'Вопросы к интервью
К. ЛАРИНА — 13 часов 16 минут. Добрый день ещё раз. Это радиостанция «Эхо Москвы». В студии ведущая эфира Ксения Ларина.







Мы начинаем программу «Культурный шок», которая транслируется не только по радио, но и на нашем сайте в Интернете. Компания «Сетевизор» транслирует это в видеоверсии. Можете подключаться и посмотреть. Нас сегодня много в этой студии собралось. Поскольку и тема у нас такая серьёзная. Тема у нас формулируется так: «Судьба Дворца пионеров на Воробьёвых горах». Ну, мы по привычке называем «Дворец пионеров», хотя это Дворец детского и юношеского творчества, по-моему, так называется. Все здесь лица заинтересованные, включая ведущую. Поскольку я выпускница Дворца пионеров, я свой первый опыт театральный получила на сцене Театра юных москвичей и благополучно завершила эту актёрскую карьеру на сцене Дворца пионеров. И поэтому для меня это тоже своеобразная альма-матер. Здесь в студии представлю всех участников сегодняшнего разговора. Значит, ну, давайте так начнём. Марина Умрихина, начальник Управления социализации и дополнительного образования Департамента образования Москвы. Марина, насколько я понимаю, курирует как раз деятельность и конструкцию Дворца пионеров. Здравствуйте, Марин. Алексей Александрович Анисин, начальник северо-западного окружного управления образования. Добрый день, Алексей, здравствуйте.

А. АНИСИН — Добрый день.

К. ЛАРИНА — И здесь у нас с одной стороны представители общественности, что называется, поскольку лицей «Воробьёвы горы» как раз находится в том числе и на территории Дворца пионеров. Там есть залы, в которых занимаются учащиеся лицея. Здесь у нас Роман Доброхотов, выпускник лицея «Воробьёвы горы». И он же журналист. Сейчас работает на сайте «slon.ru». Ромочка, привет.

Р. ДОБРОХОТОВ — Добрый день.

К. ЛАРИНА — И Евгения Абелюк, которую вы привыкли слушать в «Родительском собрании», но сегодня она впервые в такой передаче выступает. Напомню, Евгения Семёновна – преподаватель литературы и русского языка в том числе и в лицее «Воробьёвы горы». И во дворце работала много-много лет, да?

Е. АБЕЛЮК — Много лет. Да, здравствуйте.

К. ЛАРИНА — Первый сигнал SOS прозвучал на Facebook’е, когда пользователь Катерина Багдасарова опубликовала такой совершенно крик отчаяния, связанный с ситуацией во Дворце пионеров. Здесь она в своём тексте, опубликованном на Facebook’е, как раз рассказала нам о том, что грядёт обширная реконструкция Дворца, что по сути 2 корпуса – пятый и восьмой – забираются (говорю так, как написано) под Академию художественной гимнастики Ирины Винер, что сменилось руководство Дворца, что уволен директор, который там работал в течение 10 лет и сейчас появилось новое руководство. В общем, короче говоря, поднимала, что называется, народ на борьбу. После этого включились журналисты в эту ситуацию. И Роман Доброхотов подробно решил разобраться в том, что там происходит. Я думаю, что сейчас я Роме слово передал, для того чтобы он нам изложил тезисно краткую историю вопроса.

Р. ДОБРОХОТОВ — Да, ну в двух словах надо сказать вообще, что такое Дворец пионеров, потому что слушатели могут не понимать, почему так

К. ЛАРИНА — Возбудились.

Р. ДОБРОХОТОВ — Да, мы внимательно относимся к этому делу. Просто действительно совершенно не такое какое-то рядовое учебное заведение. Само оно как именно заведение появилось в 30-ых годах прошлого века. В нынешнем своём облике, то есть с нынешним зданием, с нынешней территорией было построено в 62, если не ошибаюсь, году. И уже тогда, в общем, оно было в определённом особом статусе, потому что и здание, и территория, на которой находится, являются памятниками. И, наверное, главное всё-таки – это то, что внутри заведения, а не сами его стены, а внутри, я думаю, не преувеличу, если скажу, что несколько сотен различных секций, школ, кружков…

К. ЛАРИНА — Бесплатных?

Р. ДОБРОХОТОВ — Я думаю, что 100% из них либо бесплатные, либо уж совсем какие-то символические деньги, да, то есть это кружки, которые доступны в том числе и для детей из малообеспеченных семей, и там, вот, я знаю, гандбольная секция, которая подготовила нескольких олимпийских чемпионов. Там занимаются в том числе дети из детдомов вообще. Собственно, им, может быть, и негде социализироваться, кроме как вот в таких заведениях. Кстати, по примеру Дворца пионеров московского было построено множество дворцов пионеров в разных других городах. Мы можем вспомнить, что Дмитрий Медведев любит вспоминать, как он учился фотографировать во дворце пионеров, очевидно имея в виду питерский Дворец пионеров. В общем, понятно, что это была такая схема реализации дополнительного образования для детей из самых разных областей, я не знаю, как это сказать, сословий, что ли, да, то есть в том числе для самых малообеспеченных. И каким-то чудом Дворец пережил вот эти бурные 90-ые года, пережил множество атак. В том числе…

К. ЛАРИНА — Никто его не приватизировал, никому его не отдали.

Р. ДОБРОХОТОВ — Были попытки со стороны супруг Батуриных и прочих разных лиц. Но отчасти благодаря тому, что это памятник, удалось тогда и дворец, и находящийся внутри него лицей «Воробьёвы горы», о котором потом, наверное, Евгения Семёновна подробнее расскажет, удалось отстоять. Что произошло в этом году? Я буду рассказывать, конечно, немножко укороченную версию.

К. ЛАРИНА — Давай быстрее. А то у нас народу много. Чтобы уже все высказались. Просто кратко ввести в курс людей.

Р. ДОБРОХОТОВ — В марте, если быть точным…

К. ЛАРИНА — 5 марта.

Р. ДОБРОХОТОВ — 5 марта. Мы говорим об одном и том же, да? Значит, директор лицея Дмитрий Монахов, в котором проработал, если не ошибаюсь, около 10 лет в этой должности.

К. ЛАРИНА — Директор дворца?

Р. ДОБРОХОТОВ — Директор Дворца пионеров, да.

Е. АБЕЛЮК — Во-первых, он был воспитанником дворца. Потом он был педагогом, заместителем директора, там…

К. ЛАРИНА — Он ушёл в отставку.

Р. ДОБРОХОТОВ — Он ушёл в отставку. Вроде как по собственному желанию. Но там предшествовала проверка со стороны департамента образования, насколько я понимаю. Ну, во всяком случае, со стороны правительства Москвы. И вроде бы как я слышал ещё такую версию, что там были какие-то финансовые нарушения, но по крайней мере из того, что я видел, вот, какие бумаги, да, из того, что я реально предъявлял, какие-то совершенно смехотворные обвинения, что он что-то продавал…

К. ЛАРИНА — Чучела какие.

Р. ДОБРОХОТОВ — Чучела или тушки какие-то. В общем, никаких серьёзных реально обвинений мне в адрес Монахова найти не удалось. И причина, по которой он подал в отставку, серьёзной такой причины я тоже не увидел. Потом была версия, да, по крайней мере, которая потом получала разные интерпретации о том, что в Дворец пионеров должна въехать Академия спорта Ирины Винер, которая будет там готовить, соответственно, гимнастов, пользуясь при этом 8-ым и 5-ым корпусом. При этом надо сказать, что уже сейчас в Дворце пионеров, естественно, свободных помещений нет. И обитатели 8-го и 5-го корпуса очень сильно забеспокоились, потому что в одном и том же зале заниматься вместе с Ириной Винер довольно проблематично в одно и то же время. Мне кажется, главная проблема – то, что с коллективом дворца никто не разговаривал, им ничего не объясняли, ЧТО происходит, КУДА они потом все денутся, ремонт одновременно происходит и перестройка, соответственно, Дворца. Будут ли они выгнаны в этот момент на улицу? Как мне люди жаловались, да, тот же самый начальник гандбольной секции, представители собственно лицея говорили, что сейчас будет ремонт, нас отсюда под предлогом ремонта выгонят, после ремонта отдадут Ирине Винер, а вам скажут – ну, как бы извините, да? Последнее, что надо сказать – это то, что, ну, сейчас подробнее будем ещё объяснять все эти нюансы, потому что с Ириной Винер, как оказалось, что всё-таки будет подписан договор такой, что она не будет въезжать в эти здания, а будет только тренировать в свободное время и может быть какой-то просто будет с ней подписан договор о сотрудничестве, но не подразумевающий её въезд в здание, да? Но в чём самая острая проблема сегодня – это то, что было распоряжение контрольно-ревизионного управления правительства Москвы о том, чтобы расторгнуть договор с лицеем «Воробьёвы горы», где учатся сотни лицеистов. 500 человек, да, примерно? 500 человек. Под тем предлогом, что когда заключался договор, он не был оформлен через департамент имущества, много лет никого не напрягало. Тут вдруг внезапно оказалось, что это такой произвол, что надо срочно его пресечь и договор расторгнуть. И я вчера буквально разговаривал с директором Дворца. Если он меня успокоил по поводу…

К. ЛАРИНА — Это новый директор, да?

Р. ДОБРОХОТОВ — Новый директор, да. Шажков его фамилия. Он меня успокоил по поводу Ирины Винер. Сказал, что там как бы с ней всё отменяется в том виде, в котором это было изначально. И будет только какой-то такой договор о сотрудничестве, ни к чему не обязывающий, да, то в случае с лицеем ситуация абсолютно неясная, потому что всё-таки этот договор действительно будет расторгнут. А что будет вместо него, до сих пор неизвестно. И мне хотелось бы услышать сейчас от департамента образования, от его представителей, всё-таки некие заверения о том, что эта ситуация находится под контролем и что действительно все эти какие-то юридические маленькие нюансы – их можно ради тех 500 человек, ради той уникальной атмосферы лицея, которая сейчас есть, всё-таки решить.

К. ЛАРИНА — Ну и там ещё одна тема была. Как я поняла, среди преподавателей, воспитателей, которые работают во Дворце пионеров, ещё возник этот слух, активно муссировался, что какие-то кружки и секции перейдут на…

Р. ДОБРОХОТОВ — На самоокупаемость, да.

К. ЛАРИНА — Самоокупаемость.

Р. ДОБРОХОТОВ — На полном серьёзе об этом говорили представители самых разных секций, говорили, что Исаак Калина, который является главой департамента образования, что он проводит такую политику, нацеленную на то, чтобы перевести 70% этих кружков на самоокупаемость. Правда, когда я разговаривал с представителями департамента, все говорили, что это как бы полный бред, что ничего такого не будет, что всё это слухи. Ну, опять же, это свидетельствует, видимо, о том, что с людьми не поговорили и не объяснили эту концепцию.

К. ЛАРИНА — Самое главное, что всё началась паника с того, что по-прежнему, как в советское время, питаемся слухами. Что никто людям ничего не объяснил толком. Вот, поэтому прежде всего родительская общественность подняла, естественно, бучу, что называется. И 30 числа, насколько я знаю, даже был митинг в защиту Дворца пионеров. Ну, давайте мы сделаем так. У нас остаётся 4 минуты до перерыва. Я всё-таки предпочитаю дать слово для ответа кому-то из представителей департамента. Марина, наверное, вам. Вы так активно записывали за Романом, да? А во второй части потом и Женя подключится, и Алексей. Пожалуйста, Марина.

М. УМРИХИНА — Спасибо, спасибо. Ну, с чего бы хотелось начать, да? Полнится земля слухами. И в этом беда, наверное, всех, да? И родителей, и детишек. Вот, возникновение этой ситуации, вот, наверное, оно предопределилось именно этим. Ну, вот, знаете, наверное, в отсутствие сейчас и здесь в студии персон, которых нет, наверное, обсуждать эту тему было бы неправильно и не очень корректно.

К. ЛАРИНА — Конечно.

М. УМРИХИНА — Ну, я о Дмитрии Монахове. Давайте как бы эту тему сейчас просто не обсуждать, её закроем. Если говорить обо мне, то я с большим уважением отношусь к Дмитрию Львовичу, и на сегодняшний момент могу сказать, что его решение было абсолютно личным о том, чтобы уйти с этой должности. Оно просто было поддержано в департаменте. Я на этом комментарий остановлю. А всё, что связано уже с назначением, это абсолютно так. И на сегодняшний день здесь назначен руководитель. И он уже работает. Сегодня, вот, Андрей много здесь вопросов затронул. С чего бы мне хотелось начать?

К. ЛАРИНА — Роман, наверное.

М. УМРИХИНА — Роман. Извините. Роман. Значит, мне бы хотелось начать с того, что тема связана с тем, что это единственное место в Москве, куда можно сегодня придти… да, это место, которое востребовано, в которое сегодня приходит почти 16000 мальчишек и девчонок из города. И… но я могу сказать сразу, что это не единственное место.

К. ЛАРИНА — Оно культовое.

М. УМРИХИНА — Оно культовое, да.

К. ЛАРИНА — Понимаете, есть загсы, а есть грибоедовские.

М. УМРИХИНА — Я думаю, что судьба моя лично связана с Дворцом. Я бывшая пионерка и вожатый, и ровно как у многих других жителей города. Так и есть. Слов из песни не выбросишь: так оно и есть. Но тем не менее, система дополнительного образования в городе сильна, мы её развиваем. И сегодня более 300 тысяч мальчишек и девчонок москвичей занимаются только в учреждении дополнительного образования города, не считая системы, которая создана именно в учреждениях образования в целом. Итак, Дворец. Значит, на сегодня… бывает также сегодня тема поставлена и тема стоит, она связана с ремонтом. Значит, на сегодняшний день составлен абсолютно чёткий план департамент образования, он доведён до сведения, и здесь работает целый штаб во Дворце, куда входят представители Дирекции по эксплуатации зданий. На сегодняшний день уже проведены конкурсные процедуры. И начиная с 6 июня часть ремонтных работ, которые направлены на подготовку к новому учебному году, уже начинаются.

К. ЛАРИНА — Это в двух корпусах или целиком на всей территории Дворца?

М. УМРИХИНА — Речь идёт о корпусах. Есть специальный план, и здесь часть помещений 8-го корпуса. Значит, 5-ый корпус не будет пока ремонтироваться. Восьмой корпус. Речь шла о раздевалках, спортивных, да, вот, которые поднимался вопрос. Речь шла об отдельных помещениях в 11-ом корпусе и о работах, связанных с благоустройством территорий.

К. ЛАРИНА — То есть ещё раз, Марин, 5-ый и 8-ой корпус не будут закрываться целиком и полностью под капитальный ремонт.

М. УМРИХИНА — Значит, вообще корпуса закрываться не будут. И те ремонтные работы, которые сегодня намечены, они пройдут в режиме до 15 августа.

К. ЛАРИНА — Внимание, у нас сейчас небольшой перерыв на новости. Потом продолжим с вами же, Марин, да? Сейчас новости.



НОВОСТИ



К. ЛАРИНА — Продолжаем программу. Напомню, что сегодня мы говорим о судьбе Дворца пионеров на Воробьёвых горах. Марина Умрихина остановилась на страшном слове «ремонт», который для учреждений культуры за последние годы стало равноценно физической смерти. Я знаю главных режиссёров… что тут Дворец пионеров… главные режиссёры театром готовы сидеть в аварийном помещении и терпеть, что на них штукатурка будет сыпаться сверху, только не отдавать своё здание под капитальный ремонт, потому что никаких гарантий нет, что театр и труппа, этот коллектив, вернётся обратно после того, как этот ремонт завершится. Поэтому, к сожалению, да, мы доенное молоко. Но что теперь делать, Марин, такая жесть. Давайте продолжим, что называется, по событиям и по главным точкам, которые обозначил Рома Доброхотов. Что касается Академии художественной гимнастики, про это скажите.

М. УМРИХИНА — Вы знаете, я бы хотела перед этой темой всё-таки ещё раз, вот, на общее понимание и чтобы эти слухи развеять. Сегодня подтверждается, что бюджет пойдёт на увеличение. А это значит, что мы гарантируем сохранить количество бесплатных объединений не только во Дворце, но и в системе всего дополнительного образования и в целом системе образования. Поэтому вот эти слухи нужно развеять, вот. А то, что сегодня имеет место быть платность, так это сегодня разрешает устав учреждения, и, ну, вы знаете, процент у нас минимизирован, практически…

К. ЛАРИНА — Понятно.

М. УМРИХИНА — Не только во Дворце творчества. Вот. Итак, слово «ремонт». Не хочется соединять со словом «ужасный», поскольку мы распланировали так эту тему во Дворце, чтобы никаких переселений, отселений, никакой приостановки в работе учебных групп, которые сегодня, да, есть. Во-первых, максимальные все виды работ – закончить намеченные работы до 20 августа.

К. ЛАРИНА — То есть до начала учебного года?

М. УМРИХИНА — До прихода ребят. Да, с 15 мы, как вы знаете, начинаем запись детей в систему. И дворец активную запись начинает. То есть к 1 сентября, вот, намеченные задачки будут выполнены. Что касается больших реставрационных работ дворца, то это тема не 12-го года. Сейчас мы там начинаем предпроектные работы. И что касается параллельно с этим, значит, Дворец сейчас работает над программой развития, над концепцией. И здесь наши партнёры должны быть не только наши эксперты из педагогического сообщества, наши уважаемые коллеги в системе столичного образования, наши учителя, но и родители. И вы знаете, они подтвердили своё желание не только на последние встречи, которые мы проводили и в департаменте, и в стенах дворца, вот, сегодня и перейти на новый уровень партнёрских взаимоотношений. И вот эти слухи, которые сегодня рождались во дворце, наверное, они рождались из-за того, что неправильно всё-таки были выстроены отношения администрации дворца с сообществом родителей. И даже мы… я сама обратила на это внимание, что сообщество родителей тоже разделилось на некие группы. И единства мнений там тоже нет.

К. ЛАРИНА — Марина, у нас времени мало. Давайте про Винер расскажите, чтоб этот слух подтвердить или развеять.

М. УМРИХИНА — Вы знаете, я могу сказать, что не только учреждение системы, но и Дворец имеет сегодня много партнёрских взаимоотношений с представителями научных организаций, вузов, спортивные федерации. И тот договор, в рамках которого сегодня работает департамент образования с международной академии Винер, он есть.

К. ЛАРИНА — В чём он заключается?

М. УМРИХИНА — Звёздные дети. И в этом проекте у нас сегодня работает достаточное количество образовательных учреждений, мы его будем развивать. А что касается…

К. ЛАРИНА — Помещений.

М. УМРИХИНА — Помещений дворца, то в рамках сотрудничества мы видим здесь определённые мероприятия, которые будут связаны с продолжением работы по методической подготовке педагогов, здесь будут проходить конференции, совещания. О размещении пока конкретной информации я сказать… я могу сказать, что размещать на сегодня, вот, в 5-ом и 8-ом корпусе мы не планируем, мы не планируем. Вот.

К. ЛАРИНА — Никаких специальных помещений для Академии Ирины Винер, предоставленных на территории Дворца, не будет?

М. УМРИХИНА — Не будут. Не будут. Но взаимодействовать и Дворец, и система учреждений департаментов будет. И этого никто ещё не отменял и не запрещал. И, наверное, эти люди, имеющие статус признанной не только в городе системе, но и в мире, сегодня более для нас полезен, нежели чем, может быть… и спасибо тем людям, которые сегодня сотрудничают с системой. Она должна развиваться. Эти люди нам сегодня помогают её развивать.

К. ЛАРИНА — Давайте слово дадим Алексею Александровичу. А то он затосковал уже. Пожалуйста. Если что-то добавить, может быть, к тому, что сказала Марина, да?

А. АНИСИН — Ну, добавить я что могу? Я здесь сижу не как чиновник, а как эксперт всё-таки.

К. ЛАРИНА — Так, угу.

А. АНИСИН — Потому что так же как и Дмитрий Львович Монахов, о котором уже сегодня дважды упоминалось, в течение 10 лет работал директором окружного дворца творчества. Нас назначили с ним в один год. Ну и, соответственно, он уволился 5 марта, я уволился 15 февраля. И теперь работал начальником окружного управления образования. Я думаю, что и Дмитрию Львовичу будет предложена какая-то достойная роль в системе образования, наверняка это случится. Если говорить о судьбе Дворца с точки зрения, вот, моей как человека понимающего, как работает сейчас система дополнительного образования, то я-то вижу перспективу в том, чтобы Дворец становился автономным учреждением. Дворец – ведь это по сути целый город. Город внутри города. И управлять Дворцом в ручном режиме, управлять Дворцом из одного центра, ну, наверное, это не очень правильно. Кто управляет Гарвардским университетом? Кто управляет Московским университетом? Это такой консорциум, если хотите, совершенно потрясающих различных уникальных субъектов, каждый из которых имеет своё понимание, своё представление о том, как они должны развиваться. И статус автономии – он с одной стороны позволит избежать излишнего административного давления, даст Дворцу как субъекту образовательного пространства Москвы максимальные полномочия и возможности юридические и экономические. И при этом даст возможность обеспечить внутреннее самоуправление.

К. ЛАРИНА — А зарабатывать?

А. АНИСИН — Знаете, я вообще не очень понимаю, почему вокруг этого зарабатывания такой ажиотаж. Дворец в настоящий момент – это открытые цифры, их можно найти в Интернете, вот, прямо сейчас. Бюджет Дворца – это 10% бюджета всего дополнительного образования Москвы. То есть средняя обеспеченность бюджетными средствами Дворца – она вдвое выше, чем средняя обеспеченность всей системы. Вот, у меня в округе действуют учреждения дополнительного образования. Детей в этих 10 учреждениях где-то, наверное, ну, процентов на 80 больше, чем во дворце. При этом бюджет этих 10 учреждений 400 миллионов рублей, а бюджет Дворца 700 миллионов. То есть в пересчёте на одного ребёнка…

К. ЛАРИНА — Статус автономии – он же даёт возможность каким-то образом ещё и вести коммерческую деятельность?

А. АНИСИН — Ну, мы сейчас уйдём немножко в другую тему, это тема 83-го Федерального закона.

К. ЛАРИНА — Да, да, я спрашиваю.

А. АНИСИН — Я могу чётко вам сказать, как человек, знающий 83 федеральный закон и много раз по этому поводу выступавший. Никакой принципиальной разницы с тем, что есть сейчас, не будет. Возможности появляются, но ведь возможность – это не обязанность. Вы можете пользоваться, можете нет. В плане привлечения дополнительных средств это даёт возможность большей свободы этому учреждению распоряжаться этими деньгами. Но это не обязанность их зарабатывать. При том бюджете, который сейчас есть у Дворца, и при тех планах, которые сейчас Марина Евгеньевна озвучила, это же официальные планы, бюджет следующего года. Дворец может не думать о том, где ему взять денег. Я как эксперт уже, не как чиновник, а как эксперт могу сказать, что это неправильно. Что если учреждение хочет существовать надёжно, необходимо диверсифицировать источники, за счёт которых оно существует. Необходимо заниматься фандрайзингом, это абсолютно цивилизованная правильная практика во всём мире принятая, крупнейшие образовательные центры за счёт фандрайзинга обеспечивают до 30% своего бюджета. У Дворца сейчас такой необходимости нет. Я думаю, что учреждение, руководство учреждения должно на эту тему задуматься и начать постепенно эту политику проводить.

К. ЛАРИНА — Ну что, «Воробьёвы горы»? Евгения Семёновна, вам слово. У вас какая информация? У вас что говорят?

Е. АБЕЛЮК — Вы знаете, да. Я буду говорить как учитель, работающий в лицее «Воробьёвы горы», но я буду говорить как человек, который работает во Дворце. Я во Дворце с 75 года. Можно сказать, что я была среди тех, кто этот лицей во Дворце создавал, будучи… я руководила студией литературного творчества во дворце. И, собственно, на основе этой студии мы поначалу этот лицей и создавали. И все, кто сейчас работает в лицее, они фактически работают и во Дворце. Настолько там всё это вместе. Что вижу я? Ну, действительно, я вижу заинтересованность департамента образования, системы дополнительного образования. Нам говорят, что хотят Дворец модернизировать, и я понимаю, я думаю, что все понимают, что есть во Дворце, что менять и есть, куда вкладывать средства, хотя я очень хорошо знаю, как всегда работал Дворец. Я ещё в разных учреждениях работала образовательных и не видела ни одного такого учреждения, где бы так, настолько интенсивно работали люди, где бы так много каких-то новых проектов делалось, где бы, понимаете, я когда начинала ещё, я очень хорошо это помню, ведь невозможно было, например, наверное, школьным учителям даже сказать, какую зарплату ты там получаешь. Потому что мы получали все деньги меньшие, чем школьные учителя, такое это было время в 70-ые-80-ые годы.

К. ЛАРИНА — Сейчас больше?

Е. АБЕЛЮК — Да. Не знаю, больше ли. Я сейчас уже во Дворце не работаю, сейчас я учитель. Но так было всегда. И в итоге в эту систему отбирались совершенно удивительные люди. Там много заслуженных тренеров, заслуженные актёры, артисты, заслуженные учители, кандидаты, доктора наук, и так далее. То есть на самом деле совершенно удивительная атмосфера, много замечательных людей. Там опытная администрация. Другое дело, что, наверное, та вертикаль, которая сейчас выстроена в нашем государстве была куда раньше и педагогу могли бы уделять как раз во Дворце больше внимания, чем уделяли, вот. Ну, я говорю – там было разное, но было очень много хорошего, много замечательного. И, кстати, я помню, когда мы задумали этот наш лицей, знаете, с чего все начиналось? Мы с ребятами, с кружком моим, делали комментарий к «Реквиему» Ахматовой. «Реквием» тогда ещё даже не был опубликован. И потом, когда «Реквием» был опубликован, вскоре за этим вышел наш комментарий. И пока мы делали эту работу, вот такая вещь до меня дошла, что исследование должно идти параллельно с обучением, потому что есть какие-то лакуны, которые надо заполнить в образовании. И напротив, в образовании очень полезным будет вот такое увлечение, да? Мы заговорили о возможности учебного заведения. Шли 90-ые годы. В 90-ом году открылся первый наш класс. И традиции Дворца именно легли в основу того, что мы сделали в лицее. Получилось, вот, то, что получилось, между прочим, показало, какой потенциал у того образования, которое как раз в эти годы назвали дополнительным. До этого это всё было, знаете, внешкольные работники, которые совершенно никак не котировались. Огромный потенциал. И в начале 90-ых годов даже заговорили о том, что нужно создавать учебники для системы дополнительного образования. Ну, это, конечно, сделано не было. А идея возникла неслучайно, потому что оказалось, что наработано столько, что вообще-то нашему образованию это было бы всё очень полезно. Но потом об этом благополучно забыли. Ну, вот, хотелось бы мне больше сказать о лицее, но понимаю, что нет… возможно, скажу о другом. Скажу о том, что шум, волнения возникли неслучайно. Хочу сказать о том, с чего началась эта модернизация, будем надеяться, что это модернизация. Даже не с увольнения Дмитрия Львовича Монахова. Руководители департамента гуляли по Дворцу по отделу экологического образования. Отдел экологического образования имеет свой небольшой зоопарк, имеет свой музей, который создавался десятилетиями, потому что, вы знаете, Дворец был таким учреждением, ну, с таким политическим привкусом, и все высокие гости приезжали во Дворец, везли детям подарки, и так далее. И руководство департамента заподозрило, что что-то тут нечисто. Не может быть такая коллекция просто так. И я знаю о том, что Дмитрию Львовичу сказали, что у вас, наверно, существует какой-то подпольный цех по изготовлению чучел и тушек. Ну, правда, анекдот? Анекдот. Ну, я внимательно вас слушала. Позвольте, я всё-таки скажу. Если это слух, мне жалко, я не понимаю, почему такой слух возник и думаю, что всё-таки дыма без огня не бывает. Я знаю, что Татьяна Давыдова, которой тоже было сказано нелестного, это как раз заведующая центром экологического образования, очень уважаемый в городе человек, подала заявление об ухода. Она осталась во Дворце в итоге, но не на своей должности. И вот эта ситуация коллектив Дворца абсолютно потрясла. Это была история с Татьяной Давыдовой. Дальше возникла история с Ириной Винер. Да, слухи, да, мы ничего не знали, ничего не слышали. Но в какой-то момент мне показывают протокол рабочего совещания, которое прошло в департаменте образования, и я цитирую.

К. ЛАРИНА — 3 мая 11-го года, да.

Е. АБЕЛЮК — «Поручить управление социализации дополнительного образования, — и так далее, — проработать такой-то срок, — и так далее, — организационно-правовые вопросы, о совместной работе и РАЗМЕЩЕНИИ подразделений … международной академии спорта Ирины Винер и подготовить соответствующие распорядительные документы. Ответственная – Марина Умрихина». Ну и ещё там ряд пунктов. 5-ый пункт. «Поручить администрации … московского городского Дворца детского и юношеского творчества совместно с … международной академией спорта Ирины Винер… разработать план по использованию спортивного и концертного залов, внести корректировку в действующие планы занятий, мероприятий и доложить…»… ну и так далее. Мне рассказывали, опять же, вроде слухи, но не могу о них не сказать, потому что они тревожат, что человек, который представлял Дворец на этом совещании, задал вопрос… не знаю… у Натальи Сергеевны задал вопрос – а куда же деваться детям, допустим, из 5-го корпуса, только в 5-ом корпусе 1600 детей примерно проходят за год, вот, занимаются в 5-о корпусе. Из них 1400 в бесплатных группах. И на это якобы было сказано – ну, вы городское учреждение, работайте с городом. Конечно, в школах замечательно иметь кружки, но дети со всего города в эти кружки не смогут ездить. И наконец история с лицеем. Мне кажется, у меня такое ощущение, что действительно департамент сейчас внимательно отнёсся к этой концепции лицея, действительно почувствовал, что вот это нечто интересное. Вот такая детская академия, которая если отсюда переместить, да, можно перевести, но многое потеряется. Но вместе с тем директор лицея получила уведомление о том, что лицей должен до 1-го июля, или, там, 1 июля съехать с территории Дворца, потому что…

К. ЛАРИНА — У неё есть такой документ?

Е. АБЕЛЮК — Да, у неё есть уведомление. Уведомление о расторжении договора, о безвозмездном использовании лицеем площадей Дворца, договор №4 от 1.09.2004, в связи с требованием главного управления государственного финансового контроля города Москвы, проводившего финансовую проверку во Дворце, и подпись под этим документом стоит некого В.С.Макарова. То есть получается, вроде нас уже заверили, что Винер не займёт эти помещения. Да если б они были, ради Бога, мне кажется, замечательно, если можно с кем-то сотрудничать. Но их нет. Но вместе с тем, если Винер можно предоставить такие помещения, почему с ней можно заключить договор о безвозмездном использовании помещений, а с лицеем нет. Понимаете, эти вопросы возникают. И поэтому, с одной стороны, мы видим желание департамента помочь системе. Ей надо помогать. А с другой стороны какие-то такие странные способы. Можно же выплеснуть ребёнка с водой, понимаете? Надо не разрушить то, что мы имеем. Пока, вот, та история, например, с тушками – это гротеск, это, понимаете, страничка в «Истории одного города» Салтыкова-Щедрина, а не в истории модернизации российского образования.

К. ЛАРИНА — Марина.

М. УМРИХИНА — Да. Искажать факты не нужно.

К. ЛАРИНА — Какие?

М. УМРИХИНА — Ну, первое. Как, вот, вы назвали, история с тушками. Вы знаете, вот, я сама лично была, если так можно сказать, свидетелем проведения того знакомства, как вы сказали, когда чиновники гуляли по Дворцу, ну, то, что чиновники часто приезжают в учреждение, это хороший знак, это нормально абсолютно.

К. ЛАРИНА — Ой, не говорите. Плохой это знак.

М. УМРИХИНА — Это нормально.

А. АНИСИН — Для чиновников.

М. УМРИХИНА — Я говорю – нормально для всех.

А. АНИСИН — Смотря какие чиновники.

М. УМРИХИНА — Вы знаете, вот, опять же, ну что мы сейчас… есть акт проверки, да? И поправлена та ситуация, и неслучайно, наверное, руководителем в тот момент учреждения, ещё Дмитрием Львовичем, было принято решение о том, чтобы руководители центра экологического образования… она сама ушла в отставку, как вы говорите. Были там вещи, которые надо было поправить, и их поправили. И давайте честно скажем: вот, у некоторых наших не чиновников, а тех, кто давно работает во Дворце, у которых, извините, глаз замылился на то состояние тех помещений, которые мы называем лабораториями творческими, научными, то состояние, в котором находятся и реализуется учебный процесс. И те замечательные наши программы… вот, наверное, давайте начнём с этого. И я думаю, что можно дать денег очень много и получить эти средства. Но есть вещи, которые можно делать без больших экономических вложений, а привести в порядок сначала те помещения, которые это может сделать сам Дворец даже без больших средств, как и любое другое учреждение. Что касается этой странички, я считаю, что её надо закрыть. Та ситуация, в которой нужно было что-то поправить в ней, там поправлено.

К. ЛАРИНА — А что поправить? Вы так говорите какое-то загадочное слово. Там есть нецелевое использование бюджетных средств, там есть какое-то уголовное дело, что там есть?

М. УМРИХИНА — Нет, там были замечания.

К. ЛАРИНА — Нарушения какие-то.

М. УМРИХИНА — Там были некие нарушения, которые были поправлены. Вот, я о чём говорю. И признано, кстати, педагогом. Вот, вы сейчас говорите о том, что у вас есть акты и прочее. Вот, давайте так. Вы эти акты не читали. И сейчас мы не будем этот предмет обсуждать. Всё, что касается центра экологии. Там есть официальные заключения, контрольные звёна управления департамента. И те факты, которые надо было подправить, их поправили.

К. ЛАРИНА — Я не очень понимаю. Это что за термин такой, я юридически не знаю такого термина – поправить. Что поправили?

М. УМРИХИНА — Исправить ситуацию.

К. ЛАРИНА — Как исправили?

М. УМРИХИНА — Если были перерасходованные средства выделенные, значит, они были внесены сотрудниками. У меня нет сейчас с собой этих материалов, но я считаю, что здесь эту тему беспочвенно обсуждать.

Е. АБЕЛЮК — Вы знаете, у нас действительно общие интересы в том смысле, что нам надо поднимать это дополнительное образование и вообще образование, с одной стороны. Но с другой стороны, наверное, всё-таки надо делать всё, не обижая людей, тем более людей, которые были хранителями долгое время, вот, тех же самых коллекций, понимаете. И никто перед Татьяной Давыдовой не извинился, а конечно, коллектив сотрудников был в этой ситуации абсолютно возмущён.

М. УМРИХИНА — … работать в центре экологического образования. Поэтому давайте…

К. ЛАРИНА — Так, друзья, у нас осталось 2 минуты до конца эфира. Про лицей скажите, про… да, что будет дальше-то.

М. УМРИХИНА — Наверное, то, что сегодня полное образование считается полным, когда оно соединено, когда общее соединено с дополнительным. И как раз тема, о которой сейчас вы говорили, она абсолютно подтверждает, что такое сообщество и содружество, как Дворец и лицей, должно быть. К. ЛАРИНА — Так. Что мешает этому?

М. УМРИХИНА — Ничего не должно мешать. Во-первых, первое и главное здесь – дети. Детей надо продолжать учить в лицее. То, что на сегодняшний момент департамент абсолютно с вами солидарен в том, что администрация Дворца в своё время не довела эту тему до логического завершения. И здесь сегодня юридические взаимоотношения, которые сегодня требуют разрешения, их нужно разрешить.

К. ЛАРИНА — Вы имеете в виду вот этот договор, который заново подписан?

М. УМРИХИНА — Конечно, конечно. На сегодняшний день никаких документов из стен департамента, которые касаются закрытия этого учреждения, не выходили. Такого документа нет. Вот. А то, что решать эту проблему надо лицею, лицею, администрации прежде всего, это однозначно. И мы будем её вместе решать. Я подтверждаю, что лицей будет жить.

А. АНИСИН — Я бы тоже два слова хотел добавить про лицей не с точки зрения конкретно ситуации Дворец-лицей, а с точки зрения взаимодействия общего и дополнительного образования. Сейчас в условиях, когда содержание образования стремительно устаревает, мы живём во время, когда процессы все резко ускоряются, важно, что-то содержание образования, которое культивируется в дополнительном образовании, оно зачастую перетекает в основное. Мы не можем знать, какой предмет через 5 или тем более через 10 лет станет основным. Поэтому взаимодействие учреждения основного и дополнительного образования, на мой взгляд, это очень перспективный тренд, и тот факт, что есть на базе Дворца общеобразовательное учреждение – лицей – это одно из хороших направлений для развития Дворца в целом.

Е. АБЕЛЮК — А можно, чтобы голос ребёнка прозвучал или нельзя?

К. ЛАРИНА — Уже нет времени. Я просто понимаю прекрасно, что мы многоточие ставим. Потому что, вы знаете, я думала, что мы все вопросы решим, что Марина, вот, как представитель департамента образования нам как бы все проблемы сегодня снимет, но чем больше мы говорим о гарантиях, тем меньше я вам в это верю, я вам скажу честно, потому что с одной стороны Марина Умрихина гарантирует, что не будут тронуты ни корпуса, ни дети, ни Воробьёвы горы, ничего, а с другой стороны есть документы, которые мы сегодня цитировали, и, вот, и Роман в своих материалах цитировал, и Евгения Семёновна сейчас в эфире то, что касается вот этого возможного сотрудничества с Ириной Винер, тоже непонятно, что. У нас есть плёночка, где Ирина Винер в нашем эфире, будучи в четверг, она тоже очень в большом недоумении восприняла этот вопрос, связанный с её возможным вселением во Дворец пионеров, сказала, что она вселяться никуда не собирается и ничего отнимать не собирается, что речь идёт только о том, о чем говорила Марина – о каких-то семинарах и мастер-классах работы с преподавателями, с тренерами, которые работают во Дворце. Вот, только так. Больше она ничего остального не подтвердила. У меня огромное количество СМС идёт от родительского комитета, которые, собственно, и являются главным возбудителем всех этих тревожных настроений в отношении Дворца. Мы чуть-чуть сегодня коснулись темы, но не стали её развивать – тотальной реконструкции. Давайте так. Я предлагаю всё-таки ещё встречу провести. Марина, я думаю, что вы не испугаетесь, придёте, и, может быть, действительно пригласить представителей родительского комитета, которые зададут вам лично свои вопросы в прямом эфире. Мне остаётся только поблагодарить всех участников сегодняшней передачи. Спасибо вам большое. Ну и самое главное. Чтоб не было слухов, обращаюсь прежде всего к вам как представителям чиновничества, открыто, гласно, часто встречаться, объяснять, отвечать на вопросы не только в эфире «Эхо Москвы», но и на встречах с коллективом и с родителями. Вот, наверное, самое главное. Спасибо вам большое.

Комментарии

2

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

panda73 04 июня 2011 | 16:26

Дожимайте их, чиновников, Ксения!
Ксения, прошу Вас не оставлять этот вопрос!Я из Питера, и, по слухам, у нас тоже скоро начнется выселение кружков из Аничкова Дворца.Эта чиновница, как она словоблудила!А ведь ей предъявили номер заседания экспертной комиссии!!! Огромное спасибо за Вашу позицию в этом вопросе, будем ждать новых вестей!


04 июня 2011 | 21:50

Чиновница однозначно лукавила. если не сказать больше(и хуже!)
чувствуется, что "сытная" семья Усманов-Виннер, "душевно" расположила профильные городские организации к передаче своей школе помещений Дворца Пионеров(а там кто знает-понимаете меня!) Дворца, многие десятилетия и поколения - являвшегося знаковым и любимейшим местом дополнительного образования и обучения полезным навыкам, московской детворы!!!


(комментарий скрыт)

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире