'Вопросы к интервью
К.ЛАРИНА – Начали? Добрый день, я здороваюсь с Майей Пешковой, для начала – Майечка, добрый день!

М.ПЕШКОВА – Здравствуйте!

К.ЛАРИНА – У нас сегодня в гостях издательство «Дрофа-плюс», я уже нашим слушателям напоминала, что это самые близкие наши друзья. Все книги, которые расходятся из нашей студии к нашим слушателям в квартиры, это все, в основном, издательство «Дрофа-Плюс» нам предоставляет такое разнообразие. Ну, сегодня мы будем книжки представлять самые разные – сейчас мы начнем о них говорить, сначала представим всех участников сегодняшнего разговора. Татьяна Нилова – генеральный директор и главный редактор «Дрофы-Плюс». Здравствуйте, Татьяна!

Т.НИЛОВА – Добрый день!

К.ЛАРИНА – Сергей Стахорский, доктор искусствоведения, профессор Столичного гуманитарного института, зав. кафедрой искусствознания.

С.СТАХОРСКИЙ – Добрый день!

К.ЛАРИНА – Здравствуйте, Сергей. И Алексей Копалин, главный художник издательства «Дрофа-плюс». Здравствуйте, Алексей.

А.КОПАЛИН – Добрый день!

К.ЛАРИНА – Про книжки давайте сразу скажем, что мы сегодня разыгрываем. Татьяна, наверное, Вы нам сразу расскажете, да?

Т.НИЛОВА – Мы разыгрываем сегодня самые разнообразные по жанру книги. Здесь и детские книги, и прикладная литература, и подарочные издания, и главное, по поводу чего мы собрались – новый том нашего проекта «Популярная иллюстрированная энциклопедия», том «Русская литература» долгожданный, автор сидит рядом. Вот, среди этих книг на что бы я хотела обратить внимание. Помимо замечательных детских книг современных авторов Роньшина и Лавровой, известного нашего классика Аркадия Гайдара, знаменитого нашего классика Лескова – «Левша», Кира Булычева, двух сборников…

К.ЛАРИНА – Булычев-то какой здоровый том! Боже мой…

Т.НИЛОВА – Да. Мы сделали такой, очень, я считаю, достойный сборник, мы включили – поскольку Булычев вообще один из самых лучших на сегодняшний день, я считаю, интерпретаторов истории, таких популяризаторов, который умеет легко писать об очень интересных вещах. Вот, мы собрали практически все, что было при его жизни написано, и выстроили это в таком, как бы, хронологическом порядке, и получился такой, с моей точки зрения, очень полный том, репрезентативный с точки зрения состава и с точки зрения того, что сделал автор. Это, по сути дела, вот, его, как бы, избранное в одном томе на одну тему. Хотя писал он, естественно, не только о тайнах истории, а чего он только ни писал. Вот, два замечательных – еще хотела бы обратить внимание – две замечательных книги прикладных – это «Папье-маше» и «Подарки своими руками» из самых разнообразных материалов, от соленого теста до бисера. И две книги…

К.ЛАРИНА – «Волшебная флейта»?

Т.НИЛОВА – …подарочных. Вот я про них сейчас скажу. Это «Принц и нищий» с иллюстрациями замечательного, мною страстно любимого художника Иткина, вот, которая издана очень достойно, очень красиво, в футляре, с золотым обрезом, со всякими разными прибамбасами, очень красивая книга…

М.ПЕШКОВА – Эта книга уже успела пропутешствовать, она поехала в Вену. Что там было, в Вене?

Т.НИЛОВА – Вы знаете, в Вене на наши книги вообще очень хорошо отреагировали, но, естественно, в Вене самая хорошая реакция была на книгу «Волшебная флейта», потому что «Волшебная флейта», Моцарт, Вена…

К.ЛАРИНА – Вы про нее еще не сказали – Татьяна, скажите.

Т.НИЛОВА – Да, я про нее сейчас скажу. Это, я считаю… как бы, вот, у нас два главных приза на сегодняшний день, я считаю, гран-при два одновременно. Это том «Русская литература» и, конечно же, «Волшебная флейта».

К.ЛАРИНА – «Волшебная флейта» — произведение искусства.

Т.НИЛОВА – «Волшебная флейта» — это не просто книга, я считаю, что это культурологический проект, потому что в этой книге объединились музыка, театр и художник – как бы, все вместе. И естественно, текст. Потому что в основе книги лежат пересказанные Мариной Дружининой, нашим известным детским автором, в сказочной форме либретто самых знаменитых опер на сказочные сюжеты. Т.е. здесь мы видим и «Садко», и «Снегурочку», и «Волшебную флейту», и «Ганзель и Гретель», и еще, там, скажем – я сейчас не помню – «Турандот», по-моему, «Орфей и Эвридика», т.е. самые знаменитые вот такие вот оперы. Но, как бы, сюжеты – само собой, оперы – само собой, но художественное оформление этой книги, иллюстрации, дизайн – все это, с моей точки зрения, извините меня за такую, как бы, банальность, дышит атмосферой театра. Потому что художник совершенно замечательный, Олег Коминарец, постарался сделать так, чтобы иллюстрации были сценографичны, т.е. они все идут от низа, от пола, как бы, от рампы. Вот, а наш главный художник Алексей Копалин сумел всему этому действу придать вот такую театральность, фееричность, подарочность, праздник. И поэтому, по-моему, в этой книге вот эта вот атмосфера театра, она чувствуется с первой страницы. Начиная, кстати, с первого листа. Леша использовал для титульного листа… ну, скажем так, родную обложку издания…

К.ЛАРИНА – Так, давайте мы это раскроем – я не могу все это слушать, я должно это все увидеть.

Т.НИЛОВА – Вот это очень интересный проект…

А.КОПАЛИН – Да, т.е. это не то, что книга, а это еще немножечко и театр.

Т.НИЛОВА – Да. Книга-театр. Вот.

К.ЛАРИНА – Давайте, я пока раскрываю… вот…

Т.НИЛОВА – Мне кажется, ее очень приятно читать и рассматривать, поставив CD с «Волшебной флейтой» Моцарта, перелистывать страницы этой книги, получается соединение всех искусств.

М.ПЕШКОВА – А что она делала в Вене, эта книжка?

К.ЛАРИНА – Красота!..

Т.НИЛОВА – В Вене в январе этого года проходил праздник русской книги, как бы, дни русской книги, вот, и мы там представляли нашу продукцию на наш стенд, в том числе, там и «Волшебную флейту». Вот, возглавлял нашу делегацию Сергей Михалков, вот, и…

К.ЛАРИНА – Сергей… Настоящий Сергей Михалков?

М.ПЕШКОВА – Да.

Т.НИЛОВА – Самый настоящий, что ни на есть, да! (смеются) Самый, что ни на есть настоящий Сергей Михалков. Вот, и наши книги, по словам очевидцев, пользовались там большим успехом, и «Волшебная флейта» просто произвела сильное впечатление.

К.ЛАРИНА – Да, действительно, тут, как бы, действие происходит в театре, да?

Т.НИЛОВА – Да, да, да.

К.ЛАРИНА – На сцене.

Т.НИЛОВА – И вот эти вот, как бы, кулисы с текстом – тоже на них, я считаю, очень сильное такое влияние театра.

К.ЛАРИНА – Да, да.

Т.НИЛОВА – И все занавесы – вот тут вот, я говорила, рисование…

К.ЛАРИНА – Задник.

Т.НИЛОВА – Да, от рампы, вот такое, от сцены.

К.ЛАРИНА – Это очень удобно, вот, если дома такую книжку иметь…

Т.НИЛОВА – Конечно.

К.ЛАРИНА – Вот, допустим, вы собрались пойти на оперу «Садко»…

Т.НИЛОВА – Конечно, естественно.

К.ЛАРИНА – Да, с ребенком…

Т.НИЛОВА – Естественно. Конечно.

К.ЛАРИНА – Открыли, посмотрели-почитали, и человек пошел уже с такой готовностью, с таким желанием увидеть это по-настоящему.

Т.НИЛОВА – Конечно, конечно.

К.ЛАРИНА – Это, конечно, все замечательно. Просто замечательно.

М.ПЕШКОВА – А какой обрез красивый золотой. Посмотрите, Ксения.

Т.НИЛОВА – Да, да, мы эту книгу печатали в Венгрии, и она сделана, с точки зрения полиграфии, совершенно безупречно. Причем, вы понимаете, дело в том, что золотой обрез, он не является сам по себе свидетельством, там скажем, ценности книжного издания. Все должно быть уместно, все должно быть… В этой книге, вот, уместно вот это золото, этот блеск, вот эта печать по шелку – на футляре там с лирами – шелковый переплет этой книги тоже, как бы, вот…

А.КОПАЛИН – Глиссе.

Т.НИЛОВА – Все… фактурность. Вот эта фактурность театральная…

К.ЛАРИНА – Занавесы разные все. Да?

Т.НИЛОВА – Естественно.

А.КОПАЛИН – Ну конечно.

Т.НИЛОВА – Ну а как же? У каждой эпохи своя стилистика, естественно. Леша здесь выступил, я считаю, как бы, не только художником, а своего рода режиссером-сценографом каждой этой вот оперы.

К.ЛАРИНА – А как это все происходило? Леш, Вы получили вот эти готовые картины художественные… да?

А.КОПАЛИН – Ну, сначала… честно говоря, сначала родилась, ну скажем так, издательская концепция. Потому что Марина Дружинина – по-моему, она 8… да, 8 лет прошло…

Т.НИЛОВА – Да, 8 лет.

А.КОПАЛИН – …с момента идеи…

Т.НИЛОВА – Тыкалась в разные издательства с этой книжкой.

А.КОПАЛИН – Да. И…

К.ЛАРИНА – Да, тут важно, кстати, по поводу текста – простите, Леша, я Вас перебью – что это не либретто, да, это именно пересказ вот так вот…

Т.НИЛОВА – Да.

А.КОПАЛИН – Да, да.

К.ЛАРИНА – Полноценное художественное произведение, да?

Т.НИЛОВА – Полноценное… да, да.

А.КОПАЛИН – И доступное детям, потому что текст достаточно легкий и где-то с юмором…

К.ЛАРИНА – Диалоги такие замечательные.

А.КОПАЛИН – Да, да.

К.ЛАРИНА – Так.

А.КОПАЛИН – И потом мы собрались небольшой компанией. (смеются) И подумали, а почему бы нам не сделать красивую книгу? Красивую и интересную. Нам сразу пришел на ум…

Т.НИЛОВА – С театральной формой.

А.КОПАЛИН – Да, именно с театральной формой. Чтобы это было какое-то зрелище, чтобы это можно было воспринимать и как книгу, и как… я не знаю, как, вот, кусочек театра. И сразу возникла фигура художника, которого мы очень любим – Олега Коминарца, возникло множество идей по форме книги – вот тут, кстати, интересный футляр, он…

Т.НИЛОВА – Действительно занавес.

А.КОПАЛИН – Да, он… ну, не футляр, а можно сказать, что это занавес в театре. Когда мы его снимаем с книги, занавес открывается…

К.ЛАРИНА – Начинается спектакль.

А.КОПАЛИН – Да. Да… Художник тоже загорелся этой идеей, он… ну, он так, особенно ему западные оперы близки, но тем не менее, вот…

Т.НИЛОВА – Русские оперы он сделал.

А.КОПАЛИН – Две русские он сделал замечательно, хотя сначала немножко сопротивлялся.

К.ЛАРИНА – Вот, «Снегурочку» я открыла?

Т.НИЛОВА – Да, да, да.

К.ЛАРИНА – Совершенно зимняя, роскошная сказка.

А.КОПАЛИН – Да, да.

Т.НИЛОВА – А еще я хочу сказать, что каждую оперу, каждый рассказ предваряет такое, маленькое-маленькое совершенно, на одну страничку эссе о композиторе. Т.е. рассказывается о композиторе…

К.ЛАРИНА – История создания оперы, по сути.

Т.НИЛОВА – …об истории создания оперы. Т.е. еще один вход в театр, еще один вот этот вот элемент…

К.ЛАРИНА – Ну тогда уж, если идти до конца, должен прилагаться еще и компакт-диск.

Т.НИЛОВА – Были такие планы…

К.ЛАРИНА – Ну?

Т.НИЛОВА – Но не успели.

К.ЛАРИНА – Не успели?

Т.НИЛОВА – Не успели.

К.ЛАРИНА – Такая идея, конечно, должна была возникнуть.

Т.НИЛОВА – Такая идея была, такая идея была. Да, мы хотели сопроводить все это дисками. Я думаю, что когда будем делать допечатки…

К.ЛАРИНА – Музыкальный материал, конечно. Да, да, да.

Т.НИЛОВА – …мы это обязательно сделаем.

А.КОПАЛИН – Да, да.

М.ПЕШКОВА – Хотелось у Алексея спросить: а Ваш прапрадед любил театр? Я имею в виду Айвазовского?

К.ЛАРИНА – Опять про Айвазовского! (смеются)

А.КОПАЛИН – Ну вот, мне подсказывают!..

К.ЛАРИНА – Повторим… да, мы повторим эту фенечку про Копалина, что он праправнук Айвазовского, да?

А.КОПАЛИН – Да.

К.ЛАРИНА – Мы в прошлый раз построили на этом практически всю передачу.

А.КОПАЛИН – Вообще, он любил, море. (смеются) В особенности.

М.ПЕШКОВА – Он знал, что будут любить шейхи в XXI веке. Его работы.

К.ЛАРИНА – Очень красивая книжка…

А.КОПАЛИН – Не знаю, думал ли он об этом. (смеется)

К.ЛАРИНА – А вот, возвращаясь к книге все-таки, Вам не кажется, что это начало серии?

А.КОПАЛИН – Хорошая идея.

Т.НИЛОВА – Мы посмотрим. Это хорошая идея, и естественно, она в головах уже была. Мы посмотрим сначала. Потому что, в общем, для нашего рынка, я могу сказать так…

К.ЛАРИНА – Непривычно?

Т.НИЛОВА – Это непривычный проект.

А.КОПАЛИН – Да.

Т.НИЛОВА – И не только непривычный, но и дорогой, в общем-то, по цене. Мы посмотрим, как на него отреагируют.

К.ЛАРИНА – Такое ощущение, что это шелк.

Т.НИЛОВА – Конечно. Шелк.

А.КОПАЛИН – Это он и есть.

К.ЛАРИНА – Шелк? Да?

Т.НИЛОВА – Шелк, конечно. Это шелк, печать по шелку. Вот.

К.ЛАРИНА – С ума сойти!

Т.НИЛОВА – Так что все, как в театре, все фактурно, все можно пощупать – плюш на креслах, бархат занавесок, там, я не знаю, парча и атлас.

К.ЛАРИНА – Так, ну давайте дальше хвастаться. Пожалуйста, про…

Т.НИЛОВА – Давайте.

К.ЛАРИНА – Можем начать уже сейчас, давайте. Про литературу.

Т.НИЛОВА – Я, в принципе, уже обо всем остальном похвасталась, я прежде всего, хочу похвастаться, конечно же…

К.ЛАРИНА – Давайте.

Т.НИЛОВА – «Литературой». Вот, это третий том в нашем проекте.

К.ЛАРИНА – Я бы этой книге дала какой-нибудь приз… как там называется, у нас на ярмарке-то? Книга года?

М.ПЕШКОВА – Книга года, да.

К.ЛАРИНА – Вот книга года. Вот, вас должны номинировать.

Т.НИЛОВА – Мы не спорим даже.

К.ЛАРИНА – Номинировать. Это просто…

А.КОПАЛИН – Мы согласны.

Т.НИЛОВА – Мы сами…

К.ЛАРИНА – И на «Волшебную флейту» на эту показывают – действительно, книга года. Потому что это, вот, какой-то проект.

М.ПЕШКОВА – Это событие.

Т.НИЛОВА – Да, это проект, это проект. Вот, теперь о «Русской литературе». Это третья книга в этом проекте, и вторая книга нашего любимого автора Сергея Всеволодовича. У него уже вышла «Русская культура» и вот сейчас, наконец-то, долгожданная «Русская литература».

К.ЛАРИНА – Давайте, я буду ее смотреть, а Вы будете говорить.

Т.НИЛОВА – Давайте. Что я могу сказать об этом томе? Вот вы понимаете, дело в том, что энциклопедии с таким названием – «Русская литература», «Русские писатели», такого века, сякого века – их было очень много. Были энциклопедии литературных персонажей и энциклопедии литературных произведений, т.е. все было. Казалось бы. Но тем не менее, когда этот том открываешь, видишь, что такого еще не было. И я долго думала сама для себя, как сформулировать отличие вот этого тома. И вот мне пришло в голову такое, не знаю, может быть, не совсем корректное, но сравнение с «Солярисом» Лема. Знаете, как, вот, например, у Лема – есть мыслящий океан. Да, вот та самая мыслящая материя, которая превращается в подсознательные образы главных героев и выражает их мысли, чувства, рефлексии по поводу. Так этот том, с моей точки зрения, отражает живую ткань русской литературы. Т.е. неважно даже, что автор пишет в данном случае о Пастернаке и соглашаемся ли мы с ним или нет. Согласны ли мы с его оценкой Шолохова, там – я помню, там были всякие разные…

К.ЛАРИНА – Мнения самые спорные, да, да, да.

Т.НИЛОВА – Вот. Но когда его открываешь, мы видим живое действо такое вот, мы видим образы русской литературы. Которые воплощены в персонажах. Поэтому, когда вот такой вот подход, мне кажется, вопрос о том, нужен был этот писатель в истории русской литературы или не нужен, внес он какой-то вклад такой, серьезный, останется ли он на века или, может быть, будет забыт, там, уже во втором поколении – и все вот эти окололитературные споры и дискуссии, они становятся, как бы, над литературой, а литература, как вот тот самый живой процесс, через который, ну, наверное, я могу сказать так: вот, ну недаром же их называют «божьими дудками», «волшебными флейтами», всех вот этих проводников, да, вот того вот самого… той самой вот какой-то разумной материи. И вот, мне кажется, что Сергею удалось показать вот это вот… вот ту вот надмирность литературы, и поэтому все, вот, персонажи этой литературы, они стали образами и ее героями. А главный герой этого тома – русская литература. И вот, с моей точки зрения, никому еще не удавалось такой том сделать, как Сергею Всеволодовичу. Сергей, вот я действительно, вот…

К.ЛАРИНА – Лестная картина такая.

Т.НИЛОВА – Когда мы делали это, я этого не осознавала. А вот когда, вот, я ее листала, вот у меня вот такое сравнение возникло в голове, может быть, некорректное. Но…

К.ЛАРИНА – Вообще, уникальность этого… этой энциклопедии, как, я понимаю, и многих других ваших энциклопедий…

Т.НИЛОВА – Да, естественно.

К.ЛАРИНА – …то, что они абсолютно авторские.

Т.НИЛОВА – Да.

К.ЛАРИНА – Да?

Т.НИЛОВА – Ну, не все, но у Сергея авторская.

К.ЛАРИНА – Ну, вот литературные точно совершенно.

Т.НИЛОВА – Да.

К.ЛАРИНА – А по-моему, искусство тоже, по-моему, авторское?

Т.НИЛОВА – Да, Сергей Всеволодович – автор у нас, да.

К.ЛАРИНА – Да, да, да, да, мы про это говорили в прошлый раз, что насколько это все субъективно.

Т.НИЛОВА – Ну, у нас в любом случае, даже если энциклопедия не авторская, научный руководитель, он владеет, скажем так… его воля, научного руководителя, научная концепция все равно довлеет в томе, потому что даже если он подбирает какой-то коллектив, он подбирает его под свое видение, под свою концепцию. А Сергей не только сам все это запомнил…

К.ЛАРИНА – Ну, вот, допустим, изучив вот этот том литературы, можно, наверное, многое сказать о самом Сергее Стахорском. О том, что он любит, что он не любит. В какой среде он жил, воспитывался, каковы его политические убеждения. (смеется)

С.СТАХОРСКИЙ – Да, конечно, сказать очень многое можно, но я бы, вот, хотел подхватить мысль, которую сейчас озвучила Татьяна Нилова. Если бы название этого тома не было предусмотрено нашей энциклопедической серией, я бы назвал эту книгу «Живая литература». Вот именно идея запечатлеть литературу в ее живых связях с окружающим миром… конечно, литература – это, прежде всего, тексты, великие тексты. Но нас также очень интересовал…

К.ЛАРИНА – Идеология.

С.СТАХОРСКИЙ – Да, это мировоззрение, это идеология, но нас также очень интересовал мир людей, которые существуют вокруг литературы, которые входят в нее в виде прообразов, прототипов, протосюжетов. Вот когда-то Достоевский высказал такую мысль, что Хлестаковы, Чичиковы снуют и бегают между нами, но только в разжиженном состоянии. Это глубокая мысль, потому что величие писателя в том, что он делает символ, образ сконцентрированный. Но нам бы хотелось, чтобы на пространстве этой книги сновали, бегали вот эти прообразы, прототипы, какие-то иногда анекдотические ситуации, курьезы, которые вырастают потом…

К.ЛАРИНА – Все мистификации какие-то, да?

С.СТАХОРСКИЙ – Разумеется. История литературной мистификации – это замечательный сюжет, и кстати, здесь он представлен, в том числе, и в таких, вызывающих, может быть, несколько неадекватный ажиотаж в последнее время спорах, разговорах о «Велесовой книге»… тут есть сюжеты…

К.ЛАРИНА – Сергей, давайте я сейчас Вас остановлю. Мы подробнее остановимся на этом томе, еще поговорим, а сейчас давайте новости послушаем.



НОВОСТИ



К.ЛАРИНА – Такой сейчас ликбез проводила с нами Татьяна Викторовна Нилова, генеральный директор и главный редактор «Дрофы-Плюс». Именно это издательство сегодня у нас в гостях. Сергей Стахорский, доктор искусствоведения, профессор гуманитарного института, зав. кафедрой искусствоведения, и вот, автор сегодня… сегодня выступает как автор энциклопедии «Русская литература». Ну, и главный художник издательства Алексей Копалин, пра-пра-правнук Айвазовского. Майя Пешкова, Ксения Ларина здесь в студии, я быстренько задаю вопросы, а потом Сергею вновь вернем слово для того, чтобы он еще рассказал о работе над «Русской литературой». Итак, внимание, вопросы к вам, уважаемые друзья. В каком произведении какого автора главный герой плакал и рвал желтые цветы? Чье жизнеописание легло в основу повести о Варлааме и Иоасафе? Правильно я прочитала, да? Правильно? О ком Хлебников сказал «из теста изваянный Зевс»? Когда возник литературный жанр «бестиарий», и как он назывался на Руси? За что получил свое прозвище Вассиан Рыло? Какого писателя Куприн сравнил с чистым спиртом в 90 градусов? Ну, и наконец, последний вопрос: кого называли «русским Мюнхгаузеном»? Минут через 10 будем отвечать на эти вопросы, а сейчас я возвращаю слово автору «Русской литературы» Сергею Стахорскому.

С.СТАХОРСКИЙ – Да. Так вот, идея живой литературы с ее прототипами, прообразами, она для нас была очень важна. Я хотел бы, в частности, обратить внимание читателей на такую возможность этой книги. С этой книгой можно совершать литературные прогулки по Москве…

М.ПЕШКОВА – Т.е. взять ее подмышку и с ней шагать?

С.СТАХОРСКИЙ – Можно сначала прочитать, а можно взять и подмышку. Но главное, что здесь представлена литературная топонимика. Улицы, переулки, литературные места, где что происходило. Ну, и такие известные…

К.ЛАРИНА – Да, ну, в качестве примера: я Булгакова, допустим, открываю и вижу – там отдельная глава о Патриарших прудах, что вполне естественно, да?

С.СТАХОРСКИЙ – Да, конечно, конечно. Да, или, там, Лизин пруд – знаменитое место паломничества XVIII века, куда собирались москвичи, прочитавшие повесть Карамзина «Бедная Лиза», и оставляли разные замечательные надписи. Там были надписи и такие, чувствительные и иронические. Например, такая: «Погибла здесь Эрастова невеста; топитесь девушки – в пруду довольно места».

К.ЛАРИНА – А кому сколько места, кстати? Вот Вы определяли как? Вот почему… Пушкину сколько Вы отдали страниц – ну-ка дайте подсчитаю… Больше всех. Больше всех. Он на первом месте, да, Пушкин? Как Вы, вообще, распределяли место на писателей?

С.СТАХОРСКИЙ – Ну, это был очень такой, сложный на начальном этапе работы процесс совместный, мы обсуждали, как выстроить том, т.е. какая фигура – это отдельный сюжет, а кто, как мы, вот, называем это подверстками, войдет в блок другого сюжета. Главное, что здесь задача была показать не только шедевры отечественной русской литературы, хотя они, конечно, занимают центральное место, но показать значимые произведения, события литературы, потому что некоторые вещи, они уходят потом, они остаются в истории, но они значимы для своего времени. Здесь не только классика, но это беллетристика и приключенческие жанры, детективы, то, что составляет массовое чтение. Я не принадлежу к людям, которые смотрят на массовую культуру, ну так, несколько…

К.ЛАРИНА – С высокомерием, да?

С.СТАХОРСКИЙ – Да, да, да. Поэтому мне нашлось, что сказать об Александре Марининой, потому что факт литературной жизни постсоветских 90-х годов, и не заметить его было бы несправедливо.

М.ПЕШКОВА – А о постмодернистах Вы пишете?

С.СТАХОРСКИЙ – Да, конечно, конечно. Но в той мере, в какой можно говорить об этом, еще таком неустойчивом явлении – это движение существует где-то 10-15 лет, и подводить итоги преждевременно.

К.ЛАРИНА – Ну, здесь надо еще все-таки сказать, что здесь не только имена, персоналии и литературные жанры, но и – вот, как Вы уже сказали – географические названия, города… или, вот, жанр – жизнеописание, я открываю. Или толстые и не только толстые журналы, какие-то знаковые события. Дифирамб – жанр поэзии…

Т.НИЛОВА – Здесь даже есть очень интересная подверстка «бродячие образы русской литературы», т.е. как мировая литература через свои самые яркие образы отразилась в русской литературе. Ну, например, там, образ Гамлета, как вот по-разному у нас так представлялся, может быть, даже не всегда под своим именем.

К.ЛАРИНА – Давайте мы с художником поговорим. Потому что автор нам рассказал, все-таки свой подход понятен. А что художник нам скажет? Здесь вот такие круги, вот, как я понимаю, здесь такая воронка выстраивается – вот одно за другим так и тянется. И до дна так и добраться невозможно. Как здесь художнику работать? Алексей?

А.КОПАЛИН – Интересно, потому что помимо текста здесь есть еще и изображение. Это…

К.ЛАРИНА – Коллажи знаменитые, опять же.

А.КОПАЛИН – Да.

К.ЛАРИНА – Уже фирменные. Да?

А.КОПАЛИН – Да. Здесь самые знаменитые, ну, скажем, классические иллюстраторы, здесь и живопись – вот, образы литературные в живописи…

К.ЛАРИНА – Это же важно, чтобы одно другое не вытесняло, да? Как это?

А.КОПАЛИН – Да. Ну, здесь как-то все очень удачно слилось, и вообще, такой, скажем так, легкий макет, не перегруженный, скажем так… т.е. изображение здесь, вот в этом томе, не довлеет над текстом, они очень…

Т.НИЛОВА – Органично, да.

А.КОПАЛИН – Параллельно идут, органично. И конечно, тут есть, что посмотреть.

Т.НИЛОВА – Ну, легкий макет – Леша имел в виду восприятие читателей, потому что…

А.КОПАЛИН – Да, для восприятия.

Т.НИЛОВА – Для восприятия. Потому что…

А.КОПАЛИН – Но не для создания.

Т.НИЛОВА – Потому что изготовление – это невероятно сложный макет и, как бы, отвечает, вот, опять-таки тому закону – чем проще выглядит, тем сложнее выполнить.

К.ЛАРИНА – Татьяна, Вас могут обвинить знаете, в чем?

Т.НИЛОВА – В чем?

К.ЛАРИНА – Ну, знаете. Всякие умные люди. Скажут: это попса какая-то, а не энциклопедия.

Т.НИЛОВА – Ну нет, я думаю, вряд ли, потому что…

К.ЛАРИНА – Нет?

Т.НИЛОВА – Нет, потому что…

К.ЛАРИНА – Потому что такая, некая все-таки облегченность, она присутствует для восприятия.

Т.НИЛОВА – Нет, это не облегченность.

К.ЛАРИНА – Сознательная.

Т.НИЛОВА – Это сознательная совершенно простота, потому что… дело в том, что у нас – вот я согласна с Сергеем, хоть он это не сейчас сказал – у нас популяризаторство почему-то считается… ну, я не знаю… не самым, может быть, даже достойным великого ученого…

М.ПЕШКОВА – Низшим классом?

Т.НИЛОВА – Да, низшим классом. Это абсолютно неправильная позиция, я считаю, нашего издательского бизнеса. Я не беру, конечно, там, попсу и т.д., потому что есть и кто сознательно работает на, вот, тех… ну, как у Оруэлла: пусть плебс читает вот это вот все пошлое.

М.ПЕШКОВА – Т.е. Перельманам не место. Популярным изданиям, типа Перельмана, да?

Т.НИЛОВА – Это очень… а на самом деле, этот жанр у нас плохо, я считаю, представлен, на нашем книжном рынке, потому что сделать по-настоящему популярное издание, но при этом отразить… отразить в нем все главное…

М.ПЕШКОВА – Главное – занимательность для них.

Т.НИЛОВА – Все главное, что присуще, скажем, там, теме тома и входит в тему тома – это самая сложная задача, потому что сложно о сложном, простите меня… вон, выйдем – академиков…

К.ЛАРИНА – Или скучно.

Т.НИЛОВА – Или скучно, да. Много таких. А вот найти автора, который бы сумел сделать то же самое, только так, чтобы это было интересно и читать, и смотреть, и чтобы подтолкнуть того самого читателя, может быть, не очень искушенного в теме, к дальнейшему познанию, я считаю, что это… в общем-то, это задача просветительской, популяризаторской литературы.

К.ЛАРИНА – Согласна абсолютно.

Т.НИЛОВА – Поэтому я считаю, что этот проект не должен вызвать никакого отрицания, потому что он не только популяризаторский, но он несет на себе ярко выраженную концепцию просветительского издания.

К.ЛАРИНА – Это, конечно, нельзя назвать энциклопедией в чистом виде. Мне кажется, какое-то, вот, другое определение.

Т.НИЛОВА – Ну, Вы понимаете, дело в том, что…

К.ЛАРИНА – Может, мы его еще не знаем! Мы еще не думали.

Т.НИЛОВА – На самом деле, это определение было еще в античности сформулировано. Потому что энциклопедия – это, на самом деле, если брать буквальный перевод, это «круг знаний».

К.ЛАРИНА – Ну, это же не сборник научных статей…

Т.НИЛОВА – Конечно, нет. Это…

К.ЛАРИНА – Правда же? Как мы понимаем энциклопедию…

Т.НИЛОВА – Конечно. Но это одна из версий. В принципе, энциклопедия – это круг знаний, это все, что нас окружает и, в общем-то, энциклопедия – ну, например, у тех же самых, по-моему, французских просветителей, да?

С.СТАХОРСКИЙ – Да, да.

Т.НИЛОВА – Они не обязательно должны были быть алфавитными. Т.е. никто не сказал, что энциклопедия – это алфавит. А здесь получилось, что мы объединили, скажем, и то, что присуще классической энциклопедии, алфавит. Т.е. для тех, кто привык работать с традиционным справочным изданием – пожалуйста, на букву «А» — вот тебе все на букву «А», а вот эти всякие разные подверстки, они создают круги знаний дополнительных.

К.ЛАРИНА – Да, да.

Т.НИЛОВА – Т.е. это объединение двух классических энциклопедических подходов – тематического и алфавитного. И за счет этого получается…

М.ПЕШКОВА – Кстати, а каков словник?

Т.НИЛОВА – Сколько в нем слов?

М.ПЕШКОВА – Да, сколько слов вошло, сколько понятий?

Т.НИЛОВА – Около 2 тысяч, по-моему?

С.СТАХОРСКИЙ – Да, порядка 2 тысяч.

Т.НИЛОВА – Но это только «черные» слова. Потому что это мы не считаем…

С.СТАХОРСКИЙ – Заголовочные – так, чтобы было понятно.

Т.НИЛОВА – Заголовочные – да, да, да. Это только заголовочные, те, которые выстроены по алфавиту. А если посчитать все то, что входит вот в эти вот подверстки – вот то, что дополнительный материал – ну, это вот можно посмотреть индекс. Ну, я не знаю, там… я думаю, я думаю, что мы сейчас с вами считать не будем, потому что иначе мы вам весь эфир сорвем. Но это явно больше, чем… (смеется) Вот.

К.ЛАРИНА – Отлично. Отлично. Давайте мы… хотя я сейчас спрошу: что следующий том-то, из чего будет состоять?

Т.НИЛОВА – Следующий том у нас будет «Биология», т.е. мы наконец-то от гуманитарной, как бы, вот, стези… решили что-то сделать.

К.ЛАРИНА – Пестики-тычинки?

Т.НИЛОВА – Да, но тоже очень интересно…

А.КОПАЛИН – И динозавры. (смеется)

Т.НИЛОВА – И динозавры, и все, и тоже…

К.ЛАРИНА – И вся живая жизнь. Да?

А.КОПАЛИН – Да. Красивый том…

Т.НИЛОВА – Очень красивый том, там…

А.КОПАЛИН – Прекрасно отрисованный.

Т.НИЛОВА – …очень такие, вот, вот эти оригинальные коллажи, вот эти вот, первые, опять-таки. И опять та же самая задача: через общее показать частное, через частное показать общее, показать закономерности, помочь. Помочь, просветить, чтобы после этого ты открываешь раздел в учебнике, и ты в этом тексте научном, серьезном, сможешь найти вот те вот опорные какие-то моменты, да, которые помогут тебе воспринимать более сложный текст. Тот же самый принцип. Он вообще заложен, как бы, во всем этом проекте. И еще один том мы к осени планируем выпустить. Ну, к осени такой, поздней, наверное, где-то к октябрю-ноябрю – это долгожданный наш том по русской истории. Русская история с древнейших времен до конца XVIII века. Он тоже сейчас уже, вот, на стадии завершения…

К.ЛАРИНА – А кто делает?

Т.НИЛОВА – Там руководитель авторского коллектива – молодой ученый Шугарев.

К.ЛАРИНА – Но там несколько авторов, да?

Т.НИЛОВА – Да, они коллектив авторов. Коллектив авторов, ну, в общем, как бы, из институтов, вот… но почему у нас, в основном, авторы, я могу сказать, молодые – такие, как Сергей, по крайней мере, а есть и еще моложе, как, вот, Вы видели Виталия Сусленкова, да, который тут Древний мир делал – потому что молодым, им проще нарушать стереотипы.

К.ЛАРИНА – Они свободны от, конечно, от этих вот…

Т.НИЛОВА – Они свободны. И мы, вот… нам повезло, мы нашли такой авторский коллектив, вообще, вот на этот проект, которые молоды по возрасту, свободны от стереотипов, но не свободны от знаний. Знания у них достаточно.

К.ЛАРИНА – Понимаете, какая штука, вот что меня смущает… есть у нас время? Ну давайте попробуем все-таки. Вот, Фадеева открываю, читаю: «В период политической реабилитации середины 50-х годов обнаружились факты личной причастности Фадеева к репрессиям против писателей и деятелей культуры». Ну вот такие вещи, они требуют, конечно, какой-то расшифровки, Сергей. Или я ошибаюсь?

С.СТАХОРСКИЙ – Ну, я думаю, что такое издание…

К.ЛАРИНА – Я ахнула, допустим… Допустим, я открыла – я обыватель – и я ахнула. Я хочу знать, дайте мне фамилии!

Т.НИЛОВА – Очень хорошо…

С.СТАХОРСКИЙ – Энциклопедия – это концентрат.

Т.НИЛОВА – Конечно.

С.СТАХОРСКИЙ – Поэтому смысл-то в том, чтобы, в конечном счете читателя этой энциклопедии привести к первоисточнику.

Т.НИЛОВА – Конечно.

С.СТАХОРСКИЙ – Если человека заинтересует этот и тысяча возможных вопросов…

К.ЛАРИНА – Ну, любой другой факт биографии, конечно.

С.СТАХОРСКИЙ – Он возьмет…

К.ЛАРИНА – Это же предположение.

С.СТАХОРСКИЙ – …произведение, конечно. Ведь такие издания, конечно, не могут исчерпать весь безграничный объем информации, но они могут быть путеводителями. И для меня, вот, главная цель этого издания – ну, так можно сказать, сверхзадача – привести читателей… понятно, что этот том купят те, кто любят литературу. Мне бы хотелось, чтобы через эту книгу они нашли для себя новых писателей, новые произведения, которые по той или иной причине прошли мимо них, расширили свой круг чтения. И задавали вопросы мне. А ответы на них находили бы в тех книгах, на которые их вывела эта энциклопедия.

К.ЛАРИНА – Правильно.

С.СТАХОРСКИЙ – Это и есть та самая мотивация чтения, о чем говорят, там, наши всякие национальные программы…

К.ЛАРИНА – Да, да, да.

А.КОПАЛИН – Мы даем интригу!

Т.НИЛОВА – Мы даем интригу, совершенно верно.

К.ЛАРИНА – Ну что, берите наушники, если мы их найдем.



РОЗЫГРЫШ ПРИЗОВ



К.ЛАРИНА – А мы должны поговорить, во-первых, про то, что мы не успели сказать, из того, что у нас на столе лежит. Татьяна, ну тут Ваш выбор абсолютно, про что Вам хотелось бы сказать, да?

Т.НИЛОВА – Про что я хотела бы сказать…

К.ЛАРИНА – И может быть, еще о каких-нибудь ближайших планах, да… Почему Гайдар возник, например, я не очень понимаю, в таком странном…

Т.НИЛОВА – Как почему, потому что…

К.ЛАРИНА – Дайте посмотреть… Вы любите?

Т.НИЛОВА – Потому что Гайдар – литература находится вне политики… Нет, Вы знаете, я люблю совсем другое. Вот, хотя Гайдар, я считаю, совершенно замечательный, совершенно гениальный детский писатель, и он будет жить долго, это точно я могу сказать. А то, что, вот, было связано с его политическими взглядами, с его юностью – это понятно, это факты его…

К.ЛАРИНА – С его судьбой, да.

Т.НИЛОВА – С его судьбой – это все факты его биографии, биографии человеческой, но не литературной. Потому что, например, кто сейчас помнит, к какой партии принадлежал Данте, и за что он был изгнан из Флоренции?

К.ЛАРИНА – Боже мой!

Т.НИЛОВА – Только литературоведы, правильно? А «Божественная комедия» жива, и вот Гайдар – я его не сравниваю…

К.ЛАРИНА – А вы будете еще издавать Гайдара? Потому что у вас только «Тимур и его команда», только одна вещь. А я помню, что когда я была девочкой…

Т.НИЛОВА – Да, было, было…

К.ЛАРИНА – …я очень любила читать продолжение – где про любовь уже, и Тимур там взрослее.

Т.НИЛОВА – Ксения, мы идем очень осторожными шагами. Мы сначала издали однотомник Гайдара – он хорошо продался. Потом мы думаем: раз один продался хорошо, ну-ка попробуем мы сделаем новый.

К.ЛАРИНА – Давайте-давайте.

Т.НИЛОВА – Если это получится.

К.ЛАРИНА – Это я без иронии.

Т.НИЛОВА – Потому что последний раз он выходил миллион лет назад. Совершенно замечательный. А Гайдар замечательный писатель, с удовольствием его издаем.

К.ЛАРИНА – Так. «Сказки».

Т.НИЛОВА – «Сказки». Ну, «Сказки» — это вечный жанр, поэтому мы их издавали, издаем и будем издавать.

К.ЛАРИНА – Мне кажется, детская литература – это, вообще, ну…

Т.НИЛОВА – Естественно. Вот, другое дело, что мы сейчас будем стараться к оформлению сказок привлекать художников первого уровня, чтобы это были не только сборники текстов, сопровождаемые, там, скажем. Просто иллюстрациями, но чтобы они собой представляли еще, может быть, там… не каждая книга будет как «Волшебная флейта», естественно, потому что все-таки другая ценовая аудитория и категория. Вот, а чтобы все-таки эти книги было приятно взять, чтобы этика с эстетикой встретились наконец-то в наших изданиях.

А.КОПАЛИН – Да, это мы вспомнили вот этот девиз «Все лучшее – детям». (смеется)

Т.НИЛОВА – Вот про эту книжечку я хочу сказать, потому что ее иллюстрировал один из самых моих…

К.ЛАРИНА – Это Лесков, да?

Т.НИЛОВА – Да, один из самых моих любимых художников, Михаил Петров – если он сейчас нас вдруг слушает, то, вот, ему огромное спасибо за его иллюстрации, потому что мы с ним не только, вот, сделали Лескова, а сейчас мы с ним готовим очень хороший сборник «Поэты серебряного века». Вот, где будет все-все-все-все, и вот, Петров все это иллюстрирует, совершенно замечательный художник, мы его очень любим.

К.ЛАРИНА – А со Сергеем Стахорским еще будете работать, будете чего-нибудь делать?

Т.НИЛОВА – С Сергеем Стахорским мы делаем сейчас том, который называется «Русское изобразительное искусство»… просто «Русское искусство».

К.ЛАРИНА – Тоже энциклопедия, да?

Т.НИЛОВА – Или только изобразительное?

С.СТАХОРСКИЙ – Русское искусство и архитектура.

Т.НИЛОВА – И архитектура, да. Вот.

К.ЛАРИНА – Это энциклопедия?

Т.НИЛОВА – Тоже энциклопедия, да.

К.ЛАРИНА – Значит, спасибо большое издательству «Дрофа-Плюс» за визит, за рассказ. Татьяна Нилова, Сергей Стахорский, Алексей Копалин – наши гости. И до встречи!

Т.НИЛОВА – Спасибо!

А.КОПАЛИН – До свидания всем!

Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире