторые эксперты могут проводить 2,3, 4 экспертизы. Они обязаны иметь допуск, они обязаны сдавать экзамены с определенной очередностью. Потому что это очень серьезно. Действительно, от подписи эксперта зависит судьба человека. Эксперт отвечает так же по закону, что всё четко определено. Поэтому мы подбираем людей, они проходят обучение. Дальше в процессе работы они приходят. Бывает помощник эксперта, потом эксперт, делает какую-то одну экспертизу, например дактилоскопическую, дальше обучение происходит, направляем на курсы переподготовки через МВД, через ГУВД. И они дальше совершенствуются.

И. ЗЕМЛЕР: А у вас военные специалисты? Я имею в виду МВД или гражданские тоже есть.

А. ЛАУШКИН: Аттестованные.

В. МАЦЬКОВ: У нас все аттестованные сотрудники. Ситуация какая? Есть 8 традиционных допусков, традиционно криминалистических. Туда идут учиться и со школьной скамьи, и уже аттестованные сотрудники поступают, они очно учатся на базе московского университета нашего, там срок обучения 5 лет, это на эти 8 видов экспертиз.

Есть у нас, допустим, производство биологических экспертиз, химических, физико-химических, бухгалтерских, там, естественно, должны быть специальные познания. Судебно-бухгалтерские, экономические там проводят эксперты, которые окончили Академию экономической безопасности МВД. Остальные: химики, у кого есть химическое образование, биологи – естественно, у них есть биологическое образование. Но кроме этого, они еще проходят у нас дообучение на получение права производства данных видов экспертиз.

Они проходят стажировку на нашей базе, на базе ЭКЦ ГУВД, на базе ЭКЦ МВД. Для того чтобы с нуля подготовить специалиста до года доходит. И даже если эксперт получил допуск, то в течение года после получения он самостоятельно еще экспертизы не проводит, он проводит экспертизы под наблюдением наставника, старшего эксперта или главного эксперта.

И. ЗЕМЛЕР: А какой средний возраст ваших экспертов?

В. МАЦЬКОВ: Один из старейшин, есть у нас такой (фамилия неразборчиво) Николай Григорьевич у него стаж экспертной работы 34 года.

А. ЛАУШКИН: Для эксперта чем больше, тем лучше.

В. МАЦЬКОВ: Это мудрые люди. Два года назад нам добавили штат 25 единиц. В основном это эксперты в территориальные органы внутренних дел, чтобы оперативно могли осматривать места происшествия. Естественно, мы набрали молодых.

И. ЗЕМЛЕР: У кого ноги крепкие.

А. ЛАУШКИН: Все начинают так.

И. ЗЕМЛЕР: С беготни.

А. ЛАУШКИН: А как без этого?

В. МАЦЬКОВ: У нас должно быть высшее образование.

А. ДУРНОВО: Т.е. это требование.

А. ЛАУШКИН: Без этого нельзя.

А. ДУРНОВО: Высшее образование любое?

В. МАЦЬКОВ: Есть педагоги, есть художники, есть всех видов. Было бы желание. В нашей профессии приходится сталкиваться с любыми.

А. ЛАУШКИН: Направления экспертизы разные, поэтому базовое образование может быть разным.

И. ЗЕМЛЕР: Наверное, когда появляются новые разработки, новые технологии, нужно переучиваться, оканчивать курсы повышения квалификации. Насколько часто происходит переобучение, такие тренировки, тренинги?

В. МАЦЬКОВ: Ежегодно в пределах 20 человек мы обучаем только на получение допусков, это только получение допусков. А у нас еще через каждые 5 лет эксперт, который проработал 5 лет, обязан переаттестоваться. Он должен опять написать 5 экспертиз по различным видам. Заседает комиссия в ЭКЦ ГУВД или в ЭКЦ МВД, и они, читая экспертизы, смотрят, пригоден ли человек. Не с первого раза всем подтверждают.

И. ЗЕМЛЕР: А отсев какой?

В. МАЦЬКОВ: Отсев небольшой. Они рекомендуют глобально изучить по данным направлениям.

И. ЗЕМЛЕР: Т.е. до критического уровня профессиональные навыки не теряются все-таки.

В. МАЦЬКОВ: Бывает редко, что даже лишает допуска эта квалификационная комиссия ЭКЦ МВД.

А. ДУРНОВО: А существует какой-то международный обмен опытом: стажировки специалистов за рубежом, какие-то конференции, обмен опытом, что-то в этом роде?

В. МАЦЬКОВ: Естественно. К нам и обзоры приходят, и новые методики. Каждый вид экспертизы должен быть научно обоснованным. Существует методика, каждая методика паспортизирована, на нее есть паспорт, для того чтобы легче было эксперту, исследователю апеллировать данными доказательствами в судах. Естественно, мы перенимаем зарубежный опыт. Если взять ДНК-лаборатории, понятно, что в Англии, в Америке они уже давно существуют, мы только наращиваем. У нас специалисты по ДНК уже работают больше года, но так как оборудования не было, они приходили и работали на базе ЭКЦ ГУВД. Только по нашей территории в прошлом году 56 случаев было, где по ДНК, именно по биологическим материалам были установлены лица или были дела объединены, лица, причастные к совершению преступлений. А два года назад ни одного не было.

И. ЗЕМЛЕР: А у вас импортное оборудование есть? Или только отечественные разработки?

А. ЛАУШКИН: Наоборот, в основном импортное.

В. МАЦЬКОВ: В основном у нас импортное оборудование.

И. ЗЕМЛЕР: А что, отечественные не берутся? Или не могут?

В. МАЦЬКОВ: Потому что не существует аналогов. Вот это оборудование, которое мы получили, мы фактически его заказывали с перспективой еще в 2006 году.

И. ЗЕМЛЕР: Что, оно 5 лет шло, что ли?

В. МАЦЬКОВ: Нет. Это мы техническое задание давали. Естественно, что-то к этому периоду уже устарело, и нам приходилось вносить изменения в техническое задание, брать самое современное оборудование. Та же самая биологическая экспертиза, там есть такие этапы исследования, где фактически человек даже не касается руками, там всем из компьютера, как роботом, управляет эксперт.

А. ДУРНОВО: Алексей Сергеевич, с появлением лаборатории, с появлением Экспертно-криминалистического центра повысилась раскрываемость дел в Западном округе?

А. ЛАУШКИН: Здесь есть комплекс моментов, чтобы повысить раскрываемость. Во-первых, у нас 102 человека, вроде как много. Но у нас круглосуточно дежурит в каждом отделе следственно-оперативная группа, в которую входит один из экспертов. Чтобы зафиксировать всё, эксперт должен грамотно выехать на место, грамотно всё осмотреть, найти улики, которые дальше можно использовать. Во-вторых, у нас есть свои экспертные базы данных, те же «Папилон», это пальцы рук. Мы туда постоянно добавляем, то, что изымаем с каждого места происшествия, добавляем. И потом они на каких-то моментах это всплывает. Т.е. если человек не будет базу данных сам обновлять, оборудование будет пустышкой, ничего не будет. Должен быть грамотный эксперт, грамотный руководитель, грамотный анализ.

Скажем, мы вчера раскрыли семь ранее совершенных преступлений, по следам, по каким-то другим нашим данным, по картотекам. Мы установили причастность этих лиц к преступлениям, которые были совершены в сентябре, в ноябре прошлого года. Действительно, мы раскрываем много ранее совершенных преступлений. Потому что по горячим следам не всегда удается задержать.

И. ЗЕМЛЕР: Интересно получается: оборудование новейшее, по ДНК можно восстановить всё, а старые добрые пальчики никто никуда не девал. Какое соотношение старых методов и новых в вашей работе?

А. ЛАУШКИН: Идет движение. Технологии меняются, и преступления совершаются с новыми технологиями.

И. ЗЕМЛЕР: Наступит время, когда можно будет отказаться от картотеки дактилоскопической?

А. ЛАУШКИН: Я думаю, в наше время не будет. Может быть, когда-то, когда люди уже будут рождаться с чипами.

А. ДУРНОВО: Человек изменится биологически.

А. ЛАУШКИН: Я допускаю такие вещи, что, когда рождается ребенок, ему сразу вживляют микрочип, ему уже не нужен ни паспорт, ни другое, он проходит любой контроль. Я думаю, это будет вскоре. Может быть, не в мой век, а может быть, и в мой век. Движение вперед идет громадное. Я говорю к тому, что преступник же тоже изучает. Вот у нас недавно были квартирные кражи, певец Пресняков. Замки великолепные. Но там были специалисты, которые подбирают замок. Эксперты выезжали, смотрели, они даже до конца не могли понять – или подбор ключа…

И. ЗЕМЛЕР: Или силой взгляда.

А. ЛАУШКИН: Т.е. преступники, они тоже изучают технологии, они думают, как подобраться, как сделать. Нам приходится постоянно совершенствоваться. Если мы не будем совершенствоваться, то, конечно, будем отставать. Нужно использовать и старые методы, и новые всё больше и больше. Компьютерные экспертизы, раньше их не было. Сейчас мы их проводим. Много преступлений совершается именно с этим видом изделия. Поэтому прогресс будет идти вперед в этом плане. Надо не отставать в этой ситуации.

А. ДУРНОВО: Но, с другой стороны, и преступники будут находить новые лазейки.

А. ЛАУШКИН: Жизнь так устроена. Смотрите, машины. Машинам ставят современные защитные системы – «Цезарь Сателлит» и аналоги различные. Я разговаривал с руководителем этой системы: «Почему ваши машины воруют?» Потому что человек ее изобретает. Один ее изобретает, а другой…

И. ЗЕМЛЕР: Это так же, как с новыми купюрами Центробанка.

А. ЛАУШКИН: Поэтому, конечно, постоянно идет борьба. Они сказали, что придумали новшество. Смотрю, меньше машин с «Цезарем Сателлит» стало уходить. Дай бог. Значит, люди сумели что-то придумать. Нельзя сидеть на месте. Как только сидишь на месте, к тебе подбираются, преступник находит пути, лазейки.

А. ДУРНОВО: Большое спасибо. Алексей Лаушкин – начальник УВД по ЗАО г. Москвы, генерал-майор милиции, Виктор Мацьков – начальник Экспертно-криминалистического центра УВД по ЗАО г. Москвы, полковник милиции. Поговорили мы про новое оборудование на службе экспертов-криминалистов. Инесса Землер…

И. ЗЕМЛЕР: …Алексей Дурново.

А. ДУРНОВО: Через неделю снова встретимся.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире