'Вопросы к интервью
И. ВОРОБЬЕВА – Здравствуйте. Это программа «Кейс». Рада приветствовать вас у ваших радиоприемников. Вы подключились вовремя, я по традиции вас с этим поздравляю. Потому что это самая лучшая, самая справедливая программа на волнах радиостанции «Эхо Москвы» и телекомпании RTVi. Ну что же, здравствуйте, уважаемые господа эксперты. Мои постоянные эксперты программы. Юрий Кобаладзе, Антон Орехъ, добрый вечер. У нас сегодня три кейса и кстати российские кейсы опять сегодня.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — А заявлений никаких не будет?

А. ОРЕХЪ — Российский и расистский.

И. ВОРОБЬЕВА – Да, у нас разные кейсы сегодня. Юрий Георгиевич.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Меня вышибли из тарелки можно сказать.

А. ОРЕХЪ — Летающей?

И. ВОРОБЬЕВА – А что с вами случилось?

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Я пришел, я хожу на «Эхо Москвы» как на праздник. И с чем я столкнулся?

А. ОРЕХЪ — С неприкрытым…

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Я бы сказал не хочу называть это слово, но меня обгунявили полностью.

И. ВОРОБЬЕВА – Кто посмел, Юрий Георгиевич?

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Во-первых, Самсонова, есть такая у вас. Она просто надо мной в течение 20 минут издевалась.

А. ОРЕХЪ — И вы терпели.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Потом я обратился к кому? К нашей ведущей за поддержкой, за сочувствием, вниманием. За лаской.

А. ОРЕХЪ — А чего гунявила Самсонова-то?

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Не знаю, гунявила полностью.

А. ОРЕХЪ — Она по профессиональной, по мужской, по национальной.

Материалы по теме

Справедливо ли обвинение британских полицейских в адрес Скотланд-Ярда? (Кейс)

да, справедливо
65%
нет, не справедливо
14%
затрудняюсь ответить
21%


Ю. КОБАЛАДЗЕ — Она по всем параметрам и в конце концов она сняла мои очки и выставила их в твиттер и сказала, что я просто папуас.

И. ВОРОБЬЕВА – Она сказала, что вы потрясающий, вы не так все услышали.

А. ОРЕХЪ — Где очки?

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Вот они. Это редкие очки.

И. ВОРОБЬЕВА – Вот они редкие, драконы, тот самый замечательный чудесный Юрий Георгиевич.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — А Журавлева…

И. ВОРОБЬЕВА – А у Журавлевой сегодня день рождения, между прочим.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Да, мы ее поздравляем.

И. ВОРОБЬЕВА – Олечка, с днем рождения тебя, ты чудесная и прекрасная.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — А вот Воробьева тоже себя повела не по-товарищески.

А. ОРЕХЪ — А она что?

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Что-что, мне было обидно и грустно, я телефон свой потерял.

И. ВОРОБЬЕВА – Юрий Георгиевич, ничего не потеряли. Просто в нашем эфире не будет жужжать ваш мобильник.

А. ОРЕХЪ — Нашедшему, Юрий Георгиевич, -Бентли.

И. ВОРОБЬЕВА – Куда пропал Гусман, — спрашивает Максим. Максим, скоро Гусман вернется.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — 10-го числа он обещал быть.

И. ВОРОБЬЕВА – Через две недели. Да, я сегодня в твиттере вешала фото косичек, кто хочет посмотреть, включайте Сетевизор.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Твои косички?

И. ВОРОБЬЕВА – Мои.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Аськи-буськи это называется.

И. ВОРОБЬЕВА – Ну вот что же с этим поделаешь. Ну что же давайте начинать нашу программу. Слушать наши дела. Первый кейс у нас российский. И Александр Борзенко все наши кейсы сегодня подготовил. И сейчас он нам расскажет о деле, которое называется «Трамвай желания».



Челябинская полиция возбудила уголовное дело против 15-летнего подростка – в начале октября он угнал трамвай и в течение сорока минут «работал» вагоновожатым. Мальчик залез в трамвай во время обеденного перерыва и отправился по маршруту. По пути он аккуратно останавливался на остановках, принимал и выпускал пассажиров, немало обрадованных отсутствием кондуктора, отмечают местные СМИ. Сразу после угона сотрудники трамвайного управления вызвали полицию, в конце концов, на пути следования юного угонщика перевели стрелку, и вагон зашел в депо — там подростка заставили покинуть трамвай и задержали. Позже против него возбудили уголовное дело по статье «неправомерное завладение транспортным средством», она предусматривает до пяти лет лишения свободы. Впрочем, по оценке полиции, тюремный срок подростку не грозит — он не причинил предприятию никакого ущерба, если не считать нескольких безбилетных пассажиров, не сломал оборудование и не сопротивлялся при задержании. Кроме того, замдиректора местного трамвайного управления Галина Цой рассказала, что юный угонщик – «настоящий фанат трамваев». Он несколько лет был постоянным гостем в мастерских, познакомился со всеми слесарями и водителями, изучил устройство транспорта по интернету. Словом, как она выразилась, «мечтал работать на электротранспорте, а, увидев пустой вагон, просто не удержался».



И. ВОРОБЬЕВА – Мечты сбываются. И не сбываются. Ну что скажете, уважаемые.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — А чего делала Галина Цой там вообще? Я целиком поддерживаю, я за мальчика.

А. ОРЕХЪ — Я все-таки даже не стану спорить.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Это такой эпизод из книги Платонова. Он описывает любителей паровоза, фанатическое…

А. ОРЕХЪ — Или из фильма «Край».

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Да. Просто такой порыв, такое увлечение, такая романтика, что рука не поднимается его осудить.

А. ОРЕХЪ — Я даже не могу спорить. Хотелось бы съязвить, не получается.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Как мальчика-то звали?

И. ВОРОБЬЕВА – Зовут, а не звали.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Он угнал трамвай.

И. ВОРОБЬЕВА – Это все чудесно, я прекрасно понимаю, мечта, ничего он не сломал, все нормально.

А. ОРЕХЪ — Всех довез.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — И сейчас она скажет: а если каждый угонит трамвай.

И. ВОРОБЬЕВА – Таким образом подростки посмотрят на это дело, ничего мальчику не сделали. И подумают, прекрасно, я всегда мечтал водить вагон метро, водить самолет, вертолет, машину и так далее. Машину скорой помощи или пожарную.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Никакой романтики.

И. ВОРОБЬЕВА – И что будет дальше. Дети полезут во все машины, самолеты и вагоны.

А. ОРЕХЪ — Календарь майя сбудется.

И. ВОРОБЬЕВА – Кто-то в любом случае погибнет.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Воробьева, я тебя держал за такую восторженную пылкую девицу.

А. ОРЕХЪ — У нее темперамент и ее увлечения в быту таковы, что она сама ездит на трамвае…

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Я думал она скажет: боже мой, я бы встречала этого мальчика с цветами.

А. ОРЕХЪ — Пролазит в какие-то дымоходы.

И. ВОРОБЬЕВА – Я уже совершеннолетняя, могу делать все, что хочу.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Ты могла бы украсть трамвай?

И. ВОРОБЬЕВА – Нет. Не могу.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — В этом есть какая-то романтика. Алые паруса, капитан Грей.

А. ОРЕХЪ — Трамвай это не какая-то безбрежная машина неуправляемая. Он же ездит строго по определенному маршруту.

И. ВОРОБЬЕВА – Я в курсе. По рельсам.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — А если другой любитель подошел бы, рычаг перевел.

И. ВОРОБЬЕВА – Вот, два подростка, один всегда хотел быть стрелочником, понимаете.

А. ОРЕХЪ — А еще лучше если набить трамвай взрывчаткой.

И. ВОРОБЬЕВА – Нет, не надо, без терроризма пожалуйста.

А. ОРЕХЪ — Ну зачем, а второй перевел стрелку. А третий чего-то еще. Там один конкретный мальчик.

И. ВОРОБЬЕВА – За рулем трамвая или рычагом нормальный водитель, а кто-то всю жизнь мечтал быть стрелочником. Вот он переводит стрелки.

А. ОРЕХЪ — Это беспредметный у нас будет разговор, потому что кто-то мечтал об этом, а кто-то еще. А если бы ты вез патроны, а я и вез патроны. Ты понимаешь, вот конкретный случай. Не кто-то переводил стрелки, а вот этот мальчик романтик. Мы не говорим вообще, мы говорим в частности. Мальчик романтик. Причем обратите внимание…

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Я хочу Антона поблагодарить за единодушие, за солидарность.

А. ОРЕХЪ — Он познакомился со всеми слесарями и водителями. Изучил устройство транспорта, мечтал работать. То есть я думаю, что если бы правосудие вошло в положение этого юноши…

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Так оно вошло.

И. ВОРОБЬЕВА – Нет, еще пока нет.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Войдет.

А. ОРЕХЪ — Если бы правосудие было гуманным, понимающим, то оно сделало бы так, что даже если бы этого мальчика наказали, то его наказали бы работой в трамвае.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Аккуратно останавливался на остановках.

А. ОРЕХЪ — Принимал, выпускал.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — …пассажиров, немало обрадованных отсутствием…

А. ОРЕХЪ — То есть обрадовал пассажиров еще. Если бы они ему в качестве наказания какового он не заслуживает по нашему мнению, но все-таки они бы его определили работать общественные работы в трамвайном депо, то человек, во-первых, отбыл наказание, а, во-вторых, еще глубже изучил профессию.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Жалко нет Гусмана, он бы вспомнил случай в Одессе, там трамвай ходит…

И. ВОРОБЬЕВА – Послушайте, нам пишут наши слушатели, что я паникер, во-первых, во-вторых, предлагают осудить ребенка на общественные работы. Пусть 15 суток водит трамвай. Сергей напоминает, что некоторые политические лидеры не так давно водили комбайны, между прочим. Есть подозрение, что это была мечта детства.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Я не хочу даже на эту тему рассуждать.

И. ВОРОБЬЕВА – Конечно, кто бы сомневался, что Юрий Георгиевич Кобаладзе откажется говорить на эту тему.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Что за глупость. Причем они вдвоем друг друга контролировали…

И. ВОРОБЬЕВА – Страховали, конечно.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Комбайны не ходят по городу.

А. ОРЕХЪ — Гарант и действующий гарант…

Ю. КОБАЛАДЗЕ — И будущий.

И. ВОРОБЬЕВА – И предыдущий.

А. ОРЕХЪ – Три гаранта на двух комбайнах косили.

И. ВОРОБЬЕВА – И столько всего накосили.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Причем косили, никому не угрожали. Они не ехали по городу. Я считаю, что это сравнение неуместно и провокационно.

И. ВОРОБЬЕВА – Таня пишет: какой молодец, вот бы все работали, потому что нравится и людей бесплатно возили. Сергей из Барнаула: нельзя строго судить мальчика, если его осудят, сломают его мечту и вместо вагоновожатого получат плохого инженера.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Я давно не помню такого единодушия.

И. ВОРОБЬЕВА – Однако же, Кощей…

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Бессмертный.

И. ВОРОБЬЕВА – Спрашивает: Юрий, а если бы он угнал танк «Тигр» из музея в Кубинке, тоже интересный механизм.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Вот это понимаешь, знаток человеческих душ, инженер. А если бы, а если бы он угнал космический корабль.

А. ОРЕХЪ — Вот когда он угонит танк «Тигр», тогда мы обсудим в кейсе под названием – Тигр.

И. ВОРОБЬЕВА – Я помню, тут недавно полицейского защищали, который Феррари разбил. Взял покататься. Ничего, разбил.

А. ОРЕХЪ – Это было в отсутствие Юрия Георгиевича.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Я непричастен к этому безобразному инциденту.

И. ВОРОБЬЕВА – Андрей спрашивает: а если кто-то возьмет покататься Бентли. С другой стороны Айрат пишет: такие мальчишки – двигатели прогресса и на них держится мир.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Конечно, Стив Джоб.

И. ВОРОБЬЕВА – Рита говорит: мой земляк челябинец рисковал. У нас интенсивное движение. Роман из Волгограда…

А. ОРЕХЪ — Он изучил же, он же бывал. Он знал все.

И. ВОРОБЬЕВА – Роман и пишет: ура, в стране есть еще увлеченные люди, я за подростка вагоновожатого.

А. ОРЕХЪ — Да, конечно это очевидно.

И. ВОРОБЬЕВА – Виновата система, исчезли бесследно детские дороги, где такие романтики могли бы осуществить свою мечту.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — А правда есть эти паровозики, я обожал кататься на них.

А. ОРЕХЪ — Нет.

И. ВОРОБЬЕВА – А, кстати, недавно была история, Андрей напоминает, что была уборщица, которая мечтала работать стоматологом, все изучила, в итоге изувечила несколько человек.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — И старую еще бормашинку принесла.

И. ВОРОБЬЕВА – Ужас вообще, кошмар на улице Вязов. Так, давайте голосовать. А я пока почитаю ваши sms-сообщения, коих набралось достаточно много. Мальчик из Челябинска прям всех поразил.

ГОЛОСОВАНИЕ

И. ВОРОБЬЕВА – Нам Геннадий пишет: хорошо, что он не мечтал быть летчиком.

А. ОРЕХЪ — На пустом месте ерничают. Если бы куда-то, вот конкретная история. Хороший мальчик вел аккуратно трамвай. А не глупый мальчик набил бомбовоз ядерными зарядами и летал над Челябинском.

И. ВОРОБЬЕВА – Володя пишет, внимание: я всегда мечтал управлять государством.

А. ОРЕХЪ — Ха-ха-ха, Володя.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Тот самый Володя? Комбайнер.

И. ВОРОБЬЕВА – Мальчика заставить работать в трамвае. А некоторых других работать на комбайне. Андрей говорит: госпожа ведущая, если суды будут по вашей мерке ко всему подходить, всех пересажают. А адекватное видение ситуации. Уважаемый слушатель Андрей…

Ю. КОБАЛАДЗЕ — То есть Воробьева оказалась в полной изоляции.

И. ВОРОБЬЕВА – Полный неадекват. Андрей, уважаемый, я имею право на свое мнение. Вот вы не можете мне отказать в том, чтобы оно у меня было. Ольга пишет, вот сейчас мне очень нравится: в качестве исключения я за мальчика. Мечты должны сбываться. Айрат пишет: все испытатели, конструкторы, гении начинали ровно с таких же авантюр. Игорь из Питера: ну причем тут мальчик, пусть трамвай охраняют тщательнее. Я в 13 лет чуть на АН-2 ни улетел. Только мотор завел. Нормально вообще.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Хороший мальчик.

И. ВОРОБЬЕВА – Ну что у нас с голосованием. Все отлично. Останавливаем. Итак, все-таки 12% мне удалось у вас отбить. Отжать и отгрызть.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Что это за люди.

И. ВОРОБЬЕВА – 12% считают, что надо все-таки наказать мальчика.

А. ОРЕХЪ — Это полицейское государство.

И. ВОРОБЬЕВА – 88% считают, что не надо.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Жалко, что нет фамилии этого мальчика, мы бы послали ему сейчас приветственную телеграмму. Держись.

И. ВОРОБЬЕВА – Не могу не дочитать sms к этому кейсу, Дмитрий из Санкт-Петербурга считает, что директора депо нужно под суд за использование детского труда и ротозейство. В Саратове на 9 мая некто пьяный, не умеющий водить, угнал автобус, который привез милицию охранять мероприятие, выехал на линию, собирал пассажиров и оплату. Это пишет Сергей. Наказания не последовало. Татьяна пишет, что детская железная дорога работает в Кратово. В депо общественные работы. Антон пишет: с вами север России, мы вас слышим и болеем за вас.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — За кого за вас?

И. ВОРОБЬЕВА – За Антона.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — А за меня уже не болеют.

И. ВОРОБЬЕВА – А Светлана приглашает нас с вами в Королев.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Сегодня не мой день, за тебя болеют, за меня – нет.

А. ОРЕХЪ — Ну мы же вместе тандемом выступали.

И. ВОРОБЬЕВА – Вы на комбайне сегодня. Светлана зовет в Королев, у них есть паровозики. Давайте мы продолжим немножко детскую тему. Хотя конечно, это только название. Не пугайтесь. На самом деле кейс довольно серьезный. Я прошу вашего внимания. И прошу внимательно отнестись к следующему кейсу, который называется «Мороженое».



Члены радикальной иудейской секты «Сикриким» атаковали кафе-мороженое «Зисалек». Ортодоксы считают, что поведение посетителей заведения, которые публично облизывают мороженое в вафельных стаканчиках непристойно. Это облизывание, уверены последователи секты, провоцирует людей на беспорядочные половые связи. Стоит отметить, что для владельцев кафе нападение едва ли бы полной неожиданностью: ведь их заведение находится в ультрарелигиозном квартале Меа-Шеарим в Иерусалиме. Всем известно, что в таких районах действуют свои правила. Хозяева пытались им соответствовать – в частности, повесили плакат, где призывали своих посетителей воздержаться, по возможности, от публичного облизывания мороженого. Однако убирать из своего меню мороженое в вафельных стаканчиках не стали. Сектанты сочли плакат недостаточной мерой, ворвались ночью в кафе и учинили там погром.



И. ВОРОБЬЕВА – Вот так против мороженого надо бороться.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Я сейчас подумал, что это многослойный такой кейс.

А. ОРЕХЪ — У нас сегодня как единодушие наметилось с первых звуков предыдущего кейса. Я пока слушал, чувствую, что всплывает пласт за пластом.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Во-первых, эти идиоты сектанты. Идиоты владельцы этого кафе.

А. ОРЕХЪ — Не идиоты, в принципе даже название секты тоже…

И. ВОРОБЬЕВА – Можно попросить сейчас внести в студию мороженое, которое Юрий Георгиевич принес нам перед кейсом, чтобы он его в конце концов все-таки попробовал. На публике. Чтобы его сектанты уже ждали.

А. ОРЕХЪ — Даже в названии секты Сикриким чувствуется какой-то айскрим.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Ребята, но вообще-то, Антон, ты согласишься со мной, что я иногда, когда вижу, как облизывают мороженое, меня тоже тянет на беспорядочные половые связи.

И. ВОРОБЬЕВА – Боже мой, Юрий Георгиевич.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Но я говорю: Юра, возьми себя в руки, не смотри, не возбуждайся и я прохожу мимо. Но запретить людям облизывать мороженое, правда, можно по-разному облизывать. Хорошо, что Гусмана нет, он бы нам показал, как облизывать мороженое.

И. ВОРОБЬЕВА – Юлий Соломонович, я знаю, что вы нас слышите, что вы на нас смотрите, едите мороженое сейчас, объясните этому вот человеку.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Ира права, я кстати носил мороженое, я видел, как некоторые его тут облизывают. Я вам скажу, что это было просто скандальная ситуация.

А. ОРЕХЪ — И приносили новое. Чтобы проверить свои впечатления.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Потом меня вызвал Венедиктов, я тебя прошу, не носи.

И. ВОРОБЬЕВА – Неправда, он вам сказал наоборот: Юра, побольше мороженого.

А. ОРЕХЪ — В стаканчиках.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — А эскимо?

И. ВОРОБЬЕВА – Ой-ой, опасно.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Это держишь и облизываешь. Это же можно довести дело до, ой-ой. Нет, ребята, так о чем здесь спрашивают. Правы или неправы.

А. ОРЕХЪ — Кто, может быть даже невозможно понять, кто не прав.

И. ВОРОБЬЕВА – Справедливо ли запрещать облизывать мороженое в вафельных стаканчиках?

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Нет. Я считаю, что нет.

А. ОРЕХЪ — Но как они его собираются.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Нет, смотря как.

И. ВОРОБЬЕВА – Вот, смотря как. А как?

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Надо облизывать так, чтобы не побуждать людей…

А. ОРЕХЪ — В черном пакете башку туда, и там оттуда что хочешь…

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Надо выжать из стаканчика.

А. ОРЕХЪ — Ну продаются же в запечатанных упаковках эротические журналы. Также и мороженое в стаканчике. Будет продаваться в непрозрачной черной упаковке.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — И выдавливать его на тарелочку.

А. ОРЕХЪ — Погружаешь туда лицо частично, чтобы глаза…

И. ВОРОБЬЕВА – Но вы же понимаете, что сам процесс поедания мороженого в стаканчике это примерно 50% от удовольствия всего процесса поедания мороженого. Если вы сейчас запретите облизывать мороженое в стаканчике, вы просто автоматом все удовольствие…

А. ОРЕХЪ — Я и говорю, как они его будут есть.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Я подумал, может в тарелку выдавливать. А кто увидит, как ты его выдавливаешь…

И. ВОРОБЬЕВА – Юрий Георгиевич.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Ой-ой. Это как ни крути попадаешь в очень такую деликатную я бы сказал ситуацию.

И. ВОРОБЬЕВА – Какие слова, боже мой.

А. ОРЕХЪ — Все-таки до сих пор непонятно, как в принципе тогда питаться мороженым.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — А если оно течет по губам, пальчиком…

И. ВОРОБЬЕВА – Юрий Георгиевич, сейчас вы совсем как-то не волнующе, я вам открою секрет.

А. ОРЕХЪ — А что вы еще знаете.

И. ВОРОБЬЕВА – Кстати да.

А. ОРЕХЪ — О способах. Чтобы если попадем в Шеарим, чтобы знать, как не попасть впросак.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Я вам скажу, я фанат мороженого, обожал его всегда. Крем-брюле, шоколадное. Когда течет.

И. ВОРОБЬЕВА – А наш слушатель знаете, что пишет: каждый год в Германии проходит фестиваль сосисок. Что они с ними делают.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — О-о.

А. ОРЕХЪ — Неужели едят.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — А раньше я знаю в Петербурге давно, когда он еще назывался Ленинград, можно было купить просто стаканчики. Вафельные. Отдельно, потому что денег не было на мороженое. Рубль 45 стоило мороженое, как сейчас помню. На него денег не было. И мы покупали стаканчики. Я же старый человек уже.

И. ВОРОБЬЕВА – Владимир пишет: хорошо, что сектанты на заводы не ходят, а то бы вся промышленность встала. Там знаете сколько механизмов всевозможных с возвратно-поступательным движением поршней.

А. ОРЕХЪ — Кривошипно-шатунный механизм один чего стоит.

И. ВОРОБЬЕВА – Что такое.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Мне как-то неловко обсуждать это.

И. ВОРОБЬЕВА – Почему? Вот Аня пишет: доброго вечера моему приличному «Эху». Я считаю, что надо не подвести сейчас Аню.

А. ОРЕХЪ — Мы просто пытаемся разобраться в этой ситуации.

И. ВОРОБЬЕВА – Дмитрий пишет: Оренбург за Ореха. А Рената пишет: обожаю Юрия Георгиевича.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Угу. Я ее приглашаю на мороженое.

И. ВОРОБЬЕВА – Хорошо. Ренату?

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Это Рената или Ренат?

И. ВОРОБЬЕВА – Рената. Она правда не из Москвы. Но я думаю, что вы с этим справитесь.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Ну тогда я съезжу. Откуда она?

И. ВОРОБЬЕВА – Не знаю. +7982. Рената, напишите, откуда вы, чтобы Юрий Георгиевич знал, куда вести мороженое. Довезет, не довезет.

А. ОРЕХЪ — Приедет, будет показывать, как оно таяло.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Перестань, я прошу тебя.

А. ОРЕХЪ — Таяло так и так.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Перестань.

И. ВОРОБЬЕВА – Прекратите, пожалуйста, Антон Орехъ. Оренбург за вами следит. Напомню, обсуждаем мы, справедливо ли запрещать облизывать мороженое в вафельных стаканчиках.

А. ОРЕХЪ — Хотя на самом деле надо было бы обсудить погром. Потому что провоцирует ли стаканчик…

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Что это такое.

А. ОРЕХЪ — Почему обязательно беспорядочный. Может, он посмотрел на стаканчик и кинулся скорее домой. К супруге.

И. ВОРОБЬЕВА – Алексей поддерживает Ореха.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Даже не улыбнется.

А. ОРЕХЪ — А эти точно совершенно…

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Орехъ такие пасы, пассажи.

А. ОРЕХЪ — Задокументировано разгромили, Юрий Георгиевич. Ну поддержите меня.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Абсолютно. Мы сегодня работаем…

А. ОРЕХЪ — Погром есть погром. А беспорядочные связи это еще вопрос.

И. ВОРОБЬЕВА – В случае с Кобаладзе беспорядочные связи доказывать не надо.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Почему это?

И. ВОРОБЬЕВА – Он же только что всё всем объяснил. Как он мороженое носил на радиостанцию «Эхо Москвы».

А. ОРЕХЪ — И что из этого получилось…

И. ВОРОБЬЕВА – Не знаю.

А. ОРЕХЪ — Мороженое было, связей – нет.

И. ВОРОБЬЕВА – Иногда опаздывал на эфир «Кейса». Всякое бывало.

А. ОРЕХЪ — Ужас какой.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Дело в том, что эти сектанты делать нечего…

А. ОРЕХЪ — Вот у кого что болит, Юрий Георгиевич, вот что мы ответим сектантам.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Это секта распущенная.

И. ВОРОБЬЕВА – Тут нам напоминают, что есть на улице вообще неэтично. Пишет Аня.

А. ОРЕХЪ — А чего продают тогда все. Хурма.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Во всех южных городах, да даже в Москве летом веранды открытые.

И. ВОРОБЬЕВА – Алексей предлагает провести национальную программу обучения правильному облизыванию мороженого.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Я готов давать уроки. Правильного и неправильного.

И. ВОРОБЬЕВА – Говорят, что вообще-то мороженое можно есть ложечкой.

А. ОРЕХЪ — Из стаканчика.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Это такое может навеять, я вам скажу.

И. ВОРОБЬЕВА – Да что же такое. Что же вас все не устраивает.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Стаканчик и ложечка. Тут даже ко рту не надо подносить, начинается просто нервная дрожь.

И. ВОРОБЬЕВА – Сейчас я как-то даже…

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Тебе показать?

И. ВОРОБЬЕВА – Не надо. Я вам верю. Алексей пишет анекдот: чтобы не показаться на первом свидании доступной, Елена ела банан ложкой. Это пожалуйста, да.

А. ОРЕХЪ — Заметьте, не мы прочли это.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Даже не Винни-Пух.

И. ВОРОБЬЕВА – А что тут, ничего такого. Таня пишет: каждому что-то не нравится.

А. ОРЕХЪ — Я вам потом прекрасный расскажу анекдот про…

И. ВОРОБЬЕВА – Я вас умоляю, прекратите, только не сейчас.

А. ОРЕХЪ — Про 13. Воробьева знает.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Хорошо. Записываю.

А. ОРЕХЪ — Для обладателей Сетевизора мы обязательно вместо новостей. И. ВОРОБЬЕВА – Новости уже прошли. Все уже.

А. ОРЕХЪ — Они же будут еще в 9.

И. ВОРОБЬЕВА – Мы не дождемся. Татьяна пишет: интересно, если каждому что-то не нравится выход один – референдум по каждому поводу, вот интересная жизнь идет. Рената, которая любит Кобаладзе, что бы он ни сделал и что бы ни сказал, напишите, откуда вы нам пишите. Кобаладзе уже требует адрес. И фото пожалуйста, только мне в почту. Я посмотрю, потом похихикаю над ним. Сектанты, этим все сказано, – пишет Андрей. Они рабы букв своего закона, ну облизывают с удовольствием, что такого.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Сектанты в данном случае просто позорно выглядят. Особенно с этим погромом.

А. ОРЕХЪ — Сектанты выглядят позорно, а продавцы мороженого глупо.

И. ВОРОБЬЕВА – Но с другой стороны нам пишут, мороженое, конечно, можно есть ложечкой. А что делать с чупа-чупсом. Все, до свидания, Кобаладзе, да, до свидания.

А. ОРЕХЪ — Так мы не дойдем до третьего кейса.

И. ВОРОБЬЕВА – Юрий Георгиевич, ну прекратите немедленно. Ну что же такое. Юрий Георгиевич. Дети нас слушают.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Голосуй, потому что сейчас договоримся.

А. ОРЕХЪ — Это Кобаладзе в своей торговой точке наладил выпуск, ужас.

И. ВОРОБЬЕВА – Тихо.

А. ОРЕХЪ — То есть это немецкая явно штука.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Нет, я вообще даже не понимаю. Его слизываешь до тех пор пока он ни слизался весь.

А. ОРЕХЪ — В кассе у вас часа по полтора можно несколько таких съесть.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Значит, я прошу, это вы про какие-то другие магазины рассказываете.

И. ВОРОБЬЕВА – Друзья мои, очередное признание в любви. И не только Рената. Омск тоже любит Кобаладзе. Даже без мороженого, — Нина.

А. ОРЕХЪ — Вы были в Омске?

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Нет. А обо мне там знают.

А. ОРЕХЪ — Это огромный гостеприимный холодный город.

И. ВОРОБЬЕВА – Сторонники мороженого в стаканчиках должны найти сектантов и забросать их мороженым. Наш ответ Чемберлену.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Нет, вот этот чупа-чупс я бы развил эту тему.

А. ОРЕХЪ — Вот этот огромный.

И. ВОРОБЬЕВА – Лена из Казани предлагает оборудовать кафе специальными кабинками, в которых это делать нужно. Маразм должен крепчать, на то он и маразм.

А. ОРЕХЪ — Туда просверлят дырочки, чтобы подсматривать.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — В этой кабинке уже двое будут лизать мороженое.

И. ВОРОБЬЕВА – Да почему двое-то, Юрий Георгиевич?

А. ОРЕХЪ — Потому что тогда сбудутся мечты сектантов.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — А одному чего запираться. Это же не голосование.

И. ВОРОБЬЕВА – Сейчас аккуратно.

Ю. КОБАЛАДЗЕ – Значит, приглашаешь ту девушку, которая ест банан ложкой, и уже…

И. ВОРОБЬЕВА – Вот Дмитрий нам пишет, что эти сектанты испорченные люди. Все нормально, а они вот пожалуйста.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Не вызывают никакого уважения.

И. ВОРОБЬЕВА – Аж закашлялся. Посмотрите. Дмитрий из Санкт-Петербурга, нет, это я не буду читать.

А. ОРЕХЪ — Хоть намекни.

И. ВОРОБЬЕВА – Ваши сосульки, во что вы их там переименовали.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Сосули.

И. ВОРОБЬЕВА – Так, началось.

А. ОРЕХЪ — Номер sms скажи.

И. ВОРОБЬЕВА – Я уже все прочитала практически. Тысяча два. Есть мороженое кошерное, лижите на здоровье, — пишет Валерий. Допустимо ли, — так, это я тоже не буду читать.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Запишем, запишем.

И. ВОРОБЬЕВА – Дмитрий пишет, что кошка когда есть, она же тоже языком ест, вот у нее надо учиться, она же вполне пристойно это делает.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Ой это так меня возбуждает…

И. ВОРОБЬЕВА – Юрий Георгиевич, что происходит.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Кошка, которая лижет… И. ВОРОБЬЕВА – Тихо, я сейчас этого не говорила. Прекратите немедленно.

А. ОРЕХЪ — У вас есть кошка?

Ю. КОБАЛАДЗЕ — У меня кот и приходящий. У меня два кота.

И. ВОРОБЬЕВА – Нас слушает Петя и Коля.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Что считает Петя.

И. ВОРОБЬЕВА – Они за Кобаладзе.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Пусть прокомментируют.

И. ВОРОБЬЕВА – Предлагают запретить духовые инструменты музыкальные.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Тоже между прочим. Иногда даже виолончель может довести до…

И. ВОРОБЬЕВА – Иван предлагает провести следственный эксперимент в эфире.

А. ОРЕХЪ — Мы проводим его уже минут 20.

И. ВОРОБЬЕВА – А Рената из Екатеринбурга. Ждем вашего мороженого.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Хорошо.

А. ОРЕХЪ — Это недалеко.

И. ВОРОБЬЕВА – Тут напоминают, что кроме мороженого в вафельных стаканчиках есть и другое мороженое. Господи, опять, давайте мы сейчас объявим голосование. Пока вы будете голосовать, еще прочитаем sms-сообщение. Итак, справедливо ли запретить облизывать мороженое в вафельных стаканчиках.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Несправедливо.

А. ОРЕХЪ — Несправедливо.

И. ВОРОБЬЕВА – Я думаю, что среди слушателей найдутся последователи и той и другой позиции. Позиции.

ГОЛОСОВАНИЕ И. ВОРОБЬЕВА – Анна из Москвы: Юрий Георгиевич, на мне вы обещали жениться еще летом. Гусман – свидетель. Опа.

А. ОРЕХЪ — Свидетель пока уехал.

И. ВОРОБЬЕВА – Смотри, вспоминает, мысль пошла. Сейчас.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Как зовут?

И. ВОРОБЬЕВА – Анна из Москвы.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Телефончик есть?

И. ВОРОБЬЕВА – Нет, только ай-пи адрес, извините.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Что такое ай-пи?

И. ВОРОБЬЕВА – Без телефончика.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Анна, при Гусмане я обещал жениться.

И. ВОРОБЬЕВА – Да. Леонид из Саратова, спасибо большое, нам тоже приятно, что вы нас слушаете. Сергей, понимаете, целоваться на улице после такого кейса даже не спрашивайте, конечно, нельзя.

А. ОРЕХЪ — Я считаю, что после такого кейса целоваться можно.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Только если губы не в мороженом.

А. ОРЕХЪ — Если они уже ели мороженое, после этого уже на улице можно делать все, что угодно. Потому что как мы поняли из этого кейса, что хуже мороженого ничего нет. После этого можно уже целоваться…

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Остановись.

И. ВОРОБЬЕВА – Да, сейчас осторожно. Да, тут уже пошли такие примеры. Аня пишет, что каждый воспринимает в меру своей испорченности. Это я тоже читать не буду.

А. ОРЕХЪ — У нас целый список неопубликованного. Мы для Сетевизора все это обнародуем.

И. ВОРОБЬЕВА – И это я читать не буду. И опять меня называют Даной Борисовой. Это очень смешно. Спасибо. Все, останавливаю голосование. И 16% считают, что надо запретить облизывать мороженое в вафельных стаканчиках…

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Кто эти люди?

А. ОРЕХЪ — Это те же, которые запрещали мальчику кататься на трамвае.

И. ВОРОБЬЕВА – Неправда.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Кто эти люди?

И. ВОРОБЬЕВА – Не знаю.

А. ОРЕХЪ — Это те же люди, люди злые.

И. ВОРОБЬЕВА – Ну почему сразу злые.

А. ОРЕХЪ — Без фантазии, завистливые.

И. ВОРОБЬЕВА – Так, давайте к серьезным темам перейдем уже. Пора уже.

А. ОРЕХЪ — До сих пор были серьезные темы. Итак, уважаемые присяжные, слушаем наш третий кейс. Александр Борзенко расскажет нам про дело, которое называется «Расизм».



Шестеро британских полицейских обвинили Скотланд-Ярд в расизме. Примечательно, что все они белые. Они подали иск, который будет слушаться в трибунале по деловым конфликтам, передает БиБиСи. Эта история началась два года назад. Тогда истцы выступали в роли ответчиков. Шестерых полисменов обвинили в нападении по мотивам расовой неприязни. Показания против служащих Скотланд-Ярда давал темнокожий сотрудник ведомства. На основании этих показаний один из правоохранителей — Билл Уилсон – обвинялся в жестоком обращении с подростком арабского происхождения во время задержания. Его коллегу обвинили в угрозах в адрес задержанного, а четырех других полицейских – в попытке скрыть преступление. Все шестеро были полностью оправданы. Однако это их не устроило. По словам полисменов, безосновательной жалобе был дан ход только потому, что она поступила от темнокожего человека. Истцы уверены, что начальство просто-напросто боялось скандала, который мог бы возникнуть, если иск был бы отклонен. Они считают, что в Скотланд-Ярде дискриминируют белых сотрудников. В ведомстве обвинения категорически отвергают и собираются отстаивать свою правоту в суде.

И. ВОРОБЬЕВА – Такая интересная история. Не было такой истории.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Где-то я ее слышал.

И. ВОРОБЬЕВА — Наверное, поскольку это Скотланд-Ярд, Юрий Георгиевич, я думаю, что они к вам за консультацией обращались.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Это известное мне учреждение. У меня когда в Англии квартиру ограбили, я ходил в Скотланд-Ярд, мне показывали альбомы, я преступников искал, но не нашел.

И. ВОРОБЬЕВА – А вы их видели что ли?

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Я просто сам открыл двери, впустил его в квартиру. Он пришел под видом мойщика стекол. Я только приехал, я говорю, а я вас не приглашал. Он говорит: а меня не надо приглашать. Я регулярно, он открывает блокнотик, сегодня ваша очередь. Сейчас все тут вымою. Я говорю, спасибо большое, давайте. Я говорит, только наверх схожу, посмотрю, какой там тип окна. Он сходил наверх, украл какие-то драгоценности, которые лежали на столе и сказал мне, сейчас я вернусь, пойду за ведром с мылом. И исчез.

А. ОРЕХЪ — Какой же там был тип окна.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Я доверчивый человек. И когда пришел Шерлок Холмс он сказал: мистер, вы вообще думаете, что вы делаете. Я сказал: в Советском Союзе у нас принято, мы двери не запираем. И человек человеку друг, товарищ и брат.

И. ВОРОБЬЕВА – Выдал все секреты Советского Союза, шпион, а.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — А там джунгли, их нравы. Вот такая была история.

И. ВОРОБЬЕВА – Я тут подумала, что нам с вами уважаемые очень повезло, что при обсуждении прошлого кейса не было Гусмана. Я вот сейчас подумала.

Ю. КОБАЛАДЗЕ – Гусман, если сейчас слушает, он просто ворочается на стуле. Давайте повторим.

И. ВОРОБЬЕВА – Точно надо повторить этот кейс для Гусмана.

А. ОРЕХЪ — Я думаю, не утратит актуальности.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Он вспомнит историю с тетей Сарой в городе Одессе, которая лизала мороженое.

И. ВОРОБЬЕВА – Это не про то история.

А. ОРЕХЪ — На угнанном трамвае.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Так что мы обсуждаем, я не понимаю. Ясно, что в Скотланд-Ярде что-то не в порядке.

И. ВОРОБЬЕВА – Какие-то расистские замашки.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Да ну глупость какая-то. Надо было врезать подростку так, чтобы у него уши отвалились.

А. ОРЕХЪ — По-моему, они так и сделали.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Ну и правильно сделали.

И. ВОРОБЬЕВА – Юрий Георгиевич, нас дети слушают.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — А что если он хулиган и преступник, что с ним делать. Причем тут расизм.

И. ВОРОБЬЕВА – Ну потому что я напомню вам, что их обвиняли в нападении по мотивам расовой неприязни.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Надуманно я считаю.

И. ВОРОБЬЕВА – Почему?

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Потому что они же били не арабского мальчика, они били преступника.

И. ВОРОБЬЕВА – Человек преступник или нет, определяется только судом. Я напомню.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Неважно, правонарушителя, которого задержали. Они же его лупили не потому что он араб, негр или кто-то, а потому что он правонарушитель. И если бы их обвинили в том, что они бьют за это, я бы понял. А их обвиняют в том, что они лупили араба.

И. ВОРОБЬЕВА – Уже они полностью оправданы. Но они же чего хотят. Они говорят, что жалоба была безосновательной и ей был дан ход только потому что она поступила от темнокожего человека.

А. ОРЕХЪ — Я тоже так думаю.

И. ВОРОБЬЕВА – Да что же такое сегодня с экспертами.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Это для меня сложно.

И. ВОРОБЬЕВА – Может вас держать в разных комнатах. До эфира. Или наоборот в одной. Чего весь кейс у меня вообще просто одну и ту же позицию.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Почему мы должны противоречить. Великие умы, как говорят те же…

И. ВОРОБЬЕВА – Что происходит, никакой дискуссии не происходит, вы только можете обсуждать, как лизать мороженое.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Ирочка, знаешь, что говорят англичане: великие умы думают одинаково.

А. ОРЕХЪ — …про нас была поговорка.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Абсолютно. И мы не можем противоречить друг другу, когда очевидный совершенно кейс.

А. ОРЕХЪ — Никто из нас не хочет выглядеть глупо.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Абсолютно. Сумасшедшие 16%…

А. ОРЕХЪ — Нагнетать на потеху, я что должен сказать, да, правильно били араба, потому что он араб.

И. ВОРОБЬЕВА – Да нет же.

А. ОРЕХЪ — Мы поняли, что они считают был ход этому делу, только потому, что он был араб. А был бы обычный белый, ничего бы не было. И. ВОРОБЬЕВА – Против них же еще давал показания темнокожий сотрудник ведомства.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Тоже гадину надо выгнать.

И. ВОРОБЬЕВА – Почему гадина. Почему выгнать.

А. ОРЕХЪ — Ну набрехал он получается, не подтвердилось же.

И. ВОРОБЬЕВА – Ну и что. Каждый имеет право на ошибку, что в этом сразу видеть…

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Полицейский не имеет права на ошибку. Тем более если речь идет о коллегах.

А. ОРЕХЪ – Конечно, товарищах. Братков, шестерых. И. ВОРОБЬЕВА – Это у нас здесь никто против своих не попрет. А там нормально все. Там нормальная страна.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Не надо только…

А. ОРЕХЪ — Нормальная была бы, если бы он оказался прав, а он оказался не прав и был поклеп на шестерых человек.

И. ВОРОБЬЕВА – Он обязан был исполнить свой гражданский долг.

А. ОРЕХЪ — В чем, чтобы оклеветать товарищей?

И. ВОРОБЬЕВА – И свою позицию по поводу этого избиения высказать. А не придти к ним шестерым и сказать, ну что, пацаны, давайте вы сейчас скинетесь, я ничего не буду делать.

А. ОРЕХЪ — Правильно, он должен был высказать свою гражданскую позицию. Но ты сначала сам разберись.

И. ВОРОБЬЕВА – Он высказал свои подозрения. С ними же ничего не случилось. Их оправдали.

А. ОРЕХЪ — Это правоохранительных органов, он должен досконально во всем разобраться, понимая, что его подозрения могут привести за решетку невиновных людей.

И. ВОРОБЬЕВА – Они и разобрались в итоге.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — А я вообще становлюсь расистом.

И. ВОРОБЬЕВА – Юрий Георгиевич, сейчас театральная пауза была. Объяснитесь.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Объясняюсь. Вот уже дошла эта наша политкорректность до полного абсурдистана.

И. ВОРОБЬЕВА – Толерасты.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Абсолютно. Просто уже зацикливает, не дай бог, если белого значит можно мутузить, а черного не тронь, потому что это не дай бог тебя обвинят в расизме. Ну ребята, имейте совесть.

И. ВОРОБЬЕВА – Юрий Георгиевич, неубедительно.

А. ОРЕХЪ — Правда.

И. ВОРОБЬЕВА – Звучали неубедительно.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Как это неубедительно.

И. ВОРОБЬЕВА – Еще раз повторяю, он исполнял свой гражданский долг.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Какой гражданский, если бы он сказал, что бить нехорошо людей любых, желтых, белых, черных.

И. ВОРОБЬЕВА – У него было подозрение вполне себе обоснованное, потому что это часто происходит. Это значит, что он был обязан выступить в защиту гражданина, и свои подозрения озвучить о том, что его могли избить ровно потому, что он араб.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — А я думаю, что потому, что мы стали толерастами, мы вот такие надумываем всякие и честных людей шестеро полицейских, а английский полицейский абсолютно безупречен.

И. ВОРОБЬЕВА – Вот что с ними такое произошло, что они прошли через проверку.

А. ОРЕХЪ — Это как ложечки нашлись, а осадочек остался. Он говорит, а это те самые шесть парней, которые били араба. Но их-то отмазали, потому что они белые. А араб он араб. Но мы-то знаем, и все, на людях пятно. На шестерых потом.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — И кто после этого пойдет служить в английскую полицию.

И. ВОРОБЬЕВА – Ой-ой. Юрий Георгиевич…

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Как к нам кассиры не идут работать и человек стоит. И. ВОРОБЬЕВА – Не понимаю сейчас, о чем он. Пытается отмазаться. Тихо, тихо.

А. ОРЕХЪ — Мы понимаем, о чем…

Ю. КОБАЛАДЗЕ — В лучших магазинах…

И. ВОРОБЬЕВА – Такое ощущение, что там перекрывают движение в ваших лучших магазинах. Кто-то едет там с мигалками, стоишь по часу в кассу. Так, все голосование.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Я не понял.

И. ВОРОБЬЕВА – Сейчас голосование, потом ответите.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — О чем девушка.

И. ВОРОБЬЕВА – Итак, справедливо ли обвинение британских полицейских в адрес Скотланд-Ярда.

ГОЛОСОВАНИЕ

И. ВОРОБЬЕВА – Шурик из Днепропетровска: вот бы нашим гаишникам их проблемы.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Гаишники тоже лупят негров просто со страшной силой.

И. ВОРОБЬЕВА – Иван пишет: политкорректность это бумеранг, теперь он возвращается?

Ю. КОБАЛАДЗЕ – Ой, негров же нельзя говорить.

И. ВОРОБЬЕВА – Боже мой, нельзя ни в коем случае. Вы толераст оказывается.

А. ОРЕХЪ — Дурь-то она дошла до чего. Допустим, этот Ворд, подчеркивает красным, когда неправильно, негр, не просто негр подчеркивает красным, он подчеркивает слово «голубой».

И. ВОРОБЬЕВА – Почему?

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Если ты говоришь о негре.

А. ОРЕХЪ — Нет, я пишу текст: голубое небо.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — А если голубой негр.

А. ОРЕХЪ — То вообще сплошная краснота будет.

И. ВОРОБЬЕВА – А как же мультик: голубой, голубой, не хотим играть с тобой.

А. ОРЕХЪ — Это уже обсмеяли все.

И. ВОРОБЬЕВА – Там же нормально.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Этот мультик надо посмотреть, голубой, голубой, не хочу играть с тобой.

И. ВОРОБЬЕВА – Это щенок.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Щенок голубой. У меня коты голубые.

И. ВОРОБЬЕВА – Он цвета такого, а не ориентации.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Историю про моих котов знаете?

И. ВОРОБЬЕВА – Знаем эту трагическую историю.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Кот оказался голубым.

А. ОРЕХЪ — Матрос оказался моряк.

И. ВОРОБЬЕВА – Вот Мария напоминает, что нас слушает ее двухмесячный сын Семен. Прекратите.

А. ОРЕХЪ — Двухмесячный сын Семен может все что угодно…

И. ВОРОБЬЕВА – Константин пишет: дайте реплику Ореха. Молчите все. Не можем, к сожалению, потому что у нас заканчивается время. Уже полминуты осталось. И у нас голосование закончилось. Я нажимаю на красную кнопку стоп и говорю, что да, конечно эти эксперта выиграли третий кейс. 67% позвонивших считают, что да, справедливо полицейские предъявляют претензии…

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Вот что делает дружба.

А. ОРЕХЪ — 67% у нас.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Эта цифра, которую наберет «Единая Россия» на предстоящих выборах.

А. ОРЕХЪ — Если мы будем проводить ее PR-кампанию так же умело, как проводили PR-кампанию чупа-чупса.

Ю. КОБАЛАДЗЕ — Показать, как есть чупа-чупс?

И. ВОРОБЬЕВА – Оценочное суждение сейчас будет в адрес партии, какая вы сказали?

Ю. КОБАЛАДЗЕ — «Единая Россия».

И. ВОРОБЬЕВА – Это мое оценочное суждение, которое прозвучит через 5 секунд, когда программа закроется. Программа «Кейс», до свидания, до следующей недели.

Материалы по теме

Справедливо ли облизывать мороженое в вафельных стаканчиках? (Кейс)

да, справедливо
84%
нет, не справедливо
9%
затрудняюсь ответить
6%

Справедливо ли было наказать мальчика? (Кейс)

да, справедливо
35%
нет, не справедливо
49%
затрудняюсь ответить
16%

Комментарии

3

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

(комментарий скрыт)

28 октября 2011 | 09:59

Послушал этот "Кейс", очень захотелось его посмотреть... А нету!


28 октября 2011 | 14:25

Ну наконец-то появился "Сетевизор"! Спасибо.
По сути передачи. Ирина, да, "Кейс" получился уникальным - Вам пришлось одной противостоять обоим "экспертам", полюбовно сговорившимся по всем 3-м вопросам! Однако, всё же не спешите обвинять во всём комформизм Кобаладзе и Ореха. Суть передачи в чём? В неоднозначности судейских решений, принимаемых по всему миру, в разнице между Законом и Справедливостью. А в этих 3-х "кейсах" всё было однозначно. Яркий пример - угон трамвая: неужели, Ирина, у Вас могла закраться хотя бы тень подозрения в том, что народ целиком на стороне угонщика?! Ведь лозунг "Свободу Юрию Деточкину!" у нас в стране знает каждый. Вывод какой!? Такой, что недорабатывают ваши сотрудники, выискивающие "кейсы" для программы - тот же Евгений Бунтман. Но не Кобаладзе с Орехом. Ирина, 0:3 - это провал Бунтмана, но не экспертов.


28 октября 2011 | 15:01

И последнее: благодаря "Сетевизору" увидел, что Ирина Воробьёва в этот раз, как никогда, очаровательна! Видимо, специально к д.р. Журавлёвой прекрасную новую причёску сделала! ))

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире