'Вопросы к интервью


СЕРГЕЙ КОРЗУН: Всем добрый вечер. Сергей Корзун – это я, а моя сегодняшняя гостья – Елена Малышева. Елена Васильевна, добрый вечер.

ЕЛЕНА МАЛЫШЕВА: Добрый вечер, Сергей. Скажите уж тогда Ваше отчество, чтобы я не чувствовала себя Вашей матерью, а так же матерью русской революции…

С. КОРЗУН: Обездоленный Львович. Львовичи мы.

Е. МАЛЫШЕВА: Сергей Львович. Добрый вечер.

С. КОРЗУН: Здравствуйте, Елена Васильевна.

Е. МАЛЫШЕВА: Да, Сергей Львович.

С. КОРЗУН: Раскрою пару секретов. Вчера Нью-Йорк, завтра Израиль, сегодня пролетом здесь. Программы пишет робот двойник Елены Васильевны Малышевой.

Е. МАЛЫШЕВА: Программы вот нынешние записаны до конца августа.

С. КОРЗУН: А от джет-лага программирует ее муж, молекулярный биолог на клеточном уровне от стресса, который вызывает всякие перемещения. Вообще, Вы производите впечатление человека, я читал интервью, который ну просто на месте сидеть не может. Вот что это на генетическом уровне или как?

Е. МАЛЫШЕВА: Вы знаете, когда мне задают вопрос с каким-нибудь медико-биологическим термином, я могу отвечать только всерьез. Дело в том, что все, что мы делаем в этой жизни, вообще-то говоря, на генетическом уровне, Сергей Львович.

С. КОРЗУН: Другого нет, не воспитывается ничего?

Е. МАЛЫШЕВА: Наверное, воспитывается что-то, но все равно должны быть генетические возможности воплотить это в жизнь.

С. КОРЗУН: А в человеке разве не все заложено?

Е. МАЛЫШЕВА: В человеке заложено все.

С. КОРЗУН: Т.е. возможности развиваются, потом…

Е. МАЛЫШЕВА: Значит, есть понятие о генотипе – это, что в нас заложено и неизменно. Есть понятие о фенотипе. Фенотип – это внешнее воздействие на наш генотип, оно тоже существует.

С. КОРЗУН: И что Лысенко не прав что ли был? Великий академик…

Е. МАЛЫШЕВА: Ну, здрасте, то, что Лысенко был неправ в чем-то, это уже давно выяснилось.

С. КОРЗУН: Елена Малышева. А чего Вы делаете? Развлекаетесь? В Нью-Йорке, в Израиле, и в других местах?

Е. МАЛЫШЕВА: Программа «Здоровье» едет в Израиль на съемки. Потому что в Израиле такое количество русскоговорящих людей, что наша программа там чертовски популярна. В Израиле теперь безвизовый режим, поэтому нас туда зовут, как своих…

С. КОРЗУН: Гуляй. Не хочу.

Е. МАЛЫШЕВА: И мы туда едем вообще как бы как-то как будто и не за границу, потому что когда мы ездили в Испанию, была целая эпопея. Собирались паспорта, оформлялись визы, была какая-то группа сопровождения. В Израиле мы  сейчас едем, как-то уж слишком запросто. Такое впечатление, что это внутри России уже. Я прошу прощения, потому это, конечно, отдельное независимое государство. Но, тем не менее, все переговоры на русском языке с докторами, которых мы едем снимать. Все разговоры по-русски. И я даже спросила. Я говорю: а нам там будет иврит или английский? Нам сказали: да нет, приезжайте, все будет по-русски и т.д. Поэтому вот так.

С. КОРЗУН: Кстати, я забыл сказать, в общем, при представлении, что ведущая программы «Здоровье», но это, наверное, само собой разумеется. Да за меня это Лена Афанасьева скажет, наверное.

ЕЛЕНА АФАНАСЬЕВА: Лена Малышева удивительно продолжила работу, которая была до нее, у Юлии Белянчиковой. Потому что для всего советского поколения главным врачом телевизионным была Белянчикова. И представить себе женщину, которая могла бы ее заменить, была трудно. То, что Лена Малышева стала главным телеврачом – это большая удача и для нее, и для всей страны. Потому что я прекрасно знаю, что со всей страны ей пишут письма, и надеются как на последнюю истину в последней медицинской инстанции. Потому что именно Малышева может сказать, куда поехать лечиться, что делать, чего не делать. Она удивительно совпадает со своим телевизионным образом, потому что это именно тот человек, которому можно позвонить и ночью, задать любой медицинский вопрос. И когда начинаешь извиняться за беспокойство, она говорит: это моя работа, я врач. И этим гордится.

С. КОРЗУН: Это Елена Афанасьева, телеобозреватель.

Е. МАЛЫШЕВА: Я на самом деле горжусь тем, что я врач, горжусь настолько искренне, что это даже иногда выглядит патологией. Я абсолютно искренне считаю, что все девочки должны получись высшее медицинское образование. И в этом смысле для меня вообще дикость, когда люди обсуждают, какую профессию выбрать. Мне кажется, начинать надо с врача.

С. КОРЗУН: Нет ну, вас тянуло на журналистику.

Е. МАЛЫШЕВА: Тянуло.

С. КОРЗУН: История же известная, когда с блатом… с братом, без блата, с братом близнецом, не, он по Вашему блату прошел, между прочим.

Е. МАЛЫШЕВА: Нет, нет, мой брат близнец…

С. КОРЗУН: Вы-то с золотой медалью проскочили.

Е. МАЛЫШЕВА: Конечно, человек, который просто пошел, кстати, он решил стать врачом, прочитав книгу Юрия Германа «Дело, которому ты служишь». Между прочим, эту книгу я перечитала в этом году. Просто была потрясена тем, как взрослый человек может это прочесть. Это, кстати, величайшая книга, она до сих пор читается взахлеб. Кстати, прочитав эту книгу, врачом стал Михаил Иванович Давыдов, нынешний президент Академии наук. Он год отучился в консерватории. Он блестяще играет на аккордеоне, по-моему, или на баяне. Прочел книгу, бросил все и пошел во врачи. Сейчас, наверное, нет такой литературы, или нет такого отношения к литературе. Поэтому мой брат как раз шел в медицину с колоссальным желанием быть врачом. Я была девочкой отличницей. А девочки они, знаете, такие поливалентные. Если, тем более, они хорошо учатся, они вообще не понимают, чем им надо заниматься. Потому что их куда не посади, у них все хорошо получается.

С. КОРЗУН: А как же генетика, где здесь Елена Шабунина, из семьи врачей…

Е. МАЛЫШЕВА: Да, это моя девичья фамилия.

С. КОРЗУН: Старшая сестра на медика учится. Брат старший на  10 минут тоже тянет на медика.

Е. МАЛЫШЕВА: Да, а я на пятерки. Все на медика, брат читает книги, а я на пятерки учусь. В общем-то, и все, потому что я блестяще училась по математике, блестяще училась в музыкальной школе, блестяще писала сочинения. И хотела быть журналистом потому что сильно хорошо сочинения писала, ничего другого придумать не могла. Но моя гениальная мама сразу сказала, что никакой журналистики, а этим я буду заниматься впоследствии. А профессия должна быть в жизни реальная, которая позволит всю жизнь прожить с достоинством. И я абсолютно искренне считаю, что наша профессия дает возможность жить гордо и достойно, потому что мы действительно первые после Бога. Бог создал природу, а мы знаем законы, по которым она устроена.

С. КОРЗУН: Своих-то лечите домашних? И мужа тоже?

Е. МАЛЫШЕВА: Ну, слушайте, у нас дома просто можно частную клинику открывать. У меня мама блестящий педиатр, брат – выдающийся хирург, сестра невропатолог, я – терапевт, кардиолог. Муж тоже профессор медик. Т.е. у нас там хватает специалистов.

С. КОРЗУН: Ну., детей-то сами лечите или к врачам отправляете?

Е. МАЛЫШЕВА: Моих детей всегда лечила моя мама. Если были какие-то тревожные случаи, мы всегда идет в больницу. И я всегда идут к докторам, если мне нужна какая-то профессиональная помощь.

С. КОРЗУН: Елена Малышева – врач и журналист. А я хочу представить Вам мнение Татьяны Борисовны Дмитриевой, бывшего министра, кстати говоря, здравоохранения РФ и академика Российской академии медицинских наук.

ТАТЬЯНА ДМИТРИЕВА: Реальная программа очень нужная. Прошло столько лет, за это время, мне кажется, программа стала намного более, так скажем, глубокой, это не просто популяризация знаний от медицины. А это достоверная информация медицинская, которая интересна не только населению, но интересна даже медикам. Она дается таким языком, который не нужно переводить с русского на русский. Поэтому мне кажется, что Елена проделала колоссальный труд и сама очень на интуиции, по-моему, она как бы выросла. И программа эта, на мой взгляд, очень востребована.

С. КОРЗУН: Татьяна Дмитриева.

Е. МАЛЫШЕВА: Спасибо, честно говоря, и Лене Афанасьевой, и Татьяне Борисовне Дмитриевой. Кстати, хочу сказать, что Татьяна Борисовна была министром здравоохранения в том самом 97м году, когда программа «Здоровье» с моим участием впервые вышла в эфир. И  она пришла и на презентацию нашей программы. Она, кстати, человек, которого я  очень люблю и люблю наблюдать за ней, как за женщиной, и уважаю ее бесконечно, как профессионала, поэтому очень приятно, что она с такой теплотой говорит о программе. Но, кстати, то, что я выросла на интуиции, это не до конца так. Почему? Потому что, вообще говоря, кроме высшего медицинского образования и двух диссертаций я училась журналистике, посвященной здоровью и окружающей среде в Америке. Поэтому и это образование, между прочим, очень дорогого стоит. Когда я  получала его в Америке, то для меня просто там все было открытием. Те технологии, которые там используются, курс назывался: как изменить поведение людей и заставить их вести здоровый образ жизни. Потрясающе. Просто потрясающе. И нас учили тому, какие технологии существуют в США. Потому что у них были знаменитые проекты. Допустим, проект «Ноу смокинг» – нет курению, начатый в 60е годы. Или там «Сэйф секс» – безопасный секс. Проект, который изменил сексуальное поведение американцев. Он, во-первых, сделал твердой такую ячейку общества, как семья. Потому что людям объяснили, что из-за эпидемии СПИДа глупо изменять. Ты рискуешь погибнуть. И во-вторых, он породил такие понятия, как бой френд и гел френд. Это пара неженатых официально людей, но живущих вместе, как муж и жена. Поэтому телевидение может колоссальных вещей достигать в просвещении людей, в изменении здоровья нации и т.д. И когда я всему этому училась в Америке, я была просто шокирована, потому что ну понятно, в мединституте меня этому не учили, меня учили быть врачом. На факультете журналистики я не училась, я думала, я шокирована, потому что этому учат на факультете журналистики. В МГУ или где-нибудь еще. Но оказалось, что и там-то этому не сильно учат. Нас просто учили технологиям, как использовать известных людей для того, чтобы продвигать идеи здорового образа жизни. Как использовать теорию инновация для того, чтобы продвигать эти идеи. Меня учили. Я училась всегда на пятерки.

С. КОРЗУН: Тема понравилась, она у нас вполне такая гестаповская: как заставить людей вести здоровый образ жизни? С мужем не получилось? По-прежнему Вы овсянку, а он пиццу ест на завтрак?

Е. МАЛЫШЕВА: Нет, ну, слушайте, мой муж профессор. Нет, мой муж есть разное. Как и все мы. Все мы люди. Т.е. нельзя сказать, что я ем одну овсянку. Я же не лошадь, в конце концов. Но и у всех там бывают какие-то зигзаги и отступления. Нет, мой муж человек очень серьезный. Он серьезно относится к своему здоровью. Когда-то он и пиццу ест, что уж тут сказать. Да и я иногда бывает. Так что бывает и со мной.

С. КОРЗУН: Вкуснее пиццы в таком случае ничего нет? Еще гамбургер может быть…

Е. МАЛЫШЕВА: Давно к еде так не отношусь. Потому что мне настолько часто приходится худеть, что я запретила себе думать о еде, как о радости жизни. Я ее заведомо внесла в классификации своей во вредную часть моей жизни. Потому что я очень быстро поправляюсь, и все время с какой-то неистовой силой худею.

С. КОРЗУН: А что у Вас из удовольствий тогда остается в жизни?

Е. МАЛЫШЕВА: А еда это единственное Ваше удовольствие, Сергей Корзун?

С. КОРЗУН: Нет, не  единственное. А Ваши какие удовольствия?

Е. МАЛЫШЕВА: Миллион. Во-первых, мои потрясающие дети, которые сейчас выросли, которые, наверное, лучшие мужчины моей жизни. Потому что они разные, они интересные, один из них таки не стал врачом, а будет юристом, чем укокошил всю нашу семью наповал, и долго мы с этим бились. Но он проявил такую самостийность, и деваться было некуда. Это, может быть, даже самое главное удовольствие в моей жизни, потому что дело в том, что, ну, во всяком случае, со мной так. Когда я вышла замуж и родила детей, я думала, что вот это и есть я. А оказалось, что это два совершенно других человека со своей программой жизни, со своей линией развития, со своими взглядами, которые могут не совпадать с моими, но  они страшно интересны. Потрясающий совершено муж, могу вам сказать. Честно, Сергей. Позавидуйте моему семейному счастью.

С. КОРЗУН: Завидую. А правда ли…

Е. МАЛЫШЕВА: В отличие от Корзуна я была замужем один раз, друзья.

С. КОРЗУН: Правда ли, что муж когда сватался к Вам, просил Вас стать матерью его двоих сыновей, и вы всю ночь напролет рыдали, думая, что они уже состоялись его сыновья.

Е. МАЛЫШЕВА: Нет. Я рыдала даже не потому. что я думала, что есть дети. Это счастье, если они есть, кто бы их не родил. Я просто не могла понять, что случилось. То ли он какой-то дефективный, его бросила жена, то ли он удивительный. А жена, допустим, умерла от тяжелой неизлечимой болезни. Вот в чем была моя дилемма. Но к утру я поняла, что если есть дети, надо их усыновить, деваться тут некуда. И пришла к мужу с согласием усыновить его двух сыновей, после чего выяснилось, что никаких детей у него нет, женат он никогда не был, просто он уверен, что у нас будет двое сыновей. Так и получилось.

С. КОРЗУН: Он был запрограммирован, как и Вы. Так и вышло.

Е. МАЛЫШЕВА: Просто удивительно. Я не думала, какие у меня будут дети, мальчики или девочки.

С. КОРЗУН: Вы выбирали его по интеллекту или за красоту и стать?

Е. МАЛЫШЕВА: Вы знаете, какой-то интересный вопрос, почему-то я даже об этом не думала. Ну, дело в том, что поскольку я сама не набитая дура, то  по определению общаться с набитыми дураками мне не приходилось. Поэтому он, конечно, человек умный талантливый, и т.д. Он высокий и статный. Не скрою от Вас. Поэтому что я брала во внимание. Он был очень надежным. Очень таким мужчиной, он работал в стройотряде. Уже тогда имел какие-то безумные деньги. И он меня совершенно потряс, когда он встретившись со мной, мы еще ну вот просто мы вместе были в аспирантуре, никаких отношений не было, ничего. И он вдруг, глядя мне в глаза, строго сказал: для мужчины главное выбрать работу и выбрать женщину, которая с ним пройдет жизнь. Я подумала, вот гад, хоть бы женщину на первое место поставил. И вообще чего он мне об этом говорит. Еще мы подумаем, выберу ли его я. Ну, вот сейчас, когда я стала взрослым человеком, я эти слова повторяю своим детям. Именно в такой последовательности. Для мужчины важно выбрать дело, которому он будет служить, и женщину, которая поймет его, и сделает его детей лучше, чем он. Это очень непросто.

С. КОРЗУН: В 91м бросили его, правда, по уважительной причине. Мужа бросили, в Кемерово уехали вместе…

Е. МАЛЫШЕВА: Вы с ума сошли. Я уехала, у меня сын тяжело болел.

С. КОРЗУН: Да. Знаем, на реабилитацию.

Е. МАЛЫШЕВА: Просто там жили мои родители. А поскольку моя мама детский врач, то просто на тот момент это были голодные годы в Москве. Вы помните, наверное, сейчас многие, кстати, забыли, что были эти пустые прилавки.

С. КОРЗУН: В Кемерово лучше было на самом деле?

Е. МАЛЫШЕВА: В Кемерово мой папа руководил районом медициной целого огромного района. Моя мама была знаменитым врачом. В Кемерово было лучше. Даже можно не объяснять.

С. КОРЗУН: Муж болтался голодным в Москве здесь в это время.

Е. МАЛЫШЕВА: Муж остался в Москве, да.

С. КОРЗУН: Или вы  посылочки ему присылали?

Е. МАЛЫШЕВА: Да, нет, он всегда был вполне независимый самостоятельный человек. Он писал докторскую диссертацию тогда. А я жила у родителей полгода.

С. КОРЗУН: И Вам на самом деле хотелось там остаться в Кемерово какое-то врамя?

Е. МАЛЫШЕВА: Правда, знаете, мне было там так хорошо, я там начала работать в мединституте. Начала впервые работать на телевидении именно там. Папа, мама, ребенок перестал болеть. Была няня, т.е. была красота по сравнению с нелегальной жизнью в общежитии Горного института, которую мы проводили с моим мужем, потому что на тот момент у нас ничего не было, а было уже двое детей.

С. КОРЗУН: Как Вы там оказались, интересно? Почему Горный институт? По блату, по знакомству кто-то пристроил?

Е. МАЛЫШЕВА: Да, Вы знаете, у моих родителей был такой друг очень близкий, который сейчас, конечно, и наш друг уже Владимир Филиппович Лукьянов, у него были друзья в этом Горном институте. И директор вот этого студенческого городка Коля Абрамкин, который тоже до сих пор наш друг товарищ, просто по-человечески дали нам пожить. Мы были молодая семья с двумя детьми, не побоявшиеся их родить просто без кола, без двора. И мы там жили. И вот это правда, в жизни есть люди, которых ты будешь помнить и благодарить всегда. Потому что не было бы никаких карьер. Никаких диссертаций, никаких телевидений у меня, профессорских званий, кафедры и большой лаборатории отдела у моего мужа, если бы  тогда не было бы этих людей, благодаря которым мы жили в этом общежитии нелегально, растили своих детей. И дорастили их до красавцев.

С. КОРЗУН: А ваша сумасшедшая какая-то роскошная квартира, которую расписывают в мансардном этаже, или где-то там под крышей среди труб.

Е. МАЛЫШЕВА: Есть у нас квартира.

С. КОРЗУН: Это хотели компенсировать каким-то образом жизнь в общежитии?

Е. МАЛЫШЕВА: Я на самом деле человек, который не верит. Я человек, который не мечтает ни о чем. Я ставлю перед собой какие-то цели и пытаюсь их достигать, поэтому на тот момент мы купили мансардный этаж с высотой потолков 2 что ли метра. В эту квартиру пришла моя мама и сказала строгим голосом женщины матери и врача педиатра. Она сказала: Ваши дети вырастут сутулыми. Здесь нельзя жить. Там были трубы. Ну, представляете, что такое мансардно-технический этаж.

С. КОРЗУН: Ну, да, примерно представляю. Ну, а почему 2 метра.

Е. МАЛЫШЕВА: Мы купили этот этаж не потому, что это была мечта нашей жизни, а потому что ни на какое другое жилье у нас денег не было. И я мужу сказала, ну, нам надо это отремонтировать и как-то уже тут жить. А там посмотрим, пока она маленькие, они сутулыми не будут, а там решим. А вот мой муж, он умеет мечтать, и воплощать свои мечты в жизнь. Он мне сказал: ты что, у нас будет 2-этажная роскошная квартира. Это будет дом в центре Москвы, так и вышло. Поэтому я бы ничего этого не сделала. И даже и не делала, честно признаюсь.

С. КОРЗУН: Кто лидер в семье, муж? Всегда?

Е. МАЛЫШЕВА: Вы знаете, я человек активный. Т.е. я много говорю, я собираю людей, я со всеми разговариваю. Я тр, тр, тр. Мой муж – он человек, как подводная лодка, которая определяет курс, и не выходя на поверхность, везет нашу семью в каком-то направлении. Ну, а на поверхности царю я, и мне это позволяется.

С. КОРЗУН: Доверяете ему всегда в выборе стратегического направления движения подводной лодки? Куда там к Америке плыть или к берегам Китая?

Е. МАЛЫШЕВА: Да. Мне кажется, да, пока вроде мы плывем в правильном направлении.

С. КОРЗУН: Дети тоже плывут в правильном направлении? Довольны на самом деле тем, как их судьба складывается?

Е. МАЛЫШЕВА: Дети у нас сейчас учатся. Поэтому как бы один учится на врача, другой учится на юриста. Тот, который учится на юриста, получает образование и в России, и в Америке параллельно. Мы следим за тем, чтобы они были загружены так, чтобы им было некогда передохнуть. Вот это главный принцип нашей жизни.

С. КОРЗУН: У них пара лет, по-моему, разница.

Е. МАЛЫШЕВА: 2 года 9 месяцев. Почти 3 года. Поэтому наша стратегия заключается в том, что мы должны научить детей трудиться, и ставить высокие цели.

С. КОРЗУН: А жить они где будут? Намериваются. Ну, английский язык он в любом случае пригодится везде.

Е. МАЛЫШЕВА: Дело в том, что о воспитании детей я могу написать манифест. Манифест – это краткая литературная форма, содержащая короткие лозунги. Вот один из моих лозунгов для родителей звучит так. Что должен сделать хороший родитель для своего ребенка. Он должен ему дать самое хорошее образование, которое он может дать на сегодняшний момент с финансовой точки зрения, с человеческой и т.д. Самое хорошее медицинской образование сегодня можно получить в Америке. Самое хорошее юридическое образование нужно обязательно получить в двух разных юридических системах. Потому что наша юридическая система и англо-американская – это две радикально разные юриспруденции. Это будет фундамент, на котором они будут стоять. Где они будут жить, я не знаю. В связи с тем, что они знают и русский, и английский язык, вероятней всего, жизнь их обязательно будет связана с Россией. Но обсуждать сейчас, где они будут жить, пусть сами выбирают. А мы должны поставить их на такой фундамент, который даст им возможность выбирать и быть свободными в этом смысле людьми.

С. КОРЗУН: Елена Малышева в программе «Без дураков» на «Эхе Москвы». Вернемся в студию через пару минут после новостей.

НОВОСТИ

С. КОРЗУН: И я напомню, что гостья моей сегодняшней программы врач и ведущая программы «Здоровье» на Первом канале Елена Малышева. А почему Вы в очках? Была какая-то история. Телезрители что ли…

Е. МАЛЫШЕВА: Потому что у меня гиперметропия – дальнозоркость врожденная с детства. У меня высокая степень дальнозоркости.

С. КОРЗУН: А почему нельзя сделать? Вы же всех знаете абсолютно в этом мире в медицинском.

Е. МАЛЫШЕВА: Нет, сделать можно, даже никаких вопросов. Но дело в том, что на телевидении я очков все равно не сниму. Потому что без очков я совершенно другой человек. Очень, кстати, тоже интересный, бесконечно сексуальная, мятущаяся и все такое прочее. Ну, зачем этот образ в программе «Здоровье»? А если ты не меняешься на работе, на которой ты проводишь большую часть своей жизни, что уж там. У меня есть линзы, я могу ходить без очков. Когда я без очков, я совершенно неузнаваемый человек. Поэтому у нас действительно был такой проект, когда мы рассказывали о разных заболеваниях глаз, рассказывали, как они лечатся. Они лечатся сейчас элегантно, современно, супер быстро. И у меня один из самых близких друзей, семья целая в нашей семье знаменитый врач офтальмолог Михаил Егорович Коновалов. Т.е. в самом деле, мне не составляет труда прооперироваться или сделать что-то еще. Но просто оказалось, что в этом нет никакого смысла. Когда было голосование телезрителей, они проголосовали типа 90% против 10. 90 — за то, чтобы я осталась в очках, а 10 – за то, чтобы я сняла. Вот какой консерватизм в восприятии образа. А руководство нашего канала, вот когда я без очков пришла к Олегу Вольнову, это первый заместитель генерального директора Первого канала. Он мне сказал – в «Здоровье» только в очках. До свидания. А сексуальный образ оставь на другие случаи жизни. Думаю, что все правы.

С. КОРЗУН: Приходите домой, снимаете очки…

Е. МАЛЫШЕВА: И сейчас я тебя укушу, говорю я мужу. Примерно так.

С. КОРЗУН: Елена Малышева. А стопроцентная узнаваемость, как на Вас влияет. Вот, между прочим, где-то наткнулся, был вопрос, кого из великих врачей знают люди. Ну, и выше Вас из ныне действующих, по-моему, ну…

Е. МАЛЫШЕВА: Рошаль я думаю.

С. КОРЗУН: Да, Рошаль, на самом деле.

Е. МАЛЫШЕВА: Леонид Михайлович, человек, который совершил поступки в своей жизни. Я просто телеведущая, меня узнают, потому что показывают раз в неделю на Первом канале. И берут интервью. Его узнают, потому что ему отдают должное за его поступки. Две большие разницы.

С. КОРЗУН: Ну, Вы не можете сказать, что Вам это не нравится. Вы же не случайно пошли в телеведущие.

Е. МАЛЫШЕВА: В телеведущие я попала совершено случайно. Я никогда в жизни, во-первых, толком не понимала, что есть такая профессия. А во-вторых, не планировала заниматься телевидением. Ну, это вообще была какая-то жизнь, которая не обсуждалась. Для Вас есть какая-то жизнь, которая вообще с Вами не связана? Вот такая не связанная со мной была жизнь на телевидении. Поэтому это совершеннейшая случайность.

С. КОРЗУН: Это было в Кемерово еще.

Е. МАЛЫШЕВА: Но случайность попадания на десятку.

С. КОРЗУН: Отреагировали, по-моему, на какую— то программу. Нет?

Е. МАЛЫШЕВА: Там все было проще. Когда я уехала как раз с заболевшим больным моим младшим сыном к родителям в Кемерово, это был тот период, когда там шли забастовки вообще, и забастовки врачей в частности. И там каждый день выходила на местном телевидении программа «Из первых рук», которую вел пресс секретарь тогдашней администрации кемеровской. И вот он каждый вечер появлялся в эфире и говорил. И когда я приехала и включила телевизор, и увидела эту программу, ее вел мой хороший товарищ. Я тысячу лет не была в Кемерово. И я ему позвонила, сказала – Костя, во-первых, давай встретимся, и во-вторых, там по ходу всего, я ему сказала… А встретились мы с ним как раз на телевидении. Потому что он в связи с этими бесконечными забастовками бесконечно вещал о чем-то. И я ему сказала: чего у нас врачи бастуют. Это просто позорно. Ничего не стоит сделать позитивную программу. В медицине вообще столько подвигов человеческих, и не только врачебных, а близких людей, которые спасают своих. А у Вас что-то один негатив. Надо сделать позитив. И  он говорит, ну, ты сможешь? Меня научили не ставить никаких планок. Поэтому на вопрос, можешь ты или нет я, как правило, отвечаю, — смогу. И я сказала: конечно, смогу рассказать о медицине. И  он тут же отвел меня к главному редактору кемеровского телевидения, и вообще это, кстати, была золотая эпоха в жизни России, которую Вы тоже пережили. Он сказал – это Елена Малышева, она будет делать позитивную программу о здоровье. Эта женщина сказала: у нас каждый день часовой эфир там какое-то социальное вещание. Вы можете прямо там через неделю 15 минут о медицине? Я сказала: хорошо. Ну, я уже тысячу раз рассказывала эту историю. Я ее сама люблю. Потому что, правда, у меня никакого ни страха не было, ничего. Было понимание, что надо сделать это дело. И  почему-то я для себя решила, что за 15 минут у меня должно быть три гостя, чтобы людям не было скучно. А потом оказалось, что это выработанный годами телевизионный шаг. 4-4,5 минуты, после которых должна быть какая-то смена темы и т.д. И еще я твердо знала, почему-то мне казалось, что в этот клан какой-то зазеркальный, куда я случайно попала, я войду, если я скажу такие слова: до конца эфира осталась ровно одна минута. А там громадные часы в телевизионной студии. И когда осталась ровно одна минута, я просто произнесла эту фразу, как волшебное заклинание. Поняла, что я уже просто вечность в эфире, и в шоколаде и т.д. Вот как прошел прямой эфир. Поскольку он прошел достаточно легко, после этого эфира главный режиссер меня позвала и сказала, я поняла, что Вы знакомы с этой работой хорошо, давайте делать 30-минутную программу, тртт. И я там начала вести медицинскую программу. А потом уже когда приехала в Москву, когда нас сюда привез муж, то уже мне хотелось работать на телевидении. Потому что это невероятно интересная жизнь, которая дает тебе возможность встречаться с потрясающими людьми, встречаться с теми, с кем ты хочешь. Узнавать самое лучшее, самое интересное. Это, в самом деле, зазеркалье, с которым бесконечно интересно.

С. КОРЗУН: И это правда, что конкурс выиграла Ваша творческая группа, вот когда программу «Здоровье» решили возобновлять через годы после ее окончания.

Е. МАЛЫШЕВА: Да, это был 97й год.

С. КОРЗУН: Частный тендер был? В 97м не было честных тендеров, или были на телевидении?

Е. МАЛЫШЕВА: В 97м? Ну, в 97м оду вообще кто такая Елена Малышева знали только мои родители и мой муж. Больше никто вообще об этом не знал. Было 6 пилотов. Один из пилотов, как ведущая, делала Татьяна Друбич, между прочим, тоже врач, и на тот момент, как и я, кандидат наук. Я тогда тоже была кандидатом наук. Поэтому, я считаю, что шансов у меня практически не было вообще никаких. Но у меня есть еще один чудесный принцип в жизни, когда ты что-то делаешь, сделать это дело надо так, чтобы оглядываясь назад, тебе было не в чем себя упрекнуть. Когда мы сделали пилот, было даже не понятно кому его вручить, потому что я не была человеком, который бы знал бы Константина Эрнста, или там кого-нибудь еще из великих. И собственно говоря, кто я такая им тоже было глубоко безразлично. И я спросила, кот тут вообще главный. Мне сказали: вот Сергей Леонидович Шумаков, сейчас это генеральный продюсер канала РТР. Бедный Сергей Леонидович сидел тогда в ресторане и ел какую-то еду, и я решила, что все равно меня не возьмут, но если, оглядываясь назад, я смогу о упрекнуть себя в том, что я даже и кассету никому не показала, то это позорно. И я подошла к Шумакову и сказала: Сергей Леонидович – это медицинский проект о здоровье. Там что-то еще такое еще. Я везде написала свои телефоны. Потому что была уверена, что он скажет: хорошо. Возьмет кассету и никогда мне не позвонит. Но кассету надо было отдать, чтобы перед собой быть чистой. И мой любимый Шумаков отложил вилки и ножи, поднял на меня тяжелый взгляд и сказал: пойдемте, посмотрим. И посмотрел эту программу.

С. КОРЗУН: От еды оторвали мужчину, конечно.

Е. МАЛЫШЕВА: И он мне сказал, что программа плохая, но Вы прекрасная ведущая. Он видел меня тогда уже на канале «Деловая Россия», куда я пришла к Саше Акопову. И он сказал, что Вы будете телеведущей. Сейчас я сделаю нарезку, чтобы показать Вас Константину Эрнсту. И  он сделал это, показал Константину Львовичу. Вернулся, сказал: Вас утвердили ведущий, будем делать эфирный пилот. И покатился потрясающий паровоз, механизм, какой-то маховик, какая-то машина, под названием великий Первый канал. Был проморолик «К Вам возвращается «Здоровье»» и т.д. Ну, это вообще счастье огромное было в жизни.

С. КОРЗУН: Что получилось потом, взгляд со стороны. Элина Николаева.

ЭЛИНА НИКОЛАЕВА: Больше нет, как это было на советском телевидении, главного путешественника. Юрий Сенкевич. Главного по кино – Эльдар Рязанов. Главного по развлечению – Юрий Николаев и т.д. До сих пор дожила лишь должность телевизионного главврача. Во многом это заслуга личности Елены Малышевой, у которой образ соответствует содержанию и наоборот. Ну, всем известно, что нашему народу не хватает заботы. И кто еще позаботится о его здоровье, как не  он сам. Да еще и Елена Малышева. Своя Елена Малышева должна быть на каждом канале.

Е. МАЛЫШЕВА: Спасибо большое.

С. КОРЗУН: Элина Николаева.

Е. МАЛЫШЕВА: Спасибо, правда, Лене Афанасьевой, Элине Николаевой. Всем спасибо.

С. КОРЗУН: Ну, а теперь вопросики.

Е. МАЛЫШЕВА: О медицине уже пора.

С. КОРЗУН: Ну, да, вопросы, конечно, не такие мягкие, как комментарии. «Уважаемая Елена Малышева, так ли радужно все в нашей коммерческой медицине? Как Вы лично относитесь к унизительному отношению к статусу врача в последнее время?» Ну, все по порядку.

Е. МАЛЫШЕВА: Отношусь к этому, Вы знаете, с огромной болью. Потому что врачи действительно унижены ниже некуда. Страдают от этого только больные люди. Поверьте мне. И идея, что всех врачей надо за что-нибудь посадить, она смешна и наивна. Врач должен только лечить. Если у врача нет томографа, нет лекарства, нет того, что сегодня составляет суть современной медицины, можно всех врачей в тюрьму посадить. Здоровье ничье не улучшится. Люди до сих пор не поняли, что условия для работы врачей, больницы, технику создают не врачи. Они могут прийти и работать на том, что для них сделано государством ли, коммерческим структурами, это не важно. Но я с огромной болью к этому отношусь, потому что еще раз повторю, я же считаю нашу профессию лучшей.

С. КОРЗУН: Архитектор из Москвы спрашивает: а я напомню, что это вопросы, которые пришли по каналам интернета, до программы. «Вам не стыдно, — спрашивает он, — на фоне жуткого состояния современной медицины, — пудрит людям мозги и рассказывать сказки?»

Е. МАЛЫШЕВА: Мне не стыдно. Потому что мы не рассказываем сказки, мы снимаем реальных людей и реальных врачей. И у программы есть принцип. Я много раз об этом говорила, не обсуждать минусы нашей медицины. Это обсуждают тысячи других общественно-политических программ. А давать людям путь, по которому можно пойти, чтобы выздороветь, спасти своего ребенка, спасти своих родителей и т.д. Мы рассказываем о методах лечения, мы просвещаем, мы рассказываем о тех врачах, которые действительно лечат. И я считаю, что это правильное человеческое и профессиональное, и моя личная позиция.

С. КОРЗУН: В развитие темы сказки, диктор, подписался человек из Москвы: «Ваша программа все больше напоминает пластмассовую сказку, безнадежно оторванную от реалий. Почему, — конкретные вопросы, — не называется стоимость некоторых операций и процедур? Доступность их для рядовых граждан. Как будто люди занимаются самолечением от хорошей жизни».

Е. МАЛЫШЕВА: Смотрите, я бы, честно говоря, вообще ввела такую рубрику, что сколько стоит. И вообще в этом ничего не вижу постыдного. Это колоссальные проблемы вызывает в формировании наших отношений с коммерческим отделом. Это первое. Второе, до сих пор в России огромное количество медицинских услуг бесплатное. И если в Москве практически все покупается и продается, ну, в силу просто того, что этот город переваривает многие миллионы людей. И сюда просто деньги текут. То в провинции медицина реально до сих пор бесплатная. Сегодня и в Москве, кстати говоря, в городских больницах колоссальное количество процедур совершено бесплатные. Если Вам привозят на скорой помощи, скажем с Боткинскую больницу, с Вас не возьмут деньги ни за что. Но то, что многое можно сделать за деньги, это тоже правда. Поэтому я считаю, что на повестке дня стоит такая, знаете ли, экономика в медицине. Потому что, например, очень актуален вопрос, какие лекарства пить и какие не пить. Или какие методы обследований использовать, а какие нет. Например, ультразвук или маммография? Или там заговоры или реальное лечение. Вот сегодня действительно надо находить те методы лечения, и те операции, когда за один заход Вы делаете сразу все, а не 10 000 обследований, чтобы потом было что-то. Это очень серьезные вопросы. Я считаю, действительно он стоит на  повестке дня. Здесь ничего такого нет. Это часть нашей жизни, об этом надо рассказывать, и я надеюсь, что мы найдем пути, как об этом рассказывать в программе.

С. КОРЗУН: Следующий вопрос из Дортмунда из Германии.

Е. МАЛЫШЕВА: Давайте.

С. КОРЗУН: Ответьте на вопрос касательно опасности прививок от свиного гриппа. Дается ссылка на статью в интернете. Многие СМИ распространяют информацию о смертельных последствиях этой прививки. Свиной грипп, наверное, не свиной еще тогда был, 76го года в США, унес жизнь одно человека, а прививка от этого гриппа там же унесла жизни 50 человек.

Е. МАЛЫШЕВА: Во-первых, еще не создана вакцина, еще официально не создана, никуда не введена, нигде не зарегистрирована, поэтому вопрос этот на повестке дня пока не стоит. Есть два препарата это Темифлю и Реленза, которые лечат свиной грипп. Они созданы тоже не для свиного гриппа, это препараты для лечения гриппов, вызванных вирусом типа А. Т.е. это препараты с широким спектром действия. Поэтому пока массово никого не вакцинируют от свиного гриппа. Этого пока нет.

С. КОРЗУН: А вообще по  поводу вакцинации еще один вопрос из Санкт-Петербурга: «Год назад в программе «Здоровье» Вы утверждали, что прививки в нашей стране являются обязательными, но с 98го года, — пишет этот человек, — согласно закону об иммунопрофилактике вакцинация дело добровольное».

Е. МАЛЫШЕВА: Значит, я во-первых, никогда не утверждала в нашей программе, вообще нигде, что прививки в нашей стране являются обязательными. К великому сожалению, они не обязательны.

С. КОРЗУН: Но Вы считаете, что их надо сделать обязательно. Правильно, надо же к здоровому образу жизни тащить. Вас учили…

Е. МАЛЫШЕВА: Абсолютно просто уверена, секундочку, кроме того что в России принято ни во что не верить, существует огромная наука, которая изучает, почему изменилась продолжительность жизни людей в поколениях популяционная. Так вот человечество за последние 100 лет стало жить на 25 лет дольше, благодаря появлению вакцинации. Знаете, есть такой график, вот нам его показывают в мединституте. Вот как на численность человечества влияли разные эпидемии. Помните, была знаменитая эпидемия, когда мор был чумы. Это вот такой провал в численности населения. Т.е. земной шар выкосило эпидемия чумы, оспы и т.д. Когда появились вакцины от этого, цари, Екатерина публично прививалась, чтобы призвать людей сделать прививку. Врачи ставили опыты на себе, чтобы доказать, что это безопасно, и это защищает от смертельных болезней. Сегодня из-за того, что вакцинация в Советской Союзе была обязательная, создан пул людей, которые не заболевают, не являются переносчиками вирусов тяжелейших болезней. Поэтому возникла иллюзия. Возникла она в начале 90-х годов, что прививки можно не делать. И тогда массово стали отказываться от вакцинаций. 4 000 детей и молодежи погибло, это официальная статистика, она есть на сайте Всемирной организации здравоохранения. Это болезнь, когда человек погибает от удушья. Вы представьте, просто потому что папа с мамой не сделали ребеночку прививку, они решили быть такими в кавычках просвещенными, на их руках он погиб от удушья просто синея и задыхаясь.

С. КОРЗУН: А от самих прививок не умирают?

Е. МАЛЫШЕВА: Если кто-то хочет провести опыт на себе… Друзья мои. Пожалуйста, я просто считаю подлостью, когда родители, привитые в советские годы от всего, не прививают своих детей. Хочешь провести опыт, проведи его на себе.

С. КОРЗУН: А от самих прививок не умирают? Это вопрос из Дортмунда. Я просто настаиваю на ответе. На Вашей точке зрения.

Е. МАЛЫШЕВА: А я Вам отвечу абсолютно честно. Всегда существует процент каких-то осложнений. При вакцинации, особенно при современной, когда перестали, ведь раньше использовали живых вирусов, живых микробов для вакцинации, сейчас давным-давно этого не делают. Вакцины становятся все более и более безопасными. Тем не менее, какой-то процент осложнений есть. Поэтому вакцинацию проводят в клиниках, поликлиниках, и т.д. это не та процедура, которую делают дома на кухне. Но то, что польза от вакцинации колоссальная, тут и обсуждать нечего. В 2008 году официально, в 2006м на самом деле, но у нас в 2008м году появилась первая вакцина от рака. Это вакцина от рака шейки матки. Человечество, конечно, пойдет по этому пути. Это ясно, как Божий день. Но обычно опыты на себе ставят глубоко безграмотные люди. Поэтому если кому-то хочется, вперед и с песней.

С. КОРЗУН: Решил завязать с вопросами, там осталось не так много. Я думаю что ответы можно будет получить в программе небезызвестной ведущей Елены Малышевой прямо на Первом канале. А о чем Вы с подругами говорите на самом деле. О медицине так увлеченно? Да Вы вообще обо всем увлеченно говорите.

Е. МАЛЫШЕВА: С подругами? Да на самом деле, о чем говорят женщины, когда встречаются. О мужьях, о детях, выпивают шампанское, хохочут над какими-то глупостями, показывают друг другу в туалете новое нижнее белье. Всякая чушь бесконечная, пересказывать ее здесь это просто смешно.

С. КОРЗУН: Т.е. Вы по классическому образцу встречаетесь с подругами раз в  месяц.

Е. МАЛЫШЕВА: Единственное, я с ними встречаюсь по утрам. У меня есть такие любимые подруги – Арина Шарапова и Люда Селиванова. Мы с ними встречаемся по утрам, просто потому что к вечеру все заняты бесконечно, а когда освобождаются на работе, мчатся в свою семью. Это всегда чудесные, веселые, зажигательные посиделки, которые я лично очень люблю.

С. КОРЗУН: А мужу мужские посиделки разрешаете?

Е. МАЛЫШЕВА: Ну, во-первых, мой муж человек очень уравновешенный. Я человек гораздо менее уравновешенный, поэтому ему со мной вообще тяжело, я думаю. В принципе, конечно, разрешаю, куда деваться. Но ужасно люблю, когда вся семья дома. В этом смысле я похоже на нашу собаку, которая когда мы все приходим домой, она лапой открывает все двери и ложится так, чтобы видеть всех и засыпает. И начинает дико храпеть. Вот я разве что не храплю. Но  испытываю абсолютно такое же собачье счастье о того, что все дома, и я тут. И вот это мои любимые минуты.

С. КОРЗУН: И все-таки секрет счастливой совместной жизни на протяжении долгих-долгих лет, это отпускать или притягивать? Я читал где-то, что Вы на симпозиумы с мужем ездили, пока он  там выступает…

Е. МАЛЫШЕВА: Ну, это просто те моменты, где я жена своего мужа и больше никто. Потому что симпозиумы проходят за границей…

С. КОРЗУН: А Вы по магазинам, по достопримечательностям по разным.

Е. МАЛЫШЕВА: С удовольствием хожу, секрет долгой жизни, Вы знаете…

С. КОРЗУН: Отпускать или удерживать?

Е. МАЛЫШЕВА: Он вообще в другом. Он в том, чтобы себе не позволять того, что Вы вкладываете в понятие отпускать или удерживать. А мужу прощать. Вот и все.

С. КОРЗУН: Вы не философский факультет заканчивали?

Е. МАЛЫШЕВА: Нет, я просто прекрасно формулирую все.

С. КОРЗУН: Елена Малышева, гостья программы «Без дураков» на радио «Эхо Москвы». О чем мы еще не поговорили? А о политике. Любимая тема на «Эхе Москвы». Ага, началось, думает Елена Малышева.

Е. МАЛЫШЕВА: Нет, спросите меня, что хотите, я отвечу Вам на все, что смогу искренне.

С. КОРЗУН: 91й это не только год голодный, но и год определенного перелома. Вы этот перелом почувствовали на себе в судьбе страны? В чем?

Е. МАЛЫШЕВА: Да. Я вообще считаю, что мы с мужем дети этой эпохи.

С. КОРЗУН: Этой – какой? Если Вы уж даете точные определения…

Е. МАЛЫШЕВА: Вот этой перестройки. Потому что это дало нам шанс остаться в Москве. Мужа оставили в Москве, как великого русского ученого по решению академии наук.

С. КОРЗУН: Советского ученого, извините.

Е. МАЛЫШЕВА: Да. Советского тогда еще, молодого, было написано в постановлении Академии наук, что он нуждается в том, чтобы его оставили в Москве, там что-то такое. И это письмо было подписано бывшим президентом академии академиком Покровским. Вот еще раз повторю. В нашей жизни есть люди, которые, не зная нас вообще, сделали для нас такие вещи, которые определили судьбу нашей семьи. Поэтому его оставили в Москве. Это как раз наступила эпоха, когда не нужна была прописка, какое-то обязательное приписывание к какому-то очагу, к какому-то городу и т.д. Появилась возможность выезжать за рубеж, мой муж работал за границей очень много. А для ученого это просто необходимо. Я попала на телевидение, это было бы вообще невозможно, я не представляю, как бы я попала на телевидение, если бы не забастовка врачей в Кемерово. Не тысячи других обстоятельств, не то, что Первый канал создавался заново, как общественное телевидение, и искал каких-то новых людей, новые лица и т.д. Поэтому мы, конечно, дети этой эпохи. Эпохи, в которой можно было и нужно было рассчитывать только на себя. И если ты рассчитывал на себя, если ты требовал с себя, у тебя были достижения. Не надо было пенять на судьбу, на страну, на  строй, на что-то еще, ты можешь, делай. И вот это великое счастье жить, понимая это.

С. КОРЗУН: Эта эпоха продолжается? На Ваш взгляд?

Е. МАЛЫШЕВА: Ну, пока в моей жизни – да. Я до сих пор живу по принципу — можешь, делай.

С. КОРЗУН: Ну, может быть, вам проще. Да, ну врач – профессия всегда востребованная. В кризис в первую очередь, кстати говоря.

Е. МАЛЫШЕВА: Я в первый раз поехала за границу на 6м курсе. Как врач стройотряда и меня там наградили какой-то путевкой. В первый раз. Наши дети ездят по всему миру, они совершенно другие. Не знаю, неужели Вы этого не замечаете по Вашим детям. Они свободно читают по-английски, мы все-таки жители России. Мы куда бы не приехали, мы приезжаем туда жителями России. Они уже приезжают людьми мира, они уже видели весь мир. И даже для них все-таки другая эпоха, мне кажется.

С. КОРЗУН: Не Москва ли это только?

Е. МАЛЫШЕВА: Я не знаю. Моя, например, племянница, она закончила школу в Кемерово, поступила в Санкт-Петербургский университет. Закончила в отличием его, сейчас она уезжает в аспирантуру в Чехию, она специалист по чешскому языку. Дашка. А раньше это вообще было нереально. Это вообще было невероятно. А сейчас все-таки это часть… Нет, мы  стали открытой страной. Это может быть самое главное. То, что хотим мы или не хотим. Хуже у нас или лучше, конечно, у нас всякое есть. Но мир открыт для нас, а это не даст куда-то в пучину, мне кажется, свалиться.

С. КОРЗУН: В Кемерово остались родственники?

Е. МАЛЫШЕВА: Родственников нет, а близкие друзья остались. Там все мои одногруппники, моя самая близкая подруга Оля Барбараш, она там профессор знаменитый кардиолог. Многие люди, на глазах которых я выросла, которые хоть и не родственники по крови генетически, но  очень близкие по духу и т.д.

С. КОРЗУН: Насколько велики разница, ну, скажем, в качестве жизни между Москвой и Кемерово. Существует ли  она вообще?

Е. МАЛЫШЕВА: Вы знаете, я не могу сказать, что существует какая-то глобальная разница. Все та же самая Ольга Барбараш, она Ольга Леонидовна Барбараш. Профессор Барбараш. Она, например, руководит центром международных клинических исследований, который создан в Кемерово в кардиологическом центре. Поэтому, знаете, я в Москве по пальцам могу перечитать профессоров, которые руководят такими центрами. Раньше это тоже было невозможно. Она тоже ездит на конгрессы по всему миру. Наверное, не у всех так. Но я училась, кстати, в потрясающей группе, в которой было 2 девочки и 7 мальчиков и все очень талантливые. У нас 7 красных дипломов было в группе.

С. КОРЗУН: Елена Малышева в программе «Без дураков» на «Эхе Москвы». До окончания программы осталось меньше минуты. Произнесу я Вашу коронную фразу.

Е. МАЛЫШЕВА: Так.

С. КОРЗУН: О чем-нибудь жалеете в жизни?

Е. МАЛЫШЕВА: Да нет.

С. КОРЗУН: По крупному.

Е. МАЛЫШЕВА: А зачем жалеть о прошедшем? Надо смотреть в будущее. И Вы знаете, живу по принципу, который рекомендую всем. Делайте все с увлечением. Это страшно украшает жизнь.

С. КОРЗУН: В будущем что видите? Стараетесь жить будущим. В будущем что видите?

Е. МАЛЫШЕВА: В будущем думаю о своих детях. Просто Вы не представляете, хочу, чтобы они получили профессии, хочу, чтобы рядом с ними были потрясающие девочки, которые сделают их детей лучше, чем они. Хочу дружить с их семьями. Воспитывать их детей. И обязательно выдать своих внуков замуж, или женить.

С. КОРЗУН: Елена Малышева, потрясающе энергетичная, спасибо огромное за то, что пришли в эту программу и отвечали на  наши вопросы.

Е. МАЛЫШЕВА: Спасибо Вам.

С. КОРЗУН: Всего Вам доброго и удачи. До свидания.

Е. МАЛЫШЕВА: Здоровья всем.





Комментарии

7

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
>
Не заполнено
Не заполнено

Не заполнено
Не заполнено минимум 6 символов
Не заполнено

На вашу почту придет письмо со ссылкой на страницу восстановления пароля

Войти через соцсети:

X Q / 0
Зарегистрируйтесь

Если нет своего аккаунта

Авторизируйтесь

Если у вас уже есть аккаунт


18 августа 2009 | 23:13

Малышева всем довольна, у нее все блестяще, все с красным дипломом, все в шоколаде, все великие и самые лучшие, все в превосходной степени, дико самодовольная мадам.
Слушать, почему она носит очки, не интересно. Болтовня.
Жаль, что не задали мой вопрос о депутате Госдумы докторе медицинских наук, профессоре Москивской медакадемии им. Сеченова, в прошлом детском враче районной больницы татьяне Яковлевой. Повторяю информацию из своего вопроса Е.Малышевой:
Уважаемая Елена Малышева!Ответьте , пожалуйста, без дураков.
Реально ли стать доктором наук и профессором Московской Медакадемии имени Сеченова детскому врачу районной больницы в период с 2000г.по 2006г., будучи избранной депутатом Госдумы от Ивановской области на три срока, возглавлять при этом Комитет Госдумы по охране здоровья с 2004г.?
Тема докторской депутата Яковлевой Т.В.примерно такая:"О причинах детской смертности в Ивановской области". Прошу простить за неточность, т.к. не нашла данных.Привожу данные о депутате Госдумы трех созывов Яковлевой Т.В. от Ивановской обл.(партия "Единая Россия"):


1.http://anticompromat.ru/gosduma/gd05dep.html

Яковлева Татьяна Владимировна
Единая Россия Родилась 7 июля 1960 в г. Арзамас-75 Горьковской (Нижегородской) области. Окончила медучилище (1978), Ивановский мединститут (1985), Московский государственный социальный университет (2001). С 1976 санитарка детского отделения городской больницы Арзамаса-16, младшая медсестра. С 1978 медсестра травматологического отделения медсанчасти N123 в Одинцове. С 1985 врач-педиатр в поселковой больнице г. Нерль Ивановской области, затем главврач больницы. Избиралась депутатом Нерльского поселкового совета, Тейковского районного и Ивановского областного советов. В 1998 назначена главврачом центральной районной больницы Тейково. В 1999 и 2003 избиралась в Госдуму...
2.http://www.ohrana-zdorovja.ru/sostav_5_ykovleva.html

3.http://lobbying.ru/content/persons/id_349.htmlhttp://www.rspor.ru/forum/viewtopic.php?id=140

Можно ли узнать точную формулировку докторской диссертации Яковлевой?
Считаете ли Вы нормальным положение, когда защита докторских диссертаций депутатов Госдумы от "Единой России" становится делом формальным?


Вопрос не задан. Ответ не прозвучал.

Вопрос, по существу, риторический.



korobochka 19 августа 2009 | 17:34

Полностью присоединяюсь к характеристике г-жи Малышевой. Собственно, мне до нее нет дела, просто вспомнилось, как грубо и высокомерно она одергивала людей в одном из ток-шоу. А от ее патоки в "Большой разнице", которую она изливала на Урганта и Цекало, просто все слипалось. Это выступление я не слушала, но, судя по всему, "медицинская" дама не изменяет своему стилю.


06 октября 2009 | 16:18

Услышала новость по Евроньюс и вспомнилась эта передача, пошла в комменты, разместила пост 06.10.2009 | 16:15 . Ольга.


06 октября 2009 | 16:20

Наташа, посмотрите, пожалуйста, комментарии на этой странице. Возможно, Вам будет интересно. Ольга.


19 августа 2009 | 11:03

Жаль, что Елена Малышева не смогла ответить на интересующий не только меня вопрос- Об осложнениях после прививки свиного гриппа, в частности такая смертельная болезнь,как Синдром Гиййен- Барре,которая указана ,как последствие после этой прививки. Сказать, что прививки еще нет,когда объявлено ,что идет уже массовая апробация- по меньшей мере непрофессионально..Разочарована передачей.. Полное восхваление самой себя и своего мужа..


06 октября 2009 | 16:15

Малышева: " ... у нас в 2008м году появилась первая вакцина от рака. Это вакцина от рака шейки матки. Человечество, конечно, пойдет по этому пути. Это ясно, как Божий день". И дальше, как всегда по любому поводу - полный восторг и елей.
По Евроньюс прошла новость:
http://infox.ru/03/body/2009/09/29/Vakcina_protiv_raka_.phtml

Так стоит ли прислушиваться к мнению Малышевой? Она такое пропоёт. :(((
Только что в дневном развороте было обсуждение прививки от свиного гриппа. Высказывались и незаинтересованные врачи.


22 августа 2009 | 20:41

"Все девочки должны получить высшее медицинское образование", - мне показалось в этой фразе несерьезность к профессии ВРАЧА. Необходимы определенные качества для данной профессии. В выборе супруга, при описании личной жизни, достаточно прагматично отношение к мужчине, мне казалось,что муж необходим больше для секса...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире