'Вопросы к интервью
09 февраля 2008
Z Музейные палаты Все выпуски

Подарок тульских оружейников супруге Александра Первого Елизавете и реальная история тульского Левши


Время выхода в эфир: 09 февраля 2008, 12:08



К.ЛАРИНА: 12 часов 15 минут. Мы начинаем программу «Музейные палаты».

Здесь Ксения Ларина, здесь Ксения Басилашвили. Ксюша, добрый день.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Добрый день.

К.ЛАРИНА: Сегодня у нас в гостях Государственный Исторический музей, и Людмила Дементьева, заведующая отделом металла. Добрый день, Людмила, здравствуйте!

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Добрый день! Здравствуйте.

К.ЛАРИНА: Левшой будем заниматься? Блоху подковывать?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да, подкуем.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Мы будем всем заниматься, у нас интереснейшая тема нашей с вами сегодняшней беседы, потому что рассказывать мы будем об очень редких вещах. Их так мало и в музейных собраниях, и в других коллекциях. Это редкость редчайшая.

К.БАСИЛАШВИЛИ: А мелкоскопы нам понадобятся?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА (выражает недоумение): Что это такое?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Мелкоскоп, который в «Левше» там рассматривали подковки, ключик, которым решили завести. А вот подписи создателей.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: А Левша не подписывал, вы знаете, чем занимался Левша.

Вот в этом сюжете с блохой у каждого была своя роль: англичане сделали вот эту механическую блоху и подарили ее, как вы помните, Александру Первому, который объезжал европейские государства вместе с атаманом Платовым. Очень красивый сюжет.

Удивился русский император такому необычайному созданию и по наследству передал эту блоху уже Николаю Первому.

Николай Первый тоже очень удивился, и они решили посмотреть – кто же более…

К.БАСИЛАШВИЛИ: Это не случайно…

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Все не случайно, все не случайно, да, англичане хитрые, и решили поставить вот такой интересный эксперимент: кто более умелый? – Англичане с механической блохой, или наши тульские оружейники? Вот так у нас появляются туляки и в пару к ним англичане.

Двое тульских оружейников делают подковки и пишут свои имена на этих подковках. А вот наш главный герой – Левша он выковывает гвоздики. Понимаете? То есть, это самое, самое маленькое, и вот этими гвоздиками он уже приколачивает вот эти вот подковки.

К.ЛАРИНА: Это все реальная история, или это все мифы и легенды Древней Руси?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Древней Руси… Вы знаете, всегда в каждой легенде есть какая-то реальная основа.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Нет, ну как говорил сам Лесков?

Во-первых, сам Лесков записал эту историю в Сестрорецке, под Петербургом, от туляка, который пересказал ему вот такой вот сказ – былица-небылица, о том, что было на его родине со знаменитыми оружейниками. Конечно, это миф такой народный.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Ну, как вам сказать? Народный сказ такой, да? Но, тем не менее, если мы с вами обратимся к истории, то оказывается, что во многом события, которые описаны у Лескова, они действительно имели место. И замечательный рассказ о том, как в Англию, в город Лондон были посланы тульские оружейники, — все это на самом деле чистой воды правда.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Мы сейчас продолжим, но сначала не забыть о призах.

Призы у нас следующие: у нас есть Путеводители по Историческому музею подробные – от первого зала до 39-го, то есть, практически по всему Историческому вы сможете спокойно прогуляться вместе с этим Путеводителем.

Кроме того, у нас есть огромный альбом «Государственный исторический музей», альбом-каталог к юбилею Исторического музея, и альбомы-выставки «Золото – металл богов и царь металлов». Эта выставка сейчас проходит в Историческом музее. Это так называемая «Золотая кладовая» Исторического, она есть не только в Эрмитаже, как оказалось, но и у Московского Исторического музея.

Вот эти подарки. Да, но и, кроме того, входные билеты в музей Исторический, добро пожаловать – все дни, кроме вторника, выходного дня.

Вопрос, ВНИМАНИЕ: В 1834 году скульптор Иван Мартес был приглашен на великосветский прием.

Когда он появился, все обернулись и обратили внимание на одну деталь в его туалете, которая выдавала в нем приверженца моды Екатерининского времени. Что это за деталь?

К.ЛАРИНА: Надо же! Ну, присылайте ваши ответы!

+7 (985) 970-45-45.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Подумайте. Я не зря же сказала, что все еще обернулись. Это было еще и слышно в какой-то степени.

И теперь уже к Левше, наверное, окончательно.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Теперь мы идем к Левше?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Ну, если прийти в Исторический музей, а я надеюсь, что после нашей передачи многие слушатели посетят Исторический музей, и поднятья на второй этаж, в зал 23, то там можно увидеть очень красивые вещи. Их очень мало: это подсвечник, это маленький, не понятный современному, наверное, человеку предмет – такие специальные ножницы для снятия нагара со свечей, и очень красивые печати, которыми запечатывали письма. Очень красивый свет в этой витрине, он играет, переливается и блестит на поверхности вот этих вот необычных изделий. Эти предметы украшены в технике бриллиантовой огранки. Вещи сделаны из стали знаменитыми тульскими оружейниками.

Что это такое за удивительное явление в нашей отечественной культуре?

Тульский оружейный завод – 1712 год, Петр Первый его основал, выпускает оружие. Но оружие тоже надо было очень красиво украшать, иначе неинтересно. Парадное, такое подарочное оружие оно должно было быть украшено. И поэтому тульские оружейники в совершенстве владели многими техниками обработки стали. И в свободное от основной работы время, то есть, от изготовления оружия, тульским оружейникам было разрешено на вольную продажу, то есть, для всех желающих, изготавливать вещи частного назначения, их так и называли «партикулярные изделия», то есть, изделия для частных лиц. И вот то, что тульские оружейники…

К.ЛАРИНА: Бесполезные изделия?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Ну, для красоты, для забавы, для разных…. Почему? Они были очень даже и полезные – подсвечник, чтобы светить, пряжка для обуви, чтобы украшаться, лорнет, украшенный стальными бриллиантами, — красиво, да? То есть, они не совсем бесполезны, но безумно дорогие, ну необычайной стоимости.

Ну, понимаете, вот то, что тульские оружейники делали в свободное от основной работы время, стало шедевром мировой художественной культуры. Вот так сложилось, понимаете?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Казалось бы, оружейники — серьезные, суровые люди.

К.ЛАРИНА: Вот так всегда и бывает.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Так и бывает, понимаете? Но дело вот в чем: если вы посмотрите на вот эти вот стальные бриллианты, для их обработки нужно очень высокое мастерство, очень высокое умение владеть техникой обработки материалов.

Почему я так долго рассказываю? – Иначе мы не поймем с вами про Левшу, откуда он взялся.

Что такое вот этот вот стальной бриллиантик? Это маленький-маленький грибочек, размером не более полусантиметра. Шляпку у этого грибочка специальным образом гранят, полируют. А затем вот этот крошечный грибочек его ввинчивают в поверхность изделия. И вот многие сотни и тысячи вот этих вот стальных бриллиантов они покрывают всю поверхность предмета.

Горят свечи, у нас с вами подсвечник, да? Удивительная, причудливая игра света и тени возникает на этих предметах, они сияют, блестят и они очень красивы.

Вот эти предметы очень любила русская императрица Екатерина Вторая. Она их собирала и хранила в специальном кабинете драгоценностей.

Но не только она собирала, собирал еще Светлейший князь Потемкин. Он с удовольствием показывал блестящие предметы из тульской стали своим гостям, и все знали, что у князя такая вот замечательная коллекция тульских драгоценностей.

И однажды Светлейшему князю пришла в голову идея устроить своеобразные соревнования. Дело все в том, что в этот же период времени на знаменитых мануфактурах в Англии, на мануфактурах в Бирмингеме и в Шеффилде также существовал примерно такой же способ обработки стали. Привозили сюда английские изделия, и соответственно русские изделия всегда сравнивали с английскими. И возникал вопрос: чьи изделия лучше? Извечный вопрос: где там лучше? – У нас, у них? – вот такая вот ситуация происходит.

И Потемкин решает отправить в Лондон двух тульских оружейников, вот с чего у нас с вами начинается реальный, в

чем-то, реальный совершенно сюжет.

Блохи здесь не будет, в качестве блохи у нас, наверное, выступает вот эта миниатюрная техника, хотя блоху подковывали. И сейчас блох подковывают.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Подождите, это вы о чем?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Это мы о блохах.

К.БАСИЛАШВИЛИ: То есть, подковывают….

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Ну делают действительно, существует вот эта удивительная техника.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Вы меня не пугайте.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Я вас не пугаю. Они не прыгают, не бегают по витринам в музее, нет этого ничего. Но, тем не менее, искусство этой миниатюрной техники оно существует, понимаете?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Это как метафора, да?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Конечно, это метафора, хотя на самом деле, и пословица такая есть, что «англичане стальную блоху сделали, туляки ее подковали и обратно послали», фольклор чистой воды, но вот некая реальность в этом есть.

И вот дальше начинает уже разворачиваться наша с вами история.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Это такая реальная история, которая потом и стала народным сказом о тульских оружейниках.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Вы знаете, она скорее не стала народным сказом, а просто документы, которые сопровождали вот эту всю историю, они были опубликованы.

Был опубликован архив князя Воронцова, русского посла в Лондоне, который описал вот эту всю историю, описал приключения туляков в Лондоне. Были опубликованы письма Потемкина, которые он писал Кречетникову, наместнику Тульской губернии. Вот эти все документы, безусловно, были у Лескова. И вот некая основа этой истории, конечно, была.

А Левша, конечно, образ, составленный вот, наверное, из этих двух тульских оружейников, имена, которые нам хорошо известны, приключения которых в Англии, в Лондоне нам тоже хорошо известны.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Алексей Сурнин и Яков Леонтьев.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Совершенно справедливо. Молодые люди. Сурнину в это время было всего 18 лет. Вы представляете? Молодой парень. В 1785 году они прибывают в Петербург, их соответствующим образом готовят. Пока их готовят, заканчивается мореходный путь на Балтике, и они в Лондон отправляются сухопутьем, с русским дипломатическим курьером – через Литву, в общем, огородами.

Добираются они до города Лондона и поступают они в распоряжение русского посла в Англии Семена Романовича Воронцова, человека очень образованного, который весьма заботился об интересах России в Англии.

А надзирать за двумя туляками стал священник русской дипломатической миссии Смирнов. Но он, судя по всему, не только духовные там исполнял всякие обязанности, он был вхож в очень разные круги английской аристократии, и, вероятно, еще исполнял всякого рода деликатные такие вот обязанности.

И вот наших двух земляков – Сурнина и Леонтьева поначалу определяют в пансион, чтобы они обучились английскому языку и научились рисовать. Хотя, судя по всему, рисовать они уже умели, поскольку…

К.БАСИЛАШВИЛИ: Но они уже готовыми мастерами ехали, да?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Да, но вот, видимо, еще каким-то навыкам – таким художественным…

К.ЛАРИНА: У них какое-то еще образование-то было? Они читающие были, пишущие?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Вы знаете, источники об этом умалчивают.

К.ЛАРИНА: Небось, сразу английский язык учить!

К.БАСИЛАШВИЛИ: А, кстати, у Лескова потрясающе написано, что он не знал, как говорить, и тогда понял, как выйти из ситуации: вот он есть захотел, просто на рот себе показывал, но постепенно английскому языку тоже научился.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Знаете, все-таки их тоже не случайно отобрали. Понимаете, уже к своим 18-ти годам …

К.ЛАРИНА: Наверное, база уже была какая-то, мне кажется.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: База, конечно, была. И поэтому не так уж все совсем плохо-то, да.

И вот они учатся в пансионе, и начинаются сложности, поскольку Потемкин их послал, а денег как бы вот нет. То есть, обычная проблема, то есть, совершенно русская такая ситуация: послать – послали, но денег не дали. Они терпят нужду, они терпят лишения. Им помогает очень Воронцов, свои средства на это выделяет, но, наконец, деньги приходят. И наших героев отправляют в Бирмингем и в Шеффилд. Вот именно туда, где очень широко применялась также техника вот этой вот бриллиантовой огранки.

К.ЛАРИНА: Мастерские какие-то знаменитые, да?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Мастерские, мануфактуры. Дело все в том, что в Англии эту технику всегда рассматривали только как ювелирную и украшали мелкие вещи: пряжки, пуговицы, застежки, заколки, вот такого рода вещи.

Русской душе тесно. Русский человек что украшает стальными бриллиантами сразу? – Это кресло, это люстра, кровати, но красиво, красиво необычайно!

А мастера там познают и совершенствуются в ремесле.

К.ЛАРИНА: У нас тут пауза.

К.БАСИЛАШВИЛИ: У нас проблема с вопросом, у нас нет правильного ответа пока.

Повторяю вопрос: в 1834 году известный скульптор Иван Мартес был приглашен на великосветский прием. Но когда он появился, все обернулись: обратили внимание на одну деталь в его туалете, которая выдавала в нем приверженца модам Екатерининского времени. Что это за детали? Обратите внимание на обувь, я бы сказала. Но это не шпоры, друзья, и не парик, и не жабо, и не трость.

К.ЛАРИНА: Ну, уже все подсказали. На обувь! Ну, давайте, думайте!

НОВОСТИ

МУЗЕЙНАЯ СТРЕЛКА. ДАЕМ «МАЯЧОК»

К.БАСИЛАШВИЛИ: Легкомысленная жирдиньерка и серьезнейшее Учредительное собрание – для Исторического музея такие из разных сфер вещи и понятия абсолютно равны.

От французского «жирдиньер» пришло название и плавно перетекло в жизнь русской аристократии в виде корзинки или изысканного ящичка для выращивания цветов на верандах и балконах.

Жирдиньерка, ныне временно установленная в 35-м зале Исторического музея, ранее принадлежала князю Николаю Юсупову. Вещичку для украшения усадьбы Архангельское выполнили крепостные Юсупова. Познакомиться с ней можно до седьмого апреля.

Корзинка из Архангельского выставляется в рамках проекта «Сокровища отечественной истории в музеях России – в залах Исторического». По этой вот линии из Псковского

музея-заповедника в Москву приехал меч князя – святого Тимофея Давмонта. Меч – символ победы, он столетиями хранился рядом с мощами князя в Троицком соборе. Так, им опоясывали князей, давая наказ служить Пскову. Смотрите на него в 12-м зале, и вновь до седьмого апреля.

Хронометраж известен: ровно 12 часов и 40 минут длилось заседание Учредительного собрания. Было это 5 января 18-го года. А почему история собрания столь краткая, отвечают документы в витринах выставки. Привлечены первоисточники: из фондов Исторического, из Госархива и архива

социально-политической истории, а также из частных коллекций. Выставка продлится до конца марта.

25 февраля – заключительный день работы выставки китайского фарфора и стекла. Собиратели – супруги Оваловы представляют обширную коллекцию, в которой нашлось место предметам искусства китайских мастеров, начиная с ХУ1 столетия.

Чем не повод, побродив вокруг чашек, пиалочек и ваз, отпраздновать восточный новый год?

После скромного фарфора в глазах непременно зарябит от блеска: выставка «Металл богов – царь металлов» радует богатством отечества, накопленным от скифских времен.

Кладовая действительно золотая.

Исторический ждет посетителей ежедневно, кроме вторника, когда кладовщик запирает дверь музея на большой замок.

К.ЛАРИНА: Ну вот, Ксюша, испугались и все ответили правильно.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Все сразу же догадались. Так что же это?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Да, да. Пряжка, пряжки на туфлях очень было модно украшать обувь стальными пряжками в эпоху Екатерины.

К.БАСИЛАШВИЛИ: И там парики делали?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: И парики делали, англичане делали.

К.БАСИЛАШВИЛИ: С алмазной гранью делали?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: С алмазной гранью делали. Все блестит! Представляете? – Вот идет вельможа, у него башмаки… Красиво, это эффектная очень такая мода была.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Обтянутые такие икры, да?

К.ЛАРИНА: Называет имена и номера телефонов победителей.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, а мы возвращаемся к нашим замечательным тулякам и к моменту, когда все-таки им как-то удалось устроиться на обучение, на сотрудничество с английскими мастерами, хотя мне непонятно, а каким образом вообще разрешили русским приблизиться к английским мастерам? Они ведь тем самым у английских оружейников могли выведать все секреты. Это государственное дело, тайна государственная.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Вы знаете, всегда палка о двух концах, всегда у каждого явления есть две свои определенные стороны. Так вот и случилось с тульскими оружейниками в Лондоне.

Я не случайно упомянула священника Смирнова, который был вхож в самые разнообразные английские круги. И вот при помощи этого очень знающего, очень сведущего человека наши тульские мастера были определены в мастерские лондонских оружейников. Причем не абы каких, а самых лучших.

Алексей Сурнин был определен к Генри Ноку. Это выдающийся английский оружейный мастер, выдающийся.

И Яков Леонтьев был определен к Джону Эггу.

Причем, английские мастера не просто так взяли наших на обучение: они запросили колоссальную по тем временам плату. Деньги решают очень многие проблемы такие. За обучение Сурнина русское правительство платило 1200 рублей в год. Это сумма колоссальная – одно солдатское ружье в тот период времени стоило 6 рублей. Понимаете, да?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Но платило правительство, а не Потемкин?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Нет, конечно, а Потемкин у нас был главой военного ведомства, поэтому все у нас было… Но, здесь понимаете, в чем весь интерес? – Ведь послали их обучаться сугубо изящным художествам, но, как только они этому обучились, стало понятно, что надо идти дальше. И вот идея обучения тульских оружейников у английских оружейников она принадлежала только Воронцову. То есть, началось с одного, а пришло совсем к другому.

И вот начинается процесс обучения. Сурнин человек был очень талантливый, с хорошей головой, с хорошими руками. И очень быстро он становится правой рукой Нока.

У Нока большая мануфактура, более 200 рабочих, и Сурнин становится управляющим мануфактуры Нока.

Причем, знаете, какая интересная деталь, которая мне постоянно не дает покоя? – это любопытно.

В этот период времени идет русско-турецкая война. Англия выступает на стороне Турции. Сурнин работает на мануфактуре Нока, которая поставляет оружие в английский флот, который воюет против России.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Прекрасно! На самом деле, служит на образ врага!

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: При этом Нок все понимает, но он принадлежал к числу тех английских бизнесменов, которые считали, что торговый и промышленный союз с Россией необходим. Понимаете? То есть, взгляды промышленников шли немножечко вразрез со взглядами официальной политики.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, как обычно.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Как обычно это бывает, как часто это бывает.

Итак, а что же у нас происходит со вторым нашим оружейником – Яковом Леонтьевым? Его судьба сложилась не столь удачно, как судьба Сурнина.

Как писал Воронцов в одном из своих писем, «он вдарился во все тяжкие» — запил, и вот так пропал бесследно. То есть, деятельность Леонтьева не имела никакого продолжения.

А Сурнин, получив все необходимые знания от мастера Нока..

К.БАСИЛАШВИЛИ: А мне все-таки хотелось как раз по поводу тех знаний, которые он там получил у Нока. Все-таки, какие это были знания? Что привнесло это в наше оружейное дело?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Я вам все технические подробности в деталях рассказать не смогу, но в этот период времени слабым местом русских ружей был ружейный замок. Но у мастера Нока существовала очень интересная технология создания взаимозаменяемых деталей от этого оружейного замка. Вот эту технологию Сурнин и… Понимаете, нельзя сказать, что он ее заимствовал. Здесь идет некий такой процесс совместной деятельности. Понимаете? — И один что-то знал, и другой что-то знал, и вот вместе они добились совершенно блистательного результата. Только другое дело, что Сурнин, вернувшись на Тульский оружейный завод после шести лет пребывания в Англии, он вернулся на Тульский завод…

К.БАСИЛАШВИЛИ: А правда, что Нок не хотел его отпускать?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Нок не хотел его отпускать, он предлагал ему большие деньги. Все, как в «Левше», их там соблазняли. Помните, «Левшу»-то? – И женитьбой соблазняли.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Но не соблазнился?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Не соблазнился, нет, Сурнин не соблазнился, он вернулся в Тулу.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Еще немножечко в Англии побудем, потому что там есть прекрасный эпизод у Лескова в «Левше» — когда Левша рассматривает ружья английского изготовления, и, в общем, те ружья, которые сделаны недавно, ему кажется – ну ничем не отличаются от русских – то же самое мастерство и русские им владеют.

А вот ружья, которые уже постреляли и сейчас на отдыхе находятся до следующего боя, он осматривает их и видит ну невероятные преимущества хранения, которыми овладели англичане.

И в чем оно заключается? – В том, что англичане не чистят дуло кирпичом? И последним его замечанием перед смертью у Левши было: «Не чистите дуло кирпичом. Передайте главнокомандующему». Так его никто и не передал.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Да, во многом, наверное, так и есть. Скорее это анекдот.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Так кирпичом и чистим!

Да. Но вы знаете, а потом стали стрелять и пули вылетали, потому что дула-то шире стали оттого, что кирпичом, и пули там болтались.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Вы знаете, что безусловно реального в этой замечательной истории? В том, что действительно вещи английские этого периода времени очень трудно отличить от русских вещей. Вот есть у нас такие предметы в коллекции, мы их сравниваем всегда. Вот вы их положите рядом, и если нет надписи соответственно на кириллице, или на английском языке, отличить одну вещь от другой практически невозможно.

Крупнейшие металлургические центры: Бирмингем, Шеффилд, и Тула, сходные способы обработки металла, все идут в принципе параллельно. И вот такая конвергенция своеобразная – одно и то же явление в разных местах оно возникает, развивается, видоизменяется, и так далее, и тому подобное. И поэтому это все правильно, это все нормально…

К.БАСИЛАШВИЛИ: И, не соблазнившись жениться, не соблазнившись на большие гонорары, ему ведь большие деньги предлагали.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Предлагали огромные деньги. Более того, Нок начал вот такие подступы неприступной крепости уже давно, когда он понял, какую выгоду он может получить от нашего Левши — от нашего Сурнина: он вдвое снизил плату за обучение, тут же, да? Поскольку рукастый такой и глазастый. Он снизил плату, потом стал предлагать остаться и соответственно большие деньги. Деньги большие – 200 гиней в год, по-моему. Нам очень сложно это пересчитать, но согласимся с историками, которые пишут, что это очень большая сумма.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Леонтьеву предложили в разы

меньше.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Конечно. Но он вернулся в родную Тулу, стал надзирателем дела оружия, то есть, он руководил всеми работами по производству оружия на Тульском оружейном заводе. Он получил чин титулярного советника, это не очень высокий чин. Он женился на дочери отставного писаря Ефросинье Ивановне Соколовой. Было у них три сына и три дочери, жили они счастливо. Умер он в возрасте 44-х лет, тоже молодым достаточно человеком.

К.БАСИЛАШВИЛИ: А почему так рано?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Ну, вообще продолжительность жизни была намного меньше.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Потом дело, наверное, вредное?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: И производство, да, такое вот вредное.

Но он оставил очень заметный след в истории русского оружейного искусства, безусловно.

К.ЛАРИНА: А передал он по наследству свой талант?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Многим, конечно, конечно. Тульские мастера-оружейники. Сурнин умер в 1811 году, а вот все, чему научил Сурнин оружейников…

К.ЛАРИНА: То есть за год до начала войны?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: За год до начала войны 1812 года. И уже оружие нового типа с этими взаимозаменяемыми замками — вот все это строевое оружие оно использовалось уже во время Отечественной войны 1812 года.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Но, тем не менее, он еще вывез какие-то машины, станки из Англии и…

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Это еще один такой детективный совершенно сюжет. Он не очень подтверждается источниками, поэтому я и… Как бы есть такие свидетельства, что Сурнин вывез и чертежи, и вывез некие инструменты из Лондона. Это было строжайше запрещено.

К.ЛАРИНА: То есть, контрабанда.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Контрабанда чистой воды.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Военный шпионаж.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Опять помог священник Смирнов, который знал всех шкиперов в Лондонском порту. Договорились, поговорили – вот что-то они погрузили, и что-то они вывезли. Что именно, если честно, никто не знает, и вывозили ли вообще.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Как вовремя эта история у нас, в связи с обострением отношений России и Великобритании. Как раз, очень вовремя! Сюжет для хорошего блокбастера, или сериала.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Да, абсолютно, Ксения, я совершенно с вами согласна. Я каждый раз, когда перечитываю это, она настолько динамична, в ней участвуют такие яркие персонажи, такие интересные личности. Понимаете? Тут и Потемкин, и Екатерина, и Воронцов, вот эти двое молодых людей. И Лондон, и Темза, и Тауэр, и Тула.

К.ЛАРИНА: Давайте мы теперь пробежимся по залам Исторического музея и поймем, какие есть вещественные доказательства той истории, которую вы нам сегодня поведали.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: В Историческом музее, наверное, в самих залах музея, в запасниках, может быть, просто все те памятники, которые представлены, а в экспозиции очень много, музей громадный, вы это знаете, 4 миллиона…

К.ЛАРИНА: Ну, по металлу давайте пробежимся.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Металла очень много.

К.ЛАРИНА (смеется): Груды!

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Груды, груды, да. А самый большой предмет из металла это знаете что? Это фигура Славы, крылатой женщины, очень красивой. Она когда-то украшала Красные ворота в Москве. Ворота снесли.

К.ЛАРИНА: Там, где Красные ворота?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Совершенно справедливо. И украшали, первоначально украшала вот эти Красные ворота величественная фигура Богини Победы Слава, да она с крыльями, она трубит в рог победно.

К.ЛАРИНА: То есть, в принципе могла бы быть на Поклонной горе сейчас, как Ника.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Да, да, да. Но наша Слава краше, безусловно, потом наша – середина ХУШ века, сделана из… эта выколотка медная, очень красивая. Она стоит на шаре на таком специальном. И, более того, это еще был флюгер, то есть, во время движения ветра она там крутилась эта Слава.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, а какие у вас есть вещи, такие штучки? Например, шкатулка эта замечательная Елизаветы, супруги Александра?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Шкатулка замечательная.

К.ЛАРИНА: Металлическая, да?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Металлическая шкатулка, тоже туляки делали.

К.ЛАРИНА: Но там есть и бриллианты стальные?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Нет, она вся украшена в технике травления. То есть, рисунок протравленный. Я рассказывать не буду – это долго.

Ее подарили тульские оружейники в 1815 году, когда торжественно отмечали победу в Отечественной войне 1812 года. Празднества были. И вот от Общества тульских оружейников императорской семье дарят подарки. И вот в числе этих подарков вот эта изумительная шкатулка. Она четырехгранная, с откидной крышкой. Снаружи рисунок: одни военные сюжеты. Там сидит у нас Минерва, это богиня войны, в окружении знамен, в окружении всяких разных военных атрибутов. Грозная такая вот богиня, она сидит богиня войны.

Если вы эту шкатулку открываете, там изумительное полированное зеркало, стальное зеркало. В него можно любоваться, любоваться собой бесконечно в этом стальном зеркале.

К.ЛАРИНА: Это металлическое зеркало? Не стекло?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Металлическое. Не стекло. Эта сталь отполирована, как зеркало. Приходите, я вам дам посмотреться в это зеркало. Увидите себя совершенно с иной…

К.БАСИЛАШВИЛИ: Свет мой, зеркальце, скажи?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Скажет, скажет.

А внутри, внутри этой шкатулки совсем другие изображения. Это милые, пасторальные сюжеты: целуются голубочки, розочки-цветочки – все вот такое…

К.БАСИЛАШВИЛИ: Война и мир, то есть, смысл этой шкатулки: чтобы мир был внутри. Мы открыли шкатулку, его надо охранять. И внутри этой шкатулки там 18 предметов – Все принадлежности для прелестного дамского рукоделия.

К.ЛАРИНА: А большая она?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Да, она все-таки такая значительная. Множество: там пяльцы, там специальные намоточки для… Ксения, вы вяжете, шьете что-нибудь?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ой, нет, к сожалению.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Ну, вот, если бы вам надо было сделать клубочек, что бы вы взяли и на что бы вы наматывали ниточку?

К.ЛАРИНА: На какую-нибудь деревянную болванку.

К.БАСИЛАШВИЛИ: На какую-нибудь катушечку.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Катушечку? Ну, вам не понять удовольствия императрицы, которая для этих целей пользовалась элегантной шестиконечной звездочкой. Маленькая такая вот звездочка…

К.ЛАРИНА: И так в нее цепляется нитка?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Да! И на каждой звездочке – свой рисунок: тут голубочек, тут – цветочек.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Такая медитация получается.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Да, и вот получается, вы наматываете, чтобы красиво было, надо же все это…

А дело все в том, что не случайно подарили именно шкатулку для рукоделия. Ну, они дарили еще там зонтики были, там были всякие украшения. Женщина не должна была пребывать в праздности, даже когда она не занята. Вот праздное времяпрепровождение — это плохо, поэтому в свободное от других домашних забот время женщина должна была что делать? – Вышивать, шить, вот какие-то вот такие приятные дамские занятия.

К.ЛАРИНА: А какая-нибудь механика есть вот металлическая, которая делалась на Тульском заводе оружейном?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Конечно! На Тульском оружейном заводе делали часы, делали точные приборы, делали инструменты. Была специальная часовая мастерская, где очень точные приборы делают.

Вообще, вот, к сожалению, как-то мало показываем такую техническую историю России. То есть, конечно, специальные музеи, где это показывают, но я считаю, что даже в нашем музее мы это немножечко показываем недостаточно.

К.БАСИЛАШВИЛИ: И еще абсолютно ушла мода стульев, медных стульев, которые делали, тоже стальные стулья, которые делали туляки. Я сейчас даже себе представить не могу, как на таких стульях можно было сидеть, в принципе.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Вы знаете, с большим удобством.

К.БАСИЛАШВИЛИ: А императрица их любила.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Императрица их любила.

К.БАСИЛАШВИЛИ: По-моему, это какое-то там «прокрустово ложе».

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Никакого там «прокрустова ложа» нет, на них подушечка.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Холодно!

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Как же! Подушечка мягенькая, и сначала делали специальное кожаное такое сиденье. Кто же на металл-то императрицу сажать будет?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Он тяжелый был.

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Но она ж его не носила!

Более того, вот эти кресла, о которых, Ксения, вы говорите, это так называемые «курульные» кресла, они на колесиках. Мало того, что они складные, они на колесиках. И делали их в 1740 годах, то есть, это за 40 лет до той истории, о которой я вам рассказала. Это еще в правление Елизаветы Петровны. Тогда вот было очень модно вот эти вот кресла стальные, они очень красивые. Они есть в нашем собрании, есть в Эрмитаже.

Вообще, у меня есть мечта, я вам сейчас расскажу. Тульской стали не так много, потому что вот это искусство очень изысканное, очень нарядное, оно существовало очень краткий период времени – около шестидесяти лет. Потом тулякам стали запрещать работать на свободную продажу – оружие надо делать.Х1Х век – войны сплошные, надо делать оружие! Куда ж там пряжки и замочки всякие? И поэтому вот это высокое искусство постепенно умирает, оно исчезает.

В 1882 году на Промышленной выставке в Москве был представлен только один-единственный мастер тульский, который продолжал еще вот в этой технике работать. Он получил медаль, знаете за что? – За сохранение традиций. Да, вот

один-единственный, больше этого нет. И однажды я задалась такой целью посчитать – вот сколько же за вот этот краткий период времени могло быть вообще выпущено вот таких блестящих изделий из тульской стали? Я поняла, что их порядка двух, двух с половиной тысяч, не более.

К.БАСИЛАШВИЛИ: То есть, это редкость для коллекционеров?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Это редкость редчайшая! Вот основное собрание – это Эрмитаж, затем – это мы, Русский музей…

К.БАСИЛАШВИЛИ: В частных руках, наверное, много?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: В частных руках очень мало. Понимаете?

Понимаете, это редкость редчайшая. И вот было бы замечательно, и мы думали об этом у нас в музее – сделать большую выставку, куда привезти уникальный камин из музея Виктории-Альберта, из Лондона, то есть в Лондоне, в крупнейшем Лондонском музее…

К.ЛАРИНА: Наши мастера делали?

Л.ДЕМЕНТЬЕВА: Наш камин! Там своя история, как он попал в этот музей, как он попал в Лондон. Это наш, тульский камин, который там экспонируется.

Привезти вещи из Сансуси, из Потсдама, где тоже есть изделия тульской стали, пригласить частных коллекционеров, которые с удовольствием откликнутся, и сделать красивую, нарядную выставку художественной тульской стали. Это один сюжет.

Второй сюжет – сделать большой каталог, потому что все вещи мы не можем на выставке показать: зал всегда маленький, места всегда мало. Это понятно все. Но создать вот такой полный каталог было бы очень интересно.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Будем ждать!

Алексей добавляет к нам на sms: «Не знаю, сознательно ли это получилось, или сковано: блоха-то прыгать перестала»!

К.ЛАРИНА: Ну что ж, спасибо большое! Людмила Дементьева, заведующая отделом металла Государственного Исторического музея, наш сегодняшний рассказчик.

А мы сейчас …

К.БАСИЛАШВИЛИ: А мы сейчас еще не забудем, что и самовары тоже делали туляки, и об этом нам напомнит Лариса Петрова, хранитель Исторического музея.

В НАШЕМ ФОКУСЕ:

Л.ПЕТРОВА: Любой музейный предмет из фондов ГИМ всегда интересен как носитель исторической памяти.

Только в коллекциях отдела металлогии хранятся редкие по своей значимости личные вещи одного из самых любимых в народе полководцев — фельдмаршала Михаила Илларионовича Кутузова. К их числу принадлежит его походный самовар, который поступил в музей в 1927 году в составе коллекции музея 1812 года.

Интересная форма предмета: самовар выполнен в виде бочонка. Наводит на размышление история возникновения самоварящего прибора, прототипом которого, по всей видимости, были казаны и кубы винокуренные с трубами, известные по документам 1730 годов.

Труба-жаровня для углей – это такая определяющая самоварящий прибор деталь.

Форма бочонка особенно привлекала в начале Х1Х века тульских мастеров самоварного дела, основы которых были заложены в Туле мастерами-оружейниками.

На стадии закипания воды самовар поет, шумит, бурлит. Кутузов, судя по всему, не расставался с любимым прибором водогрейным в походах, поскольку самовар этот походный.

Самовар работал точно так же, как и обычный самоварящий прибор: в трубу-жаровню закладывались угли, и, благодаря этому, вода постоянно оставалась в горячем состоянии практически на стадии кипения.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире