'Вопросы к интервью
К.ЛАРИНА: Ну что? Мы начинаем «Книжное казино», здесь в студии «Эха Москвы» ведущие программы Майя Пешкова и Ксения Ларина. Майя, приветствую тебя.

М.ПЕШКОВА: Здравствуйте.

К.ЛАРИНА: И сегодня у нас в гостях хотела сказать «подпольные издательства». (смеется) Ну, практически, в какой-то степени, да. Альтернативное, скажем так, издательство «Ad Marginem». Александр Иванов – директор. Саша, добрый день, здравствуй.

А.ИВАНОВ: Да, привет, Ксения.

К.ЛАРИНА: И здесь же Борис Куприянов, директор магазина «Фаланстер», тоже многострадального магазина. Здравствуйте, Борис, приветствую вас.

Б.КУПРИЯНОВ: Добрый день.

К.ЛАРИНА: Сегодня мы, конечно же, разыграем для вас книги и вопросы приготовили. Давайте сразу про книжки скажем. Саш, что у нас сегодня в книгах?

М.ПЕШКОВА: Это ваш хит теперь, да?

А.ИВАНОВ: Да. Это наш хит, это 2 книжки известного очень современного российского художника и писателя Павла Пепперштейна, участника Венецианского Биеннале последнего и вообще очень знаменитого сейчас художника, который является блестящим писателем и 2 его книжки последние мы разыгрываем – это сборник рассказов «Весна» и сборник тоже рассказов, который называется «Военные рассказы». Еще одна книжка – это книжка молодого талантливого писателя из Санкт-Петербурга, который у нас вошел в прошлом году в шорт-листы престижных премий «Национальный бестселлер» и «Букер», это Герман Садулаев и его последняя книжка называется «Бич божий. Партизанские рассказы». И еще книжку мы будем разыгрывать нашего автора из Владивостока, его зовут Василий Авченко, и он написал книжку под названием «Правый руль». Это документальный роман о праворульном движении на Дальнем Востоке.

Б.КУПРИЯНОВ: И еще одна книжка очень забавная. Она достаточно давно вышла, но как-то была не прочитана и не увидена. Называется «Книжные магазины Москвы и Ленинграда 20-30-х годов». Она вышла в издательстве РХГА в Петербурге порядочное время назад.

К.ЛАРИНА: А там что собрано?

Б.КУПРИЯНОВ: Там собран просто перечень книжных магазинов Москвы и Петербурга.

М.ПЕШКОВА: Работа над вопросами, наши гости и оттуда извлекли один вопрос.

К.ЛАРИНА: А это интересное чтиво?

Б.КУПРИЯНОВ: Это, может, не настолько интересное чтиво, насколько страшная мемориальная фиксация того, что происходит сейчас.

К.ЛАРИНА: То есть такая Атлантида.

Б.КУПРИЯНОВ: Да, это Атлантида.

К.ЛАРИНА: Ну что же? Я просто хотела еще несколько уточняющих вопросов задать по книжкам. Это все не имеет отношения к Великой Отечественной войне? Потому что, вот, по названию и «Военные рассказы», и «Партизанские рассказы», и, может быть, даже «Весна» под это дело подходит.

А.ИВАНОВ: Ну, вообще, имеют, но не прямое.

К.ЛАРИНА: А «Голая женщина»?

А.ИВАНОВ: «Голая женщина» имеют отношение к совершенно другой истории. (все смеются)

К.ЛАРИНА: Ну, тогда скажите про художника – кто оформлял эти замечательные работы?

А.ИВАНОВ: Вот, оформляли, собственно говоря, 2 художника. Это сам Павел Пепперштейн и там его замечательные рисунки. И нужно сказать о Павле, что он еще сын знаменитого художника-концептуалиста Виктора Пивоварова. И вообще он вырос на коленях таких знаменитых художников как Пивоваров, Булатов, Кабаков. И да, и рисунки Ивана Разумова, друга, приятеля Павла, который тоже представил свои рисунки для этой книжки.

К.ЛАРИНА: Ну, вот, в этой книге «Военные рассказы», я ее сейчас листаю и смотрю на рисунки тоже все это выдержано в стиле таких, советских изданий и рисунки сделаны в таком же стиле. Да?

А.ИВАНОВ: Ну, это нам кажется. На самом деле, мне кажется, это даже такая, дореволюционная традиция. Потому что, например, у меня был и есть такой том полного собрания Лермонтова в одном томе издательства, по-моему, Маркса, где просто как комиксы каждую поэму и стихотворение сопровождает целый лист рисунков, замечательных таких, классических рисунков. Так что это такая, старая довольно традиция делать художественные книжки с подробными рисунками.

К.ЛАРИНА: Скажите, пожалуйста, Саш, а сейчас трудно вообще держать вот эту вот марку альтернативности? Трудно совершать некие открытия в области издательского бизнеса?

А.ИВАНОВ: Очень трудно.

К.ЛАРИНА: Трудно?

А.ИВАНОВ: Очень трудно, потому что, вот, об этом Боря лучше меня знает, потому что, в общем, у нас довольно тухлая такая ситуация на книжном рынке. И весь рынок очень сильно зацементирован огромными сетями. И эти сети сейчас испытывают огромные проблемы. Потому что они издавали книги, в основном, для охранников, потому что у нас 20% мужского населения работает охранниками. Они сидели просто, вот, в свободное время и читали всякий трэш. А сейчас, как бы, охранников стало меньше, и тех, кто остались, заставляют работать, и поэтому целая линейка книг просто не продается. Нужно сказать, что в провинции очень резкий упадок продаж книг. Надежда остается на то, что с помощью таких магазинов как «Фаланстер», которые Боря представляет, и с помощью ряда магазинов, которые мы скажем, независимых, маленьких магазинов, у нас возникнет параллельная система книгораспространения, где мы будем опять возвращать читателя к хорошим книжкам, к неожиданным. Потому что, понимаете, альтернатива – это такое слово… Скорее, просто зона современности – она же всегда неожиданно, она неустоявшаяся, там нет законов никаких, там нет никакого признания, вот, в смысле того, что мы знаем, что такое хорошая литература. Иногда нет, иногда нам это признание не помогает.

М.ПЕШКОВА: То есть ваши слова свидетельствуют о том, что в ближайшее время нас ждет взлет нон-фикшн?

А.ИВАНОВ: Ну, если бы. Не обязательно. Я думаю, что можно ожидать интересных авторов во всех жанрах. Но главное-то нам понять, что та стратегия развития книжного рынка как части общекультурного пространства, которая у нас существовала последние 15 лет, она стоит сейчас перед катастрофой. То есть просто перед настоящей катастрофой. Книг покупают все меньше и меньше, мы все больше и больше отстаем по количеству книжных магазинов, авторов, которые, действительно, попадают в поле внимания западнее Смоленска и восточнее Владивостока.

К.ЛАРИНА: А чем это объясняется, Саш?

А.ИВАНОВ: Я думаю, какой-то общей политической, культурной ситуацией в стране. Я думаю, что все равно, как бы, автор выражает какую-то атмосферу, культурную атмосферу страны. И, к сожалению, 10 лет наша страна находится в очень сложных поисках себя и эти поиски завели ее в такой, мне кажется, временный тупик, когда все остальные страны просто не понимают, а в чем, собственно, российская идентичность сегодня состоит? В том, чтобы встать с колен или, как бы, бить себя в грудь и говорить, что мы великая держава? Но в эту идею никого пригласить нельзя. То есть очень мало по-настоящему сильных произведений она может породить. Ну, вот, в кино то же самое происходит, мне кажется.

Б.КУПРИЯНОВ: Я не согласен с Александром, потому что я считаю, что кризис уже произошел, катастрофа уже произошла. Она настолько широка, что включает в себя все сегменты книжного рынка. Критика, независимые издания, книжное распространение, да все что угодно можно сказать. То есть на любом этапе… 3 года назад казалось, что если будет много маленьких магазинов книжных, все будет хорошо. Сейчас это не так. Почему у нас не продаются книжки по интернету, например? Продается меньше, чем заграницей. Потому что не существует вменяемой критики, очень мало критиков, к которым можно прислушаться. Не существует какого-то экспертного сообщества, да?

К.ЛАРИНА: Ну как? Вот, у нас в «Большой книге» одни эксперты, миллионы.

Б.КУПРИЯНОВ: В «Большой книге» одни эксперты, я тоже там экспертом считаюсь.

К.ЛАРИНА: И я тоже, и Майя тоже. Мы все здесь присутствующие. (все смеются)

Б.КУПРИЯНОВ: Отлично. Давайте тогда эту тему оставим. Но, на самом деле, человек, находящийся за тысячу километров от Москвы, он не знает, какую книжку ему читать. Ему неоткуда получить информацию.

К.ЛАРИНА: А ему скажут по телевизору.

Б.КУПРИЯНОВ: Кто скажет? Вы скажете?

К.ЛАРИНА: Где у нас происходит что-нибудь такое, литературное?

Б.КУПРИЯНОВ: Вот, вы скажете, скажет журнал «Афиша», скажет газета «Коммерсантъ». У нас есть еще 3 газеты, названия которых связаны с книгами.

К.ЛАРИНА: «Книжное обозрение» есть.

Б.КУПРИЯНОВ: Не хочется называть.

К.ЛАРИНА: Но подождите. А то, что, по-моему, Быков делает. «Что читать?» или как это называется?

М.ПЕШКОВА: Что читать.

Б.КУПРИЯНОВ: Но это же невозможно все. Это не является критикой. Вот, часть «Книжного обозрения».

М.ПЕШКОВА: Это все навигаторы.

Б.КУПРИЯНОВ: Они не являются навигаторами. Потому что они пишут про старые книги. В «Книжном обозрении» чуть-чуть сейчас что-то наметилось, но неизвестно. Они пишут про книги, которые вышли 2-3 года назад из своей кулуарной среды, как бы, из той среды, в которой тусуются главные редактора и работники газеты.

А.ИВАНОВ: Там, мне кажется, Борь, там другая проблема. Там проблема, что общая ориентация больших сетей в книжном рынке и в том числе издания, которые их представляют. А что читать – это, безусловно, ориентировано на большие сети издания. Это рассматривают книгу как предмет развлечения, прежде всего развлечения. И в этом смысле, если мы наделяем книгу этим качеством, она, безусловно, проигрывает всем другим видам развлечения. Она проигрывает интернету, кино, она проигрывает сериалам, чему угодно. Вот, отношение к книге как к чему-то, что, как бы, может не только развлекать, но и как-то, не знаю, способствовать твоему интеллектуальному, культурному становлению…

К.ЛАРИНА: Но это же первейшая задача. Когда человек знакомится с книгой, он должен понимать, что это главная задача.

А.ИВАНОВ: Конечно, конечно. Но, к сожалению, у нас, я могу сказать и здесь я согласен с Борей, у нас нет изданий, которые бы вот так подходили к книге. К сожалению. За исключением, может быть, толстых журналов, тираж которых ничтожен.

К.ЛАРИНА: Которых никто не читает.

А.ИВАНОВ: Да, и которые очень труднодоступны, да.

Б.КУПРИЯНОВ: Там критика не очень оперативная, плюс ко всему.

К.ЛАРИНА: Ну, а потом что есть критика? Давайте тогда разберемся. Потому что критика для обывателя – такого понятия вообще не существует. Он ориентируется на простые схемы, на простые очень. Рекомендую – не рекомендую, хорошая – плохая, веселая – грустная. Вот и все. А этой информации, по-моему, более чем достаточно. Другой вопрос, какой она охватывает сегмент, что она предлагает. Это, наверное, в первую очередь та самая развлекательная литература, о чем Александр говорит. А критика серьезная, которая призвана вообще каким-то образом вытаскивать эти смыслы из книжки и по-настоящему, по большому счету, что называется, оценить данную литературу, да? Я думаю, кому она нужна? Кто ее будет читать?

Б.КУПРИЯНОВ: Я говорю про самый нижний, навигационный уровень. Обыватель, там, в абстрактном городе в Нью-Йорке, да? У него есть 5 или 6 известных уважаемых экспертов, которым он доверяет. И прочтя 5 или 6 рецензий, он принимает решение, покупать книгу или нет.

К.ЛАРИНА: Вы считаете, у нас таких нету?

Б.КУПРИЯНОВ: Нету.

К.ЛАРИНА: А почему? И не было никогда? Или были?

Б.КУПРИЯНОВ: Ну, я думаю, что были.

А.ИВАНОВ: Нет, ну, я не могу сказать, что их совсем нет.

К.ЛАРИНА: Я могу сказать то же самое о театре – сейчас, вот, то же самое происходит.

А.ИВАНОВ: Есть отдел рецензий, например, в газете «Ведомости», который ведет Майя Кучерская. Это достаточно профессиональный читатель, к ее мнению можно прислушаться. Есть упомянутый Лев Данилкин из «Афиши», есть довольно неплохие критические рецензии в «Коммерсантъ Weekend» и в самой газете «Коммерсантъ». Есть сетевые интересные ресурсы. Но, в целом, ощущение такое, что, действительно, такой картографии книжного пространства не существует. Мой ответ здесь такой. Я думаю, что эта глубина связана с тем, что у нас нет общественного согласия по поводу нашего прошлого столетия.

К.ЛАРИНА: И все мы в это упираемся.

А.ИВАНОВ: Мы упираемся в это всегда. А вопрос стоит так. Что такое был XX век, в том числе литературный XX век для нашей страны? Это был век модернизации и поиска новых форм или это был век провала выхода из истории в какой-то исторический тупик? Вот, пока мы не найдем какого-то общественного консенсуса по этому поводу, у нас будет продолжаться то, что я называю «гражданской войной в сфере культуры». Потому что когда у нас сегодня выстраивается, например, история XX века, исходящая из такой, как бы, либеральной позиции, то оттуда выбрасывается автоматически Шолохов, Гладков, Фадеев и так далее.

Наоборот, противоположная линия говорит нам, что Шолохов – это самый лучший писатель XX века. Но оттуда выбрасывается, скажем, ну, условно говоря, «Доктор Живаго» Пастернака, например. У нас нет вот этого консенсуса, нет критерия, по которому мы можем понять свой XX век через понятия, скажем, современность, модернити или модернизм. И я, вот, недавно был в Турции, в Стамбуле на улице Истикляль, на центральной улице европейской части города. 17 книжных магазинов. Основа книжной торговли там как и везде в мире, составляет вот эта линейка, то, что называется, европейский мировой канон модернизма XX века.

К.ЛАРИНА: Подождите, а набор одинаковый? Ассортимент в 17 книжных магазинах?

А.ИВАНОВ: Нет, магазины совсем разные. Там есть прекрасные 3 магазина английской книги с новинками, просто, по американским ценам. Но, вот, магазины турецкой книги – это линейка, начиная от Кафки, Джойса и Пруста, и кончая романами начала XX века, где ценности модернизма очень четко просматриваются. У нас, действительно, этот надлом, который произошел, он произошел не в 90-е годы. На мой взгляд, он произошел в 70-е, когда после новомирского такого модернистского, в общем, или модернизационного проекта у нас началась эпоха нашего современника с ценностями национальными…

К.ЛАРИНА: Прости, Саш, просто новости идут.

А.ИВАНОВ: С ценностями, например, антимодернистскими. Вот, началась проблема, мне кажется, оценки нашего XX века.

К.ЛАРИНА: Зомбирует просто Иванов, когда он приходит в студию, и мне все время сразу хочется читать. Вот, кстати, очень хорошие мысли пробуждает. (смеется) Давайте мы сейчас новости послушаем, потом пойдем дальше.

НОВОСТИ

К.ЛАРИНА: Продолжаем нашу программу. Напомню, что сегодня в гостях у нас издательство «Ad Marginem», Александр Иванов, директор. И Борис Куприянов, директор магазина «Фаланстер». Мы сейчас давайте вопросы зададим нашим слушателям, чтобы у них было время подумать, и минут через 10 будем принимать ответы. Саш, давай сразу вопросы.

А.ИВАНОВ: Мы придумали такие вопросы. Первый. Как назывался первый независимый книжный магазин, открывшийся в Москве в начале 90-х годов? Второй вопрос. Кто был директором этого магазина и чем он еще знаменит, кроме того, что он был основателем и директором этого книжного магазина? Третий вопрос. Сколько, по вашему мнению, было книжных магазинов в Москве на Арбате в 20-е годы XX столетия?

Б.КУПРИЯНОВ: Плюс-минус 5 принимается.

К.ЛАРИНА: Только на Арбате, да?

А.ИВАНОВ: Только на Арбате. Сколько магазинов было на Арбате, да. Плюс-минус 5, ты думаешь? Ну, хорошо.

Б.КУПРИЯНОВ: Ну, 2.

А.ИВАНОВ: Да. Следующий вопрос. Что означает слово «фаланстер» в названии магазина, который представляет Боря? Еще один вопрос. Как звали главного героя эпопеи Сергея Ануфриева и Павла Пепперштейна «Мифогенная любовь каст». Следующий. Как называется первая книга Германа Садулаева? Внуком какого знаменитого российского филолога является писатель Андрей Аствацатуров? И такой, вопрос еще один: какие авторы издательства «Ad Marginem» вошли в длинный список премии «Большая книга» этого года?

Б.КУПРИЯНОВ: Ну и последний вопрос, наверное, какое важнейшее событие в литературной жизни России будет отмечаться в ноябре этого года?

К.ЛАРИНА: А, вот, на этот вопрос давайте вы сами уже ответите. (смеется)

Б.КУПРИЯНОВ: Ну, нет, я, все-таки, хочу, чтобы ответила публика.

К.ЛАРИНА: Да? Сколько у нас получилось вопросов-то?

А.ИВАНОВ: Девять.

К.ЛАРИНА: Девять? Ну ладно, хорошо. 363-36-59 – телефон прямого эфира, и минут через 7-8 будем принимать ваши ответы. Я хочу вернуться к тому, на чем мы остановились, и попрошу уже Бориса Куприянова высказаться. Поскольку такой вот анализ катастрофы нам уже тут продемонстрировал Александр Иванов. Ваши ощущения?

Б.КУПРИЯНОВ: Ну, мое ощущение еще более катастрофичное. Единственное, что есть какой-то маленький огонек надежды – так, наверное, можно сказать. Потому что для меня был очень важен прошлый год и начало этого года тем, что открылись независимые и открываются независимые книжные магазины региональные.

К.ЛАРИНА: А что такое «независимый книжный магазин»?

Б.КУПРИЯНОВ: Независимый книжный магазин отличается от обычного тем, что он, во-первых, не сетевой – ну, это даже не столь важно. А самое главное, что присутствует авторский отбор литературы. Директор магазина, работники магазина отбирают литературу такую, какую хотят видеть. Я считаю, что лучший независимый магазин города Москвы – это магазин «Москва», например. Потому что там существует этот отбор. Он может нравиться, не нравиться, но он существует.

К.ЛАРИНА: То есть там не все, что издается, да?

Б.КУПРИЯНОВ: Да. В сетевых магазинах отбора не существует. Вот, в качестве примера можно привести такую историю. Когда «Подстрочник» Лунгиной был страшным хитом в «Москве», его невозможно было купить в Москве. Но, тем не менее, сетевые магазины устроены таким образом, что в Перми он продавался совершенно спокойно. То есть авторский выбор литературы говорит о быстром реагировании на те вещи, которые выходят и считаются важными. И потом у нас, все-таки, ну, какой-то критерий вкуса, какой-то критерий отбора.

К.ЛАРИНА: То есть, получается, то, что не делают критики, берет на себя директор независимого магазина.

Б.КУПРИЯНОВ: Ну, так оно всегда было.

К.ЛАРИНА: А, может быть, Борь, в качестве примера. Вот, что у вас там в рейтингах продаж? Можете назвать такой, небольшой список по книжкам?

Б.КУПРИЯНОВ: Ну, сейчас, наверное, это будет Сорокин с «Метелью», которая тоже, кстати, почему-то совершенно обойдена критикой. Я не понимаю, мне очень нравится.

К.ЛАРИНА: Мне тоже нравится. Мы, кстати, на прошлой неделе встречались с Володей, он был у нас в гостях.

Б.КУПРИЯНОВ: Я думаю, что это Аствацатуров, конечно.

М.ПЕШКОВА: «Люди в голом».

Б.КУПРИЯНОВ: «Люди в голом», да. Я думаю, что это книжка Михаила Елизарова, которая тоже продается не так хорошо как хотелось бы, потому что критики очень мало – она вышла в крупном сетевом издательстве. Я думаю, что это… Ну, сейчас трудно назвать какие-то конкретные – мы не ведем никогда рейтинги.

К.ЛАРИНА: А почему вы называете такие имена, которые достаточно хорошо известны?

Б.КУПРИЯНОВ: Я специально называю имена, которые известны.

К.ЛАРИНА: В чем же дело, почему они обойдены критикой, которая, на самом деле, очень благосклонно относилась всегда и к Сорокину, и к Елизарову?

Б.КУПРИЯНОВ: Это не ко мне вопрос.

К.ЛАРИНА: Очень странно. Нет, это вопрос возникает сам по себе. Мы опять переходим к некоей системе рекламной, безусловно. Потому что все равно вся эта критика литературная, какую мы имеем, она так или иначе вписана все равно в рекламный рынок. Я не знаю, по какому принципу там отбираются книжки в журналах, что там. Потому что я не знаю, как это происходит. Издательства же нам присылают тоже книги. Но мы в этом смысле чисты, поскольку мы стараемся каждую неделю в воскресенье встречаться с самыми известными издательствами, просто смотреть на то, что они выпускают. А в журнал, в газету когда присылают литературу? Там как отбор ведется?

М.ПЕШКОВА: Отбирают сотрудники, которые работают.

К.ЛАРИНА: Сами, да?

М.ПЕШКОВА: Сами отбирают.

К.ЛАРИНА: То есть на свое усмотрение.

М.ПЕШКОВА: Журнал «Знамя», да.

А.ИВАНОВ: Парадокс, вот, авторов, в том числе Сорокина, которого упомянул Борис. Собственно говоря, в России есть 3-4 автора, которые более или менее известны за пределами страны. Сюда входит Сорокин, сюда входит Акунин, Пелевин и, наверное, Улицкая. Может быть, я кого-то упустил, но, вот, на пальцах одной руки можно перечислить. И не Сорокин, не Акунин и не Пелевин не являются лауреатами никаких литературных премий в России. То есть, вот, официальная литературная карта просто их исключает. А, тем не менее, например, в следующем году выйдет в очень престижном нью-йоркском издательстве книга «День опричника», и это очень большой успех. Потому что попасть на американский рынок практически невозможно. Это огромный, очень серьезный рынок.

К.ЛАРИНА: А почему вы свой журнал не издаете литературный?

А.ИВАНОВ: Хороший вопрос.

К.ЛАРИНА: Вот, не толстый в этом понимании, а хороший литературный журнал.

А.ИВАНОВ: Я думаю, хороший литературный журнал должен возникнуть, скорее всего, где-то между интернетом и бумагой. Потому что, вот, я думаю, что очень неплохой ресурс не в литературной части, но в общекультурной, это Openspace. Вот, что-то такое именно литературное назрело, где были бы фидбеки, можно было бы вступать в диалог с авторами. Вот это очень важно.

М.ПЕШКОВА: И главное, оперативность. Потому что бумажное – это очень долго, это не менее 3-х месяцев.

А.ИВАНОВ: Они не поспевают, да. Но, вот, отсутствие вот этой картографии – это еще и медленная скорость реагирования, и, я бы сказал, такое неумение взглянуть на литературную ситуацию в России немножко со стороны. Мы, как бы, очень варимся в собственном соку. Это, к сожалению, страшно сказать, это признак провинциальности.

К.ЛАРИНА: Увы.

А.ИВАНОВ: Увы.

К.ЛАРИНА: Ну, это надо отдавать себе в этом отчет. Тут уж, наверное… Чего тут говорить?

А.ИВАНОВ: Как-то вот этот вот более широкий взгляд, более свободный от собственного величия, он позволит нам… Я надеюсь, что позволит. Вообще, я считаю, что независимость – это, ведь, в отличие от зависимости не быть против или за что-то. То есть зависимым можно быть от кого-то, а независимым от кого-то быть нельзя. То есть это некое естественное состояние, оно очень мучительно у нас рождается.

К.ЛАРИНА: Ну, так, на подозрении постоянно «Фаланстер», да? Взять на карандаш это называется. (смеется)

А.ИВАНОВ: «Взят на карандаш». Но Боря – это один из настоящих культурных героев нашего времени, мне кажется.

Б.КУПРИЯНОВ: Спасибо большое.

А.ИВАНОВ: Потому что его независимость очень органична. Он ни с кем не борется, он просто делает то, что считает нужным, то, что ему и его друзьям и соратникам интересно. И там потрясающая атмосфера за счет этого.

М.ПЕШКОВА: И потрясающие книги.

А.ИВАНОВ: И книги отличные, да.

Б.КУПРИЯНОВ: Мне кажется, что если говорить о таком журнале, не важно в каком он будет виде, в оффлайне, в онлайне. Здесь очень важный показатель, что он должен быть не кулуарный, он должен быть бесплатный. Это не должен быть междусобойчик, потому что, на самом деле, вышеупомянутые всякие органы некие, они часто страдают в литературной части или в поэтической явным пристрастием к закрытому кругу участников.

К.ЛАРИНА: К своим, что называется, да.

Б.КУПРИЯНОВ: К своим, да. Это не очень правильно.

К.ЛАРИНА: Но у вас тоже все равно ощущение клуба, все равно присутствует? Там же есть постоянная публика, постоянные покупатели.

Б.КУПРИЯНОВ: Да, постоянная публика у нас, конечно, есть, но мы всячески стараемся ее избежать, потому что мы хотим, чтобы это был клуб не наших и ненаших, а чтобы все люди, которые приходили к нам так или иначе становились бы наши.

К.ЛАРИНА: Ну, учитывая то, о чем говорил Александр по поводу гражданской войны, которая сегодня существует на территории культуры в первую очередь, вообще на гуманитарной сфере. Как тут можно смириться?

Б.КУПРИЯНОВ: Мы сталкиваемся очень давно с различными обвинениями, и надо сказать, тьфу-тьфу-тьфу, пока получается как-то варьировать между ними. Нас обвиняли за время нашего существования в фашизме, анархизме, либерализме, государственничестве жестком. В общем, все страшные грехи, как бы, социальные, которые могут быть, на нас были навешены. Но пока есть не очень много людей, которые не ходят в магазин «Фаланстер» по принципиальным соображениям. Если такие есть – я таких не знаю. И я считаю, что это наше самое большое…

К.ЛАРИНА: А все эти обвинения, которые вы вспоминаете, они, вообще, на чем основаны? Это просто какая-то общая подозрительность к вашему заведению?

Б.КУПРИЯНОВ: Они основаны на том, что мы маркируем свою собственную идеологию, но не маркируем, как бы, поле «Фаланстера». На поле «Фаланстера» может быть представлена любая литература, если она отвечает нашим критериям литературы. То есть если это произведение заставляет думать. Например, мои левые друзья очень обиделись на презентацию книги Миронова «Замурованный». А мне казалось, что она, хотя, идеологически, с автором совсем…

К.ЛАРИНА: Это Борис Миронов, да?

Б.КУПРИЯНОВ: Да. Совсем не близки. Но так как презентацию запретили во всех магазинах, а книга, собственно говоря, о тюрьме, а не о политике. То она должна была пройти в магазине «Фаланстер».

К.ЛАРИНА: А у нас как-то официально запрет оформляется на тиражирование книги?

Б.КУПРИЯНОВ: Нет, там нет никакого официального запрета. Нет, там оформляется, есть списки.

К.ЛАРИНА: Если статья про экстремизм подходит, да?

Б.КУПРИЯНОВ: Да, есть списки. Но эта книжка туда не попала. Потому что к издательству «Вагриус» никаких вопросов не было.

К.ЛАРИНА: А на ваш взгляд, Борис, сегодня существует цензура в том или ином виде в литературе?

Б.КУПРИЯНОВ: Существует самоцензура, которая зачастую бывает опасней, чем цензура государственная. Самоцензура – это цензура продавца.

К.ЛАРИНА: То есть, все-таки, как бы чего не вышло – существует такое?

Б.КУПРИЯНОВ: Да. «Как бы чего не вышло». Это неприятная история. Я знаком с одним исламским издательством, и он мне рассказывал, что в последнее время он не может никакие книжки по исламу определить в какие-либо магазины. Потому что люди просто боятся.

К.ЛАРИНА: Берите наушники, друзья. Давайте мы сейчас на вопросы ответим, а потом еще успеем поговорить уже в финальной части. Итак, напомню телефон прямого эфира 363-36-59. Может быть, напомнить?.. Саш, давайте напомним, все-таки, быстренько вопросы.

А.ИВАНОВ: Как назывался первый независимый магазин, открывшийся в Москве в начале 90-х годов? Кто был директором этого магазина, чем он еще знаменит? Сколько было книжных магазинов на Арбате в 20-е годы XX века? Что означает слово «фаланстер»? Как звали главного героя эпопеи Сергея Ануфриева и Павла Пепперштейна «Мифогенная любовь каст»? Как называется первая книга Германа Садулаева? Внуком какого знаменитого российского филолога является писатель Андрей Аствацатуров? Какие авторы издательства «Ad Marginem» вошли в длинный список премии «Большая книга» этого года? И какое важное событие литературной жизни России будет отмечаться в ноябре этого года?

К.ЛАРИНА: Ну что? Поехали. Телефон у нас горит и можно включать его, уже выводить в прямой эфир. Алло, здравствуйте. Алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Елена, я бы хотела ответить на вопрос по поводу дедушки Андрея Аствацатурова. Виктор Максимович Жирмунский.

А.ИВАНОВ: Абсолютно правильно.

К.ЛАРИНА: Совершенно верно. Вас как зовут, простите, еще раз?

СЛУШАТЕЛЬ: Елена.

К.ЛАРИНА: Елена, а вы откуда звоните?

СЛУШАТЕЛЬ: С Самары.

К.ЛАРИНА: У вас там как с книжными магазинами?

СЛУШАТЕЛЬ: У нас есть несколько сетевых и есть только один магазин, так сказать, исключительно самарский, но вообще он очень хорошо работает. Там можно многое купить. Ну, Самара – большой город, мы не испытываем больших проблем, как, например, более мелкие города.

К.ЛАРИНА: Понятно. Хорошо. Спасибо вам большое, телефон ваш записали – ждите посылочку из Москвы. Следующий звонок. Алло, здравствуйте, алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте. Я хотел бы ответить на вопрос, что такое «фаланстер». Фаланстер – это член фаланг. Вот, Шарль Фурье предлагал преобразовать все общество с помощью объединений тружеников, фаланг.

К.ЛАРИНА: Ну, Борь?

Б.КУПРИЯНОВ: Да-да-да.

СЛУШАТЕЛЬ: И, вот, фаланстер – это, как бы, то же самое, что фурьеристы, это приверженцы этих идей как бы.

Б.КУПРИЯНОВ: Ну, на самом деле, более широкое объединение. Ну, отлично, ответ принимается.

К.ЛАРИНА: Как вас зовут, простите?

СЛУШАТЕЛЬ: Андрей.

К.ЛАРИНА: А вы откуда звоните?

СЛУШАТЕЛЬ: Волгоград.

К.ЛАРИНА: У вас там как с книжными магазинами?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну, так себе.

К.ЛАРИНА: «Так себе»? Чего не хватает вам лично?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну, художественной мало литературы.

К.ЛАРИНА: А что, в основном, продают?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну, такую, популярную.

К.ЛАРИНА: Всякую дрянь, да? (смеется) Ну ладно, мы вам пришлем хороших книжек.

СЛУШАТЕЛЬ: Спасибо.

К.ЛАРИНА: Спасибо вам. Телефон ваш записали. Следующий звонок, пожалуйста. Алло, здравствуйте. Алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день.

К.ЛАРИНА: Добрый, да.

СЛУШАТЕЛЬ: Меня Виктор зовут. Я хочу ответить на вопрос, первую книгу Германа Садулаева. Это повесть «Одна ласточка еще не делает весны».

А.ИВАНОВ: А как сам книга называется, не помните?

СЛУШАТЕЛЬ: «Радио FUCK».

А.ИВАНОВ: Нет-нет-нет.

СЛУШАТЕЛЬ: Написана в 2001 году.

А.ИВАНОВ: Ну, эта повесть, действительно, входила в книгу. Но, вот, название самой книги не припомните?

СЛУШАТЕЛЬ: Она первоначально была в интернете, эта книга.

А.ИВАНОВ: Ну, давайте так. Хорошо. Книга называлась «Я – чеченец!», но там, действительно, «Одна ласточка не делает весны» — действительно, это главная повесть. Спасибо.

К.ЛАРИНА: Виктор, а у вас какой взгляд на книжные магазины? Вы в Москве живете, да?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну, я в ближнем Подмосковье, да. То есть проблем нет с книгами, конечно.

К.ЛАРИНА: Ну, хорошо. Спасибо вам большое, телефон ваш записали. Следующий звонок. Алло, здравствуйте. Алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте.

К.ЛАРИНА: Да, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: Я хотел бы ответить на первый вопрос.

К.ЛАРИНА: Да?

СЛУШАТЕЛЬ: Это магазин «Книжный мир».

К.ЛАРИНА: А про что мы спрашивали первый вопрос?

Б.КУПРИЯНОВ: Мы спрашивали, как назывался первый независимый книжный магазин в Москве, открывшийся в 90-е годы. Нет, к сожалению, это не «Книжный мир».

К.ЛАРИНА: Ошиблись. Следующий звонок, пожалуйста. Алло, здравствуйте, алло? Алло-алло? Говорите, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: Я хочу ответить. Меня зовут Марфа. Сколько было книжных магазинов на Арбате в начале века.

Б.КУПРИЯНОВ: Примерно, плюс-минус.

СЛУШАТЕЛЬ: Пять.

Б.КУПРИЯНОВ: Нет. Совсем не попали.

К.ЛАРИНА: Нет, нет. Алло, здравствуйте. Алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте. Я думаю, что книжных магазинов на Арбате было 2.

Б.КУПРИЯНОВ: Совсем не попали еще больше.

К.ЛАРИНА: Во как! Во как мы плохо думаем. (смеется)

Б.КУПРИЯНОВ: Слушайте, плохо думаем о соотечественниках и предках.

К.ЛАРИНА: Алло, здравствуйте. Алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте.

К.ЛАРИНА: Да, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: Я хотел ответить про магазин. По-моему, это «19-е октября».

А.ИВАНОВ: Абсолютно точно!

К.ЛАРИНА: Отлично. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Павел.

К.ЛАРИНА: Помните этот магазин?

СЛУШАТЕЛЬ: Да.

М.ПЕШКОВА: В Казачьем переулке.

СЛУШАТЕЛЬ: В 1-м Казачьем переулке. Я там еще был тогда настолько не образован, что все порывался спросить, почему он так называется. Но, к счастью, не спросил.

К.ЛАРИНА: Ну, с тех пор прошли годы и вы, судя по всему, уже настоящий литературный гурман, да?

СЛУШАТЕЛЬ: Да, и живу в ближнем Подмосковье.

Б.КУПРИЯНОВ: А как вы думаете, почему он так называется?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну, наверное, все-таки, это связано с Пушкиным.

Б.КУПРИЯНОВ: На самом деле, нет, это связано с днем открытия магазина.

К.ЛАРИНА: Но все равно, нет, в этом есть некая закольцованность.

А.ИВАНОВ: Есть закольцованность, конечно. Это годовщина лицея, да.

К.ЛАРИНА: Да. Спасибо вам, Павел, записали ваш телефон. Следующий звонок. Алло, здравствуйте. Алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Алло?

К.ЛАРИНА: Да, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте. Герой книги Пепперштейна был парторг Владимир Дунаев.

А.ИВАНОВ: Отлично!

К.ЛАРИНА: Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Наталья.

К.ЛАРИНА: Наталья, вы поклонница творчества Павла Пепперштейна?

СЛУШАТЕЛЬ: Нет. Вот, с удовольствием почитаю.

К.ЛАРИНА: Хорошо. А что вы любите вообще читать? Современную литературу читаете какую-нибудь?

СЛУШАТЕЛЬ: Вы знаете, да, я читаю современную литературу. Но больше всего, конечно, я люблю ЖЗЛ. И особенно воспоминания артистов.

К.ЛАРИНА: Хорошо. Спасибо большое, записали ваш телефон. Кстати, в ЖЗЛ, по-моему, «Леонов» выходит книжка Захара Прилепина.

М.ПЕШКОВА: Она уже вышла.

А.ИВАНОВ: Вышла?

М.ПЕШКОВА: Она уже вышла, да. И вышла книга о Чехове.

К.ЛАРИНА: Следующий звонок, пожалуйста. Кто у нас тут готов? Алло, здравствуйте, алло? Говорите, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. По-моему, 9 магазинов было.

К.ЛАРИНА: Нет, не 9?

Б.КУПРИЯНОВ: Нет, не 9.

К.ЛАРИНА: Нет, не 9. Еще давайте гадать. Алло, здравствуйте. Алло-алло-алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, меня зовут Олег, я хотел бы ответить на вопрос о хозяине магазина «19-е октября». Мне кажется, это Марк Фрейдкин.

Б.КУПРИЯНОВ: Абсолютно точно. А чем он еще, не знаете, чем он еще знаменит, кроме того что он хозяин?

СЛУШАТЕЛЬ: Мне кажется, что я слышал песни его авторства и переводчик он, по-моему.

Б.КУПРИЯНОВ: Совершенно верно. Абсолютно точно.

К.ЛАРИНА: Прекрасно. Как вас зовут, простите?

СЛУШАТЕЛЬ: Олег.

К.ЛАРИНА: Олег. Спасибо вам за звонок, книги ваши. Следующий звонок, пожалуйста. Алло, здравствуйте. Алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, добрый день. Я хотела бы на последний вопрос ответить. В ноябре 2010 года 100 лет со дня смерти Льва Толстого. Это правильно?

Б.КУПРИЯНОВ: Конечно. Нам казалось, что это должен быть самый первый ответ.

СЛУШАТЕЛЬ: Зовут меня Татьяна.

К.ЛАРИНА: Спасибо вам, Татьяна, ваш ответ совершенно верный.

М.ПЕШКОВА: И в связи с этим…

К.ЛАРИНА: Будет какая-нибудь жизнь происходить в честь этого?

Б.КУПРИЯНОВ: Я надеюсь, что будет. Ну, на книжном фестивале, который пройдет в июне, правда, еще раньше, Московский летний книжный фестиваль, произойдет какое-то большое количество мероприятий, связанных с жизнью Толстого. Обязательно в Крапивне будет какая-то история уже в ноябре, то, что будет устраивать Ясная поляна. Но надо сказать, что почему-то так складывается, что заграницей мероприятий в честь столетия со дня смерти Льва Толстого больше, чем в России. Почему, это непонятно, и даже это была одна из интриг лондонской книжной ярмарки, которая неизвестно, состоится ли в связи с вулканом. Будем надеяться, что состоится.

К.ЛАРИНА: Да. Так, что у нас там еще осталось? Много, Саш?

А.ИВАНОВ: У нас 2 вопроса. Самые сложные – это, оказывается, сколько было книжных магазинов на Арбате. И еще вопрос о том, какие авторы издательства «Ad Marginem» вошли в длинный список премии «Большая книга».

К.ЛАРИНА: Ну, давайте мы сделаем так. Мы на эти 2 вопроса поищем ответы на SMS. Напомню, куда присылать: +7 985 970-45-45. Итак, сколько было магазинов книжных на Арбате в 20-х годах прошлого столетия и кто из авторов «Ad Marginem» вошел в длинный список «Большой книги». Все, ждем ваших ответов. Остается у нас 5 минут для того, чтобы мы немножечко вперед заглянули по традиции. Чтобы Александр, все-таки, успел похвастаться ближайшими своими победами как издатель.

А.ИВАНОВ: Ближайшими планами.

К.ЛАРИНА: Да.

А.ИВАНОВ: Ну, буквально пару книг я назову, которые мы готовим. Одна совершенно выдающаяся – это книга Леонида Юзефовича «Самодержец пустыни», которая представляет из себя расширенное почти вдвое новое издание удивительного историка и прекрасного человека и писателя Леонида Юзефовича, лауреата премии «Большая книга» прошлого года. Это история гражданской войны, история, связанная с загадочной фигурой барона Унгерна и тем, что был этот человек и что он из себя представлял, что это за утопия соединения Востока и Запада реализовалась в начале 20-х годов в этом месте. Еще одна книга, которая сейчас готовится, и я надеюсь, что в конце года она выйдет – это огромный роман размером примерно с «Войну и мир» Джонатана Литтелла, такого французского автора, который получил Гонкура несколько лет назад за этот роман. Это удивительный роман, напоминающий о лучших, действительно, романах XX века, роман, написанный от лица эсесовского офицера, который воюет и принимает участие в чудовищных преступлениях на Восточном фронте. Это очень критический роман в отношении вот этого феномена настоящего зла. Это роман о зле.

К.ЛАРИНА: Это документальная история?

А.ИВАНОВ: Это не документальная история, это абсолютно вымышленный роман от первого лица. И это очень сильная вещь. Вот, сейчас идет перевод этой эпопеи, я бы так сказал, и это, конечно, просто очень серьезное произведение.

К.ЛАРИНА: А не боитесь, что опять возникнут какие-нибудь?..

А.ИВАНОВ: Нет-нет-нет, там нет абсолютно никаких даже возможностей. Там он по-настоящему критичен в отношении нацизма, преступлений нацизма. Ну, это показано изнутри, это зло показано изнутри очень сильного психологического романа.

Б.КУПРИЯНОВ: Наверное, напротив, этот роман стал событием в Европе в прошлом году. Он переведен на…

А.ИВАНОВ: На английский язык, на очень много языков.

Б.КУПРИЯНОВ: На массу языков. И, собственно говоря, роман отвечает на пушкинский вопрос, как бы, да? По поводу гения и злодейства, отчасти.

А.ИВАНОВ: Да-да-да.

Б.КУПРИЯНОВ: Роман очень сложный, он не такой простой.

А.ИВАНОВ: Роман называется «Благоволительницы», я забыл сказать. Это такой античный образ линии богинь мщения, которые стали затем благоволительницами в отношении Афин. Ну, вот, 2 книжки, действительно, очень больших. Остальные новинки – просто следите за нашим сайтом и за сайтом «Эха Москвы».

К.ЛАРИНА: Борь, а вы кого ждете из авторов? От кого, вернее, ждете события?

Б.КУПРИЯНОВ: Я жду возрождения большого романа. Мне очень хочется, чтобы вернулась романная форма. Меня страшно смущает, что с начала года очень немного вышло серьезных книг, которые стали событием.

К.ЛАРИНА: Я тоже об этом сейчас подумала, что…

Б.КУПРИЯНОВ: На самом деле, мы только что вспоминали книжку Юзефовича, когда она вышла, первое издание. Это стало событием, ее читали все. Таких книг можем в каждый год найти 2-3 книги, которые стали событийными. Вот, в прошлом году, как бы, такой книжки, можно сказать, что не было. Я, на самом деле, очень жду Гиголашвили. Я надеюсь, что его прочтут – это важнейшая книжка.

Я, конечно, надеюсь, передаю в разных передачах, как бы, привет Захару Прилепину, надеюсь, что он, все-таки, напишет какой-нибудь роман. Мне очень хотелось бы прочесть новый роман Прилепина.

К.ЛАРИНА: Так, я смотрю на ответы. Давайте мы к ним вернемся. 20 цифра нас устраивает? Или не очень? 40 есть. 14, 15, 30.

Б.КУПРИЯНОВ: 15 ближе всего – 17.

К.ЛАРИНА: 17 нету.

Б.КУПРИЯНОВ: Наш ответ 17, поэтому нас…

К.ЛАРИНА: 17 нет, но 15 есть. Автора этого ответа зовут Вера, телефон 151 первые три цифры. Вера, мы вас поздравляем. Так, что мы еще хотели спросить, я забыла?

А.ИВАНОВ: Какие авторы вошли в «Большую книгу».

К.ЛАРИНА: Гиголашвили – есть такой ответ?

Б.КУПРИЯНОВ: Да.

М.ПЕШКОВА: Да.

К.ЛАРИНА: Есть. Ну, они несколько разбросаны. Авченко.

А.ИВАНОВ: Абсолютно точно. Всего 2 автора – Василий Авченко и Гиголашвили.

К.ЛАРИНА: Ну, так, есть у нас точный ответ. Это у нас кто получается? Лена, телефон 152. Лена, мы вас тоже поздравляем, вы у нас тоже абсолютный победитель. Все, мы на этом завершаем нашу творческую встречу. Напомню только, где «Фаланстер» находится. Борь, скажите нам.

Б.КУПРИЯНОВ: Можно говорить, да? Малый Гнездниковский переулок, 12/27. Спасибо.

К.ЛАРИНА: Спасибо большое.

А.ИВАНОВ: Спасибо.

Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире