'Вопросы к интервью
И. ЗЕМЛЕР — Сегодня с нами Юлия Шевцова — заместитель начальника Координационно-аналитического управления аппарата Государственного антинаркотического комитета. Мы говорим о системе реабилитации, ресоциализации наркозависимых граждан.

Е. БУНТМАН – Вы хотели рассказать про последнее заседание антинаркотического комитета. Которое было посвящено, в том числе и программе реабилитации, ресоциализации наркозависимых граждан. Если можно расскажите в нескольких словах. После этого мы перейдем в детали, как это происходит сейчас и как должно происходить в идеале.

Ю. ШЕВЦОВА — Добрый день, уважаемые ведущие. Добрый день, дорогие радиослушатели. Наши ведущие как и в прошлый раз отлично готовы к передаче к тематике сложной, непростой. Сегодня состоялось действительно очень важное событие, знаковое событие. Для многих граждан нашей страны. Далеко не только для сотрудников федеральной службы по контролю за наркотиками. Сегодня проходило заседание государственного антинаркотического комитета, которое было посвящено, в том числе среди разных других вопросов презентации новой программы государственной межведомственной комплексной реабилитации, ресоциализации потребителей наркотических средств и психотропных веществ. Название наверное для радиослушателей может показаться тяжеловесным и сложноватым.

И. ЗЕМЛЕР — Но они интуитивно понятно.

Ю. ШЕВЦОВА — Что на самом деле за этим стоит. Наверное, все, кто, так или иначе, соприкасался с темой наркологической помощи наркомании знают, что короткое лечение в больнице наркоманам помогает не надолго. Если вообще помогает.

И. ЗЕМЛЕР – На этапе лечения непосредственно.

Ю. ШЕВЦОВА — Пока человек находится в закрытых стационарных условиях, пока он принимает лекарства, ходит на психотерапию и внимает всему тому, что ему говорят, да, он наверное действительно чувствует себя хорошо. К сожалению, время это очень короткое. А настроение у больных наркоманией весьма переменчиво. Связано это с тем, наркозависимость очень тесно связана с изменениями поведения человека, его установок и вообще смысла жизни. И поэтому выход из наркозависимости предполагает лечение, конечно, тоже, обязательно должно быть, особенно для тех больных, которые употребляли опийные наркотики, у которых ломка тяжелая. Конечно их нельзя оставлять без помощи, без обезболивания. Но выход из наркозависимости как из образа жизни, он конечно, лечением одним ограничиваться не может. И практикующие врачи об этом знают. И родственники, и достаточно давно знают наркопотребители. В 90-е годы, когда эта тема только рухнула на умерший Советский Союз, на начинающуюся РФ, очень много было методик вообще неудобоваримых, и полуфантастических, когда обещали вне зависимости от наркотика, вы видели такую рекламу, если ездите в метро, вне зависимости от наркотика за один день. Но какие-то явно…

И. ЗЕМЛЕР — Шарлатаны?

Ю. ШЕВЦОВА — Завиральные шарлатанские методики. Практика подсказала, и мировой опыт и практика РФ больше чем 10 лет у нас есть эта проблема, и больше чем 10 лет регионы пытаются справиться с этим, кто как может. Это длительное восстановление образа жизни, коммуникативных навыков. Профессиональных навыков. В идеале, конечно, это еще и хорошо чтобы проходило бы и духовное возрождение, если можно так сказать. Не всем просто оно под силу. Коммуникативные навыки и трудовые навыки наркозависимый любой может восстановить. Если он не слабоумный, конечно. Но хорошо, если в религиозных реабилитационных центрах еще духовная составляющая дается, которая стержнем во многом является. И если длительное пребывание в таком реабилитационном центре вдали от наркотического эрзац-социума сопровождается еще и медицинским сопровождением, и постоянной интенсивной очень психологической психотерапевтической работой тех, кто сам выходил из этой зависимости. Кто имеет опыт трезвости, и уже получил определенное образование дополнительное психологическое, например, то это мировой стандарт оказания помощи наркозависимым. То есть это мотивация на лечение, это лечение такое, какое нужно человеку для того, чтобы чувствовать себя физически покрепче и снизить интенсивность лечения к наркотикам. И это длительное восстановление образа жизни, образа человеческого, если можно так сказать. Взаимоотношений с самим собой и с обществом в идеале.

Е. БУНТМАН – Может быть уже к деталям перейти. Вы перечислили три основных пункта. Раз – мотивация, два – само лечение и выход из состояния наркотической зависимости, три — социализация или ресоциализация. Давайте все по очереди. Мотивация. Вот в ГД, например, предлагают ужесточить законодательство для тех, кто проходит по статье употребление наркотиков и предложить им не административную ответственность, а либо арест, грубо говоря, либо тюрьма, либо реабилитация. Это предложение получается.

Ю. ШЕВЦОВА — Не совсем так это звучит.

И. ЗЕМЛЕР — Вы рассмеялись. А почему?

Е. БУНТМАН – Депутат Яровая говорит, я процитирую: для нас важно, чтобы лицо перед альтернативой выбора наказания или реабилитации выбирало реабилитацию.

Ю. ШЕВЦОВА — Это другое дело. Ирина Анатольевна как юрист очень аккуратно относится к словам. И то, что она сказала, это действительно соответствует сути одной из статей нового законопроекта по побуждению к лечению. Что это имеется в виду. Побуждение это не пассивное наблюдение, когда же, в конце концов, наркоман дойдет сам до той черты, когда ему уже пора будет или на кладбище ползти или так и быть он уже пойдет на лечение или в реабилитационный центр.

И. ЗЕМЛЕР — Но мы знаем, что обычно выбирают.

Ю. ШЕВЦОВА — Если успевают. Конечно, ждать у моря погоды не стоит. Тем более что практически каждый наркопотребитель, большинство подавляющее из них, по совместительству являются стабильным правонарушителем. Потому что наркомания дорогая болезнь. Деньги-то где-то надо брать. Где их берут. Сначала у родственников, потом на улице. По сведениям Министерства внутренних дел в некоторых регионах до 70 и даже до 80% уличной преступности мелкой связана так или иначе с наркотиками. То есть это или наркозависимый или на дозу они берут.

И. ЗЕМЛЕР — Мы сегодня говорим о мотивации государства скорее. И общества. Чтобы наркоман лечился. А для наркомана в чем мотивация?

Ю. ШЕВЦОВА — Возможно я немножко долго подхожу к основному. Обнаружили, когда стали приглядываться к официальной статистике, в этом году проходил мониторинг наркоситуации, мы рассматривали статистику и правоохранительных органов и службы здравоохранения. Социальные опросы и по реабилитационным центрам, по немедицинским реабилитационным центрам тоже некоторое количество информации набиралось. И было обнаружено то, что медицинской службе видно только тех наркозависимых, которые сами добровольно приходят за медицинской помощью. Кто это такие. Это опийные наркоманы. Которым совершенно все равно станут они на учет или нет, чего же не переломаться безболезненно, бесплатно. Государство предоставляет возможность. Но как только они переламываются, естественно, они тут же заведение лечебное покидают. Почему? Той самой мотивации нет.

Е. БУНТМАН – Они перестают быть интересны с одной стороны государству фактически, после этого.

Ю. ШЕВЦОВА — Я бы не сказала, что им не особо чего интересно. Возможно врачи и поуговаривали бы их лечиться дальше, но уговорами одними с наркозависимыми дело далеко с места не стронется. И уповать на то, что сейчас проснется сознание вдруг откроются какие-то чакры необыкновенные у человека, не приходится. Кроме того, анализируя статистику правоохранительных органов, было выявлено, что достаточно большое количество тех людей, которые видны правоохранительным органам, совершение каких-то противоправных действий в состоянии наркотического опьянения, они не на учете не состоят, не лечились никогда и в общем, если на этой первой стадии, когда наркопотребитель выявлен был как правонарушитель, его отправлять на лечение, законодательное побуждение стимулировать, это, во-первых, позволит гораздо больший контингент охватывать лечением. И во-вторых намного раньше их стимулировать для этого, чем уже когда идет тяжелая ломка на 10-12 году. При формировании такого механизма побуждения законодательно сразу в частности, о чем Ирина Анатольевна говорила, будет заложено в новый законопроект, что его отправляют не на три посещения в диспансер, его законодательно будут направлять сразу на лечение как на вход в комплексную реабилитацию, ресоциализацию…

Е. БУНТМАН – А специалистов хватит, потому что с этим проблема.

Ю. ШЕВЦОВА — Не то слово. Проблем у нас много с чем.

Е. БУНТМАН – У нас есть не одна программа совместная с ФСКН, понятно не пройдет без упоминания фамилии Ройзман.

Ю. ШЕВЦОВА — Почему?

Е. БУНТМАН – Потому что на слуху все время.

Ю. ШЕВЦОВА — Это не близнецы братья.

Е. БУНТМАН – Именно что. И всегда Евгений Ройзман говорит, что они действуют вместо государства. Потому что этого не хватает, программ не хватает. Поэтому происходит замещение негосударственными центрами того, что должно делать государство. Вот как из этой ситуации выходить и кстати, про центр Ройзмана достаточная ли это реабилитация и ресоциализация?

Ю. ШЕВЦОВА — Про Ройзмана я сейчас расскажу то, что сама знаю. Но я хотела бы немножко эту тему государственной важности завершить слово не то, она наоборот сегодня открыта была. И осенью этого года, рассматривая звенья, которые в стране у нас есть по восстановлению наркозависимых, по улучшению жизни, по выводу их в трезвую социально полезную жизнь, было решено еще раз за последние годы вообще не первый раз, просто еще один этап мы сделали. Это удалось договориться и с Министерством здравоохранения, и с другими профильными ведомствами и самое главное получить поддержку главы государства для того, чтобы социальная реабилитация имела право на правовое оформление и те, кто этим занимается, вошли бы в правовое поле. Потому что тоже к вопросу о тех, кто именно занимается реабилитацией. Какие есть программы. Программ действительно много, и до сих пор фактически можно сказать, что у нас они в некотором роде доморощенные. Часть есть медицинских программ, какие-то лучше, меньше их, какие-то хуже, их больше. Но то, что касается социальной реабилитации, это весьма пестрое поле и действует там и люди корыстные, действуют те, кто нарушают правовые нормы. Но в общем и огромное количество подвижников и со многими из них я знакома лично, и лично знакомо и руководство нашей службы. То есть если кто-то из руководства службы ФСКН России говорит о реабилитации, они об этом знают не понаслышке, они лично своими ногами посещали эти реабилитационные центры, они здоровались за руку с теми наркозависимыми, которые проходили курс реабилитации. И выходили из зависимости. То есть они знают, о чем говорят.

И. ЗЕМЛЕР — Извините, я сегодня веду себя как министр финансов. И все-таки финансирование этого вопроса в бюджете должно быть предусмотрено или это какие-то добровольные пожертвования или вообще волонтерская деятельность.

Ю. ШЕВЦОВА — Вопрос о финансировании правильный, потому что, так или иначе, в деньги много что упирается. Реабилитационный центр так или иначе это здание, за аренду надо платить, за свет, за воду, и в общем тем, кто занимается с наркозависимыми тоже неплохо было бы не святым духом и не воздухом питаться. А продуктами и кроме того, там люди и жениться хотят и семьи содержать. Помогая и оказывая помощь наркозависимым. Поэтому вот сейчас перекручиваются, кто как может. Конечно в значительной степени реабилитационные центры те, кто занимается этой немедицинской реабилитацией, обходятся за счет того, что родители, которые, в конце концов, чадо свое куда-то могут пристроить, они согласны жертвовать те или иные суммы на содержание этого центра. Идет во многих регионах, кстати к чести глав регионов можно сказать, идет грантовая поддержка. Идет поддержка в рамках целевых программ субъектов РФ. Но такое большое бюджетное финансирование, плановое финансирование, которое сможет оправдать программы государственные, да, об этом речь зашла впервые.

Е. БУНТМАН – Вы обещали несколько слов про центр Ройзмана все-таки. Потому что вы упоминаете какие-то вещи в положительном ключе, в частности про поддержку родственниками, практика в результате нормальная, когда родственники помогают и оплачивают содержание. У Ройзмана например так происходит.

Ю. ШЕВЦОВА — Связка мне неясна.

Е. БУНТМАН – Это вы просто не ответили на вопрос. Вы обещали.

Ю. ШЕВЦОВА — То, что касается методики. Во-первых, конечно хотелось бы поддерживать мир на радиопередаче, но не могу я согласиться с тем, что ФСКН однозначную такую поддержку оказывает центру Ройзмана. Это не так. Потому что та система, национальная система комплексной реабилитации, которая сейчас выстраивается, она основана на том, что все безусловно от  побуждения наркозависимого до методик лечения и до методик социальной реабилитации, и до выхода наркозависимого в социум и ресоциализация, они все действовать должны только в правовом поле. Недопустимо физическое удерживание человека в принципе где бы то ни было без законных на то оснований. Законных оснований на удерживание в его центре не было. Наверное, что могли там люди делать, то делали. Не мне их судить. Но так тесно связывать службу с центром Ройзмана не стоит.

Е. БУНТМАН – Нет, мы как раз и ждали ваших слов про правовое поле. Исключительно правовое поле, в котором и нужно работать.

Ю. ШЕВЦОВА — Мне кажется, что это так очевидно.

И. ЗЕМЛЕР — Мы не столько про связку, сколько про возможный обмен опытом.

Ю. ШЕВЦОВА — Кроме того, выход из наркозависимости так или иначе предполагает лечебный этап, которого во многих центрах социальной реабилитации, но и в тех центрах, которые так себя называют, в частности тот центр, они же просто были лишены.

Е. БУНТМАН – Безусловно, медицинское сопровождение.

Ю. ШЕВЦОВА — Скандал последнего года, может быть наркоман и переломаться может насухо, но отягощен он заболеваниями разными и скандал последнего года, который случился в «Городе без наркотиков» он связан был конкретно с тем, что не было доступа, не было элементарного договора с лечебным учреждением. Не надо каких-то заумных психиатров, кандидатов, докторов наук. Элементарно терапевт и хирург. В шаговой доступности должен быть. С каждым реабилитационным центром.

Е. БУНТМАН – Лучше в штате.

Ю. ШЕВЦОВА — Лучше, но программа это все и будет рассматривать.

Е. БУНТМАН – У нас полминуты осталось до конца эфира.

Ю. ШЕВЦОВА — Я только разговорилась.

Е. БУНТМАН – У нас есть много времени впереди. Сколько, может быть цифру, сколько нужно еще или выделить денег или построить реабилитационных центров, чтобы хоть как-то приблизиться к решению проблемы.

Ю. ШЕВЦОВА — В этом году, общаясь с главными наркологами субъектов РФ, я обнаружила одну странную особенность. Из государственных лечебных учреждений наркологического профиля куда-то стали пропадать наркозависимые. И поэтому я полагаю, что нет очередей. Я не говорю, что везде так. Но с теми, с кем мне удалось переговорить. Причем объяснить врачи, медики, с чем это связано кроме как с перекрытием трафиков с большими изъятиями наркотиков, ничем не могут. Не могли люди сами по себе побросать и вылечиться. Без оказания помощи адекватной. Поэтому я полагаю, что на первом этапе перенаселения какого-то, даже имеющихся центров не будет.

И. ЗЕМЛЕР — То есть пока база есть.

Ю. ШЕВЦОВА — Естественно, потребуется ли открывать что-то дополнительно, жизнь покажет.

Е. БУНТМАН – Спасибо большое. Юлия Шевцова у нас была в гостях в программе «Маросейка, 12».


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире