'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 01 апреля 2012, 14:08

К. ЛАРИНА: Начинаем программу «Книжное казино». В студии Ксения Ларина, Майя Пешкова. Майя, приветствую тебя.

М. ПЕШКОВА: Добрый день.

К. ЛАРИНА: У нас сегодня замечательный гость. Это Игорь Губерман. Игорь, приветствуем вас.

И. ГУБЕРМАН: Здравствуйте.

К. ЛАРИНА: Есть у нас книги для вас, дорогие друзья, есть у нас еще творческий вечер Игоря Губермана, который состоится…

И. ГУБЕРМАН: 4 числа в 19-00, в Доме культуры «Меридиан», метро «Калужская».

К. ЛАРИНА: Если вы живете в Москве и если вы выигрываете у нас книгу, то автоматически будут приложены к этому призу еще и билеты на творческий вечер Игоря Губермана. Я задаю первый вопрос. По какому философу сверяли время жители Кенигсберга? Отвечайте, пожалуйста, на смс +7-985-970-4545. Мы можем сразу сказать про все книги, которые у нас сегодня есть в качестве призов.

М. ПЕШКОВА: В качестве призов сегодня можно получить «Седьмой дневник», «Искусство стареть», «Я лиру посвятил народу моему» — это те книги Игоря Мироновича, которые увидели свет в издательстве «Эксмо», а также у нас сегодня в качестве суперприза Игорь Губерман «Все гарики», плюс фильм «Гарики и человеки» в подарок, это прикладывается к двухтомнику, а двухтомник только что увидел свет в Екатеринбурге, буквально приехал сам сюда. В качестве второго суперприза вы сможете даже выбрать. У нас 4-томник Игоря Губермана, который увидел свет в издательстве «Время» несколько ранее. Это только проза. Вот такие призы.

К. ЛАРИНА: А теперь про 1 апреля. Прекрасно, что именно в этот день такой остроумный и веселый человек, как Игорь Губерман, присутствует в нашей студии. Но оказывается, 1 апреля знаменито не только тем, что это день дурака или день смеха. Во-первых, мы помним о том, что 1 апреля родился Николай Васильевич Гоголь.

И. ГУБЕРМАН: Я продолжу, с вашего позволения.

К. ЛАРИНА: А у вас там целый список, как выяснилось.

И. ГУБЕРМАН: По-моему, 1 апреля – изумительный праздник. Это не только День смеха. Это ведь единственный день в году, когда люди обманывают друг друга бескорыстно. Мне сейчас дочка позвонила из Израиля, немолодая уже женщина, говорит: «Как ты, папа?» Я говорю: «Вывихнул ногу, все гастроли отменяются». Она – а-а-а. И тут только вспомнила, что 1 апреля. Это же счастье такое. Теперь смотрите: родился Гоголь, Бисмарк родился, фиг с ним, родился Эдмон Ростан («Сирано де Бержерак»), родился Сергей Рахманинов, родились одновременно Агния Барто и Рина Зеленая, родился великий физик Лев Ландау, родился педагог Макаренко, родился Корней Чуковский.

Но самое главное, что вы мне все-таки даете минуту времени, и я хочу сказать, что сегодня родился – хотел бы его помянуть, вечером помяну за рюмкой – изумительный русский писатель Лев Эммануилович Разгон. К сожалению, молодым его имя слабо известно, потому что про лагеря люди не любят читать. Он сидел 17 лет, он лет 20 писал свои воспоминания в стол, никто не знал. Когда я впервые услышал от него, что есть воспоминания, у меня всё время был вопрос, почему он их не пишет. Он написал изумительные воспоминания о лагере. Причем они коренным образом отличаются от всех воспоминаний о лагере, которые написаны, лживых и правдивых, от Солженицына, от Шаламова они отличаются. Потому что он необыкновенно доброжелателен, и он пишет о лагере с такой же солнечной усмешкой, как если бы он писал о курорте, хотя описывает чудовищные вещи. Например, как он познакомился и пил чай с женой Калинина.

Но я еще что хочу сказать? Ему было 90 лет без двух месяцев, когда оно вызвал художника Борю Жутовского и сказал: «У меня сегодня дуэль, поедем со мной». Я расскажу эту историю, она очень короткая. Они поехали в Институт мировой литературы, дождались там историка литературы, по-моему, его фамилия Соколов, но это не важно, к нему подошел 90-летний старик, к 40-летнему, пышущему здоровьем высокому мужику, и говорит: «Почему вы написали вранье про мою жену Оксану, что ее отец Бокий устраивал для начальства НКВД пирушки и своих девочек употреблял». Он сказал, что прочитал это в протоколе допроса Бокия. Разгон ему говорит: «Вы врете, потому что я тоже их читал, там всего 4 страницы, две допросных, приговор о расстреле и что привели в исполнение». Это 90-летний старик, подпрыгнув, чтобы ударить этого высокого человека, ответил ему пощечиной. Боря Жутовский в это время ему в спину вставил палец и сказал: «Сука, не шевелись». Тогда Разгон ударил его еще раз. И этот огромный мужчина, не снимая полушубка, зайцем понесся по коридорам скрываясь. Вот такой человек. Потом он выпил бутылку водки на двоих с Борей. Ему было 90 через 2-3 месяца. Вот такой он был человек. Он был изумительный писатель, настоящий. Я всем очень рекомендую почитать.

К. ЛАРИНА: Я помню, что как раз первые его публикации появились в перестроечное время.

И. ГУБЕРМАН: В 88 году «Жена президента».

К. ЛАРИНА: Раз уж про лагерь вспомнили, давайте вспомним, что лагерный опыт есть и у Игоря Губермана. По-моему, этот вопрос вам задавали уже, но мне хотелось, чтобы вы на него ответили, памятуя о том, как говорил Шаламов, что лагерный опыт никогда в жизни никого не улучшал, такой был смысл. Вот для вас что это такое?

И. ГУБЕРМАН: Я сидел совершенно в другое время.

К. ЛАРИНА: Не в сталинское.

И. ГУБЕРМАН: Это были лагеря истребительные, их очень правильно назвали. А я сидел в совершенно легком лагере, никто не помирал от голода, тощали, но не помирали от голода. Не было смертельных болезней, типа цинги и всего прочего. Туберкулеза, правда, было много. Можно было жить. Поэтому когда сегодня на пьянках кто-нибудь про лагерь рассказывает какие-нибудь кошмары, то я на этого человека смотрю с подозрением. Это лагеря не истребительные, пустяки. Работа не шибко какая. А сегодня вообще сиди не хочу. У нас, например, передачи в тюрьме разрешались 5 кг. А сейчас, я прочитал… Я только что был в большой тюрьме ярославской, я всю ее обошел, потому что она знаменитая. Я вообще люблю во всех городах тюрьмы. Потому что тюрьма – это живая история города.

К. ЛАРИНА: А можно придти просто на экскурсию?

И. ГУБЕРМАН: Внутрь, конечно, нельзя. Можно обойти тюрьму по периметру, можно зайти в конторку для передач, можно иногда поговорить с охранником. Например, в городе Томске охранник читал мои стихи, дежурный по тюрьме, который сидит внизу в фойе, он говорит: «Я сейчас на полчаса еще освобожусь, Игорь Миронович», — и покажу вам, где закопан Клюев, которого расстреляли. Поэт Клюев, в 38 году. Словом, тюрьмы – это совершенно неожиданная штука. А в ярославскую тюрьму я пошел посмотреть, простите мне старческую болтливость – еще одно забытое имя. На территории этой тюрьмы внутри было расстреляно безумное количество прекрасных русских людей. Россия же убивала своих лучших. Но еще был расстрелян князь Ухтомский, епископ, брат знаменитого физиолога Ухтомского. Он, по-моему, был епископ по сану. Он был совершенно необыкновенный человек, о нем книги уже сейчас написаны. Странно было вспоминать его в Ярославле.

К. ЛАРИНА: Вы говорите – сейчас сиди не хочу. По-моему, судя по тому, какую информацию мы получаем, какая доходит до людей, которые на свободе, сегодня страшнее СИЗО, чем лагеря.

И. ГУБЕРМАН: Есть старая лагерная пословица «губит не маленькая пайка, а большая». В этом смысле и в тюрьмах страшно, и в следственных изоляторах чудовищно, и в лагере тоже. Потому что когда много еды и нет этого голода, возникает совершенно жуткий беспредел. Мы это знаем по казанской истории, где только что милиционеры убили человека. Я вас хотел с самого начала попросить, и вы мне обещали, что могут зрители задавать вопросы.

К. ЛАРИНА: Я попросила. Во-первых, уже на вопросы ответили на смс. Поэтому могу сказать правильный ответ. По Канту сверяли время жители Кенигсберга. Я сразу второй вопрос задаю. Как назывались гарики в первом издании? Это были еще не гарики.

И. ГУБЕРМАН: Даже в первых трех изданиях.

К. ЛАРИНА: Также по желанию клиента мы будем принимать ваши вопросы, дорогие друзья, по номеру телефона 363-36-59. Перед тем, как передать слово слушателям, мне хотелось свой вопрос задать. Игорь Миронович, а что за фильм-то?

И. ГУБЕРМАН: Фильм замечательный. Ко мне подошел приятель, это было лет 7-8 назад, и дико стесняясь, сказал: «Игорь Миронович, мы хотим снять про вас кино, потому что вы уходящий кадр». Когда я отсмеялся, он сказал, что это всё серьезно. И вот двое ребят, профессиональные режиссеры, авторы хороших кин, они сняли сначала в Иерусалиме кино. Я ходил по Иерусалиму, рассказывал всякие байки. А потом я поехал в Москву выступать, они потянулись за мной. В Москве мы уже пошли в Бутырскую тюрьму. Не знаю, все ли знают, что Бутырская тюрьма очень передовое учреждение, туда за тысячу долларов можно придти часа на 4, и экскурсовод там надзиратель. У меня был замечательный капитан. И еще 400 долларов – и можно внести кинокамеру. Поэтому там всё время пасутся японцы, непрерывно снимают.

Мы там ходили часа 3. А капитан оказался очень симпатичный. Тюремщик, такой тихий и мирный. Как народовольцу Николаю Морозову когда-то сказал его тюремный надзиратель: «Прикажут тебя булочками кормить – буду кормить. Прикажут задушить – задушу». Вот он такой же. Но очень симпатичный и знает всё про тюрьму. А я довольно много знал про Бутырскую тюрьму 20-х годов. Я когда-то писал роман о художнике, он там сидел. И я ему рассказывал про тюрьму 20-х годов. Там Шаляпин пел перед отъездом в новогоднюю ночь. И у него вдруг сделались совершенно другие глаза, как у мальчишки. Он просто наслаждался тем, что он живет в такой знаменитой тюрьме. Ребята всё это снимали. А потом еще снимали под Волоколамском, в Москве снимали. Это трехчасовой фильм, 7 частей, где я рассказываю байки и читаю стишки.

К. ЛАРИНА: Пока Игорь Губерман рассказывал про фильм, я открыла наш сайт, куда пришло огромное количество вопросов к Игорю Мироновичу. «Вы один из моих любимых поэтов. Концентрация мысли на квадратный сантиметр текста у вас потрясающая! Перечитываю иногда Ваши гарики… Что рождает у вас нынешняя ситуация в стране? Что вообще вызывает наибольшую тревогу среди происходящего сейчас в обществе?» — пишет Александр.

И. ГУБЕРМАН: На этот вопрос мне ответить трудно. Я иностранец и мне пристойно сдерживаться. Поэтому мне за Россию очень страшно, я ее по-прежнему очень люблю. И Израиль люблю. Душа к обеим странам привязана. Мне кажется, что Россия сегодня в ужасной ситуации. Но очень меня радует Болотная, проспект Сахарова. Потому что когда люди проснулись, когда начинается общество и просыпается, то есть какие-то надежды. Причем надежд на быструю, мгновенную переделку всей жизни нет. Но я недавно – не могу не похвастаться, я вообще хвастун – получил письмо от Ходорковского. Это великий человек, вот государственный ум сидит бог знает где. Он написал мне потрясающие слова, они меня поразили, о том, что гражданское общество все-таки будет в России, где-нибудь в 15-16-м году. Так вот он ожидает, что это постепенно разовьется. Но мне кажется, что еще нужно одно-два поколения, я в этом отношении пессимист.

К. ЛАРИНА: Нет. Я согласна, очень быстро. Хватит.

И. ГУБЕРМАН: Дай господи. У меня очень много друзей в Израиле, у нас целый круг, мы пьем водку вместе. Все они изумительно относятся к России, и они все были счастливы, когда это всё началось. И дай господи.

К. ЛАРИНА: «Скажите, пожалуйста, что творится в душе поэта, — спрашивает Сергей, — когда вокруг творится безобразие и несправедливость? Не появляется ли желание перейти от стихов к стрельбе из автомата?»

И. ГУБЕРМАН: У меня нет, но только потому что я уже старый человек. Если бы я был моложе, то я бы, вероятно, с собой не справился.

К. ЛАРИНА: Про разные города – про Калининград, про Петербург, спрашивают, когда приедете.

И. ГУБЕРМАН: Из Санкт-Петербурга я только что приехал, в Калининград я лечу сегодня. А дальше у меня будет много городов: Уфа, Тюмень, Новокузнецк, Новосибирск, Норильск наконец.

М. ПЕШКОВА: А что вы будете в Норильске делать? Тоже выступать?

И. ГУБЕРМАН: Да. Там будет концерт. В Норильске и еще рядом место. Я жду этого с нетерпением. Я в Норильске был всего один раз, ровно 50 лет назад. И мне туда жутко хочется. Во-первых, там чудовищное количество интеллигенции. Это потомки тех, кто отсидел и там остался. Думаю, что они еще там есть. Когда я там был в 60-м году, там была такая интеллигенция… Например, там сидел внук издателя Сабашникова, невероятной интеллигентности человек, какой-то он ведал культурой, по-моему, при домоуправлении, не выше того. Словом, это удивительный город.

К. ЛАРИНА: Замечательный вопрос. «Почему бы вам и другим российским гражданам в Израиле и израильским гражданам в России не создать партию, что-то вроде «Соотечественник»?» Не хотите?

И. ГУБЕРМАН: Во-первых, мерзкое название «Соотечественники» уже было. Во-вторых, партию – нет. Это же бессмысленная партия. Уже Ленин создавал ее за границей.

К. ЛАРИНА: Я хочу назвать наших победителей, которые правильно ответили на вопрос по поводу Канта и Кенигсберга. ОБЪЯВЛЕНИЕ ПОБЕДИТЕЛЕЙ. Следующий вопрос – как назывались гарики в первом издании? Дацзыбао. А когда гарики появились?

И. ГУБЕРМАН: В 1978 году у меня вышел первый сборник стихов в Израиле, и он был назван совершенно по-идиотски – «Еврейские дацзыбао». А ведь дацзыбао – это лозунги больших букв китайские. Я понял, что срочно надо что-то сочинять. Я Игорь, меня дома часто звали Гарик. Гениально говорила моя бабушка, когда готова была меня стереть в порошок: «Гаренька, чтоб ты был здоров».

К. ЛАРИНА: Пришли победители, которые правильно ответили на вопрос про гариков и дацзыбао. ОБЪЯВЛЕНИЕ ПОБЕДИТЕЛЕЙ. Следующий вопрос – сколько строк в самом длинном стихотворении Игоря Губермана? Сейчас новости, а потом будем принимать ваши телефонные звонки с вопросами к Игорю Губерману.

НОВОСТИ

К. ЛАРИНА: 8 строк в самом длинном стихотворении Игоря Губермана. Мы сегодня разыгрываем книги нашего гостя, а также приглашаем вас на творческий вечер Игоря Губермана, который состоится 4 апреля в ДК «Меридиан». ОБЪЯВЛЕНИЕ ПОБЕДИТЕЛЕЙ. Телефон прямого эфира 363-36-59. Мы готовы принять несколько ваших вопросов напрямую. Наши слушатели просят почитать что-то и цитируют то, что, по их мнению, самое актуальное на сегодня. Могу сказать, что цитируют наши слушатели.

И. ГУБЕРМАН: Это интересно.

К. ЛАРИНА: «Пахан был дух и голос множества, в нем воплотилось большинство, он был великое ничтожество, за что и вышел в божество». Вот что навеяло сегодня. А что вам навевает?

И. ГУБЕРМАН: Мне вопрос одного слушателя навеял стишок, сравнительно недавний. «Только те, кто смогли и сумели власть безумную громко ругать, лишь они, вольнодумцы, сумели голой жопой ежа испугать». Вот такой похвальный стишок. Про себя что-нибудь похвальное прочитать?

К. ЛАРИНА: Прочтите.

И. ГУБЕРМАН: «Настолько я красив и гладок, что с дивной лёгкостью могу без пудры, грима и прокладок в кино играть Бабу-Ягу».

К. ЛАРИНА: Ну ладно уж.

И. ГУБЕРМАН: А чего?

М. ПЕШКОВА: Красавец-мужчина.

К. ЛАРИНА: Еще можно побегать в мальчиках.

И. ГУБЕРМАН: «Одно из, по-моему, главных земных достижений моих – сейчас уже мало мне равных в искусстве разлить на троих». «Конечно, утро мудренее, чем вечер в неге и нирване, поскольку утром нам виднее, что наболтали мы по пьяни». «Поскольку нам выпало счастье родиться в кошмарной империи, канувшей в Лету, по полному праву мы можем гордиться, что мы пережили могильщицу эту». «Туда мы даже не глядим, и место это тихо виснет, меж тем как то, на чём сидим, порой мудрей, чем то, что мыслит». «Отпылал мой роскошный костёр, всё болит по ночам и утрам, я когда-то любил медсестёр, а теперь я хожу к докторам». «Тихо нынче в Божьих эмпиреях и глухой в общении провал: думаю, что это на евреях Бог себе здоровье подорвал».

К. ЛАРИНА: Давайте звонки. Друзья мои, вы понимаете, у нас не просто звонок-вопрос, но и награда за вопрос вас ждет. Если вы в Москве и готовы придти на вечер, то есть билеты и есть книги. 363-36-59 – ваши вопросы Игорю Губерману.

СЛУШАТЕЛЬ1: Меня зовут Владимир. Можно маленьких два вопроса?

К. ЛАРИНА: Пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ1: Когда вы составляете книжку или напечатали ее, сами для себя какой процент из ваших гариков вам кажутся гениальными или самому очень нравятся? Когда вы пишете, есть какая-то сверхзадача, кроме того, что это стало вашей специальностью и хлебом насущным?

И. ГУБЕРМАН: Володя, милый, замечательные вопросы. Когда я уже написал книжку, то я даю одному-двум приятелям. Поскольку в книжке 800 стишков, то они мне предлагают вычеркнуть штук сто. И я штук 80 выбрасываю. Поэтому когда я уже печатаю книжку, то мне стишки нравятся. А вот чтобы не расстраиваться, я ее потом не перечитываю просто.

К. ЛАРИНА: А по поводу сверхзадачи.

И. ГУБЕРМАН: Я не знаю, о чем вы говорите. Я не покрываюсь потом вдохновения, не горю, не пылаю, и сверхзадачи я не чувствую. Мне хочется писать. Я полагаю, что мы все, пишущие, это такое писчее перо, которое употребляет кто-то сверху. Потому что иногда такое ощущение, что не ты написал, а просто раз – и вылилось. Это всё выделяется как желчь. Я могу привести пример. Мне позвонил приятель неделю тому назад, очень талантливый человек, переводчик Меира Шалева. Он очень интеллигентный человек, и он вдруг в разговоре мне говорит: «А что у тебя сейчас лежит на столе?» В смысле что я пишу. Я так удивился вопросу, что тут же сочинил стишок: «Теперь живу я, старый жид, весьма сутуло, и на столе моем лежит анализ стула». Так что здесь о сверхзадаче я не могу говорить.

К. ЛАРИНА: Давайте еще звонок. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ2: Здравствуйте. Меня зовут Александр.

И. ГУБЕРМАН: Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ2: Игорь, много гариков посвящены алкогольной теме. Если к вам сосед придет занимать небольшую сумму и вы точно знаете, что он не отдаст никогда, вы одолжите ему?

И. ГУБЕРМАН: К сожалению, да.

СЛУШАТЕЛЬ2: А как вы относитесь к «Москва-Петушки» Венедикта Ерофеева?

И. ГУБЕРМАН: А как можно относиться по-другому, а не как однозначно к великой русской литературе. К великой.

К. ЛАРИНА: Спасибо. И еще звонок. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ3: Здравствуйте. Артем. Игорь Миронович, если половина гариков посвящена алкогольной теме, то другая часть посвящена еврейской теме. «Царь-колокол безгласный, поломатый, Царь-пушка не стреляет, мать ети; и ясно, что евреи виноваты, осталось только летопись найти». Это всё еще актуально для России?

И. ГУБЕРМАН: Что актуально? Наличие евреев? Я не понимаю.

К. ЛАРИНА: Отключили Артема.

И. ГУБЕРМАН: Я продолжаю писать про евреев, конечно.

К. ЛАРИНА: Может быть, он имел в виду антисемитские настроения, которые всегда были популярны в стране нашей.

И. ГУБЕРМАН: Сегодня евреи на время отстранились.

К. ЛАРИНА: Уступили место лицам кавказской национальности.

И. ГУБЕРМАН: Да. Поэтому евреи от этого очень огорчены. Антисемитизм евреям необходим гораздо больше, чем еврей антисемитам. Можно я один стишок на эту тему прочитаю? Он, мне кажется, правильный. «России сейчас не до смеха, В ней Поле Чудес разметалось, Чем больше евреев уехало, Тем больше евреев осталось».

К. ЛАРИНА: Еще звонок. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ4: Я недавно купил двухтомник Игоря Губермана и хотел спросить, собирается ли он издавать полное собрание сочинений.

И. ГУБЕРМАН: Издавали уже 6-томник, потом 8-томник только стишков. А вот этот двухтомник, который вы купили, если он называется «Все гарики», то это неправильно, потому что я же еще жив, я еще их много написал и надеюсь написать. Но это, действительно, на время издания книжки все гарики.

К. ЛАРИНА: Еще звонок, 363-36-59. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ5: Здравствуйте. Всем здоровья, хорошего настроения.

К. ЛАРИНА: Спасибо.

СЛУШАТЕЛЬ5: Меня зовут Екатерина. Я хотела задать простой, тупой вопрос. Что такое хорошо и что такое плохо?

И. ГУБЕРМАН: Катенька, вы, наверное, философ. Я на таком уровне не в состоянии отвечать. Дождь покапал и прошел, солнце ясно светит, это очень хорошо и большим, и детям. А что такое хорошо и что такое плохо, я не знаю. Это надо обращаться к философам.

К. ЛАРИНА: И еще звонок. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ6: Здравствуйте. Меня зовут Галина. Я бы хотела узнать у Игоря, есть ли какие-то совместные выступления, может быть, с Диной Рубиной или с другими поэтами, которые также из России, такие концерты, когда он приезжает в Россию, или в Израиле?

И. ГУБЕРМАН: Вас интересуют свальные концерты, когда сразу несколько производителей, да?

СЛУШАТЕЛЬ6: Да.

И. ГУБЕРМАН: Я с Диной Рубиной не выступаю, она блестящий прозаик, она выступает сама. Нет, меня в свальные концерты не зовут, я выступаю сам.

К. ЛАРИНА: Теперь нам нужно разыграть два суперприза, это по телефону прямого эфира. Первый вопрос. Кто придумал рыбный день в советском общепите? Второй вопрос. Когда и о чем в народе сложилась поговорка – был храм, потом хлам, теперь срам? О чем и в каком году эта поговорка появилась? 363-36-59 – телефон прямого эфира. И вы получаете этот самый двухтомник.

М. ПЕШКОВА: Из Екатеринбурга.

К. ЛАРИНА: Там еще DVD-диск с фильмом, о котором мы уже говорили. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ7: Здравствуйте. Борис, Москва. Я подозреваю, что это Храм Христа Спасителя. Сначала храм, а потом бассейн.

К. ЛАРИНА: Да, действительно, это когда открылся бассейн «Москва» в 1960 году, появилась такая поговорка. Борис, вы абсолютно правы. И кто придумал рыбный день в советском общепите? До сих пор остался этот четверг. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ8: Здравствуйте. Сергей меня зовут. Предполагаю, что, может быть, это Каганович.

К. ЛАРИНА: Нет, не Каганович, хотя тепло.

И. ГУБЕРМАН: Каганович метро придумал.

СЛУШАТЕЛЬ9: Здравствуйте. Меня зовут Александр. Это Микоян.

К. ЛАРИНА: Совершенно верно. В 1932 году. У нас есть время для стихов.

И. ГУБЕРМАН: Я всё равно попрошу слушателей звонить, потому что я очень люблю всякие вопросы. Еще раз напомню, что 4 апреля в «Меридиане» будет мой концерт, приходите, пожалуйста. Стишки сейчас почитаю. «Цветущею весной, поближе к маю, у памяти сижу я в кинозале. Но живо почему-то вспоминаю лишь дур, что мне когда-то отказали». «Становится тоскливо и ненастно, и жмутся по углам венцы творенья везде, где торжествует самовластно конечный результат пищеваренья». «Я чтенью — жизнь отдал. Душа в огне, глаза слепит сочувственная влага. И в жизни пригодилось это мне, как в тундре — туалетная бумага». «Влекусь душой к идее некой, которой всей судьбы картина: если не вышло стать Сенекой, то оставайся Буратино». «Сама вершит безликая природа взаимных отношений оборот: где власть отшелушилась от народа — пасётся, но не доится народ».

К. ЛАРИНА: Мне очень нравится – всё это руки написано, на каких-то случайных листках. Я вижу листок, роза какая-то нарисована. Что это за листок?

И. ГУБЕРМАН: Случайно под руку подвернулся.

К. ЛАРИНА: С розой. А вы это записываете прямо где ни попадя?

И. ГУБЕРМАН: Это я готовился к передаче.

К. ЛАРИНА: А почему не напечатать на компьютере? Или вы не пользуетесь?

И. ГУБЕРМАН: Я пользуюсь обязательно. Но как-то это глупо – напечатать, потом спечатывать. А тут быстренько написал, заодно запоминается. Почерк у меня только плохой, поэтому так медленно читаю. Я не учился в первом классе, меня отдали сразу во второй, научив писать. Мне устроили экзамен, до сих пор помню, я забыл, как пишется заглавная буква «д», и очень заплакал.

К. ЛАРИНА: На нашей памяти есть еще Михаил Жванецкий, который по-прежнему пишет свои тексты от руки, достает из большого портфеля, тоже таким же крупным почерком. Может быть, еще прочтете что-нибудь? Или что хотите?

И. ГУБЕРМАН: Если больше не звонят…

К. ЛАРИНА: Я могу включить телефон, звонить будут всегда.

И. ГУБЕРМАН: Давайте лучше ответим на вопросы. Потому что стишки все услышат 4 числа.

К. ЛАРИНА: Как раз 4-го услышат не так много. Сколько там зал?

И. ГУБЕРМАН: По-моему, 1400.

К. ЛАРИНА: А у нас тут несколько миллионов.

И. ГУБЕРМАН: А у меня только что в Ленинграде было 1600 человек в ДК Горького. Я был так счастлив! Букетов преподнесли штук восемь. Была жива теща, она ведь за мной таскалась на вечера в Москве. Избави господи, не стишки слушать, а чтобы я тут же не раздал цветы, я их раздариваю. Я тут было 8 букетов. Но зато бутылку выпивки подарили.

К. ЛАРИНА: Последний звонок успеваем принять. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ10: Здравствуйте. У вас ответ на первый вопрос был дан неправильно. Это собор Казанской богоматери, который находится рядом с Красной площадью.

К. ЛАРИНА: Я вообще не понимаю, про что вы говорите. Дубль два, пробуем еще раз. Наш телефон 363-36-59. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ11: Здравствуйте. Это Юрий из Москвы. Меня интересует такой вопрос. Практически все знаменитые юмористы – это евреи, все знаменитые, талантливые люди – это евреи. Как Игорь Миронович расценивает, с чем связана такая талантливость еврейского народа?

К. ЛАРИНА: Это кода, это финал нашего разговора.

И. ГУБЕРМАН: Насчет того, что люди выдающиеся и талантливые почти все евреи, неправда. Огромное количество талантливых людей, в частности, в России, огромное. А то, что юмористы евреи, я думаю, что это результат и плод тысячелетних мук еврейского народа, все-таки скитания и всё прочее, и выживали люди, которые могли, на себя главным образом, смотреть со смехом, над собой издеваться. Отсюда такое большое количество юмористов. Есть гениальный еврейский анекдот, в котором объяснение всего вашего вопроса. Во время погрома одного булочника распяли, прибили к воротам при входе в его булочную. Сосед, который его очень любил, не осмелился вмешаться, но когда погромщики ушли, оно вышел и сказал: «Моисей, очень больно?» Тот сказал: «Нет, только когда смеюсь». Вот это, по-моему, очень достойный ответ на этот вопрос.

К. ЛАРИНА: Спасибо, дорогой Игорь Миронович Губерман. Удачи вам. И 4 апреля приходите, дорогие друзья, в ДК «Меридиан» на Калужскую, чтобы посмотреть и послушать нашего гостя.

И. ГУБЕРМАН: Спасибо, что пустили. Извините за компанию.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире