'Вопросы к интервью
24 февраля 2007
Z Кремлевские палаты Все выпуски

Уникальный памятник XV века из собрания Оружейной палаты — рукописное «Морозовское Евангелие»


Время выхода в эфир: 24 февраля 2007, 12:15



К.ЛАРИНА – 12:19, добрый день еще раз, программа «Кремлевские палаты», Ксения Ларина, Ксения Басилашвили – Ксюша, еще раз приветствую.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Добрый день!

К.ЛАРИНА – И у нас сегодня в гостях представители Музеев Московского Кремля: старший научный сотрудник Татьяна Борисова – добрый день, Татьяна!

Т.БОРИСОВА – Здравствуйте!!

К.ЛАРИНА – И ведущий научный сотрудник Ирина Стерлигова – здравствуйте, Ирина!

И.СТЕРЛИГОВА – Здравствуйте! Здравствуйте!

К.ЛАРИНА – А говорить мы сегодня будем об уникальном памятнике XV века из собрания Оружейной палаты – рукописном Морозовском Евангелии, о котором мы уже говорили – начинали говорить…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Да, мы представляли…

К.ЛАРИНА – И Алексей Левыкин нам сказал, что нужно обязательно сделать отдельную передачу. Вот, собственно говоря, мы сегодня по этому поводу и собрались.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Мы в тот раз представляли CD, которое вышло к 200-летию Музеев Московского Кремля, CD как раз с исследованием вот этого самого лицевого Евангелия из Успенского собора Московского Кремля. И сегодня мы также предлагаем в качестве главного подарка нашим радиослушателям по телефону выиграть вот это вот Морозовское Евангелие, перенесенное уже в электронном варианте на CD, так что для тех, у кого есть компьютеры – пожалуйста.

К.ЛАРИНА – Пожалуйста, вопрос.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Вопроса два, внимание. Итак, символом какого евангелиста является изображение ангела, или как еще его иногда называли, человека с крыльями? И второй вопрос – как в Древней Руси назывался пергамент? Существовало специальное название.

К.ЛАРИНА – Хорошо. Ждем ваших ответов, а сейчас начинаем нашу экскурсию. Давайте начнем с самого начала – как вообще оно появилось, это рукописное Морозовское Евангелие, и вообще, что это такое, да?

К.БАСИЛАШВИЛИ – Да вообще, оказалось, что там много загадок.

К.ЛАРИНА – Да.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Что, оказывается, что оно никакое не Морозовское, хотя название закрепилось…

К.ЛАРИНА – Что такое Морозовское… давайте уже начнем с самого начала. Итак, кто начинает?

И.СТЕРЛИГОВА – Ну…

К.ЛАРИНА – Давайте, Ирина.

И.СТЕРЛИГОВА – Я думаю, что кончается первая неделя Великого Поста и как раз хорошо поговорить о Евангелии, и самое главное – что такое Евангелие в храме, что такое храм для современного человека – это архитектурное сооружение. Но это не так. Храм – это престол, покрытый одеждами, престол, символизирующий самого Спасителя, покрытый индитией с мощами, и на престоле всегда находится напрестольное Евангелие, которое является образом Христа, иконой Христа и вместилищем слова Божия, т.е. самим воскресшим Христом в храме. И поэтому это самый главный предмет, его даже трудно назвать предметом, это самое главное в храме. И поэтому это всегда очень украшали, и придавали этому огромное значение. И строительство храма в Древней Руси, оно было связано, конечно, и со строительством напрестольного Евангелия. И по затратам сил, по затратам средств, привлечению художников это было такое же важное действо, как строительство, скажем, каменного собора.

К.БАСИЛАШВИЛИ – И слово «строительство» здесь вполне применимо, да – вот хотя бы к рукописной книге, казалось бы?

И.СТЕРЛИГОВА – Да, потому что это очень, действительно, сложный, как сейчас говорят, проект.

К.ЛАРИНА – А для какого храма Морозовское Евангелие создавалось?

И.СТЕРЛИГОВА – Ну, в этом тоже есть загадка, но все предполагают, что…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Ну, что?

Т.БОРИСОВА – Но сейчас уже установлено, что это Евангелие – вот документально установлено – что Евангелие это хранилось в Успенском соборе уже в начале XVII века. Т.е. оно прослеживается по всем сохранившимся описям Успенского собора Московского Кремля. Вот, самая ранняя из них как раз относится к, там, концу 10-х годов XVII века. Вот.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Ну, на самом-то деле, создавалось оно раньше?

Т.БОРИСОВА – Да. Создавалось оно раньше, и вот исследования этого Евангелия, которые начались еще, вот, в первой половине XIX века и продолжаются до настоящего времени, вот эти исследования показали, что рукопись – и само Евангелие, и рукопись, и оклад – были созданы, очевидно, вот, в конце XIV – в начале XV века. Но разные исследователи придерживаются уже, как бы, вот, своей точки зрения, которая более или менее уточняет, там, датировку и атрибуцию памятника, но в целом, вот, его датировка такая, какую я назвала.

К.ЛАРИНА – А почему Морозовским его называют?

Т.БОРИСОВА – Дело в том, что Морозовским… название Морозовское – это чисто случайное название. Просто первый из описателей, один из первых описателей его в начале XIX века, вернее, в середине XIX века, идентифицировал это Евангелие с вкладом боярина Бориса Ивановича Морозова, т.е. с вкладом, который был сделан на деньги уже после смерти этого боярина в Успенский собор. Но вот исследования, которые провели уже в более позднее время, в ХХ веке, как раз, вот, идентифицировав эту рукопись уже по всем описям, начиная вплоть до XVII века, в общем, показало несостоятельность. И теперешние исследования других документов тоже показывают, что скорее всего, на деньги Морозова был сделан другой оклад, на другое Евангелие. К сожалению, в настоящее время вот этот, очевидно, подлинный Морозовский оклад до нашего времени не сохранился, хотя тоже был сделан в Успенский собор. Сама рукопись – это рукопись греческая, Евангелие написано на греческом языке, в середине XVII века, она сохранилась, а оклад же был похищен, вот, во время ограбления синодальной ризницы в 1918 году. Вот. В это время вся книгохранительница, там… вернее, вот, все Евангелия, которые находились в это время в соборе, все самые книги, которые, вот, богослужебные, они были переданы в синодальную ризницу. И вот в 18 году…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Уже ХХ века?

Т.БОРИСОВА – Да, да, да.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Да.

Т.БОРИСОВА – И в 18 году она подверглась ограблению. Вот, был похищен этот, как бы, подлинный Морозовский оклад, но благо, вот, сохранился уже древний оклад, вот, XV века.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Ну, по большому счету, просто, наверное, здесь надо ещен немножечко напомнить, кто такой был Морозов, боярин Морозов. В общем, он был воспитателем Алексея Михайловича, да? Человеком, который, как считается, спровоцировал Соляной бунт знаменитый 1648 года, по-моему, если кто помнит цифру, пусть меня исправит. Человек, у которого, в общем, действительно, в наличии средства имелись. И такой вклад он мог сделать. А кстати, сколько стоило создание вот такого Евангелия?

И.СТЕРЛИГОВА – Вот, в рублях я не берусь это…

Т.БОРИСОВА – Нет, ну это, вот, и в денежном отношении это тоже… это были…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Ну каких… каких это усилий стоило, создание?

Т.БОРИСОВА – Усилий вот именно таких, которые выражаются словом «построить». Вот, потому что это слово «построить» как раз, вот, чаще всего применялось при создании вот такого рода произведений. Потому что участвовало очень много мастеров, участвовали и для этого нужны были очень большие материальные средства. И конечно… ну, привлекались самые лучшие мастера.

К.ЛАРИНА – Ну, я думаю, что мы об этом подробнее поговорим, вот, во второй части – о том, как происходила работа над этим Евангелием, да, в чем, вообще, уникальность этого документа. Пожалуйста, Ирин, да, Вы хотели добавить.

И.СТЕРЛИГОВА – Я о стоимости. Существует одно Евангелие XVI века, вложенное в Пафнутьево-Боровский монастырь Макарием, митрополитом Макарием, где подробно прописана вся стоимость всех работ. И я, конечно, не помню эти цифры, но даже бархат, по нашим современным понятиям, довольно небольшой кусок ткани, но привезенный из Италии или из Восточных стран, он стоил 20 рублей. Т.е. вся эта цена – золота, камней, бархата, жемчуга, не говоря уже о работе, о тех драгоценных минералах и золоте, которые применялись для миниатюр – во много раз превосходят средства на строительство храма.

К.ЛАРИНА – А когда впервые, вообще, о нем услышали, о нем узнали? Когда оно о себе напомнило?

И.СТЕРЛИГОВА – Вы знаете, о себе напомнило Евангелие…

К.ЛАРИНА – Да.

И.СТЕРЛИГОВА – Был такой замечательный ученый Петр Иванович Кыпин, он петербургский ученый, русский душой, но европеец по рождению и образованию, он составил такой «Список русским памятникам, служащим к составлению истории художеств и отечественной палеографии». И впервые он упомянул Евангелие и датировал его, прозорливо датировал, XIV столетием. И вот с этого началась история изучения рукописи, которая сама уже есть, вот, часть истории русской культуры. Замечательные ученые написали…

К.ЛАРИНА – Она где хранилась все это время?

И.СТЕРЛИГОВА – Ну, сначала в соборе, потом в синодальной…

К.ЛАРИНА – Начиная с XVII века? Т.е. собор, потом…

И.СТЕРЛИГОВА – Это главное Евангелие главного храма…

К.ЛАРИНА – Так.

И.СТЕРЛИГОВА – …русской церкви. Главное золотое Евангелие и второе по древности Евангелие, связанное с Успенским собором. Оно хранилось в соборе, потом было передано в синодальную или, вот, патриаршую ризницу, которая с середины XIX века являлась музеем. И конечно, это, вот, просто чудо, что в 18 году оно избежало уничтожения, потому что то, что было похищено, все было уничтожено.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Нет, вообще невероятно, что с XV века сохранилось это Евангелие…

И.СТЕРЛИГОВА – Да…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Тем более, как я понимаю, что два столетия, в общем, местонахождение его неизвестно? Да? Если в Успенском соборе оно появляется только в XVII…

И.СТЕРЛИГОВА – Ну, просто более ранних документов нет.

Т.БОРИСОВА – Документов нет.

К.БАСИЛАШВИЛИ – А…

И.СТЕРЛИГОВА – Документов более ранних нет, они не сохранились. Потому что это Смутное время, оно уцелело в Смутное время, во время польской оккупации. И в это время, как установили реставраторы, оно было переплетено, т.е. какой-то был ущерб, но каждый раз его очень тщательно восстанавливали. Оно уцелело в 12 году, когда вывозились ценности из Кремля. Наверное, в Спасо-Прилукский монастырь в Вологде…

К.ЛАРИНА – Т.е. действительно, провидение какое-то берегло, да?

И.СТЕРЛИГОВА – Да, да. И главное, в 18 году, когда ризницу грабили в течение недели, потому что Кремль… это был январь 18 года.

К.ЛАРИНА – Ну что же, мы продолжим нашу программу после выпуска новостей. Наверное, определимся с нашими победителями и продолжим нашу экскурсию по истории рукописного Морозовского Евангелия. Напомню, что в гостях у нас сегодня Татьяна Борисова и Ирина Стерлигова, научные сотрудники Музеев Московского Кремля.



НОВОСТИ



К.ЛАРИНА – Ну что, еще раз напомню, что сегодня у нас в гостях Татьяна Борисова и Ирина Стерлигова, научные сотрудники Музеев Московского Кремля, которые рассказывают нам об истории рукописного Морозовского Евангелие. Сейчас пришла пора нам определиться с победителями.



РОЗЫГРЫШ ПРИЗОВ (правильные ответы – Матфей; харатья)



К.БАСИЛАШВИЛИ – Евангелист Матфей… давайте тогда я других перечислю. Итак, Лука, Луку у нас символизирует…

Т.БОРИСОВА – Телец.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Телец.

И.СТЕРЛИГОВА – Иоанна – орел, и Марка, св. Марка – лев.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Лев. Ну, это мы знаем все, потому что…

(говорят одновременно)

К.БАСИЛАШВИЛИ – И харатья. Что это за название, почему не пергамент?

Т.БОРИСОВА – Ну, слово пергамент, вот, в обозначении этого материала, на котором писали рукописи в древности, пришло, вот, на Русь поздно, уже, наверное, в XVII веке, а более древнее название – это, вот, харатья – этого материала, кожи, на которой писали. И это вот такая русская огласовка греческого слова, греческого названия.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Ну, теперь мне понятно происхождение фамилии Дмитрия Харатьяна – мы тоже перед эфиром об этом говорили.

К.ЛАРИНА – Да, понятно. Давайте мы вернемся теперь к документу. Вот, я хочу вернуться к теме мастеров, про которые Татьяна уже упоминала. Вот сколько, вообще, человек работало над этим… документом, я знаю, что это – над этим произведением искусства?

К.БАСИЛАШВИЛИ – Тут нужно сказать еще… Нужно сказать, что здесь разделяется – здесь же есть текст, и есть драгоценный оклад. Да.

К.ЛАРИНА – Ну, я хочу… всего сколько людей создавало этот шедевр? Есть точное количество?

Т.БОРИСОВА – Ну, я не подсчитывала. Давайте считать вместе.

К.ЛАРИНА – Так.

Т.БОРИСОВА – Значит, изучение, вот, письма этой рукописи показывает, что в написании текста принимало участие четыре писца. Значит, три из них были писцами собственно текста, четвертый писец писал заголовки. И еще, как бы, можно выделить руку, как бы, еще одного писца – он писал надписи в миниатюрах.

К.БАСИЛАШВИЛИ – А сами создатели иллюстраций и миниатюр?

К.ЛАРИНА – Подожди, мы считаем. Да, четыре.

Т.БОРИСОВА – Четыре.

К.ЛАРИНА – Так, писца.

И.СТЕРЛИГОВА – Пять. Да, уже пять?

Т.БОРИСОВА – Да.

К.ЛАРИНА – Да, пять писцов.

Т.БОРИСОВА – Теперь: рукопись украшена орнаментальными заставками и инициалами.

К.ЛАРИНА – Это каждая заставка?

Т.БОРИСОВА – Нет. Значит, разделы рукописи – отдельные разделы, большие разделы – украшены заставками. И каждое Евангельское чтение начинается с инициала – красочного, с золотом, орнаментального инициала.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Инициал – это заглавная буква.

Т.БОРИСОВА – Это заглавная… большая заглавная буква. И, значит, вот, количество мастеров, которые принимали участие в этом декоративном оформлении Евангелия, оно, как бы, вот, не вычисляется. Там те или иные исследователи, вот, определяют, что, может быть, вот, принимало три или четыре мастера, но возможно, что много, возможно, что один. Вот, выделить так вот точно очень трудно. И, значит, еще рукопись эта украшена миниатюрами, восемью большими листовыми миниатюрами. С изображениями евангелистов, каждого из евангелистов…

И.СТЕРЛИГОВА – За работой, да.

Т.БОРИСОВА – Да. И его символа – вот, на отдельных листах. Последние как раз исследования, которые были проведены, вот, во время реставрации рукописи, исследования материалов и техники написания миниатюр, они дают основание считать, что каждая из миниатюр евангелистов была написана отдельным художником. Вот, вот я уже считать не могу, извините.

К.БАСИЛАШВИЛИ – И там даже имена круга Рублева звучали, да?

К.ЛАРИНА – Ну, человек 15 уже получается, да?

Т.БОРИСОВА – Да. Ну вот, еще прибавьте, что… да, деланье оклада… Да, да. Кроме того, совершенно очевидно, что были еще и переплетчики, которые переплетали тетради, сшивали эту рукопись, значит, заключали ее в деревянные доски, укрепляли, значит, весь блок в этих деревянных досках, потом… ну, скорее…

И.СТЕРЛИГОВА – Кто-то готовил пергамен еще…

К.ЛАРИНА –

К.БАСИЛАШВИЛИ – Да, кто-то еще готовил листы…

И.СТЕРЛИГОВА – …готовил, покрывал его, там, мелом – это очень долго.

Т.БОРИСОВА – Да, да, ну это уже, там, материал… это уже, конечно, материал, вот, закупался или заготавливался специально – это уже трудно сказать. Ну, плюс еще уже в это время, я думаю, разделялись специальности, уже были мастера, которые изготавливали чернила, изготавливали… в общем…

И.СТЕРЛИГОВА – Кисть, краску…

Т.БОРИСОВА – …краску. Просто подготавливали пигменты сами, вот, которыми пользовались мастера. Ну, и, в общем…

К.ЛАРИНА – А был руководитель группы? Ну, кто-то, кто несет…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Куратор, как сейчас говорят.

К.ЛАРИНА – …нес ответственность за готовый продукт, с которого можно было спросить?

Т.БОРИСОВА – Ну, наверное, на каждом этапе, вот, создания этого памятника, очевидно, был какой-то главный человек. А вот среди писцов главным человеком, как правило, выделяют того писца, который начинал писать, вот, начальные, там, чтения или начальные листы отдельных частей, вот, рукописей. Или просто начало. Вот в данном случае, например, книга разделяется на отдельные части, и вот некоторые эти части написаны особым писцом – там большая часть рукописи написана писцом… вот, кстати, имя его установлено на основании сопоставления с другими рукописями, в которых он написал, вот, что он был писцом вот этих рукописей – его имя Спиридоний. Вот, вот он написал большую часть рукописи, а вот остальные…

К.ЛАРИНА – Может быть, он и руководитель?

Т.БОРИСОВА – Вот…

И.СТЕРЛИГОВА – Я думаю, он был не только писцом.

Т.БОРИСОВА – Возможно, что…

К.ЛАРИНА – Вот. Ведь кто-то же придумывал дизайн, вот, дизайн-макет, что называется, выражаясь современным языком – кто-то же придумывал, чтобы все вот это вот вместе производило впечатление цельное, правда же?

Т.БОРИСОВА – Да, конечно, да, конечно. Вот. Но, правда, в данном случае, очевидно, замысел создания этой рукописи несколько менялся по ходу ее создания. В общем, есть такие особенности в составлении тетрадей рукописи и в написании текста. Там, например, текст, вот, в одном месте стерт, на его… и вот, на этой части листа нарисована заставка, а текст перенесен на другой лист. Вот это… я уж так, в общем, говорю, но вот это дает основание считать, что, очевидно, первоначально миниатюры…

К.ЛАРИНА – Какие-то коррективы были внесены, да?

Т.БОРИСОВА – Да. Миниатюры, может быть, не предполагались, вот, включение миниатюр в эту рукопись. Может быть, они предполагались, вот, быть включенными в другие части, вот, на другие места, так скажем, вот, между текстом…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Скажите, а почерк разный, если несколько писцов было?

Т.БОРИСОВА – Вот. Да.

И.СТЕРЛИГОВА – Ну, четыре, конечно, поэтому их…

К.БАСИЛАШВИЛИ – И все можно различать по почеркам?

Т.БОРИСОВА – Ну, индивидуальные особенности, конечно. Все письмо выдержано, очень стильное. Т.е. один тип письма, одного типа письма придерживались все эти мастера. Вот, все мастера классные, т.е., вот, мастера, которые писали и очень много рукописей…

К.БАСИЛАШВИЛИ – А текст на старославянском или на древнегреческом?

Т.БОРИСОВА – На древнерусском.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Древнерусском?

Т.БОРИСОВА – Да, да. Принято, вот, его определять как древнерусский язык. Да. И возможно, что… да, вот еще относительно изменения, как бы, оформления этой рукописи: заголовки писались, значит, сле… писались киноварью, но первая буква, самая начальная буква этого заголовка, киноварью не писалось. Скорее всего, что предполагалось, что она будет написана золотом. Вот. Но сейчас, значит, все заголовки – и киноварные, и вот этот вот…

К.ЛАРИНА – Что такое киноварные, что это такое?

Т.БОРИСОВА – Сейчас объясню. Все эти заголовки, они вызолочены. Т.е., вот, в этом можно видеть еще одно изменение…

И.СТЕРЛИГОВА – Следующее, да.

Т.БОРИСОВА – Да, какой-то следующий этап уже для того, чтобы представить эту рукопись еще более в таком, великолепном виде. А киноварь – это такой пигмент, который употребляли для написания красных заголовков.

И.СТЕРЛИГОВА – Красная строка.

Т.БОРИСОВА – Да, красного цвета заголовков…

И.СТЕРЛИГОВА – Отсюда выражение, да.

Т.БОРИСОВА – …которые выделяли, вот, отдельные периоды чтения.

К.ЛАРИНА – Сколько времени над ним работали? Это, вообще, известно, сколько времени создавалось оно?

Т.БОРИСОВА – Нет, нет.

К.ЛАРИНА – Неизвестно?

Т.БОРИСОВА – Нет, ну трудно сказать…

И.СТЕРЛИГОВА – Ну, примерно…

К.ЛАРИНА – Ну, хотя бы приблизительно – вот какой там охват, период какой?

Т.БОРИСОВА – Ну, письмо, наверное, могло занять несколько месяцев, вот, и… ну, тут… ну, дело в том, что этот… что известный нам писец этого Евангелия, Спиридоний…

К.ЛАРИНА – Спиридоний.

Т.БОРИСОВА – Да. Он, как восстановлено сейчас исследователями, и он просто и сам как раз о себе, вот, в надписях оставил, что он был дьяконом, а потом протодьяконом, и скорее всего, вот эта должность протодьякона, она была свойственна для кафедральных, вот, храмов – скорее всего, что он был протодьяконом Успенского собора. Т.е. он еще был, вот, очевидно, занят своей, вот, работой по должности, по служению в храме, вот, но и одновременно написанием. Т.е. вот, наверное, так человек, ну, разрывался…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Так, скажите, а оклад вот этот драгоценный?

К.ЛАРИНА – Вот про оклад надо сказать, подробнее.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Он одновременно создавался с книгой, с текстом?

И.СТЕРЛИГОВА – Ну, поскольку неизвестно и про текст, создавался ли он единовременно или там вносились в него коррективы, миниатюры добавлялись…

К.ЛАРИНА – Там, кстати, вот, фотография есть – вот это вот оно, да?

И.СТЕРЛИГОВА – Да. …то и про оклад… все-таки, это единый замысел, можно подумать, потому что, как уже сказала Татьяна, каждому изображению евангелиста предшествует его полосный символ. Полосный – т.е. на весь лист. И такие же символы евангелистов украшают оклад.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Т.е. переклички есть?

К.ЛАРИНА – Кто-то задумал целиком эту книжку?

И.СТЕРЛИГОВА – Да. Да.

К.ЛАРИНА – Т.е. есть автор у этой идее?

И.СТЕРЛИГОВА – И этот кто-то, по всей видимости, это был митрополит, глава русской церкви.

К.ЛАРИНА – Он придумывал, да?

И.СТЕРЛИГОВА – Потому что, вот, по всей видимости, Спиридоний был ведь митрополичьим дьяконом.

К.БАСИЛАШВИЛИ – А кто тогда был митрополит?

И.СТЕРЛИГОВА – Ну, вот это самый главный вопрос по истории этой рукописи…

К.ЛАРИНА – Т.е. это неизвестно, кто в это время?

И.СТЕРЛИГОВА – Нет, все известно. Но одни исследователи связывают его с митрополитом Киприаном, а другие с митрополитом Фотием. И тот, и другой были греки – или, во всяком случае, Киприан балканец. И Фотий приехал в Москву в 1410 году. Киприан умер в 1406. И вот, до сих пор ученые не могут прийти к единому мнению. Но я…

К.ЛАРИНА – Т.е. мы определяем, вот, XV век так, абстрактно, что ли, да? Целиком его берем?

И.СТЕРЛИГОВА – Рубеж XIV – XV века. Но ведь надо думать, что это для нас XIV – XV век, для… в то время было другое летоисчисление, от сотворения мира.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Но мастера были греческие, да, которые готовили.

И.СТЕРЛИГОВА – Да, мастера были греки. И когда мы говорим о том, сколько людей участвовало, да…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Писцы русские, мастера греческие?

И.СТЕРЛИГОВА – Да. …в этой… в изготовлении этого замечательного кодекса, то, конечно, надо помнить чеканщика, потому что оклад чеканный, золотой, полностью покрывает верхнюю доску. Это величайшая редкость, таких рукописей мало. И это Евангелие имеет значение не только для истории русской культуры, но и всей православной, византийской культуры, потому что таких золотых окладов этой эпохи – поздневизантийской или палеологовской, по имени Палеологов, династии императоров византийских – просто больше нет. И конечно, вот, такие материальные богатства могли быть только на Руси – в Византии уже было невозможно построить такое Евангелие, хотя и Русь переживала довольно нелегкий период. Но верхняя доска полностью скрыта золотым окладом, который собран из отдельных частей. Над окладом работали чеканщик, сканщик, человек, который обрабатывал драгоценные камни, их оправлял, т.е. не менее трех человек. Вероятно, еще эмальер, потому что тут надпись, исполненная эмалью – вот, «Воскресенье Господне» надпись, потому что это оклад еще необычен тем, что он… в центре его крупное изображение Воскресения, в изводе, сошествия Спасителя во Ад.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Скажите, а появление такого Евангелия становилось событием?

И.СТЕРЛИГОВА – Конечно.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Об этом… это зафиксировано где-то в летописях?

И.СТЕРЛИГОВА – Ну вот, Вы знаете, устроители этого Евангелия были люди очень смиренные. Нет никаких вкладных надписей. Есть рукописи и более ранние, и современные, которые имеют какие-то вкладные надписи…

К.ЛАРИНА – Что такое вкладные надписи?

И.СТЕРЛИГОВА – Ну, это надпись о том, что «построено сие Евангелие…»

К.ЛАРИНА – А, понятно.

И.СТЕРЛИГОВА – «…теми-то при… таким-то… вложено туда-то»…

К.ЛАРИНА – Тираж такой-то.

И.СТЕРЛИГОВА – Да, да, да. Да. Да. Они обычно помещаются на… не на самом видном месте, но где-то там с бокового… с боковой стороны оклада…

К.ЛАРИНА – Т.е. так называемые выходные данные?

И.СТЕРЛИГОВА – Да, да, да, да. Но обычно это красивые надписи, тщательно выполненные, но довольно скромно, о каких-то скромных местах. Тут нет ничего. И вот поэтому от этого и все научные дискуссии.

К.ЛАРИНА – А тогда откуда, вообще, взялась вот эта вот идея XV века, рубежа XIV-XV веков, если вообще ничего нет?

И.СТЕРЛИГОВА – Ну, Вы знаете… Потому что есть наука палеография…

К.ЛАРИНА – По каким приметам?

И.СТЕРЛИГОВА – Есть наука история искусства – у каждого памятника, и рукописного, есть не только язык, вот, язык в общепринятом смысле слова, но и художественный язык, который тоже является документом и может свидетельствовать о времени…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Где в храме было место такого Евангелия?

И.СТЕРЛИГОВА – На престоле. На престоле. Это было… вот это было…

К.БАСИЛАШВИЛИ – На кафедре?

И.СТЕРЛИГОВА – Не на кафедре, на престоле. Это Евангелие было пасхальное, оно не только для чтения слова Божия, но и это такой мистический предмет, который принимал участие во многих таинствах и чинопоследованиях и как книга…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Ну, например?

И.СТЕРЛИГОВА – Как книга, во время, например… Великим Постом текст прикладывают к голове кающихся, или в какие-то отдельные моменты службы – в посвящении в дьяконы – там тоже Евангелие дают посвящаемому. Потом во время малого входа или входа со святым Евангелием из алтаря выносится Евангелие, которое символизирует самого Христа, идущего на проповедь. И поэтому Евангелие даже в самом скромном окладе всегда является иконой, образом Христа, даже в том случае, когда там только один крест или просто драгоценные камни – это образ Христа. А у нас, в нашем случае, это, конечно, великий образ, это великая икона, потому что здесь масса изображений на этом Евангелии, оно все состоит из такой сложнейшей композиции Теофании, Богоявления, вот, явления Царствия Божия, потому что особенность вот этой культуры средневековой в том, что богослужение воспринималось всеми молящимися как явление им Царства Божия на Земле. И как, вот, красота – самое важное доказательство.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Наверное, вопрос о хранении сейчас очень важен – где сейчас хранится и как, в каких условиях можно сохранить такую уникальную книгу, столь древнюю?

Т.БОРИСОВА – Вот, как я уже упомянула, прошла… в 90-х годах прошла очень большая реставрация этой рукописи. Она была обусловлена тем, что рукопись, корешок ее был при переплетении в начале, очевидно, XVII века, был очень сильно проклеен – это привело к сжатию пергамента, и он… вот, его короблению, и даже там были и разрывы уже в корешке, собственно, рукописи. Там наблюдалось также и отставание красочного слоя, поэтому книга была очень тщательно реставрирована, была, вот… был снят этот клей, в общем, прошиты листы и тетради рукописи так, что уже сейчас ничего не мешает, и свободно разворачиваются листы. Укреплен красочный слой и, вот, заголовков, и миниатюр, и заставок, инициалов, и сейчас эта рукопись, как и до реставрации, она хранится в витрине, на экспозиции…

К.БАСИЛАШВИЛИ – В витрине прямо?

Т.БОРИСОВА – Да. …Оружейной палаты.

К.БАСИЛАШВИЛИ – И оно развернуто там или закрыто?

Т.БОРИСОВА – Нет, оно закрыто. Пергамент, даже, вот, после реставрации, следует хранить, так сказать, чтобы он был заключен… чтобы листы находились в таком, плотном состоянии – не случайно и… эта рукопись сохранила древние застежки. Застежки, т.е., вот, крышки переплета, верхние и нижние, они соединялись, да, соединялись не только, вот, благодаря своему весу, но и дополнительными ремешками.

И.СТЕРЛИГОВА – Стягивались.

К.БАСИЛАШВИЛИ – И не менялись ни разу? Вот те самые?

Т.БОРИСОВА – Знаете, в общем, вот если…. Сейчас эти ремешки, они представляют собой тесемочки с золотыми наконечниками. И эти тесемочки, в общем, у нас специалисты по тканям датируют XVI веком, т.е. временем как раз, вот, ну, конца XVI века, вот, возможным, так сказать…

И.СТЕРЛИГОВА – Обновлением.

Т.БОРИСОВА – Да, обновлением этого Евангелия. Так вот, значит, со всех трех сторон, вот, обреза были сделаны вот эти застежки. Ну, и сейчас тоже, в общем-то, так же очень в плотном состоянии – это помогает в сохранении пергамента и красочного слоя.

И.СТЕРЛИГОВА – Да.

К.ЛАРИНА – А там есть какие-нибудь открытия, вот, в области технологии создании книги? Или, вот, достаточно традиционно все решено – способ переплетения и прочее, прочее?

Т.БОРИСОВА – Вы знаете, переплетение как таковое было, в общем-то, традиционным, известно, но, значит, при реставрации были обнаружены маленькие фрагменты пергаментной рукописи западного происхождения…

И.СТЕРЛИГОВА – XVI века.

Т.БОРИСОВА – XVI века. Которые были использованы для укрепления блока в досках переплета. И вот эти особенности как раз были, как специалисты считают, были свойственны западной технологии переплетения. Возможно, что, вот, какого-то…

И.СТЕРЛИГОВА – В начале XVII века.

Т.БОРИСОВА – В начале XVII века, да, пригласили какого-то иностранного мастера…

К.ЛАРИНА – Мастера?

Т.БОРИСОВА – Да. А иностранцев у нас работало, там, в Оружейной палате, вообще в Кремле, мастеров разных специальностей очень много, вот, и он выполнил.

К.ЛАРИНА – Ужасно интересно, но мы должны заканчивать, мы даже дать твой шедевр – ничего?

К.БАСИЛАШВИЛИ – Ну, ничего, я думаю, что мы можем вместо этого добавить, что в Музеях Московского Кремля около 500 рукописных и старопечатных книг. И такого уровня, как Морозовское Евангелие… Оно одно, но есть…

(говорят одновременно)

К.ЛАРИНА – Значит, мы можем его увидеть в Оружейной палате, да?

И.СТЕРЛИГОВА – И рассмотреть на диске, главное, на диске.

К.ЛАРИНА – На диске все в подробностях.

И.СТЕРЛИГОВА – Все рассмотреть и увеличить.

К.ЛАРИНА – Очень интересно, хочется ужасно посмотреть…

И.СТЕРЛИГОВА – Очень много не успели рассказать…

К.ЛАРИНА – Ну, хочется же и пощупать, но это точно невозможно. (смеется)

К.БАСИЛАШВИЛИ – Нет, это тебе не дадут сделать.

К.ЛАРИНА – Спасибо большое! Татьяна Борисова и Ирина Стерлигова, научные сотрудники Музеев Московского Кремля, которые вот так вот, максимально подробно, познакомили нас с шедевром XV века, рукописным Морозовским Евангелием, которое хранится в Оружейной палате. Спасибо Вам еще раз и до встречи!

Т.БОРИСОВА – Спасибо!





Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире