'Вопросы к интервью
26 мая 2007
Z Кремлевские палаты Все выпуски

Открытие выставки ювелирного Дома Картье


Время выхода в эфир: 26 мая 2007, 12:08

К.ЛАРИНА – У нас сегодня такие драгоценные «Кремлевские палаты». Картье сегодня будем раздавать нашим слушателям и приглашать вас на выставку. Добрый день – обращаюсь я к коллеге своей сначала, к Ксении Басилашвили.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Добрый день, Ксения!

К.ЛАРИНА – Здравствуй, дорогая! И здесь же, у нас в студии, Лариса Пешехонова, куратор выставки «Картье, инновации ХХ века». Именно эта выставка открывается в Кремле. Здравствуйте, уважаемая Лариса!

Л.ПЕШЕХОНОВА – Добрый день!

К.ЛАРИНА – Лариса – фанат, конечно, своего дела, потому что она всех уже обратила в свою веру, пока она здесь сидела.

Л.ПЕШЕХОНОВА – (смеется) Это очень приятно, спасибо! Надеюсь, что наши слушатели тоже обратятся в эту веру.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Даже такого строгого мужчину, как Алексея Венедиктова. (смеется)

К.ЛАРИНА – Да, Венедиктова, да, да, да. Так что…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да, он очень серьезно собирается на проект, и это очень здорово.

К.ЛАРИНА – Ну давайте прямо и начнем. Во-первых, давайте скажем, что мы сегодня отдаем. Картье, к сожалению, мы сегодня отдать вам не можем…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Мы сегодня… нет, ну уж извините, да (смеются).

К.ЛАРИНА – Да, да.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Мы на это можем посмотреть. Так же как мы не можем вынести картину из музея, так же мы не можем вынести это ювелирное изделие, потому что это высокое произведение искусства, прежде всего. Это не просто бриллианты и драгоценности, это прежде всего искусство, и сегодня мы поймем, почему. И мы вам предлагаем, как главный приз, главный лот сегодняшнего нашего аукциона «Кремлевских палат» — это каталог Картье, изданный совместно, как я понимаю, с Музеями Московского Кремля.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да, безусловно.

К.БАСИЛАШВИЛИ – И это издание само тоже произведение высокого полиграфического искусства, прекрасно издано, прекрасные фотографии, и сопровождающие тексты, которые расскажут вам об истории Картье, о том блистательном контексте и созвездии людей, которые принадлежали, вот, к этой фирме. Сюда можно отнести и писателей, и актеров… и театр, и кино.

К.ЛАРИНА – Ну вот здесь тема, которую представляет Лариса, наша сегодняшняя гостья, в этом каталоге: «Луи Картье и русский балет».

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да, это очень необычная тема о влиянии на ювелирное искусство русских балетов.

К.БАСИЛАШВИЛИ – И я сразу же задаю вопрос. Этого танцовщика, одного из солистов русских балетов Сергея Дягилева, за любовь к сапфирам прозвали «королем сапфиров». Назовите, пожалуйста, фамилию – ну, если вспомните, вообще прекрасно – этого актера.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Я хотела бы буквально пару слов сказать о каталоге. Это первое вот такое замечательное, довольно разнообразное и полное издание по истории компании Картье. Действительно, с огромным количеством и эскизов, и фотографий, и даже слепков с произведений, которые оставлялись в архиве компании…

К.ЛАРИНА – Даже модели тут есть – такие женщины красивые.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да. Я думаю, что оно буквально, вот, на днях станет совершенно библиографической редкостью. Это действительно удивительно красивое, праздничное, парадное издание, и которое по своей структуре исключительно хорошо сформировано.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Ну все, к выставке…

Л.ПЕШЕХОНОВА – К выставке, да.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Выставка уже открылась, давайте отправляемся в Успенскую звонницу. И первое открытие, которое посещает тех, кто входит, что Картье – это реальный человек. Понимаете, ну не все знают. Вот Картье и Картье – уже логотип.

К.ЛАРИНА – Да.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да, абсолютно точно.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Картье – вот такой был. С него все и начинается.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Картье – это династия ювелиров, Картье – это личности, совершенно незаурядные, в том числе, один из представителей династии Картье – это Луи Картье, который оказал огромное влияние на художественное реноме своей компании, и который был обременен не только коммерческими проблемами развития компании, но прежде всего, художественными. И именно эту сторону деятельности Картье, культурную, мы и показываем на своей выставке, которая, на мой взгляд, получилась исключительно элегантной, красивой, рафинированной, где работает каждый предмет отдельно, и все в целом они создают образ стиля Картье на протяжении ХХ столетия.

К.ЛАРИНА – А можно сразу про Картье еще, вот, вопрос – кто-то из потомков жив, вообще, сегодня? Кто-нибудь из семьи?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Ну, фирма уже давно не принадлежит семье, к сожалению… ну, а может быть, к счастью, так уж сложилась историческая ситуация. В 42 году умерли два брата, Луи, Пьер, потом Жак. В 60-е годы лишь одно отделение Картье – а их было три, Париж, Лондон, Нью-Йорк – принадлежало семье. Затем они существовали совершенно автономно, и только в конце 70-х годов Картье вновь воссоединилось, и уже, вот, так сказать, в прежнем варианте, как это было в 1900-е годы, это стал единый Дом Картье, Лондон, Париж, Нью-Йорк.

К.БАСИЛАШВИЛИ – А с чего и когда все началось? И вообще, что это за семья, каков круг?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Семья – это потомственные ювелиры, первый из них был Луи Франсуа Картье, который в 1847 году основал свою компанию и передал свое дело сначала своему сыну Альфреду, а уже в конце XIX – начале ХХ века его компаньоном становится Луи Картье, дальше открываются отделения в Лондоне и Нью-Йорке, руководят этими отделениями братья, путешествуют по всему миру, в том числе, посещают не единожды Россию, вдохновляются экзотикой и культурой разных стран и создают совершенно свое, оригинальное искусство, совершенно не эклектичное, а очень индивидуальное. И пожалуй, именно в индивидуальности, вот, осмысление любого материала и есть феномен Картье.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Отличие от других, да, компаний?

Л.ПЕШЕХОНОВА – У Картье много отличий. Есть такие художественные знаки, наверняка, Вы на выставке это увидели, и технические ноу-хау, которые Картье… любой человек определит, что вот это Картье. Например, стиль пантеры или мотив пантеры: не белом бриллиантовом фоне закреплены ониксы. Но на мой взгляд, эта идея была вдохновлена, в том числе, русскими балетами. Как и многие другие. Картье и часы – это тоже самостоятельная отдельная тема. Например, мы с вами привыкли к часам наручным – это такой аксессуар, о котором мы просто не задумываемся вообще. А вот в том варианте, в котором они существуют сейчас, это, так сказать, заслуга Картье.

К.ЛАРИНА – Я с грустью посмотрела на свои часы…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Да, Вы знаете, я посмотрела… я была на выставке… (смеются) Я была на выставке – вот Лариса подтвердит – вот у меня на руке часы, видишь, простые. Я была…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да, простые…

К.ЛАРИНА – Это Картье?

К.БАСИЛАШВИЛИ – Это не Картье, это какие-то обычные просто, дешевые…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Неважно.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Ну, не дешевые, но нормальные часы. Не то, чтобы дешевка совсем, но просто обычные часы.

К.ЛАРИНА – А у меня вообще Микки-Маус.

К.БАСИЛАШВИЛИ – И я пришла на выставку, и вдруг смотрю, в витрине часы.

К.ЛАРИНА – Так.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Формы-то, вот у меня…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Вот именно.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Форма Картье – вот такая вот… прямоугольник такой, который ложится на руку.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Картье разрабатывал форму этих наручных часов…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Вот правда, да?

Л.ПЕШЕХОНОВА – …для того, чтобы циферблат и вот эти ушки, в которые вдевается ремешок, была единой и цельной, чтобы это было совершенно органично. И первые упоминания о разработке часов наручных Картье встречаются в их архивах еще в 1888 году. И конечно, эти знаменитые часы «Сантос», которые Вы видели. У нас представлен экземпляр 15-го года, а первые часы «Сантос» — вот Ксения, если Вы откроете раздел «часы», то Вы увидите – они были сделаны для друга Луи Картье, авиатора бразильского, Сантоса. И по, собственно, его имени, они и получили это название. Это очень популярная модель. Затем были следующие – «Бочка», «Черепаха» и «Танк».

К.ЛАРИНА – Так, вообще, первые наручные часы у него были в компании? В фирме.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Первые наручные часы, вот, как бы, атрибутом моды, сделан Картье. До этого часы носились на цепочках, были карманные, носились как украшение, как колье.

К.БАСИЛАШВИЛИ – А с чего это началось? Вот кому пришла идея, интересно?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Ну, некоторые часы, вот, подобные, имели военные, потому что неудобно в процессе военных действий, понимаете, из кармана доставать часы…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Да, вальяжно, да.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да, вальяжно, и смотреть некогда. Смотреть на время. Но, собственно, атрибутом вот такой вот моды их сделал, конечно, Картье.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Т.е. это Первая мировая, все-таки это вот тот вот… 10-14…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Это было далеко до Первой мировой войны.

К.БАСИЛАШВИЛИ – До?

Л.ПЕШЕХОНОВА – До войны, и еще раз повторяю, 1904 год. В 1911 году они уже вышли в такую, серийную продажу, эти часы. А знаменитые часы «Танк», которые, вот, как бы, по преданию, были сделаны на основе сечения танка. И они заключает в себе в форме и одновременно и прямоугольник, и квадрат. И стекло прикреплено такими винтами, они очень стильные, они до сих пор смотрятся очень современно. На базе этих часов были созданы многочисленные, так сказать, варианты этой модели.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Т.е. это еще и такие, технические усовершенствования фирмы Картье?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Конечно, безусловно.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Интересно. Нам-то… в нашем-то представлении, в таком, обывательском, это исключительно красивые какие-то ожерелья, знаете, украшения. И все.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Нет, это не только украшения, это обязательно часы, а часы не только наручные, но и украшения с хрусталями и бриллиантами, это часы, в том числе, настольные. Загадочные часы.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Мы об этом обязательно поговорим после новостей, и о бриллиантах, и о часах продолжим.



НОВОСТИ и РОЗЫГРЫШ ПРИЗОВ



К.БАСИЛАШВИЛИ – Вацлав Нижинский.

К.ЛАРИНА – Ну что?..

К.БАСИЛАШВИЛИ – Ведь фотографии его есть, как он с такой гроздью. Расскажите.

К.ЛАРИНА – Итак, русские балеты и влияние этих балетов, как я понимаю, колоссальное влияние на развитие искусства Картье, да?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Совершенно колоссальное, да. Вообще, на искусство европейское, в том числе французское, не только на театральное, театрально-декорационное, оказали русские балеты, и как это ни удивительно, на ювелирное искусство в том числе. Ну, позволю себе буквально пару фраз процитировать Жана Кокто, который писал о том, что спектакли-празднества привели в экстаз публику и потрясли Францию. И это действительно так. Историк ювелирного искусства, ювелирной моды Ханс Надельхоффер, писал о том, что русские балеты ввергли в транс весь Париж. Это абсолютно справедливо. Луи Картье присутствовал на репетициях русского балета в театре Шатле вместе с Роденом, Кокто. И конечно же, он не мог не заметить тех изобретений, которые русские балеты в себе несли. Но буквально, вот, на первом сезоне 1909 года «Павильона Армиды»: Бакст создал для Нижинского колье, которое низко опускалось в вырез его костюма. И Нижинскому это не понравилось, он быстренько подтянул его и крепко затянул на шее.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Просто так, спонтанно, да?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да, спонтанно совершенно. И конечно, Луи Картье это тоже отметил. Отметили это и другие мастера.

К.БАСИЛАШВИЛИ – И это стало стилем. Интересно.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да. Это стало стилем. После «Армиды» дамы носили муаровые ошейники с подвесками в виде бриллиантов или жемчуга. И вот сейчас на стенах выставки присутствуют два ошейника: один такой, более традиционный, широкий, бриллиантовый, в стиле гирлянды, который ввела в моду принцесса Уэльская. А вот тот вариант, который появился благодаря «Армиде», присутствует в эскизах – вариант тонкого ошейника. Вот, так сказать, ноу-хау, которое несла в себе «Армида».

К.БАСИЛАШВИЛИ – Они так и назывались, ошейники, они называются?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Ошейники, потому что, да, потому что они плотно крепились вокруг шеи – «чокер».

К.ЛАРИНА – Слушайте, прямо хоть еще одну передачу делай.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Конечно, мы ничего не успеем.

К.ЛАРИНА – Вопрос пока…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Конечно.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Задавай, Ксения, не стесняйся.

К.ЛАРИНА – Не могу спросить…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да, пожалуйста.

К.ЛАРИНА – …как человек, который к театру неравнодушен…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Конечно.

К.ЛАРИНА – А вот Жан Кокто и шпага — что-то такое уникальное совершенно. Что это такое?

К.БАСИЛАШВИЛИ – Она приехала, кстати, она есть на выставке.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Эта шпага приехала…

К.ЛАРИНА – Это же отдельное чудо, чудо!

Л.ПЕШЕХОНОВА – Шпага 55 года, которая сделана – я Вас привлекаю просто совершенно – по эскизу Жана Кокто.

К.ЛАРИНА – А!

Л.ПЕШЕХОНОВА – Друзья заказали компании Картье, с которой Кокто дружил с 1920-х годов очень плотно, заказали для него эту шпагу. А вот эскиз он сделал сам себе. И здесь, вот, как бы, философия его творчества, которую, вот, художник выразил в этом предмете.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Профиль там его?

К.ЛАРИНА – Эфес.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Профиль Орфея там, а не Жана Кокто. (смеется)

К.ЛАРИНА – Там же, видишь, там лира наверху, лира.

К.БАСИЛАШВИЛИ – И профиль.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Наверху лира.

К.ЛАРИНА – Да, да.

Л.ПЕШЕХОНОВА – В лире, обратите внимание, небольшой изумруд, 2,84 карата.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Это совсем маленький.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Шанель подарила этот изумруд Жану Кокто.

К.ЛАРИНА – А глаз Орфея из чего?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Так, какого он там цвета, я не помню сейчас?

К.ЛАРИНА – Голубого.

Л.ПЕШЕХОНОВА – А, сапфировый глаз. Глаз Орфея сапфировый, значит, дальше, на ножнах мы видим с вами решеточку такую, незатейливую, на самом деле решеточка непростая – это ограда дома Жана Кокто в Пале-Рояль.

К.ЛАРИНА – С ума сойти!

Л.ПЕШЕХОНОВА – Мы видим с вами инициалы Жана Кокто со звездой. На конце ножен мы видим руку, в которой закреплен костяной шар, а шар этот тоже имеет значение – это заснеженный камень из пьесы Кокто «Ужасные дети». Т.е. она вся насквозь в своих изобразительных символах проникнута его творчеством.

К.БАСИЛАШВИЛИ – И там преподнесли, по-моему, по какому-то случаю, да, тоже грандиозному?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Он стал членом французской академии. В этой связи была заказана эта шпага. До этой шпаги Картье еще аналогичных типов предметов – не стиля, а именно типов – изготовили 13.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Вообще, вот люди – это очень интересно – люди вокруг Картье, люди, которые питали Картье своей энергией, своей культурой – что за личности? О ком можно сказать?

К.ЛАРИНА – Из заказов рождались шедевры просто, я смотрю.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да, Вы знаете, что, и из заказов рождались шедевры, но я должна сказать, что вот эти шедевры рождались еще и потому, что, вот, у Картье совершенно был индивидуальный взгляд на вещи. Ведь он все пропускал через, как бы, призму собственного понимания мироощущения, в соответствии, конечно, с модой, но тем не менее, вот эта индивидуальность его, она присутствует во всем. И практически до 20-х годов вот эта креативность мышления Картье, она отражалась на деятельности художников и мастеров. И конечно, он собирал вокруг себя лучших, и в том числе, вот, мы говорили уже о русских балетах, и в 1909 году, с того момента, когда прошел первый сезон русских балетов, с ним начинает работать талантливейший художник Шарль Жако, который был почти болен русскими балетами, и его коллеги в студии дизайнерской рисовали на него такие, забавные рисунки, изображали его в виде Айседоры Дункан с вздымающимся покрывалом над головой. Вот таким образом, значит, русские балеты увлекли и ювелирное искусство. И вот, например, знаменитый мотив пантеры…

К.ЛАРИНА – Вот я хотела спросить – там пантеры, всякие рептилии, змеи, кошки, тигры…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Шинуазри, вот этот китайский стиль…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Сейчас расскажу. Боюсь, что нам времени не хватит…

К.ЛАРИНА – Крокодилы есть! Крокодилы!

Л.ПЕШЕХОНОВА – Крокодилы есть фантастические…

К.ЛАРИНА – Колье крокодилы.

Л.ПЕШЕХОНОВА – …они более поздние, мы до них дойдем. Но крокодил… значит, крокодилы 75-го года, это колье Марии Феликс, звезды мексиканского кино. Мы перескакиваем с темы на тему, но это просто невозможно. Но ведь эти крокодилы сделаны исключительно в ювелирном смысле. Это очень такие тонкие, мобильные структуры, каждый каст с кастом соединяется на шарнирах. И вот эти крупные, масштабные формы, они абсолютно гибкие. Они ложатся очень естественно по шее. Более того, лапки у этих крокодилов… если он, например, стоит на столе и выполняет такую роль интерьерного украшения, то лапки меняются для того, чтобы его поставить на стол, а когда оно надевается на шею, лапки крепятся другие, чтобы не царапать кожу.

К.ЛАРИНА – Без когтей.

К.БАСИЛАШВИЛИ – И какие же шеи, простите меня, носили такие лапки?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Ну, например, Мария Феликс. Очень легко, на нашей выставке и в каталоге есть даже фотография, где она с этими крокодилами.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Т.е. правильно ли я понимаю…

К.ЛАРИНА – Хочу обратить внимание, что она прожила… она умерла-то в 2002 году.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Вот.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Правильно ли я понимаю, что эти вещи, которые у вас на выставке, они все когда-то, в основном, кому-то принадлежали.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Они принадлежали обязательно кому-то, они были сделаны по чьим-то конкретным заказам или были куплены в салонах Картье. Но с 1984 года компания Картье решила создать коллекцию музейную, ретроспективную, и они стали собирать по всему миру, у владельцев, на аукционах…

К.ЛАРИНА – А как они, выкупали?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Выкупали, конечно. Таким образом…

К.ЛАРИНА – А я бы не отдала бы никогда.

Л.ПЕШЕХОНОВА – …создана блестящая коллекция.

К.ЛАРИНА – А как они все это отдавали?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Ну, разные ситуации жизненные складываются. И Барбара Стрейзанд продала совершенно потрясающие – через аукцион – свои часы гравитационные, там они присутствуют. Это очень лаконичная такая форма, в виде горизонтальных балок и с перекладиной, часы опускаются постепенно в течение 8 дней до подиума, и как раз механизм работает благодаря силе тяжести, которой опускаются эти часы. Через 8 дней вручную нужно поднять. Вот поэтому многие, конечно, вещи связаны с очень известными историческими личностями. В том числе, есть несколько произведений, которые принадлежали герцогине Виндзорской. Это ее колье с великолепными, очень крупными, многокаратными аметистами, которые герцог заказал для нее.

К.ЛАРИНА – А лорнет какой потрясающий! Тигр.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Это лорнет роскошный, тигр очень крупный, такой шагающий тигр, 54-го года. Более ранняя изысканная вещь, объемная пантера на сапфировом шаре, вес его более 152 карат – 152,35. У герцогини Виндзорской было два таких украшения, вот, с объемными кошками – один на изумрудном шаре – кабошоне, простите – а второй – на сапфировом. И тут же представлены милейшие кошки в виде такого, золотого руна, тигры, которые принадлежали Барбаре Хаттон.

К.БАСИЛАШВИЛИ – А скажите, вот на русском рынке до 17 года Картье присутствовал? Здесь было представительство – вот как у Фаберже, предложим?

Л.ПЕШЕХОНОВА – В 1907 году Картье получает удостоверение поставщика двора Николая II, равно также он получает удостоверение поставщика 14 европейских королевских домов.

К.БАСИЛАШВИЛИ – А что значит «поставщика»? Т.е. здесь были представлены… здесь было… ну, были мастерские, выполнявшие заказ?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Здесь мастерских не было.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Не было.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Картье… да, Картье…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Заказывали.

Л.ПЕШЕХОНОВА – …приезжал в Россию, здесь у него был временный салон на… в Петербурге на набережной, и у него были выставки, он принимал участие в выставках. И в частности, в 1907 году, когда его салон посетила вдовствующая императрица Мария Федоровна, он получил приглашение приехать в Россию. И к его творчеству русские аристократы относились с большим вниманием. У него было очень много заказчиков русских. Но связь с Россией, на мой взгляд, она не только выражается, так сказать, в вот этих вот связях с персонами историческими – я могу вам их массу назвать, – но на мой взгляд, надо сосредоточить свое внимание все-таки на художественной стороне его работы. Потому что несмотря на обилие вот этого роскошества, замечательных многокаратных камней, вещи художественные, они сделаны с большим вкусом, деликатностью и тактом. Вот это приоритет идеи творческой, он, конечно, несомненен. Более того, в творчестве Картье – я уже не даю никому вставить слова – в творчестве Картье, еще в момент расцвета стиля гирлянды, такого, классицизирующего стиля, основанного на искусстве XVIII века, на стиле Людовика XVI, появляются вещи раннего арт-деко. Мы с Вами прекрасно помним, когда этот стиль получил название, — на выставке 25 года.

К.БАСИЛАШВИЛИ – А скажите, Лариса – я Вас сейчас сразу прерву.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да! (смеются)

К.ЛАРИНА – Успела вставить слово!

К.БАСИЛАШВИЛИ – Это вещи-то поточные или индивидуальные?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Нет, это вещи…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Ну вот, как бы, фабричные?...

Л.ПЕШЕХОНОВА – Это не поточные вещи.

К.БАСИЛАШВИЛИ – А они не занимаются потоком? Я вот не могу пойти в магазин, купить Картье, предположим?

Л.ПЕШЕХОНОВА – У Картье… нет, есть вещи, которые производятся, так сказать, каким-то количеством тиража.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Так вот я часто сталкивалась с мнением…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да.

К.БАСИЛАШВИЛИ – …таким, что Картье – это, скажем… ну, вот, понятно, там, есть… ну, Картье – вот это как-то… как-то, вот пошловато.

Л.ПЕШЕХОНОВА – А!

К.БАСИЛАШВИЛИ – Да, да.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Вы знаете, что… Вы, знаете, что, Вы меня просто задели.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Да.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да.

К.ЛАРИНА – А есть такое мнение?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Это мнение, на самом деле, я даже не знаю, как его охарактеризовать.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Вот откуда?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Это невежественное мнение. Вот невежественное. Когда мы чего-то не знаем, нам легче всего сказать, что это плохо, ужасно и это пошло. Но на мой взгляд, надо немножко приложить усилия, сейчас тем более, их нужно совсем чуть-чуть – прийти в Кремль…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Дойти до выставки.

Л.ПЕШЕХОНОВА – …посмотреть на эту выставку. На мой взгляд, это… ну, может быть… Тут, наверное, правильная возможность…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Может, проблема в подделках, которые, вот, есть… Есть кто-то? Вот, есть, вот вообще, это настолько популярно, что подделывают Картье?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Сейчас не об этом речь, Ксения, не о подделках.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Но есть это, вообще? Это есть?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Подделывают кого угодно, но не в этом…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Есть, да?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да, но не в этом суть. Т.е. если Вы хотите сказать, что если кого-то подделывают, то значит, это хорошо популярно – вовсе…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Вовсе нет. (смеется) Я не хочу ничего сказать, я просто спрашиваю.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да.

К.ЛАРИНА – Прямо жалко на это тратить время – здесь такая красота у меня в руках…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Вот в том-то и дело, не будем тратить время на какие-то досужие мнения.

К.ЛАРИНА – А вот, Ларис, я еще хотела…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да.

К.ЛАРИНА – Я впервые такое встречаю…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Почему досужие? Они не досужие, они существуют.

К.ЛАРИНА – Про портсигары – вот которые с какими-то дарственными подписями. А подписи, как я поняла, автографы, которые…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Кстати.

К.ЛАРИНА – Что это такое за стилистика?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Вы замечательно сделали, что обратили внимание на этот портсигар. Вот мы хотели показать диапазон. Вот эта гирлянда, вот эти бриллианты великолепные, да? И потом мы с вами видим совершенно лаконичные, рафинированные, минималистичные формы – портсигар из платины…

К.ЛАРИНА – Мужские такие вещи.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Портсигар из платины – это просто такая вот прямоугольная коробочка, украшением которой являются гравированные подписи знаменитых людей. Пэгги Гуггенхайм, Коко Шанель – и т.д. Т.е. вот единственное украшение этого предмета – эти вот подписи знаменитых людей своего времени.

К.ЛАРИНА – А вот конвертик с Черчиллем?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Или конверт, который заказал Черчилль, золотой конверт. Портсигар в виде конверта, с маркой наверху.

К.ЛАРИНА – С ума сойти! Это чья идея, Черчилля была?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Ну, это предложили Картье…

К.ЛАРИНА – «Хочу золотое письмо», да?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Это предложили Картье.

К.ЛАРИНА – Обалдеть!

Л.ПЕШЕХОНОВА – И этот портсигар он подарил своему сыну в день рождения на 21 год. А затем сын подарил его…

К.ЛАРИНА – И здесь марка…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да, здесь марка. Сын его подарил королю Египта, этот портсигар.

К.ЛАРИНА – А марка из чего?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Марка настоящая.

К.ЛАРИНА – Настоящая? Вмонтирована туда, да?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да. Да.

К.ЛАРИНА – И здесь, как бы, имитирован штемпель почтовый…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да.

К.ЛАРИНА – И вот, подпись самого Черчилля. И расческа, что уж совсем удивительно.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Расческа принадлежала Барбаре Хаттон, о которой я уже упоминала. Серьги и брошь, вот, напоминающие по абрису золотое руно, принадлежали ей. И расческа принадлежали ей. И Картье сделали для ее первой свадьбы – она была же 7 раз замужем – но для ее первой свадьбы сделана была черепаховая великолепная диадема, инкрустированная бриллиантами. Ее нет на выставке, но этот предмет есть в нашей книге в виде фотографии.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Куда только не отправлялись служители Картье за поисками новых стилей. Я знаю, что устраивались целые экспедиции в самые экзотические страны. В том числе, вот эта дружба с махараджами с индийскими. Это какой-то невероятный сюжет.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да, дружба с махараджами началась в начале 10-х годов ХХ века. Махарджи привозили сундуки своих драгоценностями, с роскошными камнями, которые Картье оправляли. На выставке присутствует парадная такая, ритуальная вещь – это огромное ожерелье махараджи Потиалы. Очень крупномасштабная вещь. К сожалению, Картье обнаружили этот предмет в Лондоне уже в руинированном состоянии, и крупные все камни… там был желтый бриллиант, вес его – более 234 карат. И сейчас, конечно, там камни прекрасно подобраны, но это синтетические камни. Но тем не менее, вот, образ этого предмета, он воссоздается абсолютно.

К.БАСИЛАШВИЛИ – А вообще, вот, поиск камней где происходил? Ведь это достаточно ограниченный рынок. Куда и где искали, расскажите.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Ну, в свое… в свое время рынок этот был достаточно, так сказать, разнообразный.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Ну, нужно что-то свое представить, уникальное.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Ну, понимаете, что, проблема не в камнях, на мой взгляд, а проблема в интерпретации, в художественной подаче. Вот знаменитый тутти-фрутти, которые сделаны из этих индийских резных рубинов, сапфиров и изумрудов – очень живописные и необычные браслеты.

К.ЛАРИНА – А, вот я как раз на него смотрю.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Да. Обратите внимание. Причем, вот, если Картье, они все-таки были приверженцами классических стилей, классических традиций, но в чем – в чистоте рисунка, в очень хорошо отрисованных композициях, формы абсолютно выверены, никогда нет никаких излишеств – ни в объеме, ни в сочетании материалов. И вот… а вот тутти-фрутти, обратите внимание – по крайней мере, те, которые мы показали на выставке, они очень живописные, как живописные полотна.

К.БАСИЛАШВИЛИ – И все-таки ведь были…

К.ЛАРИНА – Вот смотрю на Ларису, и понимаю, почему она не носит драгоценностей. (смеются) Потому что это невозможно. Надо либо Картье носить, либо ничего, да?

К.БАСИЛАШВИЛИ – И все-таки у них были экспедиции куда-то? Мне интересно.

К.ЛАРИНА – Все! Я снимаю бусы! Выбрасываю!

Л.ПЕШЕХОНОВА – Не надо, не надо!

К.ЛАРИНА – Выбрасываю бусы!

К.БАСИЛАШВИЛИ – У них… куда-то они ездили за этими…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Ну, они ездили в Индию…

К.БАСИЛАШВИЛИ – В Индию.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Они ездили в Китай. Но они, так сказать, собирали и информацию…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Ну вот это те самые охотники за алмазами – вот то, что мы сейчас читаем, вот эти…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Ну, ну я бы так не назвала, охотники за алмазами. Я только что сказала, что сундуки махараджей привозили к нему в мастерские…

К.БАСИЛАШВИЛИ – А почему? Вот в Африку.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Просто сундуки драгоценностей. Чего за ними охотиться, когда тебе их на дом привезли? Такой проблемы не было, и проблема, на мой взгляд, она совершенно заключается в другом. Давайте, пока у нас осталось, я не знаю, буквально, четыре минуты…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Секунда. Нет, нет, не четыре – одна.

Л.ПЕШЕХОНОВА – Одна! Часы настольные, часы настольные, «Загадочные»….

К.ЛАРИНА – Почему «загадочные» называются?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Потому что если Вы на них посмотрите, Ксения, то Вы увидите, что у них стрелки как будто бы парят в пространстве.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Тогда четыре минуты, потому что я об этих часах говорю…

К.ЛАРИНА – А!

Л.ПЕШЕХОНОВА – Как будто бы они не имеют связи с механизмом часов вообще. Вот эта концепция, совершенно удивительная, философии времени. Механизм, конечно же, присутствует, он скрыт определенным образом. Но когда вы на это смотрите, вы не понимаете. Они просто парят в этом горном хрустале. Вот это концепция совершенно потрясающая, абсолютно адекватная философии, эстетике ХХ века. И в этом тоже есть ноу-хау, инновация Картье, которая отразилась и в названии нашей выставки.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Еще есть возможность Вам рассказать о какой-нибудь вещи. Любимой Вашей.

Л.ПЕШЕХОНОВА – И давайте тогда обратим свое внимание к поздним вещам. Это уже поздний совершенно Картье, когда он уж не принадлежал семье, но тем не менее, вещи, заслуживающие внимание – это украшение, вот, Марии Феликс, змея 57-сантиметровая. Она объемная, там все косты закреплены друг с другом на шарнирах, она…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Т.е. она вот как, вот, движется, да?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Она движется, она тоже выполняет роль и украшения, да, колье, и одновременно может быть интерьерной пластикой. И там прекрасно подобранные камни, там великолепная структура ювелирная, опять-таки, мастером ювелирной структуры Картье был всегда, начиная с 1900-х годов.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Вопрос, почему Картье не принадлежит Картье?

Л.ПЕШЕХОНОВА – В каком смысле?

К.БАСИЛАШВИЛИ – Вы сказали, «когда ювелирный дом уже не принадлежал Картье»? Что произошло?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Ну, сначала умерли…. Сначала умерли два брата, Луи и Пьер, потом умер Жак, потом управляли некоторое время отделениями компании их сыновья, и потом по частям, так сказать, она была распродана. И уже в 70-е годы возникла идея и нашли для этого возможности, чтобы Картье, дом Картье, три отделения Париж, Лондон, Нью-Йорк, объединить в одно. Но я думаю, что и благодаря именно этому объединению, мы с вами имеем вот такую прекрасную выставку и музейную коллекцию, которую дом Картье хранит и хранит бережно свои роскошные великолепные архивы. И в альбоме, в частности, представлено большое количество фотографий, изысканнейших вещей стиля гирлянды. Более того, архив Картье хранит слепки с этих вещей. И вот в нашем альбоме можно буквально проследить первое…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Гипсовые, да, гипсовые?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Первый рисунок, да, появление, т.е. как идею, возникшую идею некоего произведения, потом мы видим уже фотографию этого изделия, и уже слепок этого изделия, т.е. полностью история сохранилась этого произведения.

К.ЛАРИНА – Лариса, еще вопрос, наверное, последний: как все это охраняется? Вот такое вот таскать по всему свету, такие бесценные вещи…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Это все в Кремле… Ну, вообще-то выставочная деятельность дома Картье – она огромная…

К.ЛАРИНА – Они не боятся все это вывозить?

Л.ПЕШЕХОНОВА – Ну, а как.. нет, музеи не бояться вывозить свои вещи…

К.ЛАРИНА – Какого уровня там охрана, да…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Сколько было, Ксения, выставок, да, из Зеленых сводов, из Лувра, из Государственного Эрмитажа, а Картье популяризирует свою коллекцию, вот даже статья президента творческого наследия Картье, Пьера Райнеро, в каталоге называется «Популяризировать культурное наследие Картье», чем они занимаются…

К.БАСИЛАШВИЛИ – У меня другой вопрос: как это не боятся носить…(смеются)

К.ЛАРИНА – Да, да… значит, короче говоря, все, я больше не буду ничего носить до тех пор, пока не заработаю…

Л.ПЕШЕХОНОВА – Нет, не надо, не надо такого радикализма….

К.ЛАРИНА – …не заработаю денег на какую-нибудь маленькую «тутти-фрутти»… (смеется)

Л.ПЕШЕХОНОВА – Нет, друзья мои, еще, еще один нюанс, вот, как раз на Вашу реплику. Дело не в том, из какого материала созданы вещи. Они могут быть созданы совершенно из любого, в них должно быть искусство. Искусство можно создавать не только из бриллиантов и камней. Часто сталкиваешься с тем, что драгоценные камни, они настолько не выражены, настолько нет какой-то идеи интересно, поэтому в чем угодно может быть искусство.

К.ЛАРИНА – Спасибо большое! Вот на этом мы философском выводе закончим нашу сегодняшнюю встречу с великолепной Ларисой Пешехоновой, которая вас ждет в Кремле на выставке «Картье: инновации ХХ века». Спасибо!

Л.ПЕШЕХОНОВА – Спасибо! Я приглашаю всех на роскошную выставку.

К.ЛАРИНА – Спасибо большое!



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире