'Вопросы к интервью
ЗВОН КОЛОКОЛОВ.

К.ЛАРИНА: Даже не хочется уводить такую роскошную фонограмму. В режиме реального времени, действительно ни чем не приукрашенная, настоящая фонограмма. Колокольный звон, перезвон. Как мы с Ксюшей и обещали, сегодня мы будем звонить во все колокола вместе с нашим гостем. Игорь Коновалов — председатель общества церковных звонарей, художественный руководитель колокольных звонов Московского Кремля и Храма Спасителя. Здравствуйте, уважаемый Игорь!

И. КОНОВАЛОВ: Здравствуйте!

К.ЛАРИНА: Узнаете этот звон?

И.КОНОВАЛОВ: Да, конечно.

К.ЛАРИНА: Ну, тогда расскажите, что это за колокольный звон, откуда.

И.КОНОВАЛОВ: Ну, это только что прозвучал праздничный колокольный звон, который проводится с трех ярусов колокольни Ивана Великого и яруса звона Звонницы. В какой-то степени мы здесь показываем и один из самых интересных экспонатов музеев Московского Кремля. Это замечательная коллекция кремлевских колоколов. Это памятники, это шедевры литейного мастерства, мастерства акустики, архитектурного мастерства с начала 16 до начала 19 века. Ведь известно, что в следующем году исполняется полтысячи лет, как был заложен столп нынешнего Ивана Великого. Т.е. мы с вами слышим те звуки, которые слышали москвичи 16-17 века. Естественно, что нет уже той Москвы. И сложно себе представить, может быть, по каким-то графическим реконструкциям, как выглядел древний Кремль, древние Царские палаты. А вот древние колокола Кремля доносят до нас обертон, те звуки, которые слышали до нас наши далекие предки и митрополит Филипп и царь Иван Васильевич Грозный. И вот только что звучал колокол Реут, отлитый в 1622 году знаменитым мастером Андреем Чоховым, которого больше знают по Царю Пушке, потому что Царь Пушка стоит внизу, она доступна для осмотра. А колокол Реут висит на высоте 40 метров, и осмотреть его сложно, но сегодня мы его слушали. И слышали всю красоту его звучания. 2 человека управляют этим колоколом. К языку привязаны 2 веревки. И звонари стоят друг напротив друга и аккуратно, так сказать, водят язык, чтобы не очень сильно он звучал, потому что мы понимаем, что это не только святыня, но и ценнейший музейный экспонат. Конечно, ни в коем случае наши звоны не должны привести к его какой-то порче или, не дай Бог, потере. И то, что мы слышим звоны Московского Кремля, конечно, в этом большая заслуга и сотрудников музея, которые сохранили, которые берегли на протяжении многих лет эти замечательные колокола. Сколько поколений посетителей Кремля ходило около этих колоколов, и до 1992 года ведь никто не слышал их звук. А самое главное для колокола – это ведь не только вес, когда мы говорим, что колокол весит 7-8 тонн, или 200 тонн, как Царь Колокол, знаменитый московский гигант. А самое главное в колоколе – это его звучание.

К.ЛАРИНА: Так, мы сейчас все расскажем в одном только предисловии. Давайте пока остановимся. Что мы сегодня будем дарить нашим слушателям, сейчас мы должны сказать. Поскольку колокольный звон-то мы услышим, а что можно в подарок-то подарить нашим слушателям?!

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да. Подарок наши слушатели увидят. Те, кто выиграет на пейджере, получат кассету, которую нам предоставил музей Кремля, «Сокровища Московского Кремля». Это один из немногих фильмов об Оружейной палате. И вы сможете пройти с помощью этой кассеты по всем залам Оружейной палаты, уже воочию увидеть то, о чем мы с вами говорим уже столько программ подряд. И главный приз, который можно выиграть по телефону, это замечательное издание, я с трудом удерживаю его в одной руке. Альбом, книга фотографий, она только вышла, ее нам предоставило издательство «Олма-пресс». Выпущена только сейчас, еще даже не было презентации. Называется она «Кремли – твердыни русской земли». И вы действительно сможете побывать в различных городах, где эти крепости, кремли, детинцы, как их еще называли, и в Пскове, и Великом Новгороде, Нижнем Новгороде, Ростове Великом. Это не только Московский Кремль, а еще и Суздальский, Вологодский, и в форпостах Руси: Казани, Астрахани, Смоленске, хит Москвы – Рязань, Тула, Серпухов, Зарайск. Это серия фотографий, которые сделал Марио Галегани, профессиональный фотограф, который с 1964 года в самых престижных изданиях Италии. Это, вообще, итальянское издание. Автор текста Франческа Бегацци и автор фотографий Марио Галегани. Это было настоящее путешествие по городам России.

К.ЛАРИНА: Что мы должны сделать для этого?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Для этого нужно ответить на вопрос: скажите, кто людей в церковь созывает, но сам в ней не бывает.

К.ЛАРИНА: Это загадка русская народная?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да. Это загадка с подвохом.

К.ЛАРИНА: Кто людей в церковь созывает, но сам в ней не бывает.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Мы знаем ответ, но молчим.

К.ЛАРИНА: Пожалуйста, 974-2222, для абонента «Эхо Москвы». Отвечайте на этот вопрос. Во второй части программы, после новостей, мы примем телефонный звонок. Вы сможете получить в подарок книгу «Кремли». А те, кто звонит нам на пейджер, и сообщает правильный ответ, тот выигрывает видеокассету «Путешествие по Оружейной палате».

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да.

К.ЛАРИНА: Давайте мы сразу перейдем к шедевру, поскольку уже почти на первый наш вопрос Игорь Коновалов ответил, по поводу своих любимых экспонатов, все нам рассказал.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Конечно.

К.ЛАРИНА: Первое слово прозвучало колокольное. Ну, а теперь, Ксюша, что ты выбрала в качестве своего шедевра на сегодняшний день?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Я написала такое небольшое эссе, которое вас представлю, о колокольне Ивана Великого. Поскольку я давно им восхищаюсь, и издалека, и вблизи. Очень она мне нравится. Да, я думаю, не только мне. Прекрасное произведение искусства.

Итак, колокольня Ивана Великого, во имя святого Иоанна Лествичника. Чудо? Несомненно! Центр, сцепляющий кремлевские храмы и палаты? Конечно! Шедевр? Да! Архитектор постарался. Один из замерзавших в наших снегах итальянцев, г-н Бон, под общей для итальянцев в России фамилией, Фрязин. «Фре, фре, фре, тре фре», — жаловались на холода теплолюбивые южане. Так и стали Фрязиными. И строили великие архитекторы Москвы. Зодчему Бон-Фрязину обязаны совершенно космической капсулой, готовой уже 500 лет как взвиться ввысь. Колокольня Ивана Великого построена в 1508 году. Три яруса с золотой буковкой, 81 метр в небо, еще совсем не давно самое высокое строение в Москве. На 30 км открывался обзор. И потому не только колокольня, но еще и Сторожевая, Обзорная башня и в огне не сгорала, и вражеским злым умыслам не поддавалась. Хотели французы-оккупанты взорвать колокольню при отступлении из Москвы, но лишь слегка повредили – выстояла. И по-прежнему задирали москвичи головы – ждали: как ударит первый колокол на Иване Великом – сигнал для перезвона всех сорока сороков церквей.

К.ЛАРИНА: Понравился очень вам колокольный звон. Мы обещаем вам обязательно еще включить фрагмент колокольный во второй части нашей программы. Ну, а пока давайте начнем наш разговор с Игорем Васильевичем Коноваловым. Напомню, что он является председателем общества церковных звонарей, художественным руководителем колокольных звонов Московского Кремля и Храма Спасителя. Скажите, пожалуйста, Игорь Васильевич, а вы сами – звонарь?

И.КОНОВАЛОВ: Ну, можно сказать не только звонарь, но и звонарь потомственный. Потому что мой покойный родитель, Коновалов Василий Ильич, 1913 года рождения, он, ещё будучи молодым человеком, пай-мальчиком, был посылаем на колокольню Храма Рождества Богородицы во Владыкино, чтобы ударить там в нужный колокол в определенное время. Он сам не трезвонил, но выполнял такое, что ли, послушание звонаря. А меня с моего детства очень интересовали колокольные звуки, колокольные звоны. И я часто ездил в Новодевичий монастырь, чтобы просто снизу послушать. Это были 70-ые годы, когда звонили еще не везде. Не везде это было разрешено и не везде были колокола, что также не маловажно. И вот я вслушивался в звоны Владимира Ивановича Машкова. Он недавно оставил нас, на 95-ом году жизни. И затем, когда я уже был сотрудником Свято-Данилова монастыря, звонарем, очень часто ездил к Владимиру Ивановичу, и мы вместе с ним звонили. Он донес до нас практику звонов конца 19 – начала 20 века. Это совершенно замечательный… Я бы сказал, что это Чайковский на колоколах. Хотя, колокольный подбор Новодевичьего монастыря не полностью сохранился, к сожалению, но основная часть колоколов там цела. И вот там, как на инструменте, Владимир Иванович разыгрывал такие совершенно удивительные стихи на колоколах. Затем мне посчастливилось учиться у старейшего звонаря Троице-Сергиевой Лавры, игумена Михея, ныне здравствующего. И вместе мы работали над созданием больших колоколов Троице-Сергиевой Лавры. И меня иногда по началу допускали даже потрезвонить на вот этой святыне на Лаврской колокольне, что мне очень нравится.

К.ЛАРИНА: Т.е. получается, от учителя к ученику передается это мастерство или есть какие-то специальные школы, где все на конвейер поставлено?

И.КОНОВАЛОВ: Вы знаете, к сожалению, есть школы, где все на конвейер поставлено.

К.ЛАРИНА: К сожалению.

И.КОНОВАЛОВ: Да. Потому что как не было такого разорения церкви и уничтожения самого инструмента – колокольни, которая подбиралась на протяжении столетий, и уничтожения, собственно говоря, и звонарей, как членов клира. Поэтому, конечно, мы вынуждены были создать, вернее, не вынуждены, а обстоятельства нас заставили. С 1985 годы у нас работает школа звонарей в Даниловом монастыре. Затем мы ее перенесли на колокольни Храма Христа Спасителя, где более, так сказать, большие колокола и больше их количество. А там действует такая, я бы сказал, патриаршая школа при Патриаршем кафедральном соборе. Школа церковного мастерства, школа колокольного звона. Ученики имеют возможность потрезвонить, есть тренажеры, имеют возможность прикоснуться к звонам Московского Кремля. Ну, естественно, мы не поднимаем их на колокольню. Но снизу они могут послушать эти чудесные колокола, послушать звоны. Проходит у нас также Пасхальная звонильная неделя: под руководством Валерия Гергиева вся музыкальная часть, под моим руководством вся колокольная часть. Более 40 колоколен у нас задействовано. Множество моих учеников-звонарей принимает участие. Ну, иногда и меня тоже пускают потрезвонить. Вот у нас в этом году выходит второй компакт-диск «Пасхальная неделя». Пока у нас только мастеринг готов. Но я надеюсь, что в ближайшее время мы его получим.

К.ЛАРИНА: У нас сейчас перерыв на выпуск новостей. Потом мы продолжим нашу программу. И будем уже общаться с нашими победителями. Напомню также, что вы можете задавать свои вопросы нашему гостю Игорю Коновалову.

НОВОСТИ, РЕКЛАМА.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Мы продолжаем программу «Кремлевские палаты». У микрофона Ксения Басилашвили. И сейчас я познакомлю вас с новостями за Кремлевской стеной. Возьмите, пожалуйста, ручки, потому что уже через несколько минут я напомню вам телефон экскурсионного бюро музеев Кремля. Очень много вопросов связано именно с ним. В настоящее время доступ на колокольню Ивана Великого запрещен. Туда, конечно, могут пустить, но по какой-то особой договоренности с музейной администрацией. Но ситуация должна измениться, по крайней мере, так пообещали мне в музее. К 2006 году планируется закончить реставрацию колокольни и уже разрабатывать проект ее музеефикации, т.е. готовиться к постоянным выставкам и экспозициям. Они будут размещены на первых трех этажах первого яруса колокольни и посвящены истории Московского кремля и его архитектурным памятникам. Причем в основном утраченным. С историей Кремля познакомят специальный, так называемый, виртуальный фильм. Он проведет посетителей по векам: с 13 и до наших дней. В планах выставка редкостей, сохранившихся архитектурных деталей и археологических находок. А теперь, как и обещала, я напоминаю вам телефоны и адрес экскурсионного бюро музеев Кремля. Адрес: Москва, ул. Волхонка, ¾, телефон: 203-0349, и еще один телефон, который также работает, как факс: 202-4256.

К.ЛАРИНА: Ну, что. Если Игорь Васильевич может добавить что-нибудь к рассказу Ксении Басилашвили, к вам-то экскурсии бывают? Вот в вашу вотчину, колокольную? Или нет?

К.БАСИЛАШВИЛИ: На колокольню Ивана Великого можно подняться?

И.КОНОВАЛОВ: На колокольню Ивана Великого?! Вы знаете, там действительно сейчас проходит реставрация, и там, как бы сказать, достаточно мало места, потому что приходится протискиваться боком между колоколами первого яруса. Поэтому, в общем-то, прорабатывался вопрос о том, чтобы сделать доступными вот эти шедевры литейного искусства. И, я думаю, было бы более интересно подняться к тяжелым колоколам Успенской звонницы: к большому Успенскому колоколу, который известен, кстати, как Царь Колокол, между прочим, по документам он проходит как колокол 19 века, Царь Колокол. Поэтому не совсем точно, что в Кремле Царь Колокол не звонит. Это один из них не звонит, а другой из них очень даже звонит иногда. Вот. Это, конечно, было бы очень интересно, если бы широкой публике, ну, или, по крайней мере, каким-то экскурсионным группам была предоставлена возможность, особенно специалистам, конечно, которые изучают колокола…

К.ЛАРИНА: Мастер-классы звонарей дают где-нибудь? Или только вот на таких демонстрационных, как это называется? Например, выстроены в натуральную величину колокольни, допустим.

И.КОНОВАЛОВ: Понимаете, мастер-классы мы проводим в Ростове Великом, в Ростове Ярославском, где имеется полностью сохранившийся подбор колоколов Успенской звонницы Ростова Великого.

К.ЛАРИНА: И там можно как раз посмотреть на эту работу, да?

И.КОНОВАЛОВ: Да. В Кремле, к сожалению, Иван Великий не сохранил всех колоколов, т.е. это инструмент, в котором не хватает нескольких струн. Причем один из колоколов, как мы считаем, он погиб во время обстрела Московского Кремля в 1917 году, когда большевики из пушек, можно сказать, громили Кремль и разбили один из интереснейших колоколов-шедевров, отлитый в 18 веке. Известно о нем только то, что это был колокол Воскресный и что его очень любил слушать композитор Рубинштейн, т.е. это был один из его любимых колоколов. Вот он, к сожалению, был потерян. 1017 пудов он весил. Т.е. это более 17 тонн веса. Поэтому мастер-классы все-таки нужно проводить на том инструменты, который сохранился. И вот Ростовская звонница является для нас сейчас таким местом. И если, как у нас говорят, с Божьей помощью, колокола Московского Данилова монастыря будут привезены из Гарварда, где они сейчас находятся, то в Москве будет единственный сохранившийся полностью подбор колоколов, будет инструмент воссоздан. Вот мы сейчас над этим работаем.

К.ЛАРИНА: Вы говорите «если». Т.е. все-таки не до конца это решение принято?

И.КОНОВАЛОВ: Да, насколько я понимаю, решения еще окончательного нет.

К.ЛАРИНА: Мы их покупаем или нам просто их отдают?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Помогает в реализации этого, я знаю, Виктор Вексельберг.

К.ЛАРИНА: Ага. Т.е. покупаем все-таки.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Нет, там не надо покупать. Они готовы отдать сами. Там просто нужно восстановить копии того набора, который они отдают в Россию. Потому что в Гарварду за 70 лет привыкли, ну, к существованию этих колоколов на территории университета. Конечно, они звонили в них по-своему.

К.ЛАРИНА: А как они туда попали?

К.БАСИЛАШВИЛИ: А их туда реализовали, скажем так.

И.КОНОВАЛОВ: После закрытия насильственного Московского Данилова монастыря советской властью эти колокола были проданы по цене металлолома американскому предпринимателю. Известно его имя. Мы, конечно, в какой-то степени ему очень благодарны за то, что он спас вот эти уникальные колокола, среди которых есть шедевры литья мастеров Моториных конца 17 века. И сейчас действительно американцы готовы вернуть эти колокола за звучащие копии. Только неизвестно, нужно ли повторять все орнаменты, надписи на них.

К.ЛАРИНА: Ну, что?! Пришло время уже определиться нам с победителями. Пришли правильные ответы. К сожалению, ответов гораздо больше, чем призов, как это обычно бывает.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, что делать?!

К.ЛАРИНА: Но, тем не менее, наши победители: Алексей, телефон 782, а также Игорь из Челябинска, телефон 61, и Людмила из Петербурга, телефон 532. А теперь внимание! На тот же вопрос нужно ответить по телефону. Ксюша, только повтори, пожалуйста, вопрос.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да. Вопрос звучит следующим образом: кто людей в церковь собирает, но сам в ней не бывает.

К.ЛАРИНА: Телефон 203-1922. Пожалуйста, отвечайте на этот вопрос, вы получите уникальный альбом, который называется «Кремли». Алло, здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ: Алло. Елена. Я думаю, что это колокол.

К.ЛАРИНА: Вы правы абсолютно. Конечно, это колокол.

СЛУШАТЕЛЬ: Спасибо.

К.ЛАРИНА: Оставляйте ваш телефон, вы получаете у нас самую главную на сегодняшний день книжку. А почему все-таки колокол, а не звонарь?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Вот это вопрос к Игорю Васильевичу.

К.ЛАРИНА: Он тоже людей в церковь созывает, но сам во время службы в церкви не бывает, поскольку он в это время звонит.

И.КОНОВАЛОВ: Звонарь звонить перед службой некоторое время, а потом он, конечно, может прийти в храм. Зачастую, кстати, звонари совмещали послушание звонаря и послушание, например, чтеца или псаломщика.

К.ЛАРИНА: Кстати, здесь есть вопрос про профессию звонаря. Спрашивает Нона: «Звонари должны быть верующими, или это необязательно?»

И.КОНОВАЛОВ: Звонари русской православной церкви, конечно, не мыслятся как неверующими. Мало того, конечно, звонарь знать и певческое искусство, причем и древнее, и старинное, и современное. Звонарь должен хорошо разбираться и в нотной грамоте, и, конечно, он должен быть верующим, потому что его звон должен быть одухотворен молитвой. И перед звоном обычно наши звонари, например, звонари Храма Христа Спасителя, собираются в определенном месте определенным иконам они молятся, чтобы те какие-то несуразицы, может быть, что-то было преодолено. Ведь коллектив – всегда коллектив, разные бывают отношения. Общая молитва объединяет и настраивает людей. Поэтому без веры дела колокольного быть просто не может в церкви.

К.ЛАРИНА: Игорь Васильевич, а скажите, пожалуйста, насколько консервативно это искусство? Вот вы сказали, что реальные звоны, которые звучали несколько веков назад, сегодня можно услышать в Кремле.

И.КОНОВАЛОВ: Вы знаете, не то, чтобы консервативно, но у нас есть такая возможность изучения и воплощения в жизнь всего того, что было потеряно и утрачено за эти 70 лет, что не только о консерватизме нельзя говорить, а просто гигантский пласт лежит перед нами. Вот если возможно, маленький пример. В опере Модеста Петровича Мусорского «Борис Годунов» есть сцена коронации. Он изображает колокола средствами оркестра. Мы вот эту партитуру переложили обратно для колоколов. И у нас в Храме Христа Спасителя идет на литургию один, так называемый, Годуновский звон, который Мусоргский ведь тоже где-то слышал это звон. И ясно, что это совершенно конкретный, какой-то реальный звон. Я не знаю, к сожалению, какой. Вот вплоть до такого восстановления. Т.е. о консерватизме очень сложно говорить. Но мы консервативны в чем. Во-первых, мы не используем никаких иных приспособлений, кроме тех, которые были нами когда-то где-то ранее нами изучены, и применялись раньше в церкви. Потому что при строительство Храма Христа нам предложили: «Пожалуйста, мы сделаем, так сказать, клавиатуру, вы будете сидеть где-то внизу в помещении, нажимать клавиши». Спокойно, не ветер, ни дождь, ни шум от колоколов не будут мешать. Тогда мы спросили: «А зачем нам тогда колокола? Давайте тогда поставим какие-то примерные средства и будем гонять».

К.ЛАРИНА: Фонограмму.

И.КОНОВАЛОВ: По этой тропинке можно уйти достаточно далеко. И будет утеряна вот то замечательное искусство русского колокольного звона, которое сейчас не то, что не нуждается в усовершенствовании, оно нуждается только в изучении.

К.ЛАРИНА: А авторство звона каким-то образом фиксируется?

И.КОНОВАЛОВ: Точно так же, как и древние иконы: ни одной подписанной иконы. Вот есть в Ростове несколько обозначенных звонов.

К.ЛАРИНА: Рублев-то существует, как автор.

И.КОНОВАЛОВ: Нет. Рублева, как автора, не существует, потому что ни одной подписанной иконы нет и быть не может. Подписывали иконы, правда, были и древние подписанные иконы. Подписывать стали с 17-ого века, кто автор. Не знаю, для чего это делалось. Но как такового автора Андрея Рублева нет ни на одной иконе. Мы можем по манере письма его догадаться, по высочайшему искусству его, потому что, ну, есть некоторые способы у нас, как можно отличить действительно шедевр-икону от обыкновенной хорошей иконы. Можно на нее посмотреть в зеркало: если она при перевороте у нее ничего не разваливается, значит, это шедевр. Также у Феофана Грека, но это, можно сказать, наши, звонарские какие-то такие…

К.ЛАРИНА: Ну, вот в вашем искусстве есть такие безусловные авторитеты, имена, которые можно было бы назвать?

И.КОНОВАЛОВ: Вы знаете, к сожалению, вот таких авторитетов, с другой стороны, у нас они, конечно, есть. Это ростовские звоны, на которые мы ориентируемся, которые были зафиксированы в нотной грамоте в конце 19-ого века протоиреем Аристархом Израилевым, но не известен создатель этих звонов, т.е. конкретно это творение церковно-народного вот такого звонарского искусства, высочайшего мастерства. Его донесли до нас «Ростовские старики» — звонари, которые звонили Бондарчуку на фонограмму для фильма «Война и мир». Совершенно замечательная запись была, которая впервые в этом, я считаю, шедевре прозвучала. И потом еще во многих фильмах она была. Это видно в сравнении то, что «Ростовские старики» представляли собой гигантскую разницу с современными преподавателями музыкального училища, с современными ростовскими звонарями, которые вообще, так сказать, мягко говоря, чувствуют колокола. Очень видна разница, понимаете? Есть описание замечательных московских звонарей, которые выигрывали, вызванивали на колоколах целые гимны. «Христос Воскреси», например, «Благослови, душа моя, Господа». Вот эта традиция была связана со звонарями Данилова монастыря. Ну, это тоже продолжатели чего-то. Поэтому у нас как-то вот на личности, лично, что это сделал вот этот или тот звонарь, что вот это был Бах в колокольном искусстве, или Моцарт, — у нас такого нет. Точно так же, как в иконе, и, наверное, в архитектуре.

К.ЛАРИНА: Я напомню, что можно задавать вопросы нашему гостю Игорю Коновалову — председателю общества церковных звонарей, художественному руководителю колокольных звонов Московского Кремля и Храма Спасителя. 974-2222, для абонента «Эхо Москвы» — это наш пейджер.

К.БАСИЛАШВИЛИ: А я хотела бы вернуться на Соборную площадь. И, может быть, с помощью фонограммы, мне бы хотелось бы, что Игорь Васильевич объяснил, с чего начинается именно в Кремле: какой колокол начинает звучать первым, задает тон всему дальнейшему звучанию колокольному.

И.КОНОВАЛОВ: Каждый большой колокол Успенской звонницы Московского кремля – это большой Благовестник. И в зависимости от торжественности данной службы звучит или Большой Успенский Царь Колокол, или Реут, который тоже иногда называли Царь Колокол, или колокол Семисотный, или Великопостный. Вот это три шедевра колокололитейного искусства. И три шедевра музыкальных. У них свой характер, свой голос, свое пение. И чаще всего используются сейчас колокола либо Реут, либо Семисотный. И вот равномерные удары в оба края этого колокола – они называются Благовестом. Вот такой звон предваряет каждый звон. Вообще, звон делится на 2 части: половина времени — благовест, половина – трезвон.

К.БАСИЛАШВИЛИ: А долго вообще раскачать язык колокола веревкой?

К.ЛАРИНА: До первого удара, ты имеешь в виду?!

И.КОНОВАЛОВ: Ну, если учесть, что язык большого Успенского колокола весит около 2 тонн, то на раскачку уходит достаточно большое количество времени.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Еще ведь надо ударить так, чтобы не разрушить эту музейную ценность.

И. КОНОВАЛОВ: Ну, это естественно. Мы допускаем к таким колоколам только тех людей, которые прошли обучение на колоколах Храма Христа Спасителя, и вообще, так сказать, людей, которые понимают, что это такое.

К.ЛАРИНА: Есть еще несколько вопросов нашему гостю: есть ли какие-нибудь традиции в оформлении колоколов, какие фигуры отливались, и все, что касается украшения и изображений на колоколе.

И.КОНОВАЛОВ: Нужно сказать, что украшение колоколов – это все-таки больше традиция западная. В 15 и 16 веке сначала появляются надписи, потом появляются отлитые рельефные изображения всевозможных святых, праздников. Эта традиция в русские колокола приходит в массовом таком порядке в 19 веке, когда на колоколе отливалась, например, икона праздника того или иного храма, икона соименная святых заказчиков храма. И, конечно, колокола изобилуют надписями, так называемыми летописями или вкладными надписями, которые являются для нас и для историков, которые изучают колокола, ценнейшим материалом, благодаря которому мы узнаем, когда тот или иной колокол был отлит, из какого колокола он был перелит, с добавлением какого веса, в каком году, на каком заводе, соответственно, этот колокол создавался.

К.ЛАРИНА: Много колоколов погибло во время революции, после революции, когда была антирелигиозная кампания мощная?

И.КОНОВАЛОВ: Вы знаете, мы даже примерно не может сосчитать количество, потому что в России по разным данным было около 88 тысяч церквей. Количество колоколов было разным. В Троице-Сергиевой Лавре количество колоколов было около 60, например. В Московском Кремле – более 40 колоколов. Разные храмы насчитывали от 5-8 до 12-15 колоколов. Т.е. даже примерно невозможно посчитать. Но если учесть, что подборы могли собираться веками, то 400-500 лет иногда в старинных монастырях собирались колокола, и вдруг в одночасье все это гибло, как, например, новгородский Юрьев монастырь, там ценнейшая коллекция колоколов погибла, то, конечно, это невосполнимые потери.

К.ЛАРИНА: Хороший вопрос пришел от Раисы Николаевны. Вернее, 2 вопроса, но один мне особенно нравится: «Разрешено ли звонарям импровизировать или вы звоните только по канонам?» И второй вопрос: «Чем отличается праздничный звон от будничного?» По поводу импровизации.

И.КОНОВАЛОВ: Конечно, звон праздничный легко отличить от будничного очень просто. Потому что будничный звон возглавляет будничный колокол – это один из средних колоколов, и участвует обычно малое количество колоколов, исполняет будничный звон 1 звонарь. Что касается импровизации, то, если можно сравнить колокольный звон с иконописью, то, в основном, импровизация. И колокольный звон – импровизация, и икона — импровизация, но в рамках канона. Т.е. имеется некий такой, идеологический что ли, скелет, на основе которого вы можете навивать на основании вашего уровня, вашего мастерства вы можете звонить, использую различные попевки, но не выходить на мелодику, не играть там, предположим, известные мелодии. Это возможно, но это порицается в церкви.

К.ЛАРИНА: «А сколько всего разновидностей или тем колокольных звонов? И какие самые распространенные?», — спрашивает Елена Анатольевна.

И.КОНОВАЛОВ: Вы знаете, я еще раз хочу повторить, что это гигантский пласт, еще только начатый для изучения русской православной культуры. Ответить можно так: каждая колокольня являлась в свое время чем-то вроде и школы звона, и она имела свой какой-то определенный набор ритмических попевок, каких-то своих звонов. Причем эти звоны менялись в зависимости от звонарей, которые возглавляли. Т.е. в рамках традиций, в рамках звона на четыре четверти в ритме большого колокола было бесчисленное количество вариаций.

К.ЛАРИНА: Ну, что, пришло время наших историй. И я все-таки думаю, что мы в конце поставим еще один колокольный звон.

ЗВОН КОЛОКОЛОВ.

К.ЛАРИНА: Я напоминаю, что у нас в гостях Игорь Васильевич Коновалов — председатель общества церковных звонарей, художественный руководитель колокольных звонов Московского Кремля и Храма Спасителя. Игорь Васильевич, что мы сейчас слышим?

И.КОНОВАЛОВ: Ну, вот представьте себе, что мы находимся в залах Оружейной палаты, где представлены разные вещи разных эпох. Вот точно так же мы хотим восстановить на Иване Великом звоны различных эпох. Вот сейчас мы слышим с вами перезвон всех кремлевских колоколов по 6 раз .Это вариации на тему одного описания звонов, который оставил в конце 17 века сотрудник Польского посольства. Он говорил, что звонари поочередно звонят в один колокол по 6 раз. И вот таким образом мы здесь с вами воочию слышим не только колокола 16-17 веков, но и тот звон, который на них исполнялся в это время. Мне бы хотелось, чтобы колокольня Ивана Великого была, таким образом, ну, основное ее назначение – это церковно-государственное, но чтобы она еще являла собой и слушателям историю звонов Кремля. Для этого проводятся работы по розыскам всевозможных документов, и вот по этим документам воссоздаются. Но в основном оставляли описания иностранные путешественники.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Последний вопрос: Игорь Васильевич, когда можно будет услышать эти звоны вживую в Кремле?

И.КОНОВАЛОВ: Звоны Московского Кремля проводятся по богослужениям. О точном времени богослужений можно узнать в Московской патриархии, потому что службы возглавляет святейший патриарх обычно. Иногда в месяц бывает одна служба, иногда пять. Звоны Храма Христа Спасителя, которые, например, в какой-то степени напоминают звоны Московского Кремля и проводятся тем же коллективом звонарей. Они проводятся каждую субботу и воскресенье, в субботу в 16:30, в воскресенье это в 9:30. Т.е. можно просто подъехать к Храму, необязательно подниматься к колоколам.

К.ЛАРИНА: Ну, мы, к сожалению, будем заканчивать нашу программу. Я напомню, что в нашей студии был Игорь Коновалов — председатель общества церковных звонарей, художественный руководитель колокольных звонов Московского Кремля и Храма Спасителя. Спасибо вам большое.

И.КОНОВАЛОВ: Спасибо вам.













Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире