'Вопросы к интервью
08 февраля 2006
Z Привычка жить Все выпуски

Любовь фанатская — безответная или счастливая?


Время выхода в эфир: 08 февраля 2006, 23:09

ЮЛИЯ МОСИЕНКО: Всем доброго позднего вечера или ночи, как кому будет угодно. На календаре среда. 23.07, уже 08, а это значит, что время программы «Привычка жить». У микрофона Юлия Мосиенко. Вы слушаете «Эхо Москвы». Напомню сразу, что вещаем мы в прямом эфире. А потому нам легко дозвониться. Теперь у нас два телефона. Телефон прямого эфира для москвичей 783-90-25, для других городов России 783-90-26. Уже, наверное, тоже привыкли, как и к «Привычке жить». Мы ждали двоих гостей на сегодняшнюю программу, но, к сожалению, барышня, что-то, видимо, случилось, и пришел к нам, ну, я и без того рада нашему замечательному гостя Сергею Соседову, музыкальный журналист, критик, здравствуйте Сергей.

СЕРГЕЙ СОСЕДОВ: Добрый вечер, Юля, добрый вечер, слушатели.

Ю. МОСИЕНКО: Говорим мы на тему «Любовь фанатская – счастливая или безответная?»

С. СОСЕДОВ: Да, всякая любовь, как и всякая любовь обычная земная, так и любовь фанатская, клакерская, она тоже разная.

Ю. МОСИЕНКО: Об отсутствующих не говорят, но все же бы хотелось сказать, что ждали мы еще Светлану Джой, основательницу фан-клуба Аллы Пугачевой «Апрель». Фан-клуб существует аж 1988 г. Это значит, примадонна находилась, вернее, ее творчество было, это период «Эй, Вы там, на верху!», «Не имей сто друзей, а имей…», наоборот, «Не имей сто рублей…»

С. СОСЕДОВ: Да, да, да. Это уже был период больших стадионных концертов. Да, это песня Игоря Николаева и Кузьмина, конечно.

Ю. МОСИЕНКО: И примадонна действительно стала первой. Тогда она и стала той самой примадонной.

С. СОСЕДОВ: Да, фан-клуб, пожалуй, при Пугачевой появился раньше других. «Апрель» появился официально. «Апрель» расшифровывается, как «Алла Пугачева – радость, единство, любовь». Потому что Пугачева родилась в апреле, как известно.

Ю. МОСИЕНКО: Потрясающе.

С. СОСЕДОВ: И фан-клуб ее появился действительно официально, хотя фанаты Аллы Пугачевы были известны своим совершенно безудержным нравом, своим огалтелым таким поведением и раньше. О них писали в разных газетах еще в советское время. Это те самые ее поклонницы, которые стояли у подъезда и фотографировали.

Ю. МОСИЕНКО: Поклонницы?

С. СОСЕДОВ: Да, ну, как правило, их было больше – поклонниц, именно девушек.

Ю. МОСИЕНКО: А почему так?

С. СОСЕДОВ: Хотя там были и ребята, юноши. Ну, вообще считается, что девушки более что ли склонны кем-то восхищаться, кому-то подражать, бросать свою жизнь к чьим-то ногам. Т.е. они более что ли привязаны, они более нуждаются…

Ю. МОСИЕНКО: Жертвенны.

С. СОСЕДОВ: Да, они более нуждаются в любви, как к себе, так и вот в том, чтобы отдать эту любовь кому-то. Но тогда, конечно, те фанатки были совершенно рьяные. Они были не воспитаны, порой досаждали очень Алле Борисовне. И даже она не раз вызывала милицию с тем, чтобы их немножко приструнить. Они напивались, они дерзили консьержке. И это было, конечно, очень тяжело. Клуб «Апрель» совершенно по иному себя повел. Это люди, которые очень хорошо знают творчество певицы, которые занимаются ее биографией, которые собирают ее записи, причем очень редкие. И не надо думать, что это люди какие-то одинокие, обездоленные. Вовсе не так. Вообще любые клубы, фан-клубы и любые клубы по интересам возникают тогда, когда есть желание, когда есть необходимость общения какого-то. Да, люди собираются распить бутылку. Надо пообщаться. Они не собираются для того, чтоб только выпить. Нет, им надо пообщаться: ты меня уважаешь. Так же и здесь люди хотят соединиться на какой-то основе. На какой-то одной теме. И когда этой темой становится творчество любимого артиста, конечно, это замечательно. И там инженеры, там и психологи в этом фан-клубе…

Ю. МОСИЕНКО: А журналисты, например? Сергей Соседов там есть?

С. СОСЕДОВ: И я отдал дань этому клубу тоже. Я потому что сам очень люблю творчество Пугачевой. И я сам ее биограф, и я сам о ней очень много знаю, поверьте.

Ю. МОСИЕНКО: С Вашим лично творчеством наши слушатели могли бы ознакомиться, чтобы они так визуально себе представили, кто такой Сергей Соседов, я напомню. Была такая замечательная программа, на мой взгляд, действительно, замечательная, называлась «Акулы пера». Уже нет давно того канала, на котором она была, нет этой программу. Было два культовых человека в этой программе – Отар Кушинашвилли и Сергей Соседов.

С. СОСЕДОВ: (Смех). Да, программа действительно была замечательная.

Ю. МОСИЕНКО: Они спорили, дискутировали, они подкалывали друг друга. Ну, в силу того, что Сергей более интеллигентный человек, Отарова подкалывал реже.

С. СОСЕДОВ: Да, и что приятно, программа не имела аналогов в мире. Она была нашим русским проектом, чем мы особенно гордимся.

Ю. МОСИЕНКО: Да, действительно, жалко, потому что теперь все интересные программы, как правило, купленые.

С. СОСЕДОВ: Да, да, лицензионные, так оно и есть.

Ю. МОСИЕНКО: Я хотела спросить. Сергей, у Вас гораздо больше опыта, чем у меня в этом плане, и профессионального, в том числе. Скажите мне, пожалуйста, Вы – музыкальный журналист, и потому знаете, кто имеет право называться настоящим фанатом. Атрибуты настоящего фаната?

С. СОСЕДОВ: Прежде всего, это, конечно, знание предмета, знание темы. Т.е. человек должен разбираться в, ну, элементарно в музыке, конечно. Понимать, что из себя представляет тот или иной артист, знать его место в иерархии, да. В иерархии своих коллег, в иерархии искусства.

Ю. МОСИЕНКО: Бывает такое, что человек без музыкального слуха абсолютно. Но нравится ему Пугачева. И он все равно является ее фанатом. Он не может подпеть ни единой песни, а если подпоет, не попадет в такт.

С. СОСЕДОВ: Да, такие люди есть, но не обязательно, критик ведь, если он оценивает, не значит, он должен тоже уметь петь, играть на скрипке или играть в театре. Он должен знать и разбираться…

Ю. МОСИЕНКО: А знать творчество своего кумира, что это значит?

С. СОСЕДОВ: В музыке, в каких-то темах, просто в каких-то важных, музыкальных вещах.

Ю. МОСИЕНКО: Знать творчество кумира, что значит?

С. СОСЕДОВ: Знать, что он поет. Его песни, его периоды. У каждого артиста есть, конечно, периоды творчества. Вы отслеживаете информацию. И много очень произведений, и много песен, в частности Пугачевой, остается за кадром. И это не попадает ни на какие пластинки, ни в какие коллекции.

Ю. МОСИЕНКО: Как критику можно задать вопрос?

С. СОСЕДОВ: А у поклонников эти песни есть.

Ю. МОСИЕНКО: Позвольте спросить, как критика. В каком периоде находится сейчас Алла Борисовна?

С. СОСЕДОВ: Пугачева, пожалуй, находится сегодня в периоде такого…

Ю. МОСИЕНКО: Богини.

С. СОСЕДОВ: Благодушия. Благодушия, когда уже все спето, когда все лучшие песни, когда все песни-шедевры уже спеты. Она спела «Когда я уйду далеко, далеко»…

Ю. МОСИЕНКО: Это, наверное, очень грустно.

С. СОСЕДОВ: Это гениальная совершенно песня была написана в 80-м году. В самом расцвете творчества певицы. А, между прочим, с песней «Когда я уйду» обычно певцы заканчивают карьеру. Уже на излете карьеры. А она спела в 80-м году, песня, которая до сих пор звучит в ее программе.

Ю. МОСИЕНКО: А сейчас она поет «Живи спокойно, страна, я у тебя такая, мол, одна».

С. СОСЕДОВ: Да, да. Все равно остается вот это вот желание быть единственной, быть неповторимой. Но тогда она была на пике времени, на пике какой—то оппозиции музыкальной. Потому что тогда никто не мог позволить себе так вот трясти шевелюрой такой пышной и балахоном и так петь таким иерихонским голосом, так смело, так ярко, так неповторимо. Были замечательные певцы, но они были, в общем, ну такие более академические. Академическая эстрада, если можно так выразиться. Это и та же Ротару, и Муслим Магомаев, и Эдита Пьеха. Это было все-таки довольно академично. А Пугачева взорвала вот этот вот академизм и показала, что можно быть первоклассником, можно быть волшебником-недоучкой, можно быть такой вот буфетчицей разбитной, можно быть крестьянской девочкой, которая «Посидим, поокаем», и т.д., и т.д. Жанровые вот эти произведения.

Ю. МОСИЕНКО: Чем занимаются фанаты по сути, да. Это идолопоклонство?

С. СОСЕДОВ: Они занимаются всем. Они стоят у подъезда. У кого есть время. Кто в данный момент не работает, допустим. Кто-то может совершенно не следить за передвижением звезды, может даже не знать их график гастролей и т.д., а просто любить и знать ее творчество. Т.е. вот в моем понимании поклонник – это биограф. Если человек знает биографию своего любимого артиста – он поклонник. А тот, кто таскается просто за артистом и рвет на нем шубу, рвет одежды, это шавка, извините. Ну, такие поклонники тоже есть.

Ю. МОСИЕНКО: Ну, экстремальные фанаты.

С. СОСЕДОВ: Мы знаем поколение лемишисток, козловисток 50-60-х годов, когда рвались вот эти вот как раз одежды на кумирах.

Ю. МОСИЕНКО: Ну, к этому мы еще вернемся. Я просто к чему задала вопрос, кто такие фанаты, идолопоклонством они занимаются.

С. СОСЕДОВ: Они разные.

Ю. МОСИЕНКО: Я хотела спросить, а получается, что у них своя религия. Потому что заповедь: «Не сотвори себе кумира» они уже нарушили.

С. СОСЕДОВ: Вы знаете, она заповедь такая двоякая. Все в этом мире относительно. Можно говорить «кумир», а можно говорить «Пример». Можно говорить «некий эталон», «Образец для подражания». Потому что Пугачева стала путеводной звездой для многих поколений певиц и певцов, которые шли за ней. Ведь посмотрите сегодня и Лолита, и Аллегрова, и даже Лариса Долина, как это ни странно, так или иначе, используют какие-то наработки Пугачевой. И используют какие-то ее темы. И мы это слышим. Не говоря уже о певицах и певцах меньшего калибра. Тот же Леонтьев, в общем-то, это Пугачева в мужском варианте.

Ю. МОСИЕНКО: Вот так вот. Понятно.

С. СОСЕДОВ: А почему нет?

Ю. МОСИЕНКО: 783-90-25 – телефон прямого эфира для тех, кто слушает нас в городе Москве, 783-90-26 – для тех, кто слушает «Эхо Москвы» в других городах. Не забывайте, что изменился код города Москвы  — 495 теперь у нас. Есть еще у нас пейджер – 725-66-33 для абонента «Эхо Москвы», можно без абонента. Напоминаю, что в эфире «Привычка жить». Юлия Мосиенко и замечательный гость. Второго гостя мы не дождались, гостью, а у нас музыкальный журналист и музыкальный критик – Сергей Соседов. Мы говорим о фанатской любви, какая она? Безответная или счастливая? И примем первый звонок. Наверное, это все-таки будет Москва. 783-90-25. Слушаем Вас. (Гудки). Ну, что ж такое? Сразу гудки. Телефон еще раз напомню. 783-90-25 для москвичей, 783-90-26 для не москвичей. Попробуем еще раз. «Эхо Москвы», слушаем Вас. Доброй ночи. Скажите, как Вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Здравствуйте. Меня зовут Яна. Мне очень приятно слышать Ваши нежные голоса

Ю. МОСИЕНКО: Спасибо, Яна, нам тоже.

ЯНА: И приятные. Я тоже в свое время как-то увлекалась творчеством Аллы Борисовны и даже видела ее, и сподобилась взять у нее автограф.

Ю. МОСИЕНКО: Это в каком было году?

ЯНА: И меня в ее творчестве привлекал, прежде всего, романсы Переверзева. Совершенно замечательная поэзия, на которую она писала сама или кто-то сподобился ей написать на эти прекрасные стихи. Но потом впоследствии, чем дальше, тем как-то более демократичным в худшую сторону, мне казалось, ее творчество. Хотя были исключения в виде «Белого парохода», в виде каких-то вещей…

Ю. МОСИЕНКО: Яна, простите…

ЯНА: «Свеча горела», что-то еще.

Ю. МОСИЕНКО: Извините, пожалуйста. Да, мы сейчас уже вспомнили и русских классиков прошлись, а у нее была еще замечательная песня на слова Цветаевой.

С. СОСЕДОВ: И Мандельштама.

Ю. МОСИЕНКО: И Мандельштама. Я хотела спросить. Скажите, Яна, в каком году Вы взяли автограф у Аллы Борисовны?

ЯНА: У Аллы Борисовны автограф я взяла в 79 году.

Ю. МОСИЕНКО: Т.е. совсем на взлете.

ЯНА: Да, да. Была совершенно потрясающая тогда.

С. СОСЕДОВ: «Звездное лето», «Взлети над суетой», «Летние дожди».

ЯНА: Да, да. Вы знаете, больше всего меня поразило тогда не это, а альбом «Зеркало души», «Сонет Шекспира», «Бубен шамана» на нем, какие-то такие, ее «Женщина, которая поет».

С. СОСЕДОВ: Да, прекрасные произведения. Да, это вот все те шедевры, о которых мы говорили.

Ю. МОСИЕНКО: Вы обладаете всеми атрибутами настоящей фанатки. Ну, по крайней мере, на тот период.

ЯНА: Нет, нет, нет.

Ю. МОСИЕНКО: Никогда бы так себя не назвали.

ЯНА: Это было поклонение, связанное с высокой поэзией. Но фанатка – ни в коем случае.

С. СОСЕДОВ: И высокой музыкой.

ЯНА: И высокой музыкой абсолютно.

Ю. МОСИЕНКО: Спасибо большое, Яна. Вот так вот. Ну, мы Аллу Пугачеву немножко замучили, честно говоря. Надо немножко отойти от этой темы, поскольку Вы обладаете огромной, я не знаю, как сказать-то, массой историй о фатанской любви и в том числе, наверное… Я просто хотела бы узнать о  взаимоотношениях. С фанатами все ясно. Как звезды отвечают? Адекватно?

С. СОСЕДОВ: Совершенно по-разному. Это что касается Пугачевой, она относится к своим поклонникам очень равнодушно. Иногда даже немножко злобно. Она к ним не справедлива большей частью, ну, может быть, она обожглась вот на тех вот огалтелых фанатках жутких, которым она по началу доверялась, а они оказались просто нарушителями спокойствия и общественного порядка. Другие же наоборот, подкармливают. Потому что я, например, знаю, что София Ротару даже дает деньги своим фанатам, своему фан-клубу в Киеве. Они покупают там какие-то вещи для своего клуба. Она дает даже иногда им деньги на поезд, чтобы они могли доехать до Москвы. И сопровождать ее здесь на концертах. И даже мне рассказывали, что дело иногда доходит до того, что она, вернее не она, а ее окружение покупает даже цветы своим поклонницам с тем, чтобы они выносили эти цветы потом, во время концерта. Ну, Вы знаете, эти знамениты выходы Ротару, когда она в песне года выходит в зал, спускается, ей все дарят цветы. И цветы эти сыплются из рук.

Ю. МОСИЕНКО: Она уже готова и знает, какие букеты будут.

С. СОСЕДОВ: Да, она уже все это знает. И мне об этом тоже говорили близкие к этому окружению люди за кулисами кремлевского дворца. Да, вот бывает и так. Такова жажда успеха и поклонники здесь видимо играют далеко не последнюю роль. Т.е. они здесь играю главную даже роль.

Ю. МОСИЕНКО: Хорошо. С Ротару понятно.

С. СОСЕДОВ: Всегда, если Вы видите за кулисами Ротару, всегда, когда она проходит, за ней несут огромную корзину цветов. Она это очень любит.

Ю. МОСИЕНКО: Ну, она этого и достойна, надо сказать.

С. СОСЕДОВ: Ну, понимаете…

Ю. МОСИЕНКО: Потому что вот этот перерыв, который у нее был, а потом она вернулась вся такая красивая.

С. СОСЕДОВ: Когда это делается действительно искренне, когда поклонник сам от души покупает цветы, дарит – это одно. А когда это уже сыграно, когда это уже срежиссировано, согласитесь, это уже совсем другое. Это более уже похоже на какой-то театр, на шоу поклонения себе, хотя, что и говорить, у Софии Михайловны есть замечательные поклонники, прекрасные, которые знают ее творчество, ее репертуар, которые следят за ней, ездят за ней. Но она к ее чести, потому что я считаю, что именно так должен вести себя настоящий артист, она их очень ценит, она с ними общается, она не позволяет их как-то вот так от себя отталкивать, как это нередко делает Пугачева. Кстати, парадокс, чем больше Пугачева отталкивает от себя поклонников, и говорит, что уходите, что Вы тут делаете, не создавайте тут толчею у подъезда. Это ее любимая фраза. Вот чем чаще она себя так ведет, тем больше у не поклонников. Это парадокс.

Ю. МОСИЕНКО: Т. е. она груба, а получается, что у нее возрастает количество поклонников.

С. СОСЕДОВ: Да, да. Может быть, она этим раззадоривает как-то. Да, вот такой парадокс. У Киркорова очень интересные тоже поклонницы. Они возрастные такие, уже. Это правда, одинокие женщины, у которых не сложилась судьба, но не могу ничего сказать о них плохого. И они очень любят своего артиста. Они дарят ему цветы. И вот…

Ю. МОСИЕНКО: А как фанаты Киркорова пережили вот этот матерный скандал?

С. СОСЕДОВ: Они пережили его очень достойно. И за это их еще больше можно уважать. Они перестали посещать его не концерты, а перестали приходить к его подъезду, перестали его встречать в аэропортах. И был даже известный случай, когда он летел из какого-то города, и в аэропорту было много камер, которые даже не расчехлили при виде артиста. Он был удивлен, как, почему. Он думал, что сейчас будут тут же его снимать. А на самом деле телевидение ждало Вана Клиберна, который прилетал следующим рейсом в Шереметьево. И Киркоров был удивлен. И еще больше он был удивлен, когда он не усидел ни одной поклонницы в аэропорту. Но он решил, что они видимо просто не знали, когда он приедет. И решил, что они будут ждать его около его подъезда на Земляном валу. Но когда он приехал к подъезду и не увидел там тоже никого, он чуть ли не сошел с ума. Это было с ним едва ли не в первый раз в его звездной жизни. И он даже возмущался где-то. Это его открытые слова. Это он. Это по его рассказам.

Ю. МОСИЕНКО: Где фанаты?

С. СОСЕДОВ: Я тут не был свидетелем. Да, где они, в чем дело. Значит, меня никто не любит. Все это неискренне. И у меня тоже, как у журналиста, тоже публика спрашивает: вот, надо же, он сказал, поклонников нет, в аэропорту нет, у подъезда нет, нигде нет. Что же они? Куда же девались его сумасшедшие фанатки? А я отвечаю: значит, они не такие уж и сумасшедшие.

Ю. МОСИЕНКО: Значит, звезды не могут без поклонников.

С. СОСЕДОВ: Значит, они уже выздоровели.

Ю. МОСИЕНКО: Правильно? Не могут звезды без поклонников получается?

С. СОСЕДОВ: Нет, конечно. Если тебя не сопровождают твои почитатели, поклонники, фанаты, как угодно это называйте, значит, ты не интересен. И чем больше артист, тем больше у него поклонников.

Ю. МОСИЕНКО: Вы знаете, залы набиты концертные не всегда поклонниками.

С. СОСЕДОВ: Бывает не всегда. Да, бывает не всегда. Потому что иногда артистов просто много.

Ю. МОСИЕНКО: Есть вопрос престижа. На этого артиста пойти престижно. Поэтому я куплю билет себе за 8 тыс. и своим, я не знаю, родителям за полторы, на балкон, чтобы они побывали на этом концерте. И я не обязательно поклонник.

С. СОСЕДОВ: Юля, тут такая вещь. Когда у артистов не полные залы, это не свидетельство того, что его меньше, может быть, стали любить, а свидетельство того, что артист перекормил собой публику. Его просто очень много. Ну, нельзя постоянно…

Ю. МОСИЕНКО: А кого, по-вашему, очень много у нас сейчас?

С. СОСЕДОВ: Гастролировать по городам и весям, по одним и тем же городам и весям… Потому что все равно же все ездят по одним и тем же городам. Да, это Петербург, там это Воронеж, это Хабаровск, Иркутск, Екатеринбург. Города то, в общем-то, повторяются.

Ю. МОСИЕНКО: Я недавно узнала, что самый обделенный у нас, оказывается, ну, думала там Заполярье какое-нибудь, оказывается Подмосковье.

С. СОСЕДОВ: Подмосковье – да. Потому что там очень там маленькие залы. Там дворцы культуры только. И там не богатая аудитория, как это ни странно. А кем перекормили сейчас?

Ю. МОСИЕНКО: Да, да, да.

С. СОСЕДОВ: Я думаю, что сейчас явный перебор с Валерией. Ее очень много. Одно время был перебор с Леонтьевым. Тоже очень много было концертов его. Перебор с Киркоровым тоже был одно время. И может быть, вот этот его всплеск, эта несдержанность его на той пресс-конференции была как раз следствием вот этой жуткой усталости и понимания того, что ты уже не на той высоте. Ты уже не на пике популярности, потому что залы у тебя далеко не полные. Просто надо уметь себя дозировать. Не надо постоянно себя гнать, гнать. Вот посмотрите Пугачева. Как редко она сегодня дает концерты. Но если она дает концерты, это в точку. Прошлым летом она дала 5 концертов в Петербурге. При диких аншлагов. И это было летом 5 аншлаговых концертов в БКЗ «Октябрьский».

Ю. МОСИЕНКО: Я редехонько, но напоминаю, что «Эхо Москвы» вещает на частоте 91,2 FM, что звучит сейчас «Привычка жить», что у нас в гостях замечательный музыкальный журналист и критик Сергей Соседов. Не пришло к нам, к сожалению, Светлана Джой. может, она нас где-то слышит, в дороге. Мы очень сожалеем, что Вы не пришли. Но Сергей прекрасно справляется с Вашей функцией, и рассказывает о Вашем фан-клубе. Мы говорим сегодня о фанатской любви безответной и счастливой. Какой она бывает. Примем звонок 783-90-25, это телефон прямого эфира для москвичей. И 783-90-26 – для тех, кто слушает «Эхо Москвы» за пределами этого замечательного города. Слушаем Вас. Здравствуйте, как Вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Антон.

Ю. МОСИЕНКО: Вы из Москвы, да?

АНТОН: Да. Я просто хочу сказать, что фанатская любовь в своей массе, она проходящая, возрастная, потому что, как я помню, например… Ну, даже не помню, по нынешним временам, смотря на наши группы и исполнителей, которых вот если Сергей сказал, перекормили, так это достаточно посмотреть наши вот эти все воскресные концерты по всем каналам, одни и те же лица.

Ю. МОСИЕНКО: Антон, а сколько Вам сейчас лет?

АНТОН: Мне 31.

Ю. МОСИЕНКО: А в юности были увлечения? Могли бы назвать…

АНТОН: Да, было. Но я бы сказал, что это больше не фанатская любовь была, а поклонника, наверное. Потому что в наше время получилось следующим образом, что я долго увлекался, например, творчеством Цоя. Потом, ну, «Ария» была одно время. Т.е. достаточно музыка такая интересная для меня. И вот если брать начало 90-х, по крайней мере, я помню, что мы были голодные до музыки тогда вот в конце 80-х. «Европа+» появилась…

Ю. МОСИЕНКО: Подождите, до музыки или до правды мы были голодные в конце 80-х?

АНТОН: До музыки. До музыки. Я просто помню, что в свое время, например. Это скупка всего, что только можно. Тот же ДК Горбунова, тот же Кузнецкий мост там. И именно голод был музыкальный. Так что, ну, достаточно, если сейчас посмотреть. Вот идут там всякие дискотеки 80-х там воспринимают. А вот насчет поклонников, да, вот в наше время было. Мы там ездили на проспект Мира, покупали эти безумные фотографии людей, которые делали на этом бизнес.

Ю. МОСИЕНКО: Приятная ностальгия есть?

АНТОН: Есть, но как-то уже, наверное, со временем все проходит.

Ю. МОСИЕНКО: Вы повзрослели, да?

АНТОН: Ну, почему. Есть определенные исполнители, которых я всегда могу слушать. А так достаточно всеяден, если говорить. Потому что один исполнитель может нравиться, а потом неудачный альбом и еще неудачный. И по природе музыки сейчас мне тяжело воспринимать исполнителя (НЕ РАЗБОЧИВО), потому что, мое мнение такое, что чаще всего успешными относительно бывают первые альбомы. И в моей коллекции, например, присутствуют обычно только первые альбомы (НЕ РАЗБОЧИВО).

Ю. МОСИЕНКО: Понятно. Спасибо большое, Антон, за звонок.

С. СОСЕДОВ: Замечательный звонок. Ну, это мы слышали мнение меломана. Меломана, который просто любит замечательную музыку.

Ю. МОСИЕНКО: И москвича. Давайте еще послушаем звонок не из Москвы. 783-90-26.

С. СОСЕДОВ: Давайте. Мне очень близка позиция Антона. Он абсолютно прав.

Ю. МОСИЕНКО: Слушаем Вас. Здравствуйте. Представьтесь, пожалуйста, и откуда Вы.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня Алексей зовут. Я из Петербурга. Вы знаете, я, наверное, как и Сергей отношусь к той породе людей, которая…. Ну, я как бы не являюсь чьим-то уж до мозга костей фанатом, но вот всегда музыку вот действительно оцениваю по периодам творчеств исполнителя. Ну, как каждого исполнителя, который нравится, стараюсь оценивать по периодам творчества каким-то.

Ю. МОСИЕНКО: Алексей, это значит, что Вы грамотный фанат, ну, вернее, поклонник.

АЛЕКСЕЙ: Ну, да. Наверное, так.

Ю. МОСИЕНКО: Хорошо, и кто Ваши, если не кумиры,…?

АЛЕКСЕЙ: Вот в свое время, когда я был моложе, когда мне было лет, наверное, так 20, в конце 80-х мы все тогда балдели от такой группы, как «Модерн толкинг», мы тогда, если Вы помните, это был концерт, когда Томас Андерс приехал к нам в Россию один без Дитера Болена, ну, для меня, по крайней мере, это был фактически провал, потому что , ну, как же, вот тот человек, который в принципе все это дело создал, и не приехал. И потом, когда он уже приехал один…

Ю. МОСИЕНКО: А второй приехал просто потому, что он красивый.

АЛЕКСЕЙ: Да, да. А потом когда уже Дитер Болен приехал сам, и когда уже был СКК уже полупустой у нас вот в Питере, скажем, т.е. вот даже вот с тем же  блюсистом, и казалось вот что что-то не то, действительно, и так хотелось, чтобы они приехали хоть когда-нибудь вместе. И потом вот когда это все-таки случилось в конце 90-х, ну, вот какая-то была действительно приятная ностальгия. А вот сейчас из композиторов, кого я очень на самом деле ценю и уважаю и считаю, действительно, очень талантливым, это Игоря Корнелюка. Т.е. для меня это вот пример человека, который…

Ю. МОСИЕНКО: Под него да, красиво ностальгируется очень здорово и ритмично, надо сказать, сердце бьется.

АЛЕКСЕЙ: И ритмично и сердце бьется действительно. И, в общем…

Ю. МОСИЕНКО: Спасибо Вам большое, Алексей, за звонок. Спасибо. Напоминаю, что мы говорим о любви фанатской безответной или счастливой. В гостях Сергей Соседов, музыкальный журналист и критик, знакомый большинству из нас все-таки по программе уже умершей, к сожалению, к огромному.

С. СОСЕДОВ: Ну, может быть, она еще возродится, Юля.

Ю. МОСИЕНКО: Правда?

С. СОСЕДОВ: Есть такие идеи и планы. Да, ну, естественно под другим названием.

Ю. МОСИЕНКО: Напомню, была программа «Акулы пера», там Сергея Соседова, наверняка, все Вы видели. Итак, мы хотели сказать еще за пределами эфирной студии о том, что фанатизм, как таковой появился не вчера, а поза-, позавчера. И хотелось бы немного вот экскурса в историю, вот к лемишисткам и тому подобное.

С. СОСЕДОВ: И козловисткам. Да, действительно.

Ю. МОСИЕНКО: Это же фанатская война. Вот. Это еще одно явление, которое меня страшно интересует.

С. СОСЕДОВ: Да, в Большом театре были два великих тенора. Это Сергей Яковлевич Лемешев и Иван Семенович Козловский, которые, в общем-то, не конкурировали между собой. Они не были соперниками на сцене, но у каждого была своя группа клакеров. Тогда их называли клакерами, цирихами. И они…

Ю. МОСИЕНКО: Откуда такие названия?

С. СОСЕДОВ: Иногда чуть ли не стенка на стенку шли. Клакер – произошло от французского клакер. А клакер — это создающий успех. Клакер – это человек, который аплодисментами, криками, своим поведением обеспечивает человеку на сцене успех.

Ю. МОСИЕНКО: Это искусственно созданная группировка, правильно?

С. СОСЕДОВ: Да. Во Франции еще было такое выражение «Клакер-шофер». Потому что шофер – это не только шофер-водитель. Шофер – первое значение слова шофер, оно пришло к нам тоже из французского, как Вы понимаете, это истопник, это кочегар, это тот, который растапливает печь, бросает, подливает масло в огонь. Т.е. уголь, поджигает огонь. Выражение «под шафе» – подогретый, т.е. под хмельком. Т.е. разогретый. Вот клакеры, шоферы были во Франции. Вот они потом благополучно как-то перешли на нашу русскую, российско-советскую почву. И здесь стали называться просто клакерами или русское слово «церихи». Да, они ждали своих кумиров у служебного входа Большого театра. И рвали на них шубы, одежды, бросали им в карманы, в сумки, запихивали им за пазуху, за шиворот…

Ю. МОСИЕНКО: Сомнительное тоже развлечение.

С. СОСЕДОВ: Домашние телефоны свои. Это было невероятно. И бывало, даже дрались. Вцеплялись друг другу в волосы. И такое было. И я слышал такие рассказы. И, в общем-то, это были люди, не сказать, что какие-то бездуховные. Ничем не обремененные. Все работали. Это советское время, тунеядство каралось статьей. А знаменитые балетные истории, о которых написала Майя Михайловна Плисецская. И были поклонники и у Раисы Стручковой, и у Ольги Лепешинской, и естественно у самой Майи Михайловны. И они порой естественно враждовали. Она писала, что, бывало, что я выхожу и кручу 32 фуэтэ, а мне кричат из зала – пенсионерка. Плисецской кричат из зала – пенсионерка. Представляете, какое это… это хамство, конечно. Для балерины услышать…

Ю. МОСИЕНКО: Ну, это закаляет, согласитесь.

С. СОСЕДОВ: Да, это в Большом театре происходит. Что уж говорить о поклонниках эстрадных кумиров, если такое творилось в Большом театре. Кстати, и сейчас тоже творится. Вот эта вот  движение клакеров в Большом театре до сих пор очень сильное. Есть своя клака у Николая Цискоридзе, есть своя клака у Сергея Филина – наших знаменитых артистов балета. Так что все это продолжается.

Ю. МОСИЕНКО: А мне интересно. Козловский в принципе дожил до седин до каких-то заслуженных. Скажите мне, пожалуйста, а остались ли все его фанатки при нем? С возрастом они не отходили, не отмирали в переносном смысле слова?

С. СОСЕДОВ: Вы знаете, они, может быть, естественно с возрастом перестали за ним следить. Ходить по пятам.…

Ю. МОСИЕНКО: Задор закончился.

С. СОСЕДОВ: Да, но я думаю, что они сохранили, конечно, любовь к нему. И я думаю, что сейчас они, наверное, такие уже старенькие бабушки, которые могут рассказывать своим внукам, а, может быть, и правнукам, о том, как они вот любили своего кумира. Это люди разных возрастов, как правило. Даже вот тот же клуб «Апрель», там и люди семейные, с детьми, и люди состоявшиеся, как я уже говорил, и психологи, и инженеры, и преподаватели, и даже работники прокуратуры. И сказать, что они просто вот ничем не заняты, что вот им больше нечего делать, как вот кто-то подумает, что ну что там поклонники, им нечего делать, они не заняты. Займите их работой. На шахту, в шахту, на завод, на фабрику. Раньше к этому были призывы в советское время, когда считалось, что, ну, не гоже…

Ю. МОСИЕНКО: Не мужская это работа. Да, надо в цех.

С. СОСЕДОВ: Советскому человеку волочиться за какими-то даже очень замечательными и очень любимыми артистами, но здесь природа, конечно, фанатизма разная. Но основное, это, я подчеркиваю, желание пообщаться. Потому что вот спустя годы, уже вот те люди, которые объединились когда-то на почве любви к одному артисту, сегодня они общаются уже просто как друзья. Они приглашаются друг друга на дни рождения.

Ю. МОСИЕНКО: Это фанаты между собой. Они не могут же себе позволить к себе звезду пригласить на свой семейный праздник.

С. СОСЕДОВ: Да, да, да. Я хочу сказать, что вот этим фанатизмом не заканчивается их общение между собой Что оно вырастает потом в просто хорошую, крепкую дружбу. Так люди находят друг друга. Т.е. фанатизм помогает людям найти друг друга.

Ю. МОСИЕНКО: Хорошо, взаимоотношения внутри фанатской тусовки мне в принципе ясны. Вы скажите, пожалуйста, в принципе я не совсем понимаю, как светило, твой кумир, может отблагодарить за эту самую любовь своих фанатов. В чем выражается? Потому что одно дело, если ты заказываешь букеты для себя же самой любимой, спонсируешь всячески свои фан-клубы. А с другой стороны, если в тебе человек реально нуждается, если он хочет не просто общения, а такого взаимопроникновения уже совсем, тесного контакта, да. Если он свою жизни заменяет твоей, если он тяжело переживает твое, я не знаю, замужество, твою свадьбу, там, если ты молодой человек, он свою жизнь забыл и забросил ради тебя. Чем можно ответить адекватно звезде?

С. СОСЕДОВ: Артист может только радовать своих поклонников новыми песнями, концертами. Ничем конкретно вот так вот…

Ю. МОСИЕНКО: Что касается человеческого контакта.

С. СОСЕДОВ: Нет, он может лично, лично какой-то сделать подарок. Иногда артисты, почему, дарят подарки журналистам, и поклонникам. И это нормально. Как и все мы кому-то дарим подарки просто в знак уважения, любви. Но вот, конечно, отдаться полностью фанату, фан-клубу. ну, мне кажется, никто из артистов просто не может себе позволить, иначе у него у этого артиста просто не будет времени на творчество.

Ю. МОСИЕНКО: А не чувствуют себя фанаты при этом обиженными и обделенными?

С. СОСЕДОВ: Нет. Многие не чувствуют. Вот я говорю. Пугачева всех посылает, от себя отталкивает, а они ее боготворят и падают. А все равно ты наша, а все равно мы тебя любим, давай, давай, гони на нас, ругай нас, а все равно ты наша, и будешь наша, и пой. Вот такое отношение.

Ю. МОСИЕНКО: Ну, это такое ощущение, что только мазохисты становятся фанатами.

С. СОСЕДОВ: Есть мазохисты, есть спокойные люди. Разные. Я говорю, нельзя сказать, что вот они все какие-то ненормальные, сумасшедшие. Все разные. Кто-то от одиночества, конечно, много среди поклонников одиноких людей безусловно. Но есть и семейные, и просто потрясающие совершенно случаи. И уже дети этих поклонников тоже начинают любить этого артиста.

Ю. МОСИЕНКО: Ясное дело, что одинокий артист гораздо более привлекателен для публики…

С. СОСЕДОВ: Т.е. неженатый, не замужняя?

Ю. МОСИЕНКО: Да, как жертва.

С. СОСЕДОВ: Да, да.

Ю. МОСИЕНКО: Как фанаты справляются вот с этими самыми замужествами…

С. СОСЕДОВ: Юль, я думаю, здесь такая вещь. Чем юней фанат, тем…

Ю. МОСИЕНКО: Болезненней.

С. СОСЕДОВ: Тем, конечно, им трудней и болезненней смириться с этим. Потому что тинэйджер, ему надо любви, ему не хватает любви. У них не было еще, например, первой любви. И кажется, что, вот кумир, вот его образ – вот то, к чему надо стремиться. Ему хочется найти человека, вот похожего на своего кумира, а он не находит. Потому что сцена – это иллюзия. Сценическая жизнь, блески, фейерверки, цветы – это все какая-то химера, это же все шоу, это все внешняя сторона. А жизнь артиста, она совершенно другая. А этого-то как раз эти тинэйджеры понять не хотят. Они хотят все и сразу. Вот любить так вот такого кумира, чтобы он еще его и содержал, и чтобы не учиться. Т.е. это вариант, когда девушке нужен ВУЗ – выйти удачно замуж. Ну, потом, конечно, они начинают как-то понимать ситуацию, взрослеют естественным образом. И уже у великовозрастных поклонников, конечно, таких желаний не возникает. У тех же поклонниц Киркорова, я их знаю, им даже и в голову не придет выйти замуж за Киркорова. они понимают, что он им не ровня. Потому что они уже прошли весь этот путь.

Ю. МОСИЕНКО: Фанаты средне старшего поколения нашей страны, я сейчас хочу к другому подойти – к любви издалека на расстоянии – они приучены были нашей системой, железным занавесом и т.п., были приучены вот именно к это любви на расстоянии. Я имею сейчас в виду битломанов. На мой взгляд несчастные люди, которые в силу ряда причин были оторваны от своих кумиров настолько, насколько вообще могли… С тем же успехом «Битлы» могли родиться не в Англии, а на Марсе, например. И все равно они были бы для нас недостижимы. Хотя, может быть, на тот период, как раз советская космонавтика на пике. Первый человек в космосе. И, может быть, до Марса как раз кто-нибудь и добрался бы. В Англию сложнее было бы съездить. Как обстоят дела с этими людьми. Я знаю, что фанаты «Битлов», они не молодеют. Я имею в виду, что состав фанатской группировки, он не молодеет, он не обновляется. Правда, или нет?

С. СОСЕДОВ: Нет, это не правда. В Москве действует совершенно мощный фан-клуб «Битлз». И я знаю, что там есть совсем молодые люди. Вот я знаю, что мой замечательный сосед, ему 26 лет, а он битломан уже со стажем. И я ему даже подарил книжку с битловскими текстами. Он играет сам на гитаре, потрясающе поет, очень интересно.

Ю. МОСИЕНКО: Эту любовь ему привили родители?

С. СОСЕДОВ: Да, ему привил эту любовь отец. Он вообще любит рок. И «Битлз» в частности. Вот, а что касается недосягаемости, так битломаны так же были недосягаемы для тех поклонников, как сегодня недосягаемы…

Ю. МОСИЕНКО: В смысле «Битлы».

С. СОСЕДОВ: Да, «Битлы», простите, были недосягаемы для своих поклонников, как сегодня там Пугачева недосягаема. То же самое. Просто то, что вот мы видим, эти ревущие стадионы. Все это еще создано, конечно, некоей рекламой. Надо было поддерживать эту мифологию всемогущества «Битлз». Но мне очень обидно, вот как же так. И больно. Имея таких фанатов преданных, которые готовы были жизнь отдать, а Джона Леннона не уберегли. И какой-то Майк Чепмэн одним выстрелом или двумя убил в декабре 80-го года этого великолепного музыканта. А где же были поклонники?

Ю. МОСИЕНКО: А есть еще фананское мнение, что Леннон умер тогда, когда появилась в его жизни Еко Оно, поэтому тут совершенно разное. Ищите женщину.

С. СОСЕДОВ: Когда что появилось?

Ю. МОСИЕНКО: Еко Оно, когда у него появилась, и он ушел из «Битлз». Тогда он умер там для большинства.

С. СОСЕДОВ: Но его все-таки убил маньяк, да.

Ю. МОСИЕНКО: Или просто поделилась группировка, да, вот сурово поделилась на лагерь, даже на три лагеря. Потому что, как правило, у Ринго Стара не было поклонниц, ну, таких уж,…

С. СОСЕДОВ: Ну, он сидел за барабанами.

Ю. МОСИЕНКО: Его не было видно практически. Я напоминаю, что в эфире радио «Эхо Москвы» на частоте 91,2 FM. Программа «Привычка жить». Музыкальный критик и журналист Сергей Соседов, я, Юлия Мосиенко. И мы говорим сегодня о фанатской любви, безответной и счастливой у кого она какая.

С. СОСЕДОВ: Я хотел еще сказать, продолжить эту тему, потому что поклонники еще нужны артисту, и вот такие вот преданные, для того, чтобы его оберегать от вот таких вот назойливых людей. И даже маньяков. И мы сейчас вспомнили Джона Леннона, которого не уберегли…

Ю. МОСИЕНКО: Для этого поклонникам тоже надо было таскаться по его саду вокруг его дома. Правда, ведь?

С. СОСЕДОВ: А Вы знаете, что на Аллу Пугачеву готовилось несколько покушений? И что за ней несколько раз гнались маньяки.

Ю. МОСИЕНКО: Нет, не знаю.

С. СОСЕДОВ: Об этом было написано и в книгах, и в газетах, но  так вот мало. А я знаю это совершенно определенно. И когда именно поклонники смогли защитить и  сдать маньяка в милицию. Защитить Аллу Борисовну и поймать вот этих вот нелюдей. У них были свои какие-то планы. Это не то что… это не те люди, которые ее не любили. А один вообще приехал издалека и выслеживал ее здесь на Тверской улице. Еще тогда была улица Горького. И следил, когда она идет, куда она выходит. И он чуть ли там не с топором ходил. Какой-то большой был у нее нож. И никто об этом не знал. Он два месяца вынашивал эту идею. И как-то совершенно случайно…

Ю. МОСИЕНКО: Его поймали?

С. СОСЕДОВ: Да, его поймали. Совершенно случайно. У него что-то там не получилось. Дело в том, что Пугачева срочно куда-то уехала, какие-то совершенно срочные были гастроли. А у него была информация, что она должна быть сегодня дома. А он ждал ее у подъезда. А буквально через день, или через два он должен был уезжать в свой родной какой-то там город, я уж не помню. И он просто себя выдал. Он себя выдал. Его тоже обезвредили поклонники. И он в этом признался. Все рассказал чистосердечно. Что вот он ее очень любил. А вот это как раз тот же, это вариант Майка Чепмэна, который так же обожал Леннона. И он же убил Леннона из любви. А этот хотел убить для того, чтобы попасть потом в анналы истории, что вот он покусился на жизнь великой певицы.

Ю. МОСИЕНКО: Сергей, я Вас сейчас из любви убью, потому что Вы не даете нашим слушателям вообще высказаться.

С. СОСЕДОВ: Да, пожалуйста.

Ю. МОСИЕНКО: Значит, во-первых, Марина прислала сообщение к нам на эфирный пейджер: 725-66-33. Написала: «Вы не представляете, сколько и какого уровня было поклонниц у Зельдина. Такое и не снилось нашим певцам и певицам». Ну, вероятно в те времена, когда Зельдин был кавказским красавцем почему-то.

С. СОСЕДОВ: Он и сейчас хорош.

Ю. МОСИЕНКО: Он хорош необыкновенно. 783-90-25 – телефон прямого эфира для тех, кто слушает «Эхо Москвы» в Москве непосредственно и 783-90-26 для не москвичей. И как раз не из Москвы хочу принять звонок. 783-90-26, Вы в прямом эфире. Доброй ночи. Представьтесь, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Здравствуйте. Здравствуйте. Здравствуй, Сережа. Знакомый голос? Не узнал?

С. СОСЕДОВ: Узнал. Но сейчас мне трудно вспомнить имя Ваше.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Катя, Катя, Катя.

С. СОСЕДОВ: Катя Красикова, кстати, большая поклонница Аллы Борисовны.

Ю. МОСИЕНКО: Здравствуйте, Катя.

КАТЯ: Наконец-то дозвонилась, замучилась дозваниваться, честно говорю. Спасибо за передачу. Но, ребята, мне кажется, нужно сказать о том, что Алла Борисовна – человек верующий, очень много людям помогающий. И Сереж, я так полагаю, что у меня есть право тебе сказать….

С. СОСЕДОВ: Да, абсолютно точно.

КАТЯ: Что у тебя есть право сказать то, о чем ты знаешь. Не хочу я об этом сама говорить. Давай сделаем так, что ты это сделаешь за меня.

С. СОСЕДОВ: С удовольствием.

КАТЯ: В очень, очень таких кратких и аккуратных тонах. Ну, ты же понимаешь.

Ю. МОСИЕНКО: Катя, простите, а откуда Вы звонили?

КАТЯ: Из Москвы.

Ю. МОСИЕНКО: Из Москвы? А брала вроде телефон… Спасибо.

С. СОСЕДОВ: Дело в том, что у Кати больные ноги, и она вынуждена передвигаться на коляске. И Алла Борисовна посылает ей подарки, фрукты, цветы, пластинки, все, что угодно, с водителем, просто с курьером, посылает уже много лет. Потому что Катя не может выйти из дома, она общается только по интернету, по телевидению, по телефону с людьми. Поэтому она так была взволнована, это очень, очень давняя поклонница Пугачевой.

Ю. МОСИЕНКО: Ну, красивый очень со стороны Пугачевой поступок, на мой взгляд. Поступки неоднократные.

С. СОСЕДОВ: Она никогда не говорит о том, что она кому-то дает деньги. Она считает, это не красиво. Она просто помогает отдельным людям, кому она считает нужным помогать, я не знаю, каков круг этих людей, но я знаю, что она это делает. Пугачева вообще не любит помпы, она не любит рассказывать о  себе, что вот она там, она сям. Она умеет красиво вести программы, она умеет делать великолепные шоу, она может быть блистательной, она может быть яркой, но говорить, что вот я там сделала то-то, это, я там где-то в хит-парадах. А у не  масса есть чем гордиться, у нее есть такие призы, у не есть такие вещи, о которых она, я надеюсь, еще, о которых никто не знает. И песни, которых никто не слышал.

Ю. МОСИЕНКО: А все знают наши эфирные телефоны 783-90-25 для москвичей, 783-90-26 для тех, кто слушает «Эхо Москвы» на частоте 91,2 FM мы, наверное, только в Москве вещаем. Да, не наверное, а точно. Итак, мы говорим о фанатской любви с Сергеем Соседовым, музыкальным журналистом и критиком. Хотелось бы послушать и Ваши фанатские истории, а, может быть, Вы бы рассказали, как Вы фанатов не любите. «Эхо Москвы». Слушаем Вас. Не получается. 783-90-25. Слушаем Вас. Представьтесь, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Александра. Добрый вечер. Я хочу сказать, как я разочаровалась в русском роке окончательно.

С. СОСЕДОВ: Почему же?

Ю. МОСИЕНКО: Да, рассказывайте, пожалуйста.

АЛЕКСАНДРА: Ну, я никогда не была именно фанаткой, я была именно поклонницей. Ну, была и в принципе можно сказать и остаюсь. Но вот именно такой момент разочарования, связанный с фестивалем «Нашествие», которое было в 2000-м году. Тогда один такой независимый и, по-моему, довольно гордый собой музыкант, лидер одной группы, ну, я не буду называть, не хочу обижать. В конце своего выступления, решил в лучших традициях, значит, западной музыки и такого буянства в лучшем смысле слова разбить гитару в конце, чтоб это было так красиво. Я находилась в журналистской зоне. И хорошо, достаточно, видела, как старую… Извините, не старую, а ту гитару, на которой он играл, видимо, она была дорогая достаточно, он отдал ее за кулисы, а из-за кулис ему выдали, видимо, что-то , что было подешевле…

С. СОСЕДОВ: Что не жалко разбить.

АЛЕКСАНДРА: И он это добросовестно разгромил. И после этого я как-то разочаровалась немножечко.

Ю. МОСИЕНКО: Я не очень понимаю, при чем тут русский рок вообще. Спасибо большое, Александра.

С. СОСЕДОВ: Да, дело в том, что такое поведение вообще характерно для рокеров, и оно, в общем-то….

Ю. МОСИЕНКО: Деструктивное.

С. СОСЕДОВ: Поведение переняли наши рокеры с запада. Достаточно вспомнить Яна Гилона.

Ю. МОСИЕНКО: Конечно. Наши-то советские музыканты берегли свою аппаратуру.

С. СОСЕДОВ: Ян Гилон тоже бил гитары. И даже как-то взрывал на сцене динамики. И другие музыканты. Все это было. Все это известно.

Ю. МОСИЕНКО: Давайте напоследок еще один звонок примем. 783-90…

С. СОСЕДОВ: Поэтому разочаровываться, наверное, не стоит. Ну, а с другой стороны, русский рок, наверное, свою социальную функцию все-таки выполнил. Рок всегда должен быть в оппозиции.

Ю. МОСИЕНКО: Безусловно. Да, да, да.

С. СОСЕДОВ: Сегодня самая главная оппозиция находится в газетах, внутри самого общества.

Ю. МОСИЕНКО: Мы хотели перемен, мы их получили. 783-90-25 – для москвичей, 783-90-26 для не москвичей. Все-таки попробую принять звонок от тех, кто слушает нас за пределами Москвы. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Меня зовут Александр. Я звоню из Санкт-Петербурга.

Ю. МОСИЕНКО: А почему же день, Александр? У нас вроде нет разницы во времени.

АЛЕКСАНДР: Ну, вечер, безусловно, да. Но это, конечно же, по поводу Пугачевой. Как-то я так слушал с самого начала эфир и получилось, что красной нитью, действительно, Алла Борисовна проходит. Ну, я поклонник Пугачевой с самого, самого детства. «Все могут короли», и прочие, прочие песни конца 70-х годов.

С. СОСЕДОВ: Замечательно. И доарлекиновский период.

АЛЕКСАНДР: Арлекиновский период – нет. В 75 г. я еще не родился. В 76-м родился и естественно соответсвтвенно «Все могут короли» уже по полной.

Ю. МОСИЕНКО: Понятно, так, Александр, значит, о чем говорим.

АЛЕКСАНДР: Значит, единственное, с чем я хочу не согласиться с Вашим гостем по поводу того, что Пугачеву можно сравнить с Леонтьевым. Я считаю, что Пугачеву нельзя в России сравнить ни с одним артистом.

Ю. МОСИЕНКО: Значит, Сергей сказал по-другому. Он сказал: Леонтьев – это Пугачева в мужском обличии.

С. СОСЕДОВ: Да, да. Я сказал, что Леонтьев, это Пугачева в мужском обличии. Ну, это, конечно, натяжка, безусловно. Это натяжка.

Ю. МОСИЕНКО: Александр, не обижайтесь. Мы совсем другое имели в виду. Мы имели в виду…

С. СОСЕДОВ: Свободу самовыражения.

Ю. МОСИЕНКО: Номеров один.

АЛЕКСАНДР: Нет, я понимаю, я просто…

С. СОСЕДОВ: Да, да. Свобода самовыражения. Он тоже начал трясти гривой, ярко петь.

АЛЕКСАНДР: Но я хочу еще раз подчеркнуть, что дело в том, что не в популярности Пугачевой, а просто в ее статусе, который, ну, честно говоря, я подозреваю, что в ближайшие десятки лет,…

Ю. МОСИЕНКО: Т.е. равных ей нет и не будет, да.

АЛЕКСАНДР: Дело не в том, что равных, а невозможно будет просто этот статус просто поменять. Просто вряд ли родится личность такого масштаба. Был Высоцкий, который мог как-то спорить, потому что вот по количеству миллионов людей в стране, которые любили Высоцкого вот как бы потом появилась Пугачева.

Ю. МОСИЕНКО: Спасибо большое, Александр. Простите, пожалуйста, у нас совсем уже осталось…

АЛЕКСАНДР: Да, вот это все что я хотел сказать.

Ю. МОСИЕНКО: Спасибо большое.

С. СОСЕДОВ: Да, да. И о масштабе личности, безусловно.

Ю. МОСИЕНКО: Напоследок я хотела бы заметить, что каждый любит по-своему. Конечно, нехорошо, когда твоя любовь безответна, когда ты не получаешь того, что ждешь. И приятно, когда она имеет отклик. К сожалению, законы физики в фанатском деле работают не всегда. И угол падения не всегда равен углу отражения. Как бы там не было. Фанаты – люди закаленные. Они привыкли ко всему. Это была программа «Привычка жить». У меня замечательный был сосед… Ой! (Смех). Сосед. Чудесная оговорка под конец.

С. СОСЕДОВ: Сосед – Сергей Соседов. Так и есть.

Ю. МОСИЕНКО: Да, тавтология такая. Гость был – музыкальный журналист и критик – Сергей Соседов. Спасибо Вам большое. Хотелось бы в следующий раз, если мы Вас позовем. И опять же, наверное, это будет фанатская тема. Ну, не фанатская любовь, а может быть, какие-то экстремальные вещи.

С. СОСЕДОВ: Ну, мы можем поговорить и о музыке, наконец, более подробно.

Ю. МОСИЕНКО: О музыке, наконец… Вы знаете, на нашей радиостанции как-то о музыке говорят мало. И музыки самой звучит мало.

С. СОСЕДОВ: А жаль.

Ю. МОСИЕНКО: Ну, мы постараемся исправиться.

С. СОСЕДОВ: Пусть будет хорошая музыка.

Ю. МОСИЕНКО: Напоследок. Скажите, пожалуйста, должны ли появляться новые фанаты. И кто из звезд достоин сейчас этого? Из молодых?

С. СОСЕДОВ: Ну, должны, не должны – не нам решать. Это все возникает стихийно. Если кто-то будет достоин новых фанатов, новых поклонников, новой волны…

Ю. МОСИЕНКО: Кто, по вашему, достоин сейчас из молодых?

С. СОСЕДОВ: Кто достоин? Наверное, у них есть. Кто? Басков, кто там «Смэш» развалившийся. Не знаю, сейчас, наверное, делят поклонников.

Ю. МОСИЕНКО: Да, да, да. Делят – на черных и белых.

С. СОСЕДОВ: Наверное, они. Хотя это уже, наверное, поклонение другого рода. Более что ли корыстное какое-то. Что-то поиметь, что-то где-то. Сегодня поклонники все-таки  ну более мелкого пошиба на мой взгляд. Потому что мельчают артисты, мельчают и поклонники. Это неизбежно.

Ю. МОСИЕНКО: Вы никого не можете выделить и сказать, что вот этот человек достоин того, чтобы за ним ходили толпы поклонников, поклонниц. Ну, голос у Стаса Пьехи, например, как Вам?

С. СОСЕДОВ: Да, замечательный артист. И у него есть поклонницы.

Ю. МОСИЕНКО: И их много.

С. СОСЕДОВ: Да, но дай Бог, чтобы он их не разочаровал. Потому что 2-3 хорошие песни, это еще не все. Надо из года в год поддерживать этот хороший уровень.

Ю. МОСИЕНКО: Надеюсь, что мы Вас не разочаровали с моим гостем, уже я не буду оговариваться, с Сергеем Соседовым, музыкальным журналистом и критиком. Ждем Вас еще раз в гости. Спасибо большое. Это была «Привычка жить». Спасибо Вам.

С. СОСЕДОВ: До свидания. Всего доброго.





Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире