'Вопросы к интервью
29 мая 2005
Z Книжное казино Все выпуски

Декамерон шпионов


Время выхода в эфир: 29 мая 2005, 13:10

К. ЛАРИНА: Добрый день. В гостях у нас сегодня Михаил Петрович Любимов, он у нас сегодня представлен как писатель и ветеран Службы внешней разведки. Подходит? Здравствуйте, товарищ ветеран.

М. ЛЮБИМОВ: Здравствуйте.

М. ПЕШКОВА: Здравствуйте, товарищ полковник.

К. ЛАРИНА: Ты сейчас рассекретишь вообще всю легенду.

М. ПЕШКОВА: Действительно, и тогда все, придется мне идти в тюрьму.

К. ЛАРИНА: Мы сегодня представляем новые книжки Михаила Любимова «Блеск и нищета шпионажа» и «Декамерон шпионов». Издательство «Астрель». Картинок нет, зато на обложке очень завлекательные… С вами советовались, когда оформление делали.

М. ЛЮБИМОВ: В общем да, советовались.

К. ЛАРИНА: Женщину вы выбирали?

М. ЛЮБИМОВ: Потому что первый вариант был просто ужасный.

К. ЛАРИНА: И эту женщину вы придумали?

М. ЛЮБИМОВ: Нет, не я придумал, естественно, я бы поярче придумал еще.

К. ЛАРИНА: Не закрывал бы черными квадратиками.

М. ЛЮБИМОВ: Я единственное сказал, что надо всех лидеров туда поставить.

К. ЛАРИНА: Да, здесь у нас кого я узнаю. Бориса Николаевича Ельцина, Михаила Сергеевича Горбачева, Юрия Владимировича Андропова и Владимира Владимировича Путина.

М. ЛЮБИМОВ: Хорошо, что последнего узнали.

К. ЛАРИНА: А здесь у нас кто, на последней странице обложки?

М. ЛЮБИМОВ: Они взяли какой-то кусок из фотографий.

К. ЛАРИНА: Каких-то известных шпионов.

М. ЛЮБИМОВ: Да. Там по-моему Эймс и еще кто-то.

К. ЛАРИНА: Здесь «Новая газета» цитируется на обложке книги. Тут представление Михаила Любимова наиболее подробное. Михаил Любимов, полковник КГБ, кандидат исторических наук, автор романов, пьес и стихов, вербовщик агентов, похититель секретов, резидент, известный разведчик, который первым среди застегнутых на все пуговицы мундиров осмелился откровенно иронизировать, говоря о романтическом ремесле, а также, смахнув патриотические румяна, называть себя не разведчиком, а все-таки шпионом.

М. ЛЮБИМОВ: Не зря я люблю «Новую газету». Еще написать там нужно было, что ловец жемчуга, что-нибудь подобное.

К. ЛАРИНА: Но все соответствует действительности, действительно, шпион. Я сегодня, кстати, получилась у меня шпионская программа, целиком весь эфир, поскольку я со шпионов начала в 9 утра. Мы вспоминали с нашими юными слушателями самых известных шпионов в литературе или кинематографе. И конечно же, на первом месте был агент 007, Джеймс Бонд, на втором – Штрилиц, а вот Михаил Петрович пришел и сказал, что же ты не вспомнили главного шпиона современности, это конечно же, наш президент. Хотя его вряд ли стоит называть шпионом, он все-таки разведчик.

М. ЛЮБИМОВ: Я, честно говоря, разницы не вижу между шпионом и разведчиком.

К. ЛАРИНА: Наши разведчики, а их – шпионы.

М. ЛЮБИМОВ: Да. Вопрос терминологии. Но неудобно как-то все-таки быть разведчиком, тем более, он тогда занимал небольшую должность. И быть президентом – это очень разные должности. И конечно, быть президентом гораздо ответственней, хотя кому-то представляется, что нет.

К. ЛАРИНА: Не исключено, что когда-нибудь он все-таки закончит президентскую жизнь в президентском кресле.

М. ЛЮБИМОВ: Вы думаете?

К. ЛАРИНА: И вернется в разведку, будет потрясающим разведчиком.

М. ЛЮБИМОВ: Нет.

К. ЛАРИНА: Или уже невозможно?

М. ЛЮБИМОВ: Это будет трагедия.

М. ПЕШКОВА: И напишет мемуары?

М. ЛЮБИМОВ: Это будет трагедия. Такого не было.

К. ЛАРИНА: Давайте зададим вопрос.

КНИЖНОЕ КАЗИНО

К. ЛАРИНА: Давайте представим ваши книги по радио, что можно о них сказать?

М. ЛЮБИМОВ: «Декамерон шпионов» – это дополненный вариант, довольно прогремевшая вещь в свое время, я в 1995 написал, потом издал книгу в 1998, это план перестройки, который созрел у Юрия Владимировича. Идея плана заключалась в том, чтобы провести Россию через жуткие испытания, через Голгофу. Чтобы после этого так возлюбили коммунизм, чтобы вообще, свободное голосование, все бегут, голосуют за коммунистов, и самое главное, все протекает под управлением КГБ.

К. ЛАРИНА: Это что, антиутопия такая?

М. ЛЮБИМОВ: Да. Там сквозная линия «Декамерон шпионов», и параллельно идут новеллы о шпионаже, в основном, шпионство и любовь. Но тут что интересно в этой книге. То, что иногда ведь пишешь и не думаешь, что произойдет именно так, как написал. Потому что я писал это как антиутопию, хотя многие восприняли, у нас есть и такие, как все правду написал раскаявшийся полковник. Но все пошло по этим лекалам. Дело в том, что когда я закончил первый вариант, у власти был Борис Властолюбивый, надеюсь, вы догадываетесь, кто это такой. И даже никто не знал нынешнего президента. И КГБ и не пахло там, прошлое, настоящее. А я-то написал, что КГБ. И словно посоветовались в Кремле, прочитали Любимова, и решили идти по этому плану. Поэтому сейчас и написал. Это, конечно, антиутопия, художественное произведение. Написал более подробно, как осуществлялся этот переход к власти. Основная проблема была буквально оттащить от власти Бориса Властолюбивого, который упирался, очень не хотел, в общем, это надо читать. Вот история книги. Я не знаю, буду ли я продолжать.

К. ЛАРИНА: Как же, жизнь продолжается, история движется.

М. ЛЮБИМОВ: Если у нас и в дальнейшем будут сплошные начальники из КГБ, тогда придется еще что-нибудь придумать.

К. ЛАРИНА: А «Блеск и нищета шпионажа»?

М. ЛЮБИМОВ: Это повести, новеллы о шпионаже в разных ипостасях. И в драматических и в юмористических, и там и предатели, и крупные разведчики, кое-кто менее известен. То есть это ближе к документалистике, но тоже это беллетристика. Потому что я считаю, что вообще беллетристика больше передает жизнь, чем документалистика. Ужасно я сказал, конечно, но тем не менее.

К. ЛАРИНА: Между прочим, может быть, в этом секрет популярности Бориса Акунина.

М. ЛЮБИМОВ: Я не знаю Акунина, это не моя чашка чая. Но, тем не менее, просто хороший писатель больше чувствует жизнь, чем добросовестный мемуарист, я бы так это сформулировал. Возьмите «Войну и мир» Льва Николаевича. Сколько там вы смотрите материалы разные, вы только путаетесь, а суть событий вы не ухватываете. А писатель может это сделать.

К. ЛАРИНА: А читатели ваши – это кто?

М. ЛЮБИМОВ: Разные.

К. ЛАРИНА: Вы же там встречаетесь наверняка.

М. ЛЮБИМОВ: Ни с кем не встречаюсь. Ко мне подходят иногда на улице.

К. ЛАРИНА: А презентации в книжных магазинах?

М. ЛЮБИМОВ: Это же бывает крайне редко, Ксения. Ну что, ну приходят, знакомых приглашаешь на презентацию. Они добросовестно выпьют водки, возьмут бесплатный экземпляр книги, на этом все кончается. А в принципе, жизнь писателя, если ты сам не бегаешь по тусовкам, как я, то она пресна, ничего там особого нет. Кроме того, что вдруг в метро подойдет нежная девушка, скажет — я вас читала.

К. ЛАРИНА: Вот ради этого стоит выпускать книжки.

М. ЛЮБИМОВ: Наверное.

М. ПЕШКОВА: Хотелось узнать, каково отношение к вашим книгам Джона Ле Карре, насколько я знаю, вы приятельствуете?

М. ЛЮБИМОВ: Да, мы с ним в хороших отношениях, я даже как-то жил у него. Что меня больше всего потрясло, он меня поселил в гостевой домик. Он живет на берегу Корнуолла, это графство, западная часть Англии. В домике был целый холодильник, набитый роскошным французским белым вином Пии Фюме, вот какой заботливый человек. Я там у него 3 дня был. Он, конечно, выдающийся писатель. То, что он разведчик, он уже забыл об этом. Он пишет потрясающе. Сейчас хуже чуть-чуть, ему уже 74. Со временем все плохо пишут, и покорный слуга тоже уже, рука бойца. Но это выдающийся писатель. Отнюдь, о нем говорить как о детективщике – очень мало, почти ничего не сказать.

К. ЛАРИНА: Тем не менее, история знает немало таких примеров, когда в одном лице сочетался шпион и писатель. Насколько близки эти две профессии? Ведь что-то внутреннее есть похожее, какой-то артистизм, или что там необходимо?

М. ЛЮБИМОВ: Я не уверен насчет артистизма, хотя он нужен конечно, как и в любой профессии. Но конечно журналист, писатель и разведчик, это практически одна и та же профессия. Не случайно Грин работал в разведке, а потом очень легко занимался литературой. А Сомерсет Моэм. Его секретные рассказы, рассказы о секретной службе, это шедевры.

К. ЛАРИНА: Сегодня наши слушатели вспоминали еще о Бомарше. И Казанову.

М. ЛЮБИМОВ: Бомарше, разведка, конечно, в его произведениях не присутствует. У Моэма присутствует. У Грина присутствует. Я уже не говорю о Ле Карре. А товарищ Робинзон Крузо. Разве Дефо, он работал на контрразведку. Между прочим, именно Дефо составил план по уничтожению диссидентского движения в Англии. Как вам это понравится. Вот такой писатель. Тем не менее, он очень активный был. Это очень достойно – быть писателем и разведчиком. Я думаю, что наши многие писатели подрабатывали.

К. ЛАРИНА: Осведомителями.

М. ЛЮБИМОВ: Как сказать. Одни называют это осведомитель, другие – разведчик. Я представляю, например, Алексей Толстой, выезжает за границу, встречается там, скажем, Ягода, говорит, дорогой мой, ты будешь в эмигрантских кругах, узнай, как там состояние в организации РОВС, это военная белогвардейская организация. Могли быть такие задания. Я кстати не вижу в этом ничего плохого.

К. ЛАРИНА: Но все-таки есть принципиальная разница между агентом, осведомителем, человеком, который должен выполнять то, что он подписал, и между профессиональным разведчиком? Или нет? Или это нам хочется в это верить.

М. ЛЮБИМОВ: Я вас должен огорчить. Во-первых, когда говорят, стукач, я вообще считаю, это не разведывательный термин. Можно ни с кем не сотрудничать, а быть стукачом. Бабушка увидела там что-то и позвонила. Кстати, во всем мире это считается признаком хорошего тона. Это люди помогают властям. Они борются с преступностью. Да, бывают переборы, конечно, какого-то пьяного бабушка считает террористом. Но в принципе я не вижу в этом ничего плохого. Другое дело, это очень индивидуально, когда человек из зависти, злости начинает капать на своего соседа. Тогда он не просто стукач, он просто дерьмо. Вот и все. А с точки зрения, разведка, контрразведка, должны иметь агентов, иначе покоя не будет. Вот будет электричество каждый день вырубаться, вообще будем жить без света, воды и газа.

К. ЛАРИНА: Согласитесь, в таком негативном отношении к этому делу, у нас даже слово такое очень некрасивое, доносительство, как термин неприятное, оскорбительное, негативная оценка.

М. ЛЮБИМОВ: Я не уверен.

К. ЛАРИНА: Это же история.

М. ЛЮБИМОВ: А вот история как раз не так пишет.

К. ЛАРИНА: Имею в виду наша советская история.

М. ЛЮБИМОВ: Царю пишут, «доношу».

К. ЛАРИНА: «Довожу до вашего сведения…»

М. ЛЮБИМОВ: Нет, он пишет, «имею честь донести…» У нас в советское время действительно приняло жуткие формы это стукачество. Именно как стукачество. А вообще в принципе в нормальном государстве, где все отлажено, права человека существуют, ну что же, это тайное сообщение.

К. ЛАРИНА: У нас кстати есть классический пример по этому поводу, в прошлом году или может быть в позапрошлом журнал People опубликовал на обложке лица года, что называется, люди года. Так там были три женщины, наверняка помните этот момент, которые как раз прославились тем в Америке, что вот, одна донесла в налоговые органы на какую-то фирму, другая – еще на кого-то, а третья, а их назвали людьми года как ответственных граждан страны.

М. ЛЮБИМОВ: Правильно.

К. ЛАРИНА: У нас это невозможно.

М. ЛЮБИМОВ: Так у нас общественное мнение такое. Почему у нас традиционно не любит спецслужбы интеллигенция. Вот не любит, и все.

К. ЛАРИНА: За что их любить?

М. ЛЮБИМОВ: Нигде этой проблемы нет. А у нас это проблема. И что? Я по себе это чувствую. Я чувствую эту границу, которая у очень многих появляется, когда начинаешь о чем-то говорить. – А, ты служил 25 лет назад этой страшной организации и т.д. То есть это есть у нас, и это я понимаю. Потому что история тяжелая. А там, где этого не было, ну и что, служил и служил.

К. ЛАРИНА: Я уже вижу ответы на вопросы, которые вы нам задали, на пейджере, огромное количество правильных ответов. Хотя Мата Хари точно и Сомерсет Моэм не изобретали движение бой-скаутов. Может быть, Мата Хара была чем-то другим знаменита, но она по-моему свой след в культуре оставила достаточно большой.

М. ЛЮБИМОВ: Расстреляна по ошибке. И вообще, там шпионажа практически не было.

К. ЛАРИНА: То есть, больше легенды?

М. ЛЮБИМОВ: Конечно, легенда. Фильмы и что там пошло, уже кроме Мата Хари ничего на свете не было.

К. ЛАРИНА: Прервемся на новости.

НОВОСТИ

РОЗЫГРЫШ

М. ЛЮБИМОВ: Я хочу еще пару слов сказать о Роберте Баден Пауэлле. Он, кстати, был чрезвычайно известен и много беллетристики написал.

К. ЛАРИНА: То есть он писатель тоже?

М. ЛЮБИМОВ: Да. Я помню у него прекрасный есть совет, как резко изменить свою внешность, расстегнуть рубашку, распустить галстук и сдвинуть шляпу. Смешно. Потом он упоминает лучший способ, когда вы где-то там рыскаете на передовых позициях, во время Первой мировой войны, и видите, к вам приближается патруль немецкий, а лучше всего присесть на корточки и совершить нужду. К вам уж точно никто не подойдет. Так что, это довольно остроумный человек.

К. ЛАРИНА: Пионеры тоже наверное воспользовались его заветами. Давайте я по телефону задам вопрос, кого вы считаете выдающимся отечественным разведчиком, и почему?

ВАЛЕРИЙ: Я бы поставил чуть ли не выше всех Рихарда Зорге. Он все-таки прежде всего интеллектуал, и дело не в том, что он из Коминтерна вышел, хотя это не самая худшая рекомендация. Работал он не просто в Коминтерне, а в институте мирового хозяйства и мировой политики. Это был теоретический штаб мировой революции, который конечно проваливался со своими политэкономическими прогнозами, но были там интеллектуалы, это факт. Второе, это был человек не НКВД, а ГРУ, человек 4-го управления. Что тоже о чем свидетельствует, на мой взгляд. И самое последнее, что он в Токио был корреспондентом не чего-то, а Франкфуртер Цайтунг, которая, правда, потом перестала существовать. Это была блестящая либерально-буржуазная газета.

К. ЛАРИНА: Спасибо за экскурс. А ваш выбор, Михаил Петрович. Во-первых, про Рихарда Зорге, вы согласны с такой оценкой?

М. ЛЮБИМОВ: Бесспорно, согласен. Зорге – один из выдающихся разведчиков вообще 20 века, с трагической судьбой. Вы знаете, что Сталин не захотел его менять, тогда вообще не принято было менять. Но я считаю выдающимся разведчиком тоже человека, близкого к Коминтерну, это Дмитрий Быстролетов, который работал в Западной Европе почти со всей ценной агентурой, включая Филби и еще массу людей. Более того, он выступал и как венгерский граф, и как английский лорд. И это был человек потрясающий. И конечно разведчик – это не  только разведчик, это судьба. В результате конечно его посадили, не расстреляли, но он просидел по-моему 15 лет, его выпустили после смерти Сталина. Он писал. Но о разведке очень мало написал, потому что тогда вообще все скрывали еще очень долго. И он работал в институте, я уж забыл, в каком, простым переводчиком. Все. И так умер. Оставил несколько книг после себя, их издали. Но они не о разведке, больше о лагере. Конечно, был грандиозный разведчик.

К. ЛАРИНА: Давайте еще один вопрос зададим вам. Кого вы считаете выдающимся западным шпионом? Конечно, мы опять же играем в эту терминологию, но тем не менее.

СЛУШАТЕЛЬ: Я считаю, что это Паниковский.

К. ЛАРИНА: Это шутка.

М. ЛЮБИМОВ: Почему? Может быть, это и шутка. Но он был достаточно эффективный американский, английский шпион. И он передал много о ракетных войсках.

К. ЛАРИНА: Действительно, его можно назвать выдающимся шпионом?

М. ЛЮБИМОВ: Бесспорно.

К. ЛАРИНА: А что же я отключила-то?

М. ЛЮБИМОВ: А что, у нас только выдающиеся?

К. ЛАРИНА: Давайте еще один ответ примем.

СЛУШАТЕЛЬ: Я думаю, что это агент 007.

М. ЛЮБИМОВ: Это из серии юмора, конечно. Я сам люблю смотреть Джеймса Бонда особенно с Коннери.

К. ЛАРИНА: Нет, давайте все-таки дождемся мотивированного развернутого ответа.

НАТАЛЬЯ ЮРЬЕВНА: Я думаю, что это Эли Коэн, израильский разведчик, который передал атомные секреты.

К. ЛАРИНА: Ну что, мы принимаем ответ?

М. ЛЮБИМОВ: Нет, не можем принять, потому что я имею в виду тех, кто работал против СССР. А в данном случае мы не можем оценить масштаб деятельности.

АЛЕКСЕЙ: Конечно, это не Конан Молодый, и не Рихард Зорге, это Любимов, это в США сейчас проживает Калугин, это вот сволота вся выдающаяся…

К. ЛАРИНА: Что ж такое, нам сегодня не везет.

М. ЛЮБИМОВ: Ничего.

К. ЛАРИНА: Обострение, простите.

СЛУШАТЕЛЬ: Юмор сейчас был, да, вставьте, пожалуйста, а мне кажется, Чубайс столько вреда нанес…

К. ЛАРИНА: Ну что, мы сдаемся, или все-таки будем слушать дальше телефонные звонки?

М. ЛЮБИМОВ: Я считаю, лучше сдаться. Потому что, я думаю, у нас вообще плохо знают западных шпионов. Их и не так много, кстати, было. И я считаю, что крупным шпионом 20 века действительно был полковник Лоуренс. И не потому, что там какие-то жуткие секреты он добывал о СССР или о ком-то, а он целую армию мобилизовал арабов, шейха Фейсала в частности, против Турции. И в значительной степени это позволило выиграть Первую мировую войну. Это его основной вклад.

К. ЛАРИНА: Ну давайте, я все-таки хочу добиться имен от наших слушателей. Еще два звонка. Рискнем, в конце концов

М. ЛЮБИМОВ: Давайте.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Может быть, Филби?

М. ЛЮБИМОВ: Какой же он западный шпион? Это советский человек был, коммунист, который всю свою жизнь посвятил борьбе с империализмом.

К. ЛАРИНА: То есть, тех, кто против нас работал, мы практически, кроме Пеньковского, никого не знаем.

М. ЛЮБИМОВ: Ну почему, мне кажется, Гордиевского можно вспомнить.

АЛЕКСАНДР: Просто вылетело из головы, «Операция Трест» была.

М. ЛЮБИМОВ: Сидней Рейли?

АЛЕКСАНДР: Да.

М. ЛЮБИМОВ: Ну что ж, бесспорно. Это очень крупный, вот мы и добились. Он русского происхождения. Сам он из Одессы. У него и фамилия другая, я сейчас не помню. Но действительно это энергичнейший человек, который участвовал и в заговоре, готовил левых эсеров, и друг Савенкова, и друг Черчилля, в общем, это очень активный английский разведчик. И первые годы советской власти вообще трудно представить без Сиднея Рейли. Тем не менее, наши чекисты его выманили, Советский Союз, традиционным методом. Он шел на связь с антисоветской организацией, и в конце концов расстреляли в лесу. Вот и все. Причем долго молчали.

К. ЛАРИНА: Ваше отношение к так называемым двойным агентам, я не знаю как это на вашем профессиональном языке называется. Те, кто сначала работал с нами, а потом против нас.

М. ЛЮБИМОВ: Двойной агент – понятие очень сложное. Когда говорят, Филби двойной агент – это ерунда. Он типичный агент нашей разведки. И он сам возмущался, какой я двойной. А вообще, двойной агент в моем понимании, человек, который работает на две разведки, получает еще деньги, и оттуда, и оттуда, а может быть и пятерным агентов. Это тоже очень выгодно. В истории это было.

К. ЛАРИНА: У вас, что, вызывает восхищение, уважение, высший пилотаж в профессии?

М. ЛЮБИМОВ: Нет. Я думаю, что это обыкновенные коммерсанты. Я таких в жизни встречал, которые и тут, и тут подрабатывают. Но если вы возьмете профессионала, двойной агент для него звучит очень плохо. Или-или. Зачем двойной агент? Я им не верю.

М. ПЕШКОВА: На этой неделе была презентация замечательной книги о Михаиле Батурине. Каково ваше отношение к этой книге? Ведь вы были знакомы?

М. ЛЮБИМОВ: Нет, я не был знаком с Михаилом Батуриным. Но я знаком с Юрием Михайловичем Батуриным, известным нашим летчиком-космонавтом, который эту книгу написал. И книгу эту я прочитал, и должен сказать, что она мне очень понравилась, потому что это не просто биография о папе, а это и история страны, и самое главное, там есть страницы совершенно неизвестные нашему читателю – Турция. Турция во время войны, покушение на фон Папена, работа знаменитого Цицерона, камердинера у английского посла. В общем, это детектив практически, и вы вникаете в ситуацию политическую того времени. К тому же, там еще Азербайджан есть, где папа его работал. И там тоже все очень интересно. И написано конечно великолепным языком. С большим уважением к нашей истории.

К. ЛАРИНА: Как называется эта книжка?

М. ЛЮБИМОВ: «Досье разведчика».

М. ПЕШКОВА: Книга увидела свет в серии «Дело №…», которая выходит в издательстве «Молодая гвардия».

К. ЛАРИНА: А теперь хочу обратиться к вопросам, которые приходили на пейджер. Тут еще Киплинга вспоминают в качестве героя. Он тоже шпион и разведчик?

М. ЛЮБИМОВ: Он наверное подрабатывал. Он не мог не подрабатывать, поскольку он автор моего любимого марша шпионов, дивного стихотворения, очень ритмичного. Наизусть не помню, к сожалению. И там все время куплет кончается, да здравствует шпион. Конечно, он был патриотом настоящим. Он много об этом написал. Его знаменитая книга «Ким». Между прочим, поэтому и назвали Филби Кимом, потому что папа Кима тоже был шпионом. Бесспорно, я не знаю о подвигах Киплинга, но он так много написал во славу этой профессии, что должен быть зачислен в ряды.

К. ЛАРИНА: В почетные шпионы. «Ваше профессиональное мнение о романах Суворова, «Аквариум» и «Ледокол», есть ли в них правда», спрашивает Лиля.

М. ЛЮБИМОВ: Раньше я резко отрицательно к нему относился. Сейчас временами, он конечно чрезвычайно тенденциозен, у него хорошая логика, и он любые факты делает так, как ему угодно. Сейчас он написал очень резкую книгу против Жукова. Я ее недавно прочитал. Ну что вам сказать? Там многое правда. Хотя она с тенденцией сделана. Но это полезно читать, такие книги. Потому что у нас как начинают вздыхать по поводу одного человека, и конца и края нет. Он там многие ставит вопросы. Поэтому у меня впечатление о нем, ну, как к предателю отношусь к нему сугубо отрицательно. А вот как к писателю, мне кажется, там есть доля истины.

К. ЛАРИНА: Вопрос от Галины. 10 лет назад вышла ваша книга, «Записки непутевого резидента», роман-мемуары. Что мемуарного в этой книге, а что придуманного? Как вы оцениваете 10 лет спустя ваше произведение?

М. ЛЮБИМОВ: Во всяком случае, эту книгу я люблю. Там практически сплошная правда. Я единственный туда ввел момент художественной фикции, когда описывал агентов для того, чтобы просто не попасть в положение преступника, который разглашает государственные тайны. Поэтому я вынужден был маскировать все это. Что касается себя, там вся написана правда.

М. ПЕШКОВА: Что вы читаете?

М. ЛЮБИМОВ: Вообще? Разные вещи. Читаю преимущественно, стараюсь что-то старое взять. Сейчас читаю «Дневник писателя» Достоевского, перечитываю который раз, каждый раз новое нахожу. Сегодня, например, утром почему-то наткнулся на «Судьба России» Кожинова, он кстати фигурирует у меня в книге «Декамерон шпионов», очень понравился. И предисловие из его статьи об этой вещи. То есть разные вещи читаю. Но одно могу сказать, что эти постмодернисты…

К. ЛАРИНА: Вы имеет в виду современных литераторов?

М. ЛЮБИМОВ: Да. Очень-очень у меня…

К. ЛАРИНА: Беспокоят?

М. ЛЮБИМОВ: Не могу читать просто. Хотя у нас есть прекрасные писатели, был Галковский, например, и Солженицын, между прочим. Хотя уже он в возрасте, но почитайте его критические статьи литературные, допустим. Это же шедевры, о Бродском и т.д. Кстати, Бродского перечитываю, я очень люблю. То есть разные, по настроению.

К. ЛАРИНА: Вопрос от Светланы. «Михаил Петрович, доводилось ли вам попадать в так называемые «медовые ловушки»?» Как вы относитесь к роману Ле Карре «Маленькая барабанщица», где террорист был разоблачен с помощью женщины?

М. ЛЮБИМОВ: Начнем, «Маленькая барабанщица» – это конечно шедевр. Я очень люблю эту вещь. Что касается меня, я всегда очень опасался медовых ловушек.

К. ЛАРИНА: А что это такое, объясните.

М. ЛЮБИМОВ: Могу описать из одной книги одного английского контрразведчика, как одному нашему разведчику подставили, это профессиональный язык, красивую даму, и когда он очутился в номере отеля с дамой, вдруг вошло несколько фотографов и прочее. Ну и начали фотографировать. Тот сразу схватился за трусы на полу, но как пишет этот контрразведчик, я наступил на них башмаком, и сказал, что ваша карьера закончилась. Кстати, ничего не закончилась, товарищ преспокойно потом уехал в Москву, и никакой драмы не было. Он тут же доложил об этом, вот что самое главное. А была медовая ловушка.

К. ЛАРИНА: Скажите, пожалуйста, что такое быть разведчиком? Это специальность, занятие или призвание? Спрашивает Меланья.

М. ЛЮБИМОВ: Думаю, что и то, и другое. Это конечно и призвание, и должна быть подготовка, эрудиция, работа над собой какая-то, над языком, над страной твоего пребывания. Мне кажется, что призвание в любой работе важно.

К. ЛАРИНА: Что же вы забыли крупнейшего шпиона Лаврентия Павловича Берию? Пишет нам Саша.

М. ЛЮБИМОВ: Какой же он шпион, Лаврентий Павлович? Он руководитель. Руководители, как правило, такой низкой работой не занимаются. Лаврентий – это типичный представитель партийной элиты, фаворит Сталина. Должен сказать, что у него много было и достоинств. Атомная промышленность, которую он курировал во время войны, в конце войны, точнее. Этого уже достаточно.

К. ЛАРИНА: «Скажите, есть ли в нашей современной российской разведке хорошие женщины-разведчицы, имена которых возможно станут известны?», спрашивает Ольга. Ну кто же вам скажет.

М. ЛЮБИМОВ: Да, это верно. Я, кстати, могу одно сказать. Я уже давно не работаю в разведке. Но я очень редко встречал женщин-разведчиц. Они есть, иногда печатают книги, воспоминания.

К. ЛАРИНА: Вот Мату Хари мы вспоминаем в основном.

М. ЛЮБИМОВ: Мату Хари вбили в голову, написали несколько пьес, сняли несколько фильмов. Ну и что? Так слава проходит мирская.

К. ЛАРИНА: Считаете ли вы разведчиком Алена Даллеса, директора ЦРУ? И ваше отношение к книге Долгополова «Гении внешней разведки», спрашивает Галина.

М. ЛЮБИМОВ: Я «Гении внешней разведки» только пролистал, а не прочитал. Аллен Даллес, я бы не сказал, что его книга «Искусство разведки»... Там очень много банальностей. Это типичный руководитель крупного ранга. Я думаю, книга Крючкова на таком же уровне. Причем там больше, во 2 томе, как он сидел в тюрьме после путча, а не о разведке. Понимаете, в чем дело. Руководитель, который пришел со стороны и разведчик, который прошел от низов, от младшего опера и т.д., это разные люди. Хотя бывают прелестные совпадения.

К. ЛАРИНА: К Берии нас возвращает Николай и совершенно резонно пишет нам — как же так, он же осужден как английский шпион.

М. ЛЮБИМОВ: Это ерунда, придумали, что он английский шпион. Тогда вообще вешали обязательно какого-нибудь шпиона, и Бухарина признавали, немецким, по-моему, и вообще всех. Вообще, я считаю, он несет такую же ответственность, как и Сталин, и Хрущев. Потому что все они подписывали списки, все они отправляли людей на расстрел. Вот главная ответственность. А совсем не обязательно говорить, что ты английский шпион, если по твоему приказу убили тысячу, или две тысячи человек. Одна Катынь чего стоит. Это уже польское дело. Поэтому это все форма, английский шпион.

К. ЛАРИНА: Мы сегодня о грустном старались не разговаривать, как вы нас на это ни провоцировали, уважаемые слушатели и неуважаемые хулиганы, прорвавшиеся в эфир. Прошу всех успокоиться. Мне остается поблагодарить Михаила Петровича за визит, за откровенные ответы на ваши вопросы. Спасибо. Ждем следующего романа. Надеюсь, у вас есть заготовки на рабочем столе?

М. ЛЮБИМОВ: Кое-что есть. Все тяжелее идет. Спасибо вам.

К. ЛАРИНА: Давайте-давайте.





Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире