'Вопросы к интервью


Л. ГУЛЬКО: 10 часов и 9 минут. Станислав Анисимов, Лев Гулько. Привет, Стас.

С. АНИСИМОВ: Привет.

Л. ГУЛЬКО: Привет. Вот. Сейчас мы будем оглашать наших гостей, секундочку, разберемся только. Филипп Самарец, член совета директоров Экспериментариума… правильно говорю?

С. АНИСИМОВ: Экспериментаниума, как выяснилось, да.

Л. ГУЛЬКО: А, я опять ошибся. Экспериментаниум. А у меня, кстати, так и написано. Музей занимательных наук. И Ирина Кузнецова, программный директор Экспериментаниума, опять же музея занимательных наук. Здрасьте, доброе утро.

Ф. САМАРЕЦ: Доброе утро.

И. КУЗНЕЦОВА: Доброе утро.

С. АНИСИМОВ: Странное название, да?

Л. ГУЛЬКО: Экспериментаниум?

С. АНИСИМОВ: Да, а не Экспериментариум, как хочется сказать. А почему так?

Л. ГУЛЬКО: Потому что эксперимент… от какого слова, «эксперименты»? Экспериментани… почему, действительно?

С. АНИСИМОВ: Кому пришло в голову такое название?

Ф. САМАРЕЦ: Задумывали это как ассоциацию с неким новым элементом, связанным с экспериментом, исследованием.

Л. ГУЛЬКО: А, если бы был Дмитрий Иванович жив, он бы назвал…

Ф. САМАРЕЦ: Да.

С. АНИСИМОВ: То есть, это таблице Менделеева привет?

Л. ГУЛЬКО: Ну, наверно. Так Филипп говорит, наверно, да.

С. АНИСИМОВ: Ну, у вас же в музее есть ведь богатая предыстория, да? Касательно Дома занимательной науки Якова Перельмана.

Ф. САМАРЕЦ: Ну, в общем, да. Все мы в детстве зачитывались книжками Якова Перельмана «Занимательные науки»: математика, механика, физика. И, уже будучи взрослым человеком, я узнал о том, что в России был один из первых опытов интерактивных музеев науки. Это было в Петербурге, в Ленинграде, точнее…

С. АНИСИМОВ: Год не называйте, потому что это будет один из вопросов.

Ф. САМАРЕЦ: Хорошо (смеется). Он назывался Дом занимательных наук. И, собственно, сейчас по всему миру есть такие музеи, которые продолжают эту традицию, и мы в меру наших возможностей попытались ее воплотить в нашем музее в Москве.

Л. ГУЛЬКО: Вот у вас тут написано: «Увлекательное изучение науки и истории ее развития» вы предлагаете своим посетителям. Увлекательное – это как? Ну, я так понимаю, что можно потрогать все, потискать, там, слить одну жидкость с другой…

И. КУЗНЕЦОВА: Потрогать, покрутить, пообщаться с себе подобными, задать вопрос экскурсоводу…

Л. ГУЛЬКО: А экскурсоводы – кто?

И. КУЗНЕЦОВА: Экскурсоводы…

Л. ГУЛЬКО: Да.

И. КУЗНЕЦОВА: … в основном это старшие курсы естественнонаучных факультетов: физики, биологи.

Л. ГУЛЬКО: Химики.

И. КУЗНЕЦОВА: Ну, химиков у нас…

Л. ГУЛЬКО: Я так за своих бывших… Менделеевский заканчивал…

И. КУЗНЕЦОВА: Мы будем делать набор в сентябре, так что, может быть, рассмотрим химиков тоже отдельно.

Л. ГУЛЬКО: Так. Ну, потрогать, похватать тоже надо, знаете как, с осторожностью, потому что вот недавно были… я уж вспомню, ну, куда от этого деваться-то? Тут один потрогал, похватал подросток, и потом ему руки оторвало. Я о безопасности, которая, так сказать…

И. КУЗНЕЦОВА: У нас безопасность на первом месте. И Филипп, наверное, тоже меня поддержит. У нас мастера, которые регулярно, раз в полчаса, если конкретно, раз в полчаса обходят экспозицию на предмет того, что сломалось, что отлетело, где какая зацепка, защепка. Вот на предмет того, что может повредить ребенку, родителю – любому посетителю, который придет в музей.

Ф. САМАРЕЦ: Но с этим сталкивался еще Яков Перельман в своем Доме занимательных наук, когда множество экспонатов ломалось и он просил мастеров делать их сломостойкими. То же самое делаем и мы, стараемся делать экспонаты, которые безопасны, и, в общем-то, не обижаемся, если их даже сломали – это нормально, это процесс исследования.

С. АНИСИМОВ: А вот кто их делает? На самом деле просто такое вот сейчас ощущение, что все мастера, они, в общем-то, мастера в основном компьютерного дела и все делают в основном…

Л. ГУЛЬКО: Это тебе так кажется, молодому человеку…

С. АНИСИМОВ: Нет? Ну что? Ну, просто я с трудом…

Л. ГУЛЬКО: … другая жизнь существует…

С. АНИСИМОВ: Вот да…

И. КУЗНЕЦОВА: Вот я собираюсь на дачу и могу сказать, что дачники…

Ф. САМАРЕЦ: … одна из ценностей нашего музея – что у нас нет каких-либо таких медийных компьютерных экспонатов. То есть, единственный экран у нас – это тепловизор. Все остальное… много очень деревянных экспонатов, это металл, дерево – то есть, это все реальный мир…

С. АНИСИМОВ: Аналоговый.

Ф. САМАРЕЦ: Да, и, собственно, одна из идей наших – это то, что немножко оторвать ребенка и родителей вместе с ним от компьютерного виртуального мира, там, игр, телевидения и так далее и сделать так, чтобы через наши простые экспонаты они удивились красоте окружающего мира. Вот такая цель у нас. Может быть, она немножко пафосно звучит, но она у нас есть.

Л. ГУЛЬКО: То есть, если вернуться к названию музей, то это экспонаты, которые созданы их же руками, так я понимаю, да? Или это… ну, музей, он предполагает какие-то экспонаты, которые вот…

С. АНИСИМОВ: Старые, что-то с историей, да.

Л. ГУЛЬКО: Да, у который есть история.

С. АНИСИМОВ: Артефакты.

Ф. САМАРЕЦ: Ну, то, что 80% наших экспонатов сделаны нашими руками, руками наших мастеров, ими руководит мой друг и одноклассник, и огромная ему благодарность за это. Они сделали потрясающие экспонаты. Хотя часть экспонатов мы заказывали в других научных музеях, в частности в американских музеях.

Л. ГУЛЬКО: Хорошо. Естественно, я опять же возвращаюсь к вопросу, есть ли у них история, да? Я захожу в музей, я пришел в музей… вот с чего все начинается?

Ф. САМАРЕЦ: Мы очень долго думали, когда открывались, вообще называться ли музеем, да?

Л. ГУЛЬКО: Вот я… вопрос ровно об этом.

Ф. САМАРЕЦ: (смеется). Ну, так или иначе, это случилось. И, в общем-то, музей здесь в том смысле, что множество открытий сделано уже в веках, да? Несколько, там, десятилетий или сот лет назад. И вот эти открытия человеческого разума, да, мы представляем через сделанные сегодня простейшие, там, экспонаты.

Л. ГУЛЬКО: Хорошо. Еще один вопрос.

И. КУЗНЕЦОВА: Можно я тогда добавлю?..

Л. ГУЛЬКО: Конечно.

И. КУЗНЕЦОВА: Вот вы спросили, с чего начинается музей, что вы увидите, когда туда зайдете. Наш первый экспонат – это масштабные гигантские стулья и стол, которые демонстрируют, если вы заберетесь на них, и говорят о том… почувствуй себя маленьким. Вот. Что позволяет взрослому почувствовать себя маленьким и окунуться обратно, может быть, в мир детства, экспериментировать вместе с детьми. Ну, про детей я не говорю, они уже смотрят дальше. Для них это, может быть, не самый интересный экспонат. Взрослым очень нравится.

Л. ГУЛЬКО: Ну да. а есть ли какая-то, может быть, экспозиция небольшая, которая, так сказать, осуществляет связь времен, скажем, начала 20-го века, когда всякие тенденции довольно любопытные возникали, там, от сюрреализма до, да, всяких технических вещей, к сегодняшнему дню? Потому что сейчас сплошной повтор, вот, судя по небоскребам, скажем, да? И по всяким разным вещам. Это же повтор того, что было.

Ф. САМАРЕЦ: У нас есть живая связь с Домом занимательных наук Якова Перельмана, есть прекрасная книга, описывающая этот музей. И мы взяли оттуда очень интересный экспонат, он называется «Ровно миллион». У нас есть некие ворота, на которых наклеена пленка с миллионом маленьких звездочек. Дети спрашивают: «Папа, а миллион – это много?» А в нашем музее можно сказать: «Миллион – это вот, вот». И точно такой же экспонат был в Доме занимательных наук Якова Перельмана, там на потолке у него был миллион звездочек. Так что связь есть.

С. АНИСИМОВ: Вот как раз о Якове Перельмане и будут наши вопросы. Мы сегодня разыгрываем пять пар билетов как раз в ваш музей. Три вопроса. Чему была посвящена дипломная работа Якова Перельман? Это первый вопрос. Второй вопрос: к какому произведению Жуль Верна Яков Перельман написал дополнительную главу, которая называлась «Завтрак в невесомой кухне»? И последний вопрос: в каком году состоялось открытие Дома занимательной науки в Ленинграде? Пожалуйста, отвечайте…

Л. ГУЛЬКО: +7-985… да? Сюда?

С. АНИСИМОВ: Да.

Л. ГУЛЬКО: … 970-45-45, вот на этот вот… на эти наши экранчики. Опять же, обращусь, поскольку у меня лежит такая вот бумажечка, чем, собственно, занимается ваш музей. Стас мне передал ее. «Кроме того, — написано на этой бумажечке, — вашему вниманию предлагаются различные анатомические экспонаты». И тут я сразу задумываюсь и вспоминаю некого немецкого, как он себя называет, художника…

С. АНИСИМОВ: А, это не такие экспонаты, это более, более добро…

Л. ГУЛЬКО: … который представляет человеческие тела на обозрение, такие они, да, унифицированные…

Ф. САМАРЕЦ: Мы взяли за основу данной экспозиции…

Л. ГУЛЬКО: Что такое анатомический экспонат? (смеется)

Ф. САМАРЕЦ: … учебные пособия для медицинских вузов и…

Л. ГУЛЬКО: Сделанные из папье-маше.

Ф. САМАРЕЦ: Ну, это в основном пластик, да…

Л. ГУЛЬКО: И пластик. Теперь пластик.

Ф. САМАРЕЦ: … можно и… фишка в том, что их можно пощупать руками, покрутить, потрогать, узнать, как устроено человеческое тело…

И. КУЗНЕЦОВА: Залезть в мозг, да.

Ф. САМАРЕЦ: Да…

И. КУЗНЕЦОВА: Покрутить глаз…

Ф. САМАРЕЦ: А самый популярный экспонат в этой экспозиции – это живот сопереживания. Это некий фартук, который имитирует состояние беременной женщины. Туда встроен соответствующий груз, и любой мужчина или женщина может почувствовать себя беременной. И вот это самый популярный в данной экспозиции экспонат.

Л. ГУЛЬКО: И что? И вот вы же, наверное, наблюдаете за посетителями. Просто их лица, они как-то меняются от этого? (смеется) Человек подходит – мужчина, например – человек подходит, надевает этот фартук…

И. КУЗНЕЦОВА: Меняются, конечно…

Ф. САМАРЕЦ: Мы видели, как, видимо, муж потом подходил к своей любимой и обнимал ее после этого.

Л. ГУЛЬКО: То есть, он проникся?

Ф. САМАРЕЦ: Да.

И. КУЗНЕЦОВА: Ну, довольно тяжелый жилет. Это 12 килограмм, и когда единовременно на себя такую ношу одеваешь… ну, может быть, некоторым это не так очевидно, когда вот в жизни происходит беременность, да, у семейных пар?

С. АНИСИМОВ: Помимо вот выставочного зала в Экспериментаниуме просто есть еще и отдельный класс, похожий на кабинет химии вот из западных фильмов про кабинеты химии, да? Скажем так…

Л. ГУЛЬКО: Про Гарри Поттера…

С. АНИСИМОВ: Про Гарри Поттера, приблизительно (смеется). Ну нет, на самом деле, то есть, такая европейская обстановка. Что у вас там проводится?

И. КУЗНЕЦОВА: В лаборатории мы проводим Реактив-шоу у нас сейчас. Это вот химическая как раз история. Безопасная. Можете приходить спокойно.

Л. ГУЛЬКО: Что такое Реактив-шоу?

И. КУЗНЕЦОВА: Реактив-шоу – это банально как из лимонов сделать батарейку, что произойдет, если смешать…

Л. ГУЛЬКО: То есть, маленькие хитрости…

И. КУЗНЕЦОВА: Да, маленькие хитрости…

С. АНИСИМОВ: Хозяйке на заметку.

И. КУЗНЕЦОВА: Да (смеется). Один папа пришел с мальчиком, а преподаватель заканчивал каждый опыт тем, что говорил: «Вы можете попробовать это дома». Потом папа подошел к экскурсоводу и сказал: «И что, вот и долго он будет говорить о том, что это можно повторить дома?» (смеется) Потому что там смешиваются уксусы с содой… ну, понятно, такие… взлет чайного пакетика… ну, какие-то элементарные вещи, которые на самом деле…

Л. ГУЛЬКО: Марганцовку с глицерином…

И. КУЗНЕЦОВА: Да-да-да, вот для детей, им интересно.

Л. ГУЛЬКО: … такие делают…

С. АНИСИМОВ: Надо же…

И. КУЗНЕЦОВА: Да-да-да, невидимые чернила.

Л. ГУЛЬКО: … на бумажечку насыпаешь марганцовочки и пару капель глицерина. И так передаешь: «Передайте, пожалуйста, записку»… у него в руках начинает дымиться…

С. АНИСИМОВ: Круто. Но сейчас в основном смсками обмениваются, я так полагаю.

Л. ГУЛЬКО: … которые вряд ли, видимо, будут возгораться.

С. АНИСИМОВ: Ну да, но все на самом деле же, конечно, зависит еще от преподавателя химии, как он вдохновит человека на это. Вот у вас, кстати, не возникает такое вот ощущение, что вот дети увлекутся, увлекутся наукой вот через ваш музей, да? А потом придут в школу, у них когда начнется эта химия с этими задачниками, с этими учебниками черно-белыми…

Л. ГУЛЬКО: … им будет неинтересно…

С. АНИСИМОВ: Да, и они вот это вот…

И. КУЗНЕЦОВА: Нет, вряд ли это будет конфликт

Ф. САМАРЕЦ: То, что увлекутся наукой – это…

Л. ГУЛЬКО: Хорошо.

Ф. САМАРЕЦ: … мы были бы только счастливы, да, если наш труд пригодится для этого. Связь со школой тут немножко обратная. На мой взгляд, возможности нашего музея позволяют провести анимированные уроки в наших… в наших классах, рядом с нашими экспонатами, как силами самого преподавателя, так и силами наших экскурсоводов. То есть, это оживит учебный процесс.

И. КУЗНЕЦОВА: Да, мы с сентября начинаем проект «Музейный урок» и планируем активно взаимодействовать. Как Филипп сказал, что мы будем дополнять школу. То есть, располагая такой базой, мы можем сделать то, чего школа делать, может быть, какие-то отдельные школы не могут.

С. АНИСИМОВ: То есть, это будут дополнительные занятия? Прям вот на вырост, да? То есть, ребенок приходит маленьким и сначала все это изучает так, на ощупь, скажем так, да? А потом уже со временем, когда он уже начинает понимать это, он будет, скажем так, уже входить в какую-то теорию, да, вместе с вами?

И. КУЗНЕЦОВА: Ну, это как раз про раннее развитие, да? Что мы все как родители понимаем, что лучше пере-, чем недо-, да? Поэтому основная еще идея музея в том, что младшие, наблюдая за старшими – а старшие приходят любознательные, как правило…

С. АНИСИМОВ: Это правда, да.

И. КУЗНЕЦОВА: … понятно, что… ну, это хороший припер. Это, наверное, лучше, чем смотреть мультфильмы и играть в компьютер.

Ф. САМАРЕЦ: Ну, и еще одна из ценностей нашего музея – это все-таки общение. Когда родители приходят с детьми, они общаются. Папа может вспомнить курс физики и рассказать что-то своему ребенку, показать это на примере. То есть, когда ты идешь в кинотеатр с ребенком, ты с ним не общаешься, ты сидишь, там, смотришь, он сидит смотрит. А здесь происходит живое общение. И мы стараемся даже неким образом его стимулировать, делать некие соревновательные вещи, например, кто там быстрее чего покрутит…

(смех)

Л. ГУЛЬКО: Тем не менее, кинотеатр-то в вашем музее есть.

С. АНИСИМОВ: Необычный.

И. КУЗНЕЦОВА: Это сферический кинотеатр, да, да, это купол, на который проецируется звездное небо и рассказывается, что это такое и строение телескопа…

Л. ГУЛЬКО: То есть, вы такие конкуренты Планетария.

И. КУЗНЕЦОВА: Нет, даже не претендуем, вы что, ни в коем разе, нет-нет-нет. Но мы рассказываем о строении телескопа. В планетарии…

Л. ГУЛЬКО: Ну, такой необычный кинотеатр. То есть, там, то, что раньше называлось документальное, научно-популярное кино.

И. КУЗНЕЦОВА: Да, но это временный проект. Мы вообще стараемся в музее делать временные выставки… какие-то такие, как принято говорить, движухи, да? Что, например, сейчас у нас идет временная выставка 3D-фотографий от National Geographic. Причем она интересна, что, имея 3D-очки, вам нужно найти 14 фотографий. Они расположены в совершенно неорганизованном виде по всему музею. То есть, это тоже вот своего рода затея. У нас сферическое кино. Мы планируем делать временные выставки, ну, по каким-то… по оптике мы планируем делать и, может быть, даже художественную выставку с Эшером – это вот так вот… художник на грани науки.

С. АНИСИМОВ: С оптическими иллюзиями, да?

И. КУЗНЕЦОВА: С оптическими иллюзиями, да, которые также представлены у нас.

Л. ГУЛЬКО: А театральные постановки не хотите?

С. АНИСИМОВ: Про науку.

И. КУЗНЕЦОВА: Очень хотим. Мы хотим делать, знаете, что?..

Л. ГУЛЬКО: Вместе с наукой…

И. КУЗНЕЦОВА: Мы хотим делать…

Л. ГУЛЬКО: … вместо науки…

И. КУЗНЕЦОВА: … но это моя, может быть… кстати, да, может быть, это дополнится, но мне бы очень хотелось от лица ученого рассказывать о том, что он открыл. То есть, театрализованное представление. Я Ломоносов… ну, я не Ломоносов, я, там, Мария Кюри и я рассказываю…

Л. ГУЛЬКО: Это популяризация науки, да?

И. КУЗНЕЦОВА: Да.

Ф. САМАРЕЦ: Очень интересная тема вот именно в этом… в этой точке – не то, что открыл уже – это результат, об этом все знают, а как вот…

Л. ГУЛЬКО: Процесс.

Ф. САМАРЕЦ: Да, вот что происходило за секунду до открытия, за полчаса до открытия.

С. АНИСИМОВ: Квантовый скачок сознания.

Ф. САМАРЕЦ: Да. Вот это очень интересный момент. Вот как его показать…

Л. ГУЛЬКО: Как человека осенило

Ф. САМАРЕЦ: Да. Было бы здорово это сделать.

С. АНИСИМОВ: Яблоко, падающее, да, на…

Л. ГУЛЬКО: Ну, это вот… надо об этом надо, так сказать, как-то… как-то подумать надо, как это все…

С. АНИСИМОВ: Восстанавливать.

Л. ГУЛЬКО: Да, и будет… и главное, чтобы это было интересно, насколько я понимаю, от мала до велика, да? Потому что люди приходят с детьми… или как? Или есть отдельные какие-то вещи, которые детям не очень, а взрослым… покопаться вот…

И. КУЗНЕЦОВА: Вы знаете, дети, дети…

Л. ГУЛЬКО: … в беременном животе. Дети же тоже проходят мимо, правда?

И. КУЗНЕЦОВА: И детям одевают то, что… да, кстати, будущие посетители, имейте в виду…

Л. ГУЛЬКО: … а глаза детишки тоже вытаскивают…

И. КУЗНЕЦОВА: Глаза можно. Вот про жилет, имейте в виду, что маленьким детям не рекомендуем одевать жилет, поскольку у них еще не сформирован костный состав. Дорогие родители, это вам обращение.

Л. ГУЛЬКО: Хорошо. Давайте мы сделаем небольшую паузу, послушаем репортаж Стаса Анисимова из вашего замечательного музея. Потом у нас новости, а потом вернемся и продолжим разговор.

С. АНИСИМОВ: Экспериментируй, испытывай, делай опыты! Экспериментаниум – это настоящий научный аттракцион, который дает интересную и доступную возможность непосредственного участия в экспериментах, опытах и других познавательных действиях. На площади в две тысячи квадратных метров можно найти массу интереснейших экспонатов: от американского грузовика до макета человеческого глаза. В шести разделах музея – это анатомия, механика, оптика, акустика, электромагнетизм и автомобили – представлены образцы машин, механизмов и устройств, наглядно показывающие возможности науки и техники в разных сферах жизни современного человека. Посетитель Андрей приехал в Экспериментаниум не один.

АНДРЕЙ: Приехали из Санкт-Петербурга, вот пришли в этот музей посмотреть. Вот ребята, может быть, они еще не все понимают, но что-нибудь останется у них.

С. АНИСИМОВ: В Экспериментаниуме вы не только смотрите на экспонаты, вам предоставляется уникальный шанс собственноручно провести опыты, эксперименты, поучаствовать в настоящих шоу-программах и даже посетить сферический кинотеатр. Изучение науки и истории увлекает как взрослых, так и детей. Например, маленького Костю.

КОСТЯ: Мне здесь нравится внизу, что там кричать можно. Еще вот здесь дым. Он потом собирался и сдерживался водовородом.

С. АНИСИМОВ: Частичной основой Экспериментаниума стала информация о Доме занимательных наук Якова Перельмана, который открылся в Ленинграде в 35-м году, а во время войны был практически уничтожен и прекратил свое существование. У многих известных ученых их научная карьера началась с чтения книг Перельмана. Значит, можно ожидать, что и в России с открытием Экспериментаниума возрастет число людей, интересующихся наукой. Александр заинтересовался самим Экспериментаниумом и теперь сам здесь работает.

АЛЕКСАНДР: Я сначала сюда пришел, ну, как бы как посетитель в музей, мне стала очень интересна эта тематика. Насколько я знаю, что это вообще первый музей подобного рода в Москве, поэтому, конечно, я вот посчитал своим долгом сюда прийти. И после того, как я уже посмотрел, мне очень понравилась экспозиция, я вот узнал, можно ли сюда устроиться на работу, потому что я обратил внимание, что большинство ребят-экскурсоводов – это, ну, молодые ребята, студенты. Поэтому мне, конечно, стало это интересно. Оказалось, что действительно такая вакансия есть, и кроме того, очень удачно можно было совмещать эту работу с учебой, так как у нас тут свободный график. Я учусь в университете МГГУ имени Шолохова, это педагогический университет, у меня специальность культурология. То есть, ну, к науке, наверное, непосредственного отношения не имею, я больше, наверное, по связям с общественностью (смеется), вот, в таком духе. То есть, я своей основной задачей вижу как какой-то такой материал лучше подать, вот. Ну, и вообще как бы общение с людьми мне очень интересно, сама вот эта специфика работы.

С. АНИСИМОВ: Главный девиз Экспериментаниума – «Трогать можно все». И не только трогать, но и проводить эксперименты, и нажимать на все кнопки. Одним словом, все что душа пожелает. Работники музея обещают увлекательное изучение науки.

НОВОСТИ

Л. ГУЛЬКО: 10 часов 35 минут, мы в «Музейных палатах». Стас Анисимов, Лев Гулько, Филипп Самарец, член совета директоров Эксперимен… щас еще раз, по-русски: Экспериментаниума, музея занимательных наук. Ирина Кузнецова, программный директор этого музея. Я не буду повторять (смеется), у меня не получится так сразу, сходу. Экспериментаниум. Вот, получилось. Хорошо, музей занимательных наук. Смотрите, значит, смс, которое нам пришло: «Ваш музей очень интересный, мы там были, когда в апреле в Москву приезжали», — пишут Сережа и Дима. «В кафе вкусные пирожки еще, прикольно», — пишут Сережа и Дима. Действительно прикольное кафе? Я просто не был.

И. КУЗНЕЦОВА: Кафе прикольное. У нас, кстати, по поводу кафе….

Л. ГУЛЬКО: Да.

И. КУЗНЕЦОВА: Идея в том, что вы можете проводить в музее хоть целый день. Вы покупаете билет…

Л. ГУЛЬКО: Ну, это нормально.

И. КУЗНЕЦОВА: Да. Вы покупаете билет, проходите на экспозицию…

Л. ГУЛЬКО: Почем? Извините за меркантильный вопрос.

И. КУЗНЕЦОВА: Билет в будний день детский стоит 250 рублей, взрослый – 350. В выходные на сто рублей дороже. Есть льготные билеты для многодетных семей, ну, как семейные билеты, и для лиц с ограниченными возможностями.

Л. ГУЛЬКО: Так. Купил билет…

И. КУЗНЕЦОВА: Вы покупаете билет, да, ходите по экспозиции, устаете там, идете в кафе. Можете там перекусить, посидеть отдохнуть и вернуться обратно в экспозицию, ходить там развлекаться сколько вам влезет.

Л. ГУЛЬКО: А в кафе… это просто кафе, просто, да? Там ничего там такого прикольного, экспериментального…

Ф. САМАРЕЦ: Там есть интересный элемент – это встроенный в столы лабиринт. Интересный лабиринт, где… встроен туда шарик металлический, можно с помощью магнита пройти этот лабиринт. Хотя некоторые посетители начинают качать стол. С четырех сторон его берут…

Л. ГУЛЬКО: Вот так? Чтобы…

Ф. САМАРЕЦ: Да-да-да-да, именно так.

И. КУЗНЕЦОВА: Да, и в интернете рекомендуется садиться за стол поменьше, его легче…

Ф. САМАРЕЦ: Потому что его долго проходить, лабиринт… столиком поменьше…

Л. ГУЛЬКО: Понятно. А это для того, чтобы, пока ждешь свою, так сказать, порцию, да, чего-то? Или просто так?

Ф. САМАРЕЦ: Нет, мы хотели просто, чтобы и кафе имело связь некую с занимательными науками.

Л. ГУЛЬКО: Но пирожки действительно вкусные, тут уж что… что уж тут говорить, да?

И. КУЗНЕЦОВА: И пирожки, и обеды вкусные.

Л. ГУЛЬКО: И обеды вкусные.

И. КУЗНЕЦОВА: Да, да.

Л. ГУЛЬКО: И ужины, и завтраки. Хорошо, давайте пойдем дальше по смскам нашим. Вот следующая смска сейчас, ну, давай, загружайся. Давай, хорошо. Сейчас. Вот она: «Понравился макет вулкана, который можно нажимать. Нажимать надо и кабину американского грузовика тоже», — опять же Сережа и Дима, которые были сначала в кафе с пирожками, а потом пошли дальше по музею.

И. КУЗНЕЦОВА: Наверно, имеется в виду ящик Вуда. Это генератор облаков.

Ф. САМАРЕЦ: Вихревых таких колец облачных.

И. КУЗНЕЦОВА: Да, да. Недавно я слышала, что это называют еще макетом ядерного взрыва. Это такой гриб из пара, который вырывается, и вы делаете это самостоятельно…

С. АНИСИМОВ: Слушатель… посетитель рассказывал в сюжете как раз, Костя, о том, что ему понравился дым. Это, видимо, как раз оно и есть, да?

И. КУЗНЕЦОВА: Да, да. Но это впечатляет действительно. Ну, так же, как есть экспонат, который демонстрирует образование смерча или торнадо. То есть, такие природные явления, с которыми в жизни, может быть, встречаешься, но нечасто.

Л. ГУЛЬКО: А кабина американского летчика?

Ф. САМАРЕЦ: Грузовика.

Л. ГУЛЬКО: Грузовика, пардон. Это я о своем, о девичьем…

Ф. САМАРЕЦ: … огромный дальнобойный такой грузовик Фредлайнер. В общем-то, идея в том, что, как взрослым, так и детям было бы интересно увидеть мир глазами дальнобойщика, вот из этой кабины. Посидеть, покрутить руль – это очень занимательно, я сам первое время туда залезал несколько раз.

Л. ГУЛЬКО: То есть, а вокруг на тебя дорога, да?..

Ф. САМАРЕЦ: Нет, дороги нету…

И. КУЗНЕЦОВА: Дорога будет, мы над этим работаем.

Ф. САМАРЕЦ: … у нас нет экранов, как я уже говорил. Но, по крайней мере, увидеть, как выглядит вот окружающая действительность из кабины огромного дальнобойного грузовика возможно, и этот экспонат пользуется популярностью.

И. КУЗНЕЦОВА: Мы его активно используем в нашей экскурсионной программе по безопасности дорожного движения. Когда приходит класс, мы сажаем ребят на эту высоту и просто предлагаем представить и понять, как высоко сидит водитель автобуса, троллейбуса. И вообще что не стоит перебегать дорогу перед транспортом…

Ф. САМАРЕЦ: … мало что видно (смеется).

Л. ГУЛЬКО: Не увидит он вас…

И. КУЗНЕЦОВА: Что он просто не увидит, да. И это же не очевидно ребятам. Вот эта экскурсия моя любимая, я ее очень люблю, потому что, ну, объясняется и тормозной путь, объясняется зависимость от скорости и вот то, что я говорила про высоту сиденья…

С. АНИСИМОВ: Да, что касается детей: а у вас есть какие-то кружки или секции при музее, куда можно ходить вот достаточно регулярно и познавать что-то, скажем так, ну, постепенно?

И. КУЗНЕЦОВА: Поскольку мы существуем всего 4,5 – 5 месяцев, кружков и секций у нас как таковых не было, но мы их делаем с сентября. И у нас будет обязательно кружок робототехники, у нас обязательно будет кружок изобретателей и исследователей, кружок экспериментальной журналистики, где на базе музея будут сниматься видеосюжеты, и потом мы их будем показывать на нашем сайте. У нас есть музейное радио, радиорубка… да, коллеги (смеется)…

С. АНИСИМОВ: Надо же…

И. КУЗНЕЦОВА: Мы будем предлагать…

Л. ГУЛЬКО: Тоже экспериментальное.

И. КУЗНЕЦОВА: Да, все экспериментальное.

Л. ГУЛЬКО: Конечно.

И. КУЗНЕЦОВА: И фотокружок.

Л. ГУЛЬКО: Скажите пожалуйста, Филипп, Ирина, вы сотрудничаете с кем-то? Ну, я имею в виду, там… ну, например, канал «Моя Планета» есть замечательный, который тоже так… в это же практически, ну, в похожем направлении действует. Там, еще какие-то музеи, которые тоже действуют в похожем направлении.

И. КУЗНЕЦОВА: Масса…

Л. ГУЛЬКО: Или вы сами по себе?

И. КУЗНЕЦОВА: Нет-нет-нет, в этом мире нельзя быть самим по себе, поэтому к нам обращаются довольно часто телекомпании за советом, рекомендацией о съемках каких-то интересных таких сюжетов. Мы консультировали программу, по-моему, «Доброе утро» на «ОРТ» с «Наукой 2.0» мы регулярно общаемся…

Л. ГУЛЬКО: … «Моя планета» и есть.

И. КУЗНЕЦОВА: Это как раз «Моя планета». С, я не знаю, там…

Л. ГУЛЬКО: Ну, то есть вы обмениваетесь какой-то информацией?..

И. КУЗНЕЦОВА: С музеями, да, мы также общаемся. Вот с Политехническим музеем…

Л. ГУЛЬКО: Да, тут спрашивают, чем ваш музей отличается от Политехнического.

С. АНИСИМОВ: Многим.

Ф. САМАРЕЦ: Можно потрогать все. Можно облокачиваться даже на экспонаты (смеется).

И. КУЗНЕЦОВА: Ну, да, Политехнический музей, он такой, фондовый, там все-таки… там есть такие экспонаты как…

Л. ГУЛЬКО: Ну, он классический…

И. КУЗНЕЦОВА: Это классический музей, и он прекрасен, конечно.

Л. ГУЛЬКО: Конечно, безусловно.

И. КУЗНЕЦОВА: В Политехническом есть маленький отдельчик «Игротеха», на который мы вот похожи, но мы значительно больше, поэтому вот предлагаем сходить к нам все-таки.

(смех)

И. КУЗНЕЦОВА: А потом в Политехнический, чтобы посмотреть, как эти законы природы работают.

С. АНИСИМОВ: Еще пару слов об экскурсиях. Она одна обзорная, или какие у вас варианты есть, чтобы вот посмотреть именно все? Потому что на самом деле, конечно, когда ты входишь, это все поражает: все везде движется, уже там на всем кто-то висит, кто-то уже за что-то дергает, кто-то во что-то кричит, дым – то есть, это… как вот…

Л. ГУЛЬКО: А ты за что дергал? Честно говори.

С. АНИСИМОВ: За все, за все, да. Там, знаешь… нет, там на самом деле, там, это удивительно…

Л. ГУЛЬКО: … послушаем очевидца, да-да.

С. АНИСИМОВ: Я, да… (смеется)

И. КУЗНЕЦОВА: Ваш любимый экспонат?

С. АНИСИМОВ: Мой любимый экспонат – это да, это как раз вот это оптическое такое колесико, на котором нарисованы фигурки, да, разные стадии движения, про которые я рассказывал в программе «Открывашка», кстати. Ну, это в десять раз больше, его можно покрутить. Смотрите, это все движется. То есть, мультфильм практически в зеркале вы видите.

Л. ГУЛЬКО: А смотрите, пишет Сережа из Перми: «Часто открытия в обычной жизни идут от военных. Военные экспонаты будут в вашем музее?»

И. КУЗНЕЦОВА: Если только космические, вряд ли военные.

С. АНИСИМОВ: Чаще всего их засекречивают военные, скажем так.

Л. ГУЛЬКО: Нет, ну, уже потом, уже рассекреченные какие-то экспонаты, которые… вот мальчишки же, мальчишки же, они же любят пострелять…

И. КУЗНЕЦОВА: Автомат Калашникова…

С. АНИСИМОВ: Танк…

Ф. САМАРЕЦ: Вещь хорошая.

Л. ГУЛЬКО: Да. Чтобы какой-то такой стендик поставить. Там, разобрать автомат своими руками, собрать…

С. АНИСИМОВ: А вот, да, интересно. Или, например, подслушивающие системы. У Льва Термена была подслушивающая система «Буран», которая, да… тамвот  при помощи… терменвокс мы просто обсуждали тоже, это тоже очень интересно.

Ф. САМАРЕЦ: Ну, у нас есть шпионское зеркало, вот. Это зеркальное стекло, с одной стороны видно, с другой – не видно. С одной стороны в него все смотрятся, с другой стороны за ним можно наблюдать.

С. АНИСИМОВ: Да, это интересно.

Л. ГУЛЬКО: На самом деле мы сейчас, по-моему, с тобой, Стас, стали говорить о векторе развития, который вот, так сказать… наверное, есть какой-то у вас вектор развития, куда вы вообще, так сказать, стремитесь. Хотя вы существуете всего, в общем, такое достаточно небольшое количество времени, да? Но тем не менее, тем не менее. Но все же не остается на месте, развиваться.

Ф. САМАРЕЦ: Один вектор развития – это постоянное обновление экспозиции. То есть, смена экспозиции, программ и так далее. То есть, вот сейчас мы там заказали, у американских опять же производителей, новые экспонаты, и, надеюсь, там, к новому году они поступят в наш музей. Другой вектор развития – это все-таки… это моя мечта: некое региональное развитие, то есть, сделать некую передвижную экспозицию, чтобы ее можно было привозить в города России, там, где, ну, просто экономически невозможно открыть стационарный музей, чтобы семьи и дети этих городов могли тоже прикоснуться к занимательной науке.

Л. ГУЛЬКО: Ну, это достаточно затратно все, согласитесь. Сейчас я другой, следующий вопрос задам. На какие деньги существует музей?

Ф. САМАРЕЦ: Ну, я как раз представляю группу моих друзей, энтузиастов-единомышленников, которые организовали это все на собственные частные сбережния…

Л. ГУЛЬКО: Частные инвестиции такие, да?

Ф. САМАРЕЦ: Да.

Л. ГУЛЬКО: А с какими-то государственными организациями у вас есть какая-то связь? Кто-то там чем-то заинтересовался?

Ф. САМАРЕЦ: Связи нет, но надо отдать должное, что на этапе организации музея нам помогали и, в общем, никоим образом не мешали…

Л. ГУЛЬКО: Это самое главное.

Ф. САМАРЕЦ: Это просто очень здорово.

Л. ГУЛЬКО: Хорошо. Значит, давайте немножко расскажем про вашу удобную площадь в две тысячи квадратных метров с разнообразием экспонатов. Во-первых, где находится музей? Для того чтобы народ знал, где он находится, этот музей.

Ф. САМАРЕЦ: Находится на улице Бутырская, дом 46, между метро «Дмитровская» и «Савеловская». Идти от метро 10 минут. Прям посередине. И это здание бывшего завода. Ну, два цеха мы арендовали для этого.

Л. ГУЛЬКО: Ну, как раз, как раз… вот бывшие цеха как раз и место под такие музеи, наверно, да?

И. КУЗНЕЦОВА: Да, там просторно, высокие потолки…

Л. ГУЛЬКО: Как делают во всем мире: они просто переделывают старые заводы под такие какие-нибудь музеи либо какие-то выставочные комплексы. Пишут нам… вот 224-225 номер: «Были в Футураскопе во Франции, захотели чего-то похожего у нас.П узнали, что появился Экспериментаниум. Очень хотим прийти. Артур из Москвы». Что-то похожее есть где-то там, у них? Западная Европа, Америка, да…

И. КУЗНЕЦОВА: В Европе более четырехсот сайнс-центров, научных центров подобного формата.

Л. ГУЛЬКО: То есть, вы оттуда взяли идею? Ну так, в хорошем смысле я имею в виду…

Ф. САМАРЕЦ: Мы посетили все основные европейские музеи, даже ездили учиться в музей «Технополис» – это под Копенгагеном. Они организовывали специальные семинары обучающие для музейных работников такого плана, мы ездили туда. Это было очень интересно, посмотреть на практике, как все это работает. Ну, конечно, в Европе все это полугосударственное…

Л. ГУЛЬКО: То есть, государство поддерживает?

Ф. САМАРЕЦ: Поддерживает, да, где-то половина бюджета таких музеев финансируется государством. Ну…

Л. ГУЛЬКО: А зачем государству поддерживать такие музеи? Не объясняют там, в Европе?

И. КУЗНЕЦОВА: Я могу сказать. Статистика есть, что 80% ученых приняли решение о…

Л. ГУЛЬКО: Стать учеными.

И. КУЗНЕЦОВА: … стать учеными именно… именно из таких… из таких…

Ф. САМАРЕЦ: Столкнувшись с такими вот занимательными фактами.

Л. ГУЛЬКО: Понятно. Поэтому как-то это… и себе выгоднее….

С. АНИСИМОВ: Да, и все же вот, раз уж вы видели западный музей, скажите, в чем какое-то коренное отличие нашего отечественного музея от западных? Дети у нас все-таки другие или те же самые? Интересно.

Ф. САМАРЕЦ: Другие, другие. В западных музеях… ну, не во всех, но во многих отсутствуют, например, экскурсоводы. То есть, туда приходят очень много семей и свободно посещают. Такая форма есть и у нас, но у нас большой штат экскурсоводов, поскольку свободное посещение, оно имеет и некое разрушительное такое последствии. То есть…

Л. ГУЛЬКО: Для музея.

Ф. САМАРЕЦ: Для музея, да. Мы к этому готовы и никоим образом на это не обижаемся, но, тем не менее, делаем программы с экскурсоводами, которые поясняют, объясняют, показывают, как надо дернуть или покрутить так, чтобы все работало…

Л. ГУЛЬКО: А там отсутствие экскурсоводов – это принцип? У них почему нет экскурсоводов?

Ф. САМАРЕЦ: Ну, наверно, это уже какие-то культурные различия, да? То есть, там вот такого объема поломок, да, которые происходят, нет, в принципе…

С. АНИСИМОВ: То есть, у нас все более…

И. КУЗНЕЦОВА: Я думаю, что наличие экскурсоводов, у нас, по крайней мере… мы же изначально планировали открываться без экскурсоводов, а потом, а потом, уже буквально на первой неделе при первом потоке, осознали, что у нас народ любопытный. Им нужно рассказывать. И у нас требовали экскурсий, да…

Ф. САМАРЕЦ: Требовали просто экскурсии, и, собственно, мы работаем ради наших посетителей, мы сделали это.

С. АНИСИМОВ: Самое страшное в музеях на самом деле – это смотрительница. Которые вот сидят на стульчике в уголке каждой комнаты…

Л. ГУЛЬКО: Ну, я тебе скажу, во-первых, это не совсем страшно…

С. АНИСИМОВ: … не дышать, в зеркало не смотреть…

Л. ГУЛЬКО: Да, а иногда они, в общем, хранительницы, потому что они же как раз и оберегают…

С. АНИСИМОВ: Во многом, да, тоже верно…

Л. ГУЛЬКО: … как сказали наши гости, вот хочется подойти, пощупать, там. Пикассо висит настоящий…

(смех)

Л. ГУЛЬКО: … слой так содрать оттуда пальчиком…

С. АНИСИМОВ: Чтобы проверить…

Л. ГУЛЬКО: Конечно.

С. АНИСИМОВ: … на самом деле интересно.

Л. ГУЛЬКО: … а тетеньки сидят… А средний возраст работающих у вас в музее, он каков?

И. КУЗНЕЦОВА: Работающих…

Л. ГУЛЬКО: Экскурсоводов, смотрительниц, как сказал Стас…

(смех)

И. КУЗНЕЦОВА: До тридцати однозначно.

Л. ГУЛЬКО: До тридцати лет.

И. КУЗНЕЦОВА: Ну, у нас… нет, у нас есть Сергей Николаевич, например – ему за 50, он математик по образованию. У нас есть фармаколог…

С. АНИСИМОВ: А общий язык он находит?

Л. ГУЛЬКО: Легко.

И. КУЗНЕЦОВА: Конечно! Да нет… ну, когда интересная экспозиция, человек интересно рассказывает, тут, мне кажется, никто не смотрит уже на возраст…

Л. ГУЛЬКО: Абсолютно. Не видно, какого возраста…

И. КУЗНЕЦОВА: … и на внешний вид тоже.

Л. ГУЛЬКО: Конечно.

И. КУЗНЕЦОВА: Об этом все забывают.

Л. ГУЛЬКО: Безусловно.

И. КУЗНЕЦОВА: А потом, да, страна-то у нас такая, многогранная, поэтому нужно представлять все возможные формы…

С. АНИСИМОВ: Да. У нас, кстати, поспели победители. Я тогда скажу уже, да?

Л. ГУЛЬКО: Давай, конечно.

С. АНИСИМОВ: Значит, у нас, напомню, было три вопроса, мы разыгрывали пять пар билетов в Экспериментаниум. Вопросы были следующие: чему была посвящена дипломная работа Якова Перельмана? Она была посвящена лесопильному заводу и называлась «Старорусский казенный лесопильный завод. Его оборудование и работа». К какому произведению Жуль Верна Яков Перельман написал дополнительную главу под названием «Завтрак в невесомой кухне»? Произведение «Из пушки на Луну». И в каком году состоялось открытие Дома занимательной науки в Ленинграде? Это было в 1935-м году. Итак, наши победители: Александр 140, Александр 614, Андрей 582, Виктор 398 и Елена 524.

Л. ГУЛЬКО: Вот Ирина из Новосибирска прислала смсочку о том, что… ну, в общем, хотелось бы видеть такой музей и у них в городе – то, о чем говорили вы, да, Филипп? Очень хочется поехать в другой город и там устроить такой филиал, может быть. А может быть, и не филиал, может быть, какую-то передвижную выставку. Ну, я надеюсь, что все у вас получится, что музей будет развиваться и дальше, что вы появитесь в других городах, а может быть, поедете на гастроли в другие страны? В ту же Францию. Для того чтобы показать им, какие есть, в общем, у нас нормальные хорошие настоящие новые экспериментальные музеи. Спасибо вам большое. Филипп Самарец и Ирина Кузнецова. Это был музей, который называется – сейчас я еще раз попробую прочитать – Экспериментаниум, да? Музей занимательных наук. Приходите в музей.

Ф. САМАРЕЦ: Спасибо.

Л. ГУЛЬКО: Всего хорошего.

И. КУЗНЕЦОВА: Ждем вас.

С. АНИСИМОВ: Счастливо.

Комментарии

1

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

24 июля 2011 | 06:19

Проект очень интересный, но...
Ведущие не задали ни слова об истории создания, владельцах, источниках финансирования и прочих орг.аспектах - и это, несмотря на вопросы к передаче и SMS.

Наводит на нехорошие размышления...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире