'Вопросы к интервью
С. КОРЗУН — Добрый вечер. И в это воскресенье моё гость – телеведущий, телепродюсер, теленачальник Александр Любимов. Александр, добрый вечер.

А. ЛЮБИМОВ — Добрый вечер, Сергей.

С. КОРЗУН — Да, язык тянется сказать ещё и «политик». Насколько это верно?

А. ЛЮБИМОВ — Ну, скорее соратник политика.

С. КОРЗУН — Профессия – соратник.

А. ЛЮБИМОВ — Да. Со-ратник.

С. КОРЗУН — Будем считать так. Но я помню, что вы в Гарварде учились. Я думаю, что мы к этому ещё вернёмся.

А. ЛЮБИМОВ — Давайте.

С. КОРЗУН — Потому что жизнь так или иначе… ну, между прочим, депутат Верховного совета, или как он назывался в своё время.

А. ЛЮБИМОВ — Да, Верховный совет РСФСР.

С. КОРЗУН — Вполне может считаться политиком. Три года проработавший на должности.

А. ЛЮБИМОВ — Да, до того как танковая атака была.

С. КОРЗУН — Да. Ну что ж, я поздравляю вас с 50-летием.

А. ЛЮБИМОВ — Спасибо.

С. КОРЗУН — Это не секрет. Недавно случилось. Где праздновали , много выпили?

А. ЛЮБИМОВ — Выпить получилось немного. Праздновал в рамках Санкт-петербургского экономического форума. Мне мой близкий друг Валерий Гергиев сделал совершенно роскошный подарок. На приёме на закрытии вдруг он, объявляя очередной номер с Денисом Мацуевым, они там выступали перед всей элитой мировой, сказал – а это хочу посвятить своему другу Александру Любимову. И получилось, что как будто все приехали ко мне на праздник, а не к Владимиру Владимировичу Путину.

С. КОРЗУН — На гитаре не звали играть вас?

А. ЛЮБИМОВ — Нет, на гитаре я играю с детьми дома. У меня дети самые несовершеннолетние хэви-металлические музыканты Москвы.

С. КОРЗУН — Угу. Уже так вполне профессионально работают? Домашняя студия такая? На уровне Abbey Road уже или как?

А. ЛЮБИМОВ — Нет. Студия такая репетиционная. Работают они так… барабанщик, говорят, талантливый. Макаревич считает его очень талантливым, говорит, что если я его не направлю в сторону музыки, он меня убьёт.

С. КОРЗУН — Он сам-то готов, Андрей, взять его?

А. ЛЮБИМОВ — Ну, как взять? У них есть Ефремов, отличный барабанщик.

С. КОРЗУН — Так что пока соратником барабанщика.

А. ЛЮБИМОВ — Да, со-барабанщиком.

С. КОРЗУН — Со-барабанщиком. Поговорим о политике, о жизни, да много о чём поговорим. Раз уж начали с этого, знаю, что старший ваш или средний принял присягу только что.

А. ЛЮБИМОВ — Да, как раз в день рождения… когда Гергиев меня фактически поздравил перед всеми великими, в этот день старший сын принял присягу, а средний сын закончил школу. В воздушно-десантной дивизии он служит, в военной разведке.

С. КОРЗУН — Про страну не спрашиваю. Страна Россия.

А. ЛЮБИМОВ — Россия, конечно. Ну а как? Мы же все здесь.

С. КОРЗУН — Все здесь. А чего вдруг пошёл в армию?

А. ЛЮБИМОВ — Ну, такой возраст, когда, если у тебя не получается то, что ты хочешь, как у него было с биофаком МГУ, то он как человек такой, тем не менее, со стержнем, решил, что лучше пойти в армию, подумать, чего реально в жизни хочет. Я считаю, что это нормально. Кстати, меня поразило, что у нас система образования очень несовременная. Современные дети – они же очень такие сложно устроенные. Могут одновременно любить биологию и математику, там, искусство и физику. Но у нас нет высших учебных заведений, где можно одновременно учить и то, и другое. А в других странах есть.

С. КОРЗУН — А в армию почему именно тогда в воздушно-десантные войска? Элита?

А. ЛЮБИМОВ — Ну, я ему сказал – давай уже тогда, если служить, то чтобы это была хотя бы военная специальность, чтоб ты гордился этим временем, чтоб не потратил его зря где-нибудь на кухне или в штабе, чтоб уж получить какие-то навыки.

С. КОРЗУН — То есть отец помог ему туда устроиться или как?

А. ЛЮБИМОВ — Ну, у него годность… он спортивный, годность была. Я просто помог с тем, что нашёл дивизию, которая мне больше всего нравится. То есть мне не нравится 45-ый полк, он слишком в городе стоит близко, чтоб детки не ездили, и мама…

Псковская… как-то… тульская ближе по системе… Ну, Ульяновск далеко. Рязань ещё есть. В общем, тульская, не знаю. Там старших всех знаю, командиров. Я же тоже, хоть и неполноценный десантник, я диверсант, много друзей у меня в воздушно-десантных войсках.

С. КОРЗУН — Диверсант – в каком смысле? Спецподготовка была?

А. ЛЮБИМОВ — У меня спецподготовка тоже десантная такая.

С. КОРЗУН — Угу. Александр Любимов. Я знаю, что Александр не очень любит, мягко говоря, говорить о личных делах, но раз уж начали, то, что в открытой печати, я и напомню нашим слушателям, отец Александра Михаил – разведчик, мама — актриса, жена – японовед.

А. ЛЮБИМОВ — Преподаёт японский язык и переводит японские книги, и занимается японским искусством.

С. КОРЗУН — Ещё четверо детей вдобавок. Дочка от первого брака и трое мальчишек…

А. ЛЮБИМОВ — Дочка актриса. Учится… три мальчика, да.

С. КОРЗУН — Угу. Где учится? Все в России или нет?

А. ЛЮБИМОВ — В ГИТИСе. Он в армии… а средний закончил только школу, а мелкий ещё в школе учится.

С. КОРЗУН — А планы на зарубежное образование есть?

А. ЛЮБИМОВ — Он сейчас думает, средний, что, может быть, у него сейчас год до армии, может быть, попробовать поучиться… летом мы его отправляем в Америку, посмотреть какие-то школы. Может быть, год поучиться там.

С. КОРЗУН — Угу. Александр Любимов, напомню, в программе «Без дураков» на «Эхе Москвы», на телеканале RTVI, 50 лет и 25 лет назад, я тут посчитал, примерно будет осенью, да, стартовала программа «Взгляд». То есть 25 лет на виду.

А. ЛЮБИМОВ — А познакомились с тобой 28 лет назад.

С. КОРЗУН — Да, немножко раньше. В прошлый раз, а я напомню, что программа предыдущая, там много любопытных фактов, можно просто зайти в интернет, полистать её, найти по тегам, соответственно, «Александр Любимов без дураков», там «Эхо Москвы» или что-то, найдёте обязательно программу, она 2007 года, когда мы встречались, правда, ещё без телевизионного эфира. Поэтому повторяться не будем. Ту программу мы проговорили про «Взгляд», а эту хочется про соотношение политики и телевидения. Я неслучайно как-то в политику пытался втянуть, потому что первые попытки войти в неё были ровно избрание… это было, по-моему, по одномандатному округу ещё в 1990 году, да?

А. ЛЮБИМОВ — Национально-территориальный… представлял тогда Тамбовскую область.

С. КОРЗУН — Тамбовскую область. Вместе с двумя коллегами из «Взгляда».

А. ЛЮБИМОВ — Они шли по Москве. Мукусев и Политковский.

С. КОРЗУН — Угу. Что дали эти три года?

А. ЛЮБИМОВ — Понимание, что такое политика изнутри, понимание, что парламентская демократия даёт в России крайне низкую эффективность, и эти три года дали мне абсолютно точное ощущение, что то, что потом сформулировал очень хорошо Борис Грызлов, что Дума – не место для дискуссий, потому что, ну, вот, уровень…

С. КОРЗУН — Это как пожелание Думе или как реальная картинка?

А. ЛЮБИМОВ — Честно говоря, сейчас сильно всё профессионализировалось, и, в общем, сейчас это выглядит, конечно, не так удручающе, как тогда. Тогда это было просто чудовищно.

С. КОРЗУН — А что в 1996 году поехали в Гарвард? Изучать как раз политическое консультирование и, по-моему, предвыборная кампания…

А. ЛЮБИМОВ — Да, участвовал в избирательной кампании Бориса Николаевича Ельцина и готовился… кампания была непростая в 1996 году, учился…

С. КОРЗУН — И после этого ещё конец 1990-х «Единство».

А. ЛЮБИМОВ — Был замруководителя штаба «Единства» в 1999. В 2007 году предлагал Прохорову возглавить «Гражданскую силу». Но сейчас у нас гражданская платформа.

С. КОРЗУН — И 2011 год, да, соответственно, это «Правое дело», это ещё один заход. Комфортнее на телевидении, производстве кино— и телепрограмм, или в политике? Почему такие относительные… ну как относительные… неудачи можно просто сказать в заходах в политику?

А. ЛЮБИМОВ — И то, и то – довольно рискованный бизнес. Мне это нравится.

С. КОРЗУН — То есть вы политику тоже рассматриваете как бизнес?

А. ЛЮБИМОВ — Бизнес по-английски «дело».

С. КОРЗУН — Вы с этой точки зрения?

А. ЛЮБИМОВ — Ну, конечно.

С. КОРЗУН — Я напомню ещё, что во времена, когда Борис Немцов был губернатором Нижегородской области, Нижегородского края, вы тоже довольно активно с ним работали.

А. ЛЮБИМОВ — Да, у него такой был эскейпизм после кровавых событий в 1993 году. Явлинский и я поехали к Немцову делать… Он делал экономический проект, а я медийный.

С. КОРЗУН — Это была реальная работа или накопление опыта для последующей деятельности? Что тогда удалось вообще сделать?

А. ЛЮБИМОВ — То, что удалось – удалось. Но то, что хотели, не удалось, поэтому я быстро оттуда уехал, к сожалению, по-моему, через 4 или 5 месяцев.

С. КОРЗУН — И вот смотрите. Ваши пути разошлись. Явлинский с одной стороны, Немцов с другой стороны, который сейчас как бы один из самых явных либералов. И вы по политическим пристрастиям, как кто-то писал, по-моему, «из демократического на нём осталась только форма одежды». То есть вы и не с демократами, и с другой стороны известна ваша лютая нелюбовь к коммунистической партии, к коммунистам.

А. ЛЮБИМОВ — Я думаю, что я точно не хочу участвовать в дискуссии… ну, если вы, конечно, хотите – давайте, но никто не может сказать, что такое либерал, что такое демократ и вообще кому это всё сегодня нужно с точки зрения выборов.

С. КОРЗУН — Мы не по терминам, мы по сути. Вы пытались ещё раз войти в эту реку вместе с Прохоровым с партией сначала «Правое дело», а потом с неким проектом другой партии, или вы уже отказались от этой мысли и считаете, что партия не нужна, а нужно менеджерское управление, это так, как большинство, которые слышали Прохорова, понимают его решение создать некую структуру партийную, которую потом оживлять различными людьми и лидерами.

А. ЛЮБИМОВ — Ну, это очень демократичная и демократическая идея, во-первых, на мой взгляд. Может быть, единственная. Она абсолютно противоречит феодально-византийским остальным историям, которые выстроены сейчас на нашем политическом поле. Если возвращать вам этот тезис.

Мы видим, что тот закон, который сейчас действует, он, конечно, не даёт нам возможности конкурировать в политическом пространстве, и мы создаём внутри нашей организации режим свободной конкуренции. Мы считаем, что мы не будем ставить, допустим, лидер региона – Петров, и он сел сегодня, мы его назначили, и через 5 лет он идёт во главе списка по этому региону. Нам кажется это неверным. Нам кажется, что руководитель должен быть организатором, а в течение этих 5 лет мы работаем с регионом, выявляем там ярких лидеров, с которыми наши взгляды совпадают политические, они изложены в программе Прохорова. И, собственно, они в конкуренции движутся, потом праймериз, и потом победитель праймериз, как мы делали это в Красноярске на выборах мэра, он возглавляет наш список.

С. КОРЗУН — Идея, конечно, любопытная. В мире есть какие-то аналоги, ну, в крупных странах, там, где это удавалось бы?

А. ЛЮБИМОВ — Я, честно говоря, не интересовался. Думаю, что, конечно, есть. Потому что я думаю, что разумные люди есть везде.

С. КОРЗУН — Вы были сторонником именно этой идеи, вообще кому она пришла в голову? Люди по… политологам, или самому Прохорову?

А. ЛЮБИМОВ — Витала в воздухе. Витает в воздухе уже много лет то, что люди голосуют не за политические взгляды, которых, в общем-то, ни у кого, собственно, и нет. Когда Геннадий Зюганов поздравляет православных с Пасхой, у меня дрожь вообще, оторопь берёт. Это же просто цинизм такого масштаба вселенского.

Ну, про Жириновского бессмысленно говорить. Про партию власти – понятно, это уютный бизнес, те, кто в ней участвуют. Нет такого сейчас, мне кажется.

Люди спонтанно, горизонтально организуются вокруг каких-то проектов, часто очень эмоционально, часто без понимания даже стратегии, входя и быстро уходят. Идет такое постоянное хаотичное, что ли, броуновское движение. Кстати, его, собственно, символом являются социальные сети в некотором смысле. Это такой слепок того, как устроена сегодняшняя политика. Вы можете увлечь людей чем-то, и важно то, как они голосуют, когда они выходят на участки. А почему они голосуют, их мотивы, мы никогда не знаем. Тайна всё-таки есть в нас.

С. КОРЗУН — Недавняя история показывает, что через социальные сети можно сорганизовать какие-то акции, можно даже провести революцию в определённом смысле.

А. ЛЮБИМОВ — Но нельзя провести эволюцию, к сожалению.

С. КОРЗУН — Ни эволюцию нельзя, ни, собственно, к власти нельзя провести через социальные сети. Самые успешные блоггеры и участники социальных сетей – они не являются всё-таки политическими лидерами.

А. ЛЮБИМОВ — Тяжелейшая задача –сбор подписей. В отличие от других кандидатов в президенты, Прохоров должен был собрать гигантское количество подписей. И я через Facebook, Twitter и прочие ресурсы у меня было абсолютное ощущение, что ко мне в приёмную, где мой офис, где была одна из приёмных, где собирались подписи, придёт не меньше 30-40 тысяч человек. Я даже тогда поставил всякие туалеты, чтобы, если будет очередь, чтоб как-то давали людям пирожки, горячий чай. Но собрал я 500 или, по-моему, 600 подписей. Это то, что представляет собой социальные сети. Люди эмоционально лайкают, кликают и этим часто… могут что-то написать, но участвовать в каком-то созидательном длинном процессе… обратите внимание, как все требуют сейчас от Прохорова, чтоб он делал какие-то заявления… А выборы через 5 лет. Людям надо эмоциональное соучастие какое-то. А это не является политикой борьбы за власти.

С. КОРЗУН — Ну, и, потом, по законам шоу-бизнеса забывается имя, если оно не всплывает в определённом контексте определённое время, оно уходит дальше. Вот, уже среди лидеров протестного движения, если в начале ощущался Прохоров, то сейчас уже там нет в связи с редкими заявлениями.

А. ЛЮБИМОВ — Вы знаете, во-первых, мы занимаемся… я это называю «проект идеальных намерений». Это не значит, что мы идеалисты. Мы очень реалистичные и крепко стоящие на ногах люди, но намерения у нас идеальные. Никаких… придумывать ничего мы не хотим, специально ради чего-то. Но, поверьте, всё-таки учился я хорошо в Гарварде, торопиться не надо. Вообще, сейчас нужно больше думать. Время такое, когда сейчас есть возможность, собственно, создать эту созидательную платформу. И проблема же не в том, чтобы взять власть. Проблема в том, чтобы её осуществить. Её можно осуществлять и не будучи руководителем государства. Например, не знаю, «синие ведёрки» успешно осуществляют власть над мозгами водителей лимузинов АМР, как я наблюдаю в нашем городе.

С. КОРЗУН — Может быть, цель политики – всё-таки не взять власть? Вообще, в чём цель политики в вашем понимании?

А. ЛЮБИМОВ — Взять власть, но…

С. КОРЗУН — Взять власть или добиться блага народа? Вот так я загнул.

А. ЛЮБИМОВ — Нет, конечно, повторюсь, у нас намерения идеальные. И мы уверены, мы видим те тоже, может быть, идеальные намерения, которыми, может быть, наверное, Путин и его окружение начинали свой путь в 1999-ом, как, в общем-то, что у них что-то получилось, но мы знаем точно, что у них не получилось. Я уверен, что уже не получится. Они уже настолько усталая корпорация, что им не суждено. И, соответственно, мы как страна терпим в этом смысле такую в рамках мировой конкуренции. Они нас ослабляют теперь. Когда-то они нас усиливали.

С. КОРЗУН — Александр Любимов, напомню, в программе «Без дураков» на «Эхе Москвы», на телеканале RTVI. Помню, вы в одно время говорили, что тогда за Путина голосовали, вы говорили (почти дословно), что это «мой президент, там, мы его выбирали». Изменилось ваше отношение к Владимиру Владимировичу версии 2.0 или 3.0, как её называть.

А. ЛЮБИМОВ — Мне вообще не свойственно чинопочитание. Я имею в виду, что если президент избран, то надо его уважать и соответствующим образом, во-первых, признавать его достоинства и, конечно, видеть недостатки. Я всегда удивлялся, что люди, которые спорят с Путиным – они абсолютно не способны оценить то многое, что он сделал. И это, собственно говоря, говорит о низком уровне политической культуры их личном и вообще нашей политической культуры, как юной такой демократической страны. Это печально. Но это детская болезнь, скажем так. В политике спор нужно вести аргументами. Нужно уважать своего соперника, если ты хочешь, чтоб он уважал тебя.

С. КОРЗУН — Если сравнить всё-таки Ельцина и Путина, одного вы уважали до 1993 года, насколько я понимаю, да, хотя и позже участвовали в его избирательной кампании, или это было против коммунистической партии?

А. ЛЮБИМОВ — С Ельциным было сложнее. Во-первых, я был моложе и в этом смысле искреннее, что ли, и эмоциональнее, вот, то, что я сейчас говорил о тех, кто выходит на митинги, люди, которым я очень симпатизирую, но тем не менее вижу в их действиях такую излишнюю эмоциональность. Я тоже ей страдал в своё время. Да, конечно, Борис Николаевич Ельцин – он возглавил наше всё демократическое движение государства в начале 1990-ых. По-моему, в 1993 году произошло просто ужасное, потому что его же ставленники… он им позволил с оружием выйти, взять, напасть на телевидение, прочее, прочее.

То, что президент Ельцин не справился с этой ситуацией, по-моему, это просто удивительно. Плохо. Как управление. Но то, что московская интеллигенция его поддержала в этом, они развязали ему руки.

С. КОРЗУН — А кого было поддерживать? Я сейчас довольно много говорю как раз в том числе в этой программе с участниками тех событий, которым скоро уже 20 лет будет через год практически.

А. ЛЮБИМОВ — Ну, я тогда говорил, что не нужно выходить на улицы, потому что я был в городе.

С. КОРЗУН — Да… просили напомнить об этом. Действительно, была такая история, когда Гайдар призвал взяться за оружие и выйти на улицы…

А. ЛЮБИМОВ — По-моему, это была провокация, Сергей, вы знаете. Я ехал по Москве. Ни одного милиционера. Вот эти БТР из Останкино поехали в центр, когда Гайдар объявил… у меня было ощущение, что там соберутся люди, и, собственно, БТР по ним проедут. И вообще была идея – как можно больше людей убить. А когда я посмотрел плёнку, когда Ельцин из Завидово прилетает на вертолёте в Кремль и ему Коржаков говорит, что телевидение взяли, когда я знаю, что отключить телевидение невозможно, но его отключают во время важного футбольного матча специально якобы потому что оно уже захвачено, мне кажется, это уровень, опять же, политической культуры тех людей, которые тогда управляли. Пытались, может быть, повязать кровью Ельцина с собой как-то в единую такую… Я, кстати, ему очень благодарен, что он извинился за войну в Чечне, которая, конечно, явилась прямым следствием того, что ему развязали руки в Москве тогда в 1993 году. В отличие от многих людей, которые призывали с экранов телевизоров в ту ночь убивать коммунистов, например. Очень, кстати, известные люди. Он всё-таки такой оказался человек помасштабнее.

С. КОРЗУН — И тем не менее после 1993 был 1996-ой. Я кручусь пока на этой площадке.

А. ЛЮБИМОВ — Да, против коммунистов. Ну как? Из двух зол. Ельцин, конечно, лучше, чем Зюганов, очевидно.

С. КОРЗУН — То, что говорили многие, что Россия, как маятник, его политическая качнётся в эту сторону, но и Зюганов совсем не Сталин, с другой стороны.

А. ЛЮБИМОВ — Я не верю. Знаете, слабые люди, даже если они не Сталины, они опасны, потому что их окружают рядом карьеристы, которые ими манипулируют, это очень опасно. Может быть, даже опаснее, чем сильные лидеры сталинского типа.

С. КОРЗУН — А правда, что Сталин победил в проекте «Имя России»?

А. ЛЮБИМОВ — У него были шансы.

С. КОРЗУН — Я напомню, что Александр Любимов руководил этим проектом тогда на ВГТРК это было, да, и это был у нас 2008 год.

А. ЛЮБИМОВ — 2008 год. У него были шансы. Если бы коммунисты не разделились между… если бы они мобилизовали себя вокруг одного кандидата, неважно, Ленин или Сталин, они могли победить. Но поскольку они не мобилизовались, в отличие от православных, которые Радонежского не стали… решили Невский… они выиграли.

С. КОРЗУН — Многие до сих пор считают, что не Невский на самом деле победил. Были ли какие-то накрутки, там, или что-то в этом роде? Или обратные накрутки?

А. ЛЮБИМОВ — Они считают то, что им хочется считать. Я скажу… Конечно, ничего не было, но я хочу рассказать вот что. Нет, точно ничего не было. Но просто, мне кажется, в этой идее, она такая слишком, может быть, экстравагантная, там, сравнивать…

С. КОРЗУН — Немножко эксцентричная… совершенно разные…

А. ЛЮБИМОВ — Но я также хочу сказать, что голосуют-то… ну это клики. Это же не голоса избирателей. Это то же самое, что передача «Поединок». Там люди СМС отправляют, и все внимательно смотрят, кто из кандидатов набрал… я говорю – а какое это имеет отношение к реальности? Объясните мне, пожалуйста, я не понимаю. Социология, кстати… всегда Пётр I. Если вы посмотрите, ну, за редчайшим исключением, все опросы такие более-менее глубокие и квалифицированные многие-многие годы в России называют Петра I, хотя, в общем, при Петре I погибло 25% населения страны. Но, правда, там эпидемия была, тем не менее…

С. КОРЗУН — А вы за кого кликали и кликали ли за кого-нибудь?

А. ЛЮБИМОВ — За разных кликал по настроению каждый день. Конечно, мне бы хотелось, чтоб победил, допустим, Пушкин Александр Сергеевич. Но шансов у него немного.

С. КОРЗУН — Почему у нашего всего немного шансов?

А. ЛЮБИМОВ — Потому что люди же… мы построили такой формат как политическую игру. Это, в общем, по сути была такая избирательная кампания, что ли. Партия Черномырдина, царство ему небесное, партия тогда митрополита Кирилла, сейчас его святейшество патриарх, за Невского. И так далее. Мы сами задали формат такой, в котором, в общем, поэту тяжело…

С. КОРЗУН — Пушкин в политику не играл. Александр Любимов в программе «Без дураков». Встретимся через пару минут.



НОВОСТИ



С. КОРЗУН — Я напомню, что мой сегодняшний гость – Александр Любимов. Александр, несколько вопросов в стиле, наверное, «Особого мнения», потому что есть события, которые происходят вокруг. Одно из самых скандальных последнего времени – это ситуация вокруг «Pussy riot». 4 месяца уже сидят молодые дамы. И общество, в общем, так довольно сильно раскололось. Вы-то что думаете?

А. ЛЮБИМОВ — Ну, действительно, наверное, хулиганская выходка. Но то, с каким усердием государство на неё реагирует, говорит о нашем каком-то совершенно каком-то пещерном гуманизме. Кстати, была история, подобная… в Реймсе, по-моему, в каком-то французском городе, когда шли на службу верующие, какие-то тоже такие хулиганы, значит, устроили крики. И когда они вошли в храм, то пастор, он своей проповедью сказал – сейчас, когда вы выйдете, просто подойдите и улыбнитесь, пройдите мимо, потому что мы должны быть выше таких вещей. Я не знаю, подходит ли это для нашей ментальности, но точно нельзя превращать эту историю в такое совершенно пещерное мерзкое действие со стороны государства. У нас вообще, кстати, интуитивная популистская идеология «свои-чужие» — она привела к тому, что госаппарат очень интуитивно жесток к тем, кто как бы «они», и очень миролюбив к тем, которые как бы «мы». Опасная в нашей стране такая риторика советская.

С. КОРЗУН — Ещё несколько вопросов от слушателей по этому поводу. Не все, понятно, зачитаю. Крупков просит: «Ваше мнение о скандалах, так или иначе связанных с патриархом Кириллом. Утрачивает ли духовность православная церковь?».

А. ЛЮБИМОВ — Ну, церковь и духовность, по-моему, просто разные понятия. Есть большое количество священников, моих близких товарищей, разных, со многих поддерживаю близкие отношения. Никогда не связывал церковь и веру вообще. Для меня это абсолютно разные вещи. Вера – очень интимное состояние. У всех оно по-разному. Кто-то верит, кто-то культурно участвует в каком-то таком православном ощущении и получает от этого какую-то важную для себя духовную связь со своей страной, со своим прошлым. У всех по-разному. Но это точно не имеет отношения к организациям, которые призваны помогать нам и верующим входить в эти интимные состояния веры.

С. КОРЗУН — Последнее время одни говорят всё чаще, что церковь осуществляет в какой-то степени даже диктат в отношении государства, всё больше вмешивается в светскую жизнь, что косвенно подтверждает, соответственно, и патриарх, и его представители, когда говорят, что церковь не может быть отделена от государства, как духовность не может быть отделена от государства. Институции церкви – да, отделены, а церковь не отделена. У на всё-таки светское государство, или какая-то смычка происходит между духовной властью и властью государственной?

А. ЛЮБИМОВ — Интересный вопрос. Я не знаю, честно говоря, так, чтобы ответить, я всё-таки, наверное, не специалист. Таких явных признаков я не чувствую. Скажем, эта дискуссия по системе образования, скажем, в нашей школе не привела ни к каким введениям законов божьих или что-то в этом роде. Конечно, у нас светское государство. Более того, у нас есть несколько религий разных, и они всю жизнь в России уживались мирно. И думаю, что если какие-то такие намерения есть у кого-то внутри церкви, то это просто её уничтожит, потому что страна сильнее.

С. КОРЗУН — Ещё один вопрос от этнографа-57: «Согласны ли вы с тем, что под давлением православной церкви современное население России сохраняет значительный пласт магического мышления, тогда как западные страны опираются на рациональное, и это одна из причин их прогресса?».

А. ЛЮБИМОВ — Ну, есть такое мнение. Часто я тоже впадаю в эти такие ощущения, что протестантизм – он, собственно, и родился, чтобы обслуживать современный капитализм, и в этом смысле они очень преуспели. И наблюдая, как, например, в моих бизнесах работают англичане или американцы, я понимаю, что русские, итальянцы, к слову, французы так работать не могут. И испанцы в том числе. То есть есть что-то в этом. Но не надо отчаиваться.

С. КОРЗУН — То есть всё ещё впереди. А какие бизнесы у вас остались сегодня?

А. ЛЮБИМОВ — Телевидение, кино, мультипликация.

С. КОРЗУН — То есть тоже обучались, насколько я помню, в Соединённых Штатах?

А. ЛЮБИМОВ — Да.

С. КОРЗУН — И это пригодилось в непосредственной работы, непосредственном бизнесе.

А. ЛЮБИМОВ — Сейчас производим мы мультфильм 100-серийный.

С. КОРЗУН — 100-серийный?!

А. ЛЮБИМОВ — Да.

С. КОРЗУН — Это каждая серия короткая?

А. ЛЮБИМОВ — 5 минут. Для «Спокойной ночи, малыши», канал «Россия-1». И у нас там реально любопытный проект реализуется в Пермской колонии женской. У нас там девушки осуждённые рисуют, то есть такая… шаражка.

С. КОРЗУН — Благотворительный проект. Вроде глядя на вас, и не подумаешь, что особо благотворительный.

А. ЛЮБИМОВ — Ну как? В нём есть бизнес-модель просто. Чтобы создать конкурентоспособное производство мультипликации в нашей стране, то сделать его в Москве, в Ленинграде невозможно, потому что люди, которые обладают этой специальностью, очень дорого стоят. Проще в Китае производить. Но в Китае есть определённые проблемы. Например, когда мы перекрашивали «Семнадцать мгновений весны», то первые пробы… представляли… Штирлиц идёт мимо розового Мерседеса. И когда пишешь – господа… Они говорят – а как же это красиво. Говорим — Ну так война. Но они не понимают, они делают красиво. То есть культурные матрицы разные, плохо понимают… Плюс они, конечно, ещё, знаете, когда ты входишь с ними в контакт, они, конечно, демонстрируют потрясающее качество.

Потом потихонечку всё хуже, хуже, и в конце уже крестьяне с рисовых плантаций что-то там сидят у компьютеров. Поэтому если нам удастся создать здесь такое производство… конечно, нужно не в Москве, не в Питере, а где-то в Перми (не только обязательно в зоне) с умеренной заработной платой, то можно конкурировать, можно даже аутсорсить из Америки, из Европы, потому что мультипликация – очень дорогое производство.

С. КОРЗУН — Александр Любимов в программе «Без дураков» на «Эхе Москвы», на телеканале RTVI. Вернёмся на некоторое время во времена «Взгляда» того ещё, ну, может быть, даже не первого, а чуть позже. Я к тому, что слушатели несколько вопросов задают (значит, тема продолжает интересовать) о Владе Листьеве, о его смерти. 5 лет назад мы говорили. Вы так достаточно уклончиво ушли от этого разговора. Понятно, что там были какие-то, наверное, рекламные вещи, но вас как-то волнует или не волнует то, что это дело одно из нераскрытых до сих пор?

А. ЛЮБИМОВ — Уклончиво, потому что это был очень больной вопрос просто. Убили моего друга, партнёра, я не знаю, кто это сделал. Вот и всё. Никакой уклончивости здесь нет.

С. КОРЗУН — К Бастрыкину собираетесь обращаться? Вообще идёт это дело или оно уже закрылось как таковое?

А. ЛЮБИМОВ — Я не знаю.

С. КОРЗУН — То есть тема достаточно…

А. ЛЮБИМОВ — Я думаю, знаете, дело в том, что в момент, когда в 1995 году я вернулся к руководству телекомпанией, там было долгов на 25, что ли, 27 миллионов долларов. Я не помню уже, сколько, но, в общем, по тем временам довольно приличные деньги. Я всегда говорил всем следственным группам, которые, естественно, постоянно допрашивали меня, чтобы они поинтересовались теми людьми, кто эти деньги присвоил. По-моему, это более или менее такая очевидная версия. Все рекламные версии – это всё такая политическая конъюнктура. Там, Березовский, Лисовский – это всё, на мой взгляд, не имеет отношения к делу.

С. КОРЗУН — То есть какие-то другие люди, которых интересовали чисто миллионы?

А. ЛЮБИМОВ — Мне пришлось уйти с поста гендиректора после заявления 1993 года, потому что мы боялись, что разрушат полностью нашу компанию, и Владик стал генеральным директором. Я не контролировал бизнес с октября 1993 по март 1995.

С. КОРЗУН — Охрана долго у вас держалась, потому что как раз после этого случая с охраной стали…

А. ЛЮБИМОВ — Сколько сказали милиционеры, столько и держали. Они сказали, что покушение было не только на Владика. Возможно, это был просто трюк, чтоб поставить рядом со мной милиционеров, чтобы знать, с кем я встречаюсь, куда я хожу и так далее. Но, по крайней мере, если бы я был следователем, то, конечно, Любимов должен был быть одним из подозреваемых.

С. КОРЗУН — Вопрос от сеноходца: «Александр, не хотели бы вы снова поработать вместе с Парфёновым, заняв вакантное место Познера в лучшей инфопрограмме на российском телевидении, по моему мнению. Я имею в виду Парфёнов, Познер на «Дожде»». Вообще, в кадре есть желание поработать или это уже дела давно минувших дней?

А. ЛЮБИМОВ — Почему? Мне очень нравится работать в эфире.

С. КОРЗУН — А любимый проект какой? «Красный квадрат»?

А. ЛЮБИМОВ — Нет. Любимый всё-таки, наверное, «Жди меня», потому что в нём такая какая-то всё-таки гражданская есть история, и «Имя России», потому что удалось, несмотря на то что интерес к отечественной истории не сильно высок, удалось всё-таки заставить зрителя этой парадоксальной формой сравнения несравнимого заинтересовать по-разному очень многих людей, миллионы людей, там был довольно приличный рейтинг для того времени, когда программа шла в эфир.

С. КОРЗУН — То есть от продолжения карьеры телеведущего не отказываетесь?

А. ЛЮБИМОВ — Ну мне просто не предлагают. Я бы с удовольствием. Мне просто не предлагают.

С. КОРЗУН — Вопрос от Павла: «Вам что-нибудь нравится в этой стране? Есть что-то хорошее, приятное? Гордитесь ли вы чем-то? Это не ирония, а серьёзный вопрос, — пишет он, — не секрет, что практический каждый человек, живущий в этой стране, хочет покинуть её. Много дерьма, — смягчу, — и грязи. Перспективы ничтожны». Поспорите, согласитесь?

А. ЛЮБИМОВ — Не соглашусь, конечно. Я живу, работаю в своей стране. Мне здесь комфортно. Собственно, и нашу политическую организацию мы создаём, чтобы страна была лучше для нас, как мы считаем, для моих детей. Я хочу, чтобы они здесь жили. Я горжусь своим сыном, который пошёл в армию. И понятие Родины никто не отменял. Для меня эти вещи очень важны. Я не понимаю, почему вы задаёте этот вопрос. И вообще, знаете, стакан полупустой-полуполный. Бессмысленно спорить. Надо просто принять это и полюбить.

С. КОРЗУН — А с чем связан выход из наметившегося политического кризиса, или он с экономическим объединён? Вообще, что вы думаете на этот момент, есть вопрос соответствующий: «Что, по-вашему, происходит в стране сейчас в 2012 году?».

А. ЛЮБИМОВ — Думаю, что увядание совокупного Путина, думаю, что у него последний срок. И его историческая миссия заключается в том, чтобы восстановить механизм публичной политики, публичной политической конкуренции, и через эти механизмы передать бразды правления государства достойному кандидату…

С. КОРЗУН — Медведеву?

А. ЛЮБИМОВ — Ну, это решают избиратели. Задача Путина, мне кажется, создать условия для конкуренции, потому что если он передаст Медведеву бразды правления таким образом, как это произошло сейчас от Медведева к Путину, то это может вызвать просто коллапс и гражданское неповиновение, а стране нужно, конечно, созидательное движение вперёд, очень такое спокойное, но энергичное. Произошла немножко такая стагнация, и она началась, конечно, в зоне политики, в средствах массовой информации. Да, в свое время, возможно, да, с перебором всё это было в 1990-ые. Но сейчас точно маятник уже слишком далеко качнулся. И, к сожалению, я думаю, Путин сталкиваться будет всё больше и больше с тем, что что бы хорошее он ни делал, люди всё равно улучшения в своей жизни будут связывать со случайностью, а всё плохое и все угрозы с именем Владимира Владимировича Путина, и это печальная ситуация вождя, который так долго правит.

С. КОРЗУН — По вашему ощущению, на 6, на 12 лет пришёл Путин?

А. ЛЮБИМОВ — Ну, на 12 очень трудно будет ему удержать. Нужны какие-то очень мощные радикальные совершить в целом ряде принципиальнейших направлений и объясниться по очень большому количеству вопросов.

С. КОРЗУН — Вы лично связываете свое будущее с политикой, с активным участием не просто как соратник, а с какой-то публичной частью этой политики?

А. ЛЮБИМОВ — Я не думаю, что я эффективный депутат Государственной Думы. Мне кажется, что если мы победим, ну, войдём в Парламент через 5 лет, то лучше бы вместо меня работал какой-нибудь профессиональный юрист. А я бы, как такой типа думатель или старейшина, направлял бы его просто, в каких направлениях ему идти. Но поскольку система такова, какова она есть, и есть так получится, что надо, конечно, я пойду и буду работать. И буду работать каждый день, буду голосовать, не буду отдавать карточки никому. То есть в этом плане я человек принципиальный.

С. КОРЗУН — Ну теперь немножко о телевидении. Трудно назвать канал из крупных, на котором бы вы, наверное, не работали в своё время, учитывая, что была настоящая фирма «Вид».

А. ЛЮБИМОВ — На всех делали.

С. КОРЗУН — Наверное, на всех.

А. ЛЮБИМОВ — «Детали» на СТС с Канделаки мы делали. Сериалы на ТНТ, на НТВ, на России много… На Первом, понятно, до сих пор ещё наши передачи.

С. КОРЗУН — Теперь РБК, насколько я понимаю, с приличным финансированием, и есть какие-то планы ещё на будущее…

А. ЛЮБИМОВ — Да, будем развивать эту группу. Очень интересная вообще компания, очень недооценённая с гигантским потенциалом, когда мы, в общем-то, сейчас живём в эпоху, что большие каналы терпят, так сказать, уменьшение аудитории, а маленькие эту аудиторию отбирают, в РБК уникальная ситуация, что всё-таки в стране растёт количество людей таких свободных, что ли, сориентированных на более такую свободную жизнь, что ли, способных строить своё будущее самостоятельно. И в этом плане РБК для очень многих привлекателен, потому что канал не… канал новых идей. Там очень много таких любопытных бывает дискуссий, которые как раз в зоне… Очень, кстати, похож на проект нашей партии. Созидательная альтернатива. То есть не разрушающая, а созидательная. И там ведущие мне нравится, как они работают, очень критичные по отношению к экстремизму на улицах, и очень убедительные в аргументированной критике власти.

С. КОРЗУН — Какие стороны будете развивать тогда телевизионный холдинг, если это холдинг, в сторону развлекательных программ в первую очередь?

А. ЛЮБИМОВ — Главное для нас сейчас – усилить наш очень мощный интернет. РБК четвёртая в российском интернете компания. И там колоссальный потенциал. И там с точки зрения современных показателей бизнеса, в общем, интернет более привлекательное приложение усилий, чем телевидение или газеты, потому что по целому ряду финансовых показателей интернет интереснее.

С. КОРЗУН — Как раз вопрос от Сергея из Москвы из свежих, пришедших только что: «Каковы конкурентные преимущества телевидения над интернетом? Или ситуация совершенно обратная сейчас – интернет важнее?».

А. ЛЮБИМОВ — Контент, контент. Вот, смотрите, РБК гоняет порядка, может быть, 60 гигабит в секунду информации. Контент в русском интернете РБК 15, может быть, 20%. Вот, где находится преимущество конкурентное, а не то, что вы репостите или перегоняете трафик друг другу. И, кстати, я хочу сказать, что в Youtube’е большинство, тем не менее, контента – это профессиональные телевизионные организации. Тем не менее.

С. КОРЗУН — То есть не те, кто просто снял, как крикнули «Язь!», и сразу там миллионы посетителей.

А. ЛЮБИМОВ — Есть мнение, вообще, что любительское самовыражение, как и социальные сети, входят в зону упадка.

С. КОРЗУН — А что потом?

А. ЛЮБИМОВ — Ну, наверное, появятся какие-то другие способы коммуникации, более сбалансированные. Ведь всех же раздражает этот спам в Интернете. Ты что-нибудь написал – тебе кучу каких-то … надомного труда, таких вот: «сейчас скажу», анонимов со странными аватарами, пишут всякие гадости. Ну, ты думаешь: «Зачем тогда мне это нужно? Я хочу общаться, получать интересные, другие мнения от равных себе». И ты не хочешь заниматься этой вещью, если с тобой люди просто хотят поругаться. И главное – что они не люди. Ты не знаешь, с кем ты разговариваешь. Они знают, что ты – это ты, хотя, может быть, тоже сомневаются.

С. КОРЗУН — А дальше что – ставить фильтры? Вводить цензуру?

А. ЛЮБИМОВ — Не знаю. Нет, я думаю, что появятся какие-то тонкие формы. Сейчас модное слово «краудсорсинг», появятся и другие девайсы, другие идеи, которые в том же пространстве будут реализованы. Но все равно контент – он и будет определять. Неважно, это аудиофайл, видео или что-то. Но где вы его смотрите или слушаете – какая разница, через эфир, через телефонную сеть или через телевизор.

С. КОРЗУН — Чем из девайсов пользуетесь в последнее время? Потому что здесь есть два подхода. Есть одни люди, которые хватаются за все новое, потому что это помогает им работать. Есть другой подход. Я знаю, что некоторые очень крупные руководители, и миллиардеры, и миллионеры – они вообще предпочитают обходиться без электронных помощников. Считают, что их дело – принимать решения. А там уже их помощники…

А. ЛЮБИМОВ — Мне кажется, для людей, которые находятся на вершине сложных таких, больших управленческих компаний, не нужно пользоваться Интернетом. Потому что это может просто представлять риск для организации. Не туда кликнул – и все. Я пользуюсь всем, чем мне хочется, и самостоятельно выбираю. Скажем, мне очень не нравятся новые Word’ы. Они меня очень беспокоят. Вот, десятый Word для меня самый был удачный. То, что сейчас новые ставят – меня это дико раздражает. Предпочитаю Mac’и, хотя признаю, что Mac – не самый лучший компьютер. И тем более iPhone – не самый лучший телефон. Мой боевой, основной – BlackBerry. К сожалению, служит … на будущее этой компании. Потому что BlackBerry делает протокол е-мейлов через телефонную сеть. И, соответственно, в лесу, где угодно, где есть хоть какая-то телефонная сеть – вы всегда получите е-мейлы. А на других девайсах это невозможно. Так у меня есть и iPad, и MacBook Pro, и Mac’и стоят на работе. В основном, Mac’и, конечно. Потому что, ну, как-то, наша индустрия – она вообще как-то более Mac-oriented. Так уж сложилось. Хотя, по-моему, все это одно и то же. Это все вечный спор, преимущества, недостатки. По-моему, все это довольно глупо.

С. КОРЗУН — Чего Вам не хватает в этих девайсах? Куда их развивать – в сторону большего экрана, большей интерактивности?..

А. ЛЮБИМОВ — Я бы хотел, чтобы мне вживили такую одну маленькую, какую-нибудь, в голову молекулу, чтобы она и управляла всем. Чтобы не трогать, не думать, а научиться правильно ею управлять. Чтобы она с моими мыслями соотносилась так, как я хочу, и мне было бы так удобнее.

С. КОРЗУН — А если еще кто-нибудь научится ею управлять? Хакеров у нас довольно много в этом мире. Что тогда будет?

А. ЛЮБИМОВ — Ну, она должна иметь какие-то индивидуальные качества, связанные с моей идентичностью. С моими хромосомными всякими… Кстати, я не пошутил. Это будущее. Я где-то прочел, по-моему… Стивен Мартин «Значение XXI века», по-моему, книга называется. Такой футуролог есть. Не помню фамилию, могу ошибаться.

С. КОРЗУН — Отсюда и до Матрицы, наверное, недалеко в самом прямом? То есть, до некоего управляющего центра?

А. ЛЮБИМОВ — Его идея заключается в том, что была эволюция природы, когда от водорослей или от микроорганизмов к человеку. Потом была эволюция человека – это создание машин, механизмов. И третий этап – это компьютерная эволюция, когда компьютеры сами с собой начинают общаться. И уже софты, которые мы пока еще знаем, как называются, мы уже знать не будем. Они будут сами создавать те протоколы, которые им удобно, для того чтобы обслуживать нас. И это абсолютно неконтролируемый уже будет человеком процесс. Вот, с учетом того, что каждый раз к новому году увеличивается в два раза либо скорость, либо плотность… закон Мура, основателя Hewlett-Packard. В общем, так, наверное, и будет.

С. КОРЗУН — Александр Любимов. И это программа «Без дураков» на телеканале RTVI на радио «Эхо Москвы». 50 лет, вернемся к этому. Что из этих 50 возьмете во вторую пятидесятку. Не хотелось ли чего-нибудь переделать из того, что было? Потому что «Взгляд» и всесоюзная известность пришли тогда в возрасте, я напомню, 25 лет было всего Александру, когда случилась программа «Взгляд». Поэтому сейчас вопросы, которые многие задают по поводу… например, а как мы вам верили во «Взгляде» и куда вы нас привели. У вас было мировоззрение к тому времени? Вообще я знаю, что человеком вы были достаточно самостоятельным, и уже с 14 лет жили практически отдельно от родителей. Но тем не менее, 25 есть 25.

А. ЛЮБИМОВ – Я думаю, у нас у всех не было мировоззрения. Мы были искренние. Конечно, мы были антикоммунисты. Очень искренне всё это делали. Все, кстати. И ошибались искренне. И люди, которые говорят, что мы их привели куда-то не туда, тоже искренне нас любили или не любили. А сейчас, к счастью, страна другая. Сейчас можно спокойнее и так дистанцированнее относиться ко всему, и журналистам в том числе. Это полезно. Вообще, опираться надо на себя.

С. КОРЗУН – Что из ценностей осталось?

А. ЛЮБИМОВ – Дерзость. Ну, собственно, как бы первый успех – он стал уже таким знаком судьбы. Мне не удаётся работать там, где просто нужно приходить на работу. У меня это не получается. Меня это корёжит внутренне. И как бы не было хлебное то место, где я работаю, меня это абсолютно превращает в какую-то развалину.

С. КОРЗУН – Но тем не менее, свои проекты постоянные не оставляете, насколько я понимаю?

А. ЛЮБИМОВ – Нет, конечно. Мне нравится именно то, что я за что-то берусь, за что-то не берусь, всё время держусь в состоянии такой свежести, борьбы.

С. КОРЗУН – Если всё с чистого листа сейчас, чем бы занялись, в каких областях? Последний вопрос. И немного времени уже до конца программы.

А. ЛЮБИМОВ – Не знаю, не знаю. Вообще никогда не думал про это. Хороший вопрос. Но всё-таки он странный. Как можно к этому… как можно на него ответить так, чтобы самого себя не обмануть, если это по сути невозможно?

С. КОРЗУН – Значит, считаете, что пока на этот момент во всём, что хотели, реализовались.

А. ЛЮБИМОВ – Ещё бы научиться акробатике на виндсёрфинге и кайте, тогда совсем будет хорошо.

С. КОРЗУН – Александр Любимов. Это была программа «Без дураков». Спасибо за то, что пришли. Спасибо за ваши вопросы. Счастливо.

А. ЛЮБИМОВ – Спасибо.

Комментарии

21

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

01 июля 2012 | 22:12

Корзуну
5 за подготовку к передаче,
2 за импровизацию, по мере ответов

Любимову
5 за ответы


01 июля 2012 | 22:57

P.S. Любимов же не виноват за то, что не ответил на вопросы, которые его не спросили


02 июля 2012 | 10:11

вопросы задают.кроме того,всё,что надо -спрошено,на всё отвечено.всё-ясно.человеку комфортно-и он об этом сказал.это искусство-жить при любых властях и раскладах комфортно.это не всем-очень далеко не всем-дано.


02 июля 2012 | 10:36

Ничего не спрошено, там после каждого ответа копать и копать.


jamba 02 июля 2012 | 12:04

У Сшка токо одна тайна в жизни - это баблосы;)))


06 июля 2012 | 09:58

И я так считаю. Даже на вопрос про РБК - снова все ответы про бизнес, про технологии и т.п. а не про концепцию, смыслы.


06 июля 2012 | 10:00

Как бы он ни выкручивался, что бизнес - это дело, но за что бы Любимов ни брался, нутро вылезает. И партия, которую он продвигает, о том же. Вот отец его, как мне кажется, совсем другой.
"РБК четвёртая в российском интернете компания. И там колоссальный потенциал. И там с точки зрения современных показателей бизнеса, в общем, интернет более привлекательное приложение усилий, чем телевидение или газеты, потому что по целому ряду финансовых показателей интернет интереснее… РБК гоняет порядка, может быть, 60 гигабит в секунду информации. Контент в русском интернете РБК 15, может быть, 20%. Вот, где находится преимущество конкурентное, а не то, что вы репостите или перегоняете трафик друг другу", - Любимов.


01 июля 2012 | 22:57

P.S. Любимов же не виноват за то, что не ответил на вопросы, которые его не спросили


vnesterova 01 июля 2012 | 23:01

Ну наконец-то появились истинные учителя,видимо - мастера импровизации, заслужившие право оценивать!


shkolniza 02 июля 2012 | 10:13

Интересно, а куда подевались остальные (вчерашние) коммеенты?!
До распечатки, эфирные впечатления были иными: Любимов - бубнилка с не эмоциональным голосом. А когда прочитаешь, формируется совершенно иное, очень благоприятное впечатление. Много интересных его наблюдений и выводов. Например: "...участвовать в каком-то созидательном длинном процессе… обратите внимание, как все требуют сейчас от Прохорова, чтоб он делал какие-то заявления… А выборы через 5 лет. Людям надо эмоциональное соучастие какое-то. А это не является политикой борьбы за власть."
По особенностям избирательного процесса в России, в том числе и во времени.


(комментарий скрыт)

shkolniza 02 июля 2012 | 12:45

Спасибо, я уже нашла со своей страницы через комменты для меня.


(комментарий скрыт)

(комментарий скрыт)

(комментарий скрыт)

(комментарий скрыт)

(комментарий скрыт)

(комментарий скрыт)

(комментарий скрыт)

02 июля 2012 | 12:24

Команда Прохорова во главе с самим командиром постоянно упирает на "выборы не скоро, мы не спешим, мы пришли надолго...".
И впрямь, куда спешить, им всего по полтиннику с небольшим.
Говорят в 75 жизнь только начинается. Созревайте, мальчики, созревайте : )


02 июля 2012 | 13:39

Всем вылизал!!))


wint59 03 июля 2012 | 10:23

Но не срал. И это хорошо.


goldinm 02 июля 2012 | 18:02

>> закон Мура, основателя Hewlett-Packard
Такие ошибки портят весь рассказ.


wint59 03 июля 2012 | 10:28

Да ладно вам! Не будьте снобом, смотритесь чаще в зеркало.


khazary 04 июля 2012 | 04:18

Мне всегда нравился Любимов. Вегда испытывал к нему симпатию. Был шокирован его выступлением в 1993, и только позже понял насколько он был прав.
Эх, какие были времена!! Смотрел недавно, кем то выложенную в интернет, запись Взгляда 1988 года. Мы все верили в мечту о светлом капиталистическом будущем. И Любимов с его улыбкой и "Оствайтесь с нами"
А Сергею Корзуну отдельное спасибо. Великолепное ведение интервью!!! Равных ему на Эхо нет. Ну разве что Венидиктов, но тот в последнее время все реже берет в руки "шашки".


06 июля 2012 | 09:58

- Были ли какие-то накрутки, там, или что-то в этом роде? Или обратные накрутки?
А. ЛЮБИМОВ - Конечно, ничего не было. Нет, точно ничего не было.
С. КОРЗУН - А вы за кого кликали и кликали ли за кого-нибудь?
А. ЛЮБИМОВ - За разных кликал по настроению каждый день.
=======

Любимову я никогда не верила и в этот раз лишний раз убедилась в этом. Как можно утверждать, что не было накруток, если сам же признаётся, что лично голосовал много раз. Я хорошо помню эту историю. Сплошная ложь. А аргумент "по настроению" ... без комментариев, что тут скажешь. В этом весь Любимов и есть.


brainflash 09 июля 2012 | 15:53

Шура! Нет уже былой эмоциональности?... Ты братец просто умер


shkolniza 02 июля 2012 | 10:15

...Интересны оценки собственных возрастных трансформаций. И очень точная оценка сегодняшнего (и завтрашнего) ресурса Путина.


06 июля 2012 | 10:03

С. КОРЗУН – Что из ценностей осталось?
А. ЛЮБИМОВ – Дерзость… Ещё бы научиться акробатике на виндсёрфинге и кайте, тогда совсем будет хорошо.
=======

Ну вот и отлично. Только, были ли они, вообще-то, и раньше, ценности?

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире