'Вопросы к интервью
С.БУНТМАН: Добрый вечер и добрый день, это программа «Клинч» в студии телекомпании и радио «Эхо Москвы» Сергей Бунтман. Сегодня дискуссия коснется страшного трагического события, которая случилась в Норвегии. И вопреки всем предположениям — про кого думают после 11 сентября, — думают, что это сетевая преступная террористическая организация, что-нибудь вроде «Аль-Каиды», или ей подобного. Оказалось, что это доморощенный террорист, протестующий против того, что существует мультикультурность, крайне правые высказывания. Порождает ли политкорректность, допуск людей из других культур и цивилизаций в страну, уважительное отношение к ним, порождает такого рода крайне правые взгляды, переходящие в терроризм? — об этом сегодня у нас рассуждения. В гостях у нас депутат Госдумы Антон Беляков и Владимир Овчинский, бывший начальник российского Бюро Интерпола. Ваши тезисы, пожалуйста.



А.БЕЛЯКОВ: Сегодня эксперты, политологи, социологи, европейские и американские сходятся примерно в одной мысли: желая, чтобы общество было едино, а именно, это постулат любого государства, желая, чтобы в основе лежало нечто фундаментальное, поскольку существует миграция, некие 1 выходцы из других религий и культур, общество пришло к некоему выводу: давайте жить дружно, главное, чтобы не было войны, будем толерантными. Появился даже термин «тензофобия», суть которого заключается в том, чтобы любой ценой погасить конфликт, не допустить какого угодно противостояния. Как следствие, в старушке-Европе получилось так, что коренное население, коренные голландцы, немцы, они, желая любой ценой не допустить конфликт, оказались несколько подавленными другими культурами. Создаваемые гетто, кварталы, где царит, по мнению европейцев, вполне обоснованному, некая не только другая культурная жизнь, а хаос, мусор, как правило, мигранты не хотят работать, у них хорошие социальные пособия, и они спокойно там живут, а европейцы стараются любой ценой не допустить конфликта – не дай бог.

В результате все это переплавилось как в некоем большом плавильном котле, и мысль о том, что главное, чтобы они соблюдали законы, соглашались с тем, что как-то надо жить, была доведена до абсурда. Плюс на все это наложилась во многом псевдо-демократия – посмотрите, как Европа голосовала на последних выборах? – люди не приходили на выборы, потому что приходили к выводу, что неважно, какая партия, — все равно ничего не изменится. То же самое в России сейчас происходит. Голосовать ногами, не ходить на выборы – это европейская традиция. Как следствие, не находя возможности реализовать себя в политике, реализовать свои, в том числе, идеалы религиозные, характерные для коренного населения, традиционные, — смотрите, многие голландцы сегодня уезжают жить куда-нибудь в Австралию, чтобы жить спокойно вдали от цивилизации, свои культурные ценности культивируют там спокойно.

К сожалению, сегодня идея мультикультурализма не увенчалась успехом в старушке-Европе, серьезные протестные настроения, неудовлетворение происшедшим. Кстати, после теракта даже ультраправые заявили о том, что, похоже, надо отказываться от некоторых постулатов, которые они провозглашали как свои ценности.

Кстати, я бы некоторые параллели провел с Россией – мультикультурализм, давайте жить вместе любой ценой, чтобы не было войны, не реализовал себя – проблема существует, в том числе, в Европе и в России.

В.ОВЧИНСКИЙ: Для того, чтобы понять, какие причины двигали человеком, совершившим данное злодеяние, надо все-таки понять, что произошло. Несмотря на обилие, огромный поток информации, мы еще не понимаем, что произошло. Все говорят: этот один человек совершил два чудовищных теракта: взорвал здание правительства и убил почти 100 человек и ранил 200. Я проработал 30 лет в системе МВД и могу сказать – из удобрений практически невозможно сделать такую чудовищную машину взрыва, которая фактически снесла перекрытие дома правительства. Можно сделать самодельное взрывное устройство, которым талибы взрывают бронемашины, но такой взрыв можно сделать только либо с алюминиевой пудрой, либо с гексогеном. Нет еще данных экспертизы, но это важно, чтобы понять причины. Потому что если мы будем знать, что это не одиночка, а сеть, а последние заявления этого человека состоят в том, что за ним стоит сеть – то неофашистская, то масонская.

И второе – убить человека непросто. Убито 100, ранено 200, чтобы убить одного человека, надо отправить в него не меньше трех пуль в среднем. С учетом того, что люди разбегаются, не стоят, как мишени. У него на 300 человек должно быть не меньше тысячи патронов — это почти 40 рожков. Как он их мог нести? Все ролики, которые я смотрел, на них потерпевшие говорили – был второй стрелок. А сейчас говорят – нет, он один. Любая спецслужба никогда не признается, что был второй, потому что, как говорил Мюллер в любимом нами фильме – если знают двое, знает и свинья. Если двое — это организация, а если организация – проворонили. А если это организация, то совершенно другие причины в основе этого лежат.

С.БУНТМАН: Если вернуться к первопричинам, даже если сеть и организация, что меняется?

В.ОВЧИНСКИЙ: У него ужас не только от присутствия исламистов, или людей, исповедующих ислам у него в стране. Тезисы, которые мы можем прочитать из его многостраничного манифеста, говорят о том, что у него ужас от социал-демократии, от марксистов. У него все фотографии были с нашивками: «убить марксиста», — у него этих фотографий и призывов больше, чем «убить исламиста». Этот человек сам говорит, что будет автором крупнейшего фашистского теракта. То есть, человек признает, что он фашист, — для меня это самое главное. Это его признание. Он хочет использовать трибуну суда для этого. Мультикультурализм, конечно, здесь присутствует, его отрицание, но это вторичная проблема, не главная в этой ситуации.

А.БЕЛЯКОВ: А в чем главная?

В.ОВЧИНСКИЙ: Если этот человек не один, а реальная сеть, — надеюсь, что он один, потому что если сеть, то это уже серьезная проблема не только для Европы, значит, у людей стоят особые задачи – дестабилизировать ситуацию в Европе. Для чего? Может, людям не нравится Евросоюз, не нравится, что до сих пор не падает евро, может, он является инструментом в руках других людей. Это такая же ситуация, как 11 сентября — вечно конспиралогическая будет ситуация. С Брейвиком будет ситуация конспиралогии на всю оставшуюся жизнь. Потому что даже если представить материалы в суде, что он одиночка, все равно очень многие люди будут думать, что он не одиночка. Все понимают, что один Освальд не мог организовать убийство Кеннеди – никак не мог, все профессионалы понимают.

С.БУНТМАН: Мы сейчас говорим об истоках — конспиралогические теории будут существовать даже по доказанным преступлениям.

А.БЕЛЯКОВ: Я бы попробовал отделить мух от котлет, что касается самого теракта, понимаю, что эта тема с легкой степенью джинсы – сколько убитых, сколько крови, — это кошмарно и ужасно. Насколько я знаю, я единственный из депутатов Госдумы, кто был сразу после теракта в Домодедово – больше никого там не было. Это действительно кошмар – стены не просто забрызганы кровью, они были облеплены ошметками человеческой плоти – дикое зрелище, ужасное. Когда я читал сообщения, где-то скупые, где-то красочные о последствиях теракта, и растерла молодежного лагеря на острове, я накладывал кальку того, что мне довелось в жизни повидать, как врачу.

Но я бы сейчас не уводил разговор в сторону, насколько это плохо и ужасно, а попробовал бы поразбираться в первопричинах. Если это один шизофреник – это одна ситуация. Мы незнакомы с этим человеком, он может быть действительно психиатрическим пациентом, который нуждается в терапии, который нашел 300 тысяч евро, долго готовил акцию, заказал где-то взрывчатку, нафантазировал про сеть, купил себе эти 20 или 50 рожков, и поехал стрелять. А мы занимаемся конспиралогией, думаем, а вдруг у него были сообщники, а вдруг это целая европейская «Аль-Каида» неорадикалов, неофашистов – может быть, мы не знаем.

Но что для меня абсолютно неоспоримо, и это наиболее интересный вопрос для дискуссии – насколько существует все-таки основания для возникновения такой ситуации? А может быть, такие основания существуют и в России? Манежная площадь, чем вам не иллюстрация. На мой взгляд, это более интересный вопрос.

А что касается темы, которую поднял Владимир Семенович, — в европейских странах все последние выборы национал-радикалы и внесистемная оппозиция, постоянно получают неплохие результаты на выборах – при том, что их мочат все возможные медиа, обливают грязью. Взять в Голландии партию «Свободы». Казалось бы, либеральные законы в Нидерландах, все хорошо, высокий уровень жизни. При этом десятки тысяч голландцев каждый год уезжают жить куда-то в дальние штаты Австралии, и говорят – мы хотим растить своих детей в условиях традиционных ценностей, не хотим платить налоги на содержание бездельников-мигрантов – это тенденция. Эти люди не находят для себя реализации в тех традиционных партийных проектах, которые им предлагают. Они понимают, что за каждым из партийных проектов все равно стоит некая олигархическая группа, не ходят на выборы и не верят в то, что что-то изменится. Кстати, прямая параллель с тем, что происходит в России. И Манежка — прямая параллель.

Кстати, чтобы немножко подлить масла в огонь. Мы говорим, что происходит в наши дни, а насколько давно эта проблема существует? Несколько лет назад мне довелось иметь интересную дискуссию с председателем Совета муфтиев России, шейхом Равилем Хазратом, он сказал интересную вещь – он приехал в Кострому, старый русский город, приехал на мусульманское кладбище. Первые захоронения выделенного мусульманского кладбища в старом русском городе Костроме, датируются тысячелетием до наших дней. То есть, тысячу лет назад мусульмане жили вместе с нами, у них были свои кварталы, дома, общение между собой.

С.БУНТМАН: А откуда туда пришли мусульмане в 11 веке? Думаю, не раньше 13 века.

А.БЕЛЯКОВ: Это датированные захоронения, подтвержденные историками. А мы, спустя тысячу лет, все еще спорим – мусульмане в Москве свои. Или не свои? Или в Костроме или Владимире. Это ксенофобия, или это что? А радикальные настроения что в России, что в Норвегии одинаковы.

С.БУНТМАН: Получается, не виновата нынешняя ситуация в этом – это вечная ситуация? Армяне виноваты в геноциде, евреи — в Холокосте. Так получается?

А.БЕЛЯКОВ: Нет. Просто цивилизация ищет способы. Есть механизм размежевания, или создания каких-то резерваций – где-то этот механизм работает, — гетто, районы для чайна-тауна. Где-то существует мультикультурализм, люди пытаются не замечать, и любой ценой не ссориться, что приводит в Европе, например, к тому, что коренное население оказывается откровенно подавленным, боится прихожан из других конфессий и религий.

В.ОВЧИНСКИЙ: Давайте начнем с того, что действительно отделим мух от котлет, ситуацию европейскую и нашу. Наша ситуация с мультикультурализмом, обострением межнациональных конфликтов, началась с известной перестройки и обострилась с развалом СССР, когда мы миллионы наших граждан выбросили за пределы, в том числе, русских граждан. И все мигранты, которые сейчас идут в империю обратно, идут потоками, чтобы найти работу, обустроиться, — мы их называем нелегальными мигрантами.

А.БЕЛЯКОВ: Думаю, что это смелое заявление, что все с Перестройки началось.

В.ОВЧИНСКИЙ: Все с перестройки началось – межнациональные конфликты с перестройки, распад империи – с перестройки, и именно перестройка виновница того безобразного положения в межнациональных отношениях, которые сложились. Я считаю, что распад СССР породил миллионы незаконных мигрантов, осложнение и ненависть межнациональную, межконфессиональную. Внутри России был известный закон, который был принят при Ельцине — о возвращении территорий и лиц, который не был в правовом плане прописан, начались конфликты меж Осетией и Ингушетией, и все пошло и поехало. Проблема наша – это одна, проблема европейская — ее нельзя разрывать с так называемыми арабскими революциями. Евросоюз полностью поддержал арабские революции. В результате пошли потоки из Туниса. Египта. Потом поддержал бомбежки Ливии, пошли потоки ливийских мигрантов. Сейчас вся Европа пришла в движение, и они и сами не знают, что с этим делать. И идет реакция отторжения. Это не мягкое вползание бывших колоний в Европу, а это мега-изменение в мире, это гипер-изменение мирового пространства.

В свое время Жак Аттоли в своих известных книгах предвидел, он сказал: возникнет такое племя мировых кочевников, они будут входить массой, этнически, конфессионально между собой взаимосвязанные, входить на чужие территории, встречать сопротивление, и будет переструктурирование территории, отношений, что приведет к целой цепи войн. Аттоли был прав — мы сейчас этот процесс имеем.

Но относится ли это к этому террористу, фашисту, который взорвал дом правительства и расстрелял молодежь, мы не знаем. Потому что если он одиночка, то ненависть к исламу это только один из компонентов его ненависти к государству, в котором он живет.

С.БУНТМАН: Вы считаете, что здесь была ненависть к социал-демократам и левым?

В.ОВЧИНСКИЙ: Возможно. К левым – в первую очередь. Я прочитал его манифест.

С.БУНТМАН: Вот как парень добился своего – прочитали ли мы бы эту муть собачью, если бы он столько людей не убил?

В.ОВЧИНСКИЙ: Гитлер написал «Майн Кампф», пошел легитимным путем, и возглавил германию, привел к гибели больше 50 млн людей на планете, к планетарной катастрофе. А он написал такой же «Майн Кампф», назвал его манифестом, опубликовал в сети, и пошел на акт индивидуального террора. Какое это воздействие это окажет на терроризм, будущих нацистов, реальных нацистов? Я считаю, что произошла страшная вещь – пример этого человека заразителен, это серьезная болезнь, особенно для нашей страны.

Недавно я взял все судебные процессы, 4 последних процесса в Мосгорсуде над фашистскими группами, не над националистами. Дна из групп — 13 человек были осуждены за убийство 28 человек. Группа Скачевского убила 22 человека. Я посчитал – за три года фашистские группы, не националисты, не хулиганы, — фашистское подполье в совокупности у нас в России убило людей больше, чем убил этот сумасшедший фашист. Но у нас уже существует сеть фашистских организаций, у нас фашистское подполье, которое самовоспроизводится.

Что произошло после взрыва? Я написал в блоге на «Эхо» о том, что может возникнуть группа поддержки, — утром поставил в блог, а вечером уже пресс-конференцию проводит руководитель пресс-службе «ВКонтакте», и заявляет, что по уведомлению ФСБ они ликвидируют многочисленные группы поддержки в поддержку Брейвика.

С.БУНТМАН: Сделаем сейчас перерыв и продолжим через несколько минут.

НОВОСТИ

С.БУНТМАН: Продолжаем программу. Уточним позиции, — так что же, сами миграционные процессы, расселение людей других культур в европейской среде, — уже массовое, — порождает реакцию и неонацизм, или же желание властей всех поселить в одну квартиру и сделать взаимоуважаемые условия?

А.БЕЛЯКОВ: Все-таки я прокомментирую Владимира Семеновича. Мысль о том, что все наши национальные проблемы начались с момента распада СССР и перестройки, на мой взгляд, тогда стоило бы сюда еще добавить — с появлением интернета.

В.ОВЧИНСКИЙ: Нет. Перестройка — это те камни, на которых построены все наши проблемы.

А.БЕЛЯКОВ: Чеченские войны, кавказские, были в начале 20 века, были и в 19, — вспомните Лермонтова.

В.ОВЧИНСКИЙ: Все началось не с чеченских войн.

А.БЕЛЯКОВ: По-моему, вы сильно ошибаетесь – национальные проблемы были всегда, какие только способы не пытались использовать для того, чтобы их урегулировать. Европейцы пошли по пути декларации того, что мы толерантное общество, терпим кого угодно, — иные концессии, нетрадиционную сексуальную ориентацию — что хотите делайте, у вас есть права и свободы. Плюс они провозгласил демократию, которая должна была быть истинной, а оказалась ложной демократией. Потому что в результате европейцы поняли, что они поделились на две части. Одна часть — мигранты, которые не видят никаких политических возможностей отстаивать свои права, поскольку в большинстве своем нелегальные иммигранты, таких в старой Европе до 15% населения. И другая часть – люди, которые понимают, что за кого ни голосуй, все равно ничего не изменится. Они не видят возможности в той самой псевдо-демократии реализовать себя, что-то изменить — изменить иммиграционную политику или бюджетные отношения.

С.БУНТМАН: А где-нибудь существует не псевдо-демократия?

А.БЕЛЯКОВ: Она может существовать, но в старушке-Европе сегодня с этим есть определенные проблемы. Я искренне верю, что мы вполне могли бы создать истинное демократическое государство в России.

С.БУНТМАН: А в чем оно бы заключалось, чем бы отличалось? Какой главный признак не псевдо-демократии?

А.БЕЛЯКОВ: Возможность гражданину что-то реализовать, взять и что-то изменить в стране. Неважно, что.

С.БУНТМАН: Все равно в Европе гораздо больше возможностей изменить жизнь в стране, чем у нас.

А.БЕЛЯКОВ: Нам предстоят парламентские выборы. Посмотрите социологию, за что голосую россияне. Понятно, что те, кто голосует за партию власти — видимо, их все устраивает. Кто за КПРФ — скорее, они просто не согласны с чем-то, КПРФ не предлагает конкретного будущего для нашей страны, тем не менее те, кто не согласен, голосуют за них. За что голосуют за Жириновского — не знаю, я даже его спрашивал, какое будущее он предлагает стране – он и сам не знает, у меня складывается впечатление. Социология говорит, что большинство людей, которые голосуют за ЛЛДПР, у них мотив «он прикольный». Повторю – мы не выбираем на выборах свое будущее, не говорим, что в результате избирательных процессов страна пойдет в ту сторону, или в эту. Мы выбираем одного, поскольку он прикольный, второго, потому что он против первого.

С.БУНТМАН: Это в России.

В.ОВЧИНСКИЙ: Давайте говорить откровенно – ни в Европе, ни в России сами миграционные процессы, передвижение больших масс мигрантов, сами по себе конфликта не вызывают. Вызывает преступность мигрантов – как законных, так и незаконных. Из-за чего поднялся сыр-бор во Франции, когда Саркози выгнал цыган, потому что цыгане замучили своей преступностью. То же самое в Италии произошло. Ведь молчат все, что в Осло в этом году был бунт мигрантов, которые полгорода разнесли, а полиция это замалчивала и норвежцы это никак не афишировали, но это произошло — посмотрите на сайтах. Потому что там беспорядки были организованы, преступность выросла – это вызывает проест.

Почему у нас возникают движения, группы, вплоть до тех, кто совершает преступное насилие? Потому что замучила преступность мигрантов. Недавно опубликованные данные ГУВД Москвы, Следственно комитета — в столице уже больше половины изнасилований совершается гражданами из Средней Азии и Северного Кавказа.

А.БЕЛЯКОВ: Вы правы. Но он коренной и убивал своих, не мигрантов.

В.ОВЧИНСКИЙ: Он своими действиями хотел всколыхнуть общество, чтобы оно обратилось к этой проблеме. Он больной человек, мы должны понять это.

А.БЕЛЯКОВ: Мы поставили диагноз?

В.ОВЧИНСКИЙ: Мы предполагаем.

А.БЕЛЯКОВ: В первой части дискуссии вы сказали, что он жил высокими идеалами. А теперь мы пришли к выводу, что он псих.

В.ОВЧИНСКИЙ: У нас многие идеалы, даже те, кто управлял странами, и даже наши революционеры известные, российские и зарубежные – это все были психопаты, шизоподобные личности. Возьмите прекрасную книгу Ламброзо «Анархисты», который первым описал всех известных революционеров-анархистов в коцне 19 века – они все больные люди. Немало больных людей было и в нашей, российской революции.

С.БУНТМАН: Почти 110 лет назад произошло очередное преступление, может быть, одно из последних, когда человек смотрел у женевского озера, кого бы ему убить. Прочел в американской газете, что приезжает австрийская императрица, и заточкой ее заколол. Можем ли мы из этого, кроме того, что это больной человек, мода, анархизм, который к тому времени лет 50 уже был моден, бесцельный террор – можем ли мы тут искать корни в политики Австро-Венгрии, Габсбургов? Пошел и заколол пожилую женщину, бывшую красавицу. Императрицу Елизавету.

В.ОВЧИНСКИЙ: Это к нашему примеру с норвежским террористом не относится, человек опубликовал манифестов, в котором его протест против мультикультурализма, засилья представителей ислама в Европе был определяющим.

А.БЕЛЯКОВ: Может быть, у того, на озере, тоже был протест, он просто не успел написать.

В.ОВЧИНСКИЙ: В коцне 19 века и начале 20 такой проблемы конфликта цивилизаций, которая возникла сейчас, не было близко. Там были другие проблемы, которые породили и Первую мировую войну, и Вторую.

А.БЕЛЯКОВ: Тогда были другие национальные конфликты. Тогда не было интернета, не было авиационного транспорта.

С.БУНТМАН: Там были тогда «чертовы итальяшки», «чертовы поляки», «чертовы ирландцы», которые заполонили пол-Бостона, я уже не говорю о евреях.

В.ОВЧИНСКИЙ: Хорошо, были. Мы сейчас говорим о том, что двигало этим человеком. Им могло двигать что угодно.

А.БЕЛЯКОВ: Вы запутались, и пытаетесь поменять тему.

В.ОВЧИНСКИЙ: Мы договорились о чем? Вы говорите, что причина – мультикультурализм, а я говорю, что не в этом причина.

А.БЕЛЯКОВ: не так договорились.

С.БУНТМАН: Давайте уточним позиции.

А.БЕЛЯКОВ: Я не знаю, был ли Брейвик сумасшедшим – это покажет экспертиза. Я понятия не имею, кто и с какой мотивацией совершает убийства и изнасилования — кто-то из этнических противоречий, кто-то — потому что шизофреник, — все бывает по-разному. Но есть некие системные процессы, которые в Европе оказались выраженными, и Брейвик — почему сейчас, даже после того, как это произошло, начинается коррекция платформ политических партий? Ультраправые говорят, что снижают прессинг на миграционную политику, левые корректирую. Почему? Именно потому, что они в этом увидели некий сигнал, который заключается в том, что действительно, получилось, что теория мультикультурализма не работает, коренное население считает, что оно сейчас подавлено выходцами из других культур, которые свободно путешествуют по Европе. Коренное население недовольно тем, что платит высокие налоги, на которые содержатся нигде не работающие бездельники, мигранты, получающие высокие социальные пособия, живущие в своих кварталах, гетто, на фиг не чтящие законы Европы, и всем довольны. И коренное население, которому всегда вбивали в голову: давайте будем толерантными, пусть любой ценой будет мир, будем прощать, — оно устало. И поэтому Брейвик символичен в чем-то, к сожалению. Вы будете удивлены, но не только в России, а и в той же самой Норвегии сейчас куча народу считает, что Брейвик в чем-то был прав.

В.ОВЧИНСКИЙ: По всему миру у него группы поддержки. Я как раз не удивлен, я прогнозировал это.

А.БЕЛЯКОВ: Поэтому неважно, какой он, Брейвик, важно, что существует проблема и сегодняшние технологии миграционной политики, а в России они вообще отсутствуют.

С.БУНТМАН: Брейвик — показатель наличия проблемы?

А.БЕЛЯКОВ: Индикатор. Миграционной политики в России нет никакой. Никаких механизмов решения проблемы нет.

В.ОВЧИНСКИЙ: И национальной политики никакой нет.

А.БЕЛЯКОВ: С телеканалов нас зомбируют, что мы должны быть толерантными, не замечать, у нас все хорошо, никаких неофашистов у нас нет, никто никого не убивает. Если вдруг даже убили кавказцы русских или наоборот, — это бытовая преступность, а ничего такого – даже не думайте.

В.ОВЧИНСКИЙ: Недавно депутаты Мосгордумы, и потом даже депутаты Госдумы поддержали это предложение – запретить упоминать этническую и национальную принадлежность преступников – под лозунгом, что у преступников нет национальности. Я говорю — вы что творите? Под этим лозунгом вы проблему не стираете, а загоняете внутрь, и готовите социальный взрыв.

А.БЕЛЯКОВ: Абсолютно. Так вот Европа ровно такими же технологиями к этому пришла.

В.ОВЧИНСКИЙ: Это пагубные технологии.

С.БУНТМАН: Смотрите, что получается — когда говорят, что надо уважать образ жизни и традиции москвичей, я смотрю вокруг – налево, направо, на пол особенно, около урны — я уже много десятков лет не вижу никакой традиции, не могу выделить, в ч ем традиция. Традиция плевать мимо урны? Это мы сами делаем, не мигранты. Мы не можем установить, кто такой москвич и как он себя ведет. В.ОВЧИНСКИЙ: Это бытовое. Но когда в столице начинаются массовые жертвоприношения животных на религиозные праздники…

С.БУНТМАН: Хорошо – запретить?

В.ОВЧИНСКИЙ: Нет, выделить специальные участки. Люди хотят соблюдать шариат – пусть соблюдают, но на определенных участках, пусть этого не видят люди, которые не хотят этого видеть. В этом задача государство – обеспечить разделение, чтобы не вызывать лишние конфликты.

А.БЕЛЯКОВ: Кстати, это тоже повод для дискуссии — разделять, или не замечать?

В.ОВЧИНСКИЙ: Мы видим, что происходит, когда не замечаем.

А.БЕЛЯКОВ: Разделять тоже нехорошо получается.

В.ОВЧИНСКИЙ: Я не спорю с вами ни в одном слове по поводу пагубности того мультикультурализма, который мы наблюдаем в Европе и его извращенные формы, которые мы наблюдаем у нас в стране – именно извращенные, потому что реального мультикультурализма у нас нет, есть какой-то бред, как заявление депутатов Мосгордумы. Я говорю о том, что это не главная проблема, на мой взгляд, потому что проблема у него фашистская – отрицание современного западного общества.

С.БУНТМАН: Мы смешиваем две проблемы.

В.ОВЧИНСКИЙ: Это одна из маленьких проблем — мультикультурализм.

А.БЕЛЯКОВ: Я об этом и говорил — псевдо-демократия.

В.ОВЧИНСКИЙ: Не «псевдо». Отрицание того типа социально-политического устройства.

С.БУНТМАН: Он тоже считает, что это псевдо-демократия?

А.БЕЛЯКОВ: Конечно. И это востребовано населением.

В.ОВЧИНСКИЙ: Согласитесь, что это выходит за рамки мультикультурализма.

А.БЕЛЯКОВ: Это звенья одной цепи.

В.ОВЧИНСКИЙ: Но мультикультурализм там не главное.

А.БЕЛЯКОВ: Возможность реализовать себя в современном обществе – есть она, или нет. Она может быть разной – в культуре, политике, экономике. Если человек не в состоянии себя реализовать, у него возникает протест.

В.ОВЧИНСКИЙ: Мы наблюдаем в Европе, на фоне отрицания европейской политической системы, реанимацию фашизма. Самое главное, что самые сильные ростки – у нас на уровне этих групп ненависти подпольных, фашистских, но в легальном виде они существуют в странах Балтии, в бывших советских республиках. Произошел теракт фашиста, а вчера в Эстонии представитель правительства заявляет, что комендант нацистского концлагеря Ягалло, где были тысячи людей уничтожены, основном евреи, коммунисты-эстонцы и русские, Александр Лаар, внесен в список эстонского общества «Мемента» — это аналог «Мемориала» — как невинная жертва советской оккупации.

А.БЕЛЯКОВ: Вы видите связь между этими событиями?

В.ОВЧИНСКИЙ: Конечно. Потому что под знаменами фашистскими ходят на Западной Украине, ставят памятник Бендере, другим фашистским убийцам. В Латвии маршируют эсесовцы каждый год. Мы имеем реанимацию фашизма, прежде всего, в Прибалтике.

А.БЕЛЯКОВ: Безусловно, мы ее имеем, правда, с Брейвиком я бы ее осторожно связывал, равно как и с перестройкой.

В.ОВЧИНСКИЙ: Фашизм это черный интернационал.

С.БУНТМАН: Давайте скажем коричневый, потому что черный – это все-таки анархисты.

А.БЕЛЯКОВ: Ух, Владимир Семенович.

С.БУНТМАН: Предоставим нашим слушателям возможность проголосовать. Считают ли они, что мультикультурность, политкорректность порождают неонацизм, что это корень.

А.БЕЛЯКОВ: Не нацизм — экстремизм. Сами допускаем политкорректность. Мы не знаем, убивал Брейвик из националистических соображений, или фашистских. Мы решили, что Брейвик фашист?

В.ОВЧИНСКИЙ: У него серьезный замес.

А.БЕЛЯКОВ: Так с чего вы решили, что он фашист?

В.ОВЧИНСКИЙ: Он в суде сказал, что войдет в историю как человек, который совершил самый громкий фашистский теракт после Второй мировой войны.

С.БУНТМАН: Мы сейчас проверяем Брейвика на чистоту фашистской доктрины? А нацист ли он? Может быть, он фалангист.

В.ОВЧИНСКИЙ: Он еще заявил, что масон, поместил фотографию в фартуке и с мастерком.

А.БЕЛЯКОВ: Кстати, он еще и с движением «Наши» связан. Он хвалит движение «Наши», заявил, что в Лондоне, на сходке, были представители из России, заявил о том, что движение «Наши», созданное Путиным, это идеальная структура — 120 тысяч молодых бойцов. Еще и пропиарил.

С.БУНТМАН: Там чудовищная каша, как и во многих таких теориях, а мы сейчас ее серьезно разбираем?

В.ОВЧИНСКИЙ: Потому что такая же чудовищная каша в головах у миллионов современных граждан.

С.БУНТМАН: К счастью, не все они стреляют в общественных местах.

А.БЕЛЯКОВ: Но политика замалчивания не только в этом. Не хочу на эту сладкую тему скатываться, но педофилия существовала долгие годы в России, со всего мира ездили, и молчали – нельзя было ничего писать. Сейчас начали говорить, и теперь у нас каждый день по скандалу – то извращенец в Пенсионном фонде, то в Вооруженных силах, то в школе, то в детском саду. А было просто запрещено писать. Представьте себе, завтра мы начинаем: выходец из такой-то республики напал на женщину из такой-то республики.

С.БУНТМАН: И все взорвется.

А.БЕЛЯКОВ: Конечно.

С.БУНТМАН: А что делать? Нужна политика? Объявлю результаты голосования. Считаю, что именно политкорректность порождает экстремизм 71,5%.

А.БЕЛЯКОВ: Абсолютно логично. У старушки-Европы ровно такое же мнение.

С.БУНТМАН: Так что делать? Какая должна быть политика? Тосковать о доперестроечном времени можно, но не продуктивно.

В.ОВЧИНСКИЙ: Пока мы с вами прекрасно знаем, что все факты межнациональных конфликтов, которые были в Кондопоге, Сагре, на манежной площади, вызваны были не самими межнациональными конфликтами, а коррупцией, связанной с тем, что покрывались реальные преступники. Кондопога – не принимались заявления, потому что получали деньги от местной милиции, в Сагре вообще мафиозный клубок скрывается по всем уровням.

С.БУНТМАН: Манежка — потому что ребята в форме отпустили одного из подозреваемых.

А.БЕЛЯКОВ: Позавчера сижу в московском кафе. Напротив два из кое-какой республики, ведут себя просто хамски. И без всякой коррупции я бы подошел и дал бы в репу. Никакой коррупции не было – они просто вели себя по-хамски.

С.БУНТМАН: После того, как вы дадите в репу, мне очень не хочется зачитывать ваш некролог. Вы сказали,что дадите в репу, но не вызовите полицию.

А.БЕЛЯКОВ: Но речь шла не о том, какой они национальности, а о том, как они себя вели. Иногда возникает желание повести себя неполиткорректно и к своим соплеменникам, и к чужим – это вопрос этики.

С.БУНТМАН: Господа, у нас все. Мы ставим многоточие. Спасибо вам большое. Конечно, мы перешли рамки заявленной темы.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире