'Вопросы к интервью
07 августа 2010
Z Культурный шок Все выпуски

Рында как символ русской демократии


Время выхода в эфир: 07 августа 2010, 13:08

в гостях: Top_lap Top_lap блогер
Ведущий: Лев Гулько


С. БУНТМАН — Ну что ж, добрый день. Мы со Львом Гулько…

Л. ГУЛЬКО — Здравствуйте.



С. БУНТМАН — Лев Гулько, Сергей Бунтман здесь в студии. И мы сейчас вам представим. А уже видеотрансляция у нас идёт какое-то время, так что на сайте «Эхо» вы можете и смотреть, а слушать как полагается, хоть по радио, хоть по видеотрансляции. Александр, добрый день.

TOP-LAP — Добрый день.

Л. ГУЛЬКО — Здравствуйте.

С. БУНТМАН — Александр и под ником top-lap. Александр написал то самое письмо. Сразу отметается как несознательный со стороны слушателей. Предположения, чей это там проект виртуального чего-то…

Л. ГУЛЬКО — Нет, они могут предполагать всё, что хочется, Серёж.

С. БУНТМАН — Да я нет, я понимаю. Мы живём в какой-то степени свободной стране. Предполагать можно, что угодно. Но реальность такова, что, вот, Александр перед нами сидит. Александр написал то письмо, история последующая которого вам известна. Сегодня вы ещё в 18 часов Алексея Венедиктова послушайте. Сейчас мы узнаем от Александра. Вот, собственно, о вас и о той ситуации, в которой вы оказались и которая, вот, в такой форме как письмо она и, ну, не завершилась, я думаю, а, вот, продолжилась. Вы говорите, что вы дачник и, вот, в этих местах довольно давно живёте.

TOP-LAP — Да, я там живу довольно давно, можно сказать, но поскольку родился я в 82-ом году, но дом этот был куплен в 75-м году ещё моим дедом по совету его…

С. БУНТМАН — Скажите, где это. Всё равно все знают уже.

TOP-LAP — Да. Это Тверская область, то есть 153 километра от Москвы, от МКАДа, то есть, ну, это Калязинский район, там недалеко Волга. 17 километров буквально от того места, где дом. И река… там протекает. В общем, обычное такое селение, скажем, да. Обычное русское селение, где была деревня, потом постепенно начали скупать дома, да, то есть местное население – оно умирало, переезжало, убегало оттуда с развалом колхоза и всего сельского хозяйства.

С. БУНТМАН — А был колхоз, да, который чем-то занимался, что это, землю пахал.

TOP-LAP — Да, сеяли было лён. Худо-бедно его собирали, то есть была пшеница, была рожь, то есть было всё, скажем так. Была и свиноферма, была и молочная ферма. Была овчарня, то есть, ну, было всё. Работала… ну, хорошо работала или плохо – это вопрос, конечно, да. Но это было. Это было, давало людям работу, давало людям какую-то надежду на дальнейшую жизнь. Ну, и государство давало тоже не мало, потому что мы с вами, живущие в Москве, сейчас вынуждены грызть привозную баранину, свинину, пить концентрирование молоко, там, порошковое, то есть из пакетов, а не натуральное. То есть, скажем так, это был плюс. Плюс для всей страны…

С. БУНТМАН — Ну, пока работало.

TOP-LAP — Пока это работало. Но потом всё это, скажем так, начали разваливать. Сознательно, бессознательно, но начали. Это точно.

С. БУНТМАН — Но, вот, с точки зрения жилья. Там много народу купили себе дома, и что это собой сейчас представляет?

TOP-LAP — Понимаете, сейчас там очень много скупается домов. Объясню, почему. Потому что место хорошее: лес, речка рядом, то есть для хорошего отдыха всё там есть. То есть это не Рублёвка, да, где всё забор к забору, нос к носу. Выйти толком негде, кругом охрана, кругом… то есть, там кругом заборы, кругом частная охрана…

С. БУНТМАН — А у вас нет вот этого самого… жлобские по 4 метра заборы с растущими камерами…

TOP-LAP — Ну, а зачем, понимаете?

С. БУНТМАН — И колючей проволокой.

TOP-LAP — Я, вот, написал уже об этом. У меня с соседом вообще забора нет.

С. БУНТМАН — Да, это хороший момент.

TOP-LAP — Да, он не нужен мне, потому что он мне не мешает, я ему не мешаю никак. Мы с ним нормально живём. Он счастлив тем, что он может косить траву для коровы, как я уже сказал. Я счастлив тем, что он скашивает мой участок, потому что, грубо говоря, весной мы не можем туда часто ездить, потому что и мама работает, и я работаю, и жена работает, то есть все работают. То есть все живут хорошо, нормально, да? Есть там дома, их… приезжают журналисты, но они не стали снимать. Да, есть там дома с большими заборами, с камерами. Поговаривают, что человек с Рублёвки к нам переехал, то есть как вторую резиденцию себе…

Л. ГУЛЬКО — Пускай…

TOP-LAP — Нет, пускай.

С. БУНТМАН — Дальний дачник, ради Бога.

TOP-LAP — Пускай никто не… хочет – хоть 100-метровый строит. Это его проблемы. Как понимаете, опять же, ну, человек с Рублёвки. Да, ну, может быть, умный, может быть, сам заработал, классно. Понимаете, поставил забор, чтоб никто не видел, но поставил дом на возвышенности. И когда ставил забор, то есть, если вы спустите вниз, то снизу-то всё видно, что он там делает, и забор как таковой ничего не закрывает, то есть, опять же, с точки зрения даже геометрии поставлено всё неправильно. Понимаете, ну, смешно, на самом деле так выглядит.

Л. ГУЛЬКО — Да Бог с ним.

TOP-LAP — Да, вот, в том-то все, понимаете, а заборов там как таковых нет. Ну, палисадники.

С. БУНТМАН — Ну, вот, смотрите. Вы говорите, что существовала какая-то… ну, в общем, на самом деле это испокон века существовавшая система, система, как в деревне бороться с пожаром.

TOP-LAP — Да, она существовала.

С. БУНТМАН — Да, и, во-первых, существуют пожарные… а что, нет, работает трансляция, у нас всё в порядке.

Л. ГУЛЬКО — Вообще.

С. БУНТМАН — Да, да, да.

Л. ГУЛЬКО — Со страшной силой прибавляется.

С. БУНТМАН — Мы говорили, и каждую секунду прибавляется. Так вот, Александр, работали… значит, существовал пожарный пруд, первое, откуда воду…

TOP-LAP — Да.

С. БУНТМАН — И он должен был быть заполнен.

TOP-LAP — Конечно, он должен был быть заполнен всегда, потому что это контролировалось, это контролировалось…

Л. ГУЛЬКО — Государством?

TOP-LAP — Да, государственными органами.

Л. ГУЛЬКО — То есть, колхоз – государство?

TOP-LAP — Ну, колхоз был… Конечно, он государственный… Нет, понимаете, там колхоз…

С. БУНТМАН — Ты забыл учебник. Это коллективная собственность.

TOP-LAP — Колхоз есть коллективная… там есть пайщики, да, так называемые паи у каждого есть в этом колхозе из селян, да? Но управляется это же всё равно как бы верховной властью. Назначается председатель.

С. БУНТМАН — Председатель, которого как бы выбирали, но он всё равно, да…

TOP-LAP — Пришли капиталисты проклятые…

С. БУНТМАН — Нет, сначала… значит, председатель правления колхоза должно было обеспечивать, чтоб было и пожарное оборудование, пруд должен был быть, система оповещения…

TOP-LAP — Точно так.

С. БУНТМАН — Система оповещения – это ваша пресловутая, уже ставшая символом…

TOP-LAP — Ну, рында, да.

С. БУНТМАН — Ну, рында. Но чаще всего это рельс, который…

TOP-LAP — Это рельс…

Л. ГУЛЬКО — Ну, это близлежащие дома, а так-то телефон же.

С. БУНТМАН — Нет, подожди.

Л. ГУЛЬКО — Пожарные.

С. БУНТМАН — Да, телефон должен быть.

Л. ГУЛЬКО — Конечно.

С. БУНТМАН — Должна быть система первой помощи, а пожарная команда… как далеко пожарная команда, кстати говоря?

TOP-LAP — Так, понимаете, нет как таковой пожарной команды. Её нет. Есть пожарный какой-то, дядя Коля его зовут, который на велосипеде.

Л. ГУЛЬКО — Он чей пожарный?

TOP-LAP — А сейчас уже…

Л. ГУЛЬКО — Чей он?

С. БУНТМАН — Штатный, МЧСовский…

TOP-LAP — Раньше он был в штате, даже когда был какой-то кооператив мифический, он был в штате. На полставки, основной пусть он был тракторист.

Л. ГУЛЬКО — Ну, как сторож.

TOP-LAP — Но на полставки он был пожарный. То есть когда нужно было тушить, он одевал каску, робу, на велосипед – и вперёд. А сейчас, понимаете, вот, сейчас, да, при такой вроде бы уж… все говорят о какой-то вертикали власти, я даже не знаю, что, кто, к кому он приписан.

Л. ГУЛЬКО — Ну, у вас…

TOP-LAP — К молочным берегам и рекам?

Л. ГУЛЬКО — У вас садоводческое товарищество?

TOP-LAP — У нас нет, у нас, вообще, непонятно что.

Л. ГУЛЬКО — А как? А что?

TOP-LAP — У нас нету никакой организации.

Л. ГУЛЬКО — Документы на дом у вас есть?

TOP-LAP — Документы на дом есть.

Л. ГУЛЬКО — На участок, там что, это что?

TOP-LAP — Это моя частная собственность, всё.

С. БУНТМАН — Понятно.

TOP-LAP — Все, понимаете, все приватизировали. И местные приватизировали. Причём, там тоже своя история была. Почему-то одни по одним, там, одни за одни деньги приватизируют, другие за другие. Кстати, за свет мы там платим… Дачники платят в разы больше, чем местные. То есть, вы понимаете, я приезжаю в Тверь. Я как будто в другом государстве. Понимаете, как будто я в Америку приехал, и у меня один счёт за свет, а в Москве у меня другой счёт за свет.

Л. ГУЛЬКО — Там другие тарифы за городом.

TOP-LAP — Они… правильно. Другие тарифы. Одни для одних, допустим, для дачников один тариф, а для деревенского – другой. И вот это я, убей, не могу понять. Почему?

Л. ГУЛЬКО — Давайте мы вернёмся к пожарному.

С. БУНТМАН — Нет, это очень важная штука, Лёв. Это очень важная штука. Потому что дальше должен следующий шаг быть, да? Следующий шаг. Вот, владельцы домов. Какая разница, он дачник, колхозник, селянин.

TOP-LAP — Он гражданин России.

С. БУНТМАН — Селянин, пизанин, это совершенно неважно. Дальше это на что-то должно идти. На обеспечение какой-то жизни у нас. Я вам честно скажу, Александр, мне, вот, сейчас никогда непонятно, как организуется, кто отвечает. Есть же общие дороги подъездные, есть общие какие-то места, тот же самый пожар. Вот, как это организовывать?

Л. ГУЛЬКО — Ну, есть же местное управление.

С. БУНТМАН — Ваш сосед… у вас там тандем с соседом. Он вам косит и замечательно получает для этого.

TOP-LAP — Да, да, да.

С. БУНТМАН — А, вот, дальше, вот, как это организуется?

TOP-LAP — А дальше – ничего, понимаете, ничего. Тот же, который мне сосед косит, дядя Володя, сочтёт нужным закопать яму на дороге, чтобы мы, там, машину не разбивали. Она будет закопана. Не сможет дядя Володя, потому что он уже пожилой, у него с сердцем беда, тогда и будем мы все сидеть и на эту яму смотреть. Понимаете, вот, смотрите пример, просто элементарный пример с этой, вот, рындой, будь она неладна.

С. БУНТМАН — Угу.

TOP-LAP — Приехала глава какой-то управы. Ей, видно, позвонили, сказали – вешай. Она приехала на машине с двумя мужиками, мне это рассказывала мама, которая была очевидцем всего этого.

С. БУНТМАН — Это после ответа Путина.

TOP-LAP — Да, да, точно.

С. БУНТМАН — Так.

TOP-LAP — Она привезла кусок рельса и начала его вешать. Пришли селяне и говорят, начинают задавать ей вопросы – вот, смотрите, у нас дороги нет, у нас один фонарь на всю деревню, мы ни черта не видим, у нас всё перекопали, мы к речке подойти не можем, шлагбаумом перекрыли, у нас этого нет, у нас того нет. Она говорит – меня это всё не касается. Мне сказали это повесить – я это повешу.

С. БУНТМАН — Рынду.

TOP-LAP — Да. Когда мама ей сказала, что к рынде ещё нужно ж чем-то по ней стучать, не башкой же мы там всем селением биться будем. Она сказала – ну, найдите какую-нибудь палку, к ней привяжите, там всё нормально будет. Когда мама сказала – хорошо, сейчас приедут журналисты. Может быть, вы с ними поговорите, они с вами поговорят, она тут же прыгнула в машину, и только след её видел, всё. И у нас так в стране всё. То есть, если бы Владимир Владимирович сказал мне, допустим, если там в письме было указано, там, дайте мне дерево, они приехали, посадили бы одно дерево. Да, попросил бы я коробок спичек, мне дали бы коробок спичек, то есть шире у нас никто не хочет видеть.

С. БУНТМАН — Или закурить.

TOP-LAP — Видят только вот. Вот, какой-то, вот, идиотизм, то есть не видят нормальных вещей, о чём мы должны думать, о чём власть должна думать. Нельзя быть настолько, как шоры у лошади, одели нам, и гоним мы в одну сторону, понимаете?

С. БУНТМАН — Ну а, вот, смотрите. Здесь есть какой-то способ, вот, есть жители, какое-то количество.

TOP-LAP — Да, я понимаю, да.

С. БУНТМАН — Есть способ хотя бы собраться, там…

TOP-LAP — Сделать самоуправление так называемое.

С. БУНТМАН — Да, да, да.

TOP-LAP — А вы посмотрите, что будет из этого. Обязательно потом найдётся какой-нибудь начальник, который к вам приедет, скажет – а на каком основании? И столько вам «а»…

Л. ГУЛЬКО — Подождите, но можно же официально это всё делать.

TOP-LAP — Официально? А вы соберите документы на это все.

Л. ГУЛЬКО — Организоваться, конечно.

TOP-LAP — Вы соберите…

Л. ГУЛЬКО — Конечно, я знаю.

С. БУНТМАН — Это безумное количество документов, но, вот, если, там…

TOP-LAP — Ну, это нужно переехать.

Л. ГУЛЬКО — Есть специальные люди, которые этим занимаются.

TOP-LAP — Я понимаю…

Л. ГУЛЬКО — Если собраться всем месте и заплатить этим людям денег, они вам соберут документы.

TOP-LAP — Ну, вот, наверное, мы этим и займёмся, но, понимаете, если заниматься этим самому, нужно бросать, действительно, работу в Москве и переезжать именно в Тверь.

С. БУНТМАН — Да, я напоминаю, что Александр у нас, тот самый блогер у нас в студии на «Эхе Москвы», и вы задавайте вопросы, вы уже кучу вопросов задавайте. И о блоге мы зададим вопросы. Мы сейчас попытаемся до новостей ситуацию собственно в деревне. Собственно в деревне. Видео у нас работает, только просто такой, извините меня за выражение, лом.

Л. ГУЛЬКО — Зависает немножко.

С. БУНТМАН — Да. И всё…

Л. ГУЛЬКО — Она виснет от большого количества.

С. БУНТМАН — Дальше, камера не резиновая.

Л. ГУЛЬКО — Вас много, я одна, говорит.

С. БУНТМАН — Вас много, камера у нас одна. Так что, друзья мои, это мы что могли, то включили. У нас там много, очень много народу смотрит. Ну, посмотрите в записи, а сейчас слушайте. Так, что, давайте смотрит, Вот, самоорганизация, может, да. Вот, вы ж написали, насколько мы поняли тогда и когда Алексей Венедиктов переправлял это письмо. Письмо-то не про рынду.

TOP-LAP — Да, на самом деле, да. Конечно.

С. БУНТМАН — Письмо не про рынду. Письмо про систему.

TOP-LAP — Именно.

С. БУНТМАН — Потому что и не только про пожар.

TOP-LAP — Конечно.

С. БУНТМАН — А про всю организацию.

TOP-LAP — Абсолютно.

С. БУНТМАН — Про дорогу, фонарь, и так далее.

TOP-LAP — Ну, это да, это всё вкупе, понимаете?

С. БУНТМАН — Вот, когда вы написали это письмо в блоге, вот, вы на что-нибудь рассчитывали, вот, на что или это был такой…

Л. ГУЛЬКО — Крик души.

С. БУНТМАН — Действительно, художественный крик души.

TOP-LAP — Ну, вы знаете, поскольку, там, можно сказать, что некоторые службы, да, может быть, и правительство и России, и Тверской области как-то монитор, это отслеживают блогосферу, наверняка уже появились такие люди в администрации Тверской области и России. Может быть, они это бы увидели, да, то есть, какой-то там… одна миллионная доля вероятности, ну, была, что это увидят и ответят, но, конечно, я не ожидал, что будет именно, что именно ответит Владимир Владимирович Путин на это. Честно говоря, я до сих пор для меня остаётся загадкой вот это вот его начало работы именно с блогосферой.

С. БУНТМАН — Нет, ну там своя история. Он… ну, он ответил. Он принял решение ответить.

TOP-LAP — Ну, принял решение ответить.

С. БУНТМАН — И ответил.

TOP-LAP — Именно на это, да. Но опять же, он ответил в ироничной такой манере, красивой в чём-то, сравнил меня с Горьким. Ну, понимаете, на основное, на основные вопросы я не получил ответа, понимаете, я не получил…

Л. ГУЛЬКО — А вы какие бы хотели услышать ответы, на какие вопросы?

TOP-LAP — Почему у нас всё так происходит, почему у нас вся эта система, вся вертикаль, как один блогер писал, она может существовать ещё как-то на нефтедоллары, когда всё в порядке, но как только что-нибудь случается – морозы, пожары, неважно, что, всё рассыпается в труху. Мы не способны ни к чему, мы не можем ничему противостоять – ни огню, ни холоду, ничему. Мы вообще незащищённые, мы, вот, действительно стоим с этой лоханкой воды, смотрим в небо и помочь нам некому, понимаете, и стоим мы одни, по сути, но нас, понимаете, постоянно призывают платить налоги, ходить на выборы, заниматься, там, я не знаю, всячески поддерживать.

С. БУНТМАН — Платить, как вы за свет и электричество, платите, что должно быть прямым… прямые последствия.

TOP-LAP — Давайте вспомним 2004-ый год, когда навернулась Чагинская электростанция. Помните этот год? Все исправно платили. Но почему-то РАО ЕЭС России в то время не позаботилось вообще о том, что такое может быть, они даже не подумали, что может навернуться станция и что и весь народ, поверьте мне, я был тогда в Москве, стояли на Добрынинской площади без телефонов, без всего, светофоры не работают, полный коллапс, они мобильники в небо подняли, ждут оттуда манну небесную, вот, они стоят и ждут чего-то, в глазах непонимание, страх, всё, коллапс, всё, конец жизни, конец мира. И на самом деле и так всегда. Государство не может предотвратить… Государство у нас почему-то не может предотвращать уже теперь ни последствия не может предотвращать, ни предугадывать события.

С. БУНТМАН — Александр у нас в гостях, вот, всё про блог и почему, и как, что, получилось, и почему так был зарегистрирован, и многие другие вопросы, которые вы зададите. Через 5 минут мы продолжим нашу программу. Трансляция работает.

Л. ГУЛЬКО — Работает.



НОВОСТИ



С. БУНТМАН — Мы продолжаем нашу программу, Лев Гулько, Сергей Бунтман ведут её, и Александр у нас в гостях. Идёт видеотрансляция, там комната просто… полна горница людей… комната переполнена, не обращайте внимания, что там на мониторах прошлая передача, смотрите на Александра. Вопрос: а почему вы зарегистрировались как из Израиля. Здесь многие спрашивают.

Л. ГУЛЬКО — Сначала.

С. БУНТМАН — Да, сначала.

Л. ГУЛЬКО — Сначала. Там в вопросе «сначала».

TOP-LAP — Я вам объясню одну вещь. На самом деле мне очень импонирует, именно поскольку я хотел бы, вот, именно, чтобы в России наладили прежде всего сельское хозяйство, мне очень импонирует система, как именно сельское хозяйство нарушено, вернее, как оно построено в Израиле. Именно, вот, сама система работы. Сама отдача, которая… какая отдача происходит именно от тех пахотных, да, земель, которые там есть. То есть, ну, в принципе само, вот, может быть, поэтому, но в принципе, как я уже объяснял многим, ну, неважно, написал бы я из Уганды, да, многие пишут, что, там они из Коста-Рики. Понимаете…

С. БУНТМАН — Дворник из Португалии.

TOP-LAP — Ну, обращать внимание, ну, понимаете, ну, здесь очень многие начинают обращать внимание на мелочи, но, понимаете, это всё детали. На самом деле основное, основное я хотел, вот, именно донести до хоть кого-нибудь, да, это вот воззвание, что пора что-то менять в нашей стране, а откуда, что, ну, я думаю, это несущественно, это неважно. Если кому-то это важно, ну, ради Бога.

С. БУНТМАН — Вопрос здесь в Интернете был, здесь СМС-ки приходят +79859704545. «Почему мата так много»?

TOP-LAP — Почему мата так много? Вы знаете, на самом деле, может быть, если бы не было мата, никто бы меня не услышал, это раз, но неважно, на самом деле, просто уже, наверное, накипело, но поверьте мне, я могу свои мысли излагать и без мата.

С. БУНТМАН — Мы это слышим.

TOP-LAP — Вполне. Но здесь кто-то мне сказал, что, наверное, использует вместо запятых, точек и всё остальное, то есть, пунктуация у человека полная беда, поэтому он эти слова вставляет. Опять же, повторюсь, нет. Мат просто это как усиление именно, вот, того, что уже накипело, нагорело, то есть, уже, вот, просто уже нету сил.

С. БУНТМАН — Доходчиво, я бы сказал так, доходчиво.

TOP-LAP — Ну, скажем, да.

С. БУНТМАН — Да.

TOP-LAP — Чтобы, вот, было более-менее доходчиво. Понимаете, просто иногда, иногда с властью нужно уметь разговаривать именно на их языке. Не на языке Мадлера, да, Гёте, Пушкина и Лермонтова, а разговаривать на их языке. Они, по-моему, только этим…

С. БУНТМАН — А это их язык?

TOP-LAP — Вы знаете, наверное, вот, теперь это уже их язык, потому что, ну, по-другому…

Л. ГУЛЬКО — Тогда они близки с народом, простите. Власть-то, если это их язык.

TOP-LAP — Народ… народ, во-первых, не весь ругается матом, не надо, то есть и в деревнях очень много. Причём, вы знаете, что самое уникальное, в чём самый смех. Когда эту статью показали моим сельчанам, вы знаете, за что они меня упрекают?

С. БУНТМАН — За что?

TOP-LAP — За мат.

С. БУНТМАН — За мат, да?

TOP-LAP — То есть, деревенские люди…

С. БУНТМАН — Так нельзя.

TOP-LAP — Нельзя, матом нельзя.

Л. ГУЛЬКО — С начальством, с начальниками.

С. БУНТМАН — Нет, вообще, так нельзя.

TOP-LAP — Нельзя, матом нельзя. Понимаете, упрёк в этом.

Л. ГУЛЬКО — Нельзя вообще или нельзя с начальством матом?

TOP-LAP — Вообще нельзя. И с начальством, и так нельзя. И вообще.

С. БУНТМАН — Нехорошо.

TOP-LAP — И нехорошо это, и всё.

С. БУНТМАН — И особенно писать. Я знаю…

TOP-LAP — Вот это вот. Суть никто не видит. Все, вот, именно, что так нельзя.

С. БУНТМАН — Ну, вот, смотрите. Сельчане… как отнеслось начальство, потому что какие-то… Как отнеслось начальство к этому?

TOP-LAP — Моё на работе?

С. БУНТМАН — На работе и там, местное начальство в деревне.

Л. ГУЛЬКО — Потому что они говорят, что кто-то встречался, встречались. Кто-то не встречались с ними. Разные случаи.

TOP-LAP — Я про то, что встречался, я этот вопрос уже откомментировал в своём блоге. Я не встречался, я не говорил, что я встречался с главой вот этого Калязинского района Ильиным. Я не встречался с ним. У меня был разговор с одним из чиновников, но я уже сказал, называть фамилию не буду, потому что всех собак повесят на него, а это с моей стороны неправильно, потому что за, вот, то, что творится сейчас в стране, опять сейчас найдут парочку козлов отпущения рангом пониже, всё на них повесят, их уволят к чёртовой матери, а бардак будет продолжаться. Что касается, вот, именно диалога, то, что там говорил господин Ильин, то я говорю, что я с ним не общался. Единственное, то, что он так гневно на меня реагирует, я не знаю, с чего бы, я ему дорогу не переходил, я сказал то, что есть. Понимаете, и он это видит. И он ездит каждый день по Тверской области. Должен видеть, что там творится. Если он этого не хочет видеть, это его проблемы.

С. БУНТМАН — Мстить не пытаются по мелочам или по… ну, кроме формальной рынды и разговора, что велено было только про рынду.

TOP-LAP — Мстить… понимаете, как вам сказать, власть, я думаю, не видит во мне никакой угрозы. Она пошутила, скажем так, удачно-неудачно, уже я говорил, что я, честно говоря, здесь уже не судья.

С. БУНТМАН — Нет, вы знаете, в данном случае я не про эту власть говорю, потому что как раз.

TOP-LAP — Про власть, на местах которая?

С. БУНТМАН — Да, да, да.

TOP-LAP — Вы знаете, нет, абсолютно нет, потому что, ну а чем, хорошо, чем они мне могут отомстить? Спалить дом – это невозможно, потому что мы тогда там все сгорим.

С. БУНТМАН — Проверку какую-нибудь организовать.

TOP-LAP — Проверку чего, кого.

С. БУНТМАН — А чего-нибудь. Нет, ну, есть такие способы. Я хочу сказать, потому что та власть, которая власть и в данном случае пресс-служба Премьер-Министра, они как раз очень беспокоятся, чтобы вас… и просто официально говорят, что вы можете к ним обращаться. Если что-то будет… Это абсолютно серьёзно.

TOP-LAP — Да это я понимаю всё прекрасно. Нет, я могу сказать, что никто… ничего нету, никто не будет… Вы понимаете, там всё сведено, опять же говорю, всё свелось к этой рынде, да, вот и всё. Они приехали, повесили шпалу, расписались, всё, как говорится.

Л. ГУЛЬКО — Ну, вы же понимаете, что рында – это уже символ.

С. БУНТМАН — Ну, да, это символ…

Л. ГУЛЬКО — Колокол такой, вече.

С. БУНТМАН — Вот тот, кто буквально понимает, как тётенька, которая приехала – это…

Л. ГУЛЬКО — Это одно.

С. БУНТМАН — Это её проблема. А вот то, что теперь мы этим называем всё… называем много всяких вещей. Скажите ещё про блог одну вещь. Тут же, когда закрылся у вас вдруг блог, было две… два предположения у наших слушателей было. Первое – что это всё подстава, что это преступные намерения, там, Суркова, Венедиктова, Путина, Писку.. ну, всёх, всех, кого угодно, включая ЦРУ И Моссад.

Л. ГУЛЬКО — Большая игра такая.

С. БУНТМАН — ЦРУ и Моссад, да. Тут наши коллеги ещё много кого приплели. Вот, на некоторых радиостанциях. Ну, так вот. Или другое, что вас… грохнули ваш блог. Что это было, почему была пауза?

TOP-LAP — Я это опять же уже описывал. Блог был отключен, потому что был разговор, приехала мать, был с ней разговор не очень лицеприятный, потому что, действительно, у неё был серьёзный стресс, она… у неё как… она раковая больная, ей делали операцию, и для неё это был стресс… Комсомольская правда, очень, скажем так, резко и не очень лицеприятно себя повела как действительно жёлтая газета прям. И, понимаете, вот этот вот, ну, просто она сказала – Саш, заканчивай, всё это на самом деле… Понимаете… просто, понимаете, это был действительно крик души матери, и я просто решил, что, да, наверное, я закрою, но потом посидев, просто подумав некоторое время, я просто понял, что это, скажем так, было бы трусость, с одной стороны, что если я уже всё это начал, да, если я эту машину, скажем так, завёл и поехал на ней, то останавливать её просто было бы подло по отношению к тем людям, которые меня поддержали с самого начала.

С. БУНТМАН — И при этом маме сказали, когда снова…

TOP-LAP — Да, я ей просто это объяснил, она это поняла. Она умный человек, она это поняла, что, да, действительно, если ты что-то начал, то надо закончить. Чем это всё закончится, я не знаю пока, да, то есть, но я, опять же, стою на своём, стою на своём, на своих вопросах, потому что я не получил на них ответ, и буду продолжать дальше писать в такой же манере, в какой писал. Где-то более, может быть, жёстче, где-то менее жёстче…

С. БУНТМАН — Саш, вам здесь, вот, писали, не хотите вы переписать и конкретизировать и ещё написать, вести дальше переписку с Владимиром Владимировичем Путиным, или же просто писать в блог. Вот, как вы…

TOP-LAP — Понимаете, вести переписку… мы можем чатиться до бесконечности. Я этот момент уже описывал, я один раз работал в компании, где, чтобы что-то сделать, да, нужно было, чтобы провести какой-то договор, нужно было пройти такой обходной лист. Там было 9 фамилий из зам.директоров, бухгалтеров и прочей мути. И каждый из них оставлял там пометку, почему он не хочет это подписывать. И, вот, понимаете, можно было годами чатиться с ними со всеми, и так ни одного договора толком подписано не было. То есть, на какие деньги мы жили, я вообще не понимаю до сих пор. То же самое и здесь: можно чатиться с Премьером до бесконечности. Я буду писать ему вопросы, он мне будет говорить про рынду, называть мне какие-то там отдалённые давать мне ответы, тем более, я думаю, что пиарщиков в его команде очень много. И талантливые там наверняка есть, которые знают, как отвечать так, что ничего непонятно никому. Просто, понимаете, я хочу на эти вопросы видеть не ответы, а конкретные действия. Если я, допустим, пишу, что я хочу видеть конкретно, что, какие шаги и меры делаются по налаживанию системы пожарной безопасности в стране в конкретной деревне, городе, я хочу это видеть в конкретном, чтобы это было, дело. Чтобы Первый канал не нёс чушь и не говорил враньё, а показывал реальные нормальные дела, то, что делается. И что народ это всё контролировал как в любой нормальной стране.

С. БУНТМАН — Тогда давайте зайдём с другой стороны. Вот, кстати, здесь задавали много вопросов: а кто вы по образованию? Из какой области.

TOP-LAP — Я был сначала, как бы учился на социолога, но потом я перевёлся на именно туристический бизнес, потому что социология немножко, скажем так, перестала быть интересной.

С. БУНТМАН — Саш, ну, вот, давайте зайдём с другой стороны. Вот, дела конкретные, которые не чатиться с начальством, а ожидание от них конкретных дел. А, может быть, действительно, как бы это трудно ни было, может быть, начать какую-то, тем более, теперь это может быть легче в этой ситуации вам, начать с какой-то системы. Я понимаю, что у вас собственность в другом регионе получается, там есть свои сложности. Но хотя бы попробовать нечто вроде какого-то любого, как ни назови, товарищества. Вот, какого-то самоуправления. И показать на том же самом не чате с Премьером, а показать, потому что на это обращают внимание, где здесь капканы, ямы, где здесь ерунда. Может быть, действительно, попробовать? С прудом, с пожарными.

Л. ГУЛЬКО — С дорогами.

С. БУНТМАН — С дорогой, с фонарём, всё, что угодно. Может, попробовать?

TOP-LAP — Здесь я абсолютно с вами согласен, что в жизни именно в своей деревни я думаю, что мы с сельчанами соберёмся и мы её наладим, наладим сами за свои деньги, не прося чего-то у кого-то манны небесной, потому что это бесполезно, это уже всем давно понятно. Понимаете, но это мы. Но есть ещё, да, и другие люди.

С. БУНТМАН — Но они теперь знают…

Л. ГУЛЬКО — Вслед за вами.

С. БУНТМАН — Они читали, хоть кто-то.

TOP-LAP — Да, они смогут сделать то же самое, организовать, там, я не знаю, у себя пожарную бригаду, организовать у себя охрану своего посёлка от поджигателей и ещё кого-то. Понимаете, это на базе какой-то деревне. В целом во всей стране, опять же, ничего налажено не будет.

Л. ГУЛЬКО — Нет, Саш, если каждый у себя…

С. БУНТМАН — Это взаимное движение.

Л. ГУЛЬКО — Конечно.

С. БУНТМАН — Вы абсолютно правы, что требуете от власти, да, и мы постоянно говорим – ребята, давайте-ка систему нормальную устроим. А я сам могу сделать вот что. И показываю, да, предположим.

TOP-LAP — Именно так, именно так.

Л. ГУЛЬКО — Потом сосед скажет, следующий скажет, и так далее.

С. БУНТМАН — Ну, да.

TOP-LAP — Нет, здесь я не могу с вами согласить, что, скажем так, спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Мы сами должны позаботиться о себе, как есть такая поговорка: если каждый позаботится о себе и о семье, будет вселенское счастье на Земле.

Л. ГУЛЬКО — Будет хорошо в стране. У американцев.

TOP-LAP — Да, будет хорошо в стране, на Земле, неважно, где. То есть, там есть, да, вот, вы правильно сказали, у американцев. Там есть система именно внутреннего какого-то самоконтроля и именно, вот, даже не знаю, как это сказать. Может быть, ну, не патриотичность даже, а, вот, то есть…

С. БУНТМАН — Это нормально.

TOP-LAP — То есть, человек думает о себе. Это на самом деле неплохо. Лозунг – всё вокруг народное, всё вокруг моё, он чем-то хорош, но и многим плох. Потому что когда всё вокруг народное, оно ничье. Понимаете? Мы должны сами быть хозяевами своей судьбы, поэтому, может быть, тогда у нас изменится и сама процедура выборов, если мы будем действительно ответственны, то есть мы будем избирать того, кого мы хотим, а не того, кого нам навязывают и кого избирают за нас.

С. БУНТМАН — Но для этого мы хотя бы, хотя бы на уровне, вот…

TOP-LAP — Да, хотя бы на уровне деревни, на уровне двора.

С. БУНТМАН — На уровне деревни, на уровне подъезда, двора, мы взяли, взяли деньги, скинулись, там, выиграли какой-то конкурс, положили в банк.

TOP-LAP — Но, понимаете, здесь ещё одно но, вот, вы говорите деньги – да, ладно, мы москвичи, мы можем заработать деньги. А где там можно тверскому мужику заработать деньги. Вот, где?

С. БУНТМАН — Я понимаю, да.

TOP-LAP — Понимаете, да. Вот, смотрите: у меня соседи, у них есть дети, которые, в принципе, все давно работают в Москве. Ну нет там работы в деревне. Ну, там два варианта: или водку пить, или ехать куда-то там на заработки… вахта, охрана, ещё что-то. Грянул кризис – их всех понасократили, понимаете, и они приехали, все эти молодые парни, вот, они сидят, денег нету, у кого-то двое детей. Они едят одну картошку и капусту, которую сами запасали, потому что нету у них денег, и, понимаете, даже если я к ним приду и скажу – ребят, давайте, вот, мы там то-то сделаем, они говорят – Саш, да мы бы рады, но с чего? У меня, вот, сосед, у него зарплата, вот, в этих молочных берегах, там, реках. У него зарплата 5 тысяч. Ему до сих пор чуть ли не полгода выплатить не могу, 5 тысяч рублей. Ну, вот, мы здесь все с вами сидим в Москве. Ну что такое 5 тысяч рублей? Ну, сколько вы в среднем тратите на поход в магазин? На тысячу купить нечего, понимаете, а цены, клянусь вам, цены там такие же, как в Москве, даже выше.

С. БУНТМАН — Такие же?

TOP-LAP — Да. Поезжайте в Углич, тот же Калязин, там цены бешеные.

С. БУНТМАН — Есть общая проблема, но всё равно с чего-то надо начинать. Мы так говорим – американцы, израильтяне, они тоже не из воздуха такие.

TOP-LAP — Абсолютно согласен.

С. БУНТМАН — Они взяли, упёрлись рогами в землю и начали что-то делать совместно.

TOP-LAP — Да, они начали делать совместно, правильно.

С. БУНТМАН — Что, они привезли откуда-то, с Марса, что ли?

TOP-LAP — Они работали, да.

Л. ГУЛЬКО — Моссад разработал…

С. БУНТМАН Да нет, это сами люди взяли и всё.

TOP-LAP — Нет, никто не спорит, что работать надо. Просто понимаете, здесь получается тогда так: хорошо, мы работаем, значит, сами всё делаем, себе всё строим. Тогда заключается… здесь вылезает сразу другой вопрос – а тогда зачем нам власть, если мы сами можем всё сделать, смысл её. Драть с нас налоги те же, о которых мы говорили?

С. БУНТМАН — Нет, ну, то, чтобы она делала то, что в Конституции записано.

TOP-LAP — А что там записано?

С. БУНТМАН — Обеспечивала нашу а)безопасность, обеспечивала нам те же федеральные дороги.

TOP-LAP — Вы считаете, что у нас безопасность, вы считаете, что у нас есть дороги федеральные?

С. БУНТМАН — Я про Конституцию, а не про реальность говорю. Нет, вы говорите, Саш, зачем нам тогда власть. Тогда она должна делать ровно то, что написано в Конституции. Быть чиновниками, нами выбранными.

TOP-LAP — Так никто ж не соблюдает.

С. БУНТМАН — Вот в чём дело.

TOP-LAP — Понимаете?

С. БУНТМАН — Так что здесь и палка о двух концах и дорога-то о двух концах, которую вы наметили тогда.

Л. ГУЛЬКО — Саш.

TOP-LAP — М.

Л. ГУЛЬКО — Здесь есть много вопросов, они так сводятся все, собственно, в один. Вот, скажем, от рамза-1, врач из России, на наш Интернет-сайт пришли вопросы: «Не думали ли вы о том, чтобы пойти 31-го с вашими требованиями на какую-нибудь площадь, то есть, вот, примкнуть к оппозиции?».

TOP-LAP — Я объясню одну вещь. Я уже писал в своём блоге: я не несогласный, я не отношусь к ним и никогда относиться не буду. Объясню, почему. Потому что 90% людей, которые собираются там, сами же не читали эту Конституцию, они выдрали вот эту вот статью, да, одну, которую им выгодно было выдрать и с этой статьёй они ходят и просят именно, чтобы, вот, было у них это право. Понимаете, я согласен с одним, что, да, должна быть свобода слова, должна быть свобода собраний, мы должны быть свободными, но, понимаете, сейчас в стране гораздо больше других проблем, чем какие-то свободы, о которых они говорят. Они должны требовать реальные вещи от власти. Власть никогда на это не пойдёт.

Л. ГУЛЬКО — А какие реальные вещи без свобод?

TOP-LAP — Реальные вещи… Нет, понимаете, без свободы, нет, понимаете, дело всё в том, что они-то требуют не свободу конкретно, а свободу собираться там, где захотят.

С. БУНТМАН — Требуют изначально.

TOP-LAP — Изначально, да.

С. БУНТМАН — Хорошо, вы позицию изложили. А здесь у меня вопрос с точностью до наоборот был в СМС-ках: а если вас потихоньку начнут привлекать, наоборот, к «Единой России»…

Л. ГУЛЬКО — К другим проектам.

С. БУНТМАН — Так, вот, вы такой теперь известный блогер, с которым в переписке состоящий.

TOP-LAP — Давайте, вот, с «Единой Россией», там, есть как движение «Наши». Такое было, я помню ещё давно, в старые времена, в 99-ом году, я уже не помню, в 98-ом, были такие люди, назывались они «Идущие вместе», может быть, помните.

С. БУНТМАН — Да, естественно.

TOP-LAP — У них у всех были майки, сзади был портрет Владимира Владимировича Путина. И, вот, понимаете, когда всё это развивалось…

С. БУНТМАН — Сорокинские книжки в сортире топили.

TOP-LAP — Да, понимаете, у меня до сих пор рвотное отношение ко всем вот таким вот проявлениям, потому что когда мы стояли рядом, я помню, в Макдональдсе, они после очередного митинга, кстати, против Америки они орали, что Америка – наш враг, они потом все пошли в Макдональдс есть. И, вот, они стояли рядом со мной. Я спросил у одной девушки, говорю: извините пожалуйста, а куда идём-то? И она знаете, как, вот, на комсомольских собраниях такое было – мы идём вместе, причём, на полном серьёзе, широкой поступью мы идём с Владимиром Владимировичем Путиным в светлое будущее. Пойдёмте с вами. Я говорю – нет, у нас, наверное, с вами разные дороги. И, вот, мы в это будущее с вами, как говорится, и пришли.

С. БУНТМАН — Ну что, подводим итоги некоторые: вы… для вас неожиданностью был такое вот развитие ситуации?

TOP-LAP — Честно говоря, да, это была неожиданность, я, честно говоря, увидел это у блогера, не у себя какую-то информацию, я увидел это, вот, именно в размещении о том, что моё письмо дошло, у блогера Рустема, вот, другого, на его этом… ну, честно, удивился, да.

С. БУНТМАН — Но потом залезли на наш сайт или…

TOP-LAP — Да, потом, конечно, уже залез на ваш сайт, всё прочитал там, досконально, всю эту историю.

С. БУНТМАН — Какое-то безумное количество прочло тогда письмо, собственно.

TOP-LAP — Так и читают и сейчас его, да, то есть, многие люди, не прочитавшие тогда, и читают сейчас, и оставляют свои комментарии по поводу этого. То есть, ну, сейчас же, понимаете, ещё многие в отпусках, сейчас только… сейчас мало людей подтягивается в Москву, то есть, сейчас мало… сейчас в основном все пытаются, конечно, наоборот, отсюда уехать, чтобы подальше в отпуск.

С. БУНТМАН — Ну, а сейчас ещё многие в отпуска с lap-top-ами ездят, да? Видят там top-lap-а.

TOP-LAP — Top-lap посмотреть.

С. БУНТМАН — Да, top-lap-а c lap-top-ом. Ну, хорошо. При всём таком… мне кажется, что было бы здорово извлечь из этого максимум для дела, не для того, чтобы вы стали каким-то знаменем чего-то, а для дела. Это было бы любопытно.

TOP-LAP — Вы знаете, да. Именно чтобы это было дело, чтобы это не свелось всё к неудачной шутке или чтобы это свелось всё к говорильне, чтобы это не свелось всё к каким-то опять размазываниям, как говорится, по паркету, чтобы это, действительно, дало какой-то толчок к действиям, которые направлены по, действительно, укреплению страны как таковой, то есть, чтобы у нас, действительно, не валилось всё из рук и не сыпалось сквозь пальцы, чтобы мы, понимаете, предугадывали такие ситуации, которые сейчас, чтобы мы, вот, допустим, если у нас в декабре будет опять зима, чтоб мы уже сейчас об этом думали, как мы будем дороги расчищать.

С. БУНТМАН — А что, говорят, что будет?

TOP-LAP — Да, говорят, что предстоит зима. У нас каждый год такая фигня.

Л. ГУЛЬКО — Зима происходит.

С. БУНТМАН — Чёрт возьми. Уже надеялся, что…

TOP-LAP — У нас так всегда, у нас всё неожиданно в стране.

С. БУНТМАН — Ну, да. Вы знаете, что, вот, я вспоминаю ваш разговор с мамой, когда насчёт блога и закрытия его, открытия блога, когда, ну, понимаете, что сейчас уже, в общем-то, отступить-то нельзя.

TOP-LAP — Я знаю. Я знаю, что…

С. БУНТМАН — Теперь уж никуда не денешься.

TOP-LAP — Я знаю, что я сел в эту подводную лодку. Она благополучно опустилась на грунт и пока плывёт. Я знаю, что из неё я не вылезу.

С. БУНТМАН — Да. Только давайте тогда, вот, из этой подводной лодки, пожалуйста, нам посылайте…

TOP-LAP — Обязательно.

С. БУНТМАН — Ну, там, с помощью, это самое… Или разводным ключом…

TOP-LAP — С помощью, да.

С. БУНТМАН — Или на радио, пока работает, с помощью блога. Спасибо большое, Александр, тут очень много вам сообщений здесь всевозможных. И пожать руку, и вообще, и, там, «чувак, балатируйся в президенты».

Л. ГУЛЬКО — Да, да, да. «Даёшь старт движению деревенских товариществ».

С. БУНТМАН — Деревенских товариществ. И любопытно всё. Да, интересный поворот и мне кажется, что, действительно, его неплохо было бы использовать, Александр.

TOP-LAP — Спасибо.

С. БУНТМАН — Но, вот, но вы теперь туда отправитесь когда, через дымы, через пожарища.

TOP-LAP — Именно в деревню свою?

С. БУНТМАН — Да, в деревню.

TOP-LAP — Ну, вы знаете, сейчас, вот, я всё-таки хочу к кому-то примкнуть, поехать всё-таки тушить, наверное.

С. БУНТМАН — Да?

TOP-LAP — Да.

С. БУНТМАН — Вы добровольцем хотите поехать?

TOP-LAP — Да, да. Потому что надо ехать, действительно, тушить. Ну, к себе, конечно, доеду. Соберёмся с сельчанами и будем решать, как нам поднять свою деревню, чтобы мы действительно зажили нормально, по-человечески.

С. БУНТМАН — Если вы поедете добровольцем, там ведь можно и переговорить с людьми.

TOP-LAP — Именно, именно.

С. БУНТМАН — И посмотреть…

TOP-LAP — Именно, да, на их реакцию.

С. БУНТМАН — Там ведь как раз могут быть люди среди добровольцем, которым тоже не начхать.

TOP-LAP — Именно, именно. Как раз, вот, среди них, наверное, есть люди, да, которым не начхать.

С. БУНТМАН — Ну, да. Держите нас в курсе, потому что…

TOP-LAP — Хорошо.

С. БУНТМАН — Мы теперь ваш блог читаем, всё.

TOP-LAP — Спасибо большое.

С. БУНТМАН — Теперь уже ответственность есть большая. Александр, блогер, top-lap. И дальнейшая история, а, вот, как было потом, вот, история этого письма, история ответа, вы можете задавать вопросы Алексею Венедиктову, в 18 часов у него будет программа «Без посредников» сегодня же в субботу. Спасибо.

TOP-LAP — Спасибо.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире