'Вопросы к интервью
04 ноября 2012
Z Обложка — 2 Все выпуски

Демократия в Америке и демократия в России


Время выхода в эфир: 04 ноября 2012, 20:07

О.БЫЧКОВА: Добрый вечер, это программа «Обложка-2», мы сегодня говорим о демократии в Америке и демократии в России, потому что одновременно у нас сошлось несколько поводов, которые мы сочли возможным объединить в одну тему, потому что, с одной стороны, все понимают, что на следующей неделе в США выбирают президента, и все только говорят об этом и пишут и также на этой неделе было, как минимум, два – на самом деле больше, — но таких громких заявлений по поводу того, что «в Америке негров вешают».

М.БОМ: До сих пор

О.БЫЧКОВА: Да, не прекращают. С одной стороны, министра иностранных дел РФ, а с другой стороны, главы Центральной избирательной комиссии РФ, — то есть, там было много насчет того, как соблюдаются, а больше всего, нарушаются демократические права граждан в этих самых несчастных американских Соединенных Штатов. В студии Майкл Бом, редактор Отдела мнений и комментариев газеты «Москоу Таймс» и Владимир Сухой, тележурналист, бывший глава Бюро Первого телевизионного канала в США.

Журналы американские и европейские не жалеют шуток, желчи, язвительности и иронии в адрес президентских выборов в США и кандидатов на этих выборах. Кто будет победителем, скажите?

М.БОМ: По всей видимости, Обама. Но не знаю. Между прочим, будет ничья.

О.БЫЧКОВА: И что, у них будет тандем?

М.БОМ: Нет, потом Палата Представителей решают, а поскольку палата республиканская, то будет Ромни.

О.БЫЧКОВА: А такое когда-нибудь было?

В.СУХОЙ: Не было. Думаю, что по процентам может быть ничья, а по выборщикам все-таки победит Обама.

М.БОМ: Может быть. Но есть еще третий кандидат – мало кто знает о нем, помните, как с Гором в 2000 г.? Он не принимает участие в дебатах – есть такая дискриминация. Но это часть нашей системы, американская система поддерживает две партии, а независимый кандидат это очень сложно.

О.БЫЧКОВА: То есть, они выдвигаются, участвуют, но никогда не доходят ни до чего. Это нечестно.

В.СУХОЙ: Да, он порядка 1% забрал у Гора, и это решило.

О.БЫЧКОВА: А почему так?

М.БОМ: Чтобы не было маргинальных, таких, например, как в России «Партия любителей пива», «Пиратская партия» — чтобы не было таких маргинальных партий.

О.БЫЧКОВА: Они и в России не доходят.

М.БОМ: Но все равно они отвлекают внимание. Плюс это заставляет республиканскую и демократическую партии быть в середине. Республиканцы всегда будут республиканцами, но эта двухпартийная система волей-неволей заставляет партию быть центристами.

О.БЫЧКОВА: На самом деле двухпартийная система не только в США, она много где.

В.СУХОЙ: Между прочим, это политическая культура, которая сложилась за многие годы.

О.БЫЧКОВА: Это работает?

М.БОМ: В докладе МИДа они привели это как пример отсутствия демократии, но они искали любой повод – не знаю, читали ли слушатели этот доклад.

В.СУХОЙ: Вряд ли.

М.БОМ: Это очень забавный доклад. Если хотите посмеяться – это очень забавное и интересное чтение.

О.БЫЧКОВА: Двухпартийная система, безусловно, гораздо менее демократичная, чем однопартийная.

М.БОМ: Я считаю, что это хорошая система, а МИД считает, что это нарушает права маргинальных партий.

О.БЫЧКОВА: Там много пунктов на 60 страницах в докладе Лаврова.

М.БОМ: Мне очень понравился пассаж, что в США казнят несовершеннолетних. Для меня это была новость, — конечно, это абсолютно не так. И я не понимаю – вроде бы МИД серьезная организация, как можно это было написать?

О.БЫЧКОВА: А их не казнят?

М.БОМ: Уже давно. А они второй раз повторили эту ошибку, и у меня складывается впечатление, что, может быть это было написано намеренно, чтобы острее был доклад. Не знаю, что хуже – халтура или намеренная ошибка. Конечно, несовершеннолетних не казнят. Последний случай был в 1959 году, — человеку было 17 лет. После этого не было ни одного случая, и в 2005 г. Верховный суд решил, что нельзя казнить взрослых, которые совершили преступление, когда были несовершеннолетними. Поэтому даже близко к этому ничего нет. Это просто одна ошибка, а у меня таких ошибок целый список – я читал доклад внимательно, — тут и дезинформация, и передергивание и подтасовки.

О.БЫЧКОВА: Это похоже на старую советскую пропаганду.

В.СУХОЙ: «Совинформбюро». «ТАСС уполномочен заявить».

М.БОМ: Наверное, дежавю для вас.

В.СУХОЙ: Абсолютно. Но Черчилль как-то сказал, что демократия наихудшая система правления, если не считать всех остальных – все остальные еще хуже. Поэтому – ну, вот демократическая система выборов, которая сложилась в США, она может кому-то нравиться, кому-то не нравиться, но в СССР это никогда не нравилось, мы всегда это разоблачали. Вот решили вернуться к старым, добрым, проверенным временам.

О.БЫЧКОВА: У нас сегодня две темы — с одной стороны, как действительно устроена эта система, — у меня еще есть публикация в «Российской газете» на 5 страницах мелким шрифтом — «О соблюдении в США избирательных прав граждан», подписанное председателем ЦИКа Чуровым. Там есть несколько пассажей, которые я хотела бы обсудить. ЭТ одна часть дела, а другая – возврат к старой доброй советской пропаганде, и почему это происходит — мне кажется, было бы интересно на эту тему поговорить.

Давайте начнем с Чурова, он пишет: «Выборы президента США не прямые, не всеобщие, не равные, не обеспечивают тайну голосования избирателей, в этой связи настоятельно рекомендую моим оппонентам ознакомиться с заключением всех миссий Бюро по демократическим институтам, правам человека, ОБСЕ по наблюдению за выборами в США начиная с 2002 года». И дальше по пунктам он идет: «Американский опыт в проведении выборов

По-своему уникален – избираются свыше 18 тысяч должностей — от президента США до шерифа, сельской общины, однако оборотная сторона такого опыта заключается в сложности, децентрализации, политизации, непрозрачности и, наконец, частичной архаичности выборных процессов». Когда я в первый раз прочитала, что большое упущение, что в США нет Центральной избирательной комиссии, — эта публикация появилась несколько дней назад, я, честно говоря, не поверила, думала, что это какие-то дурацкие шутки. Потом убедилась, что действительно. Почему, Майк, ответьте.

В.СУХОЙ: Оправдывайтесь.

О.БЫЧКОВА: Да, какого черта в США нет ЦИКа, как вы допустили это?

М.БОМ: Наверное, в Америке волшебник не нужен. Можно про коллегии выборщиков? Этот очень важно. Тут Чуров, Путин и Лавров говорят, что в США нет демократии, потому что нет прямых выборов. Хочу заявить – есть прямые выборы. Коллегии выборщиков — это заложено в Конституции – эта система уже декоративная, они встречаются через месяц после выборов, когда все уже знают, кто президент, когда все признают, кто президент, — они просто визируют.

О.БЫЧКОВА: Когда все уже 10 раз подсчитано.

В.СУХОЙ: И все друг друга уже поздравили.

М.БОМ: Единственная опасность теоретическая, потому что они могут, как хулиганы, — понимаете, без визы Коллегии президент не станет президентом — это то же самое, что он должен принять присягу в Капитолии, Верховный судья принимает у него присягу. Это все формальность. В принципе, это беспокоит некоторых чисто теоретически — выборщики могут голосовать против течения, против голосов.

В.СУХОЙ: Практически такого никогда не бывает.

О.БЫЧКОВА: Было. Я расскажу.

М.БОМ: Было, но никогда не повлияло на результат.

О.БЫЧКОВА: Я сегодня готовила материал для журнала «Дилетант» историка Алексея Кузнецова, который как раз описывал историю системы выборщиков. Там говорится, что было три случая, когда выборщики голосовали не так, как им было предписано и это не повлияло на результат.

М.БОМ: Не совсем. Три раза голосование не соответствовало. Дело в том, что здесь математический казус получился — это не совсем из—а коллегии выборщиков, это из-за системы подсчета, потому что победитель получает все — из-за этого. Допустим. В одном штате есть 10 выборщиков, и если, допустим, Обама получает 60%, это не пропорционально – он получает все 10.

О.БЫЧКОВА: То есть, за него проголосовали 6 или 8, но считается, как все, потому что он получил большинство.

М.БОМ: Да. Он может получить 60 — это 10, может получить 90% — все равно 10.

О.БЫЧКОВА: Это все сложно. Расскажите, как вы голосуете за президента, если вы гражданин США. Как это происходит для вас лично?

М.БОМ: Как везде – есть урны, бюллетени. В некоторых штатах разные механизмы, но мы все голосуем – это ежу понятно, что американцы голосуют. Почему Обама и Ромни с утра до вечера занимаются избирательной кампанией, почему обнимают детей, почему ведут дебаты?

О.БЫЧКОВА: И наряжают жен.

М.БОМ: Если выборщики решали, их работа была бы проще — они бы просто обращались к 570 людям, и все. Конечно, они обращаются к американскому народу, и американский народ голосует.

О.БЫЧКОВА: Когда вы голосуете за президента, вы голосуете за выборщиков?

М.БОМ: Забудьте о выборщиках — мы их не знаем, может быть, они встречаются в секретной ложе, я не знаю, кто они – они просто ставят визу. Когда мы голосуем, мы не думаем о выборщиках — мы голосуем за кандидата.

В.СУХОЙ: Мне не раз доводилось делать репортажи с избирательных участков – такой же бюллетень, как у нас, но в некоторых штатах до 27 кандидатов. Естественно, наряду с основными, какие-то партии. Ты можешь выдвигаться необязательно во всех штатах — например, кандидат какой-то национальной партии может выдвигаться в пяти штатах. В зависимости от штата бюллетень может быть разный – где-то 27 человек, где-то 13-15, и там еще на этих выборах решаются многие локальные вопросы.

М.БОМ: Референдумы.

О.БЫЧКОВА: То есть, к этим выборам подтягиваются и местные голосования?

М.БОМ: И одна треть Сената.

В.СУХОЙ: Или просто механическая есть штука, где ты пробиваешь дырку напротив кандидата, но это нужно иметь физическую силу.

О.БЫЧКОВА: Я видела, это довольно архаично выглядит, похоже на перфокарточки, которые были в доисторические времена.

В.СУХОЙ: Их во Флориде считали. И я подтверждаю, защищая Майкла — когда спрашиваешь избирателей: вы знаете, что выборы непрямые, что есть выборщики? – они понятия об этом не имеют: я получил бюллетень, проголосовал.

О.БЫЧКОВА: А выборщики в какой момент появляются?

В.СУХОЙ: Через 41 день после выборов они собираются в каждом штате. Иногда в Вашингтоне собирается несколько близлежащих штатов, и это, как правило, происходит 21-22 января, и они голосуют — это чисто формальная историческая традиция, она никак не влияет на выборы, абсолютно. И почему надо сейчас поднимать на щит этот вопрос и говорить о непрямых выборах в связи с коллегией выборщиков, непонятно.

М.БОМ: Все знают о скандале Буш-Гор в 2000 г. – он случился не из-за коллегии выборщиков, а из-за подсчета голосов, из-за системы «победитель получает все». Но это очень сложно, это надо быть математиком, чтобы понять, это называется «идеальный штурм», то есть, уникальное сочетание, когда победитель побеждает с маленьким разрывом, а тот, кто не победил — с большим отрывом. Это сложно объяснить, но это не из-за того, что были какие-то хулиганские выборщики, которые хотели вставить палки в колеса – не было такого. Иногда есть такое – выборщики голосуют против течения, против голосов. Но, во-первых, в некоторых штатах есть штрафы — если выборщик голосует против общих голосов.

В.СУХОЙ: И довольно серьезные штрафы. В 2000 г. в штате Небраска была такая ситуация – там 5 выборщиков. Два выборщика проголосовали за Буша, два за Маккейна и один потом в результате проголосовал за Буша. И здесь это стало предметом специального разбирательства, и два выборщика были наказаны, потому что они нарушили волю штата.

О.БЫЧКОВА: Правильно Николай объясняет? — «Выборщиков от штата физически не существует, просто каждый штат имеет определенное количество электронных голосов, которые целиком отдаются тому из кандидатов, за которого проголосовало большинство избирателей штата». Так?

М.БОМ: Ну, например, в Калифорнии 55 выборщиков – это два сенатора и 53 представителя в Палате представителей.

О.БЫЧКОВА: То есть, количество выборщиков соответствует представительству в парламенте.

М.БОМ: Да. В калифорнии больше выборщиков, потому что больше людей. В Северной Дакоте три, — два сенатора и только один представитель. Единственное, в Колумбии есть еще 3.

В.СУХОЙ: Тут надо четко объяснить — 435 членов палаты представителей и 100 сенаторов — 535. И штат-округ Колумбия, то есть, округ Колумбия, где находится столица, не представлена в Палате представителей, но имеет право на трех выборщиков. Значит, всего 538. То есть, разделить на два — 269. И если один из кандидатов набрал 270 голосов, он президент. То есть, 538 выборщиков, вот и все. Каким способом — электронным, как они собираются, — это может быть по-разному в каждом штате.

О.БЫЧКОВА: Этот пассаж есть у г-на Чурова – по поводу децентрализации. Это то, что русскому человеку понять сложно.

М.БОМ: Все происходит на уровне штатов.

О.БЫЧКОВА: Да, этот федерализм, огромное количество полномочий штатов, — в отличие от федерального центра, — когда ситуация ровно противоположная нашей.

М.БОМ: Чтобы избежать какой бы то ни было диктатуры. То есть, это разделение властей. Федерализм это страховка, чтобы не было слишком сильной федеральной власти. Например, в Техасе свои правила.

О.БЫЧКОВА: Об этом мы поговорим более подробно, потому что туда не пускают наблюдателей, они сказали, что у них так неположено.

М.БОМ: Да, но надо понять специфику Техаса, у них есть даже такой лозунг «Не вмешивайтесь в дела штата Техас», но это немножко самодурство прокурора. Думаю, что он дорого заплатит за это, потому что это не очень в духе американской системы. Думаю, что кто-то подаст на штат в суд и конечно, это не выдержит критики.

О.БЫЧКОВА: Вот сейчас вы об этом расскажете. Делаем небольшой перерыв.

НОВОСТИ

О.БЫЧКОВА: Продолжаем программу. Передо мной лежит «Российская газета» с большой статьей Владимира Чурова и доклад Сергея Лаврова, посвященный разным аспектам соблюдения демократических прав и свобод в США.

М.БОМ: Можно по некоторым пунктам, очень смешным? Например: «В СШГА наблюдаются серьезные проблемы со свободой слова». Это не напоминает вам Зорина? Помните рубрику «их нравы»?

В.СУХОЙ: «Волчий оскал капитализма».

М.БОМ: Да. Именно в этом духе. Еще: «Предвзятость правосудия в США». Немножко смешно это слышать с российской стороны – а где Басманный суд, в какой стране «карусель» — политический термин?

В.СУХОЙ: Не оправдаетесь. Майкл, не удастся.

О.БЫЧКОВА: Не отмажетесь, конечно.

М.БОМ: «Воздействие государственных ведомств на судей».

О.БЫЧКОВА: Вас что смущает, что это ерунда? Потому что, на самом деле, это не может быть совсем ерундой, потому что, разумеется, в каждой стране, в каждой системе бывают разные случаи – это совершенно очевидно, не бывает ничего идеального, в том числе, конечно, не могут быть идеальными американские суды, выборы и американское все, что угодно?

М.БОМ: Но есть некоторые вещи, когда лучше просто промолчать.

О.БЫЧКОВА: Или вас смущает, что это говорится с российской стороны?

М.БОМ: Меня ничего не смущает, забавляет. Это из области комедии. Например: «14% американцев не хватает еды, 5% недоедают». Помните анекдот: «дайте нам то, что они недоедают»? Понимаете, это такая картина, это третий мир. Вы читаете доклад МИДа, что в США хуже Северной Кореи. Есть раздел про коррупцию — понимаете, есть вещи, о которых вообще не говорить со стороны России. В США есть коррупция, но это немножко нелепо звучит, когда Россия говорит о проблемах коррупции в США. Я вообще не понимаю, как коррупция относится к нарушению прав человека? Это немножко мимо кассы. Можно говорить о коррупции, но зачем связывать это с нарушением прав человека? Странно. «Бесчеловечные тюрьмы» — ну, не знаю, наверное, если уж пришлось сидеть, то лучше сидеть в американской тюрьме, чем в российской. Я не сидел ни там, ни там…

О.БЫЧКОВА: И мы никому не желаем проверять и сравнивать.

М.БОМ: Но все-таки 40 человек в одной камере – это не самые лучшие условия.

О.БЫЧКОВА: Ладно, хватит вашей американской пропаганды. Люди все равно сложно понимают вашу замечательную систему. А на самом деле все, что нужно понять – реально граждане голосуют за президента на выборах президента. Вот это основное. Евгений: «Правильно я понимаю, что если в Северной Дакоте два сенатора могут наплевать на мнение народа и вдвоем проголосовать за кого, надо, а против них – один?»

В.СУХОЙ: Вопрос в русле доклада. Сенаторы ничего решают за избирателей. Если два сенатора и один человек в Палате представителей, это значит, что это три человека будут в коллегии выборщиков, которые будут представлять Северную Дакоты. Они могут голосовать электронным способом, могут созвониться по телефону – никто не знает, как они вынесут свое суждение.

О.БЫЧКОВА: Это несущественно.

В.СУХОЙ: Несущественно. Может быть, выборщики Северной и Южной Дакоты соберутся где-то водном месте, в одном ресторане, и там это все оформят – это неважно. Главное – они выскажут свое мнение и как бы проштампуют то, что произошло уже в Северной Дакоте, с избирателями, которые напрямую проголосовали за Ромни или за Обаму. И уже будет все просчитано, запротоколировано, и это уже невозможно фальсифицировать.

Дело в том, что есть издержки – но они есть везде, — издержки демократии, избирательной системы. Но когда мы говорим об издержках, мы, прежде всего, говорим, что демократия есть и избирательная система есть. Это как «Если не болит голова – значит, ее нет». Если нет демократии, то ее нет, и тогда уже можно говорить о разных издержках, недостатках. Понимаете, демократию в США чувствуешь каждодневно, на каждом шагу – это не пропаганда. Когда ты там живешь, ты там участвуешь в каком-то домовом комитете, говорит, что нужно устроить для детей на площадке какие-то вещи, а внизу живет какой-то албанец, который работает парикмахером, а жена у него болгарка, и они решили пойти в комнату для фитнеса, а им сказали, что нужно платить, и собирается административный совет дома и мы демократическим способом решаем, потому что они просят уменьшить плату за фитнес-рум, и все американцы в этом доме демократически решают, поможем мы им, или не поможем. И так на каждом шаге. Просто есть эта демократия, невозможно сказать, что ее нет.

Знаете, в первые годы революции атеисты приезжали в бескозырках или буденовках, все время говорил, что бога нет – им никто не верил. И тогда они снимали эту бескозырку, бросали об пол, говорили: «бога нет» — все пропаганда была в этом. Мы тоже можем говорить: демократии в США нет. Ену, хорошо, нет, но они живут, и если опросить американцев сегодня, есть ли у них демократия, то они в подавляющем большинстве скажут, что она есть.

О.БЫЧКОВА: На самом деле неважно, что они скажут — это вопрос веры. Важно, что происходит после выборов – возмущаются результатами, говорят про фальсификации, или нет, идут голодать в палатке на площади. Вот это важно.

В.СУХОЙ: Напротив Белого Дома всегда есть палатки – это постоянно действующая такая палатка, где кто-то протестует против чего-то. Всегда были такие люди — Хайдер, Анжела Дэвис, Компартия.

О.БЫЧКОВА: Не случайный у вас ассоциативный ряд.

М.БОМ: Одна ремарка, потому что может сложиться впечатление, что я отрицаю, что есть нарушения прав человека в США — их очень много. Но не в этом дело. Почему3 был сделан доклад МИДа? Тут самый главный мессидж, что США не имеют морального права читать другим мораль о демократии, потому что столько нарушений в самих США.

О.БЫЧКОВА: И нечего подсовывать нам всякие ваши «Списки Магнитского».

М.БОМ: Да, — «чья бы корова мычала».

О.БЫЧКОВА: Конечно, это ответ на все эти истории с Магнитским, все эти санкции и прочее.

М.БОМ: Моральное право в другом. И там и там нарушения, даже бессмысленно считать, где больше, хотя мы знаем, где больше, — но это неважно.

О.БЫЧКОВА: Это вы знаете.

М.БОМ: Мы с в амии знаем, и с радиослушателями знаем. Другое дело, как система реагирует, как реагируют институты — Конгресс, СМИ, НКО, гражданское общество, — это саморегулирующийся механизм, система сдержек и противовесов, чтобы корректировать все нарушения, чтобы афишировать эти нарушения и заставлять исполнительную власть, — не всегда, безусловно, потому что система небезупречна, но, в общем и целом эта система очень мощного контроля над исполнительной властью. И именно это дает моральное право.

Хотя, если честно, думаю, что это немножко фантазии российской стороны, когда они говорят про нравоучения — это немножко из области «на обиженных воду возят». Я особенно не чувствую надменности со стороны США. США выпускает ежегодный отчет о нарушениях прав человека. Можно обижаться на этот доклад, можно не обижаться, но что дает США право, — без слова «моральное». Система гражданского общества, которая контролирует и исправляет ошибки, это очень медленная система, часто через судебную систему, работает медленно, но другой системы нет.

В.СУХОЙ: Насчет «обижаться». Обижать слабых безнравственно. Но когда ты постоянно обижаешься беспричинно, беспредметно, это тоже получается безнравственно. В нашей замечательной стране много всяких поговорок, выражений насчет всяких «соринок» и «бревна», российская демократическая мысль в 19 веке работала и у Салтыкова-Щедрина и у Пушкина — все это можно прочитать — о навозной яме в твоем огороде, которая настолько благоухает, до разрыва аорты, а вот у соседа куст роз пахнет псиной, воняет и мешает жить, — все это уже пройдено, обо всем уже сказано. Мне кажется, — когда я читал этот доклад, — у нас проблема «троечников». Поручили людям недобросовестным, которые просто не захотели добросовестно сделать свою работу.

О.БЫЧКОВА: То есть, надо было лучше критиковать?

В.СУХОЙ: Да, надо уже лучше. Если вы уже взялись за эту работу, ее нужно сделать на «пять», а они даже на «три» не сделали, они сделали это на «двойку». Потому что там даже говорится, что президента США выбирают 280 выборщиков – это что за число? Если говорить о 269 и 270, — какие 280:? Там даже какие-то технические ошибки.

М.БОМ: Очень много. Например, в разделе о нарушении свободы слова они приводят такие нелепые примеры, что какой-то журналист был уволен за неполиткорректную речь. Это вообще не относится к категории свободы слова. Что это такое?

В.СУХОЙ: Наверное, Ден Разен имеется в виду.

М.БОМ: Было много случаев, но не в этом дело. Это не относится к категории свободы слова. Нарушение свободы слова это когда, например, Самодурову или Ерофееву государство говорит, что мы не разрешаем эту выставку. Когда государство покушается на свободу слова или выражения. Такие компании, частные, как CNN или CBS имеют на это право – это репутационные вопрос: если какой-то ведущий некорректно выражается, это то же самое, как если он появился в эфире в пьяном виде, частные компании имеют право уволить этого человека.

О.БЫЧКОВА: Напомните историю с Денном Разеном.

В.СУХОЙ: Ден Разен очень популярный ведущий вечерних новостей CBS с 1981 по 2005 г. вел программу каждый вечер и сделал сюжет — правда, не в своей программе новостей, а в программе «60 минут», которая тоже выходит на CBS — он сделал программу, Где показал документы, согласно которым Джордж Буш-младший «откосил» от армии, от службы в Национальной гвардии штата Техас в свое время. Документы действительно оказались ненастоящими. То есть, факты были настоящими – действительно, он не служил и были свидетельства того, что сделано было все, чтобы он не служил. Но сами документы, которые были показаны с экрана, не были настоящими — это были даже не копии настоящих документов, а просто изготовленные документы – как бы под настоящие.

О.БЫЧКОВА: Нехорошо.

В.СУХОЙ: Да. Он за это извинился, компания его защищала, но, в конце концов, его за это уволили. Он до сих пор судится с CBS – это дело принципа для Дена.

М.БОМ: Но это не вопрос свободы слова.

В.СУХОЙ: Это не вопрос свободы слова.

О.БЫЧКОВА: Это более сложная история.

В.СУХОЙ: Тем не менее, это включено в раздел.

О.БЫЧКОВА: Евгений: «А как система США отреагировала на Гуантанамо и секретные тюрьмы? — а никак — похлопали по плечу, на права человека плевать». Кстати, резонный вопрос.

В.СУХОЙ: Здесь есть пример. Обама пообещал.

О.БЫЧКОВА: А у Лаврова есть про Гуантанамо?

М.БОМ: А как же. Это на первом месте. Хотя мало кто знает, что в Гуантанамо остались 140 человек.

О.БЫЧКОВА: Все равно не очень мало.

М.БОМ: Это буря в стакане воды.

О.БЫЧКОВА: Да ладно, 140 человек, да даже если 14.

М.БОМ: Каждый человек, конечно, святой. Но я не об этом. Обама обещал закрыть, но не выполнил, но потихонечку люди уезжают оттуда, хотя очень медленно. Конечно, есть вопросы нарушения прав человека, но это очень сложный вопрос, потому что они, во-первых, не американские граждане и как бы военнопленные. Это такая серая зона.

М.БОМ: В результате любой войны есть серые зоны.

В.СУХОЙ: И есть «Патриотический акт» со всем, что связано после 11 сентября, отношение к иностранцам.

О.БЫЧКОВА: Мне кажется, если действительно заниматься этими вопросами и делать заявления, хотя совершенно непонятно, с какой стати российский МИД должен заниматься этим в такой форме, тогда действительно нужно брать такие вещи, как Гуантанамо.

В.СУХОЙ: Оля, поверьте, все можно было сделать профессионально и спокойно, проверив факты.

М.БОМ: Мне кажется, нужно понимать, в чем мотив — мне кажется, мотив это чисто перевод стрелки.

О.БЫЧКОВА: Будем честными — мотив — «Список Магнитского».

М.БОМ: Чем больше МИД говорит о нарушениях прав человека в Америке, тем меньше они будут говорить о нарушениях прав человека в России, — это для отводка глаз. Это очень старый прием: давайте не будем говорить о пытках в российских тюрьмах, будем говорить о пытках в американских.

О.БЫЧКОВА: И, кстати, давайте не будем говорить, что стало с пленниками Гуантанамо, которые из Гуантанамо вернулись в Россию и тут тоже оказались экстремистами, и у многих истории и были еще те на самом деле, — что не оправдывает Гуантанамо.

М.БОМ: Может быть, вы уловили огромную иронию в докладе – откуда они черпали информацию?

В.СУХОЙ: Из американских СМИ.

О.БЫЧКОВА: Да, кстати, и Чуров ссылается тоже на американские СМИ.

М.БОМ: А еще на американские и международные НКО. На те же самые НКО. Когда НКО критикуют Россию, то они «русофобы» и «агенты». Когда они критикуют США – это чудесным образом объективные и авторитетные источники информации. Это такой двойной стандарт.

В.СУХОЙ: Двойным стандартам мы у вас научились.

М.БОМ: Да. Но или НКО плохие, или они хорошие? Для меня это огромная ирония.

О.БЫЧКОВА: Нет, есть хорошие, а есть плохие.

М.БОМ: Но это одни и те же НКО – там сплошная информация от «Эмнисти Интернэшнл». А когда она же критикует Россию — они русофобы почему-то.

В.СУХОЙ: Когда будете пускать наблюдателей на американские выборы?

М.БОМ: Это в Техасе.

О.БЫЧКОВА: И не только.

М.БОМ: Только в Техасе. Но мы говорил, что это особенность этого штата, это самодурство.

В.СУХОЙ: «Штат одинокой звезды» — девиз штата.

М.БОМ: Помните, один губернатор хотел отделиться от США? Конечно, это не в американском духе, но я видел, как россияне радовались.

О.БЫЧКОВА: Кстати, это не первый случай, когда не пускали наблюдателей. На предыдущих выборах тоже были подобные истории.

М.БОМ: Не помню.

О.БЫЧКОВА: Не то, чтобы массово, но где-то в каких-то локальных местах.

М.БОМ: Думаю, что просто к этому не привыкли. Обычно мониторинг в США не проводился. Но я точно знаю, что в США есть еще 49 штатов, где нет препятствий. И еще в чем разница? — это самодурство одного штата, но в США не говорят, что это агенты российского влияния. На CBS не показывают «Анатомию протеста», они не демонизируют мониторинг, как Россия демонизирует «Голос», например. Это отдельный недостаток одного штата, это не системное сопротивление против мониторинга, такое, как в России.

О.БЫЧКОВА: У вас есть рациональное объяснение таким пропагандистским заявлениям, которые мы сейчас обсуждаем, с российской стороны? Они же очевидно пропагандистские и очевидно не просто так, потому что кто-то озаботился чьими-то правами, а потому, что есть вполне конкретный повод. И главный повод, конечно, «Список Магнитского», ну, может еще какие-то дополнительные, такого же рода. Как вы думаете, на что расчет? Даже Валентина пишет: «не 18 тысяч избираемых должностей, как у Чурова, а 500 тысяч». Мне тоже показалось, что 18 маловато. В любом случае очень много вещей опровергаются просто фактически. Почему это происходит, что должно дальше происходить? Ну, выступили министр и глава ЦИКа с этими заявлениями. Они ждут дальше каких шагов?

В.СУХОЙ: Мне кажется, это все от дефицита идеи. Как бы положено вести какую-то работу тому же МИДу, Избиркому, — у нас же даже создали Институт демократии, там была идея в Париже и США устроить представительства.

О.БЫЧКОВА: Ну, там была идея создавать светлый образ.

В.СУХОЙ: Да, светлый образ. А идей очень мало. А в нашей природе всегда возвратиться назад и пойти по каким-то проторенным тропам – зачем искать новое, если уже было «Совинформбюро», ТАСС, интервью Иосифа Виссарионовича Сталина отдельным журналистам, которые все это доносили – все это было и работало, как кажется. А почему вдруг сейчас это перестанет работать? Ведь многое работает, взятое из прошлого.

О.БЫЧКОВА: А тогда оно работало?

В.СУХОЙ: Тем людям, которые это делают, кажется, что работало. Потому что был хороший менеджер — Сталин.

О.БЫЧКОВА: Мне кажется, что оно и тогда не очень работало, а сейчас тем более.

В.СУХОЙ: Для нормального человека естественно не работало.

О.БЫЧКОВА: А сейчас тем более, когда есть интернет и телеканалы.

В.СУХОЙ: Да, сейчас, в условиях открытого мира, — почему? Я опять связываю это с отсутствием хорошего образования и понимания вообще мировых процессов. Интеллигенция слово чисто российское, его нет ни в одном словаре, мы его придумали, в настоящем смысле. И эта интеллигентность куда-то просочилась между пальцами и ушла в какой-то песок. И осталось только это. Казалось бы, на международной арене – у нас сейчас нет международной журналистики как таковой – остались эти люди, которые такое заявляют.

О.БЫЧКОВА: А та международная журналистика, которая была в советские времена, лучше что ли? Да, там их учили основательно, люди должны были, прежде чем дойти до центральных телеканалов, до какой-нибудь «Международной панорамы» или программы «Время», им нужно не знаю, сколько десятилетий впахивать. Они в каком-то смысле были более образованы, знали больше языков, их учили основательно. Но является ли это той школой, на которую нужно ориентироваться?

В.СУХОЙ: Безусловно, нет. Но и то состояние, в котором сейчас находится «Российская газета» или российский канал, где вообще нет международного отдела и даже отдела международной информации, и девочка или мальчик сегодня делает про Урал, а завтра про США…

О.БЫЧКОВА: Это другой вопрос. Но мы сейчас говорим про чиновников. Наверняка в МИДе и ЦИКе есть люди, которые имеют разные возможности — и вообще, в Кремле, в Белом Доме, где угодно – в том, что называется «во власти».

М.БОМ: Можно по поводу реакции? Очень показательный пример, как США реагировали на отчет МИДа и как МИД отреагировал на американский отчет – небо и земля, и это говорит о многом. Официальное заявление США: «У нас нет безупречной системы и любая критика неотъемлемая часть нашего общества, это нормальное явление». А как Россия отреагировала на отчет Госдепа? — «мы против использования вопроса о нарушении прав человека как инструмента давления и вмешательства в наши внутренние дела», — реакция противоположная. Это говорит о том, что одна сторона уверена в себе и не против критики. Я тоже не против критики. Понимаете, тут вопрос репутационные.

О.БЫЧКОВА: Просто американцы в данном случае лучше сложили слова, — вам не кажется? Нашли более удачную формулировку.

М.БОМ: Но почему такой пафос – «давление, вмешательство»? — я этого не понимаю. Это всего-навсего критика, мы все критикуем друг друга, при чем здесь давление и вмешательство?

В.СУХОЙ: В России нужно жить очень долго, чтобы что-то понимать.

О.БЫЧКОВА: Спасибо вам большое. Это была программа «Обложка-2».

В.СУХОЙ: Всего доброго.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире