'Вопросы к интервью
19 марта 2006 г.

22.13 – 23.00

Контрудар

В эфире радиостанции «Эхо Москвы» — Дмитрий Рогозин, лидер партии «Родина».

Эфир ведет Нателла Болтянская.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – 22 часа 13 минут. Вы слушаете «Эхо Москвы». У микрофона Нателла Болтянская. И сегодня на ваши вопросы, точнее, вам вопросы задает Дмитрий Рогозин. Здравствуйте, Дмитрий Олегович.

Д. РОГОЗИН – Добрый вечер.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Итак, убедительная просьба ко всем слушателям, которые готовы отвечать на вопросы Дмитрия Олеговича, пожалуйста, не забывайте присылать свои координаты к нам на пейджер. Кроме того, код города приветствуется, если вы не из Москвы. И краткая информация о себе тоже весьма и весьма приветствуется. Номер пейджера 725-66-33. Можно также отправлять sms-сообщения +7-495-970-4545. Еще раз прошу не забывать код города. Вот у нас на линии уже есть Александр Николаевич, который о себе сообщил…

СЛУШАТЕЛЬ – Алло.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Александр Николаевич, вы нас слышите?

СЛУШАТЕЛЬ – Да.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Здравствуйте. Это «Эхо Москвы».

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Вы себя обозвали информированным пессимистом. Ну что же, Дмитрий Олегович, спрашивайте.

Д. РОГОЗИН – Добрый вечер, Александр Николаевич.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый вечер.

Д. РОГОЗИН – Ну, давайте мы так попытаемся начать нашу передачу. Сейчас у нас в повестке дня есть интересные события, которые происходят. В том числе и сегодня. И вопросы, которые наиболее актуальны на этой неделе были. Я вот хотел у вас спросить. Сейчас у нас идет подсчет голосов в Минске, да, рядом, в Белоруссии. На ваш взгляд, во-первых, поскольку прежде всего мы не знаем, получая информацию, так сказать, с цензурой по российскому телевидению о том, что происходило в Белоруссии по поводу выборной кампании. Но вы считаете, Александр Николаевич, кого изберут и были ли выборы вообще честными в Белоруссии?

СЛУШАТЕЛЬ – Ну, я могу сказать следующее. Во-первых, я принципиально не смотрю телевидение. Являюсь, так сказать, эксклюзивным слушателем «Эха Москвы». И черпаю информацию из Интернета. Что я могу сказать. А, да, почему не смотрю телевидение наше, я думаю, вы понимаете.

Д. РОГОЗИН – А у вас вообще телевизор-то есть?

СЛУШАТЕЛЬ – Целых три…

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Александр Николаевич, на этом месте я вас попрошу сделать паузу. У нас снова «Новости». Мы сейчас ждем свежую информацию из Белоруссии. Может быть, она вам даст большую возможность отвечать на вопросы Дмитрия Олеговича. Пожалуйста, оставайтесь на линии.

СЛУШАТЕЛЬ – Хорошо, я подойду к телефону, включу.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Итак, 22.15 на часах в студии «Эха Москвы».

НОВОСТИ

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Я еще раз напоминаю всем, кто готов отвечать на вопросы Дмитрия Рогозина, пожалуйста, присылайте свои координаты. Номер пейджера 725-66-33. Или sms-сообщения +7-425-970-4545. Александр Николаевич, итак, я вас прервала на полуслове. Александр Николаевич, вопрос Дмитрия Олеговича был все-таки, как я понимаю, связан с Белоруссией.

СЛУШАТЕЛЬ – Да. Значит, ну что я могу сказать. При любом раскладе мы помним общеизвестное выражение – «неважно, как голосуют, важно, как считают». Поэтому президентом Белоруссии будет, бесспорно, Лукашенко. И будет он там до тех пор президентом, пока это выгодно Москве.

Д. РОГОЗИН – То есть вы считаете, Александр Николаевич, что Лукашенко, вся его сила основана только на московской поддержке?

СЛУШАТЕЛЬ – Да. Именно так. Потому что, давайте будем откровенны, во-первых, Москва поставляет ему нефть по очень дешевой цене, которую он с успехом перепродает на Запад. Но уже по мировым ценам. Это общеизвестный факт. Я так полагаю, что не весь, так сказать, сверхдоход, не все то, что он получает, остается непосредственно Белоруссии. Ну, скажем так, это я имею право так думать. Часть какая-то попадает сюда, в Москву. Кроме того, значит, он достаточно жестко контролирует ситуацию, точнее, силовые структуры.

Д. РОГОЗИН – Но это уже не Москва. Это уже он сам.

СЛУШАТЕЛЬ – Вы знаете, мне лет 5 назад доводилось ехать в Минск в командировку, когда я еще работал, сейчас я на пенсии. Я попал случайно в купе с их кагэбэшником.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – И он вам быстро все рассказал.

СЛУШАТЕЛЬ – Нет. Он признался, он сказал, что он отчитываться ездил в Москву.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – В Москву. Понятно.

Д. РОГОЗИН – Ну это понятно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Показательно. Спасибо, Александр Николаевич. Много очень желающих.

Д. РОГОЗИН – Хорошо. Поехали дальше.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – У нас на линии Санкт-Петербург. Анатолий, представитель малого бизнеса. Анатолий, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Прошу, Дмитрий Олегович.

Д. РОГОЗИН – У вас тоже есть дома три телевизора, но вы их не смотрите? Или вы все-таки смотрите российские новости?

СЛУШАТЕЛЬ – Телевизоров хватает, но, естественно, изредка смотрю новости по РБК или по «Евро-ньюс».

Д. РОГОЗИН – То есть вы считаете, что бессмысленно смотреть российское государственное телевидение, потому что оттуда нельзя почерпнуть какую-то полезную для вас информацию? Или я вас неправильно понял?

СЛУШАТЕЛЬ – Нет. Российский канал я изредка смотрю, чтобы понять, в общих чертах иметь представление, какую государство проводит политику, каким образом…

Д. РОГОЗИН – Хорошо, но вы вообще на выборы ходите? И если ходите, то тогда как вы формируете собственное мнение о том, как надо голосовать и голосовать ли вообще, если вы сегодня не интересуетесь, как правило, государственной пропагандой?

СЛУШАТЕЛЬ – Конечно, на выборы я хожу обязательно, а…

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Анатолий, пропали. Это у нас со связью что-то или вы задумались?

СЛУШАТЕЛЬ – Нет, нет. Алло, слышите меня?

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Да, слышим.

СЛУШАТЕЛЬ – Нет, я в основном смотрю в Интернете информацию. Газеты — «Эксперт», например, «Спорт».

Д. РОГОЗИН – Ну вот смотрите, получается так, что вы живете в Питере. Вот есть еще, конечно, радиослушатели «Эха», которые живут в Москве. И те, и те могут сослаться на то, что они могут получать альтернативную информацию по демократическим средствам массовой информации либо по Интернету. Но мы сами знаем, что Интернет у нас… пользователи Интернета ограниченные по количеству в силу просто технологического такого отставания России. Получается в таком случае, если все недовольны тем, что рассказывают по государственному телевидению, а источников правдивой информации или, по крайней мере, разной информации мало, и в основном это только Москва, Питер да еще несколько крупных городов, тогда вот вопрос у меня к вам последний. А как вы считаете, когда Россия, российское общественное мнение реально может получить достоверную информацию о том, как складывается обстановка в стране? И что необходимо делать для того, чтобы эта ситуация исправлялась?

СЛУШАТЕЛЬ – Вы знаете, я считаю, что это зависит от каждого персонального человека. То, что очень мало людей имеют доступ к информации, это, я считаю, не совсем истина. Если человек хочет, даже в нашей стране он найдет доступ получить достаточно независимую информацию из разных источников. На худой конец, можно просто сопоставлять факты, как это делалось в Советском Союзе, и с миру по нитке. Кроме того, есть «Эхо Москвы» то же самое. Есть радиостанции, есть «Голос Америки», например. Если человек захочет, он сделает. А когда наши средства массовой информации начнут достоверно достаточно, разносторонне, с разных сторон освещать, не только одну сторону, это опять же зависит от людей. Когда они решат, что хватит, тогда и… (неразборчиво). Все зависит от нас.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Спасибо, Анатолий. Дмитрий Рогозин задает вопросы вам, уважаемые радиослушатели. У нас на линии Валентина из Москвы, доктор со стажем 40 лет. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ – Я не из Москвы, а из Красногорска.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – А, это Подмосковье, да?

СЛУШАТЕЛЬ – Это Подмосковье.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Спасибо. Прошу, Дмитрий Олегович.

Д. РОГОЗИН – Ну, я, честно говоря, хотел просто до конца для себя, по крайней мере, уяснить с помощью «Эха Москвы», насколько все-таки наши соотечественники, наши граждане могут получать объективную информацию о том, что происходит в стране. Вот с моей точки зрения, прежде чем я задам вопрос, у нас сегодня телевидение состоит из нескольких таких программных блоков. Первый – это победная реляция власти, когда власть рассказывает, что сделал президент, что сделало его окружение, как реализуются вот эти вот нацпроекты. Вторая часть этого блока информационного – это, собственно говоря, пародисты-пошляки, которые, значит, нам дают массу поводов, чтобы похихикать над самим собой или поржать просто, так сказать грубо. Ну и, собственно говоря, третья – это криминал, какие-то ужасы, страхи. Это для того, чтобы народ окончательно понял, что слава богу, что он еще пока жив. Вот скажите, пожалуйста, вам это интересно? Согласны ли вы с такой точкой зрения, или вы считаете, что, в принципе, вообще надо махнуть рукой на государственную пропаганду, а стоит только слушать «Эхо Москвы» и других альтернативных служителей информации?

СЛУШАТЕЛЬ – Вы знаете, что касается меня, я слушаю только «Эхо Москвы». Потому что там я получаю информацию, которая меня вполне устраивает. Телевидение для меня… его можно и закрыть. Потому что правительственное телевидение, то, что дает информацию, оно совершенно беззубое, оно неинформативное. А что вы сказали о пародистах – это, в общем, стыдно на них даже смотреть. Стыдно. Это просто, я не знаю, ни в какие ворота не лезет. Но остальное, вот то, что показывают криминал, это просто развращает нашу молодежь. И почему наше правительство, наше государство, если оно считает себя демократическим, не обращает на это внимание, мне это совершенно не понятно. Будущего у молодежи нет, молодежь потеряна для страны.

Д. РОГОЗИН – Понятно. Но все-таки, вот опять же. Вы живете в Подмосковье, а рядом Москва.

СЛУШАТЕЛЬ – Но я живу рядом. Я живу там, где отдыхает все наше правительство.

Д. РОГОЗИН – Россия – это не Лихтенштейн и не Люксембург, не пятачковое государство. Это огромное государство с разбросанным по этому огромному государству населением. И, собственно говоря, сколько у нас часовых поясов, что летишь и летишь, как говорится. Вот я летаю периодически по России. Лечу, а все внизу Россия, Россия – огромная, великая страна. Как же здесь с помощью одной радиостанции-то можно ее охватить? Опять же все-таки вопрос. У вас-то, наверняка, есть родственники не только в Москве, в Подмосковье. Вот они как получают информацию, как у них-то формируются позиции?

СЛУШАТЕЛЬ – Ну вот я… Вы знаете, я вот одно не понимаю. Что у нас существует Государственная Дума, у нас существует Совет Федерации. Вот посмотришь программу «Новостей», Государственная Дума, она пустая, там депутаты бегают от одного места к другому. Ну что, это не видно, что ли? Не показывайте это даже по телевидению. Информацию в других регионах тоже получают, вероятно, по каким-то средствам, которые они… Сейчас есть Интернет, они по Интернету получают. По «Эхо Москвы» во многих городах слушают. Вы посмотрите, если большие города получают какую-то информацию, то села вообще ничего не получают. Да и сел-то нет, они все развалились. Там ни домов нет и одни пьяницы. И сельское хозяйство. Сельского хозяйства нет у нас. Вот раньше было в Подмосковье, пожалуйста, какое было сельское хозяйство. Мы получали свои продукты. Сейчас только продукты импортные. Понимаете? Мы вот сейчас гордимся демократией, боремся за нее. Но демократия пока у нас проявляется только в том, что мы можем говорить свободно. Но от нашего разговора толка нет. Вот я врач и я жена военнослужащего. У меня муж был доктор. Вот он умер. И вы понимаете, это хорошо, я всю жизнь работала, имея детей. Шли по гарнизонам, там, где… Начали свою трудовую деятельность там, где декабристы были закованы в цепи в рудниках под Читой. И вот у меня имеется стаж, и я вот на свою пенсию сейчас живу. А от мужа, подполковника медицинской службы, который 26 календарных лет прошагал по всем отдаленным точкам, мне по Министерству обороны пенсия 1800 рублей. Ну вот, пожалуйста.

Д. РОГОЗИН – А я вам потом отвечу. Все-таки вы вопрос по поводу Думы задали.

СЛУШАТЕЛЬ – Я писала и в Министерство обороны, и в правительство…

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Да, Валентина, давайте мы все-таки так, в диалоге.

Д. РОГОЗИН – Да, вы просто задали вопрос по поводу Думы. Почему там, когда смотришь даже картинку официальных телеканалов, не просто полупустые залы, а пустые залы в Государственной Думе. Я вам отвечу. Я вот в Думе работаю уже третий созыв. Я вам скажу, когда у нас по государственному телевидению показывают репортажи из Палестины, рассказывают о том, что вот, мол, палестинская парламентская оппозиция отказывается заседать в своем парламенте, потому что большинство не слышит мнения этого меньшинства, и наше российское телевидение как-то негодующе об этом говорит, мне кажется, что это высшая степень цинизма. Потому что в нынешней Государственной Думе, где я имею честь трудиться, меньшинство не имеет вообще никаких прав. И ни один законопроект, который, скажем, противоречит точке зрения правительства, даже до первого чтения в Государственной Думе не доходит. Поэтому люди просто перестают ходить. Серьезные, профессионально подготовленные депутаты, юристы, политики и так далее считают невозможным для себя работать в Государственной Думе в момент, когда там все забито менталитетом планктона, когда меньшинство не имеет никакого значения. Вот поэтому вы видите полупустые залы.

СЛУШАТЕЛЬ – Да, но что-то надо делать. Это же безобразие.

Д. РОГОЗИН – Конечно. А вот для того, чтобы делать, необходимо прежде всего добиться того, чтобы у нас была достоверная информация. Потому что есть единственный сегодня способ законной смены власти – это выборы. Если сегодня на выборы никто не ходит, это означает, что у нас нет правды, нет свободы слова.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Дмитрий Олегович, я прямо сейчас осуществляю ваше пожелание, чтобы у нас была достоверная информация – «Новости» на «Эхо Москвы».

НОВОСТИ

Н. БОЛТЯНСКАЯ – 22.36. Дмитрий Рогозин задает вопросы вам, уважаемые радиослушатели «Эха Москвы». Дмитрий Олегович, у нас на линии Алихан, студент, правоверный, сказал о себе. Звонок из Москвы. Алихан, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый вечер.

Н. БОЛТЯНСКАЯ — Студент, тема вашего обучения «Мировая экономика», если я не ошиблась, да?

СЛУШАТЕЛЬ – Да.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Прошу вас.

Д. РОГОЗИН – Алихан, вот для вас тоже важно знать, что происходит в Минске? А если важно, то почему вообще вам и вашим коллегам так важно знать, что происходит в Белоруссии, чем это все закончится? Почему? Объясните.

СЛУШАТЕЛЬ – Ну, во-первых, важно знать все. А во-вторых, приятно просто, отрадно, что люди борются за свои права, что у них есть какое-то мнение. И хотелось бы видеть такое же и в России. Потому что у нас пока такого не наблюдается.

Д. РОГОЗИН – А вы считаете, что у нас такого не наблюдается? То есть вы считаете, что наша оппозиция еще более куцая, чем даже белорусская оппозиция? Так вы думаете?

СЛУШАТЕЛЬ – Вы знаете, Дмитрий Олегович, я не считаю вас представителем российской оппозиции, то есть достойным представителем. Ну, это мое субъективное мнение. В общем, я думаю, оппозиция в России слаба. И слаба, во-первых, потому, что у нее нет поддержки в народе. То есть, может быть, деятели, Белых, вот я знаю, еще другие, они, может быть, профессионалы, они обладают знаниями, а поддержки у них как таковой нет.

Д. РОГОЗИН – Понятно. Ну, а вы думаете все-таки, чем закончится третий срок правления Александра Егоровича Лукашенко, если он будет избран президентом? Будет ли объединение России и Белоруссии?

СЛУШАТЕЛЬ – Я думаю, что он благополучно продолжит свое правление. Митинги разгонят. А что касается объединения России и Белоруссии, то это очень отдаленные перспективы, на мой взгляд.

Д. РОГОЗИН – Вы думаете, что для этого нет никаких возможностей, возможных корней? Или, например, такой сценарий вы не обсуждали со своими коллегами – скажем, Лукашенко становится вторым лицом в союзном государстве, первое лицо в российском государстве получает за счет этого законную возможность продолжить свое президентство? Вы не думали об этом?

СЛУШАТЕЛЬ – Нет. Об этом я не думал. Что касается Лукашенко как второго лица в России, то это вряд ли. Я думаю, все-таки не пойдет Кремль на такое, как это сказать…

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Опасное.

СЛУШАТЕЛЬ – Да, опасное. То есть портить отношения с Западом наши политики, я думаю, до такой степени не будут.

Д. РОГОЗИН – То есть вы считаете, что это будет только продиктовано нежеланием портить настроение Западу. Да?

СЛУШАТЕЛЬ – Вы знаете, я думаю, государство… какие-то шаги должны исходить из собственных интересов. Вот я не вижу интереса России собственного, какого-то объективного, который я мог увидеть как будущий экономист или как просто обыватель, для России какие-то интересы в Белоруссии. Кроме, там, такие субъективных понятий, как «братская дружба» или еще что-то.

Д. РОГОЗИН – Вы же прекрасно понимаете, что нет такого понятия как «интересы государства». Они, как правило, так скажу, выражаются элитой. А у элиты свои, в том числе и шкурные, интересы. Поэтому здесь может получиться так, что у государства, может быть, и нет какого-то определенного интереса. А вот у элиты, конкретного правящего класса, есть желание найти некую формулу, с помощью которой эта элита может продолжить свое существование.

СЛУШАТЕЛЬ – Ну, какая бы элита плохая не была, тем не менее она если элита, она должна выражать мнение хотя бы какой-то значимой части народа. В противном случае она просто не может продолжать свое существование как элита. Но это в нормальном государстве, в нормальном состоянии.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Спасибо.

СЛУШАТЕЛЬ – Да, пожалуйста.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Спасибо, Алихан. У нас наш разговор продолжается. Дмитрий Рогозин задает вопросы. У нас на линии Петербург. Татьяна, художник-реставратор, по национальности – белоруска. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый день.

Д. РОГОЗИН – Скажите, пожалуйста, Татьяна. А вы поддерживаете отношения с белорусской диаспорой, которая существует в России?

СЛУШАТЕЛЬ – Нет, я не знаю в Питере фактически никого, кто живет из белорусов. Но я достаточно часто езжу в Минск, у меня там родители живут.

Д. РОГОЗИН – А вы гражданка России или Белоруссии?

СЛУШАТЕЛЬ – Я гражданка России.

Д. РОГОЗИН – Но если бы вы были гражданкой Белоруссии, вы бы за кого голосовали?

СЛУШАТЕЛЬ – Ну, я бы голосовала за Козулина, наверное.

Д. РОГОЗИН – Почему?

СЛУШАТЕЛЬ – Потому что то, что сейчас творится в Белоруссии, это, конечно, кошмар. И Козулин…

Д. РОГОЗИН – А вы так считаете, по каким-то средствам массовой информации информацию черпаете? Или ваши друзья или родственники вам рассказывают?

СЛУШАТЕЛЬ – Ну, скажем так, когда я была гражданкой Белоруссии, на прошлых выборах голосовала, то среди моих знакомых, а это достаточно обширный круг людей, только один человек был за Лукашенко. Все сходили, проголосовали. В результате мы с утра проснулись, и 87, я не помню, сколько там, процентов. То есть дело не в том, за кого голосовать, а дело в том, как посчитают. А Козулин, он… Ну, как бы, все равно, или Козулин, или Милинкевич. Все равно ни один, ни другой, ну, не посчитают верно. Просто Белоруссия превратилась в посмешище среди европейских стран, да в той же России. Только как бы семья, что вот нефть, вот что они без нашей нефти будут делать. На самом деле Белоруссии нужно самой развиваться. Она маленькая страна, в этом ее преимущество.

Д. РОГОЗИН – Понятно. Но все-таки давайте с вами подумаем. То есть получается так, что, допустим, большинство жителей Белоруссии голосуют за оппозицию, а не за Лукашенко. При этом все узнают на следующее утро, как и вы, когда просыпаетесь, что 87 процентов или 90 процентов проголосовало тем не менее за Александра Егоровича. Давайте найдем ответ на этот вопрос. То ли такой национальный характер у всего белорусского народа, что ему, извините за выражение, по-барабану. Вот он голосует против Лукашенко, просыпается, узнает, что все проголосовали за Лукашенко, и тем не менее снова ложится спать и снова просыпается…

Н. БОЛТЯНСКАЯ – А что же, ему не спать теперь?

Д. РОГОЗИН – Нет, вопрос вот в чем. Тогда это такой спокойный народ, который готов принять любой результат? Или на самом деле все-таки вы общаетесь с теми, кто, может быть, голосует против Лукашенко, но большинство все-таки голосует за него?

СЛУШАТЕЛЬ – Нет, ну я разговаривала и с людьми, которые у нас, родственники, живут и в деревне. Понимаете?

Д. РОГОЗИН – То есть вы считаете, что это все фальсификация? Вы не верите в результаты выборов?

СЛУШАТЕЛЬ – Нет, я считаю, что, наверное, процентов 40 – 45, может, даже 50 за него.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – То есть чуть приподнято. Спасибо. Благодарю Татьяну. У нас на линии, насколько я понимаю, один из Штатов Соединенных. Александр, аспирант, физик теории твердого тела, интересуется финансами. Александр, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Дмитрий Олегович, прошу вас, спрашивайте.

Д. РОГОЗИН – Александр, добрый день. Или у вас сейчас что, какое время суток?

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Утро у них, утро.

СЛУШАТЕЛЬ – У меня день.

Д. РОГОЗИН – День уже, да.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – «Джордж-таун Юниверсити», насколько я знаю, это тот самый, один из самых престижных университетов мира, да?

СЛУШАТЕЛЬ – Ну, это громко сказано. Но он неплохой.

Д. РОГОЗИН – Американцев интересуют белорусские выборы?

СЛУШАТЕЛЬ – Если честно, больше уделяем внимание Интернету российскому и всему, что связано с «Эхо Москвы». Телевизор не включал уже довольно давно, как и предыдущий слушатель.

Д. РОГОЗИН – Понятно. Тем не менее в Интернете российском достаточно много информации по белорусским выборам. Тогда меня просто что интересует. Вы считаете, что Россия далеко ушла от Белоруссии в плане демократических преобразований? Выборы в России вы признаете в качестве законных, представительных? Считаете ли вы, что созданы в России равные условия, такие же, как, скажем, создаются в ходе выборной кампании на территории США? Или есть какие-то у вас ограничения?

СЛУШАТЕЛЬ – Ну, в России, там несколько аспектов есть. Если вы спрашиваете: выборы законные, незаконные в смысле фальсификации, то фальсификации, насколько я знаю, нет. Ну как сказать, насколько я знаю, нет. Я просто несколько раз был наблюдателем по Москве, по Московской области на выборах. И все разы, которые я видел, вот в прошлые выборы, по крайней мере, четыре года назад, депутатов, президента, все было довольно точно подсчитано и все претензии были довольно мелкие. В регионах — я без понятия. А насчет московских выборов…

Д. РОГОЗИН – Вот сейчас было только что заявление руководителя центральной избирательной комиссии Белоруссии о том, что… Ну, она сказала о том, что вот будущее заявление представителя миссии ОБСЕ, Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, будет крайне отрицательным по поводу белорусских выборов. То есть априори отрицательным. Вы вот считаете или как вы думаете, скажем, ОБСЕ и другие международные организации – это просто слепой инструмент в руках американцев или, скажем, Запада в целом, которые хотят перечеркнуть любую перспективу стабильности в Белоруссии или в России, то есть такие ручные, манипулируемые организации? Или на самом деле международные эти институции действительно объективны и имеют возможность говорить, отвечая за свои собственные слова?

СЛУШАТЕЛЬ – Так скажем, я думаю, что они отвечают за свои слова. Я не думаю, что они марионетки у Штатов хотя бы потому, что, я думаю, они представляют Европу. А цели Европы и Штатов, они все-таки немного различные. Европейские союз, по крайней мере, начал формулировать какие-то свои позиции и цели, которые не всегда совпадают со штатовскими.

Д. РОГОЗИН – Хорошо. Последний вопрос. Во что вы больше всего поверите – в собственные наблюдения, вы говорите, что вы принимали участие в качестве наблюдателя в выборах, или, скажем, если вам ОБСЕ, как вы сказали, авторитетнейшая организация, скажет прямо противоположное? Вы поверите своему мнению или мнению авторитетной международной организации?

СЛУШАТЕЛЬ – Собственному, конечно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Спасибо, Александр. Это «Контрудар». Мы сейчас прервемся вновь на «Новости». Андрей Родионов уже в студии.

НОВОСТИ

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Мы продолжаем разговор с вами, уважаемые слушатели «Эха Москвы». Вопросы задает Дмитрий Рогозин. У нас на линии Сергей, сообщил о себе – водитель-дальнобойщик. Здравствуйте, Сергей.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Прошу, Дмитрий Олегович.

Д. РОГОЗИН – Добрый вечер, Сергей.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый.

Д. РОГОЗИН – Я хотел бы у вас вот о чем спросить. Вот мы сейчас опять взяли в качестве главной темы ситуацию в Белоруссии. Это и понятно — там сейчас идет подсчет голосов. Понятно, что мы не можем не обсудить проблемы российские. Как вы думаете, вот если, скажем, нашему президенту или его окружению все-таки придет мысль о том, что так или иначе надо будет как-то организовывать третий срок российского президентства, несмотря на то, что президент уже несколько раз говорил о том, что это невозможно, и что это ни к чему, и что он лично не останется. Ну, представим себе, скажем, какое-то ЧП, не дай бог, происходит со страной, или бояре наши падают в ножки нашему президенту и говорят: «Отец родной, прости, но вот как хочешь, знаем все твои заявления, давай, что-то такое надо сделать, но ты должен остаться на третий срок». Вы сами как вообще относитесь к тому, что руководители государств продлевают свои полномочия, поскольку им, допустим, понравилось управлять государством? Считаете ли, что обязательно нужно менять власть? Или, например, нужно оставить молодого, хорошего, доброго президента на новый срок, несмотря на то, что это запрещено Конституцией?

СЛУШАТЕЛЬ – Ну, я думаю, что 8 лет достаточно, он себя показал.

Д. РОГОЗИН – А как он себя показал, как вам кажется?

СЛУШАТЕЛЬ – Ну, вот после предыдущего президента, я вот водитель, я езжу, и я считаю, что все-таки изменения есть. И в лучшую сторону. Но 8 лет достаточно. Поэтому нам нужно немножко поменять власть и поменять направление этой власти. Для людей надо больше делать, я так считаю.

Д. РОГОЗИН – Ну хорошо, а если вам как гражданину скажут: вот есть такая перспектива, реальная потребность, большинство нашего народа хочет воссоединения с Белоруссией. Да это и понятно на самом деле. Лично я, например, скажу так, что вот если бы мое мнение учитывалось при таком раскладе, а оно, наверняка, будет учтено, я скажу так, что Украина, Россия, Белоруссия и даже Казахстан – это части единого целого. И я вижу искусственность во всем этом разрыве. Так вот, представим себе, что нам с вами говорят: есть реальная возможность, шанс, и в Белоруссии, и в России большинство выступают за воссоединение, но цена этого воссоединения – сохранение на третий срок российской власти. Вы будете упираться и говорить, что нет, вот 8 лет достаточно, давайте все, так сказать, до свидания, гуд бай? Или все-таки вы согласитесь, что этот предлог достаточный для того, чтобы согласиться с третьим сроком президентства нынешнего хозяина Кремля.

СЛУШАТЕЛЬ – Дмитрий Олегович, значит, если воссоединение трех братских народов. Вот, например, события на Украине в прошлом году. Я на Украине бываю. Никому там лучше от этого не стало. Но если воссоединение это произойдет, то это уже будет другая страна. И если среди этих трех республик они посчитают, например, что Путин должен остаться, пускай остается. Главное, что наши братья просто вернутся в нашу семью. Я вот так считаю.

Д. РОГОЗИН – Понятно. А Казахстан, вы считаете, — это отрезанный ломоть или все-таки тоже часть?

СЛУШАТЕЛЬ – Нет, ни в коем случае. Да я вообще считаю… Я и в Таджикистане был, и в Узбекистане, где я только не был.

Д. РОГОЗИН – То есть вы за воссоединение вообще вот хотя бы части или большей части Советского Союза?

СЛУШАТЕЛЬ – Да, да. Я за воссоединение. И больше того, я разделяю взгляды вашей партии.

Д. РОГОЗИН – Я просто вас провоцирую. Вы понимаете, да?

СЛУШАТЕЛЬ – Да. Ну я вообще, я даже был у вас в отделении и там записался. Вот. Но я просто считаю, что большая глупость – это развал Советского Союза. И просто… Я в армии советской служил. И я знаю, как народы живут в бывших республиках. И это большое горе. Вот поверьте мне. Я вот на самом низшем уровне с людьми общаюсь. Это большое горе для людей для многих просто-напросто.

Д. РОГОЗИН – А мы сами думаем, что это случайно, да?

СЛУШАТЕЛЬ – Нет, я так не думаю.

Д. РОГОЗИН – Нет, я знаю, что вы так не думаете. Но я хочу вам свою точку зрения на этот счет изложить. Я абсолютно убежден, что проблема развала Советского Союза была не в объективных неких причинах, а в том, что просто страну раздраконили на части, потому что частями удобнее было руководить той самой партноменклатуре, которая в тот момент находилась у власти. Это лично моя точка зрения. Я думаю, что на самом деле развал этот был далеко не необратимым. Спасибо большое за то, что вы ответили на вопросы.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Спасибо, Сергей. У нас на линии город Нижний Новгород. Татьяна, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте, Дмитрий. Здравствуйте, любимая Нателла.

Д. РОГОЗИН – Очень приятно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Прошу вас, ваш вопрос, Дмитрий Олегович.

Д. РОГОЗИН – Татьяна, вот такой вам сложный вопрос задам. На Украине чуть больше года тому назад случилась, ну, можно сказать, революция. По-другому не скажешь. Я там был в качестве наблюдателя от Государственной Думы. И вот сейчас поеду на парламентские выборы. Скажу вам так, что могу подтвердить, что это была, конечно, революция, судя по массовому движению людей в ту и другую сторону, по характеру изменений. Но последствия революции, как правило, бывают не совсем те, о которых говорили в народе и когда шли голосовали или шли стояли ради достижения какой-то цели. Вы вообще верите в революцию, считаете ли вы, что в России революция возможна? И приведет ли эта революция вообще к каким-то полезным результатам для страны? Или все-таки надо добиваться эволюционным путем, пусть последовательно, но все-таки именно эволюционным путем, некоего положительного результата?

СЛУШАТЕЛЬ – Я, в общем, конечно, согласна с вами в последнем. Потому что вот я, когда слышала все, что на Украине творилось, я приходило к такому же мнению, что революция-то ничего не даст. Собственно, лучше там ничего не произошло.

Д. РОГОЗИН – А вот вы посмотрите, кто были революционерами и с той, и с другой стороны. Один премьер, назначенный Кучмой, другой премьер, назначенный Кучмой. С той стороны вице-премьеры, с этой стороны вице-премьеры. У меня было вообще впечатление, что это все спектакль для того, чтобы доказать, что не те, не другие, а надо просто было продлить полномочия действующего президента Кучмы. Правда, он сам оказался в некой ловушке. Но вот все-таки в России возможна революция – то, о чем так часто говорят у нас такие радикальные демократы? Или все-таки надо по иному пути пойти, найти какую-то иную возможность смены власти? Вот вы как считаете?

СЛУШАТЕЛЬ – Я считаю тоже, что… В общем, я считаю, что у нас в стране революция невозможна. Ей просто не дадут состояться.

Д. РОГОЗИН – Ну это одно дело – дадут, не дадут. Да. А вот могут…

СЛУШАТЕЛЬ – Одно дело – да. Но все-таки, наверное, и постреляют так же, как и Белый дом не пожалели. Не пожалели никаких – ни государственных, ни народных – денег. И, в общем, революции состояться у нас не дадут.

Д. РОГОЗИН – На Майдане несколько недель люди стояли, смотря друг на друга, буквально вплотную.

СЛУШАТЕЛЬ – А смотрите, как у нас мало выходит народу.

Д. РОГОЗИН – А почему так мало выходит народу? Все хорошо живут, да?

СЛУШАТЕЛЬ – Живут все трудно. Трудно. Неактивный народ.

Д. РОГОЗИН – А что надо сделать, чтобы он стал активным?

СЛУШАТЕЛЬ – А вот что надо сделать? Люди слишком бедны, я считаю.

Д. РОГОЗИН – То есть чем беднее сделает правительство собственный народ, тем меньше народ способен на сопротивление тем действиям правительства. Так получается? Замкнутый круг?

СЛУШАТЕЛЬ – Замкнутый. Я считаю, что у нас замкнутый круг. Но вот я лично с удовольствием бы пошла, я всегда такая активная, значит, меня все интересует, и я, в общем, в политике, не работаю. Но я не работаю, у меня зрение, надо сходить, у меня одна сотка зрение. Поэтому я не работаю. Вот. Но куда вот я пойду? Чтобы меня там истоптали?

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Спасибо. Благодарю, Татьяна. Ну вот пришло сообщение: «Давайте лучше обсудим, как вас только что замочили по Первому каналу», — просит Марина. Марина, я ваше пожелание выполнила. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте.

Д. РОГОЗИН – Спасибо, Марина, хороший вопрос.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Вопросы вы задаете. Я вообще ничего не видела и не знаю.

Д. РОГОЗИН – Вопрос как раз хороший я собираюсь задать. А вы верите Первому каналу?

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Марина, мне хоть расскажите, что там было.

Д. РОГОЗИН — Или государственному каналу вообще вы верите, что 8 минут эфирного времени посвящается определенной теме? Даже я сейчас не о себе говорю. Я говорю в принципе о том, что когда государственное телевидение показывает некое явление с использованием вполне запрещенных приемов. Вы считаете, это нормально — на государственном телевидении быть необъективным? Или это достаточно все-таки серьезный инструмент, который власть имеет право использовать против оппозиции?

СЛУШАТЕЛЬ – Да нет, конечно, это безумие, что творится. Просто не вы первый и не вы последний, кого Первый канал «замочил», так уж прямо и честно.

Д. РОГОЗИН – Но меня, честно скажу, не «замочили». Я сижу, слава богу, здоровый.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Сухой сидит.

СЛУШАТЕЛЬ – Ну, похоже, что сюжет был абсолютно подставным.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Марина, ну что там было-то, хоть мне скажите. Я же ничего не видела.

СЛУШАТЕЛЬ – Ну, очень коротко. Там, похоже, подставной сюжет о том, как скинхед вступает торжественно в партию «Родина» и дома держит портреты Рогозина и Гитлера на стенке рядом и очень этим гордится. Просто, вы знаете, что-то так странно вопросы… Так вот ведется кампания активно против Рогозина и в Интернете, и на центральном телевидении. Просто очень странно, что Дмитрий Олегович не сопротивляется этому, мне так кажется. Просто уж так больно бьют, уж так и партию «Родина» трогают сильно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Марина, а вы прородинская девушка у нас?

СЛУШАТЕЛЬ – Какая?

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Прородинская?

СЛУШАТЕЛЬ – Да нет. Скорее, нет. Ну, конечно, я люблю свою Родину – Россию. Ну, конечно, мне не нравится, когда это делается так грубо и так некрасиво.

Д. РОГОЗИН – А вы знаете, иногда в некоторых видах единоборства не нужно оказывать прямое сопротивление. Иногда нужно просто продлить движение противника, с тем чтобы он потерял равновесие. Вот, во-первых, давайте мы с вами все-таки посмотрим, а какие возможности есть сегодня, такие легальные, для того, чтобы ответить на клевету, ложь, откровенную провокацию? Телевидение – табу. На радио – ну, скажем «Эхо Москвы» «спасибо». Интернет пока еще нецензурирован. Но иногда на самом деле…

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Канделябром.

Д. РОГОЗИН – Нет, секундочку. До канделябра мы еще успеем дойти. Значит, до канделябра давайте все-таки подумаем, что необходимо сделать. Вы ведь посмотрели сюжет. И все-таки вас же он не убедил. Если он вас не убедил, я думаю, что миллионы, десятки миллионов граждан также не вполне убеждены, что подставные, так называемые, засланные скинхедики способны отыграть некую игру в отношении оппозиции. Нравится вам эта оппозиция, не нравится, но тем не менее фальшь совершенно очевидна. Поэтому моя точка зрения на эту ситуацию какова. А зачем сопротивляться глупости, которую совершает власть? Если власть сама такого рода дурацкой пропагандой нас всех подводит к тому, к той мысли о том, что, может быть, все это неправда. А значит, правда есть в другом месте, значит, надо там ее искать. Я не хочу вам сказать, что я согласен именно вот с такой позицией. Но это позиция определенной части моего окружения. Но могу вам сказать только одно. На меня эти сюжеты не производят впечатление. Но то, что сегодня столько внимания уделено именно борьбе с партией «Родина» и лично со мной, это говорит только об одном – власть назначила себе врага. Поскольку этого врага в России реально не существует, значит, надо кого-то назвать этим врагом и, шельмуя его, добиться необходимого результата. К чему это приведет, с моей точки зрения? К прямо противоположному. Именно поэтому я и начал с этого программу. С того, кого вы слушаете: «Эхо Москвы» вы слушаете, или вы слушаете независимые средства массовой информации, или вы слушаете государственную пропаганду. Как вы сами в одной огромной стране, один огромный, большой народ может формировать отличную от власти точку зрения?

Н. БОЛТЯНСКАЯ – Это Дмитрий Рогозин. Это была программа «Контрудар». Я благодарю всех, кто нам сегодня изъявил желание побеседовать с Дмитрием Олеговичем. Через несколько секунд новости – Информационная программа «Эхо» на волнах «Эха Москвы».



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире