'Вопросы к интервью
28 декабря 2002
Z 25-й кадр Все выпуски

Тема: «Режиссерские династии; 80-летие «Мосфильма».


Время выхода в эфир: 28 декабря 2002, 14:05

28 декабря 2002 года
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» режиссер Михаил Калатозишвили внук режиссера Михаила Калатозова (Калатозишвили).
Эфир ведет Сергей Бунтман.

С. БУНТМАН — Мы начинаем «25-й кадр» с Витой Рамм. Вита, добрый день. Вита, мы сегодня принимаем хорошего гостя. У нас редко в «25-м кадре» бывают гости.
В. РАММ — Сегодня просто день так совпал.
С. БУНТМАН У нас Михаил Калатозишвили. Мы говорить будем о Михаиле Калатозове. Такой не юбилейный юбилей сегодня 99 лет. Будем разыгрывать фильмы, задавать вопросы.
В. РАММ Мишико принес «Летят журавли», «Верные друзья» и «Красная палатка». К сожалению, нет «Я Куба» и «Соль Сванетии». Хотелось бы тоже. Наверное, они еще не изданы.
С. БУНТМАН Ну, что же, мы сейчас входим в юбилейную и датскую пору, и мы этого вовсе не стесняемся, Вита предложила, и мы решили, что мы будем заниматься и «Мосфильмом».
В. РАММ Нет точной даты 80-летия. Но это год 80-летия «Мосфильма». Знаю, что в кинотеатре «Художественный» будут периодически показаны старые фильмы, юбилейные, визитная карточка «Мосфильма». Студия, которая достойна большого разговора.
С. БУНТМАН Хорошо, мы будем говорить еще о творческих династиях. Не в советском смысле династия знатных режиссеров, а потому что это очень здорово, когда профессия становится семейной, не потому, что мой балбес не может ничего делать, поэтому я его пристрою туда, где работаю сам. Так образуются династии. Но это не тот случай. Просто интересно: и кинематограф, и вообще искусство вообще — это династическая область. И мне кажется, что это совершенно правильно, потому что это образ жизни.
В. РАММ Хотя, допустим, я считаю, я не знаю как Мишико, он на себе, наверное, испытал, учась во ВГГИКе и поступая во ВГИК, когда врачебная династия, шахтерские династии менее на виду, а тут громкость фамилии родоначальника этой династии уже накладывает дополнительные трудности, а не льготы. Да, Михаил?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ При поступлении во ВГИК, скорее, это помогало, чем накладывало трудности, а так я недавно прочел в книжке очень хорошей «Пироги и пиво» фразу Сомерсета Моэма, когда он пишет про какого-то писателя, что он был настолько симпатичен, что коллеги ему прощали даже происхождение. Так что бывает по-разному.
С. БУНТМАН Но все равно чего-то ждут, хотят  — не хотят, все равно чего-то ждут.
В. РАММ Сравнивают. Боязнь сравнения была?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — А чего бояться? От этого никуда не деться. Будут сравнивать, будут говорить, это всегда будет и потом бояться этого сравнения приблизительно то же самое, что отказываться от своей фамилии. Я ношу эту фамилию, я с ней живу и мне с ней очень хорошо, комфортно.
С. БУНТМАН Интересно другое, есть какие-то трагические истории, конечно, как история с Клаусом Манном, на которого тень отца давила и при жизни отца и довела его бог знает до чего. Здесь другое. Как профессионал как вы смотрите фильмы Михаила Калатозова, вы их пересматриваете?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — По-разному, кстати. Было время, когда я смотрел фильмы вообще как некие фильмы какого-то режиссера, потом эти просмотры приобретали более адресный характер, потом была пора юношеского революционизма, когда я говорил: «Какое это кино? Это плохое кино».
В. РАММ Даже так?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Сегодня кино, которым я пытаюсь заниматься, наверное, имеет мало общего по стилистике, по характеру и по направленности с тем, что делал мой дед. У меня есть режиссер, которого я люблю больше, я лично люблю больше чем Калатозова. Но я понимаю, что это был великий кинематографист именно потому, что он сумел пронести Если посмотреть один из первых его фильмов «Соль Сванетии» и потом посмотреть «Летят журавли», «Неотправленное письмо» и «Я Куба», понятно, как долго человек хранил в себе тот язык, на котором он хотел говорить. И это заслуживает огромного уважения. То есть пауза огромная между этими фильмами.
С. БУНТМАН А когда «Соль Сванетии» была?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Это 1929 год. Причем это 1929 год, когда он снимал фильм под названием «Слепая» и параллельно с художником Давидом Какабадзе делали документальный видовой фильм о Сванетии.
В. РАММ — Это определенная местность в Грузии, труднодоступная.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Высокогорная местность.
С. БУНТМАН Причем совершенно удивительная, и вообще каждое место удивительно, но здесь что-то постоянно связано, это все время ощущалось и в грузинском кинематографе тоже. Постоянно здесь какой-то узел есть очень важный жизненный.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Действительно узел, потому что это соитие разных грузинских характеров, потому что Грузия страна, которая состоит из многих народностей. С вами одни из них. Вобравшие в себя понемногу разного, но имеющие определенно свою физиономию. И они делали фильм «Слепая», который закрыли за формализм, за обвинения.
С. БУНТМАН Уже тогда?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — 1929 год.
С. БУНТМАН Уже начался перелом.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — И они из того материала, который остался для «Слепой», и из того видового фильма, который был про Сванетию, смонтировали фильм под названием «Соль Сванетии», в оригинале это звучит «Джим Шуанте». На сванском наречии. А дальше был достаточно большой период молчания до «Летят журавли», хотя во всех фильмах проскакивают эпизоды, где виден этот язык. Потом уже «Летят журавли», потом уже «Неотправленное письмо», потом уже «Я Куба», где уже в полную мощь язык, на котором он говорил.
С. БУНТМАН На ваш взгляд удалось ли ему сохранить, пронести через такое полумолчание или разговор на другом языке. Все-таки для художника бывает разговор, как будто человека сам себя переводит.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Во всех фильмах бывают отдельные эпизоды, фильм не очень, но есть эпизод, где виден этот язык, но он бывает такой завуалированный, скрытый, чтобы не дай бог кто-нибудь не обратил на это внимание.
В. РАММ — Но даже, допустим, «Верные друзья» — фильм, который раньше чем «Летят журавли», он же был принципиальным явлением для всего советского кинематографа, когда могли посмеяться над бюрократами, это было совершенно в другом качестве.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Ты сейчас про идеологию говоришь, а я говорю именно о языке кино.
С. БУНТМАН Как снят. Ну, что «Верные друзья»? Милая такая чуть-чуть помпезная комедия, которой я ужасно радовался, когда в детстве смотрел. Все нравились, все такие чудесные.
В. РАММ — Я хочу сказать, что она не была стандартным советским фильмом, который ушел в песок. А что-то там сохранилось. Отношения, наверное.
С. БУНТМАН Даже при всей такой условности, декоративности, которая потом ушла. Давайте я сейчас задам вопрос, начнем с простого и начнем с летчика, который вдохновил Михаила Калатозова снять фильм, и фильм назван именем этого летчика. Простейший вопрос. Что мы разыгрываем?
В. РАММ — Мы можем подарить «Верные друзья».
С. БУНТМАН Давайте подарим «Верные друзья». А вы мне назовите на пейджер 974-22-22 для абонента «Эхо Москвы» имя летчика. Очень просто даже для тех, кто не знает фильмографию Михаила Калатозова наизусть или близко к тексту. Хорошо, вы смотрите, а вот сейчас вы совершенно другим занимаетесь, что для вас язык Калатозова, что это такое? Потому что в «Летят журавли» было сочетание всего абсолютно, плюс еще изумительного оператора и сам посыл фильма, от которого нельзя, столько раз пересматриваешь, нельзя просто абстрагироваться.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Что значит для меня язык? А что для вас русский язык?
С. БУНТМАН Я могу, конечно, сейчас взять гусли и начать говорить, что для меня русский язык. Потому что у каждого есть какая-то черта. По чему вы узнаете Михаила Калатозова настоящего, у вас отдельный кадр, у вас отдельный кусочек фильма и вы узнаете и скажете, вот это Михаил Калатозов, даже если это вынуто из какого-то неизвестного архива. По чему вы можете узнать?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Это и есть язык, который дает возможность узнать этого человека даже в отдельно взятом кусочке.
В. РАММ — Точка зрения, экспрессия.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Все вместе это есть киноязык. Нет киноязыка отдельно на негативе. Все сходится в последнем этапе, там, где называется перезапись, когда все уже сделано, тогда можно говорить есть там язык, или это кино вообще без языка, без носа, без ушей, без глаз, что очень часто бывает.
В. РАММ — Помните, когда «К-19» к нам приходила режиссер Кэтрин Бигилоу. В «К-19» есть один эпизод, который не то чтобы копировал эпизод прощания «Летят журавли», но очень явно режиссер пыталась говорить этим киноязыком в своем фильме. Когда я ее спросила: «Вы специально это сделали?», она сказала: «Да это мой поклон моему любимому фильму и я вдохновлялась в этом эпизоде именно фильмом «Летят журавли». Это означает, что до сих пор этот язык жив, и я знаю, перед эфиром мне Мишико рассказывал, какой популярностью в Голливуде пользуется среди профессионалов фильм «Я Куба», который был запрещен.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Он в 1992 году был показан первый раз в Америке. В 1992 году они его первый раз увидели.
В. РАММ — Благодаря Коппола или Скорсезе.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Там на диске написано Фрэнсис Форд Коппола и Мартин Скорсезе презент. А там кто из  них главный, кто второй я не знаю. Но я знаю рассказ, например, Роберта Стуруа, который был в гостях у Кополла много лет назад, и тот смотрел на видео какой-то фильм, и он у него спрашивает: «А что это такое?», на что тот ему сказал: «Вы, русские, не умеете ценить то, что у вас есть». Он готовился к съемкам фильма «Апокалипсис» и смотрел фильм под названием «Неотправленное письмо», сцены пожаров.
С. БУНТМАН Он смотрел «Неотправленное письмо»?
В. РАММ — Которое здесь заклевали с такой радостью, что нанесли огромную рану режиссеру.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Не знаю, рану нанесли или нет, но, во всяком случае, он аккуратно всю свою жизнь хранил, он не хранил ни одной хвалебной рецензии, я не нашел, но зато аккуратная стопка писем, обернутая розовой ленточкой. Очень похожая на интимную переписку. На самом деле оказалось — ругательные рецензии на фильмы «Неотправленное письмо» и «Я Куба». И, между прочим, там же попадались такие же рецензии на «Летят журавли».
С. БУНТМАН Даже на «Летят журавли». Почему?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Даже есть какая-то легенда о том, что Хрущеву показали кино, который сказал: «Мне кино не нравится, но пусть народ посмотрит», и таким образом его выпустили, официальная сторона без оваций принимала фильм.
С. БУНТМАН Интересно, потому что, наверное, уже были стереотипы, хотя уже пошла целая волна фильмов, совершенно не то что переосмысливающих, глупое слово, но действительно как-то по-другому думавших, и как мне кажется, таких фильмов очень многие ждали, потому что по крупицам выискивали из фильмов более ранних, я это очень хорошо знаю по своим родителям, как они, зная прекрасно войну, когда они подростками, они именно так и воспринимали войну и выискивали по крупицам, которые в основном не нравились в 40-х, начала 50-х что-то такое, которое они считали картонными ходулями. И вот здесь появились фильмы, которые им рассказывают то, что они знают, и бьют в самое сердце. Когда я смотрел впервые «Летят журавли» и смотрел сцену гибели Бориса, ведь я прекрасно знал, что мой дед пропал без вести в ополчении, и я это знаю от отца, я видел, как мой папа смотрит этот фильм. Бывает, что даже плохое произведение просто приходится на твою собственную историю, я помню тишину невероятную, когда смотрели, я помню, как я плакал после этого фильма.
В. РАММ — Дедушка делился воспоминаниями какими-то о съемках того фильма или «Неотправленного письма».
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ Вопрос, к сожалению, не ко мне. Скорее, надо было спрашивать у моего отца, которого, к сожалению тоже уже нет на этом свете. Мне было 13 лет, я с ним занимался совершенно другими делами.
В. РАММ — А чем?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Он меня учил водить машину, кстати, первый раз напоил. Напился я с ним первый раз в жизни. Боксировал.
В. РАММ — Был нормальный дедушка.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Абсолютно нормальный дедушка, который, правда, занимался и периодически моим воспитанием. Он все время возмущался, как я ем, ему это не нравилось, а сам он был педант, аккуратный.
В. РАММ — Миш, а ты сейчас занимаешься фондом поддержки кино, который носит название Михаила Калатозова. И этот год 100-летия что-то такое намечается не только в адрес своего дедушки, какие-то фильмы, книги будут, но и еще собственные проекты?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Да, конечно. Этот фонд занимается тем, что связано непосредственно с кинематографом, не только с Калатозовым. Мы готовим юбилей Калатозова и параллельно занимаемся тем, что пытаемся собрать какие-то деньги на поддержку определенных проектов, которые у нас запланированы. И это три больших художественных фильма.
С. БУНТМАН Мы продолжим сразу после новостей. Я когда говорил об Италии и что там прекрасно проводить праздники Рождество, Богоявление, которое по Григорианскому календарю шестого числа. Вокруг шестого Богоявление как раз там и празднуют. Это разные праздники, дорогой друг, надо слушать внимательно, тем более новости.
НОВОСТИ
С. БУНТМАН Мы продолжаем нашу программу. У нас в гостях Михаил Калатозишвили, внук Михаила Калатозова. Фильм «Валерий Чкалов». Это правильный ответ. Сергей из Екатеринбурга нам ответил правильно. Мы не зря упомянули фильм «Красная палатка». У нас был вопрос о нем, так что вы не волнуйтесь, я обращаюсь к слушателям. Я бы хотел сказать, что странно, что такое было восприятие фильма «Летят журавли» среди начальства, потому что к тому времени, только мне сказали, не говорите какой, шел уже спектакль. А вот вы мне скажите, кто написал пьесу и как она называется?
В. РАММ — И два первых победителя получат.
С. БУНТМАН Два победителя один москвич, один не москвич получат у нас «Летят журавли». Итак. Имя автора и пьеса как называется, по которой был снят фильм «Летят журавли». Можете отвечать в программе «25-й кадр». Ну, что же, мы продолжаем.
В. РАММ — Миша начал рассказывать о своих проектах, я могу сказать, похвастаться, что я читала один сценарий, который готовит фонд как продюсерская компания, мне очень понравилась «Партизанская история» по Василию Быкову. Это должно быть что-то очень интересное. И я рада, что наш тонкий, нежный и профессиональный режиссер в документальном кино  — Лазница, лауреат всевозможных документальных фестивалей, это будет его игровой дебют, я надеюсь, что это состоится. Но самое интересное, я никак не могла найти для себя объяснение, почему в этом проекте военная партизанская тема, Белоруссия очень хочет еще участвовать и немецкая сторона. То есть будет очень интересная копродукция.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — А что тут непонятного? Немцы как раз понятно, почему хотят участвовать в таком фильме. Они, во-первых, достаточно активно участвуют во всех проектах. И их стремление участвовать в подобных проектах, касающихся войны, как раз очень понятно.
В. РАММ — Я имела в виду, что это фильм не масштабный, он очень камерный, тонкий, суровый.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Как раз компания, которая заинтересовалась, она и занимается подобными фильмами. Они не занимаются блокбастерами, еще чем-то, они собирают деньги по немецким фондам и собирают гораздо быстрее, чем мы это можем делать. Я думаю, это национальная черта. Немцы гораздо быстрее и аккуратнее.
В. РАММ — А на какой стадии чеченский проект? Это какая-то очень интересная история, режиссер, который живет, работает в Нью-Йорке.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Да, это Иналбек Шерипов, который живет в Америке, он российский гражданин, но живет в Америке. По-моему, это единственный режиссер кино — чеченец. Он затеял этот проект, он вышел на меня, мы потом вместе уже двинулись дальше. Илья Авраменков уже пишет. Можно сказать, что больше половины написано. Рабочее название «Семья». Это кино про детей, которые бегут от  войны, и только глупость взрослых их обратно втягивает в эту войну. На самом деле кино очень важное для нашего сегодняшнего миропонимания и мироощущения именно кино изнутри, так как Иналбек знает, что там происходит, и как живут дети, которые больше всех страдают от войны, этого никто не знает.
В. РАММ — Дети-сироты.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Да, дети сироты, которые остались без семьи, без дома. На самом деле один чеченец, их всех называют чеченцами, но чеченец там один. Такой секрет я продаю. Но, тем не менее, даже Михаил Сергеевич Горбачев взялся быть генеральным координатором этого проекта.
В. РАММ — Горбачев — патронат.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ Проект, на самом деле, большой, тяжелый в смысле денег тоже он достаточно громоздкий.
В. РАММ — Инал готов приехать работать в Россию?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Инал здесь, уже работает. Уже происходит, не в будущем, это уже реально проистекающие дела. Я говорил с Александром Голутвой, и он тоже готов поддержать этот проект.
В. РАММ — Идеологические какие-то нюансы насколько важны в этом проекте? Потому что «Дом дураков» восприняли так, что это сделано для Европы, поэтому в Венеции фестиваль, где можно упрекнуть в политкорректности, в политнекорректности, то есть мы такие фильмы всегда воспринимаем через сиюминутное, то есть не можем оценить как фильм, а общественная жизнь накладывает.
С. БУНТМАН Не рано, не поздно ли, вовремя ли.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — А кто это может определить заранее? А вдруг будет поздно? Лучше рано, чем поздно. Скорее всего, все уже поздно.
В. РАММ — Дети уже выросли.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Дети есть, сироты есть, бездомные есть. Огромное количество горя и несчастья есть. Тут поспешить невозможно, уже мы все опоздали.
С. БУНТМАН К  сожалению да. У меня правильные ответы есть. Виктор Розов «Вечно живые». Все правильно. Здесь был минимальный процент неправильных ответов. Абсолютно точно все сказали. Первая Елизавета Михайловна из Москвы и Нелли из Екатеринбурга. Я хочу для строгости сказать, что я просил и автора, и пьесу, потому что отдельно автор и отдельно пьеса у меня попадались раньше, чем упомянутые слушатели прислали, но так у нас не проходит.
В. РАММ — Красиво издано «Союз-видео».
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Это компания «Крупный план», которой я очень благодарен, она подарила эти кассеты.
В. РАММ — К 100-летию разве не выйдет коллекция Михаила Калатозова?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Мы пытаемся это выпустить. Мы хотим сделать и на цифровом носителе. Проблема возникает с Мосфильмом.
С. БУНТМАН Почему? С правами?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Дело в том, что был проект сделать юбилейный выпуск на цифровых носителях этих фильмов, причем четырех. Именно «Соль Сванетии», «Летят журавли», «Неотправленное письмо» и «Я Куба». Причем «Я Куба» уже есть, в Америке выпустили. В России нет даже на кассете, насколько я знаю. «Крупный план» взялся нам помогать, но выяснилось что для того, чтобы сделать иностранный вариант «Летят журавли» на цифре, «Крупному плану» недостает прав на это дело, и права оказались у такой странной компании под названием «Слепой конь».
С. БУНТМАН Это еще что такое?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Я не знаю что это такое.
В. РАММ — Кино слепой конь.
С. БУНТМАН Скорее радио должно быть.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Название странное. Я говорил с Кареном Шахназаровым, мы никак не смогли договориться, причем я выглядел таким стяжателем, внучком, который решил малость поднагреть ручки
С. БУНТМАН На славе деда.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — А Карен Георгиевич таким достойным хранителем Грааля. Ну, на этом мы пока что и разошлись, посмотрим, чем это все закончится.
В. РАММ — Договаривайтесь как-нибудь, хочется посмотреть.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Будем пытаться договариваться, но я как-то тоже считаю себя хранителем Грааля. Поэтому либо Грааль должны поделить, либо
С. БУНТМАН Распиливать Грааль. И ответ дал, и победителей назвал. Давайте про «Красную палатку» зададим вопрос. Кто руководил той полярной экспедицией, история этой экспедиции легла в основу фильма «Красная палатка», завязка сюжета и всех тех коллизий и драм, которые там происходили. Руководитель экспедиции, пожалуйста, назовите его хотя бы фамилию. Мы разыгрываем две «Красные палатки». «А мне нравится, — пишет Марина, — «Матерь человеческая». Чудесно, если вам нравится, то и мне тоже, я вам сочувствую в смысле, как говорится по-русски, поддерживаю. Уже присылают название экспедиции. «Неотправленное письмо». Давайте два слова скажем про этот фильм. Очень редко его показывают.
В. РАММ — За последние два года, по-моему, ни разу.
С. БУНТМАН Как-то очень редко. Я его видел когда-то, причем видел не в кино, а по телевизору. Источник знаний да здравствует. Лет 35 лет назад. Потом через перерыв совершенно другими глазами посмотрел в конце 70-х примерно и как-то все. Я вот к чему, хорошо конечно выпустить на носителях и посмотреть, а умные показы хороших копий, вот что хотелось бы.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Так для того, чтобы была хорошая копия, надо восстановить эту копию, провести кропотливую работу и дорогостоящую.
В. РАММ — «Мосфильм» это умеет. Они же делали «Царя Салтана».
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Если бы я услышал от «Мосфильма: «Парень, не дергайся, без тебя это сделаем», — я бы успокоился. Этого я тоже не услышал. Они как-то не особо сказали, что собираются это делать. Поэтому я и пытаюсь это сделать как-то по-другому через те возможности, которые у меня есть. Фильм старый, копии старые, это надо хорошо восстановить все, это дорого стоит. Просто взять негативы и скинуть его на цифру он не даст того эффекта. Я как-нибудь тебе покажу, как выглядит «Я Куба» отреставрированная и сделанная хорошими руками на диске. Это фантастическое изображение, черно-белое, которое богаче цветного.
С. БУНТМАН Черно-белое, как если бы это было на горючей пленке белым-белым, черным-черным и всеми нюансами серого. То, что терялось от копирования.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Я недавно смотрел «Неотправленное письмо» и там плывет звук, там половина в провале. Это все надо реставрировать.
В. РАММ Скорсезе и Коппола — они увидели, влюбились и решили издать в целях просветительства или заработать денег?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Какой им был профит? Я думаю, что они больших денег на этом не заработали, вообще они несоразмерно заработали бы больше, занимаясь своим кино. Я думаю, что это такая нормальная кинематографическая страсть. Два киношника соединились. Поэтому они, наверное, и соединились, если бы можно было на этом заработать, сделал бы кто-то один. А так как, на этом заработать особо нельзя было, они соединились, выделили продукт, который стал очень популярен. Я от Ливана Габриадзе узнал, например, что это так популярно в Америке. Ливан достаточно долго жил в Америке и именно в центре кинематографическом. Он говорил, что там достаточно ходкое выражение — цитата из «Я Куба».
С. БУНТМАН Это здорово.
В. РАММ — А наши молодые, к сожалению, ничего не цитируют.
С. БУНТМАН Фильм стал модный. А чего плохого, если фильм стал модным?
В. РАММ — Часто приходишь, смотришь молодое кино дебютное и такое впечатление, что Люмьеры показали свой первый сеанс, кстати, сегодня день первого сеанса, поздравляем всех кинематографистов, которые приобрели профессию благодаря Люмьерам, но после Люмьеров никого большего не было, пришел только молодой и также поставил камеру.
С. БУНТМАН Говорят, что «Неотправленное письмо» шло в мае по «Культуре». Спасибо «Культуре». Хотя сейчас многие каналы показывают фильмы старые и часто без разбора показывают, но хорошо, что показали. Это связано с очень многими, пожалуй, за исключением «Культуры», это связано с финансовыми проблемами и с проблемами доступности. Но мне кажется, здорово, что показывают очень много. А «Культура» показывает вообще кинематограф очень культурный.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — На то она и  «Культура».
С. БУНТМАН Она не сразу ею стала, это удивительный феномен. Не сразу стал таким каналом. Сейчас «Культура» все больше стремится к европейским образцам.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — У меня такое впечатление, что они полярно идут. Культура идет к культуре, а все остальное телевидение с жутким свистом как скорый экспресс откатывается все дальше и дальше.
С. БУНТМАН Хотя, честно говоря, никто не мешает сделать выгодный проект.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Знаете, есть такое слово, на коммерческих каналах все продюсеры говорят одно и то же: «Мы коммерческий канал. Мы должны это делать». И возникает какое-то странное ощущение, они идут на поводу у тех, кто смотрит. А почему бы один раз не попытаться нарушить этот взаимопорядок и не взять на поводок тех, кто смотрит. Тоже интересно, как это произойдет.
С. БУНТМАН Мы довольно много говорим о том, что очень часто мы вертимся в кругу пристрастий зрителей, которые существуют. Потому что представляется вниманию что слушателю, что зрителю достаточно ограниченный прейскурант продуктов.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Я могу честно сказать. Я вляпался в телевидение на старости лет. До сих пор сопротивляюсь. На ТВС буду делать такую программу под названием «Русский капитализм». Попытаемся сделать этот продукт культурным.
В. РАММ — Эта передача про фермеров выйдет, о которой рассказывал?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Да, выйдет. Ты не выдавай всех секретов.
С. БУНТМАН Только планочки, пожалуйста, не снижайте и сопротивляйтесь очень сильно.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Будем пытаться держать планку культурную.
С. БУНТМАН Умоляю. Ответ Умберто Нобеле, руководитель полярной экспедиции «Дирижабль» Италия, как правильно мне сказала еще Эльвира, она и без того бы выиграла, даже без подробностей и без названия дат. Александр из Саратова тоже у нас обладатель кассеты. У нас беда, у нас уже несколько дней мы не видим сообщения от слушателей из Новосибирска, которые всегда очень активны, там просто выключили.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Отключили «Эхо Москвы»?
С. БУНТМАН Ну, да, там могут.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Без «Эхо Москвы» жить вообще очень сложно.
С. БУНТМАН Я думаю, что это политически идеологически очень выдержано. Но от этого слушателям не легче. Мы сегодня будем отвечать с Алексеем Венедиктовым в программе «Без посредников». Ну, что же, разыграем еще. «Верные друзья» у нас есть. Тоже на простой вопрос ответьте. В каком городе во время Великой Отечественной войны работала студия «Мосфильм»? Итак, на старт, внимание, марш. Отвечайте на этот вопрос, и вы сейчас выиграете кассеты. Вита, я очень бы хотел и в присутствии Михаила Калатозишвили, чтобы ты поделилась этим удивительными данными русского бокс-офиса, русской кассы.
В. РАММ — Я хочу сказать, что касса с 3 декабря 2001 по 2 декабря 2002 года. То есть без последних данных о сборах Бонда, Потера. Я не поленилась, сосчитала всю стоимость всех 100 фильмов, кто что принес, и получилось что без российских картин 93 миллиона 328 тысяч 726 долларов США. А если добавить еще пять фильмов, которые вошли российские в сотню, что я считаю престижно. «Анти-киллер» — 16-е место, «Олигарх» — 20-е, «Звезда» — 35, «Сказ про Федота-стрельца» — 88 и в движении дебют Филиппа Янковского — 90-е место. Хороший старт для дебюта. Эти российские фильмы собрали 3 миллиона 749 тысяч 518 долларов. В общем получается чуть более 97 миллионов, но я думаю, что Бонд и Потер добавят, так что мы перекрыли 100-миллионную планку в этом году.
С. БУНТМАН В десять раз. У тебя ж миллиард получился.
В. РАММ — Сто миллионов.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Когда будет миллиард будет другая жизнь.
С. БУНТМАН У прокатчиков.
В. РАММ Сто миллионов. Учитывая, по какому принципу работают наши кинотеатры, что 50 процентов остается кинотеатрам, а 35 уходит создателям, дистрибьюторским, зарубежным компаниям и 15 процентов работают наши кинокомпании. То есть, в стране у нас остается очень приличная сумма. Практически 50 миллионов. И если бы можно было бы работать по той системе как Франция, когда купленные билеты есть маленькая часть финансирования
С. БУНТМАН Отечественного кинематографа.
В. РАММ — Отечественного кино. Может быть, уже имеет смысл говорить об этом. Два года было еще рано об этом говорить.
С. БУНТМАН Понимаете, это уже фактор разумно сделанного дела. Мы видели, от первого скажем, появившегося Кодака.
В. РАММ — Это был 1998 год, в момент кризиса.
С. БУНТМАН Первый появившийся Кодак, модное времяпрепровождение, а тут это превратилось в достаточный быт для многих людей пойти в кино.
В. РАММ — Сейчас идет драка ради киноточки.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Сейчас попробуйте получить кинотеатр. Все уже. Нет давно. И самое главное, что это приобрело характер
В. РАММ — Стабильности.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Да, меня очень порадовала позиция Роскинопроката, которая пытается участвовать с самого начала в производстве фильмов, вкладывать деньги. Вроде они прокатчики, но они пытаются
С. БУНТМАН А почему бы и нет?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Прокатчики этим не занимаются, а русский прокат пытается этим заниматься.
С. БУНТМАН Это правильно, этим надо заниматься, потому что прокатчики уже много лет назад, я уже не говорю об американской системе, европейские прокатчики просто намерено финансируют фильмы и участвуют в этом. Иногда бывает объединенная система кинопроизводства и проката, такая как «Гомон», например, а параллельная компания, которая ей постоянно во Франции составляла конкуренцию, она вкладывалась и вкладывалась в фильмы и уже в своих кинотеатрах она, прежде всего их прокатывала.
В. РАММ — Здесь есть одна опасность. Прокатчик всегда заинтересован в получении прибыли. И он будет вкладываться только в те фильмы развлекательные, которые могут собрать как можно большую кассу. Так что если государственной поддержки не будет, то тогда артхаусное кино может остаться без финансирования. Так что не нужно отбрасывать и государственную помощь, и прокатчиков.
С. БУНТМАН Правильно, потому что прокатчики на самом деле не заведомые рвачи и идиоты. И чем богаче они будут и чем успешнее они будут, скажем, бедный предприниматель редко может себе позволить задуматься об этом.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ Есть еще один момент. Я по собственному опыту знаю. У меня есть проект «Дорогие мои», который мы прорабатываем и уже появились люди, которые хотят вкладывать деньги в кино. Они не тянут всю сумму, но есть предложения, один — столько-то, другой столько-то. Просто может быть, количественные они будут гораздо больше, но есть люди, которые хотят вкладывать, или есть предложение от частных лиц, они хотят участвовать в этом деле.
В. РАММ — Если бы эти частные лица помогали бы еще молодым приобретать профессию, а то стыдно — вгиковцы снимают на старом оборудовании, ждут долгой очереди получения пленки.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Мы пытаемся это делать.
В. РАММ — Каким образом?
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Мы пытаемся найти деньги частные, для того чтобы хотя бы 5-6 курсовых и дипломных картин финансировать во ВГИКе, только с одним условием вгиковцы не должны привлекать никого со стороны, должны быть только вгиковцы, режиссер, оператор, сценарист, актеры, даже киноведы должны как редактора проходить эту процедуру. Чтобы знали, что это такое. А то критикуют и не знают что это такое.
С. БУНТМАН Хорошая идея, то есть финансировать то, что происходит внутри школы.
М. КАЛАТОЗИШВИЛИ — Да.
С. БУНТМАН Хорошо, спасибо большое. Я думаю, что мы открыли в этот последний «25-й кадр» 2002 года целую серию. Мы много будем говорить и творческих династиях.
В. РАММ — Уже дал согласие Павел Григорьевич Чухрай прийти.
С. БУНТМАН Отлично, чудесно. Будем говорить о творческих династиях, будем говорить о кино, и киностудиях, и о текущем моменте. Спасибо. Кстати, «Мосфильм» работал в Алма-Ате и абсолютно прав у нас Игорь, который выигрывает «Верные друзья», Александр из Саратова, я исправил ваш телефон, из-за «недослышки» вкралась ошибка. Спасибо, это был «25-й кадр».

Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире