'Вопросы к интервью
02 марта 2013
Z Культурный шок Все выпуски

Великие люди, превращенные в персонажей


Время выхода в эфир: 02 марта 2013, 13:10

К. ЛАРИНА: Добрый день. У микрофона Ксения Ларина. Сегодня у нас в гостях Татьяна Чапаева. Татьяна Александровна, здравствуйте.

Т. ЧАПАЕВА: Здравствуйте.

К. ЛАРИНА: Стоит сказать, что Татьяна Александровна, помимо того, что она сама по себе человек самодостаточный, она еще является внучкой легендарного комдива Василия Ивановича Чапаева. Наши слушатели понимают главный повод нашей встречи – это премьера многосерийного фильма «Страсти по Чапаю». Страсти по «Страстям» развернулись нешуточные, поскольку активно народ обсуждает в Интернете этот фильм. Конечно, главный вопрос – правда, неправда, было или не было. Кого-то очень сильно смутила любовная линия, уж слишком много женщин, влюбленных в Чапаева, и тех, в которых он был влюблен, оказалось в этом фильме. Трудно было разобраться, что же главное в этом фильме – его любовная история или все-таки его военная деятельность. Мы про все это поговорим. Телефон смс для ваших вопросов +7-985-970-4545. Первый вопрос самый простой, Татьяна Александровна, – как вам кино.

Т. ЧАПАЕВА: Я хотела бы сначала сказать, что с Эдуардом Семеновичем Володарским…

К. ЛАРИНА: Яковлевичем.

Т. ЧАПАЕВА: Точно, Яковлевичем. Но я его так никогда не называла. У нас на студии все Тани, Мани до старости. Правильно вы меня поправили. Мы с ним работали очень давно, где-то в 1976 году закончился фильм «Емельян Пугачев», фильм-дилогия, он был автором сценария. В основном сценарий был написан по Шишкову. И мы снимали фильм с народным артистом Салтыковым Алексеем Александровичем, где мы и встретились. Я там тоже работала. Я к нему очень хорошо отношусь, с уважением. И когда я узнала, что он написал роман, очень обрадовалась. Еле достала.

Конечно, этот фильм сделан по роману. Роман таков, что это просто такой большой литературный сценарий. Видно, он не романист все-таки. Там примерно всё то же самое было, поэтому я была подготовлена. Мне было интересно – почему же он ко мне не обратился, мы же знакомы. Мало ли, я могла бы ему какую-нибудь информацию неофициальную подкинуть. Потом я поняла. Он человек резкий, вспыльчивый. Кстати, он меня однажды очень выручил, я ему благодарна, всю жизнь буду помнить. Я думаю, что он просто не хотел, чтобы кто-нибудь из родственников, в том числе и я, окорачивали его фантазии.

Хотя я сама человек из кино и понимаю, что есть художественный образ, и там допустимо художественное отступление, некоторый вымысел, перестановка. Но, тем не менее, Эдуард Яковлевич, есть какой-то предел. Потому что когда этот предел, который устанавливает сам автор, в силу своего таланта, в силу чувства меры, в силу своей совести, получается очень некрасивая история, получается полная сказка про белого бычка. Хотя какие-то моменты там были в действительности, они отражены. Но они были отражены с искажением. И я не понимаю, зачем нужно было придумывать хуже, чем было в жизни. Жизнь – самый лучший сценарист, в жизни было настолько интереснее, драматичнее, трагичнее… Просто стало хуже.

К. ЛАРИНА: Я читала интервью Эдуарда Володарского, связанное как раз с романом, интервью, касающееся выхода книжки. И он там как раз рассказывал так, как будто бы сам был свидетелем. А ему трудно не поверить – он же, как вы сами сказали, эмоциональный, очень убедительный, рассказывает так, как будто это всё было на его глазах. И вот про первую любовь, про то, как появилась Пелагея, про то, как она ему изменила с кондуктором, потом, когда появилась жена его друга, которая сказала – эту фразу он повторил даже в интервью, – она сказала: «Тогда бери нас всех».

Т. ЧАПАЕВА: Это была правда?

К. ЛАРИНА: Это правда?! Давайте что правда, что неправда.

Т. ЧАПАЕВА: Самое главное в адрес Володарского Эдуарда Яковлевича – я все равно ему очень благодарна, что он обратился к такой теме, как гражданская война, незаслуженно эта тема не освещается у нас.

К. ЛАРИНА: У нас и Первая мировая не освещается.

Т. ЧАПАЕВА: И вернулся к таким личностям, которых было много, в частности, он вернулся к Чапаеву. Вероятно, в его характере есть черты, которые несколько похожи с Василием Ивановичем, ему он понятен, близок. Я ему за это очень благодарна. Еще я хочу поблагодарить группу, которая работала на этом фильме. Я представляю, какой кровью они там харкали и, обливаясь каким потом, делали этот реквизит, строили, красили, шили… Я им очень благодарна, они очень хорошо потрудились.

Единственная претензия у меня все-таки к режиссеру. Сценарий есть сценарий, я даже сейчас все претензии убираю с автора. А вот режиссер мог из любого сценария сделать как шедевр, так и подделку, на уровне клубной самодеятельности. Вот кто-то высказался так – я с этим согласна.

Что касается фильма первого, вышедшего в 34 году, с Бабочкиным, там был сценарий Анны Фурмановой, очень плохой сценарий, этот сценарий никто не хотел брать. Думали, кому бы всучить. У нас тут ходят два, давай им дадим, сделают – сделают, не сделают – выгоним. Дали. А они оказались очень талантливыми, в отличие от этого режиссера. И они с трудом, но пробили это. Во-первых, только начались звуковые фильмы.

Ведь хотели этот фильм сделать немым, с меньшими затратами. Нет, они добились звукового фильма. Они перелопатили всё. Они встречались с чапаевцами, они переделали весь сценарий, они вжились во всё и сделали новый сценарий. Уже стали снимать фильм – и всё равно возвращались к истокам. Т.е. они работали действительно творчески, как должно работать каждому режиссеру. Получился гениальный фильм, шедевр. Я уже 200 раз его смотрела. Каждый эпизод как будто первый раз смотришь.

К. ЛАРИНА: Там тоже, наверное, много неправды и вымысла было.

Т. ЧАПАЕВА: Там было художественное отступление. Если там приезжает Фурманов раньше, чем ему нужно, так это потому что нужно сделать более динамичным. Нельзя связать все события. Просто их сгруппировали, ввели обобщенные образы, такие как Анка пулеметчица, допустим. Это обобщенный образ, но он настолько был реалистичный, что он был похож на всех этих женщин, которые были и санитарками, и бойцами.

К. ЛАРИНА: Там все-таки вообще не было лирической линии, там частной жизни Чапаева не было вообще в том фильме.

Т. ЧАПАЕВА: А еще у нас есть фильм — я просто от фонаря говорю, могла бы что-нибудь поумнее придумать, если бы хорошенько подумала, — фильм «Штрафбат», там, по-моему, вообще никаких линий нет, одни окопы и штрафники. Тем не менее, смотреть можно и хочется. А этот фильм люди просто выключали, отходили, засыпали.

К. ЛАРИНА: Давайте немножечко расчистим эту кучу малу из различных сюжетов.

Т. ЧАПАЕВА: Вернемся к Фурманову. Фурманов в своем романе пишет такую повестушку, якобы рассказанную самим Чапаевым. Ему как автору нужно было ввести читателей немножечко в тот период, который Фурманов не застал. Он должен был показать его более юные годы, рассказать, откуда он появился. И появляется такая информация, якобы сказанная Василием Ивановичем, что он является незаконно рожденным сыном от артиста цыгана и дочки губернатора. Губернатор был уже покойный, поэтому этого ребеночка кому-то отдали. Это о рождении.

А потом была повестушка о том, что была девушка у него такая, они с ней бродили-бродили, а потом она умерла. Это занимает вот столечко в романе. Он очень хороший сценарист: он так накрутит, так навертит – молодец. Если бы это касалось девушки Татьяны, Настеньки, я ничего не имею против, замечательные истории. Только к Василию Ивановичу это не имеет отношения. А Василий Иванович все-таки достаточно известная фигура.

К. ЛАРИНА: А церкви строил? Был верующим человеком?

Т. ЧАПАЕВА: С Настенькой ясно. Что касается церкви. Церковь строил. Что он только ни делал: и бочки, и церкви, и дома, и сараи – всё на свете. Плотничал. Потому что беднота была такая – он с отцом ходил и подрабатывал. По Волге.

Что касается падения, да, было такое. Только кто-то пишет, что он упал в 14 лет. Он упал в 19 лет. Некоторые пишут, что он вознес руки к небу. Это всё не так было. Он просто поставил крест и сплясал. И, наверное, бог его наказал за это богохульство. Он и шлепнулся. А поскольку бог его любил, на нем не было никаких повреждений. И его стали после этого звать Ермаком. Это было его прозвище, по жизни осталось – Ермак.

Вернусь, а то забуду сказать с моей плохой памятью. Когда произошла Лбищенская трагедия, пришел гонец и сказал: «Не волнуйтесь, Ермак жив». Вот эту фразу слышал мой отец, старший сын, и запомнил на всю жизнь. Всю жизнь он ждал, что где-нибудь он что-нибудь узнает. В начале он думал, что, может, он увидит еще, потом он думал, что узнает, что с ним случилось. Но так и сам ушел из жизни.

К. ЛАРИНА: Раз уж мы сразу в финал попали сейчас с вами, то все-таки факт гибели, он подтвержден документально, что именно такая гибель была?

Т. ЧАПАЕВА: Документально. Свидетелей очень много. И свидетели говорят разное. Писали письма к Клавдии Васильевне, сестре моего брата, венгры – письмо пришло в 50-х годах, – что они его положили на ворота, которые сняли, и переправили на тот берег, но он от ран умер, и они его там похоронили. Есть свидетели живые, которые плыли вместе рядом. Притом очень интересная история. Боец с последним оставшимся у него патроном решил сам себя из винтовки застрелить, а Василий Иванович, он как привидение был, в одной руке у него винтовка, в другой пистолет, и он никак не мог уйти в воду, он как привидение в этой белой рубахе стоял босой.

И он увидел, что тот решил застрелиться. Он к нему подошел и сказал: «Одним казаком меньше будет». Взял и застрелил из этого патрона преследовавших. А ему сказал – поплыли. Поскольку Василий Иванович был ранен в руку и в голову, они поплыли вместе. И тот тоже был ранен в ногу. Почему он решил застрелиться? Потому что он понял, что ему не уйти. Тем не менее, он описывает, я смотрю, он плывет. И он еще ему помогал плыть. Он говорит, что «я понял, что теряю сознание, и меня волной прибило к берегу». В его воспоминаниях дальше: «Когда я очнулся, его уже нигде не было».

К. ЛАРИНА: Мы прервемся на новости, потом продолжим наш разговор с Татьяной Александровной Чапаевой.

НОВОСТИ

К. ЛАРИНА: Напомню, что сегодня мы встречаемся с Татьяной Александровной Чапаевой, внучкой легендарного полководца, на фоне недавно показанного по телевидению на Первом канале фильма «Страсти по Чапаю», пытаемся разобраться с правдой и неправдой. Татьяна Александровна, понятное дело, что мы всё равно не успеем подробно поговорить по сюжету всего фильма. Я бы задала вам парочку вопросов, то, что меня больше всего волновало, с точки зрения правды и вымысла. Не любовная история, в меньшей степени. А вот, допустим, его взаимоотношения с комиссарами, в частности с Фурмановым. Правда ли, что Фурманов на него донос написал? Правда ли, как показано в фильме, что он даже стрелял ему в спину во время боя, пытаясь его убить?

Т. ЧАПАЕВА: Комиссаров у него было очень много. Первый у него был Корбачев (фамилия неразборчиво), последний у него был Батурин, который погиб вместе с ним. В Лбищенск притом он только приехал вместе со своим сыном. И оба погибли. Батурина так жестоко убили, просто зверски, даже не буду рассказывать, это не для слабонервных. Что касается Фурманова, он меньше полугода с ним служил. Конечно, он таким подлецом выведен в фильме, что это ничего общего не имеет с жизнью. У него не было таких качеств, но он и не боевой командир-то. У него была несколько другая задача. Что касается их отношений, они были разные.

Иногда у них были терки, чаще всего они основывались на том, что с первого дня, когда появился Фурманов в дивизии Чапаева, он, Василий Иванович, был против присутствия жены категорически. Если бы это была женщина боец, санитарка… Только никаких жен у офицеров не должно быть, это расхолаживает и дезорганизует дисциплину. А дисциплина у него была на первом месте.

И когда в конце концов этот культпросвет настолько обороты набрал, что у них много подвод занимали декорации, пианино, рояль, музыкальные инструменты, граммофоны, пластинки. Короче, он сказал – мне это нужно, лошади мне нужны, снаряды, раненые. Хватит, оставьте всё это в Уральске, и пусть местное население наслаждается. И людей, которые не относятся к военным действиям, а относятся к обслуживанию этих культпросветских задач, оставьте. Пожалуйста, все ближайшие населенные пункты посещайте, демонстрируйте, показывайте. И категорически уже. Это было в Уральске. И так был возмущен Фурманов, что он написал на него жалобу. А Фрунзе и Куйбышев поддержали Чапаева. И его переправили служить в другое место. Прощались они трогательно, по-дружески.

К. ЛАРИНА: Романа с женой Фурманова не было?

Т. ЧАПАЕВА: Не было точно. Хотя очень забавно. Мне это даже как-то льстит, честно признаюсь.

К. ЛАРИНА: Конечно.

Т. ЧАПАЕВА: Но надо отдать должное – Фурманов не стрелял, не подличал, ничего такого не было.

К. ЛАРИНА: И второй вопрос. Фильм все-таки сделан в другое время, давайте отдавать себе отчет, 2012 год, а не 1934-й. Другая страна. Авторы пытались, как я поняла, показать некие сомнения Чапаева: правильный ли он путь выбрал, поддерживая советскую власть, когда он сомневается, что они много отстреливают людей, что это война русских против русских. Насколько, на ваш взгляд – я понимаю, что вы тоже всего знать не можете, – насколько это ему было свойственно, такие сомнения были ему свойственны или нет?

Т. ЧАПАЕВА: Нет. Почему? Потому что человек прошел войну. Сомнений не было, что эта война не нужна.

К. ЛАРИНА: Первая мировая вы имеете в виду.

Т. ЧАПАЕВА: Да. Она не нужна. Он просто выполнял свой долг. Там был враг, и он защищал свою страну. Но он понимал всей душой, что это им не нужно. Он был ранен, отправлен в тыл, и там он уже вел работу.

К. ЛАРИНА: Т.е. он был убежденным большевиком?

Т. ЧАПАЕВА: Он вступил в партию до революции. Во-первых, он своими бойцами и офицерами очень дорожил, и он никогда не делал никакие планы, чтобы можно было там положить своих. Он старался беречь личный состав, ценил каждого солдата. И что касается мирного населения, вообще есть документы в музее города Пугачева, где он за мародерство, за кражи, за хождение на блуд, за дезертирство – у него очень строгая была дисциплина. Даже есть фотография.

Когда украли шерстяную шаль у женщины, она тут же была возвращена, и эта женщина в этой шали сфотографировалась с Василием Ивановичем. Дело даже не в этом, а в том, что он не занимался карательными операциями. Да, был убит его брат Григорий, младший, который не жег церкви, который был моложе и не был стукачком, не писал доносы на Василия Ивановича, а был замечательным, молодым, красивым парнем, он возглавлял в Балаково после революции реввоенсовет. Его там очень жестоко убили и бросили на штыки. И руки он не терял. Конечно, это всё было подавлено. Были выбиты из Николаевска, были взяты Уфа. А когда человек воюет, как он может думать, кого он убивает, русского или не русского, он убивает человека, который наносит вред тем, кто борется за социальную справедливость. Значит, этот враг не должен вызывать сочувствие. Были люди, которые переходили. Были офицеры белые, в штабе Лбищенска был Новиков из бывших офицеров, который был ранен, но он выжил, и он вне всяких подозрений.

К. ЛАРИНА: Мы переходим к еще одной очень интересной лини в этом фильме. Это история его любви с дочкой белогвардейского генерала или полковника.

Т. ЧАПАЕВА: Рассказываю. Был у него боевой командир Иван Семенович Кутяков, который написал замечательные мемуары, воспоминания про совместные боевые действия с Василием Ивановичем. И потом уже, видимо, думает: чего Фурманов пишет – и я напишу что-нибудь такое, роман. С романом у него не очень получилось, получилась повестушка, не повестушка… Написал он это на основе песни о Степане Разине. Там и шатер у Василия Ивановича, и дворянская дочка, и ропот раздавался – нас на бабу променял. Потом Василий Иванович говорит: нет, пожалуй, ты иди, мне надо все-таки воевать. И она ушла и стала комсомолкой. Это, конечно, без смеха читать невозможно. Это произведение чисто художественное.

К. ЛАРИНА: Т.е. Володарский воспользовался именно этим источником, наверное.

Т. ЧАПАЕВА: Да. У меня даже лежит копия этого произведения. Это он использовал. Но, ребята, этого не было, конечно. Я не исключаю, что у него могли быть какие-то встречи, симпатии, даже какие-то отношения. Но они не были судьбоносными, ключевыми. Так иногда бывает в жизни у каждого из нас.

К. ЛАРИНА: Но это же история правдивая – вы сами это подтвердили, – история, когда он взял и детей, и жену своего боевого товарища.

Т. ЧАПАЕВА: Еще раз хочу вернуться к первой жене. Меня возмутил выбор актеров. Первое – меня до глубины души возмутил отец Василия Ивановича. Слизняк какой-то, ничего общего не имеет с тем отцом. Вы знаете, когда отец увидел, что сын-то на войне, а жена-то с кем-то… У нее была шикарная коса. Он эту косу намотал, по дороге волоком. А тут что показывают? Притом они почему-то похоронили мать Василия Ивановича, а она была жива-здорова и детей воспитывала. Что касается Пелагеи, она была красивой, маленькой, невысокого роста, девушкой красавицей.

К. ЛАРИНА: Даже на фотографиях – я сейчас смотрела фотографии и на вашем сайте, и в книжке, которую вы мне показывали, – видно, что красавица необыкновенная.

Т. ЧАПАЕВА: 16 лет ей было. Ему было 22. Они обвенчались. Через 13 месяцев родился мой папа. А тут получается он где-то на сеновале незаконно зачатый. Был бы у меня отец жив, он бы им показал.

К. ЛАРИНА: А про вторую Пелагею расскажите.

Т. ЧАПАЕВА: Я уж про эту закончу. И вот эту Пелагею он любил всю жизнь. Это его большая любовь и трагедия. Вообще, вся жизнь его – трагедия, потому что его предала любимая женщина и предала власть, за которую он положил жизнь. И это большая человеческая трагедия. Так вот эта Пелагея, она была нормальная девушка, у нее было трое детей, друг за другом родились, в 10-м, в 12-м и в 14-м. И такой суровый свёкр, который вообще спуску не давал: по домашнему хозяйству, по какому-то быту. Ей было под этим гнетом тяжело. А хотелось любви, счастья. Так случилось, что она нашла себе соседа этого…

К. ЛАРИНА: Т.е. такая банальная история.

Т. ЧАПАЕВА: Банальная история. И когда они уехали уже, то он, этот ее возлюбленный, бросил свою жену больную с семерыми детьми. И еще старики в качестве помощи конкретной, а Василий Иванович жалование получал, т.е. материально, они еще помогали этой семье. И когда он воевал в Красной армии, у него была нужда в семье.

К. ЛАРИНА: А правда, что она приезжала к нему на фронт, Пелагея, его первая жена, хотела вернуться?

Т. ЧАПАЕВА: Нет. Она умерла раньше, чем он. Притом она умерла тоже очень трагично, по дороге, заболела и умерла. Нет, ничего такого не было. А вот что касается второй, я уже была девушкой, и я помню ее очень хорошо, с детства мы общались, потому что она жила у Веры Васильевны. Он же дал им свою фамилию, отчество, удочерил, не просто так пустил пожить. Мы часто общались, в гости к Вере Васильевне приезжали по случаю какого-то праздника или по случаю каких-то событий, дня рождения или еще чего-то. Кстати, Вера Васильевна была замужем за Дупаком Николаем Лукьяновичем, который был директором Таганки. И мы туда приходили в гости. И там жила вот эта вторая Пелагея, ее мама. И я ее помню очень хорошо эту Пелагею. Видите, какая я старая?

К. ЛАРИНА: Да ладно.

Т. ЧАПАЕВА: Она в 60-х годах умерла. Красивая женщина, и в старости видно, что она была красавица. А эта – видно, что была некрасивая всю жизнь. Некрасивая.

К. ЛАРИНА: Скажите, пожалуйста, а когда стал создаваться чапаевский миф? Когда понадобилось делать его глянцевым героем?

Т. ЧАПАЕВА: Вы затронули ту тему, которая меня просто режет, по-живому начинаете меня кромсать.

К. ЛАРИНА: Ну ладно, перестаньте.

Т. ЧАПАЕВА: Я просто закончу тему с этой Пелагеей. Он ее никогда не любил. И она, видимо, его тоже. Они сошлись, два одиночества, а костру разгораться не хочется. Вот так. Вероятно, у нее были свои достоинства, может быть, она хозяйка была хорошая, не знаю. Судя по всему, так и было. Но жизни не было у обоих.

Что касается этой темы, когда я это слышу, мне это так обидно. Все эти темы имеют одну цель – сказать нашим людям, что не было хороших людей, которые ратовали за счастье всех, что не было таких людей, которые были честные, храбрые, бескорыстные, которые отдавали без остатка себя идее счастливого будущего и понимали, что они, может быть, не доживут до этого, социальной справедливости, вообще справедливости. Нам это всё внушают, что этого не было, они были бандиты, дураки, это всё придумано, на самом деле вообще аморальные личности, и это всё миф, нужный для советской власти, чтобы мы все, как дураки, ходили и думали, что всё так и надо.

К. ЛАРИНА: Подождите. Анекдоты появились все-таки при советской власти.

Т. ЧАПАЕВА: Анекдоты – это хорошая вещь, это народное творчество. Когда про Штирлица рассказывают анекдоты, значит, Штирлица любят. Вы со мной согласны?

К. ЛАРИНА: Согласна, конечно. Но он получился персонаж лубочный, недалекий. На самом деле, я понимаю, личность мощная, он не мог быть дураком по-любому.

Т. ЧАПАЕВА: Я хочу по поводу этого фильма сказать. Нехай, слухай… Это они тут что-то. Он еще только щи лаптем не хлебал. Он очень много читал. Он закончил, правда, один класс церковно-приходской школы, один год учился, закончил два, поэтому он хорошо читал и писал. И много читал. У него была книга, которую он постоянно с собой возил, – «Суворов». Эта книга тоже лежит в музее Пугачева. Кстати, меня просил внук Ивана Михайловича Плясункова сказать, что он больше всего боялся, когда смотрел этот фильм, что там Плясункова еще покажут в каком-то ужасном виде. Но перекрестился, что этого не случилось. И еще. Я все-таки специалист в кинематографе. Почему там донские казаки бегают? Они уральские. Ребята, лампасы-то были голубые. И какой ротмистр в пехоте? В общем, плохо подготовлен фильм.

Что касается самого Василия Ивановича… Вообще, у нас героев гражданской войны очень много: Блюхер, Тухачевский, Щорс, Котовский, Чапаев, Буденный. Их так много – и всех нужно полить. А Чапаев, слава о нем крылатая, потому что при жизни о нем слагались сказы, былины, песни, притом даже враги песни сочиняли. И в 30-е годы очень много было произведений, в том числе детских, которые были о Чапаеве. Знаете, эта слава, она почему такая получилась? В нем как-то сконцентрировались все лучше национальные качества. И вот эта доброта – всё отдаст. И это у них семейное. И бунтарство, и храбрость. Это тоже семейное. Они все такие были, кроме одного, более спокойного. Вот он и дожил, а все остальные умерли. Вот это без остатка себя отдавать, не жалеть живота своего. И смекалистость, и ум. Он гений полководческий. Товарищи, он полководческий гений. Евгений Киселев, вы бы хоть что-нибудь о нем узнали, прежде чем говорить на «Эхе Москвы» всякие гадости.

К. ЛАРИНА: А что он сказал?

Т. ЧАПАЕВА: Я даже прочитать могу. И Михаил Веллер, который иногда говорит умные вещи, тем не менее, написав книгу о гражданской войне… Я думаю, он просто кинул какие-то свои основные мысли о гражданской войне, а Буровский, историк, написал эту книгу, и написал ее очень недобросовестно (по крайней мере это относится к Чапаеву), ничего не зная о нем. Еще есть историк Крашенинников, кажется, это вообще. В Лбищенске, там все перепились, а пришли полтора казака, закололи штыками и у Урал бросили. Вот такие вещи говорят. Я вас расскажу, как это было. Чапаев никогда не пил ни грамма, товарищи телезрители, смотрящие фильм. Пил Володарский.

К. ЛАРИНА: (СМЕЕТСЯ).

Т. ЧАПАЕВА: Я думаю, он по-братски решил с ним поделиться. Простите, пожалуйста, Эдуард Яковлевич. Никогда не пил, не курил вообще. И вся семья была некурящая. Отец Иван Степанович, вот он курил, отец мой курил. А эти все нет, не курили. Да, он был гений, совершенно точно, самородок. Буденный тоже у нас очень хороший герой, но он не обладал такой полной отдачей. Про него поют – сокол. Вот сокол. Некоторые с журавлями летают, а он само по себе сокол был. Ему не надо ничего изображать. И взгляд соколиный, соколиные резкие, стремительные движения. Он очень быстро ориентировался во всем. Я даже не могу это словами объяснить. Смотрите фильм «Чапаев» братьев Васильевых, вот этот характер.

К. ЛАРИНА: Сейчас, слава богу, можно увидеть настоящего, живого Чапаева: и на вашем сайте огромное количество фотографий, и еще есть настоящие энтузиасты, я нашла несколько сайтов, посвященных Чапаеву, настоящих. Люди увлеченные, которые размещают там фотографии из обоих музеев чапаевских, которые существуют. И самое главное – вот мы говорим об этом человеке как о живом. Очень важно понимать, на мой взгляд, что ему было 32 года, когда он погиб. По нынешним временам это просто мальчишка. И если человек в 32 года обладал такой интуицией, так быстро ориентировался, как вы правильно заметили, имел такую реакцию, имел невероятный талант, нюх – все об этом говорят, – масштаб личности можно себе представить. Хотя, вы понимаете, Татьяна Александровна, он погиб в 19-м году?

Т. ЧАПАЕВА: Да.

К. ЛАРИНА: Ведь всё было впереди. Вот вы говорите – герои гражданской войны Блюхер, Тухачевский. Мы-то знаем, что потом случилось. Мы знаем, какая дальше была страна и какая была страшная, кровавая история. И никто не знает, как бы сложилась судьба живого Чапаева с его нравом, с его абсолютно искренним отношением ко всему. Вы, наверное, можете предположить как. Прошел бы он это молотилово сталинское, которое было?

Т. ЧАПАЕВА: Могу. Почему он погиб? Свои же и погубили. В фильме, конечно, глупость сказана. Его несколько раз заманивали в такие ситуации, чтобы он там и погиб. Но он выходил оттуда совершенно невероятным образом. Он сидел однажды месяц без еды со своим личным составом, без еды, без воды, без патронов. Месяц. И когда он все-таки вырвался оттуда, его еще и под трибунал отправлять. Уже Троцкий приехал под трибунал отправлять. И когда он понял настроение войска, он понял, что ему лучше подарить золотые часы. Потом в академию его отправили, чтобы тоже убрать с театра военных действий. И только когда он с Фрунзе служил, тот возглавлял 4-ю армию и группу южных войск, тогда у них тандем получился. Он его уважал тоже. Остальные военачальники, к сожалению, не обладали такими талантами, он с ними не соглашался, действовал на свое усмотрение и всегда побеждал.

К. ЛАРИНА: Мы уже должны заканчивать наш разговор. Огромное спасибо Татьяне Александровне Чапаевой за то, что пришла к нам в гости и сказала всю правду. Так же, как ее дед говорил, так и она говорит, невзирая ни на что. Спасибо вам огромное за этот разговор. Удачи и здоровья вам.

Т. ЧАПАЕВА: Спасибо.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире