'Вопросы к интервью
КСЕНИЯ ЛАРИНА: 13 часов 15 минут. Еще раз добрый день. У микрофона Ксения Ларина. У другого микрофона – Майя Пешкова. Майя, еще раз приветствую тебя.

МАЙЯ ПЕШКОВА: Здравствуйте.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: И мы начинаем наше традиционное воскресное «Книжное Казино». У нас сегодня очень красивые книги, подарочные, хотя, вроде никаких праздников не наблюдается, да? Есть какие-нибудь праздники в ближайшее время? В нашей стране?

МАЙЯ ПЕШКОВА: Нет, я как-то не заметила.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да? У нас сегодня какое июля? 16-е?

МАЙЯ ПЕШКОВА: Да, 16-е.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Ничего не значит.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Вот позавчера был День взятия Бастилии.

МАЙЯ ПЕШКОВА: А вы, кстати, что-то выпустили? (я обращаюсь к руководителю издательства «Контакт-Культура», генеральному директору этого издательства Павлу Снопкову). А вы что-то издавали, связанное с Францией?

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Нет-нет. Боюсь, что нет пока. Все впереди.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Давайте, издавайте!

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Мы обязательно издадим, будем презентовать.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Обязательно. Подарите главному редактору, который получил Орден Почетного Легиона. Есть и повод, кстати.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Да.

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Есть еще один повод…

МАЙЯ ПЕШКОВА: Ну, о том, что собирается издать французские книги, говорит Александр Шклярук, главный редактор издательства «Контакт-Кульутра».

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Здравствуйте.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Здравствуйте.

МАЙЯ ПЕШКОВА: У вас длинный, большой опыт издания книг, я правильно понимаю?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Ну, опыт – конечно, потому что мы все же в течение последних, по крайней мере, 6-ти лет непрерывно присутствуем на рынке, регулярно, так сказать, издаем книги и расширяем постоянно диапазон издательства. Если мы начинали как издательство, исключительно ориентированное на плакатную литературу, на книги о плакате, то в этом году у нас вот… и сегодня мы будем представлять книги, посвященные разной тематике.

МАЙЯ ПЕШКОВА: И сегодня у нас в гостях присутствует Владимир Кричевский, гость нашей студии. Владимир и дизайнер, и искусствовед. Как вам удается совместить два этих слова – дизайнер и искусствовед, или это «через черточку»? Через дефис?

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Кстати, сатирик.

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Это не через дефис. Я дизайнер, который рефлексирует – вот так определил кто-то мою профессию. Мне кажется, это естественно.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Кошмар какой (смеется).

МАЙЯ ПЕШКОВА: И тем не менее, мы представляем сегодня, во-первых, вашу книжку, которая только-только увидела свет в издательстве «Контакт-Культура» — «От модерна до ежовщины: 107 замечательных обложек». И хотелось, конечно, первый вопрос, Ксения, задать… Вот почему вы выбрали именно эту эпоху, тогда, когда Серебряный век — то, что называется, бушевал, гостил, шел по стране; и эпоху, когда наступил век Железный – двадцатилетие советской власти? Почему именно эту лакуну вы избрали?

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Ну, что касается первого десятилетия советской власти, это – один из моих профессиональных профилей. И просто — моя любовь, это интересно. Но книга-то называется «От модерна до ежовщины». По-моему, это первый случай, когда к этой эпохе присоединено и пореволюционное десятилетие. И это оказалось очень органично. И захотелось сказать: «Все уже было», — когда я посмотрел внимательно. Я начинаю сейчас смотреть внимательно на предреволюционное десятилетие. И вот оно вошло в один ряд с Советской эпохой.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Вот мы только пока про один альбом сказали. Давайте тогда сразу представим все книги, которые у нас сегодня наши слушатели получат, Маечка, да?

МАЙЯ ПЕШКОВА: Да. Я хочу попросить Павла сказать, что это за очень красивая книга-альбом? Мы с Ксенией уже высказали друг другу наше восхищение.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Вы знаете, я думаю, что Владимир Григорьевич лучше скажет про «Изобретателя».

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Ну, я могу об этом сказать, но я к изданию этой книги не причастен. Я только написал…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Вас никто не подозревает. (Все смеются).

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: … Я только написал послесловие.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Ну что это, объясните? Как можно по радио описать, что это такое?

МАЙЯ ПЕШКОВА: А что вы написали, кстати, в послесловии?

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Это альбом? Да?

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Я не помню, что я написал в послесловии. Дело в том, что эта книга абсолютно новая по жанру, по крайней мере, для России. Такая… куча визуального материала, почти неартикулированная. Без подписей. Когда издатель – автор этой концепции – поделился со мной этим замыслом, я порадовался, прежде всего, именно этому, потому что ворох визуального материала…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Ну что такое «визуальный материал»? Вы расшифруйте для нас, пожалуйста, что вы подразумеваете. Это плакаты, да?

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: В данном случае, произведения печати разных жанров.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Плакаты?

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: От плакатов до каких-то листовок…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Обложек?

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Обложек, все на свете.

МАЙЯ ПЕШКОВА: «Справочная книга автодоровцева»… Автодоровца — вот так… Автодорожник это ? Или кто это – автодоровец?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Автодоровец – это я могу прокомментировать, потому что было такое общество – «Автодор» — оно функционировало до 1935 года с 1928 года. Это общественная организация, благодаря которой мы, во-первых, построили Горьковский автозавод, между прочим, благодаря которой мы новую технику в нашу Красную Армию, так сказать… мототехнику, благодаря которой мы построили очень много дорог – которое напечатала самое большое количество плакатов.

МАЙЯ ПЕШКОВА: И здесь же я увидела обложку книги, о которой мы сегодня говорили в иной программе: «Лев Кассиль. Кондуит и Швамбрания» — первая-первая обложка этого издания. Так что, основной акцент был сделан на обложки или на плакаты в этом издании, Павел?

ПАВЕЛ СНОПКОВ: На обложки, конечно. Не только обложки. Тут и книжные обложки, и журнальные обложки, и календари… Вообще, действительно – ворох визуального материала, Виктор Григорьевич совершенно правильно…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Ну, вы так все говорите – «ворох», но там наверняка есть своя какая-то драматургия, которая продумывалась. Ведь это ж не просто так…

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Можно я прокомментирую?

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да, конечно.

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: В том-то вся и прелесть, что драматургия сведена к минимуму.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Ага.

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Это я совершенно искренне говорю. Может быть, составитель не очень этим доволен, а меня радует именно это. Именно то, что это ворох без комментариев.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: А там какая-то хронология есть?

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Там не столько хронология, сколько некий слабый тематический, жанрово-тематический есть такой пунктирчик.

МАЙЯ ПЕШКОВА: Ну скажем, календари – так это идут календари эпохи Николая Второго? Или туда же примыкают и календари Советской эпохи?

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Примыкают. Примыкают. Вот каталоги промышленные идут, и там будут и советские, и что-то из дореволюционной эпохи забежало в советское время. Но, повторяю, это не был очень жесткий принцип, все-таки это замечательный такой ворох, замечательный ряд, в котором, по которому интересно…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: … бродить…

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: … бродить, сопоставлять и обнаруживать какие-то взаимосвязи, абсолютно непредсказуемые, неожиданные.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Хочется просто сказать нашим слушателям, что все это необыкновенно красиво издано, и это в чистом виде (видите, вот почему я начала с праздников) конечно, это такие подарочные издания. Это то, что можно рассматривать, возвращаться к этому и рассматривать бесконечно. Еще у нас тут что есть… «Русский плакат» — вот Майя берет тоже такой набор, да?

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Я прошу прощения, еще пару слов про «Изобретателя»…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да, давайте. Как это называется, еще раз?

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Да. Альбом называется «Изобретатель».

КСЕНИЯ ЛАРИНА: «Изобретатель». Вот я не могла это прочитать, я мучилась, почему я вас спрашиваю…

(все смеются)

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Дизайн… У него существует подзаголовок: «Альбом образцов графического дизайна».

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Нет, на корешке-то вы мне показываете – там, как раз, все понятно, а вот на обложке…

ПАВЕЛ СНОПКОВ: На корешке, на титульном листе… Книгу придумал и составил мой батюшка Александр Ефимович Снопков.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Ага. Ну еще вот у нас сколько? Еще две книжки мы должны? Два набора…

МАЙЯ ПЕШКОВА: Да.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Вот «Русский плакат»…

МАЙЯ ПЕШКОВА: Да, «Русский плакат» — совершенно фантастическая книга. Здесь на обложке – и «ТЫ ЗАПИСАЛСЯ В ДОБРОВОЛЬЦЫ?», «РОДИНА-МАТЬ ЗОВЕТ!» — те плакаты, к которым мы привыкли. Я только не увидела на обложке одного плаката – где Лиля Юрьевна Брик – вот так кричащая в трубу. То что сейчас…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Очень популярный…

МАЙЯ ПЕШКОВА: Да, очень популярный. В косыночке… Я не знаю, вошел или нет?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Да, родченковский. Нет, вошел, конечно.

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Ну, может быть, он не попал на обложку именно из-за того, что его популярность чрезмерна.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: А вот этот тоже очень популярный!

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Да-да-да, тоже-тоже.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: «НЕ БОЛТАЙ», как он называется, тоже здесь есть?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Тоже, тоже, конечно.

МАЙЯ ПЕШКОВА: А кто написал предисловие?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Ну к этой книге предисловие написала по заказу…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: …Толстая.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Да, Татьяна Никитична Толстая, по заказу нашего генерального директора Павла Александровича…

ПАВЕЛ СНОПКОВ: По просьбе, я бы сказал.

МАЙЯ ПЕШКОВА: Это вторая работа, которую Татьяна Никитична делает для вас. Первая была в «Расстрельных комиссарах» — предисловие Татьяны Никитичны, да?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Ну там фрагмент, да, так сказать, из ее эссе. Ну, дело в том, что эта книга, вообще, как бы… Вот это издание – «Русский плакат: Шедевры», или там «Русский плакат: Избранное» — это книга, которую мы позиционируем как обязательное издание. То есть вот в нашем ассортименте есть книги, которые должны присутствовать… Универсальные…

МАЙЯ ПЕШКОВА: То есть это ваша визитная карточка?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Да, это наша как бы такая универсальная визитная карточка. И раз так в 2 года примерно мы выпускаем сводные такие вот альбомы, где сосредоточены плакаты, как на наш взгляд кажется, наиболее интересные, наиболее значимые. Мы, естественно… они, книги – тиражи – уходят, продаются и вновь появляются. Но здесь была еще одна такая сверхзадача, вернее, две сверхзадачи. Одна задача связана с тем, что все-таки здесь в этих книгах стараемся делать аутентичный иностранный текст на английском языке, чтобы читатель зарубежный имел возможность книгу прочесть, увидеть подписи под плакатами, так сказать, надписи на плакатах. И кроме того, вторая сверхзадача была – это вот Татьяна Никитична Толстая, которая неординарный взгляд свой на историю русского советского плаката изложила в великолепном эссе, которое стало вступлением к этой книге.

МАЙЯ ПЕШКОВА: А я хотела обратить внимание, что Татьяна Никитична говорить об особом месторасположении графики на плакате, о том, что в нижнем левом углу происходит и что происходит в верхнем правом углу. Если можно, расскажите, пожалуйста, что это?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Дело в том, что в данном случае, Татьяна Никитична как психолог, как специалист, как литератор, как писатель, а не исследователь плаката, не искусствовед, она вот этот весь изобразительный ряд рассмотрела с точки зрения психологии восприятия. И вот эти концепции психологии восприятия вообще, графики, графических листов, фотоизображений – они существуют. Вообще 20-й век он все время изучал психологию восприятия. И вот как раз существуют известные принципы построения композиционные изображения: радость светлая в правом верхнем углу (из любого изображения – графического, фотографического – да-да-да)… Солнце – там, где рука бога, так сказать… существует перст указующий и т.д. А нижний левый угол – это наиболее такой трагический, где размещается, значит, ад вот такой… И художники, знакомые интуитивно с приемами композиции, выстраивают плакаты правильно. А когда композиция плаката противоречит вот идеям психологии восприятия, то происходит конфликт. Т.е. как бы социальный заказ надо сделать так… И вот-то как раз Татьяна Никитична разбирает плакаты, говорит, что вот происходит такой вот внутренний конфликт: задача одна, а решается она совершенно парадоксально.

МАЙЯ ПЕШКОВА: Ксения, ты потрясена?

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Я все смотрю, это какой ужас… Какое счастье, что все это кончилось, я все смотрю на историю советской действительности.

МАЙЯ ПЕШКОВА: Да, это история страны в плакате, я бы так назвала.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Ужас. У меня прямо вот мурашки.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Но в данном случае, здесь мы… не только историю страны, но историю вот восприятия образов каких-то, историю так сказать психологии наших же людей.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: А вот вы знаете, чего мне не хватает? Мы сейчас еще один набор представим. Я сейчас вот листаю все это и все вспоминаю – это ж тоже целый отдельный совершенно пласт культуры плакатной – то, что в медицинских учреждениях вывешивалось, вспомните, в советское время… Это же там удивительные произведения искусства.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Да, и мы их иногда вот…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Публикуете?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Печатаем.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Кое-что попадает.

МАЙЯ ПЕШКОВА: Не только «МОЙТЕ РУКИ ПЕРЕД ЕДОЙ», да?

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Не только, не только.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да уж, есть вообще, чем поживиться.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Мы сейчас боремся, и с полнотой боремся.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Владимир, вы хотели добавить что-то, да?

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Да я все время могу чего-то добавить.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Пожалуйста.

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Что касается медицинских, мы-то с вами все, судя по нашему общему возрасту, мы помним не лучшее, что могло висеть в поликлиниках.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Ага. А оно и запоминается всегда… Шокирующее.

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: А вот то, что висело в поликлиниках в 20-е годы – это удивительно. И я вспоминаю одну серию, которая не атрибутирована до сих пор, но это высочайший графический класс. А мы-то помним странные вещи — такие диапозитивы, которые… помните, да?

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да-да-да.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Вертушка там, подсвечивал…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Подсвечивал, да?

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Вот, я хочу подчеркнуть, что есть довоенная эпоха, послевоенная. Это разные миры в графической культуре.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Ну, мы должны еще успеть еще об одном подарке сказать. Это совсем другое, это отдельно от того, что мы уже представляли, поскольку это книжная иллюстрация, я так понимаю.

МАЙЯ ПЕШКОВА: Я шуршу – это графические листы и иллюстрации Геннадия Калиновского, ушедшего из этого мира в мир иной. Иллюстрации к «Мастеру и Маргарите».

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Я просто хочу пояснить нашим слушателям, что в это время Владимир Кричевский разворачивает шоколадку. И все слышно. (Смеется). Чтобы не удивлялись, я просто поясняю.

МАЙЯ ПЕШКОВА: Вопрос я адресую к Павлу Снопкову…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Уже не надо!

МАЙЯ ПЕШКОВА: Уже нельзя, да?

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да, вот сейчас мы уйдем на новости. Будем слушать новости. Во время новостей тоже нельзя разворачивать шоколадку.

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Все , понял.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: А потом будет реклама, вот тут очень-очень быстро, ни на кого не обращая внимания, сделайте это.

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Хорошо.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Хорошо?

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Я чувствовал, что что-то не так.

НОВОСТИ

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да, оторваться невозможно от таких подарков. Кому-то сегодня очень крупно повезет. Я обращаюсь к нашим слушателям, сейчас мы зададим вам вопросы. Напомним, что в гостях у нас сегодня издательство «Контакт-Культура»: Павел Снопков, генеральный директор, Александр Шклярук, главный редактор и дизайнер, искусствовед Владимир Кричевский. Сейчас мы зададим вопросы нашим слушателям, у вас будет время, чтобы подумать или поискать где-то в справочной литературе, если вы сразу не поймете, о чем идет речь. И где-то минут через 10, наверное, без 15 два мы будем принимать ваши ответы по телефонам прямого эфира. Итак, внимание, первый вопрос: «Назовите имя художника, чей вклад в графику и теорию изобразительного искусства одинаково весом и оригинален». То есть еще раз хочу подчеркнуть, что речь идет именно о графике и о теории изобразительного искусства. Назовите фамилию этого человека. Дальше, следующий вопрос. Тут варианты ответа есть. «Что делали конструктивисты?» Рисовали? Монтировали? Гравировали? Назовите верное, выберите правильный ответ из трех предложенных вариантов. Следующий вопрос: «Как представлялись в «Мастере и Маргарите» Фагот и Бегемот вахтеру ресторана Дома Грибоедова»? Назовите, пожалуйста, эти вымышленные писательские фамилии. Следующий вопрос: «Назовите имя старейшего плакатиста страны». Назовите имя старейшего плакатиста страны, который жив и еще даже что-то и делает.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Да, книжки пишет.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Книжки пишет. Следующий вопрос: «Какой плакат был первым плакатом времен Великой Отечественной войны»? Это посложнее, сразу не думая не отправляйте, поскольку много популярных плакатов, которые вы хорошо помните. Но здесь стоит покопаться в памяти. «Какой плакат был первым плакатом Великой Отечественной войны»? Ну и последний вопрос: «Назовите самое известное здание эпохи конструктивизма в Москве». Вот шесть вопросов. Я напомню телефоны прямого эфира: 7-83-90-25 – для москвичей, и 7-83-90-26 – для тех, кто живет не в Москве. Ну а мы продолжаем рассматривать вот эти удивительные подарки, которые вы получите. Мне тут сказал директор, чтобы я похвалила. Да это чудо чудное! Я сказала «какой ужас», потому что это все – это часть моей жизни, в том числе, понимаете? Ведь у каждого масса ассоциаций с этим советским прошлым. А это вот настолько сильнее, чем любая фотохроника, вот сильнее, как мне кажется, эмоционально действует на потребителя. А уж для молодых людей, которые только вообще по рассказам и по великим, я не знаю, песням, судят о том, что такое советская власть. Мне кажется, это очень важная вещь. Ну хотя, я как очевидец, хочу заметить, я думаю, что и вы это тоже знаете, иначе вы бы это не издавали, что этот продукт очень востребован сегодня на рынке, причем востребован не только там для официальных лиц, не для наглядной агитации, а именно для частного использования, для того, что люди хотят это видеть у себя дома.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Ох, хотелось бы надеяться.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да, я очень часто вижу в магазинах, как люди покупают вот такие вот наборы старых советских плакатов. Я конечно понимаю, что в этом есть некая мода, такой постмодернизм, особенно для молодежи, но все равно это важно, важно, что это востребованный продукт. Вот тогда вопрос у меня к… если уж я об этом сказала…

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Спасибо вам за добрые слова.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Как вы думаете, а почему сегодня вот такой интерес у читателя, у гражданина Российской Федерации к этому искусству?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Надо сказать, что притом, что это искусство, казалось бы, такое сиюминутное, на самом деле…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Искусство прямого действия.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Да, прямого действия. … На самом деле это как раз бомба замедленного действия, потому что настолько вкладывается множество… Так много вкладывается разных составляющих вот в плакат: здесь и художник, который может изобразить жену там, соседку, дочку, там девочку в подъезде какую-то, здесь и редактор – который свое представление о том, что надо стране. Потом… Здесь и бывает так, что, допустим, какое-то пришло указание там сверху сделать плакат. Еще не произошло событие, еще постановления ЦК нет, а плакат уже готовится. И все думают, а как же это событие, которое еще не знают, как повернуть, как его изобразить. То есть закладывается колоссальное количество информации, эмоций, при всей примитивности плаката. И потом это начинает работать. Проходит 10 лет – новое совершенно содержание.

МАЙЯ ПЕШКОВА: А сейчас какова судьба плаката? Сейчас, когда есть телевидение, когда есть другие…

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Судьба плаката трагическая.

МАЙЯ ПЕШКОВА: Вот, вот!

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Судьба плаката трагическая, потому что мы многие годы, и мы вот боремся с этим, мы многие годы называли, что у нас плакат в стране «политический». На самом деле политического плаката как такового нет. Что такое «политический плакат»?

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Это карикатура газетная.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Политический плакат… Есть плакаты, которые рекламируют так сказать власть, там, выборы, государственные… Вот та сфера политическая…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Сегодня, вы имеете в виду?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Вообще, вообще. А там была, там была ведь у нас политика везде: в здравоохранении – политика, спортивный плакат – политика. На самом деле…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: А в образовании как…

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Да рекламный плакат – политика была… Понимаете, все было пронизано политикой. И когда, собственно говоря, сказали, что у нас политики нет, то и плаката у нас не оказалось. А на самом деле, неправильно. Потому что за рубежом-то плакат существует. Потому что социальные проблемы плакат отражает. А наш социальный нынешний плакат…

МАЙЯ ПЕШКОВА: То есть необходим социальный плакат?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Конечно!

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Рекламные плакаты-то все-таки существуют. Этот рынок все-таки развивается.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Развивается, но дело в том, что совершенно не культивировалась и культура плаката в нашей стране совершенно отсутствовала, не культивировалось направление, изучающее психологию рекламы по-настоящему, не с точки зрения марксизма-ленинизма. По-настоящему. А западные художники – они это изучали, и поэтому их социальные плакаты оказываются ярче, убедительнее, чем наши, к сожалению. Понимаете? Кроме того, надо сказать, что зачастую мы просто идем по пути того, что просто передираем старые варианты с наших книжек.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да-да, другого не умеем.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Другого не умеем.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Но здесь, кстати, очень много веще, которые так и просятся, чтобы их передрали бы.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: И заменили слоган на современный.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да даже может быть и … текст оставить, а лицо поставить другое, вот и все. Я бы хотела еще вас спросить, поскольку мы знаем несколько таких легенд про моделей, скажем так, с которых либо художник рисовал, либо фотографии делали на рекламные щиты, на рекламные плакаты, на обложки, на обертки. Вот, кстати, о шоколадке. Вот самая известная, конечно – это «Аленка». Вот очень лепили такую историю, потом эту Аленку разыскивали, и с ней разговаривали. По-моему даже телепрограмма была очень большая, да?

МАЙЯ ПЕШКОВА: Да, была большая программа.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Вот есть ли такие известные натурщики в искусстве плакатном?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Наверное, если мы будем говорить, что натурщицей самой известной в искусстве плаката конструктивизма была Лиля Брик, которую фотографировали…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Она позировала специально для этого?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: В общем в принципе и Родченко, и Клуцис – известные мастера плаката – они специально фотографировали, делали фотомонтажи потом с реальных персонажей, одевали их сами. И в данной ситуации, это была конкретный совершенно персонаж, который стал героиней плаката.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: А еще?

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Еще, можно я скажу?

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да, конечно, пожалуйста.

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Я думал, вы назовете… Дочь плакатиста Виктора, кажется, Карецкого.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Да, да.

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Вот. С которой я просто имел счастье встречаться, милейшая женщина.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: «ВОИН КРАСНОЙ АРМИИ СПАСЕНИЯ».

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Она запечатлена на плакате «ВОИН КРАСНОЙ АРМИИ СПАСЕНИЯ», вот эта вот испуганная женщина.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да, да, да.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Держащая…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Ребенка прижимает которая.

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Это дочь…(НЕРАЗБ. – «ЭМ»)

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Она, кстати говоря, тоже жива, здравствует.

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Вот. Да. Я очень рад был с ней встретиться.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: А еще никого не вспомним? Вот известный там «РОДИНА-МАТЬ ЗОВЕТ» — там нет конкретного человека?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Нет, это, все-таки…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Собирательные советские образы?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Нет, это не собирательные, это конкретные люди, которые были, как правило, члены семьи, там, соседи по подъезду, натурщики иногда, так сказать, которые вот были. Ну, находил какой-то художник интересную девочку – вот в свое время Николай Николаевич Жуков нашел соседку – девочку-школьницу, а потом ее Герасимов изобразил на картине, посвященной Комсомолу.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: И еще тогда вопрос, опять же по этому поводу: А как вообще формировался этот образ, это через кино советское, опять же учитывая, что телевидение в ту пору не существовало, потом, когда оно появилось, все равно оно не было столь массовым, как сегодня… Вот каким образом тогда формировалось лицо поколения?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Лицо поколения, бесспорно – это были киногерои, кинозвезды. Вообще, 30-е годы – это культ звезд. Киногерой, киногероиня…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Посмотрите, все-таки мужики такого «столяровского» типа – русоволосые атлеты.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Да, да. Ну, образы, да. Конечно. Подбирался типаж, а потом он уже внедрялся в сознание, что это вот советский человек.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Но при этом обратите внимание, что красивых женских лиц в таком традиционном понимании, как, допустим, Любовь Орлова или Валентина Серова, их тут нету. Здесь совсем другие женщины. Совсем другие эталоны заданы красоты, в том числе, вот эти вот параметры 90х60х90, совсем другие размеры. Вот они откуда брались?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Ну здесь правила, как правило…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Женственности как таковой – ее нету…

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: А, ну нет! Женщина здесь должна быть спортсменка. Вот Кокорекин, допустим, художник…

МАЙЯ ПЕШКОВА: Такая «Джульетта-физкультурница».

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: … членов семьи – спортсменка там, теннисистка там, гимнастка там и т.д.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Какие-то пиджаки на них. Если они не спортсменки, то они в таких мужских пиджаках.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Да, вот плотные фигуры, соответственно. Женщина должна быть там колхозница, работница, то есть вот такая – трудящаяся.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Женщина вообще, в первую очередь, строитель социализма.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Раскрепощенная.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Женщина с копьем даже есть.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Ну с копьем, естественно, спортивная, да.

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Ну опять же, до середины 20-х, до 25-го была изящная женщина. Она могла иметь такой демонический облик, она существовала.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Но это вместе с НЭПом было уничтожено.

МАЙЯ ПЕШКОВА: Та, у которой была домработница? Да? Такая женщина?

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Ну допустим. Допустим, какая-то кинозвезда или что-то в этом роде.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: И после войны…

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Это все-таки, все-таки различайте 20-е и 30-е годы. 20-е – это все еще было, в 30-е пошла, действительно, какая-то странная такая дама…

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Стандартизация.

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: …такая, не очень понятная.

МАЙЯ ПЕШКОВА: Я хотела…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Давай мы про «Мастера и Маргариту»…

МАЙЯ ПЕШКОВА: Да, я очень хочу по поводу вот этой.. Это ведь даже не альбом. Это иллюстрации, которые представляют собой вложенные в папку… Это произведения искусства, мне трудно даже сказать, что это печатная продукция. Каков тираж?

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Тираж? Тираж у нее 1,5 тысячи, я вообще про нее хотел бы сказать пару слов отдельно, если это возможно.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Еще раз напомню, это иллюстрации к «Мастеру и Маргарите» Калиновского. И сразу вопрос: А книга выходила с его иллюстрациями?

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Да, да. Выходила книга в издательстве «Вита Нова».

КСЕНИЯ ЛАРИНА: А, да, да, да.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Да, именно с этими иллюстрациями. И вот …

МАЙЯ ПЕШКОВА: И книга стала… книга — лауреатом года. Это был 2000 год.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Да, совершенно верно. И дело в том, что мы решили использовать эти иллюстрации в качестве отдельных листов. 24 выбрали иллюстрации и они вот так вот представлены в папке.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: А почему все, кстати, не собрали? Почему выбрали? Ну вот вопрос, на который вот вы не можете даже ответить.

МАЙЯ ПЕШКОВА: И по какому признаку вы отбирали?

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Загадка!

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Золотое число. Дело в том, что это же…

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Некоторые вопросы ставят меня в тупик.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Эти же репродукции, они сделаны… Я поскольку дизайнер издания, репродукции сделаны как предназначенные, так сказать, в рамку поместить. Поэтому это некая выставка, или отдельные листы для рассматривания. То есть мы пытались возродить культуру старых репродукций с книг, которые издавали в 19-20 веке в папке. Причем, здесь самое интересное, что здесь сохранены даже карандашные там штрихи, даже кадрировка автора, покойного ныне Калиновского…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Вот, кадрировка.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: … она сохранилась.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Это потому что готовый анимационный фильм полнометражный просто.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: И еще надо сказать, что мы же, как видите, взяли иллюстрации только московской части романа. Тут только она представлена, может еще и поэтому, в конце концов.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Ну мы москвичи.

МАЙЯ ПЕШКОВА: А библейскую часть?

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Это первый ваш опыт? Вы такого рода не издавали еще в таком жанре? Нет? Набор просто картин?

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Именно, именно книжных иллюстраций – это первый опыт, и мы очень рады, что весьма достойный получился предмет, постольку, поскольку так вышло, что к несчастью, несколько месяцев назад Геннадий Владимирович ушел из жизни, действительно. И так получилось, что это последнее прижизненное издание иллюстраций Калиновского. И очень хорошо, что, без ложной скромности говоря, предмет получился хороший.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Замечательный, просто замечательный. Так, давайте-ка мы обратимся к телефонам, господа, а то мы ничего не успеем. Значит, я напомню быстренько еще раз вопросы, да? Марин, можно даже какое-нибудь дать музыкальное сопровождение. Да «Цыганочку» с выходом, давайте. Итак, назовите имя художника, чей вклад в графику и теорию изобразительного искусства одинаково весом и оригинален; что делали конструктивисты – рисовали, монтировали, гравировали; как представлялись в «Мастере и Маргарите» Фагот и Бегемот вахтеру ресторана Дома Грибоедова; назовите имя старейшего плакатиста страны; какой плакат был первым плакатом Великой Отечественной войны; назовите самое известное здание эпохи конструктивизма в Москве. Пожалуйста, мы готовы принимать ваши звонки и давайте это сделаем. Але, здравствуйте.

СЛШ: Здравствуйте, Александр. Первый плакат военного времени – это «БЕСПОЩАДНО РАЗГРОМИМ И УНИЧТОЖИМ ВРАГА».

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Молодец.

СЛШ: Это Кукрыниксы.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Браво, прекрасно. Поздравляем вас, оставляйте, пожалуйста, номер вашего телефона. Действительно. А мы как-то по-другому коротко его называли… «Штык»?

ПАВЕЛ СНОПКОВ: «Штык», да. Ну, условное название такое.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Когда он был опубликован?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: На следующий день после войны. Его писали буквально…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: То есть 23 июня.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Да-да-да, он уже в расклейке был.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Следующий звонок, пожалуйста.

СЛШ: А вот по поводу конструктивизма можно ответить?

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да.

СЛШ: Они конструировали, художественным проектированием занимались.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Подождите, мы дали вам варианты ответа: они рисовали, монтировали, гравировАли (я правильно ударение ставлю?)

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Правильно-правильно.

СЛШ: А, тогда монтировали.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Монтировали, правильно. А вы кто? Вы конструктивист, наверное?

СЛШ: Нет.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Как вас зовут?

СЛШ: Валентин это.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Валентин, оставляйте номер вашего телефона. Действительно, монтировали, правильно. Следующий звонок, пожалуйста.

СЛШ: Здравствуйте.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да, здрасьте.

СЛШ: По-моему, старейший плакатист Ефимов?

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Прекрасно.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Правильно, Борис Ефимов.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Жив-здоров.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Мы так его закодировали под плакатиста, но на самом деле он, конечно же, величайших художник эпохи, да?

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Он универсал.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да, он универсал, универсал. Пожалуйста, оставляйте свой телефон, все верно, Борис Ефимов. Следующий. Але?

СЛШ: Алло? Здрасьте, это «Эхо Москвы»?

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да, «Эхо Москвы».

СЛШ: Я хотела вот на вопрос ответить про Фагота и Бегемота.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Давайте.

СЛШ: Фагот и Бегемот представились – Панаев и Скобичевский.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Совершенно верно. Правильно, оставляйте, пожалуйста, номер вашего телефона. Я теперь раскрою секрет, почему мне пришло это в голову, когда надо было придумать еще какой-то вопрос по «Мастеру и Маргарите», но не слишком простой, да? Вспомнила я, почему мне пришло в голову, объясняю. Я была свидетелем сегодня такой сцены: когда вы все трое сегодня вошли в нашу редакцию, вышла вам навстречу Майя, и Владимир Кричевский подошел и к Майе и сказал: «Кричевский». (Все смеются). И это сразу… следующий должен представиться Панаев обязательно. Давайте дальше, следующий звонок, пожалуйста.

СЛШ: Здрасьте.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да, да.

СЛШ: По поводу вот известных вот зданий, да?

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да?

СЛШ: Ну насколько вот, Универмаг на Добрынинской, потом здание газеты «Известия», допустим.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Ну допустим, нет.

СЛШ: Самый известный… «Правда». Потом Клуб Русакова.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Ну вот тут попали, да, да. Это абсолютно точно, клуб Русакова на Стромынке, совершенно верно. Как вас зовут?

СЛШ: Виктор.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Спасибо, Виктор, оставьте свой телефон. Я хочу напомнить, что в клубе Русакова сейчас размещается не менее авангардный театр — театр Романа Виктюка, да? На Стромынке. Именно они получили это помещение и до сих пор никак они его не отреставрируют. Ну вот тогда у меня к вам вопрос, уважаемые гости. А почему все-таки мы именно этот называем дом в качестве самого яркого примера конструктивизма московского. Как мы это объясним? Или просто потому что он популярный?

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Я думаю что два других здания названных в том же ранге популярности, это просто наша такая натяжка, не более того.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да, ну все равно, человек назвал целый ряд.

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Все ответы годятся.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Да. Потому что и Бархин, и Голосов, да, хорошие архитекторы.

ВЛАДИМИР КРИЧЕВСКИЙ: Быть может даже про «Известия» мы просто забыли.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Забыли… Ну у нас еще один остался вопрос.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Ну, «Известия» не совсем в том виде, в каком его первоначально собирались делать, построили, поэтому, так сказать, там проект-то совсем другой был – с башней.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: У нас остался еще один вопрос без ответа. Это самый первый – про художника, который и график, и теоретик. Давайте-ка.

СЛШ: Здрасьте, Наталья.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да, пожалуйста.

СЛШ: Бенуа?

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Кто-кто?

СЛШ: Бенуа?

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Нет, не Бенуа. Еще пробуем.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Теоретик. Бенуа все-таки больше критик.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Але? (Гудки). Не получилось, давайте еще. Але-але? (Гудки). Ну, там перегружена наша линия, очень много звонков, тем более что мы вот мучаемся буквально над последним вопросом. Давайте его домучаем, все-таки. Але, здравствуйте.

СЛШ: Здравствуйте. Врубель?

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Нет, не Врубель. Последний звонок. Если не найдем здесь ответ, будем искать его на пейджере. Але, здравствуйте.

СЛШ: Здравствуйте. По-моему это Фаворский.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Совершенно верно, Владимир Фаворский, все правильно. Браво. Оставляйте, пожалуйста, номер своего телефона. Все, мы на все вопросы ответили. Переходим к творческим планам. Докладывайте, господа издатели.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Даже не знаю, с чего начать, откровенно говоря. Ну вот ежели вы помните историю с нашей книгой «Пропавший комиссары», которую мы издали год назад, выпустили в свет…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Да, да.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Вот мы сейчас продолжаем эту историю и готовим книгу , которая будет называться «Кадры решают все». Книга, посвященная тому же времени, что и «Пропавшие комиссары». Вот, очень любопытная должна получиться вещь.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Ну это ты скажи, фото, фото. Это как бы жанр наш фотоальбомов – это книга, так сказать, иллюстраций, на основе документального материала.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Там по тому же принципу: вот каким образом эта фотография менялась во времени?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Нет, там… Если здесь – в «Пропавших комиссарах» — речь шла о том, как реставрировалась история…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Как люди исчезали с фотографий.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Да, как исчезали с фотографий, то здесь как бы фотографии людей в радости, когда они у власти, когда они торжествуют.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: И когда у них есть выражение лица. Очень важно.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: То есть это все равно …

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: И когда они трагически как бы… последние дни, так сказать, существуют.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Это как параллельно, то что я вчера вспоминала…

МАЙЯ ПЕШКОВА: Да, да, да.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: …в ЖЗЛ вышла книжка «Окружение Сталина: Жизнь замечательных людей». Понимаете?

МАЙЯ ПЕШКОВА: Книга Роя Медведева.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Роя Медведева (смеются).

ПАВЕЛ СНОПКОВ: В ЖЗЛ.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: У нас эта книга будет Кинга.

МАЙЯ ПЕШКОВА: А кто пишет предисловие к «Счастливой жизни: Кадрам, которые решают все»?

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Это пока все на стадии проекта находится, я пока не рискну озвучивать.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Ну Павел, давайте мы еще что-нибудь назовем, поскольку я так поняла, что много у вас задумок, да?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Ну мы же собираемся к Книжной Ярмарке что-то издать?

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Да, да. Есть одна…

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: …уникальная…

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Одна идея, да.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: К осенней? Да?

ПАВЕЛ СНОПКОВ: К осенней, да.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Через месяц.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Мы хотим попробовать свои силы в издании художественной литературы. И мы собираемся издавать книгу австрийской писательницы Кристины Нюслингер под названием «Лети, майский жук». Вот. Очень любопытная вещь, и автобиографическая, в какой-то степени. Там дело в том, что глазами ребенка – собственно, самой Нюслингер в 45-м году было 9 лет, она тогда, в 45-м году, когда наши войска входят в Вену, описывается ситуация с точки зрения 9-тилетней девочки. Очень любопытная, на наш взгляд, будет книга. Ну, как нам кажется, без ложной скромности говоря.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Ну еще учитывая, что там, наверняка, и дизайн какой-то будет эксклюзивный, да?

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Да, да, я вот хотел сказать, что постольку поскольку наше дело, в основном, это все равно картинки, она будет вся оформлена иллюстрациями. Черно-белыми иллюстрациями…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Рисунками или фотографиями?

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Рисунки, рисунки, очень талантливая девушка нам делает оформление и иллюстрации.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Специально, да?

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Да, совершенно верно, специально, да. Вот. И как раньше было, помните? В детских книгах были сплошь через всю книгу черно-белые иллюстрации…

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: С концовками, с рукописными главами, с разворотами книжными.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Да, с концовками. Да. Очень надеемся, что все будет достойно.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Это какое-то начало новой жизни, это первое ваше…

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Первое, первое издание…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: …прозы…

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: …художественной. Тем более, что это вот позиционируется все-таки как литература для вот подростков, как то, что как бы отсутствует на рынке книжном. Ну и потом, это первое русское издание этого автора этой книги, потому что книга была издана на немецком языке впервые в 73-м году, она не переводилась на русский язык.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: То есть это все по вашему заказу? Это все такой «премьер» получается?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Ну как… Перевод мы взяли, как бы…

ПАВЕЛ СНОПКОВ: В принципе, да. Там было много интересного с этой книгой связано. Дело в том, что вообще все началось с того, что я просто книжку прочитал и она мне очень понравилась. Так, откровенно-то говоря.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Хорошо быть генеральным директором. Для себя. Я бы очень хотела, чтобы эту книжку я прочитала.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Хорошо быть маленьким издательством. Вот. И надо сказать, что Кристина Нюслингер, она очень известна в мире, она первый в мире лауреат премии Астрид Линдгрен (на минуточку), и лауреат золотой медали Ханса-Кристиана Андерсена тоже. Вот. А у нас она, к сожалению, не слишком пока.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Но она по-моему… Что-то издавалось ее, по-моему?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Сказки, в основном.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Да, да, сказки в основном.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Даже, Май, мы даже представляли с тобой.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Да, да, небольшие сказки.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Ну вот.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: И здесь вот, тут вам уже подкидывают новые идеи наши слушатели…

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Что вы говорите!

КСЕНИЯ ЛАРИНА: … не знаю, насколько они новые, наверняка вы с таким видом искусства тоже знакомы. Нет ли в планах издательства выпуска альбома, посвященного наиболее интересным образцам спичечных этикеток, начиная с 19-го века? – пишет Андрей. Мне кажется, что это интересно.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Конкретно не думали.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Ну вы подумайте.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Но надо сказать, что вот такие жанры, как этикетки спичечные…

КСЕНИЯ ЛАРИНА: …фантики…

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Да, да. Это все можно собрать, есть. Но даже мы знаем, что издания книг по открыткам сравнительно медленно идут в продаже. То есть в общем-то людей, которые ими интересуются, их не так много.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: А открытки? Ведь есть не книга по открыткам, а вот именно как открытки… Раскупаются?

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Вот они издаются для коллекционеров. Но покупаются книги очень, как бы это сказать… массовым читателем не востребованы.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Но вообще, здесь в этом пространстве можно много чего найти интересного.

АЛЕКСАНДР ШКЛЯРУК: Ну, надо еще, чтобы была популярная тема.

КСЕНИЯ ЛАРИНА: Непаханая целина. Давайте, а мы тут популярность обеспечим. Мы должны уже заканчивать нашу программу, еще раз напомним, что в гостях у нас сегодня издательство «Контакт-Культура»: Павел Снопков, генеральный директор, Александр Шклярук, главный редактор и Владимир Кричевский, дизайнер, искусствовед. Большое всем спасибо, и я очень завидую нашим слушателям, к которым попадут эти замечательные альбомы. Спасибо вам.

ПАВЕЛ СНОПКОВ: Спасибо вам.



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире