'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 28 января 2009, 22:12

СЕРГЕЙ КОРЗУН: Всем добрый вечер. С Вами генеральный продюсер радио «Бизнес ФМ» и ведущий программы «Без дураков» на «Эхе» Сергей Корзун и мой сегодняшний гость Олег Митволь. Олег Львович, добрый вечер.

ОЛЕГ МИТВОЛЬ: Добрый вечер.

С. КОРЗУН: Юный ботаник, поскольку окончил школу с золотой медалью, электротехник…

О. МИТВОЛЬ: Поскольку закончил Московский электротехнический институт связи.

С. КОРЗУН: С красным дипломом тоже?

О. МИТВОЛЬ: Вы знаете, в дипломе было всего четыре четверки, остальные пятерки.

С. КОРЗУН: А ну, почти с красным. С розовым таким дипломом.

О. МИТВОЛЬ: Ну, розовый сейчас не модно говорить. Но с красноватым, да.

С. КОРЗУН: Доктор исторических наук, обратите внимание.

О. МИТВОЛЬ: Да, дело в том, что тема моей диссертации была история, что называется сейчас паблик рилейшнз. Это информационная политика в Советском Союзе это называлось информационная политика. И я, честно говоря, эту тему с интересом изучал.

С. КОРЗУН: Дальше, бизнесмен, конечно.

О. МИТВОЛЬ: Да, был до 2004го года.

С. КОРЗУН: А в 2004м снова стал ботаником, потому что вернулся к охране окружающей среды.

О. МИТВОЛЬ: Ну, я бы не сказал, что для того, чтобы быть госслужащим, сегодня надо быть ботаником.

С. КОРЗУН: Атмосфера такая ботаническая?

О. МИТВОЛЬ: Вы знаете, основное, чем я пытался заниматься, это тем, что смотрел в законодательство РФ, поднимал глаза, и видел, что в жизни немножко по-другому. И в отличие от тех людей, которые сидели на кухне обсуждали, что ай, ай, ай, как все не соответствует закону, пытался сделать так, что все в округе соответствовало закону. Но, может быть, я как бы, скажем так, рано этим начал заниматься. Но с другой стороны, когда я включал радиоприемник, включал телевизор, наш президент говорил о том, что у нас должно быть главенство закона, я дополнительно питался энергией от этой информации и пытался работать дальше. Ну, а что я сделал, а что я не сделал, наверное, проще спросить экологические организации. Я считаю…

С. КОРЗУН: Поговорим, поговорим, и у слушателей спросим это. Вот Вы так легко меняли свою судьбу. Раз, и поворот, и на следующий этап. Это вот решительность? Или от чего? От того, что надоедало заниматься одним и тем же.

О. МИТВОЛЬ: Вы знает, я не боюсь менять свою судьбу. Когда я исхожу из известного посыла, что жизнь дается один раз и надо успеть в этой жизни сделать максимум того, что ты можешь сделать. А для этого, когда ты видишь, что ты подошел к тому этапу, когда ты дальше в этом отношении ничего принципиального сделать не можешь, то вполне в качестве идеи просто повернуть себя. И причем это можно сделать в любом возрасте. Вот мне говорили, например, все, что я страдаю избыточным весом. И я не похудею, потому что для этого надо какие-то диеты, супердиетологи, врачи, прочитать книжку, как минимум Оксаны Робски, как максимум Володи Соловьева. И тогда точно похудеешь.

С. КОРЗУН: А тут достаточно было поработать 4 года на посту зам. руководителя Федеральной службы по надзору в сфере природопользования.

О. МИТВОЛЬ: Нет, по состоянию на май я прекрасно 4 года отработав в Росприроднадзоре был в том же весе 113,5 кг, и 25 мая я принял для себя решение, что мне надо сбросить 20 там кг.

С. КОРЗУН: Это со скольких?

О. МИТВОЛЬ: Со 113 я сбросил до 90. Соответственно, так как я это делал 2 месяца, у меня размеры с 60го до 52го сократились. Т.е. естественно, чем быстрее делаешь, тем меньше денег на одежду уходит. Потому что ты не успеваешь поразить всех разнообразием костюмов. Кстати, вот мы говорили с Вами перед эфиром, что если потом будет настроение у радиостанции или у кого-то желание, то практически неодеванные вещи мои 60го размера мы могли бы продать и, например, отправить деньги в какой-нибудь детский дом. Например, я 2 недели назад был в Можайском районе, не смотря на то, что это 70 км от Москвы, иногда удивляешься, что Москва так близко. И там в тяжелейшем состоянии находится местный детский дом. И я не знаю, куда смотрит прокуратура. Я, честно говоря, в Можайском районе был 2 года назад, когда там разорвало канализационно-насосную станцию от старости. Просто вытекло, все понимаем что, и потекло красиво в сторону Московского водозабора. Я приехал туда, был очень удивлен, что по планам там написано, что год назад все поменяли. А на всем, что поменяли, стоит штамп последнего ремонта 1937го года.

С. КОРЗУН: Вернемся к одежде. Да, на Черкизон мы, конечно, не пойдем ее продавать.

О. МИТВОЛЬ: Кстати, это Ваша была идея как-нибудь ее распродать красиво. Я считаю, что если главный редактор и руководитель, вождь радиостанции «Эхо Москвы» на следующей неделе будет в Москве, слышал, что сейчас он в командировке в ответственной, секретной и заграничной, то если мы, например…

С. КОРЗУН: Т.е. мы Ведениктова отправим на Черкизон или как?

О. МИТВОЛЬ: Ну, как вариант, попросить Алексея постоять на Черкизово с моими куртками красивыми. В том числе, которые побывали на Сахалине, на Амуре, ну, в различных экзотических местах.

С. КОРЗУН: Т.е. следы зубов акул на них, когти тигров…

О. МИТВОЛЬ: Пулевые дырки, ну, зубы недоброжелателей…

С. КОРЗУН: А следы падения на вертолете нет?

О. МИТВОЛЬ: Дело в том, что я охотой браконьерской с вертолета не занимаюсь и вообще охоту ненавижу. Потому что я, честно говоря, не понимаю, как крупных млекопитающих можно убивать. Мне кажется, что убивать крупное млекопитающее, это все равно, что убивать человека. Вот у меня в семье почти все время есть домашние животные. Сейчас у меня живут две маленькие собачки. Чиауау. Чихуахуа, которые по-русски называются. И Вы знаете, когда я смотрю вот эти картинки с охотой, и потом думаю, как можно взять даже в собачку и….

С. КОРЗУН: А рыбалка? Или рыба не животное?

О. МИТВОЛЬ: Я с детства рыбу не ем. По каким-то причинам, не понимаю, по каким. А просто убивать рыбу…

С. КОРЗУН: Откуда фосфор брали, хочется спросить. Как в школе-то учились…

О. МИТВОЛЬ: Я не знаю, откуда фосфор брали.

С. КОРЗУН: Из спичек что ли? Играли со спичками?

О. МИТВОЛЬ: Нет, со спичками я не играл. Спички детям не игрушка. Соответственно рыбу я не ел, поэтому убивать животных и даже рыбу ради того, чтобы просто получить удовольствие, я считаю, что это неправильно. Я понимаю так, что друзей наших меньших люди могут убивать, только если им надо есть.

С. КОРЗУН: Вот как медведь тоже ловит рыбу, которую потом…

О. МИТВОЛЬ: Да, и понятно, что самое дороге и святое у нас – жизнь человека. Вот если человек ему нужен этот фосфор, ему без рыбы нельзя, ну, пойти, выловить ему эту рыбу. А если просто ради того, чтобы посмотреть, как рыба плавает кверху пузом, бросать в пруд взрывчатку, или сидеть 2 часа, наловить 40 кг, а потом не знать, куда эту рыбу девать, ну, я не знаю, это не для меня.

С. КОРЗУН: Олег Митволь, гость программы «Без дураков» на «Эхе». Вернемся…

О. МИТВОЛЬ: Хорошая у Вас программа.

С. КОРЗУН: Все остальное к черту. О детях поговорим.

О. МИТВОЛЬ: Хорошая у нас программа. Мне название очень понравилось. Сразу ясно, что дурками сюда не заходят.

С. КОРЗУН: Ну, да, вроде бы. Хотя некоторые заходящие сразу предупреждают: я дурак, мне выйти? Я говорю: да нет, оставайтесь.

О. МИТВОЛЬ: Уже программа заказана, да.

С. КОРЗУН: Куда же денешься. Так о диете. Какая диета? Кремлевская какая-нибудь модная, тайская или что?

О. МИТВОЛЬ: Вы знаете, мне прямо как-то даже неудобно по радио говорить. Во-первых, у меня нет высокооплачиваемого диетолога. Вот такая беда. Соответственно я не читал эти книжки, о которых мы с Вами говорили. Я не знаю толком, что такое кремлевская диета. И я 25 мая пришел к одному своему товарищу, доктору и говорю: слушай, ну мне чего-то надоело. Мне уже 42 года, а я такой хожу, не очень себя комфортно чувствую. И, в общем-то, как-то не очень, и здоровье как-то не очень. Ну, понятно, чем больше человек, тем больше крови качает его сердце, и тем быстрее оно выходит, в конечном счете, из строя.

С. КОРЗУН: Ну, да девушки любить, наверное, перестают, или нет?

О. МИТВОЛЬ: Вы знаете, мне кажется, я в принципе давно и удачно женат. Поэтому по вопросу любви девушек, наверное, это надо спросить у девушек. Я так понимаю, последнее время они выбирают себе юношей не по принципу кубиков на животе. По крайней мере, я это читал в интернете и смотрел в кино. Но с другой стороны, я считаю, что просто если человек выходит к людям причесанный, я не знаю, бреется, приводит себя в порядок, как-то выглядит прилично, то если у человека нет, конечно, медицинских показаний к тому, чтобы быть толстым, у некоторых просто у людей это трагедия. И бывает человек толстый просто из-за того, что он так к себе относится. И хорошо. Я такой красивый и хорошо. А бывают люди, у которых медицинские проблемы. И там, конечно, вопросов никаких нет. Ну, вот не может человек быть другим и что делать. Если человек, ну, это все равно, что просто выглядеть нормально.

С. КОРЗУН: И 25 мая, да.

О. МИТВОЛЬ: И 25 мая говорю: как чего делать? Он говорит: ну, ты знаешь, тут, наверное, силу воли надо включить. Я говорю: а как ее включить? Он говорит: ну придется не есть, хлеб, сладкое, картошку. Я говорю: как? Вот это все не есть? Он говорит: да. Ну, у тебя, конечно, силы воли не хватит. Я говорю: как это не хватит? Ну, в общем, слово за слово.

С. КОРЗУН: А все остальное можно? Там сало можно, бананы?

О. МИТВОЛЬ: Я говорю, давай пиши, чего можно есть. И он мне сказал, что на обед можно есть овощи и парную курицу. А завтрак и ужин – киви, чернослив, чай, мед.

С. КОРЗУН: Остальное отдать врагу.

О. МИТВОЛЬ: А остальное можно не отдать врагу, а можно не покупать просто. Кстати, вот в такой ситуации кризис – это очень хорошая тема. Потому что, в общем-то, не надо ничего такого, не надо никакой красной икры, тортов…

С. КОРЗУН: Да, ладно свежие овощи сейчас известно, сколько на рынках то.

О. МИТВОЛЬ: Ой, ой, ой, у нас налажено производство этих овощей, огурцов, вон во всех магазинах шикарные огурцы продаются. Кстати,

С. КОРЗУН: Шикарные уже под 250 рублей, между прочим.

О. МИТВОЛЬ: Ну, если есть только одни огурцы, то, наверное, без мяса, я считаю, что если надо показать, где нормальные огурцы…

С. КОРЗУН: Мясо подорожало.

О. МИТВОЛЬ: Если показать, где огурцы можно взять подешевле, я этот вопрос могу помочь. После эфира можем съездить в какой-нибудь магазин надежный. Мне, например, нравится «Азбука вкуса». Не хочу ничего рекламировать, конечно.

С. КОРЗУН: Так рыба и мясо исключены? Значит, там парная курица, мясо птицы.

О. МИТВОЛЬ: В результате я соответственно с мая месяца практически все время днем ем парные котлеты куриные или просто отварную курицу. С любым овощным салатом с маслом. А утром и вечером киви, чернослив, чай, мед. И уже насмотревшись телевизионной рекламы, я утром пью бутылочку донакора а вечером извините за рекламу опять актимэля. Ну, можно любой другой кисломолочный напиток с лактобактериями. И соответственно в период активного похудания, а у меня 2 месяца я худел на 23 кг 2 месяца, я занимался, извините, каждый вечер спортом для того, чтобы опять же не обвисло, как на старой вешалке одежда.

С. КОРЗУН: А какие, динамические методы? Кардионагрузки? Или тренажеры?

О. МИТВОЛЬ: Нет, это кардионагрузка, есть такой аппарат, называется «Элипс», он во всех…

С. КОРЗУН: Это как лыжи что ли?

О. МИТВОЛЬ: Да, дело в том, что бегать по дорожке, японские ученые установили нельзя. Микросотрясение мозга. Так как решил внимательно изучить предмет, как я все пытаюсь сделать, я понял, что самое простое минут 40 вот этой кардионагрузки. Потом 2 раза в неделю в воскресенье обязательно сходить в баньку. Алкоголь я, кстати, не пью, это очень важно, потому что …

С. КОРЗУН: Ни в каком виде, даже красное вино?

О. МИТВОЛЬ: А я его даже с детства не пил. Так что мне было легче. Я не пью, и извините, не курю. Я не буду при журналистах, я понимаю, что журналисты…

С. КОРЗУН: Все остальные пороки тоже отсутствуют?

О. МИТВОЛЬ: Нет, с остальными пороками посложнее. До госслужбы мог и матюгнуться. Но сейчас уже в связи с ответственностью и внутренними убеждениями стараюсь силой волей даже когда очень хочется, этого не делать, потому что понимаю, что, будучи государственным чиновником, о моем поведении судят о других чиновниках, вот и вся ситуация.

С. КОРЗУН: Олег Митволь, абсолютно без дураков. А количество еды после того пробежки вечерней, наверное, жрать хочется.

О. МИТВОЛЬ: Вот, вот. Поэтому я же внимательно давал меню на вечер. Киви, чернослив, чай и мед. Чернослив – это сухофрукты. При воздействии чая, что он делает? Он расширяется, и забивает практически пищевод. Т.е. организм думает, что ему, наконец, дали кусок мяса. Но это длится недолго.

С. КОРЗУН: Жестоко обманулся организм, и как себя ведет потом на утро хотя бы, когда понимает, что это было все-таки не мясо.

О. МИТВОЛЬ: Отлично. Утром он уже понимает, что его обманули. Обокрали и т.д. Но ты ему раз и опять киви с черносливом. Он опять радуется.

С. КОРЗУН: За идиота что ли организм держ…

О. МИТВОЛЬ: Дело в том, что я все-таки пытаюсь доказать, что хозяин мозг. А не живот. Потому что, вот я слышу у некоторых коллег, они говорят, даже и наших коллег, я имею в виду радиоведущих, потому что я тоже являюсь радиоведущим на радиостанции «Сити ФМ» по субботам. И буду рекламировать время, чтобы не сочли, что я сижу маркетинг программы соседней радиостанции делаю.

С. КОРЗУН: Да, да, известный специалист по пиару.

О. МИТВОЛЬ: И я просто слышал одного коллегу, который говорит: а чего я буду худеть, мне нравится, что я вешу 160 кг, я нормально себя чувствую, я могу говорить и т.д. Ну, это отдельная ситуация, как говорится, выбор каждого. Но вот то, что если человек захочет и без всяких дорогостоящих диет, без всяких, кстати, новорусских поездок во всякие иностранные клиники, где ставят элитную евроклизму, можно без всего этого обойтись. Т.е. я встречаю людей, которые возвращаются…

С. КОРЗУН: Без серебряных иголочек…

О. МИТВОЛЬ: Да, там вот эти евроклизмы сейчас самые модные. Очень дорогие. Сейчас антикризисная программа, дорогая евроклизма и олигарх чуть-чуть худеет. Но худеет не от того, а от того, что ему звонят из дома и говорят, что Вы уже не миллиардер, а просто миллионер.

С. КОРЗУН: Ну, если она евро, она ставится туда же, куда и не евро.

О. МИТВОЛЬ: Она ставится туда же и такая же резиновая. Просто цены в евро. То же самое, что в рублях, но там в евро. И вот приезжают люди и этого Мирана, например, с этими евроклизмами и говорят: ой, а я похудел на 2 кг, а сейчас опять поправлюсь и поеду опять туда. Ну, я говорю, в принципе, если, конечно, приехать из Мирана, и есть каждый день жареную картошку, то Мирана хватит ну буквально на 2 недели и радостные французские врачи будут потирать руки. И есть и французские клиники и австрийские. И я знаю очень много людей, которые 4-5 раз в год ездят на разные эти суперэлитные курорты, и красиво там расплачиваются.

С. КОРЗУН: О диете по Митволю так и не договорим никак. 2 месяца этой диеты, а потом что? Потом можно переходить на обычную еду?

О. МИТВОЛЬ: Самое главное. Купить в магазине или оптовом электрорынке весы и каждое утро взвешиваться. Самое главное, что за 2 эти месяца ты научишься регулировать свой вес. И каждое утро, вечер взвешиваешься. Потому что вечером ты тяжелее, чем утром. И просто прикидываешь. Вот у меня, например, вес утром 90,5 нормальный, а вечером там 91,5. И смотришь, если ты уходишь под 90, это я для себя, то можно в воскресенье съесть…

С. КОРЗУН: Сало с маслом.

О. МИТВОЛЬ: Ну, сало с маслом не надо. Пускай его наши украинские коллеги едят, а можно мясо съесть какого-нибудь, говядины нормальной и т.д.

С. КОРЗУН: Т.е. остается эта диета надолго. Только ее можно разнообразить.

О. МИТВОЛЬ: Ее главное держать. Потом чувствуешь себя комфортно, потом организм к этому привыкает и уже жизнь налаживается. Я скажу больше. Когда я в мае месяце пошел на это, у меня, скажем так, я для начала сдал анализы крови биохимические. Я же подходил по науке. Выяснил, что у меня по 8 параметрам кровь не соответствует нормам. Я говорю: доктор, что делать? Он говорит: да не волнуйся, мы тебя вылечим. Надо здесь анапарион, здесь это, 20 лет ты будешь принимать, и потом у тебя будет все лучше. А вот это лекарство, мне какое-то лекарство такое прописали, от которого, значит, надо аккуратно, потому что если он попадет на зубы, потом эмаль смывается. В общем вот такой набор. А я говорю: а второй вариант? Второй вариант нормализовать обмен веществ, похудеть. Я говорю: так, одну минуточку, вот это вот все вместе с цветом зубов, мы в сторону, где тут специалист, который знает, чего надо кушать. Прихожу, это было 25 мая, а потом я спокойненько прихожу в августе месяце, или в сентябре, сдаю анализы, тьфу, тьфу, анализы все в норме. Врачи говорят: какой результат! Я говорю: спасибо. А представляете, как бы заработала не наша фармацевтическая промышленность, если бы я 20 лет вот ел эти страшные препараты. А некоторые просто на них потому, что они проще.

С. КОРЗУН: А вот не ботаники, хотя и ботаники тоже, наверное, а биологи, медики, говорят, что генетика играет большую роль.

О. МИТВОЛЬ: Ну, честно говоря, и мама, и папа у меня не толстые.

С. КОРЗУН: Т.е. не было предрасположенности генетической.

О. МИТВОЛЬ: Я у мамы был единственный сын, любимый ребенок. И вот естественно картошечку жаренную я очень любил, мяско, я, извините, мясо кушал утром, днем и вечером. Как нормальный советский человек, без вот этих вот прикрас. Естественно «Байкал» бутылочку после каждой еды. Запить вот это, чтобы желудочный сок больше не выделялся. И все. И жизнь налаживался. Я могу сказать, что я меньше 100 кг последнее, сейчас вешу 90, я весил в институте. Т.е. это было в период с 83 по 88й год, когда я играл в институтской баскетбольной команде и соответственно был достаточно спортивный юноша.

С. КОРЗУН: Ну, да, руки длинные. Сверху клали? Прыгучесть позволяла?

О. МИТВОЛЬ: Ну, Вы знаете, сверху я не клал, потому что если бы я соответственно это делал, что Вы говорите, и я бы учился в институте физкультуры. Но с другой стороны…

С. КОРЗУН: Вы бы служили в Российской армии уже, наверное.

О. МИТВОЛЬ: Вы знаете, я учился в Московском электротехническом институте связи и по окончании своего института, кстати, был, что называется радистом. И по окончании своего института получил погоны лейтенанта войск связи. И очень неплохо мог развернуть тропосферную станцию и связаться со штабом какой-нибудь дивизии.

С. КОРЗУН: Любой на выбор. Бундесвер, американская…

О. МИТВОЛЬ: Нет, бундесвер – это было бы страшно. И тем более 83й год, какой бундесвер. Вы что шутите. Я мог связаться с каким-нибудь приволжским уральским военным округом и передать донесение какому-нибудь командиру. Кстати, был на военных сборах. Целый месяц в одесской бригаде связи мы с коллегами по институту вкручивали такие штыри, на которых крепится эта радиомачта в асфальт. Т.е. для нас для студентов целый месяц нам придумывали занятие. Бурами такими ручными группами по 3 человека расковыривать асфальт. И я не знаю, насколько я стал большой профессионал в связи, но то, что в принципе я теперь могу любой металлический…

С. КОРЗУН: Любой асфальт расковырять.

О. МИТВОЛЬ: Да, в принципе это мне сейчас иногда пригождается по работе. Спасибо альма матру.

С. КОРЗУН: Оттуда зеленый росточек. Олег Митволь, гость программы «Без дураков», вернемся в студию через пару минут.

НОВОСТИ

С. КОРЗУН: И напоминаю, что мой сегодняшний гость Олег Митволь вопреки тому, что думают многие – все еще заместитель руководителя Федеральной службы по надзору в сфере природопользования.

О. МИТВОЛЬ: Вот такая вот досада.

С. КОРЗУН: Да. А ведь истории ходили, что Вас уже уволили окончательно. Многие думали, что Вы в свободном полете сейчас. Что сейчас на самом деле происходит? Ходите каждое утро на работу? Садитесь в свой кабинет, защищаете природу?

О. МИТВОЛЬ: Да, да. Ну, стараюсь. Там есть проблемы. Я, честно говоря, даже на эту тему устал говорить. На самом деле я считаю, что, в конечном счете, у этой истории какой-то будет развитие. А то, что, к сожалению, в апреле будет 5 лет, как я на госслужбе, и уже 4 года длится эпопея с моим увольнением, ну, это есть.

С. КОРЗУН: Ко всему привыкаешь.

О. МИТВОЛЬ: Нет, я, как человек такой достаточно в прошлом спортивный. А мы, кстати, говорили о том, что я занимался баскетболом. И, кстати, мы говорили перед эфиром о том, что новый президент Америки сейчас берет всех любителей…

С. КОРЗУН: Барак Обама.

О. МИТВОЛЬ: Баскетбола.

С. КОРЗУН: Решили записаться в его команду?

О. МИТВОЛЬ: Нет, не возьмут. Дело в том, что, скажем так, я думаю, что есть основания меня в Америке не очень-то и ждать в команду, поэтому я не буду разочаровывать…

С. КОРЗУН: Ну, они еще не знают, что Вы похудели, наверное.

О. МИТВОЛЬ: Ну, наверное, да. Но с другой стороны, если Барак Хусейн захочет с кем-то из госслужищих российских в стритболл поиграть во дворе Белого дома, то, я думаю, что вместе с коллегами в правительстве, у нас есть любители баскетбола, то я думаю, что можно будет попробовать сформировать команду.

С. КОРЗУН: Подождите, Барак Хусейн, я чего-то не понял, это шутка, аллюзия какая-то или что? Он Барак Обама или…

О. МИТВОЛЬ: Нет, имя-то у него Барак Хусейн или Хусейн Барак. В общем, у него же два имени.

С. КОРЗУН: А, вот как, отстал от жизни.

О. МИТВОЛЬ: Да. Т.е. все непросто. Это все равно, что Олег Львович.

С. КОРЗУН: У Вас только два имени? Имя и отчество?

О. МИТВОЛЬ: И фамилия есть – Митволь, как ни странно. Удивительно, но она у меня все равно еще есть. Никто ее …

С. КОРЗУН: С желанием кто-то писал из журналистов…

О. МИТВОЛЬ: Нет, там все понятно. Митволь, цимволь — это немецкий тост. Митволь, цимволь паразит. Я еще помню, впервые в 85м году с институтской делегацией выехал в ГДР. Такая была страна шикарная. Помню, как радовался вот этим 500 гдровским маркам. И получил шикарную возможность купить суперэлитную югославскую куртку в одном из центральных магазинов на Александр плац. И Вы знаете, когда я был в этой поездке, командировке, в общем-то, там было все понятно, а принимал нас местный профсоюз работников связи. И когда представители нашего учебного заведения, а у нас институт связи входил как раз в министерство связи, или что-то там была сложная подчиненность. И вот местные профсоюзники устроили вечер российско-гдровской дружбы, ну, они начали разливать немецкий шнабс. И подсели: а что это Вы господин Митволь, не пьете? А вот не пью с детства и все. Такая вот досада. А они говорят: ну как же, у Вас же такая фамилия. А я говорю: а что у меня с фамилией. Они говорят: ну, как же, Митволь, цимволь, это у нас тост. И в принципе в хорошей кампании у нас в ГДР все время называют в узком кругу. И вот тогда я первый раз узнал, что оказывается у меня здоровье с желанием. Но с другой стороны, видите, я все стараюсь делать с желанием. Не обманывать фамилию. Если на госслужбу, то с желанием. Если увольняться, то только, пожалуйста, по закону с желанием. Если учиться, так с желанием. Ну, в общем, стараюсь все делать с желанием.

С. КОРЗУН: Сейчас вернемся к этому. О корнях своих много знаете? Далеко там в глубь, голубая кровь какая?

О. МИТВОЛЬ: Вы знаете, голубая кровь. Голубая луна вспоминаю известную песню известного нашего автора-исполнителя.

С. КОРЗУН: Из первторатов еще голубая кровь была. Да, тоже изобретение советских времен.

О. МИТВОЛЬ: Я что называется обычный россиянин, среднестатистический. У меня ни графьев, ни князьев, вот этого ничего не было….

С. КОРЗУН: Ни купцов…

О. МИТВОЛЬ: Первой гильдии тоже не было. Ничего не было. Вы знаете, я сегодня смотрел интернет, и обнаружил, что там, представляете, идет голосование. Просят проголосовать, кто у нас является националистом. Представляете, и вот среди потенциальных националистов Олег Львович Митволь. И Вы знаете, мне стопроцентному еврею, когда меня определяют в списки ну хотя бы номинантов, номинируют на должность националиста русского народа…

С. КОРЗУН: Русского националиста.

О. МИТВОЛЬ: Да. Можно сказать черносотенца настоящего, мне, конечно, очень смешно и вызывает желание проголосовать именно за себя. Вот вам такой националист, если хотите. Вы знаете, я воспитывался в советской школе, я воспитывался на интернационализме. Я абсолютно считаю, и это у меня убежденность, что у нас страна только потому, что многонациональная, и живет очень много людей. И они все разные и они могут и должны здесь жить, и поэтому она такая, какой я ее люблю. Я считаю, что вот эти все истории, что вот это той национальности, это нет, и вопрос другой, вот конкретный человек для нашей страны, для России, любой национальности. Вот есть русские, которые делают для нашей страны такое, что прямо даже стыдно. А есть люди любых других национальностей, которые, извините, в историю России вписаны просто золотыми буквами. И в этой ситуации для меня очень важно не, скажем там какой национальности, нет, что-то ты делаешь для своего государства, значит, ты патриот своей страны. Ты ничего не делаешь, ну, значит, ты не патриот… Вы знаете, мне очень нравится, мы сегодня вспоминали Барака, как мы сегодня выяснили, Хусейна Обаму. А вот в Америке, у меня есть одна вещь, мне очень много там не очень нравится. А у меня есть, одна вещь нравится, когда они с полным совершено пониманием того, что они делают, поднимают флаг своей страны. Там по вечерам, по утрам около своего дома. И это делают абсолютно не за деньги…

С. КОРЗУН: У Вас дома есть флаг?

О. МИТВОЛЬ: Вы знаете, у меня он выполнен в виде металлической таблички. И он у меня не только дома был, он в кабинете. И не то, что я все обклеил. По маленькой табличке, у меня и дома, и в кабинете есть. И я считаю, что вот как бы главное отношение. Потому что у нас, к сожалению, как часто бывает, из всего пытаются делать кич. Вот, например, у на сбыла целая передача, на по-моему, РЕН-ТВ о том, у кого какие портреты в кабинетах президента. Представляете, да? Приходят и говорят: а у Вас какой портрет? Я говорю: вот у меня портрет, потому что я считаю себя госслужащий, президент представитель высшей власти России, соответственно, я говорю, вот я его нашел на сайте Кремлин.ру. Вот я его сам распечатал дома на принтере, сам вставил в рамку и повесил. Они такие говорят: а? А я говорю, а Вы знаете, а я считаю, что покупать в магазине себе президента не очень корректно. Вот я сказал, что принципиально. Я нашел сам его в интернете. На сайте Кремлин. Ру. На сайте любого президента есть фотогалерея. Берешь себе, выбираешь нравящийся тебе, подходящий по смыслу портрет. Там их десятки с сотни. Соответственно я вот там нашел…

С. КОРЗУН: Плюс еще экономия государственных расходов.

О. МИТВОЛЬ: Вы знаете, я не знаю, экономия. Я вот, например, нашел там симпатичный портрет, Дмитрий Анатольевич Медведев целится из пистолета. Ну, я его, конечно, в кабинете не повесил, но отдельно себе распечатал. Когда Владимир Владимирович Путин был президентом на сайте Кремлин.ру в фотогалерее был очень такой любопытный портрет фотографический с осенними листьями. Владимир Владимирович Путин с осенними листьями. Вы знаете, я его себе в фототеку переписал. Вы знаете, просто характер виден. Я вообще, честно говоря, еще и фотографией увлекаюсь. И поэтому мне, когда вот такие интересные фотографии, когда человек отнесся к производству фотографии, не просто нажал кнопочку и вставил батареечки во вспышку, а вот как-то с головой что-то придумал, мне всегда такие фотографии нравились. И когда это другие люди делают, я это ценю и иногда на это все смотрю.

С. КОРЗУН: Олег Митволь. Вернемся к Вашей нынешней стезе. В политике планируете остаться? Ну, многие спрашивают. На сайте, в том числе, были вопросы. Не собираетесь ли в кресло руководителя Федеральной службы по надзору? Ну, и разговоры об этом ходили (ГОВОРЯТ ВМЕСТЕ).

О. МИТВОЛЬ: Вы знаете, не первые руководители меняются, хотели бы назначить, назначили бы. Здесь вопрос такой. Он поэтому и называется госслужащий, потому что служит государству. Государство считает, что надо других людей назначать, ну, что ж, никто у меня не спрашивает, нравится мне это или не нравится.

С. КОРЗУН: А вот некоторые политологи прочат Вам определенное политическое будущее, в том числе и самого высокого полета…

О. МИТВОЛЬ: Ой, ой, ой.

С. КОРЗУН: Сергей Марков, например,

СЕРГЕЙ МАРКОВ: Известно, что его противники обвиняют его в том, что он преследует какие-то свои собственные цели. Но мне кажется, что, это, во-первых, не доказано. А во-вторых, для общества важно другое. Для общества важно то, что на фоне всеобщего разграбления, откровенного попрания общественных интересов находятся люди, которые хоть немного пытаются что-то сделать, не боясь сказать сильным и богатым: руки прочь от общественного достояния. Хотелось бы ему пожелать, прежде всего, здоровья и безопасности, поскольку, наверное, он за это время нажил довольно много врагов. И в какое-то время мы знаем, что именно такую карьеру сделал Александр Лукашенко, который стал бессменный президентом. Ну, не уверен, что Олегу Митволю удастся стать президентом, но то, что он себе заработал себе репутацию, которая теперь будет работать во многом на него, в этом нет никакого сомнения.

С. КОРЗУН: Напомню, что это мнение Сергея Маркова.

О. МИТВОЛЬ: Вы знаете, очень приятно, заочно спасибо Сергею, что сравнил мою скромную карьеру с карьерой лидера одной соседней страны, где человек переместился из кресла председателя колхоза в кресло президента страны. Ну, достаточно любопытное мнение. Я напомню, у меня есть такая ситуация, что я, в общем-то, трезво на все мыслю и считаю, что у меня есть возможность сделать для своего государства много, и я пытаюсь это сделать. К сожалению, действительно наживаю себе огромное количество врагов. К сожалению, действительно, говорю то, что думаю. К сожалению, действительно за эти 5 лет, которые в апреле будут, мимо меня. Т.е. люди были младше меня по должности, потом ровня мне, потом все стартуют вверх. И понятно, что если бы я хотел карьерного роста, наверное, я бы должен был сидеть тихо, спокойно в красивом кабинете на кожаном кресле. И, наверное, я был бы более системный, более прогнозируемый. Ну, знаете, то, что я чувствую внутри себя довольно свободно, то, что я готов ответить за любое свое действие вот за эти там 4,5-5 лет, для меня это очень важно. Скажем так, огромное количество врагов, которое я себе нажил во время госслужбы. Просто начиная от того, что уже сидят люди в тюрьме, которые, извините, при моем непосредственном участии туда обустроены. И некоторые даже и миллионеры. Вот, например, история с Николиной горой. Я год этого добивался, человек, не смотря на свои миллионы и миллиарды, сидит в тюрьме. Таких людей уже достаточное количество. Есть такая проблема. У меня там дома иногда бывает. Не хочу на этом деле долго останавливаться. Жена говорит: вот ты за 4 года денег не заработал, а нажил себе такое количество людей. Ты сейчас пойдешь опять преподавать. Я говорю, понимаешь, ну, дома, ну, она, конечно, волнуется, и жена, и мама, и дочка. Тем более, очень много друзей, которые говорят: ты что своему разрешаешь вот так говорить? Да, ты понимаешь, что с ним сделают? Ты понимаешь, каким деньгам он перешел дорогу? И я могу одно сказать. То, что меня пытаются поймать, пытаются что-то со мной сделать, какие-то провокации и т.д. И единственное, что после этих провокаций попадают в тюрьму, и никак не могут на меня компромат накопать. Ну, никак. Ну, не получается. Даже вот какие-то заметки заказывают компромат.ру, а написать нечего. Просто нечего. Даже, например, в последней заметке компромат.ру было написано, что Олег Митволь был в Дубаи неделю, но жил в Дубаи. А потом написано, что многие живут в Буржальалераб. Т.е. даже не Митволь жил в Буржалераб, т.е. даже такого компромата нет, что Митволь Олег Львович, не смотря на то, что он заработал до госслужбы, жил в хорошей гостинице, вот даже такого компромата нет. Уж прямо что-нибудь уж и нет.

С. КОРЗУН: Олег Митволь. А Вы миллионер? Вы же бизнесом занимались.

О. МИТВОЛЬ: До кризиса…

С. КОРЗУН: Нет, понятно, жене отдали, еще кому-то…

О. МИТВОЛЬ: Смотрите, там у меня 4,5 года и все открыто.

С. КОРЗУН: Понятно, по положению о госслужащих.

О. МИТВОЛЬ: Да, у меня соответственно есть вклады в банке, положенные до госслужбы. У жены есть дом, который составляет, офисный центр, который меньше, чем у некоторых дача загородная. Соответственно вот она этот дом сдает.

С. КОРЗУН: Но в центре Москвы.

О. МИТВОЛЬ: Да, но в центре Москвы. Вопрос же не в этом. Что миллиардов, миллионов нет, но скажем так…

С. КОРЗУН: Ну, я думаю, что домик-то стоит побольше миллиона, наверное.

О. МИТВОЛЬ: Сейчас я не очень понимаю, сколько он стоит. Вопрос заключается в следующем. Я могу сказать. Что благодаря тому, что мне не надо где-то изыскивать деньги, чтобы кормить семью срочно. Потому что я считаю, что когда чиновник просто, у него сводит от голода зубы, а дома сидит жена и говорит: надо наших детей одеть и покормить. Но он не может работать, он будет думать только о деньгах. И Вы знаете, за то, что мне не нужны взятки, это позволяет мне говорить и думать то, что я считаю нужным.

С. КОРЗУН: Вот я думаю, что в тему мнение Михаила Леонтьева.

МИХАИЛ ЛЕОНТЬЕВ: Олег совершенно фантастический в нашей достаточно такой структурированной ситуации. Он совершенно не системный человек. Потому что система не может его из себя выдавить, хотя хочет это сделать с самого начала. Олег, в общем, человек не бедный. У него есть источники существования, поэтому стимулы и мотивы его, они совершенно не материальны. Что всю систему ставит в идиотское состояние. Потому что там так не принято. Там система, она мотивирована. Она мотивирована, в общем, какими-то совершено конкретными задачами. А него нет таких задач. Я бы хотел, чтобы вся система работала таким образом. Он такой в какой-то степени модель того, как это могло бы быть устроено.

С. КОРЗУН: Напомню, что это мнение Михаила Леонтьева. Но тем не менее, Вы не самый богатый человек при власти. И в списках Форбса и в других списках Вас, в общем, нету.

О. МИТВОЛЬ: Нет, ну у нас есть декларации некоторые у госслужащих просто вызывают…

С. КОРЗУН: Вашей жены тоже нет ни в списке Форбса.

О. МИТВОЛЬ: Что Вы смеетесь. Я же говорю, что она сдает в аренду офис, который у некоторых госслужащих дача больше, чем этот офис. Значит, а то, что Вы хорошо подготовились к передаче, мне принято, потому что, честно говоря, меня очень удивило, потому что Миша зрит в корень. И вот из-за этой несистемности я являюсь постоянным кандидатом на увольнение. Т.е. не важно, что я делаю. Что никаких вопросов ко мне нет, я не притронулся за эти годы ни к одной бюджетной копейки. И считаю это вообще принципиальным. Я понимаю так, что другому это сойдет с рук, а если я притронусь к бюджетной копейке, меня разорвут на тысячу маленьких Митволей… Представляете себе эту очередь прокуроров и милиционеров, когда я вот наконец что-то. А я не знаю, мешок муки государственной домой понесу. Вы понимаете, как меня ловко все поймают, скажут: вот он Митволь, негодяй, мы все смотрели, смотрели, куда он. А он, оказывается, хотел мешок муки украсть. И мы его раз и поймали. И все. И давай на суд. Вы понимаете для меня просто цена ошибки это просто перечеркнуть всю свою жизнь. И многие этого просто не понимают. Ищут, где же вот где же. Пытаются как-то по себе, скажем так, меня отстраивать в понимании. Думать, а где же там, а почему же, на фиг ему надо остановить этот Байкальский ЦБК. Слушайте, а чем ему мешают эти мусоросжигающие заводы? Ну, подумаешь, они где-то там в Ясенево будут, в Зеленограде, какие проблемы, чего он на эту тему так ссорится с людьми, врагов себе наживает. А зачем он ругается из-за этих реагентов. Ну, чего, он в машине сидит, ну, на мойке будет дороже платить. Вопрос, и они не понимают, что у меня немножко другие ориентиры, и что я для себя, к радости, для моих близких, ну, действительно, они живут в обстановки стресса, к огорчению, в общем, я живу в немножко иной системе координат. И вообще, я считаю, что человек, который занимается государственной службой. У нас, я понимаю так, что есть две категории госслужащих. Есть категория, которая работает, высшие руководители. Сотрудники спецслужб, прокуроры, судьи и т.д., которые ведут вот такую жизнь, точнее должны вести такую понятную, но не публичную. Другие же чиновники, которые получают, кстати, зарплату из налогов людей, должны, в общем-то, объяснять людям, чем они занимаются. Или вот смотрите, очень все просто. Чтобы не возвращаться к вопросу Росприроднадзора. Вот меня с лета отстранили. У нас никаких проблем с лесом нет нигде. У нас все замечательно. Ничего страшного, что в новый лесной план сейчас вокруг Москвы будет вырубаться 196 000 гектаров. Т.е. это две площади Москвы сейчас будет под застройку. Нормально все, отлично. Митволь визжал там из-за 2 000, как резанный. Его там хотели выгнать, повесить, я не знаю, что со мной сделать. А тут 196 000. Какие проблемы? Никаких проблем с водой. Нет у нас, ничего никто не загрязняет. Вы про какой-нибудь иск слышали? Об ущербе? Да нет у нас никакого ущерба. Вот. Основная проблема в экологии была в Митволи. Нет, Митволя, пожалуйста, все замечательно.

С. КОРЗУН: Олег Митволь в программе «Без дураков» на «Эхе Москвы». Мне польстило, не скрою, Вы сказали, что я хорошо подготовился, чтобы оправдать Ваши ожидания…

О. МИТВОЛЬ: Я уверен, что сейчас будет человек, который скажет: этот нехороший человек…

С. КОРЗУН: Догадываетесь.

О. МИТВОЛЬ: Занимается самопиаром, лучше бы справился…

С. КОРЗУН: Нет, о другом и чуть более конкретно. Юлия Латынина.

ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА: Много с кем пытался судиться. Это обычная тактика богатого человека в отношении журналистов. Вот у него есть деньги на адвокатов и на суды, а журналист, пусть он трижды подумает, прежде чем связываться, потеряет время, деньги, которых у него нет. Не помню даже, что там разгневало г-на Митволя, по-моему, я писала по поводу «Новых известий». Напомню, что считалась всеми, что это газета Бориса Абрамовича, вот Борис Абрамович впал в немилость, Митволь сказал, что это его газета, действительно, 75% было записано на него. Т.е. Борис Абрамович, как старый цеховик, записал на жену там дом, шубу, шапку, а жена вот ушла с шубой и шапкой к молодому дзюдоисту.

С. КОРЗУН: Юлия Латынина. И у Вас есть возможность ответить. (ГОВОРЯТ ВМЕСТЕ) про «новые известия». Вы были генеральным директором.

О. МИТВОЛЬ: Нет, я был владельцем 76%, не путайте. Напоминаю следующее. Дело в том, что Юлия Латынина действительно на меня ну вот я ей не понравилось. Знаете, эти звезды, журналисты, писатели, они люди творческие, серьезные. Мы-то что, мы тьфу, никто. А вот есть категория людей такой белой кости, серьезно. Вот если у кого есть интернет, он зайдет на сайт «Эхо Москвы» в передачу Юлии Латыниной и увидит, что не проходит и месяца, чтобы без повода, с поводом, вспомнить Митволя Олега Львовича, который посчитал, что в принципе все люди равны.

С. КОРЗУН: Но Вы тогда подавали иск как раз против Юлии Латыниной.

О. МИТВОЛЬ: Да. А суд просто не стал разбираться.

С. КОРЗУН: Почему?

О. МИТВОЛЬ: Я не знаю, это надо у судьи спросить. А я дальше оперировать не стал, потому что Вы, знаете, когда я увидел, что Юлия Латынина из эфира в эфир рассказывает вот эту историю. Она говорит, даже не помню, в чем дело. Помните, вот эту историю, а осадочек-то остался. Т.е. он украл, у него украли. А осадочек-то остался. Я сначала послушал, подал в суд. Потом подумал, ну, действительно, чего там. Кто я? Я никто . А есть великие писатели. Люди, которые имеют эфир по субботам. Действительно я не знаю, как я понял, судя по всему зарплаты писателей и зарплаты на «Эхо Москвы» такие низкие, что прямо ужас берет. Нет у нее бедной денежек на юристов, ай, ай. Знаете, дальше же что было. Когда я не стал ничего апеллировать, смотрю, судья не хочет связываться. Ну, не знаю, почему она не хочет связываться. Ну, ладно, не хочет, и ладно. Ну, смотрю, она каждую неделю повторяет одно и то же, как он цеховик записал. Ну, это одна и та же история. Нет больше ничего, понимаете. Можно я доскажу? Так вот я сделал следующее. Я думал, думал, прислал, по-моему, Юлии 51 розу прямо в «Эхо Москвы» на 14й этаж. Потом где-то 2 месяца была тишина. Вот ну и потом раз в месяц.

С. КОРЗУН: Красивой девушке взятку далее цветами.

О. МИТВОЛЬ: Я подумал, может, я ей понравился. Ну, черт ее знает. Ну, с другой стороны, у меня жена, ребенок, я от жены уходить к Юлии не собирался. И поэтому я прислал цветы.

С. КОРЗУН: В общем, и она, наверное, не звала.

О. МИТВОЛЬ: Да. Ну, я же не понимаю, почему она это делает. Я, конечно…

С. КОРЗУН: Нет, если серьезно. Просто журналистское сообщество чувствительно к историям, которые случаются с журналистами. История с «Новыми известиями», она была такая достаточно серьезная и нервная по многим параметрам.

О. МИТВОЛЬ: Смотрите, есть конкретные претензии ко мне, кроме личное отношение гениальнейшего человека, великого писателя Юлии Латыниной, которая просто, вот посмотрите ее тексты. Вот ее тексты смотришь и понимаешь, что есть она, высшая инстанция, человек светлый, а есть простые люди…

С. КОРЗУН: Давайте от этой темы отойдем. Вернемся к «Новым известиям». Был такой человек Игорь Голембиовский, который возглавил «Новые известия»…

О. МИТВОЛЬ: И которого я пригласил.

С. КОРЗУН: Вы пригласили. Кто финансировал. Значит, Борис Абрамович финансировал и Вы, насколько я понимаю.

О. МИТВОЛЬ: Значит, смотрите, финансировал я, финансировал МТС, финансировал Аэрофлот, финансировал Трансаэро, вопрос следующий: а кто организовывал финансирование? Я. Так вот приходит другой акционер и говорит. Точнее не акционер. Акционер это было 24%. А у меня 76 повторяю. И мне говорят, что…

С. КОРЗУН: 24% было у коллектива у журналистского, насколько я помню.

О. МИТВОЛЬ: Да. И кстати, Вы знаете, что я газеты потом подарил, бесплатно, без копейки. Это тоже факт. Не смотря на то, что человек, которому я подарил, потом стеснялся. Да, а Вы знает, мне эта история с Валерием Яковым не очень понравилась, потому что, честно говоря, он потом стеснялся, что я ему подарил. Вот если я поступил, как мужик, то не надо было…

С. КОРЗУН: Подождите, а писали, что эти акции, как раз 76% Вашей жене отошли, они у нее в управлении.

О. МИТВОЛЬ: Они сейчас у нее, эти акции 76% у нее, никто не имел никакого права, но пришли ко мне журналисты таким стройным рядом и сказали: мы хотим свободу слова, подари нам газету. Нормальное слово «Подари»?

С. КОРЗУН: Ну, журналисты могут легко.

О. МИТВОЛЬ: Ну, конечно, они великие люди и считают, что вот подари. Подари костюм, штаны, ботинки, все подари.

С. КОРЗУН: Ну, примеры были в истории.

О. МИТВОЛЬ: Значит, я так подумал, действительно все это приправлялось словом «Свобода слова». Вот ты нам подари. Я посмотрел на них и подарил им по моему представлению человеку, который меньше всех топал ножками. Но они все в одной группе. Валерий Яков. Я что тут началось. Вы себе не представляете, они даже из кабинета моего не успели выйти, как начали выяснять, кто из них круче. Как там ведь смысл был дойти до регистрации и перерегистрироваться и все. Я даже в эту историю не хочу входить. Мне неприятно только то, что я Валерию Якову подарил эту газету бесплатно. И об этом до сегодняшнего дня…

С. КОРЗУН: Подождите, а 76% акций у Вашей жены?

О. МИТВОЛЬ: Вы путаете. ОАО и права на издание газеты. Ведь они пришли – свобода слова. Нам нужна наша газета. Вы должны подарить ее вот тому-то. Я говорю: давайте так. Если я ее должен подарить, то я ее подарю из Вас, кому я захочу. И подарил Валерию Якову. И то, что, извините меня, потом получилась такая крайне неприятная история. Там чуть до драки дело не дошло, потому что они, оказывается, друг другу не очень верили. И потом Валера стеснялся этого, мне, честно говоря, было неприятно. Потому что если, в общем-то, и берешь такой подарок, ты просто помни. И потом когда меня даже начали мочить в этой газете, я позвонил Валере и говорю: Валер, вот Вы ничего не перепутали? Вот я все понимаю там, заказы и и.д. Ну, ты считаешь, что ты правильно поступаешь? Ты не забыл, что я тебе ее подарил. Он говорит: ой, извини, ой, чего-то мы забыли. Так вот я могу сказать, что если бы мне другой человек подарил бы газету, я бы собрал журналистский коллектив и сказал: вот Олег он плохой был, хороший, но он поступил по-мужски, и мы должны запомнись, что именно эту газету, он ее подарил. А то, что до этого ко мне присылали представителей различных финансово-промышленных групп с этническим акцентом. И они говорят: слышь, ты, ты нам отдай все. Нам Березовский сказал, что это наше. Я говорю: извините, ребят, и извините перед тем, я не знаю, знает это Латынина или нет, но действительно там были вопросы. Когда я людей, которые пытались что-то силой у меня взять, послал в известном всем нам направлении, кстати, я тогда еще матюгался, и я об этом говорил еще в самом начале передачи.

С. КОРЗУН: Олег Митволь. Если доведется снова в бизнес? Ну, служба на государевой службе вообще неизвестно, как что будет, информационным бизнесом не будете заниматься?

О. МИТВОЛЬ: Вы знаете, минуточку, Вы не забыли, что я по субботам не буду говорить, во сколько времени работаю в эфире.

С. КОРЗУН: Это не бизнес, если Вы не оплачиваете свою собственную программу.

О. МИТВОЛЬ: Нет, я не оплачиваю. Мне платят зарплату. Я могу сказать следующее, что, честно говоря, я буду заниматься экологией. Я нашел себе дело, при котором это занятие следующее. Это защита экологии и защита наших законов от наших же чиновников. И я считаю, это дело достойное.

С. КОРЗУН: Олег Митволь был гостем программы «Без дураков». Спасибо огромное, Олег Львович за то, что пришли на программу и ответили на те вопросы, которые нас интересовали.

О. МИТВОЛЬ: Спасибо.

С. КОРЗУН: Счастливо.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире