'Вопросы к интервью
И.ВОРОБЬЕВА: 17 часов и 7 минут в столице, всем добрый вечер или добрый день. И, кстати, может быть даже доброе утро, потому что в праздники некоторые просыпаются совсем поздно, а, может быть, даже и по второму разу. В студии – Ирина Воробьева и Владимир Рыжков. Всем здравствуйте.

В.РЫЖКОВ: Да, всем привет. И я сразу хочу начать с двух новостей, с плохой и с хорошей.

И.ВОРОБЬЕВА: Плохая новость, судя по всему, потому что я в студии. (смеется)

В.РЫЖКОВ: Нет. Плохая новость… Да. Ну, это не главная плохая новость. Главная плохая новость, что 30-го декабря ушедшего года мы с Виталием Дымарским завершили наш цикл программ «Осторожно, история. Лихие 90-е, или Время надежд». И хорошая новость заключается в том, что мы с Виталием Дымарским не уходим из эфира, и теперь по субботам, ровно в это время, в 5 вечера, 5 дня (уж не знаю) мы с ним будем вести программу «Перехват», подводя итоги главных политических, экономических, каких угодно социальных событий недели. Поэтому вот такое объявление.

И.ВОРОБЬЕВА: Да. Здравствуйте, меня зовут Виталий Дымарский. (смеется)

В.РЫЖКОВ: Да, Ира сегодня вместо Виталия Дымарского. Я хочу еще, кстати, сказать, что у нас вышла книга «Осторожно, история», первая часть. Ее еще пока можно купить. Сейчас мы готовим вторую часть – она основана как раз на наших программах цикла, который мы делали в прошлый год про 90-е годы. Так что поторопитесь, вы еще можете успеть их купить.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну что же, Владимир Рыжков проанонсировал и прорекламировал.. Всё? Больше не будет рекламы?

В.РЫЖКОВ: Нет, я еще что хочу сказать? Что…

И.ВОРОБЬЕВА: Нет. Может быть, уже хватит? (смеется)

В.РЫЖКОВ: Нет, не хватит, потому что огромное количество вопросов пришло сегодня к нашему эфиру.

И.ВОРОБЬЕВА: Да, я могу даже сказать сколько, я сейчас открыла, 242 вопроса к сегодняшнему эфиру.

В.РЫЖКОВ: Это гигантское количество вопросов. Понятно, что мы за 50 минут с Ирой не сможем все обсудить. Давайте сделаем так. Я обращаюсь к нашим слушателям, к тем, кто прислал вопросы. Мне еще прислали штук 140 к «Особому мнению», которое было 2 дня назад. Я обязуюсь сделать следующим образом. Я возьму все эти пачки вопросов, выберу самые повторяющиеся, самые интересные и напишу ответы на них в блоге «Эха Москвы», то, что мы не успеем сегодня обсудить.

И.ВОРОБЬЕВА: Ждем блог от Владимира Рыжкова. Но я напомню нашим слушателям телефоны для связи с нами, с нашей студией. Ваши вопросы, ваши комментарии к эфиру – номер +7 985 970-45-45, это телефон для ваших SMS-сообщений. Если вы пишете нам из твиттера, то пишите на аккаунт @vyzvon. Ну и, конечно же, вы смотрите нас по видеотрансляции компании Сетевизор и 100% напишете нам несколько сообщений из интернета.

Ну что же, а мы сегодня взяли несколько тем. На наш взгляд, они такие, основные темы этой недели, будем с вами их обсуждать, друг с другом обсуждать, перехватывать друг у друга инициативу.

В.РЫЖКОВ: Да, вопрос мы приготовили.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, вопрос попозже, когда мы будем обсуждать эту тему. Я думаю, что как раз этот вопрос мы зададим и будем голосовать как по телефону, так и в Сетевизоре. Сетевизор прекрасную предоставляет нам возможность ответить «Да» или «Нет» — это самый, мне кажется, популярный в последнее время вопрос, начиная где-то с 24 декабря.

Ну что ж, давайте перейдем к главным событиям этой недели. На мой взгляд… Ну, мы взяли по 2 события с Владимиром Рыжковым. Можно я первая начну по событиям?

В.РЫЖКОВ: Да, конечно-конечно.

И.ВОРОБЬЕВА: Мне кажется, что одно из главных событий этой недели – это, конечно, ну, даже не событие, а, скорее, имя – это Сергей Удальцов, который на этой неделе вышел на свободу, наконец-то, после месяца ареста. Я напомню, что его арестовали 4 декабря. 4 декабря его арестовали, держали под замком, его тогда приговорили сначала к 15 суткам ареста за, якобы, неподчинение законным требованиям сотрудника полиции, а потом еще раз его приговорили, ему продлили, потому что он держал голодовку, попадал в больницу, в больнице не считали, оттуда он выходил, ему говорили о том, что он сбежал, сажали снова. 25 декабря его снова приговорили к 10 суткам административного ареста. Он отсидел все эти 10 суток. Вот, 4 января мы встречали Сережу из УВД и, соответственно, какое-то количество людей встречали его уже у спецприемника. Надо сказать, кстати, что мне очень понравилось в этом: встречало Удальцова у спецприемника людей… Я не знаю, насчет не меньше, там, или больше, но в любом случае это была внушительная толпа людей. Это были и активисты, и его сторонники, люди, которые просто пришли поддержать, какие-то блогеры, твиттер-активисты, журналистов было очень много. И такая вот была прямо пресс-конференция. Когда Сережа приехал уже к спецприемнику, его встречали криками «Ура!» Причем такое, троекратное было несколько раз «Ура» и в честь Удальцова. И был у нас Сергей на следующий день в эфире «Эха Москвы» в утреннем «Развороте» (вы можете, кстати, на сайте «Эха Москвы» посмотреть и послушать, и почитать этот эфир). И я писала об этом в блоге. Мне кажется, главный такой вывод из этого всего…

Я, честно говоря, с Сережей очень давно знакома, и я очень давно как журналист «Эха Москвы» наблюдаю, как его периодически с завидной регулярностью, надо сказать, арестовывают.

В.РЫЖКОВ: Ну, в прошлом году, Ир, давай напомним, кто не помнит, что Сергей в общей сложности отсидел 2 месяца из 12-ти месяцев, и при этом он неоднократно объявлял, вынужден был объявлять голодовки, что нанесло очень большой ущерб его здоровью. Прежде всего, он объявлял голодовки из-за произвола правоохранительных органов и судов, потому что практически все аресты были сфабрикованы и все приговоры были вынесены судьями по сфабрикованным показаниям полиционеров.

И.ВОРОБЬЕВА: Как всегда.

В.РЫЖКОВ: Как всегда, да.

И.ВОРОБЬЕВА: 19.3 – волшебная статья, надо сказать.

В.РЫЖКОВ: Да.

И.ВОРОБЬЕВА: Потому что эти законные требования сотрудников полиции и их несоблюдение, то есть это не сопротивление сотрудникам полиции, как многие думают, да? А вот они сказали «Вот вы сейчас должны встать и перейти на другую сторону дороги» — не перешли, все, не подчинились, 19.3, 15 суток ареста. При этом госпожа Боровкова та самая знаменитая судья, которая засадила уже 25 декабря Удальцова на 10 суток…

В.РЫЖКОВ: А год назад она же засадила Немцова на 15 суток.

И.ВОРОБЬЕВА: Да, да.

В.РЫЖКОВ: Я был на том суде и был свидетелем на том суде, и мы говорили, что не эти полицейские задерживали, не там задерживали, вообще все было иначе. Судья Боровкова тупо сажала и продолжает сажать людей.

И.ВОРОБЬЕВА: Да. И при этом совершенно не принимая во внимание никакие доводы защиты, никакие видеоматериалы, в том числе снятые журналистами, в том числе снятые, между прочим, и ГУВД. В прошлом году было это видео.

В.РЫЖКОВ: Совершенно верно.

И.ВОРОБЬЕВА: Его не признали никаким образом.

В.РЫЖКОВ: Она отказалась смотреть это видео.

И.ВОРОБЬЕВА: Так вот о чем я говорю? Сережу Удальцова арестовывают постоянно. Если его забрали на акции протеста, скорее всего, его посадят – и мы это уже, к сожалению, знаем. И, к сожалению, мы уже к этому стали привыкать каким-то образом. Это чудовищно совершенно звучит, но тем не менее. И в этот раз… Вот, чем этот раз отличался от всех остальных разов? Во-первых, конечно, когда он держал сухую голодовку и когда было страшно, что он просто погибнет. Вот, просто погибнет, потому что сухая голодовка – это очень страшная штука.

В.РЫЖКОВ: Его на капельнице держали.

И.ВОРОБЬЕВА: Да.

В.РЫЖКОВ: Когда, наконец, удалось его перевести в больницу, его держали на капельнице, потому что у него была сухая голодовка.

И.ВОРОБЬЕВА: Но мы же с вами участвовали в этом процессе опосредованно. Все звонили уполномоченному по правам человека, коллегам, депутатам, журналистам.

В.РЫЖКОВ: Занимались все – занимался Лукин, занимался Александр Музыкантский, занимался президентский Совет по правам человека. Масса людей заявила о том, что он должен быть немедленно выпущен. Но вот чья-то злая воля (я даже знаю, чья, просто не могу сказать об этом в эфире) задержала его до 4-го января.

И.ВОРОБЬЕВА: В любом случае огромное количество людей, и в социальных сетях, кстати, был целый бум по этому поводу. Очень многие люди пришли тогда и, кстати, к Тверскому суду 25 декабря, когда его арестовали еще на 10 суток. Первый раз за все это время его политической деятельности я видела такую огромную поддержку, такую безоговорочную поддержку не того, какие ценности пропагандирует Сергей Удальцов, а именно конкретно в отношении одного человека, которого зовут Сергей Удальцов, который сидит уже просто постоянно, над которым просто издеваются, весь этот месяц над которым просто издевались. И когда пришло столько людей к спецприемнику, и когда видели вот это отношение к нему и отношение наших слушателей к эфиру Сергея Удальцова, я написала об этом в блоге. У меня есть ощущение, что это такой вот… Я не видела этого, кстати говоря. Ни в аресте Немцова, ни в аресте Навального, ни Яшина этого не было. Здесь люди по-настоящему переживали за жизнь и здоровье человека, который им чужой, у него чужие ценности, абсолютно чуждые им слова. Тем не менее, такое ощущение, что ради этого Удальцова люди, как бы, объединились против общего врага. Враг – это, вот, беспредел.

В.РЫЖКОВ: Ир, я согласен абсолютно с тобой. Я думаю, что Сергей… Во-первых, он вызвал огромные личные симпатии огромного количества людей, потому что любой человек, который прочитал его историю, прочитал историю этих бесконечных арестов, этих перевозов в больницу с омоновскими автобусами, то, что в больнице… Он же не уголовное получил решение суда. Всего лишь административное. И когда у его палаты постоянно сидели омоновцы, и все вот эти безобразия, пытки, издевательства. То есть огромная была личная симпатия.

А второе, я думаю, что это связано с общим подъемом общественного движения. А то, что было на Болотной, на Сахарова, резко общество активизировалось и стало нетерпимым к произволу, потому что Сергей стал символом абсолютного произвола подразделения «Э» по борьбе с экстремизмом. Подлила в огонь и прослушка Немцова, которая показала, что они ничего не стесняются, идут на любые нарушения закона. Но самое главное… Вот я сейчас прочитаю, нам Сергей из Барнаула (мой земляк) прислал: «Думаю, что наступит время, когда фамилиями Боровкова и Криворучко будут пугать детей как Бабой Ягой и Кощеем Бессмертным».

Мне кажется, на самом деле, главное, что выявила эта история, что в России нет суда. Вот мы сегодня будем еще о Чурове говорить. Полностью дискредитирована система выборов, полностью дискредитирована система избирательных комиссий. А суды, прошу прощения?

И.ВОРОБЬЕВА: Нет, так вот подождите. Путин же говорит «Не будем ничего отменять – идите в суд».

В.РЫЖКОВ: Да. Куда идти? К Боровковой? Криворучко? К Данилкину? То есть люди сталкиваются год из года с тем, что они собирают документы, набирают свидетелей, доказательства, приходят в суды… По рейдерским захватам – 0, по нарушениям прав человека – 0, по нарушениям социальных прав – 0. Вот сейчас я такую вещь скажу. 4 декабря были массовые фальсификации на выборах. На одном сайте ассоциации «Голос» до дня выборов 7,5 тысяч фактов нарушений, в день голосования – 1,5 тысячи фактов нарушений. За месяц, Ира, хоть один наказан глава избирательной комиссии, член избирательной комиссии? Ответ: ноль. Поэтому суды… Вот, что показала история в том числе с Сергеем? Это активизация общества и второе, что нет в России судов вообще. И первая задача новой власти (я думаю, что время уже это скоро придет для новой демократической власти) – это чистка в судах. Все люди, которые сажали, фабриковали, брали взятки, оформляли рейдерские захваты, должны навсегда быть устранены из судейского сообщества, потерять судейские привилегии и должна быть создана новая корпорация судейская из людей незапятнанных, профессиональных, с хорошей репутацией, иначе мы ничего не сдвинем в нашей стране.

И.ВОРОБЬЕВА: Но при этом, надо сказать, что сегодня был еще один суд. Этот суд проходил (это все в Тверском суде происходило), это была кассация, это была жалоба на арест сроком в 10 суток, который назначили как раз 25 числа. И Тверской суд признал законным этот очередной арест. Он счел, что в первой инстанции не было допущено нарушений ни в вынесении решения, ни при назначении наказания. Оппозиционерам везде отказали. В итоге защита говорит о том, что уже зарегистрировала подобную жалобу в Европейском суде по правам человека. Это ж какая чудовищная штука должна быть, чтобы в стране надеялись только на Европейский суд по правам человека.

В.РЫЖКОВ: Да.

И.ВОРОБЬЕВА: Просто только туда. То есть все инстанции пройти быстро, ну, потому что чего на них надеяться? где там справедливость? И все пошли в Европейский суд. Это чудовищно, на мой взгляд.

И еще одна вещь, которую я бы хотела сказать в связи с Удальцовым, со всем этим. Еще в конце прошлого года был освобожден Матвей Крылов, который облил после приговора по Манежной площади прокурора водой, если вы помните, да?

В.РЫЖКОВ: Да, конечно. Тоже была громкая история.

И.ВОРОБЬЕВА: Тоже провел некоторое время в заключении. Вот, во-первых, его освободили, что, конечно же, радует. И с другой стороны, был в конце года безумный совершенно приговор Таисии Осиповой за покушение на распространение наркотиков, 10 лет дали…

В.РЫЖКОВ: Чистая фабрикация.

И.ВОРОБЬЕВА: ...дали больной женщине с ребенком, 10 лет. И сейчас я читаю новости, сын главы таджикской железной дороги, осужденный за наркобизнес в РФ, признан невиновным. Он был ранее осужден на длительный срок лишения свободы за контрабанду, внимание, 9 кг героина. Он оправдан и освобожден в связи с непричастностью к преступлению. Многие уже говорят о том, что это решение суда – это просто такая договоренность, следствие договоренности с Россией об освобождении летчиков.

В.РЫЖКОВ: Да, этот наркоторговец – он является родственником кого-то из руководителей Таджикистана.

И.ВОРОБЬЕВА: Он – сын главы таджикской железной дороги.

В.РЫЖКОВ: Совершенно верно. Сначала захватили летчиков наших как заложников, и потом взамен на этих летчиков добились освобождения родственника высокопоставленного чиновника из Таджикистана. Естественно, в нашем случае это активистка Другой России, по которой классически сфабриковали дело.

И.ВОРОБЬЕВА: Жена активиста Другой России.

В.РЫЖКОВ: Жена активиста. Опять этим занимались вот этот политический сыск, наша жандармерия современная, Центр «Э» по борьбе с экстремизмом. Они себе поставили галочку в отчет, что они добились осуждения опасных экстремистов и осудили совершенно невинного человека. Поэтому я хочу напомнить, что первым пунктом митинга на Болотной площади и первым пунктом митинга на Проспекте Сахарова было требование освобождения политзаключенных. Эти списки есть, эти люди известны. И мы знаем, что их дела были сфабрикованы. И ни о каких политических реформах, ни о каких переговорах, ни о каком движении вперед не может идти речи, пока у нас работает система политических репрессий, фабрикации дел, арестов и посадок ни в чем невинных людей.

И.ВОРОБЬЕВА: Я почему вот начала говорить с Матвея Крылова и перешла к Таисии Осиповой? Дело в том, что Матвей Крылов – это человек, который сейчас организует одиночные пикеты в защиту Таисии Осиповой. 10 числа призывает выйти людей с одиночными пикетами, с плакатами в свободу Таисии Осиповой ко всем станциям метро Москвы. Если у него получится, это будет самый большой флешмоб, который вообще состоялся, призывая тех, кто пойдет… Если вы решили вдруг туда идти, то сделайте фотографии, потому что это будет, действительно, очень важная штука.

Программа «Перехват», Владимир Рыжков, Ирина Воробьева здесь в э той студии, +7 985 970-45-45 – телефон для ваших SMS-сообщений. Спрашивает Иван: «Я только не понял, почему ценности Удальцова не поддерживают?» Иван, может быть, вы поддерживаете, но это же не то, что все поддерживают, да?

В.РЫЖКОВ: Это была не поддержка идей Левого фронта, лидером которого является Сергей Удальцов. Хотя, среди тех, кто выходил к судам и на акции протеста много его сторонников. Это была идея защиты человека и прав человека в нашей стране, это была идея борьбы с произволом и это самое важное.

И.ВОРОБЬЕВА: Знаете, что мне не понравилось в связи с Удальцовым? Его никто не пришел встречать к спецприемнику из тех, кто сидел, Ни Навальный ни Яшин, ни Немцов. Никто. Вот, никто не пришел, никого из них я там не видела. Мне, честно говоря, это не понравилось, потому что мне показалось, что это не очень правильно.

В.РЫЖКОВ: Ирина, ну, это тоже немножко жестко, потому что я, например, позвонил сразу Насте. Просто я не мог в тот момент физически…

И.ВОРОБЬЕВА: Настя Удальцова – его жена.

В.РЫЖКОВ: Да, Насте Удальцовой и поздравил с выходом, с освобождением. И Настя, и Сергей знают, что все мы прилагали огромные усилия личные для того, чтобы Сергей был освобожден, так же, как мы прилагаем усилия по многим другим людям.

В.РЫЖКОВ: Ну что же, вот начали мы говорить про Болотную площадь. И, кстати, очень много вопросов. Я напомню, 242 вопроса пришло на сайт «Эха Москвы» к этому эфиру, очень много вопросов, кстати, по Болотной площади и по тем требованиям, которые выдвигались и на Болотной площади, и на Проспекте Сахарова. Многих они не устраивают. Не устраивают ровно потому, что есть ощущение, что все выходили на площадь против чего-то. То есть почему нельзя выходить за что-то? Почему обязательно нужно выходить против чего-то? Против нечестных выборов, против Чурова, против Путина, против еще, еще и еще можно список продолжить. Мне кажется, что есть в этом…

В.РЫЖКОВ: Ирина, дело вот. Вот, первый аргумент, который уже сейчас запускает и Кремлевская пропаганда, что, мол, а неизвестно, голосовала ли площадь за эту резолюцию, мол, как вы определили?

И.ВОРОБЬЕВА: А как вы определили, кстати?

В.РЫЖКОВ: А очень просто определили, двумя способами. Во-первых, так как я зачитывал эту резолюцию с трибуны, я внимательно смотрел. И я зачитывал не всю резолюцию, я зачитывал по пунктам. Их там было 5 на Болотной и 7 на Проспекте Сахарова. И я внимательно смотрел. Площадь голосовала за каждый пункт отдельно.

И.ВОРОБЬЕВА: Каким образом? Вот это как выглядит? Руками там, что?

В.РЫЖКОВ: Визуально. Люди поднимали руки, лес рук был, да, это во-первых. Это можно увидеть и на видеосъемке, это все легко в этом убедиться. Во-вторых, мы же на Проспекте Сахарова провели соцопрос, он опубликован, он в открытом доступе – это Левада-центр.

И.ВОРОБЬЕВА: Соцопрос – что там? Люди ходили и опрашивали?

В.РЫЖКОВ: Да, там было опрошено около тысячи человек в этом… Мне не нравится слово «толпа», потому что это не была толпа. Участники митинга.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, среди собравшихся.

В.РЫЖКОВ: Да. И там мы поставили в этот соцопрос все 5 главных требований Болотной и Сахарова, и все они получили более 90% поддержки. Поэтому 2 вам доказательства. Первое, площадь реально голосовала. И б) площадь реально поддержала эти требования.

И.ВОРОБЬЕВА: Это не ответ, почему все время против.

В.РЫЖКОВ: Теперь. Я категорически не согласен, что против. Потому что все 5 требований Болотной и все 5 требований Сахарова – они не против, они за.

Значит, одну тему мы уже обсудили, освобождение политзаключенных и связанная с этим реформа правоохранительной системы и судов. Это позитивное требование. Разве мы не нуждаемся в первую очередь с реформой судов и в первую очередь с реформой правоохранительной системы?

Второе требование, это отмена думских выборов и проведение новых выборов. Разве это не позитивный лозунг? Разве стране…

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, это не за, это против.

В.РЫЖКОВ: Это за новые выборы.

И.ВОРОБЬЕВА: Против тех выборов, которые прошли.

В.РЫЖКОВ: Нет, это против тех выборов, которые прошли, потому что это были выборы в кавычках, и за новые свободные честные выборы, на которых будет сформирован парламент, который, между прочим, будет принимать законы, обязательные для всех для нас. Это тоже положительное, позитивное требование.

Третье требование Болотной и Сахарова, принятие нового демократического законодательства о выборах, об избирательных комиссиях, о партиях и так далее. Разве это не позитивное требование? Разве это не требование тех политических реформ, в которых нуждается страна? Медведев сейчас сделал такой небольшой шажок навстречу, он предложил 2 законопроекта – новый Закон о партиях…

И.ВОРОБЬЕВА: Да, кстати, можно на сайте у нас ознакомиться.

В.РЫЖКОВ: Да. Новый Закон об отмене сбора подписей. Но это только, не знаю, 10-я, 50-я часть того, что требуют люди на площади. Это тоже положительное. Дальше.

И.ВОРОБЬЕВА: Расскажите, как оказались у нас эти законопроекты на сайте.

В.РЫЖКОВ: Очень просто. Спасибо Валерию Михайловичу Зубову, депутату от «Справедливой России». Он просто физически передал мне в руки отпечатанные экземпляры, потому что их невозможно найти в электронном виде нигде – их нет ни на сайте Кремля, ни на сайте Государственной Думы. Мы их сканировали здесь на «Эхе Москвы», и теперь каждый гражданин России может с ними познакомиться.

И.ВОРОБЬЕВА: Все нормально там с вашим знакомым депутатом, все хорошо?

В.РЫЖКОВ: Все нормально. Чего ему сделается? Да, жив-здоров.

И.ВОРОБЬЕВА: Слава богу.

В.РЫЖКОВ: Следующее требование, Ира, против, да? Требование отставки Чурова и роспуска фальсифицирующих комиссий, и создание новой системы избирательных комиссий. Это же положительное требование. Вот я всегда задаю вопрос: «Кто сейчас проводит президентские выборы?» Те же самые фальсификаторы, которые месяц назад проводили парламентские выборы.

И.ВОРОБЬЕВА: То есть, опять же, это все против. Против этих людей, против этих фальсификаторов.

В.РЫЖКОВ: Нет. Требование Болотной и требование Сахарова – это за реформу судов, правоохранительной системы и освобождение политзаключенных, которые сидят по сфабрикованным делам. Это за политическую реформу всеохватывающую, Закон о партиях, Закон о выборах, выборах губернаторов, местное самоуправление, новая система избирательных комиссий. Наказание фальсификаторов, привлечение к ответственности тех, кто фальсифицировал, — это позитивное требование…

И.ВОРОБЬЕВА: Почему позитивное-то?

В.РЫЖКОВ: Потому что в противном случае мы не получим легитимные органы власти, и страной некому будет управлять. Будут управлять воры и жулики, а не люди, наделенные народным доверием. Это все позитивная программа.

И.ВОРОБЬЕВА: То есть давайте сейчас скажем, что мы вас всех накажем, мы вас всех посадим…

В.РЫЖКОВ: Не всех.

И.ВОРОБЬЕВА: ...и, конечно же, они будут упираться всеми частями тела, чтобы ни в коем случае не (НЕРАЗБОРЧИВО).

В.РЫЖКОВ: Всех сажают только диктаторы, а я говорю о тех, кто виновен. Вот, есть 10 тысяч фактов нарушений на ассоциации «Голос», есть тысячи фактов по Петербургу и другим городам, которые установлены наблюдателями коммунистов, «Справедливой России». В общей сложности 20-25 тысяч фактов, каждый из которых должен быть проверен, и конкретные люди на конкретных участках в избирательных комиссиях должны понести ответственность. Более того, я не призываю сажать. Площадь не написала «сажать».

И.ВОРОБЬЕВА: Наказывать.

В.РЫЖКОВ: Наказывать.

И.ВОРОБЬЕВА: Как?

В.РЫЖКОВ: Наказания могут быть разные. Ну, первое, с чего нужно начать, эти люди больше не должны никогда заниматься выборами. Ну, это-то очевидно. Дайте им 2 часа условно – не надо как 15 суток Удальцову реально. 2 часа условно.

И.ВОРОБЬЕВА: «2 часа условно» — это сильно, конечно.

В.РЫЖКОВ: Да. Но разве это не позитивное требование? Поэтому я категорически не согласен с тем, что… Вот, Кудрин написал в своем блоге «У протестующих нет общих требований, общей программы». Как нет? Почитайте. Резолюция опубликована.

И.ВОРОБЬЕВА: Был он на площади, кстати.

В.РЫЖКОВ: Да.

И.ВОРОБЬЕВА: Был на площади Алексей Кудрин.

В.РЫЖКОВ: Был и выступал.

И.ВОРОБЬЕВА: Давайте мы сейчас прервемся на краткие новости и небольшую рекламу. При этом после перерыва мы поговорим и о выборах, и о Владимире Чурове, и о диктаторах, и о том, что с ними надо делать, и обсудим ваши вопросы на сайте всего лишь некоторые, к сожалению, потому что 242 вопроса, конечно же, озвучить совершенно невозможно. Это программа «Перехват», Владимир Рыжков, Ирина Воробьева, вернемся через несколько минут.

НОВОСТИ

И.ВОРОБЬЕВА: 17 часов 35 минут в столице, всем еще раз здравствуйте, это программа «Перехват». Владимир Рыжков, Ирина Воробьева здесь в студии. Я напомню, +7 985 970-45-45 – телефон для ваших SMS-сообщений. Если вы пишете нам из твиттера, то на аккаунт @vyzvon. Вы знаете что? Вот тут много вопросов, реплик каких-то по поводу Болотной площади, по поводу Проспекта Сахарова, кто за что выходил, кто чего хотел, кто чего не получил. Тут, знаете, какой вопрос возникает, как мне кажется? Вот все те люди, которые выходили на Проспект Сахарова, вот все те люди, которые выходили на Болотную площадь. Ну хорошо, вот завтра Путин с Медведевым, с Володиным, с Сурковым, все встанут, скажут «Все, ребята, до свидания» и все уйдут. Кто встанет на их место? Те люди с Болотной? Те люди с Сахарова? Вот, вы считаете, уважаемые радиослушатели, готовы ли вы? Или, кстати, может быть, вы за себя ответите: готовы ли люди, которые выходили на площадь, сами управлять этой страной? Довольно такой, жесткий, на мой взгляд, вопрос. Ну, потому что вы же выходите или, там, люди выходят не для того, чтобы управлять страной, а для того, чтобы что-то поменять.

В.РЫЖКОВ: Ир, но поясню, что речь идет, конечно, не непосредственно об управлении на площади, когда на площади, например, решают, насколько поднять тарифы на ЖКХ.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, конечно, нет. Да.

В.РЫЖКОВ: А речь идет, управлять в европейском смысле этого слова, то есть избрать ответственный парламент, в котором будут ответственные партии, контролировать своих депутатов.

И.ВОРОБЬЕВА: Это очень важно – контролировать и участвовать в этой жизни.

В.РЫЖКОВ: Спрашивать с них, да? Писать письма, встречаться, как это делают, например, немецкие избиратели или американские избиратели. То есть имеется в виду, мы вот о чем спрашиваем. как вы считаете, вот общество в своем нынешнем состоянии готово взять на себя ответственность за управление страной демократическими методами через демократические институты?

И.ВОРОБЬЕВА: Готовы ли, на ваш взгляд, люди, вышедшие на площадь, управлять страной, то есть брать ответственность и спрашивать тех людей, которых они сами выберут во власть. Если вы считаете, что да, общество к этому готово, 660-06-64. Если вы считаете, что общество к этому не готово, оно настолько привыкло, что им просто управляют и все, и люди просто могут либо молчать, либо возмущаться, то ваш телефон 660-06-65.

В.РЫЖКОВ: Как там говорят? Хомячки, планктон и так далее.

И.ВОРОБЬЕВА: Поехали. Голосование. Итак, люди, которые вышли на площадь, готовы сами управлять страной, напрямую избирать, требовать с этих людей, брать на себя ответственность…

В.РЫЖКОВ: Быть ответственным гражданским обществом, которое само несет ответственность за управление страной.

И.ВОРОБЬЕВА: И не первые 2 месяца, а в постоянном режиме.

В.РЫЖКОВ: Да.

И.ВОРОБЬЕВА: Контролировать власти, указывать им на эти промахи, писать там письма и так далее, то есть активно участвовать в жизни этой страны. Если да, готовы, на ваш взгляд, 660-06-64. Нет, не готовы – 660-06-65. И у нас идет голосование в Сетевизоре. Если вы считаете, что готовы люди управлять страной напрямую, то кнопка «Да». Если нет, то кнопка «Нет». Это все очень просто, в Сетевизоре голосование запущено.

Вот еще какая тема. Наш слушатель Катар задает нам вопрос на сайте «Эха Москвы» среди тех 200 с лишним. Он говорит о том, что эта власть без крови не сдастся. «Они столько наворовали, столько наделали противозаконных дел, что им дорога после проигрыша выборов только в тюрьму». И тут еще несколько вопросов на эту тему. Вот, еще наш слушатель Калашник спрашивает: «Как вы считаете, нормальным ли будет такой выход из системного политического кризиса, когда все эти люди отходят от дел взамен на неприкосновенность?»

В.РЫЖКОВ: Вот здесь, кстати, актуален и сюжет с Мубараком, который мы сейчас наблюдаем. Я скажу так, что есть определенная историческая закономерность. Если лидер не совершил кровавых преступлений, коррупционных преступлений и спокойно уходит от власти, то, как правило, он мирно доживает и живет, и радуется. Даже в нашей российской истории я хочу привести 2 примера – это Михаил Сергеевич Горбачев, который добровольно ушел 25 декабря 1991 года, да? И Борис Николаевич Ельцин, который заявил об отставке 31 декабря 1999 года. Борис Николаевич был защищен гарантиями государственными, на которые никто не покушался. Михаил Сергеевич жив и здоров, чего мы ему и в дальнейшем искренне желаем.

И обратная ситуация. Если лидер, а тем более авторитарный лидер, диктатор долгие годы правит, цепляется за власть, проливает кровь своего народа, занимается массовыми хищениями, то судьба его, чаще всего, плачевна. Я приведу несколько таких, довольно страшных для диктаторов примеров. Один из первых, кто мне приходит в голову, это румынский диктатор Николай Чаушеску, который был расстрелян вместе со своей женой в Бухаресте. Мы помним, что такая же судьба совсем недавно ждала, он был растерзан (Каддафи). Милошевич, который попал на скамью Гаагского трибунала и умер там под следствием. Саддам Хусейн и так далее. Есть общая закономерность: чем дольше человек цепляется за власть и чем жестче он ее удерживает, чем больше он совершает преступлений, тем страшнее его судьба.

Что касается гарантий, Ира, в принципе, такие есть примеры, когда для того, чтобы избежать человеческих жертв, для того, чтобы не лилась кровь, для того, чтобы спасти людей от насилия и стабилизировать ситуацию, люди получают либо внутренние гарантии, что редко…

И.ВОРОБЬЕВА: Внутри страны их не трогают, они не должны выезжать.

В.РЫЖКОВ: Да, да. Либо внешние гарантии, то есть когда международное сообщество их принимает. Ну вот приведу пример. Был переворот в Киргизии, да? Бакиев сейчас в Минске (Курманбек). Киргизское руководство требует его выдачи, но его никто не выдает, потому что есть такое негласное решение, скажем так, великих держав, что ну вот он пусть там сидит в Минске, да? Сейчас были такие слухи, что Башару Асаду, диктатору Сирии предлагают тоже покинуть страну, в какую-то переехать другую арабскую страну для того, чтобы мирно выйти из этого кризиса. Он пока стреляет по своему народу, тем самым усугубляя свою судьбу.

Поэтому я бы сказал так, Ир. Нет общего правила, но есть общее правило одно: чем кровавей и чем вороватей диктатор, тем страшнее его конец. И, наоборот, если человек идет на диалог, идет на мирную передачу власти, идет на уступки и так далее, то он сохраняет шансы на то, чтобы, по крайней мере, быть на свободе и живым.

И.ВОРОБЬЕВА: Но просто непонятно. Вот, мы же начали с того, что если не совершил кровавых преступлений, если там не было коррупционных каких-то больших преступлений. Но так, ведь, были же, наверное? Вот, что делать с нынешней властью, российской властью. И если вдруг они уходят, их будет справедливо отпустить с миром всех? Или будет справедливо их судить?

В.РЫЖКОВ: Я считаю, что будет справедливо их судить – это моя личная точка зрения, чтобы сейчас не закричали, что это требование Болотной и так далее. Я личную точку зрения высказываю: их надо судить. Но, конечно же, судить должны не Данилкин и Боровкова, и Криворучки, а судить должен новый суд. Потому что старый суд засадит их точно так же, как он сейчас сажает оппозиционеров. В нашем суде нельзя найти правосудие…

И.ВОРОБЬЕВА: Даже для тех, кто эту систему создал, получается.

В.РЫЖКОВ: Даже для тех, кто сейчас ими рулит, да.

И.ВОРОБЬЕВА: Вообще страшная, конечно, история. Вот, Дмитрий из Екатеринбурга пишет: «Ну, вот, Мубарак ушел. И?»

В.РЫЖКОВ: Мубарак ушел, и сейчас там идет процесс. Сейчас там между первым и вторым туром парламентских выборов. Пока лидируют Братья-мусульмане и салафиты, то есть лидируют умеренные и более радикальные мусульманские организации. Дальше у них будет новая Конституция, дальше у них будут новые президентские выборы. До середины лета военные должны передать власть новому гражданскому правительству. Посмотрим, что там будет. Но мы сейчас говорим…

И.ВОРОБЬЕВА: Но так ведь Мубараку грозит смертный приговор.

В.РЫЖКОВ: Мубараку реально грозит смертный приговор, потому что к власти могут прийти силы, которых он мочил в сортире 30 лет. Я напомню, что он пришел к власти в 1981 году после убийства Садата. И, естественно, эти силы сейчас жаждут крови. И вот здесь большую роль будет играть, все-таки, какие будут настроения и в египетском обществе, и какую позицию займет международное сообщество. Вот, Россия сегодня уже, по-моему, сделала заявление, что призывает к гуманности.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, МИД призывает Египет не выносить смертный приговор Мубараку. Они считают возможным в случае с ним учесть гуманитарные соображения, потому что, ну, ему 83 года, и он болен.

В.РЫЖКОВ: Ну, вообще РФ, официальные я имею в виду органы любят поддерживать диктаторов. Мы дружим с Ахмадинеджадом, мы дружим с Чавесом, мы сейчас поддерживаем чуть ли не последние в мире Башара Асада. Видимо, наши лидеры на себя примеряют вот эту печальную судьбу других диктаторов.

И.ВОРОБЬЕВА: То есть заранее так.

В.РЫЖКОВ: Заранее, да, подстилают соломку. Но я хочу огорчить Владимира Владимировича и Дмитрия Анатольевича, что нет такой соломки в современном мире. XXI-й век отличается от XIX-го, XX-го тем, что ни один диктатор ни в одной стране мира, ни один авторитарный лидер и ни один коррупционер не может себя чувствовать в безопасности, потому что есть международное право, которое их наказывает, есть международное антикоррупционное право, которое их наказывает.

Кстати, был создан прецедент в прошлом году очень важный, когда арестовали активы семьи Каддафи. И вот это как раз тоже, мне кажется, страшная перспектива для наших коррупционеров, потому что создан международный прецедент ареста активов коррумпированного режима.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну вот тут еще нам напоминают, кстати, очень важную штуку, что необходимо вспомнить кроме всего прочего еще человека из власти – это Юлия Тимошенко, которая получила несколько лет тюрьмы и сейчас уже сидит.

В.РЫЖКОВ: Чисто политическое дело.

И.ВОРОБЬЕВА: Никого не убивала, да? Там схема была абсолютно другая. И посадили ее за другие статьи. Более того, парламент не принял декриминализацию этой статьи.

В.РЫЖКОВ: Это совершенно разные… Ира, это разные истории.

И.ВОРОБЬЕВА: Я прошу прощения, наш слушатель правильно пишет: «Участь бывших правителей зависит от нынешних правителей».

В.РЫЖКОВ: Участь бывших правителей зависит от нынешних правителей, но случай Тимошенко абсолютно другой, чем в случае Мубарака и Каддафи. Это расправа со стороны Януковича над главным оппозиционером страны. Это абсолютно политический процесс.

И.ВОРОБЬЕВА: Секунду, стоп. Если здесь абсолютная расправа, то возможность смертного приговора 83-летнему тяжелобольному человеку будет политической расправой.

В.РЫЖКОВ: Тоже будет расправой – я об этом сказал. Потому что если исламисты захотят его крови (точнее, не крови – у них там повешение), если они захотят его повесить, они его повесят. И именно поэтому я сказал, что здесь большую роль будет играть и международное общественное мнение. Тем более, Египет очень зависит от США, США – это крупнейший спонсор Египта, США – крупнейший ментор египетской армии. И я думаю, что очень многое будет зависеть от американской позиции здесь.

И.ВОРОБЬЕВА: Я останавливаю голосование, которое идет по телефону. Я напомню, что мы задавали вопрос, готовы ли, на ваш взгляд, люди управлять страной. Я пока не буду объявлять результаты. Просто имейте в виду, что мы остановили голосование.

А по поводу той темы, которую сейчас мы обсуждаем, вот наш слушатель Ольга пишет: «Воровали, убивали, а теперь им неприкосновенность? За что? За что?» Дмитрий из Екатеринбурга…

В.РЫЖКОВ: А я этого не предлагал. Мы же просто обсуждали разные сценарии.

И.ВОРОБЬЕВА: Нет, ну просто она говорит о том, что…

В.РЫЖКОВ: Это Ольга, да?

И.ВОРОБЬЕВА: Да, Ольга.

В.РЫЖКОВ: Ольга, а если… Вот, я Ольге задам вопрос и всей нашей аудитории. А если на двух чашах весов будет стоять кровь массы людей и гарантии некие кому-то? Вот, что для вас важнее? Сохранить жизни нескольких тысяч людей или пойти на какие-то поступки? Вот, с точки зрения абсолютной справедливости вы правы. А с точки зрения, как бы, гуманизма, с точки зрения здравого смысла, вы знаете, политикам иногда приходится принимать решения сложные. Но если это в интересах людей, их надо принимать.

И.ВОРОБЬЕВА: Тут нам пишут еще, Игорь пишет: «Если тандем мирно уйдет, можно отпустить. Только пусть вернут награбленное».

В.РЫЖКОВ: О, это не сложно сделать. Я уверен, что разведки знают, где находятся счета нашего высшего руководства. Вот сейчас идет дикий скандал по Игорю Шувалову – можете посмотреть по его коррупционным делам за границей (это первый вице-премьер российского правительства). Я думаю, что российский народ абсолютно вправе будет потребовать ареста этих активов и возвращения их в страну. По некоторым оценкам квалифицированным из России было выведено коррумпированной «элитой» в кавычках 800 миллиардов долларов за последние 10 лет. 800 миллиардов долларов – вот масштаб того ущерба, который нанесен вертикалью нашей стране.

И.ВОРОБЬЕВА: Мне кажется, здесь еще ущерб… Конечно, это трудно посчитать, но, все-таки. Представляете, какой ущерб нанесли стране вот эти люди, которые фактически заставили уехать из нашей страны, уехать в другие страны работать всех вот этих ученых, специалистов?

В.РЫЖКОВ: Несколько миллионов человек.

И.ВОРОБЬЕВА: Да? Вот те люди, которые могли работать здесь…

В.РЫЖКОВ: И хотели бы работать, да.

И.ВОРОБЬЕВА: ...развивать наше общество, здесь делать свой бизнес, где это невозможно практически.

В.РЫЖКОВ: Помнишь, Ира, вот эти нобелевские лауреаты Гейм и Новоселов?

И.ВОРОБЬЕВА: Конечно.

В.РЫЖКОВ: Ну, вот, получили здесь образование, начали работать, но вынуждены были уехать, потому что у них не было нормальных условий.

И.ВОРОБЬЕВА: Конечно. Потому что можно дни прозябать очень долго.

В.РЫЖКОВ: Да.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну а бизнесмены.

В.РЫЖКОВ: Огромное количество, Чичваркин, который создал Евросеть, крупнейшую, по-моему, у нас сеть.

И.ВОРОБЬЕВА: Да, гениальный бизнесмен.

В.РЫЖКОВ: Абсолютно.

И.ВОРОБЬЕВА: Можно все, что угодно говорить про Чичваркина. Но, безусловно, гениальный совершенно.

В.РЫЖКОВ: Да, а сейчас он выходит с плакатами на Трафальгарской площади и поддерживает требования Болотной и Сахарова…

И.ВОРОБЬЕВА: А чего ему там остается, с другой стороны?

В.РЫЖКОВ: ...вместо того, чтобы поднимать богатство и могущество нашей страны здесь, создавая тысячи рабочих мест, инвестируя, креативя и так далее.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну и мы уже не говорим про Ходорковского и Лебедева. Это вот вообще просто.

В.РЫЖКОВ: Безусловно, безусловно. Я могу себе представить, что эти люди на свободе могли бы сделать для России. Может быть, мы сейчас имели бы крупнейшую в мире компанию, сравнимую, там не знаю, с Exxon. Или, может быть, они бы свой Google русский создали, наш, да? И так далее.

И.ВОРОБЬЕВА: Обидно. Очень обидно.

В.РЫЖКОВ: Очень обидно. Люди сидят в тюрьме, имущество растащено между госчиновниками, дружками, членами кооператива «Озеро», деньги выведены из страны и, вот, это тот ущерб, который гигантский совершенно нанесен вот этой коррумпированной вертикалью всему нашему народу.

И.ВОРОБЬЕВА: Сергей из Барнаула: «Нюрнберг должен быть всегда, во все времена и в любых странах».

В.РЫЖКОВ: Да, правильно. Кстати говоря, Нюрнберг, говорят, почему еще важен? Потому что там был принцип выдвинут правовой: исполнение преступного приказа – преступление. Это я вот говорю нашим судьям, нашим полиционерам, всем, кто исполняет преступные приказы. Вы должны помнить этот правовой принцип. Они говорят: «Мы не виноваты – нам приказали». Виноваты, ребята. И главы избирательных комиссий, которые вбрасывали, все виноваты. Исполнение преступного приказа – преступление.

И.ВОРОБЬЕВА: Итак, +7 985 970-45-45 – телефон для ваших SMS-сообщений. Много тут пишут…

В.РЫЖКОВ: Вот спрашивают «Где можно прочитать тексты законопроектов по партиям?» На сайте «Эха Москвы».

И.ВОРОБЬЕВА: На сайте «Эха Москвы» смотрите – тут очень много. Вот тут нам Алексей пишет, что Воробьева ненавидит Рыжкова. Это неправда, совершенно точно не правда. Нет, нет. Владимира Рыжкова я очень люблю, конечно же – вот, сидит тут рядом.

Итак, по поводу…

В.РЫЖКОВ: Как у нас говорят, «без комментариев». (смеется)

И.ВОРОБЬЕВА: Рыжков – какой мерзкий тип, все-таки, а?

В.РЫЖКОВ: Да.

И.ВОРОБЬЕВА: Вот, все-таки… Ну что ж такое-то? Смотрите, еще у нас есть темы, о которых мы говорим. Это, собственно, продолжение того, что мы сейчас обсуждаем, кто виноват и кто не виноват, да? Вот эти все выполняют приказы, не выполняют приказы.

Одно из ключевых, на мой взгляд, еще событий, которые были у нас здесь на этой неделе, — это первое после выборов масштабное интервью председателя ЦИК Владимира Чурова, Владимир Евгеньевич приходил здесь сюда на «Эхо Москвы».

В.РЫЖКОВ: Волшебное интервью.

И.ВОРОБЬЕВА: Волшебный эфир, который вел Алексей Венедиктов и Виталий Дымарский. Просто чтобы вы понимали. Я вот сейчас распечатала. Если смотреть на распечатку, очень хорошо видно…

В.РЫЖКОВ: Это была такая фантасмагория. Я был здесь, смотрел, это было что-то. Эти разноцветные конфетки, которыми он жонглировал в эфире.

И.ВОРОБЬЕВА: (смеется)

В.РЫЖКОВ: Кто не видел – рекомендую.

И.ВОРОБЬЕВА: Да, рекомендую. Потому что посмотрите – здесь очень видно по этому интервью, по распечатке, что это был такой вот перекрестный огонь. Потому что длинные фразы не давали сказать нашему гостю и постоянно перебивали, уточняли. И тут, конечно, самое гениальное, на мой взгляд, это начало программы, когда Владимира Чурова спрашивают «Вы собираетесь уйти в отставку или нет?» И начинаются ответы. Я прямо просто ответы зачитаю. «Я очень хотел бы, чтобы через 4 года я мог ответить на этот вопрос», «Сегодня я не буду отвечать на этот вопрос», «Мое чувство появится через 4 года, ну, 4 года, несколько месяцев», «Все ответы на данный вопрос я уже обещал дать через 4 года» и так далее. То есть там все это крутилось вокруг 4-х лет каких-то, после которых Владимир Чуров даст свой ответ, все-таки, готов он уйти в отставку или нет.

Нас тут спрашивали, правда это или нет, что Чурова нельзя в отставку отправить? Правда. По закону.

В.РЫЖКОВ: Чепуха полная.

И.ВОРОБЬЕВА: Да нельзя его отправить в отставку…

В.РЫЖКОВ: Еще раз…

И.ВОРОБЬЕВА: ...И снять нельзя.

В.РЫЖКОВ: ...есть политическая ситуация, есть политические решения. Если руководство страны, если парламент принимает решение…

И.ВОРОБЬЕВА: Разные вещи.

В.РЫЖКОВ: ...это решение проводится на раз, за 2-3 недели. Понимаете? Это просто отговорки, что по закону нельзя. Сами законы…

И.ВОРОБЬЕВА: Это разные вещи. Вы же понимаете прекрасно, что не может сейчас, например, Медведев отправить его в отставку как он мог бы отправить любого другого чиновника, например. Не может его отправить в отставку.

В.РЫЖКОВ: Парламент может принять поправки в закон о ЦИК, которые вступят немедленно. Президент Медведев подпишет. И в этом законе будет принято решение о переформировании Центризбиркома. Все, точка. Поэтому это все отговорки, что закон не позволяет, то не позволяет. А фальсифицировать выборы позволяет закон? А избирать нелегитимный парламент позволяет закон? А вводить цензуру на телевидении позволяет закон? И так далее.

И.ВОРОБЬЕВА: Секунду. Это уже не к Чурову.

В.РЫЖКОВ: Это общая система. Когда люди создали неправовой режим, авторитарный, они начинают защищаться законом, а мы должны (граждане) напомнить, что «ребята, все ваши законы антиконституционные или многие из них, и ваш режим антиконституционен, и народ вправе потребовать не только…» Вот нам сейчас правильно пишут: «Какая разница? Чурова на Юрова заменят».

И.ВОРОБЬЕВА: В том-то и дело.

В.РЫЖКОВ: Не в этом суть. Суть – систему надо менять. Вообще не должна исполнительная власть как сейчас участвовать в формировании избиркомов, вообще не должна. Только общественные организации. Политические партии должны участвовать. Понимаете? И так далее.

И.ВОРОБЬЕВА: Смотрите, нам слушатель такой пример привели, очень хороший. Я, честно признаться, уже не найду это сообщение, но я в любом случае об этом тоже хотела сказать. Смотрите, в свое время президент Де Голль понял, что положение в судебной системе Франции очень сильно мешает развитию страны, сплошная коррупция и так далее.

В.РЫЖКОВ: Совершенно верно.

И.ВОРОБЬЕВА: Там была подготовка, в течение ночи он уволил всех судей страны.

В.РЫЖКОВ: Абсолютно точно. И нам то же самое нужно делать.

И.ВОРОБЬЕВА: Всех. И на их места – выпускников Юрфака с годичным стажем работы.

В.РЫЖКОВ: Совершенно верно.

И.ВОРОБЬЕВА: Это очень трудно. Я напомню, кстати, что еще господин Саакашвили трижды увольнял целиком и полностью весь состав грузинской милиции.

В.РЫЖКОВ: Молодежь надо, аспирантов молодых, молодых кандидатов наук, молодых адвокатов, самых лучших выпускников юридических вузов с современными мозгами. И с самого начала поставить ситуацию так, чтобы они были подотчетны, чтобы они были избранными, чтобы по жребию распределялись дела, чтобы не было диктаторских полномочий у председателей судов, которые сейчас есть. Вся эта реформа продумана, написана, готова. Не достает только политической воли, потому что нынешнее руководство страны хочет управлять судами в ручном режиме. А наша задача – получить независимые новые суды.

И.ВОРОБЬЕВА: Смотрите, вот теперь мы приходим к итогам нашего голосования.

В.РЫЖКОВ: Вот это, да. Я же не вижу их.

И.ВОРОБЬЕВА: Да. Это очень интересные итоги. Я скажу, что, например, по телефону проголосовала почти тысяча человек, в Сетевизоре (просто чтобы понимать, сколько голосов было) – 1,5 тысячи сетезрителей. И смотрите, какая история. 84% позвонивших уверены и считают, что люди, которые выходят на площади… Я напомню, что это не только Москва была, это не только Болотная площадь.

В.РЫЖКОВ: По всей стране, десятки городов.

И.ВОРОБЬЕВА: Десятки городов участвовали в этих акциях, люди выходили на улицы. 84% позвонивших нам считают, что да, люди готовы управлять страной.

В.РЫЖКОВ: Я согласен с этим.

И.ВОРОБЬЕВА: И 16% считают, что нет. В Сетевизоре распределились немножко по-другому голоса: 79%...

В.РЫЖКОВ: Тоже много.

И.ВОРОБЬЕВА: ...считают, что да, готовы. 21% считает, что нет, не готовы. И нам тут очень много, кстати, пишут на эту тему, что «я уже давно готов». С другой стороны, просто почему мы так связали эти 2 темы? Вот смотрите, вот завтра увольняют всех судей, а выпускники Юрфаков, например, с годичным стажем встают на их место. Вот, они готовы к этому или нет?

Вот сейчас увольняют там, ну, условно говоря, полицию всю, да? Кто встанет на их место? Вы готовы? Вы готовы встать на их место? Вы готовы следить за порядком? Готовы ли вы следить за депутатами? То есть вот именно об этой готовности шла речь, и наши слушатели говорят, что да.

В.РЫЖКОВ: Люди ответили, что да – я абсолютно с этим согласен. У нас сейчас повторяется ситуация царской России 100-летней давности, когда Петр Струве писал, что общество созрело для перемен, а царская власть, монархическая самодержавная тормозила эти события. Это привело к первой русской, а потом ко второй русской революции с трагическими последствиями.

То же самое сейчас. У нас общество за эти 20 лет переросло власть. Власть правит кланово, капитализм для своих, коррупция, произвол (вспомним Сергея Удальцова), а общество требует совершенно другого – ограничения единовластия, настоящего народовластия и верховенства закона, условно говоря, чтобы президент стоял на красный свет вместе со всеми и не с мигалкой как это в демократических странах происходит.

И.ВОРОБЬЕВА: Знаете, что по-настоящему обидно? Вот эти десятки тысяч человек, которые вышли на улицу впервые за многие годы, которые вышли после выборов, после всех вот этих волшебных выборов, и обидел Чурова только Кудрин. Он отреагировал только на Кудрина. Вот, нам пишет наш слушатель: «Признание Кудриным выборов несправедливыми пока единственное реальное достижение народного негодования и протеста». То есть плевать все хотели на эти площади.

В.РЫЖКОВ: Нет, я не согласен. Я уже сказал, что со скрипом, но вот эта бюрократическая машина зашевелилась. Все-таки, что-то такое Медведев неопределенное пообещал, вот новый закон о партиях, выборы губернаторов (хотя законопроекта пока нет), выборы по одномандатным округам.

И.ВОРОБЬЕВА: Кстати, нету да?

В.РЫЖКОВ: Их нету физически, их нету. Нет, есть 2 документа, которые на сайте, но нет пока обещанного документа по губернаторам и нет пока обещанного документа по одномандатным округам. Сегодня, кстати, очень неожиданное для меня заявление сделал Патриарх Кирилл.

И.ВОРОБЬЕВА: Да. Кстати, да.

В.РЫЖКОВ: Между прочим, в день Рождества Христова. Он сказал, что власть должна прислушиваться к народу, а иначе она отстанет и не будет соответствовать веяниям времени. То есть такая мощная организация как РПЦ фактически поддержала то общественное движение, которое сейчас идет. Поэтому я не согласен, что нет вообще никакого результата, но я как и все люди крайне недоволен тем, что нет тех результатов, которые необходимы. И те 5 требований Болотной – я их рассматриваю не как против, а как за, как за новую систему власти.

И.ВОРОБЬЕВА: Хорошо. Мы же прекрасно понимаем, что до 4 февраля, той даты, на которую запланировано шествие…

В.РЫЖКОВ: Да, 4 февраля, да.

И.ВОРОБЬЕВА: Запомните: 4 февраля, не раньше, не позже, именно 4 числа.

В.РЫЖКОВ: Да. Это годовщина многотысячной акции 1990 года.

И.ВОРОБЬЕВА: Да, о ней мы говорили, кстати, на этой неделе. До 4 февраля ничего не будет сделано. Мы же понимаем это?

В.РЫЖКОВ: Не факт. Я, все-таки, надеюсь на здравый смысл, я надеюсь на то, что, все-таки, эти люди…

И.ВОРОБЬЕВА: А что они могут сделать за это время? Освободить политзаключенных?

В.РЫЖКОВ: Они могут много чего сделать. Прежде всего они могут сказать по всем 5-ти пунктам требований, что будет сделано вот это, вот это, вот это и вот это. Для этого даже не нужны переговоры. Правильно, по-моему, Алексей Навальный сказал, что «вот они, требования – выполняйте». Они четко сформулированы, они опубликованы. Поэтому будем ждать, будем надеяться, но не верить. И готовить акцию 4 февраля.

И.ВОРОБЬЕВА: Да. Не верь, не бойся, не проси, как говорится.

В.РЫЖКОВ: Да, абсолютно точно.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну что же, спасибо большое, это была программа «Перехват».

В.РЫЖКОВ: Спасибо.

И.ВОРОБЬЕВА: Владимир Рыжков, Ирина Воробьева были здесь с вами в этой студии. Я вам напоминаю, что Владимир Рыжков обещал на самые интересные вопросы, которых 200 с лишним на сайте, ответить в своем блоге на сайте «Эха Москвы».

В.РЫЖКОВ: Я это сделаю.

И.ВОРОБЬЕВА: Счастливо.

В.РЫЖКОВ: Спасибо.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире