'Вопросы к интервью
К. ЛАРИНА: 14 часов 11 минут. Добрый день еще раз. Рядом со мной у микрофона Вита Рамм.

В.. РАММ: Добрый день.

К. ЛАРИНА: И как мы обещали, дорогие друзья, сегодняшняя программа «Культурный шок» будет посвящена качеству иностранного кино, тому качеству, которое иностранное кино приобретает в нашем российском прокате. У нас очень красиво тема формулируется – «Иностранное кино в российском прокате. Что теряет зритель?». Я бы даже поставила вопрос еще жестче: «Похоже ли то иностранное кино, которое мы видим на наших экранах, на то иностранное кино, которое было выпущено в прокат у себя, где-нибудь в Америке или в Европе?». У нас есть эксперты. Мы будем говорить и о качестве перевода, конечно же, и о качестве дублирования фильмов. Кирилл Разлогов, киновед, профессор, доктор искусствоведения. Здравствуйте, Кирилл Дмитриевич.

К. РАЗЛОГОВ: Здравствуйте.

К. ЛАРИНА: у НАС Кирилл Разлогов смотри кино в двух вариантах. Не всегда они похожи, правда?

К. РАЗЛОГОВ: Иногда не похожи.

К. ЛАРИНА: Дмитрий Полонский, актер, который много работает за кадром на дубляже. Добрый день, Дмитрий. Здравствуйте.

Д. ПОЛОНСКИЙ : Добрый день.

К. ЛАРИНА: И прокатчик, конечно же, генеральный директор кинокомпании «КАРО-премьер» Алексей Рязанцев. Добрый день, Алексей.

А. РЯЗАНЦЕВ: Здравствуйте, здравствуйте.

К. ЛАРИНА: Вита провела подготовительную работу к нашей передаче. Поскольку эта тема у нас возникла спонтанно неделю назад в передаче в прямом эфире, Вита сделала небольшой опрос в Живом Журнале.

В. РАММ: И не только в своем собственном Живом Журнале, но и в киносообществах, которых тоже есть много в интернет-пространстве. Я кинула три вопроса. Стимулом явилось дублирование фильма «Астерикс на Олимпийских играх». И вот  первый вопрос был сформулирован так, что основные голоса в «Астериксе» последнем были «звездными», но не актерскими. Просто светскими «звездами», которые, казалось бы, должны привлечь дополнительное внимание, хотя сомнительно. Поэтому я спросила: является ли для зрителей стимулом купить билет в кино, если на афише прочитали, что за главных героев говорят какие-то личности – шоумены, диджеи. И подавляющее большинство – у меня почта просто взорвалась, каждый день я получала по 60-70 ответов из разных киносообществ и на свой журнал – и 99 процентов ответили «нет». Потому что идут кино смотреть, а не слушать. А если слышат голоса, которые «плюсовые», известный рекламный персонаж, с  той же рекламной «плюсовой» такой интонацией, пионерской, дополнительно еще бодрости добавленной, когда актер играет своим телом, нюансами голосовыми, персонаж у него страдает, сомневается, шутит, а все идет на ровной такой рекламной, «плюсовой» интонации, то это не является дополнительным стимулом купить билет.

К. ЛАРИНА: Главное, что наличие закадрового голоса «звезды» не является….

В. РАММ: Абсолютно!

К. РАЗЛОГОВ: Для разделенной на части аудитории….

К. ЛАРИНА: Подавляющего меньшинства, скажем так.

К. РАЗЛОГОВ: Для большинства подавляющего меньшинства аудитории!

К. ЛАРИНА: А остальные вопросы? Скажи нам, быстренько. Ты там просила примеры привести.

В. РАММ: Да, я просила привести примеры положительного, отрицательного, и вообще, что люди думают про дубляжи, про движение на российском кинорынке кино зарубежного. Получила очень много интересных ответов. Среди примеров крайне неудачного дубляжа на первом месте – приблизительно 70 процентов ответили – фильм «Дьявол носит Prado». Принцип, по которому главного редактора журнала должен озвучивать тоже главный редактор журнала, логически объяснить невозможно. Как написал один: «А слесаря что – слесарь должен озвучивать? Сантехника – сантехник? Все-таки профессиональный актер сделает это лучше всех». Но…

К. ЛАРИНА: А там кто озвучивал?

В. РАММ: Там… Мэрил Стрип. И действительно те люди, которые послушали Стрип, богатую актрису во всех отношениях, дико удивились – настолько другой …(неразб.) На втором месте мюзикл «Чикаго», а на третьем месте – голос Джони Деппа.

К. ЛАРИНА: Это вот все примеры неудачного дубляжа?

В. РАММ: Да, да. «Старикам тут не место». Люди очень сожалеют из-за неудачного дубляжа.

К. ЛАРИНА: А удачный?

В. РАММ: А еще – «Люди Икс-3». А положительные – все анимационные ленты. Вот в анимационных лентах на первом месте «Рататуй» идет, потому что очень здорово сделано… И сам фильм понравился, и ничего не раздражало. И еще знающие люди пишут, что очень хорошо со своими анимационными лентами работают дистрибьютеры , которые от Диснея, Пиксар, потому что идет редактура, идет контроль из-за рубежа. И дальше народ разделился: кто за дубляж, кто за субтитры. Конечно, в ЖЖ живут люди продвинутые, они все за субтитры, за оригинальность, за голос за кадром, но… Мне понравилось одно мнение, что субтитры сильно урезают текст, особенно при беглом разговоре. Поэтому для зрителей, — я думаю, Алексей согласится — подавляющего большинства, субтитры не являются стимулом придти в кинотеатры.

К. ЛАРИНА: Можно задать вопрос конкретный? Во-первых, давайте с Разлогова начнем. Согласны с такой оценкой, что в принципе сегодня мы наблюдаем упадок как качества дубляжа, так и качества перевода? Или это ложные ощущения?

К. РАЗЛОГОВ: Нет, упадок был в 90-е годы. По сравнению с упадком 90-х годов, у нас сегодня подъем. Потому что такие вещи, которые творились в 90-е годы… Никогда не забуду просмотр, не помню уже какого фильма, по моему, «Проклятие Кассандры», где переводчик в течение всего фильма… Поезд едет по Европе, а переводчик перепутал Словакию со Словенией. Поезд ехал в Словению, а он все время переводил «в Словакию», которая совершенно в другом месте. Причем, на карте было видно, куда поезд едет, а он упорно переводил не ту страну. Это мой любимый пример перевода, который как бы… квинтэссенция того, что делают — полная халтура, которая процветала тогда. Конечно, по сравнению с той полной халтурой, сейчас полупрофессионализм. Что касается вопроса по поводу медийных персонажей, которые дублируют. Да, драматические картины со сложным рисунком психологическим персонажей медийным персонажам дублировать…

В. РАММ: Не стоит.

К. РАЗЛОГОВ: Да. Я сам согрешил. Я дублировал в «Чемоданах Тульса Люпера» какого-то эксперта. Поскольку сам эксперт, первый опыт такой…Слесарь, который дублировал слесаря. Но коль скоро это была картина, построенная определенным образом, там это не раздражало. Почему мультяшки выигрывают? Потому что мультяшки не сравниваются с персонажем актера.

А. РЯЗАНЦЕВ: Легче попадать в образ.

К. РАЗЛОГОВ: Конечно. Когда ты смотришь «Рататуя», ты же не слышала, кто дублировал «Рататуя», оригинальные голоса, и не сравниваешь с этими оригинальными голосами. Ты видишь мультипликационные персонажи. Когда речь идет о том, что актер дублирует актера – да, это сложная задача. Иногда… Ну, вот была скандальная история с этой самой… великой артисткой, которая дублировала другую великую артистку в «Иронии судьбы», чуть ли не дошедшая до драки. Когда Талызина не дублирует нашу польскую подругу, получается совершенно другой персонаж. Абсолютно!. Имеется в виду образ, который создается… Абсолютно ничего похожего нет. Поэтому да, есть случаи дубляжа, которые бывают равновеликие тому, что делается, или почти равновеликие. Есть случаи дубляжа, которые бывают хуже, есть случаи дубляжа, которые бывают чудовищные. Я вот недавно был на передаче на канале «Ностальгия», где как раз обсуждали старые советские … Дубляж, был актер, который дублировал много всяких ролей – Артем Карапетян. Вот.

А. РЯЗАНЦЕВ: Легенда.

К. РАЗЛОГОВ: Да. «Вот тогда был дубляж!». Тогда была ситуация другая.

К. ЛАРИНА: Дубляж-то был все равно. Уровень совсем другой.

К. РАЗЛОГОВ: Уровень по двум причинам. Во-первых, это был основной приработок профессиональных и высокопрофессиональных актеров.

А. РЯЗАНЦЕВ: И они не стеснялись на это идти.

К. РАЗЛОГОВ: Они зарабатывали на этом. Но, кроме того, что ты дублируешь Жана Габена или кого-то из великих, это тебе шло в плюс. И это была большая профессиональная работа, поставленная на поток, с режиссером дубляжа, с редактором текста, с укладчиком текста, с огромным количеством специалистов…

В. РАММ: С огромным количеством дублей…

К. ЛАРИНА: По системе Станиславского успевали работать.

К. РАЗЛОГОВ: Вот. Поэтому в целом советский дубляж был выше качеством того, что мы имеем сегодня.

В. РАММ: Но и фильмов было меньше. Согласитесь?

К. РАЗЛОГОВ: Фильмов было… да – в два раза меньше, приблизительно.

А. РЯЗАНЦЕВ: Если не больше…

Д. ПОЛОНСКИЙ: Но вот фильм «Фантомас», например, Кенингсон, который озвучивал Луи Де Фюнеса, он же сделал это лучше. Это как раз тот случай, когда Луи Де Фюнес говорил гораздо смешнее, чем в оригинальном варианте

В. РАММ: Да и Бельмондо, говорят, голос совершенно другой, нежели Каранченцов его сделал.

Д. ПОЛОНСКИЙ: Виталий Соломин его еще тоже озвучивал.

В. РАММ: Да-да.

Д. ПОЛОНСКИЙ: А про Кинексона есть история, когда он говорил своим коллегам: если ты в кино снимешься и неважно там сыграешь, не волнуйся – я тебя переозвучу, все будет отлично.

К. ЛАРИНА: Дима, а вы чем объясняете все-таки эту разницу? Она все равно очевидна.

Д. ПОЛОНСКИЙ: Разницу между советским и…?

К. ЛАРИНА: Да, да, качеством. Что, нет времени? Такой конвейерный подход? Вот вы успеваете хоть что-то схватить в образе?..

В. РАММ: Посмотреть хотя бы фильм?

К. ЛАРИНА: Как-то подготовиться, фильм посмотреть, чтобы понять, про что эта картина.

Д. ПОЛЯНСКИЙ: Раньше была такая система… Я застал, я как раз начинал, когда сначала актер вызывался на просмотр картины.

В. РАММ: Вот!

Д. ПОЛОНСКИЙ: Сначала человек смотрел картину. Потом были пробы. И пробы были не потому, что я или кто-то еще лучше или хуже. Просто очень важно режиссеру угадать, насколько данный голос ляжет на конкретного актера. И не только голос. Все равно, у меня есть какая-то моя манера, скажем так. И она или ложится или не ложится на данный персонаж.

К. ЛАРИНА: Кастинг был.

Д. ПОЛОНСКИЙ: Кастинг достаточно большой. Потом отводилось десять смен на озвучание. Десять полноценных дней. Потом была перетонировка, то есть, если что-то не так, вызывались еще люди и переозвучивали какие-то нюансы.

В. РАММ: Так… Алексей?

К. ЛАРИНА: Алексей нам расскажет, как это делается – кастинг бывает, и…

А. РЯЗАНЦЕВ: Видимо, так получится, что мне придется защищать себя… На самом деле, я правда, хочу вступиться за сегодняшний дубляж. Я во многом где-то согласен и с Кириллом, и с Дмитрием, но сегодня уровень профессиональной подготовленности людей, которые занимаются дублированием фильмов, достаточно высок. Это я могу подтвердить, поскольку непосредственно являюсь заказчиком дубляжа картин «Warner brothers» и  «New Line Cinema», которые выходят в наш прокат, нам по роду своей деятельности приходится очень часто присутствовать на всех этапаж дубляжа картины. Более того, в каких-то картинах я сам пытаюсь что-то делать…

К. ЛАРИНА: Еще один слесарь…

А. РЯЗАНЦЕВ: Но я такой слесарь –Икс. Потому что для того, чтобы не воспользоваться правом генерального директора и где-то там самому звучать, у нас, Дима, до сих пор кастинг проводится на всех знаковых фильмах «Warner brothers», и голоса под своими номерами…

Д. ПОЛОНСКИЙ: Я просто рассказываю то, что было.

А. РЯЗАНЦЕВ: Да-да, я рассказываю, как это есть сегодня. Кастинг проходит…

В. РАММ: Его утверждают…

К. ЛАРИНА: Критерии там какие?

А. РЯЗАНЦЕВ: Критерии? Просто режиссер дубляжа, и редакторы, и укладчик, и все эти специальности присутствуют на современном этапе дублирования фильмов. Подбирает режиссер дубляжа по каким-то своим критериям оценки голоса к тому или иному персонажу, насколько он сможет соответствовать этому образу на экране. И здесь тоже все профессионально, статичных каких-то людей нет перед микрофоном и перед конкретным изображением. То есть, они проживают эту жизнь экранную, стоя статично у микрофона, но, тем не менее, двигаясь, если надо…

Д. ПОЛОНСКИЙ: Нет, не статично. Если идет драка, иногда с некоторыми коллегами рядом стоять опасно! Потому что летают кулаки в разные стороны…

А. РЯЗАНЦЕВ: Правда, сейчас… Я не знаю, Дима, как это было в прошлом, сейчас группа не стоит. Стоит один человек, ему в ухо дают голос твоего визави на экране.

Д. ПОЛОНСКИЙ: Или не дают, если ты пишешь первый.

А. РЯЗАНЦЕВ: Да, или не дают, если говорят: слушайте голос непосредственно персонажа.

К. ЛАРИНА: То есть, сцены не разыгрываются?

А. РЯЗАНЦЕВ: Сцены не разыгрываются.

Д. ПОЛОНСКИЙ: Раньше стояли у микрофона несколько человек…

В. РАММ: Получается, что утвержденные голоса читают текст.

А. РЯЗАНЦЕВ: Да. Вот они читают текст, начитывают, это все шифруется своими номерами, и направляется, как это было с «Властелином Колец», например…

К. ЛАРИНА: Подождите, очень важный момент. Именно поэтому могут озвучить целый фильм, полнометражный, два-три человека? Потому что они, по сути, читают женский, мужской, детский текст.

А. РЯЗАНЦЕВ: Это называется либо «липсинг», либо закадровое такое звучание. У нас голос в голос. Даже если ты эпизодическая роль, если ты охранник «зелени», все равно это отдельный специальный человек. И мы идем на то, чтобы дать полную палитру звуковую картины, чтобы каждый говорил своим голосом, чтобы не было каких-то повторов. Это себе может позволить телевидение – там это попроще и поэкономичнее. А в полностью художественном дубляже такого быть не может.

К. ЛАРИНА: А бывает, когда продюсеры фильма утверждают голоса для дубляжа?

А. РЯЗАНЦЕВ: Безусловно, мы тоже принимаем какое-то общее решение, если это необходимо. Но, в целом мы, конечно, доверяемся профессионализму наших режиссеров дубляжа, и в этом отношении… У нас очень хороший контроль со стороны «Warner brothers». На таких фильмах, как «Гарри Поттер», «Властелин Колец», «Лак для волос»…

К. ЛАРИНА: Они как-то отслеживают?

А. РЯЗАНЦЕВ: Нет, они приезжают. Они присылают своего специального человека, который присутствует на озвучании, на сведении, на…

В. РАММ: Он знает русский, этот человек?

А. РЯЗАНЦЕВ: Он знает русский язык. Конечно, не так хорошо, как мы, но, тем не менее, он может понять и интонационно, и подсказать, где-то что-то сделать, усилить или, наоборот, дать слабину, с тем, чтобы голосом не перестараться, не…

В. РАММ: А «Гарри Поттера» очень сильно ругают. 90 процентов недовольны переводом, дубляжом.

А. РЯЗАНЦЕВ: Ну, не знаю… Это был пятый «Гарри Поттер». Может быть, уже попривыкли ко всему, но на самом деле…

К. РАЗЛОГОВ: Какой процент тех фильмов, которые выходят на экран, которые вы выпускаете, дублируется вот по таким жестким высокопрофессиональным стандартам, которые вы сейчас описали?

А. РЯЗАНЦЕВ: В год мы выпускаем порядка 20-25 картин, и если называть знаковыми, таким вниманием, которые пользуются эти картины, это процентов 50.

К. РАЗЛОГОВ: 50? Половина.

К. ЛАРИНА: А половина?

А. РЯЗАНЦЕВ: А половина… Буквально на днях прошла национальная церемония вручения премии «Блокбастер». КАРО-Премьер удостоился в этом году приза в номинации «За лучший дубляж и перевод» фильма «Лак для волос».

В. РАММ: Очень сложный был перевод…с шутками 60-х годов.

А. РЯЗАНЦЕВ: Очень сложный музыкальный фильм, и так далее. При этом непосредственно студия, то есть мы, как студия выпускающая в стране, мы ведь работаем с текстом и монтажными листами еще до выхода их в непосредственное дублирование. То есть мы смотрим адаптацию, смотрим, как это ложится на восприятие той или иной ситуации для русского зрителя. При этом мы учитываем не только Москву и Санкт-Петербург, но и наши регионы, для того, чтобы это было все-таки понятно. А что касается надо и не надо… Я в свое время, еще очень давно присутствовал на открытии кинотеатра в одном из  среднерусских городов, и там показывали фильм Спилберга «Спасти рядового Райана». Фильм был очень звуковым, они хотели показать достоинство аппаратуры, чтобы все эти пули летали, чтобы все всё говорили. И для этого сделали не дубляж, а субтитры нанесли. И это было условие студии выпускающей тоже. И вот первые сеансы показали, что просто люди не успевают за действием, и в картине, и в общении и диалоги и так далее. И буквально через два сеансы они посадили человека, который читал эти субтитры в зал, и только тогда вот фильм разошелся, и на него стали ходить.

К. РАЗЛОГОВ: Я думаю, что здесь вопрос привычки.

К. ЛАРИНА: Давайте новости послушаем, потом продолжим.

НОВОСТИ

К. ЛАРИНА: Продолжаем программу «Культурный шок». Говорим мы о том, что происходит с иностранным кино в российском прокате. Вот поговорили в первой части о тонкостях дубляжа, все-таки хочется и о переводе поговорить. Напомним, что сегодня в нашей студии Кирилл Разлогов, Дмитрий Полонский и генеральный директор кинокомпании КАРО-Премьер Алексей Рязанцев. Как Алексей правильно заметил, КАРО-Премьер официальный дистрибьютер «Warner brothers» и «New Line Cinema» в России. Ведущие программы сегодня Вита Рамм и Ксения Ларина. Про качество перевода тоже разговор отдельный. Мы очень хотели позвать на эту передачу кого-нибудь из переводчиков На самом деле, их по пальцам перечесть, две-три фамилии можно назвать, и все. Как были когда-то Горчаков да Володарский, так они и остались. Вот, может быть, вы назовете сегодня…

В. РАММ: Андрей Гаврилов

К. ЛАРИНА: Кого бы вы назвали из хороших переводчиков?

К. РАЗЛОГОВ: Все англоязычных называете, между прочим…

К. ЛАРИНА: Поскольку американское кино в большинстве случаев. Вот назовите, кого бы вы назвали? Только высокого уровня переводчик.

А. РЯЗАНЦЕВ: Да, я с вами соглашусь. Наверное, сложно к этим названным фамилиям еще кого-то добавить.

К. ЛАРИНА: Почему так произошло?

А. РЯЗАНЦЕВ: Вы знаете, сейчас есть преемственность, есть молодые талантливые – Паша Санаев, которые это делают. Простоя я еще раз скажу, что в большинстве случаем, тем не менее, все равно мы работаем с монтажными листами, уже переведенными, для полной их адаптации для начала дублирования фильма. Потому что какие-то вещи, особенно в комедиях это сложно передать, настроение передать, ту шутку, которая как бы выглядит в переводе очень по-американски, адаптировать ее к российскому зрителю.

К. ЛАРИНА: «Не очень получается, – пишет Аркадий нам на СМС. — Очень режет ухо, когда герои зарубежных фильмов разговаривают на отечественном сленге, а преступники на отечественной фене. Полностью нарушается восприятие фильма». Это только один из примеров. Вообще, конечно, найти какую-то адекватную стилистику очень сложно. Это как литературный перевод , я не знаю.

К. РАЗЛОГОВ: Я могу сказать, поскольку я занимался переводом фильмов довольно много, особенно когда работал в Госфильмофонде. Есть такой общий принцип правильного перевода именно для фильмов – ты должен не переводить то, что там говорится, а говорить то, что говорит человек соответствующего уровня, соответствующего характера, соответствующего образа жизни в соответствующей ситуации на русском языке.

В. РАММ: То есть, русский язык тоже знать надо.

К. РАЗЛОГОВ: Именно русский язык знать надо. Надо понимать, что сказал на иностранном, конечно, это не плохо. Есть фильмы, которые я бы не взялся переводить даже в самом горячечном бреду. Очень нравящаяся мне картина, которая называется, если условно перевести, «Уловка», которая вся на подростковом жаргоне парижских предместий. Я этих слов не знаю! Я не знаю, как говорят эти люди, которые живут в наших предместьях, и вот также… как это называется «женщина» — баба, чувиха, краля. Это время моей молодости, когда мне было 15 лет. Как это сейчас называется, я не знаю. Поэтому, когда речь идет о переводе вот таких вещей… Что выбрать? Олитературенный вариант, как пишет автор вашей смс-ки? Значит, олитературить текст, лишить его вот этих всех красот, нюансов, или наоборот…

К. ЛАРИНА: Хорошо, когда они передаются. Когда смыслы меняются, тогда вообще не понимаешь, что ты смотришь. Кто кому Вася  — вообще не понятно. Вы же сами рассказывали про Словению и Словакию!

К. РАЗЛОГОВ: Классический вариант перевода 90-х годов, когда особенно детективы с английского языка переводили подружки издателей, … (неразб.) ты должен был перевести обратно на английский язык то, что там было написано, понять, что было в оригинале, исходя из понимания того, что было в оригинале, догадаться о том, как это… Вот. В кино таких вещей в общем не так много. Потому что здесь все-таки  профессионализма было больше даже тогда, а сейчас профессионализма намного больше. Тем более, что синхронный перевод это одна профессия, а перевод текста к фильму – это другая профессия, а перевод литературного текста для книги – это третья профессия.

К. ЛАРИНА: А вы чувствуете эту разницу?

А. РЯЗАНОВ: Понимаете, наряду с удачным переводом , существует еще человек – укладчик текста – который должен в артикуляцию, в губы уложить каждое слово. Почему идет несинхрон? Когда люди особенно остро реагируют на изображение, и вдруг человек, закрыв уже рот, продолжает говорить, или начинает чуть раньше, для того, чтобы успеть вложить туда тот перевод, который ему дали. Вот для этого существует редактор, который сидит на картине, и укладчик текста. Это очень точечная работа – сохранить историю, сохранить персонаж, смысл…

К. ЛАРИНА: Иногда смысл теряется. Что первично?

А. РЯЗАНОВ: Могуч и разнообразен русский язык. Можно, действительно, подобрать какое-то определение к «женщине», много всяких слов. Но вот для этого, чтобы это попасть, понять это, надо иметь очень большой опыт и стремление сохранить первоисточник.

К. ЛАРИНА: Дмитрий, а вы как артист чувствуете вранье в тексте? У вас права есть какие-то?

Д. ПОЛОНСКИЙ: Насчет того, чтобы попасть в артикуляцию, попасть в губы – это технический момент, который сам по себе сложен. Есть мастера, которые попадают вообще с первого раза, и это на качестве не отражается. Это и хорошо и быстро. Это одна из задач. Вторая задача – еще попасть или в сердце, или в душу, помимо того, чтобы попасть…

К. ЛАРИНА: Чтобы это звучало удобоваримо, да?

Д. ПОЛОНСКИЙ: Но я сейчас, скорее, скажу не о кино, а о телевидении. Я выписывал одно время переводчиков. То ли это подстрочники, я не знаю, что это… Ну, например, «Не делайте утверждения садиться». Может быть, он английский знает здорово, но вот это тот случай, когда я бы советовал использовать голову.

К. ЛАРИНА: Откуда это берется, скажите?

Д. ПОЛОНСКИЙ: Это, видимо, американизм, я не знаю. Конкретный перевод подстрочный.

К. РАЗЛОГОВ: Это буквализм. Малоквалифицированный переводчик. Есть перевод текста, есть идиоматические выражения. Идиоматические выражения надо знать! Либо ты их знаешь, либо ты их не знаешь.

К. ЛАРИНА: Почему берут малоквалифицированных переводчиков? Потому что платят мало?

К. РАЗЛОГОВ: Потому что «многоквалифицированных» переводчиков очень мало.

В. РАММ: Да-да, у меня очень смешной пример. Я думаю, вы оцените… Словосочетание «уже скучаю по тебе, миссис Олреди» было переведено: «Мисс, ты уже…».

Д. ПОЛОНСКИЙ: Нет, ну, это известно, как один переводчик может одну и ту же фразу перевести как «копье козлу попало в попу», а второй ту же фразу переведет как «оленя ранила стрела».

К. ЛАРИНА: Алексей с таким удивлением все это слушает. Вы никогда не сталкивались с такими странными оборотами?

А. РЯЗАНЦЕВ: У нас, видимо, контроль так поставлен, что я не назову в своих картинах, которые мы выпускали, подобных примеров, которые привел Дмитрий.

Д. ПОЛОНСКИЙ: Я говорил сейчас о переводных картинах, а не о кино. Я рассказывал, какая халтура идет на дисках. Ребенок приносил диски, и вот я периодически захожу… Но помимо того, что я не знаю, где набирают вот это все, кто наговаривает…

К. ЛАРИНА: Да, молдавские гастарбайтеры…

Д. ПОЛОНСКИЙ: Это просто не осатанелый драмкружок, это просто катастрофа!

К. РАЗЛОГОВВ: Тогда надо запретить ребенку эти диски приносить, потому что это пиратская продукция!

К. ЛАРИНА: А не пиратская лицензионная продукция, всегда ли это гарантия качества? Тоже, согласитесь, не всегда.

А. РЯЗАНЦЕВ: Но если это лицензионный выпуск фильма, вышедшего в театральный прокат, то это гарантия качества, которое было на большом экране.

В. РАММ: Вот, допустим, директор кинотеатра из Екатеринбурга очень важную вещь подметил для нашей темы. О том, что дубляж в кино необходим, это как альтернатива пиратам. Потому что зритель может получить гораздо больше качества с большого экрана, если фильм качественно дублирован, нежели… не просто экранка снята с колен, но еще также с колена озвучено.

А. РЯЗАНЦЕВ: Большой экран это в любом случае альтернатива. Во-первых, по изображению, которое видит человек, спецэффектам…

В. РАММ: Но человек может посмотреть некачественный фильм на «пиратке» и не понять…

Д. ПОЛОНСКИЙ: Когда человек приходит в кинотеатр, он совершенно по-другому… Вот ты сидишь у телевизора. Тебя отвлекает мобильный телефон, домашние. Ты пришел в кинотеатр, и у тебя звук крупным планом, и вот тут любая фальшь тут вылезет так…Причем, может вылезти не то, что на фразе, а вылезет на вздохе фальшивом, будет слышна в кинотеатре. Поэтому здесь вот, если говорить об артисте, наверное, самая главная задача. Как скрипка соврет – это все услышат, так и голос…

К. ЛАРИНА: Скажите, как у исполнителя, у вас есть права? Вы можете поправить переводчика?

А. РЯЗАНЦЕВ: Никаких прав.

Д. ПОЛОНСКИЙ: Есть, есть!

К. ЛАРИНА: В конце концов, вы же не диктор, вы артист. Вы же, когда читаете, видите, что чушь написана, ее произносить нельзя.

Д. ПОЛОНСКИЙ: На самом деле, можно поменять. Потому что иногда даже чисто технически не совсем ложится, не так хорошо ложится построенная фраза . Меняешь местами, а где можно технически поменять – можно чуть-чуть (я не говорю, по смыслу) менять. Пока меня не уволили, я себе это позволял. Не знаю, может быть, после сегодняшнего эфира…

А. РЯЗАНЦЕВ: Проблема в том, — Дмитрий правильно сказал — что раньше человека давали просмотреть весь фильм. Он понимал и свой персонаж, и взаимоотношения своего персонажа с другими…

К. ЛАРИНА: Нормальная актерская работа. Конечно.

А. РЯЗАНЦЕВ: Сейчас, конечно, поток. Если мы выпускаем 20-25 картин в год, а есть и другие студии, которые тоже выпускают столько.

В. РАММ: Пришел, отчитал…

А. РЯЗАНЦЕВ: На самом деле, не так много у нас студий, которые этим занимаются. Мы делаем все на Мосфильме. Там есть «Пифагор», еще ряд студий. «Нева» и так далее. Но все равно, и даже у них вклиниться какой-то независимой студии, которая купила права на иностранный фильм и хочет его отдублировать, очень и очень сложно. Потому что график сумасшедший, и занято оборудование 24 часа в сутки. И, конечно, нет возможности показать актеру весь фильм целиком. Поэтому, когда ты встаешь к микрофону, ты озвучиваешь только своего персонажа…

В. РАММ: Они даже не смотрят на экран?

А. РЯЗАНЦЕВ: Смотрят. Но ты просто не знаешь ньюансов…

В. РАММ: Кому он сказал «Я люблю тебя»…

К. РАЗЛОГОВ: Совершенно верно. Поэтому, конечно, Дмитрий может сказать: вы знаете, вот здесь вот, как профессионал, который должен сказать за этого персонажа, здесь неудобно сказать это слово. Давайте что-то подумаем другое». Но так, чтобы он мог поменять весь текст, это, конечно, невозможно, потому что студия утверждает текст, и он незыблем.

К. ЛАРИНА: Есть же счастливые исключения? Только я понимаю, что это условие производителей, то, что у Мэла Гибсона в фильме «Страсти Христовы», «Апокалипсис» там титры. Там вообще нет никаких закадровых текстов.

А. РЯЗАНЦЕВ: Ну, потому что он на языке…

К. ЛАРИНА: Или «С широко закрытыми глазами» Кубрика… Я так понимаю, что это условие авторов фильма? По всему миру только с субтитрами.

А. РЯЗАНЦЕВ: Авторов фильма. Мы даже не стали его выпускать в прокат.

К. ЛАРИНА: Почему это люди делают? Потому что они понимают, что…

К. РАЗЛОГОВ: Нет, это продюсерское соглашение, авторское соглашение, которое настаивает на этом.

К. ЛАРИНА: Значит, они понимают, что фильм может измениться?

А. РЯЗАНЦЕВ: Да, понимают.

К. РАЗЛОГОВ: К проблеме субтитров, которой мы коснулись слегка. Говорят, трудно читать. Почему-то в послевоенные годы, когда все фильмы выпускались трофейные с субтитрами…

К. ЛАРИНА: «Серенаду Солнечной долины» прекрасно себе читали!

К. РАЗЛОГОВ: И было его нетрудно читать! Поэтому это вопрос привычки. Есть страны, где вообще не дублируются картины, и все выпускаются с субтитрами. Есть страны, где все дублируются.

К. ЛАРИНА: А где выпускаются с субтитрами?

К. РАЗЛОГОВ: В Скандинавии. Все скандинавские страны вообще не дублируют. Наши прибалтийские республики не дублируют. Читают спокойно. Дело в том, что, действительно, разговорные фильмы типа театральных пьес, где идет непрерывный диалог, в субтитрированном варианте теряют много и требуют больших усилий. В Париже, скажем, выпускаются картины с субтитрами – и дублированный вариант, и субтитрированный вариант практически всех картин, которые выходят на экораны. Кстати, у меня был вопрос к вам: почему такую вещь не сделать, ну, хотя бы с минимальным количеством субтитрированных копий? Выпускается тысяча копий дублированных, выпустите хотя бы десяток субтитрированных и покажите их в тех местах, где…

А. РЯЗАНЦЕВ: Мы не делаем этого только лишь потому, что у нас еще малое количество экранов как таковых.

В. РАММ: Да. 1400.

А. РЯЗАНЦЕВ: …Поэтому рост такой, как вы говорите, он не преобладающий. Безусловно, я думаю, что мы будем это делать, когда подойдем к французской кинофикации, где больше…

В. РАММ: Да тут появись предложение – и народ откликнется! Просто нет этого предложения.

К. РАЗЛОГОВ: Есть кинотеатры типа «Пяти звезд», «35 миллиметров», которые и так показывают с субтитрами, но они с удовольствием будут брать полную копию картины, которая дублирована в других местах, и будут иметь свою часть. Это вопрос технологический. Мы с этим сталкиваемся, когда проводят фестивали, например, где нельзя показывать дублированные картины. Вы же даете на DVD копию с субтитрами или просто оригинальную копию…

А. РЯЗАНЦЕВ: Или вы ставите бегущую строку… Мне кажется, Кирилл, здесь еще связано с техникой и качеством исполнения этих субтитров. Потому что когда на белом белые субтитры вообще не читаемы…

В. РАММ: А в кинотеатрах у нас нет бегущей строки.

А. РЯЗАНЦЕВ: В кинотеатрах это очень дорого. Себе фестивали это могут позволить.

К. ЛАРИНА: Кстати, это проблема не только кино. Я сейчас вас слушаю и прекрасно понимаю, что здесь вариантов выхода из ситуации мало. Или надо знать все языки мира…

В. РАММ: Либо читать монтажные листы…

К. ЛАРИНА: Да. По аналогии с театром – бегущая строка в театре практикуется, но это очень тяжело отражается на спектакле. Очень тяжело. Потому что реакции всегда запаздывают у публики, а здесь же не пленка, здесь живые артисты, и они слышат, что пока человек прочтет, проснется, а уже следующая сцена пошла. Другой вариант – наушники. Это тоже раздражает зрителя, потому что он не может уследить одновременно и за игрой на сцене, и за тем текстом, который идет в уши. Так что это вопрос развития зрителя. А как это происходит в других странах? То, что касается критериев дубляжа. Там есть какие-то свои, выработанные критерии, как это делается?

А. РЯЗАНЦЕВ: Дубляж… на самом деле у нас менее халтурят, чем…

К. ЛАРИНА: Серьезно? А вот в Америке, например, как это делается?

А. РЯЗАНЦЕВ: Никак. Вообще не делается.

К. РАЗЛОГОВ: Никак не делается. Все неанглоязычные фильмы выходят с субтитрами. А когда нужен дубляж, то они переснимают тот же самый фильм с английскими актерами на английском языке и выпускают его на экран.

К. ЛАРИНА: А в Германии? Во Франции?

К. РАЗЛОГОВ: В Германии все дублируется. Дублируется как на телевидении, довольно средне. Это очень хорошо для изучения немецкого языка: все олитературено, там очень четко говорят актеры.

В. РАММ: Два-три актера за кадром или…?

К. РАЗЛОГОВ: Нет, играют. Играют. Но иногда…известный факт, что Торсен Ланс (?) в фильме «Процесс» дублировал 12 персонажей сам, один, в оригинальном варианте.

А. РЯЗАНЦЕВ: В Германии есть такая профессия как актер дубляжа. У нас ее нет, а там есть свой профсоюз, есть люди, которые занимаются исключительно дубляжом.

К. ЛАРИНА: Поэтому и качество такое?

К. РАЗЛОГОВ: Оно среднее.

К. ЛАРИНА: Есть люди, которые профессионально к этому относятся, а есть тоже студенты.

Д. ПОЛОНСКИЙ: Почему студенты? У нас есть ряд замечательных профессиональных людей. Просто , может быть, это официально не зарегистрировано, но по качеству…

К. ЛАРИНА: У нас же есть такое понятие как «сериальные артисты», так есть и такое понятие «сериальный дубляж», когда одинаковые голоса, практически не изменяются. Мне кажется, что люди даже фильм не смотрят, кого они там озвучивают…

Д. ПОЛОНСКИЙ: Смотря, о чем мы говорим. Если мы говорим, когда один голос озвучивает весь фильм, это, грубо говоря, не актер, а переводчик. Где задача, я вам так скажу, не испортить. Когда на экране Де Ниро, Хоуфман, если будут стараться переигрывать, это мама не горюй. А когда твоя задача за кадром просто максимум донести настроение, смысл сцены, скажем так, и поймать эту мелодику и не мешать тому артисту, который замечательно все сыграл.

К. ЛАРИНА: А есть в вашем арсенале работы, которыми вы гордитесь как актер?

Д. ПОЛОНСКИЙ: Масса просто работы есть. Все впереди, чем и горжусь. Есть трудные работы, которые давались непросто…

К. ЛАРИНА: Ну, например, скажите…

Д. ПОЛОНСКИЙ: Если мы говорим о большом экране, то это картина «Рэй». Это было безумно трудно, потому что он заикается немножечко. Во-первых, это Рэй Чарльз, кроме всего прочего. И вот эта вся его мимика… афроамериканец…

В. РАММ: И еще поющий…

Д. ПОЛОНСКИЙ: Чуть-чуть прихрамывает, что тоже сказывается на речи. И вот это все… крови сдали много, конечно, во время работы над этой картиной.

В. РАММ: Ну, и «Скорая помощь», наверное, отняла много… Медицинские термины…

Д. ПОЛОНСКИЙ: Медицинские термины… это технический момент тоже попасть в размер этого дела… Там безумное напряжение, безумный ритм, потому что врачи, каждую секунду новые носилки. Напряжение такое, что … Там герой кричал, я помню: «У меня давление что-то там …». А у меня уже 340 было… Во все вот это умудриться попасть – это очень-очень было непросто.

В. РАММ: Мне очень нравятся «Секретные материалы», где Игорь Тарадайкин Малдера дублирует. По-моему, очень качественная работа.

А. РЯЗАНЦЕВ: Я тоже горжусь своими работами.

В. РАММ: Да? Скажите, какие мы….

А. РЯЗАНЦЕВ: Я горжусь тем, что, например, посылая Питеру Джексону на утверждение голоса по «Властелину Колец», я сподобился озвучивать Мортенсона. Для меня это… Тоже кому-то нравится, кому-то не нравится. Моим сотрудникам точно не очень понравилось, потому что они пришли в кино отдохнуть, и вдруг с экрана… командует какими-то там…

В. РАММ: Кстати, к «Властелину Колец» ни одного нарекания.

А. РЯЗАНЦЕВ: Замечательно. Будем считать, что успех фильма в какой-то мере обязан и моему голосу тоже. Я вообще хочу сказать, что дубляж, — мы об этом не говорили, — но в середине 90-х спас в какой-то мере саму профессию и людей, которые занимались дубляжем. Потому что кроме американских фильмов, которые тогда поступали, и сериалов, ничего не было. И многие актеры, кстати, нашли возможность поддержать себя тем, что работали на дублировании каких-то ролей. Поэтому я считаю, что здесь американским продюсерам и производственникам надо сказать спасибо.

К. РАЗЛОГОВ: Советская традиция. Почему так мало актеров было в советском дубляже? Потому что было очень много актеров, у которых не было работы, которой они могли бы заполнять все время, и поэтому очень многие хорошие актеры с удовольствием

В. РАММ: А за рубежом? Вот Ален Делон дублирует… Смоктуновского, условно говоря. Просто как условная фамилия. Вот во Франции такого уровня есть…

К. РАЗЛОГОВ: Такого уровня только в мультяшках. В мультяшках, где это имя звучит, и где соответствующие гонорары платят. Потому что, чтобы Ален Делон дублировал, ему надо заплатить гонорар, в несколько раз превышающий рыночную стоимость фильма, в котором он дублирует…

В. РАММ: Тарковского, допустим, фильмы не дублировали там большие артисты?

А. РЯЗАНЦЕВ: Только субтитры.

К. ЛАРИНА: Жалко, еще одной темы не успеваем… Хотя, может быть, Алексей нам скажем. А что такое с названиями фильмов?

А. РЯЗАНЦЕВ: С названиями? Вещь, конечно, интересная. Названия фильмов, которые не требуют какой-то подготовленности, например, «Гарри Поттер. Узник Аскобана» или «Властелин Колец. Две крепости»… А иногда фантазируем!

К. ЛАРИНА :А зачем?

А. РЯЗАНЦЕВ: Потому что есть… Например, фильм, который мы будем выпускать в прокат, где замечательно сыграли Джек Николсон и Морган Тримен, «Пока я не сыграл в ящик». Его оригинальное название, очень такое аморфное, на наш взгляд, на взгляд прокатчика, такое простое… я уже не помню .. но что-то такое «Возблагодари…себя». Проблема ведь в том, что у нас основная аудитория, которая ходит в кино, это лица тинейджерского возраста…

В. РАММ: И они пойдут, вы думаете, Джека Николсона смотреть?

А. РЯЗАНЦЕВ: Если фильм называется «Пока я не сыграл в ящик» — пойдут. Но если будет называться «Возблагодари меня, пока я жив»…

В. РАММ: Так, может быть, пойдут другие?

А. РЯЗАНЦЕВ: Для того, чтобы пошли другие, нужно больше снимать…

К. ЛАРИНА: А авторские права не нарушаются, когда вы название фильма меняете?

А. РЯЗАНЦЕВ: Это во всем мире происходит.

К. ЛАРИНА: То есть, исходя из соображений манкости…

К. РАЗЛОГОВ: Это чисто коммерческие решения.

К. ЛАРИНА: Я не представляю себе, как книжка называется «Война и мир», а мы ее назовет… вдруг, в французском переводе будет по-другому…

А. РЯЗАНЦЕВ: Как раз такие вот… это все остается незыблемым. Иногда очень часто бывает, что название попадает точка в точку, и по ментальности, и по восприятию, и для русской аудитории. Иногда это требует действительно, некой работы…

К. РАЗЛОГОВ: «Некоторые любят погорячей» — название фильма, который у нас демонстрировался как «В джазе только девушки». «В джазе только девушки» и на русском языке. «Некоторые любят погорячей» на английском звучит, а по-русски практически не звучит. И поэтому здесь, когда такие переименования, ясно, что они идут впрок, потому что это соответствует характеру фильма, это соответствует замыслу фильма и все в порядке. А буквальный перевод названия в киноведческой работе всегда можно…

В. РАММ: Все равно, предложение Кирилла Эмильевича о том, чтобы часть небольшая, хоть 10 процентов, шла бы с субтитрами… Потому что одно из замечаний в ЖЖ – о том, что при дубляже исчезает звуковой фон фильма, и шумы, то, что окружает, вот эта техническая сторона. Поэтому плоское все получается.

К. РАЗЛОГОВ: Я думаю, что это возможно. Просто надо понимать, что это двойные расходы, связанные с выпуском подобных версий. Нужно будет и отдельную дорожку, и отдельный звук, и отдельные субтитры. Это конечно стоит денег. Это возможно, когда кинотеатров будет больше.

К. ЛАРИНА: За профессионализм давайте выпьем, и на этом разойдемся. Дмитрий Полонский, актер; Кирилл Разлогов, киновед, и Алексей Рязанцев, генеральный директор кинокомпании «Каро-Премьер». Спасибо.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире