'Вопросы к интервью
С.БУНТМАН: Добрый вечер. Матвей Ганапольский, Сергей Бунтман. Включить, что ли, трансляцию?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, включи, но она тебя будет показывать.

С.БУНТМАН: Почему меня будет показывать?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я за бабло.



С.БУНТМАН: Слушай, давай за бабло, давай монетку.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Телевидение – за бабло.

С.БУНТМАН: Нет, давай-давай. 5 минут тебя, 5 минут меня. Вот, давай решим и подпишем, главное. Вот, как нас учит туристическая компания? Договора нет? Все, уходи оттуда. Понимаешь? Уходи. Вот так же мы с тобой договор подпишем.

Вопросы. Здесь Ганапольский просто меня поразил совершенно. Ганапольский расточал и источал восторги по поводу ваших вопросов.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, это ложь, конечно. Ничего не источал. Просто 27 вопросов пришло, ни одного трэшевого. Все по делу.

С.БУНТМАН: Да ты что? Ну, не бывает.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну клянусь тебе. Ну вот вопросы.

С.БУНТМАН: Да ты сам поработал просто и все.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да-да-да. (смеется)

С.БУНТМАН: Забанил половину.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да.

С.БУНТМАН: Половину сам придумал.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да.

С.БУНТМАН: Ну ладно. Нет, ну, скажи, у меня к тебе вопрос. Ты Анну Чапман смотрел?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, я Анну Чапман не смотрел, потому что я смотрю профессиональных…

С.БУНТМАН: Говорят, такая женщина.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, не в том дело. Профессиональных женщин много и девушек красивых у нас на «Эхе».

С.БУНТМАН: Профессиональные женщины – это хорошо. (смеется)

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: У нас на «Эхе», во-первых, тут есть чем любоваться. Я Анну Чапман не смотрел, потому что для меня телевидение предполагает определенный уровень профессионализма, как и для тебя. Анна Чапман – возможно, она там разведчица…

С.БУНТМАН: А, может, она гениальная девочка.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Жизнь покажет. Подожду ТЭФИ. Если она получит ТЭФИ, только не от ФСБ и не от внешней разведки…

С.БУНТМАН: Да подожди, да разве это признак теперь, что ТЭФИ получит?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не знаю, не волнует. Я скажу тебе другое. Для меня появление Чапман важно в другом смысле. Вот, ты помнишь, когда мы с тобой несколько раз говорили про наших, и говорили, что вот это разрушительное сурковское действо с «Нашими», особенно касательное фашизма, помнишь вот эти маски с фашистскими шапочками?

С.БУНТМАН: Да-да-да. Враги, фашисты, там.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Что не потому, что это игра сама по себе, а потому, что вот эти молодые люди, которые приезжают туда на Селигер в этот лагерь за государственные деньги и деньги, которые изымают из аффилированных миллионеров, они смотрят, предположим, на Алексееву в фашистской шапочке, на Лимонова в фашистской шапочке и кого-то там еще, да? И они понимают, что это и есть фашизм. И вот эта калька фашизма, которая им дарится вместо того, чтобы показать им, например, тот же фильм «Иваново детство» и, в общем, объяснить, что фашизм – это гибель 30 миллионов.

С.БУНТМАН: А им можно показать «Иваново детство», а потом сказать: «А вот Алексеева такая». Ну, это же запросто делается.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Значит, 30 миллионов российских граждан погибло. Вот это калькирование детей, вот этой молодежи – оно страшно.

С.БУНТМАН: Это растление называется, ты знаешь?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Назови растлением.

С.БУНТМАН: Растление несовершеннолетних.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Теперь почему очень плохо появление Чапман на экране? Не зависимо от ее таланта и не зависимо получит эта передача ТЭФИ одно или она станет лауреатом Оскара или чего-нибудь. Значит, дети любят звезд и они теперь понимают, что если ты пойдешь в разведку, если ты в разведке провалишься, то ты обязательно окажешь на телевидении.

С.БУНТМАН: Думаешь, это так прямо воздействует?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Абсолютно прямо. Абсолютно. Человек ищет жизненный путь, путь успешности. Они смотрят на подобные. Значит, ты знаешь, что сейчас страшная вещь, все опросы показывают, что молодые люди быстро переориентировались и рассматривают свое будущее исключительно…

С.БУНТМАН: Хотят быть чиновниками.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот! Ты прямо сказал. Видишь?

С.БУНТМАН: Да, 40% хотят.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вырвал у меня.

С.БУНТМАН: Или 60%!

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не важно. Значит, никаких космонавтов, ничего – тихо сидеть в какой-то конторе. Есть такое чисто русское выражение «тихая контора», и получать, ну, можно бабло, можно обычные деньги, можно зарплату. Никаких идей, никакой целеустремленности и так далее. Есть отдельные люди, но это только исключение, которое подтверждает правило. Вот почему. Они же смотрят на успешных, они видят, они слышат, они понимают.

С.БУНТМАН: Ну неужели один телик на это воздействует? А где мы, там, где родители?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, вот родители им как раз говорят.

С.БУНТМАН: Почему ты так считаешь, что это родители?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Значит, послушай меня. Вот, ко мне, поскольку я работаю на радио и сюда тут ходят разные люди, то родители всяких детей, которые мои знакомые родители, они ко мне обращаются: «Вот, там, не поможешь устроить моего сына?» и так далее. Значит, раньше это были какие-то театральные институты, что-то такое, хоть были попытки чего-то. Сейчас абсолютно. Родители говорят, зовут его сюда и говорят: «Значит, послушай меня. Тебе надо как минимум получить высшее образование. Значит, потом будешь художником, писателем, космонавтом, будешь как Жак Ив Кусто опускаться на дно, там, исследовать океан и так далее. Будешь делать все, что угодно. Но сейчас учти, посмотри на мое больное сердце и пожалей мать, и пойди…» – и дальше называется обычная история под названием, там, государственное управление и так далее, и так далее. Вот все такое. Вот потом, когда ты будешь иметь твердый кусок хлеба… Вот твердый кусок хлеба. Осуждать родителей совершенно невозможно. Но Чапман, которая сначала то ли была, то ли не была разведчицей, то ли она пела «С чего начинается Родина», то ли не пела с Путиным.

С.БУНТМАН: Ну почему «то ли не пела»? Все пели.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: После чего, как мы знаем, ее то ли совали, то ли приглашали – это, ведь, неизвестно – быть в каких-то журналах, возглавлять какие-то молодежные объединения и так далее. И в конце концов, она – ведущая на канале Рен ТВ и так далее, и так далее. При этом я не думаю, что каналу Рен ТВ позвонил Путин и приказал взять Чапман. Вопрос не в этом. Канал Рен ТВ – это коммерческий канал, он хочет заработать деньги, почему бы не использовать Чапман полсезона, а потом выкинуть ее и на этом, так сказать, закончить? Но сейчас будет какой-то всплеск популярности – мы с тобой знаем, что такое телевидение.

Но! Я имею в виду совсем другое. Уважаемые родители, когда ваши подростки, дети смотрят на эту Чапман, объясняйте им, что это провалившаяся шпионка, человек, который в служебном отношении ничего из себя не представляет.

С.БУНТМАН: Ты не понял: они не провалились, это предатели!

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это я понимаю.

С.БУНТМАН: Там выдали всех.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Знаю, да. Знаю. Предатели, совершенно верно.

С.БУНТМАН: Путин, за которого ты собирался голосовать на прошлой передаче.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А я и собираюсь голосовать. Тут у меня еще вопрос есть по этому поводу, все никак народ не допетрит, почему за Путина, а почему не за Медведева. Сейчас отвечу. В общем, с Анной Чапман вот эта история. То есть предупреждайте, пожалуйста, что это легкий путь. Но, во-первых, надо выглядеть как Чапман, да? И если бородавка будет на щеке, то уже не Чапман.

С.БУНТМАН: А, вот, Кощею не нравится. Вот, сейчас только что мне прислал.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это про Кощея не знаю.

С.БУНТМАН: «Ни лица, ни попы…» Это я цитировал.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, очень уважаемая разведчица – не трогай ее.

С.БУНТМАН: (смеется) Как-то ты странно представляешь себе уважаемых разведчиц.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Если позволишь, коротко я отвечу опять по Путину. Всех это взволновало «Вот, Ганапольский с ума сошел! Почему за Путина?» Вот мне задает Марина из Хемптона, из США вопрос: «Уважаемый Матвей, вы сказали, что голосовали бы за Путина, потому что он в отличие от Медведева обещает и делает, пусть даже не то, что хотелось бы». Вы забыли, уважаемая Марина, сказать самое главное то, что я сказал. То есть вы переврали мои слова. Он ничего не обещает, он (Путин) ничего не обещает, он нас не мистифицирует, понимаете? Он нас не обманывает. Он не говорит, что свобода лучше, чем не свобода, и после этого ничего не происходит. Он не говорит всякие слова по поводу Ходорковского, что, значит, есть еще и помилования, не все еще использовано и так далее, то, что он сказал Константину Ремчукову.

Владимир Владимирович Путин абсолютно презирает граждан РФ. Он знает, с кем имеет дело.

С.БУНТМАН: Так ты скажи, ты будешь за него голосовать?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да! Потому что это написано на его лице. Потому что я прекрасно понимаю, что если я голосую за него и он будет до 2024 года, если вы не сойдете с ума и не сметете его, то будет важная вещь. Вы прекрасно знаете, как будет жить страна. А самое главное, быть информированным человеком. Вы тогда знаете, что она будет сейчас жить в таком же абсолютно криминальном дерьме, что будут делаться какие-то внешние небольшие усилия, какие-то Потемкинские деревни, что-то такое будет. Вы знаете, что будут Роттенберги, Потанины, команды эти футбола и так далее. Вы все это знаете. Но тогда вы знаете, информирован, значит, вооружен. Тогда вы отправляете своих детей за границу, потому что понимаете, что они здесь ничего не найдут, в России. Тогда вы сами думаете о том, где вам работать. И когда вам говорят, например, «ты должен со страной и так далее, и так далее», вы говорите: «Ребята, какая страна? Да вот посмотрите на этого президента. Вот, его лицо – это и есть вся страна».

С.БУНТМАН: Я тебя спрошу одну техническую деталь, маленькую техническую деталь.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, давай.

С.БУНТМАН: Во-первых, у тебя никогда не будет при нынешней системе альтернативы, голосовать ли за Путина или за Медведева. У тебя не будет этой альтернативы.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Так она и не нужна! Зачем, если она лжива?

С.БУНТМАН: Второе. Вот, слушатели тебя спрашивают о другом. То, что мы понимаем, кто такой Путин, кто такой Медведев.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну так чего?

С.БУНТМАН: Ну, думаем, что понимаем, да и они понимают. Вот это самое физическое движение. Матвей Юрьевич Ганапольский утром встает, умывается и так далее, пьет кофе, закрывает квартиру, идет куда-то, на лифте спускается, идет. Дальше, идет ли он на избирательный участок? Идет! Берет этот самый…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Беру бюллетень и голосую за Путина. Для меня это очень важно проголосовать за определенного…

С.БУНТМАН: Именно ты будешь голосовать?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Абсолютно. Вот, еще раз. Люди не…

С.БУНТМАН: А потом скажешь: «Ребята, идите там это самое, нафик, я это самое, отправляю всех…»

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Послушай меня, Сереженька, ну пойми, я не обманываю тебя.

С.БУНТМАН: «...дедушке, бабушке, внуку и так далее».

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Все знают. Может быть, я глуп, но искренен. Понимаешь? Вот как я…

С.БУНТМАН: Зачем для этого голосовать-то?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, потому что…

С.БУНТМАН: Вообще, сам вот этот, встает, пошел туда… Зачем тогда?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, не знаю. Ну, потому что я хочу, чтобы был Путин, а не Медведев. Потому что, может быть, фальсифицировать будут в пользу Медведева. А мой голос важен.

С.БУНТМАН: Напоминаю. Еще один не будет ничего. Если будет Путин стоять в вашем бюллетнé, бюллетенé.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Бюллетенé, да.

С.БУНТМАН: Да, говорим по-русски. Завтра…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо, тогда я не пойду.

С.БУНТМАН: Вот! Согласился!

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Послушай, я рассматриваю ситуацию, когда двое их.

С.БУНТМАН: Да не будет! (кашляет)

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Знаю-знаю. Ну, представим себе просто. Я понимаю, аж разнервничался.

С.БУНТМАН: Воды мне! Да конечно…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Возьми воды. В общем, короче говоря. То есть, ребята, еще раз поймите. Вы должны понимать, как будет жить страна. Самое главное – чтобы вы не были в иллюзиях и в обмане, а 2 года Медведева – это года иллюзий и обмана по самым важнейшим вопросам и принципиальнейшим в нашей жизни. То есть, поймите, не потому, что я Путина люблю. Да удушил бы я вот этого замечательного Владимира Владимировича, понимаете?

С.БУНТМАН: Вот, Петр… Ай, терроризм!

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Терроризм, да-да. (смеется) Терроризм, да. Слово «удушил» не относится к терроризму. Понимаете, знаю, что… Ну, можно сказать «А как же, вот, Ходорковский? Он при Путине будет сидеть». Ребяточки, да он и при Медведеве сидит. Только Путин… Вот, извини, одну секунду важную. Вот смотрите, с Ходорковским, вот послушайте меня.

С.БУНТМАН: На этом камне построить свой вопрос.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Сейчас-сейчас, построишь на этом камне. Вот смотрите, история с Ходорковским. Вот, представьте себе, что сейчас бы был Путин и он бы, и Медведев бы, поскольку не был бы президентом, он не встретил бы Ремчукова и не сказал ему эти загадочные двусмысленные слова. Еще раз повторяю, он – президент, надо фильтровать базар. Если ты сказал… А я напомню, что там были слова, что процесс еще не закончен, можно подать апелляцию. Кроме того сказал Дмитрий Анатольевич Медведев, у президента есть право на помилование.

С.БУНТМАН: Ты прямо как Янукович.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот теперь представьте себе, что Ремчуков бы разговаривал с Путиным и говорили они откровенно. И Путин бы сказал ему: «Константин, я вас уважаю, но вор должен сидеть в тюрьме, и пока я жив, он не выйдет из тюрьмы». Мы с вами бы это знали и мы прекрасно бы понимали, что нет никаких иллюзий и надо обращаться к международному сообществу, и надо требовать, чтобы списки Кардина, Шмардина и Зардина работали, и чтобы, в конце концов, Путин мог ездить только к Медведеву на дачу со своей вот этой шелупонью, которая все вот это вот дело вытворяет, со своими генералами, адмиралами и так далее.

С.БУНТМАН: Но при этом голосовать ты собираешься или нет?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Последняя фраза. Но перед нами Медведев, который говорит одно, а делает другое. И мы с вами в плену иллюзий. Может быть, он… Ничего не будет.

С.БУНТМАН: Петр из Москвы. +7 985 970-45-45. Петр из Москвы говорит: «А кто сказал в свое время, что ЮКОС никто банкротить не собирается?» А кто сказал? Минута на ответ.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Еще раз. Вспомни, что и там он еще в детстве говорил, как он мороженое у кого-то забрал.

С.БУНТМАН: Причем тут детство? Это не детство.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Еще раз. Правильно! Мы знаем, кто такой Путин. Мы прошли все с вами, граждане России 11-летнюю школу Владимира Владимировича Путина, мы знаем этого человека. Мы знаем, это не просто как Громыко был «Господин Нет», это «Господин Нет, никогда и ни за что. Своих не сдаю, а вы будете в дерьме». Мы знаем, где мы находимся. Поэтому не надо придумывать, не надо нарушать принцип Оккама и придумывать новые сущности сверх необходимости.

С.БУНТМАН: Wow.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Зачем это надо? Вот он есть, вот мы его знаем, мы знаем, как либо с ним бороться, либо обойти. Задача: на фоне Путина, который никогда, ни за что и ни при каких обстоятельствах вытащить Ходорковского и Лебедева. Но мы знаем, Владимир Владимирович, как вы знаете, делит людей на врагов и предателей. Владимир Владимирович – не предатель, но враг – это точно. Поэтому мы знаем врага, вот он перед нами. Все.

С.БУНТМАН: Вот при этом совершенно не обязательно делать вот это ритуальное бессмысленное действо, заполнение…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не, если он один будет, то это вообще смешно. Зачем?

С.БУНТМАН: Иного не дано.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: То 98%...

С.БУНТМАН: Закрываем тему, товарищи.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, закрываем.

С.БУНТМАН: Закрываем. Ваши вопросы. Тут работал с документами Матвей Юрьевич долго и упорно. Как ни выйду из эфира, все работает с документами, с вашими вопросами. Все, залезает, какие-то рефераты пишет, просто конспектирует все. Телефон есть у нас 363-36-59. Мы включим телефон. Но я тебе хотел… Вот, дорога смерти – вот про это я бы хотел поговорить немножко.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Дорога смерти?

С.БУНТМАН: Дорога смерти у нас появляется. Вот у нас пресловутая Рублево-Успенка, вот, раз за разом, раз за разом, раз за разом что-то на ней происходит. Сегодня, наконец, подтвердили, назначили нового (но это московский главный гибддшник) и какие-то прекраснодушные пошли по этому поводу: «Вот, мы считаем, что это в русле того, что сейчас делает наш мэр Москвы по улучшению транспортной ситуации». Тут ты сейчас хоть Махатму Ганди поставь начальником ГИБДД. Если сохранится такая же система бардака на улицах, идиотская организация движения всего, если сохранится это все вымогательство, тягательства эти все, а мы будем устраивать кордоны против, якобы, пьянства, то тогда поставь Махатму Ганди и ничего не получится.

Если у нас будет, извините, индийский национальный конгресс, вот тогда поставь хоть кого угодно, и тогда будет нормальная работа. Любого профессионала. Мне кажется, это все через некоторое количество мест.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, позволь мне твои слова считать комментарием, собственно, на эту проблему. Дорога смерти, не дорога смерти. Не надо было там селиться, на Рублевке. Есть и другие места.

С.БУНТМАН: Матвей Юрьевич! А проехать, прости меня, через это Рублево-Успенское? Люди имеют полное право не то, что там селиться. Там есть люди, которые живут испокон века! Раньше, до рождества Путина и Медведева вместе взятых и святого духа, которые там живут. У которых там живут друзья, которые ездят в разнообразнейшие места сворачивая с него. Они не обязаны встречаться в лоб с синими ведерками, понимаешь? Что это значит? «Не надо ездить».

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не-не-не, я же не сказал «Не надо ездить». Я просто тебе говорю, что, вот, проблема Рублевки… Значит, там такое количество милиционеров. Там непонятно, больше машин или больше ГАИ. Вот, пусть они этот вопрос и решают. Есть простая вещь… Но, понимаешь, в них же борется как? В них борется жажда проехать с ветерком с желанием выжить. Поэтому жажда проехать с ветерком – это значит, что там мало этих, лежачих полицейских. Я знаю, что единственный способ, чтобы люди не убились на подобных трассах, когда у каждого машина по 300, по 500 лошадиных сил – это делать лежачие полицейские. Но еще раз, не хочу ничего никому советовать. Моя задача – вести эфир и писать статьи, писать книжки, а вы там, ребята, ГАИ, разбирайтесь.

С.БУНТМАН: Да. А простые нормальные люди. Завтра тебе позвонит кто-нибудь из наших друзей, знаешь? И скажет: «Знаешь, у меня день рождения…» И ты туда поедешь.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Подожди. Мой дорогой, а что ты от меня хочешь? Чтобы я встал и регулировал движение?

С.БУНТМАН: Не-не-не, и ты туда поедешь. И тебе эту проблему надо решать. Потому что из-за каждого угла, во-первых, синеведерочник (вот, простите меня, движение. Ну, этот самый, мигалочник, да?) выйдет неизвестно откуда. Подражающий ему просто пальцатый человек будет через 2 сплошных на повороте под спуск, будет выскакивать у тебя на повороте с пригорка, будет выскакивать тебе в лоб.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я тебя понял.

С.БУНТМАН: А ты скажешь: «Не, мое дело… Пусть они там разбираются, лежачих полицейских ставят».

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я понял. Серега, я неравнодушен к этому вопросу. Я просто тебе говорю, что я не знаю, что по этому поводу делать и думаю, что здесь ГАИ более компетентно, тем более, что это правительственная трасса. Пусть они там себе это придумывают. Если позволишь, я прочитаю одну фразу. Значит, у меня появилась (была на сайте «Эха», вы знаете) заметка, которая называлась «Невозможное произошло: Россия и Абхазия официально ввели фашизм». Вы знаете, что заседала комиссия в Абхазии, комиссия по имущественным претензиям грузин, которых вышвырнули в Грузию и Россию из Абхазии. И короче говоря, там вдруг появилась версия, что претензии рассматриваться не будут для лиц грузинской национальности, то есть по этническому принципу.

С.БУНТМАН: Это второй секретарь сказал, МИД отказался.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, МИД отказался. И там я писал, вернее, в передаче то ли «Перехват», то ли которую я там вел один, я рассказывал, что один человек прислал мне ссылку на агентство, где присутствует такая фраза, что «если у вас есть трофейная недвижимость, то с помощью денег мы сделаем, чтобы она была вашей собственностью». Ну, послышались сообщения, что Ганапольский из кармана вынул и он лжет, и так далее.

С.БУНТМАН: Трофейное в Абхазии?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да.

С.БУНТМАН: По итогам 1992 года?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Читаю. Значит, «Уважаемый Матвей Юрьевич…» Я открыл это письмо, я его нашел. «К вашей заметке «Невозможное произошло: Россия и Абхазия официально ввели…» Сам потерял собственность в Абхазии, хоть и не грузин. А теперь, Матвей Юрьевич, посмотрите на сайте агентства такого-то»... Извини, можно я, Сережа, я тебе покажу название?..

С.БУНТМАН: Да-да-да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Значит, я открываю это агентство. Называется «Портал Абхазии», та-та-та-та-та, «Услуги». «Ведение сделок купли-продажи недвижимости под ключ, показ объекта, цена – 5% для объектов, там 5 миллионов рублей и так далее. Проведение независимой экспертизы чистоты документов, самостоятельно найденных вами». Внимание: «Проведение независимой экспертизы чистоты документов, самостоятельно найденных вами объектов. Полная история вашего объекта с момента согласования Генплана – 5 тысяч рублей город Сухуми и его районы, остальные города – по договоренности». Дальше пропускаю 2...

С.БУНТМАН: А где располагается это агентство-то?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: В Сухуми. Идем дальше. И знаменитый пункт 5-й, читаю его дословно. «Оформление документов в короткие сроки на выбранный вами объект (в том числе на неоформленный трофей) в случае отсутствия у продавца – от 20 тысяч и плюс сопутствующие расходы». Значит, там могут заседать двусторонние, пятисторонние, десятисторонние комиссии. Пока существуют такие предложения, ребята, не парьте мне про то, что там что-то говорит наш министр иностранных дел и так далее. Я прекрасно знаю, что вы хотите там сделать. И вот еще могу прочитать, например, предпоследний пункт. «Оформление самостоятельно найденного вами объекта на вас без вашего физического присутствия – 3% от суммы сделки».

С.БУНТМАН: Супер.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Поэтому, дорогой товарищ Лавров, если вам будет необходимо ознакомиться и вашей паршивой комиссии, значит, которая там изображает, что вы там хотите вернуть беженцев… А я напомню, что в любом конфликте самый главный вопрос – это вопрос гуманитарный. И с возвращением беженцев и начинается, собственно, миротворческий процесс. Вы знаете, что на примере бывшей Югославии это трагически не удалось, поэтому все развалилось. Поэтому сообщаю вам, что оно и у нас будет разваливаться, если мы беженцев не будем возвращать. А если вам, товарищ Лавров, большой друг радиостанции «Эхо Москвы», понадобится вот эта ссылочка, то пусть ваши представители придут ко мне и я эту ссылочку дам – это город Сухуми. У меня все.

С.БУНТМАН: Да. А ты email’ом пошли или через FaceBook ему пошли.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я согласен послать, но не email’ом.

С.БУНТМАН: Да ну что ты!

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Слушай, я старый уже с ними играться. Пошли они к чертовой матери! Если им интересно, то пусть приходят и пусть спрашивают. У нас с ними разные профессии: у них – врать, понимаешь?.. И самое интересное, что они-то не дезавуировали слова вот этого 2-го секретаря. Они же не сказали: «Там же был пункт». Только откуда появилась удивительная вот эта фраза, причина, по которой у граждан грузинской национальности не будут рассматривать заявления?

С.БУНТМАН: Пока Грузия не заплатит все за эти самые…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет! Пока Грузия не заплатит… Это я же понимаю, как там происходил разговор. Когда Ардзинба или кто-то из его шпаны…

С.БУНТМАН: Не, ну понятно. Подожди.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А, да, давайте.

С.БУНТМАН: Как происходил этот разговор, все.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я расскажу, да.

С.БУНТМАН: Да-да-да, через паузу.

НОВОСТИ

С.БУНТМАН: Мы продолжаем. Матвей Ганапольский, Сергей Бунтман, работает видеотрансляция, работает все, вплоть до твиттера, по которому можно прямо сейчас посылать свои вопросы. И +7 985 970-45-45 – это смски наши, классические смски. Итак, дальше. Да, давай, заворачивай, Матвей.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Значит. Вот, как они там сидели, разговаривали?

С.БУНТМАН: Да, как они сидели, разговаривали?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Они сидели, разговаривали и представитель абхазской… Да! Во-первых, почему я предполагаю и говорю это на уровне предположения? Не потому, что боюсь каких-то судов, а потому что хотелось бы видеть стенограмму заседания вот этой комиссии, чтобы понять, что это, действительно, ложь и принести глубочайшие извинения Министерству иностранных дел. На самом деле, там есть одна деталь, которая характеризует, что это полная правда. Итак. Вот, они сидели и после этого абхазская сторона «И пусть нам Грузия выплатит 13 миллиардов долларов, тогда мы будем чего-то думать. Они нам нанесли серьезный ущерб и так далее». Но российская сторона сказала: «Ну, бросьте вы. Ну что вы? 13 миллиардов у Грузии даже с американской помощью, там если штаны они свои продадут, у них такой суммы нет. Ну, это нереально и как мировая общественность на это посмотрит?» Тогда абхазы сказали: «Ну а как?» И тогда появилась фраза, которую я тебе читаю дословно, которая совершенно спокойно соответствует российским законам, правда, иезуитским способом, и позволяет отобрать любое жилье у любых грузинов, то ли тех, которые сейчас живут в Грузии, то ли у граждан России, которые живут в России.

Читаю тебе: «Поскольку они в течение 15-20 лет, будучи гражданами РФ, не платили за коммунальные услуги и не ухаживали за квартирами». Товарищи, мы не наивные люди и понимаем, что такая фраза, чисто чиновничья, она случайно не возникает. Поэтому не надо рассказывать, что этого не было. Это было. Другое дело, список Кардина на ваши дома. Чем скорее вам, паразиты, запретят выезжать из страны, чем быстрее вы будете забанены США и объединенной Европой, это единственная на вас управа. Теперь послесловие, Сережа, к новости, которая только что пришла.

С.БУНТМАН: Про забастовку?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет.

С.БУНТМАН: Про Тунис?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет.

С.БУНТМАН: Про что?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Напоминаю. Только что сообщение, что Путин и Медведев разрешили «Единой России» использовать…

С.БУНТМАН: А-а! Про фейсы, да-да-да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Значит, слушайте меня, слушайте внимательно и держитесь за стены. Итак, человеку, который считается лидером «Единой России», не состоя в этой партии, то есть Владимиру Путину, и человеку, который не считается лидером «Единой России» и тоже в ней не состоит, Дмитрию Медведеву, президенту России (я немножко падеж… Падёж, падеж неправильно сказал).

С.БУНТМАН: Падёж – это скота. Хорошо. Да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Есть аллегория здесь. Значит, внимание. Партия «Единая Россия» получила право использовать их изображения и фразы в своей предвыборной кампании. Значит, эта, ну, невменяемая партия будет одновременно цитировать Путина про «руки по локоть в крови» и одновременно будет цитировать Медведева «свобода – это лучше, чем несвобода», и фраза, которая была сказана, «и у президента всегда есть право на помилование».

Вот, ребята, я просто вам говорю. Вот, понимаете, было одно несчастье, теперь стало 2 несчастья. Было одно горе, теперь стало…

С.БУНТМАН: Полтора.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не надо, не унижай. Не унижай.

С.БУНТМАН: Каждого по 0,75. Так устроит?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, я категорически против. Вот, скажите мне, пожалуйста, вы представляете себе это? Значит, только что, сегодня мы с вами узнали в 17 часов 35 минут, что господин Медведев продал себя «Единой России».

С.БУНТМАН: Нет. «Отдал».

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Продал, отдал, сдал…

С.БУНТМАН: Отдал бесплатно, не надо «продал». Зачем так говорить?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Поэтому все его фразы, все его слова, все вот это вот всё, теперь мы будем читать во время предвыборной кампании «Единой России». Теперь, внимание, что еще важно в этом скромном событии. Мы все время говорили: «А где та элита, которая вокруг Медведева?»

С.БУНТМАН: Какая элита?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, некая.

С.БУНТМАН: А! Некая.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Подожди. Не иронизируй, я же серьезно.

С.БУНТМАН: Нет, серьезно: некая элита, да?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Некая элита. Мы говорили, что, например, а, может, он создаст свою партию, а, может быть, он что-то такое сделает. Потому что мы понимаем, что беспартийные структуры, разветвленные партийные структуры… Просто нет нормальной жизни в стране. Не потому что он бы, если бы они договорились и если, например, они там решают, Путин говорит: «Все, давай я обратно, потому что тяжелая ситуация», Медведев говорит: «Как договорились, нет вопросов Владимир Владимирович». Ну, это их договоренность – тут вопросов нет. Но представим себе, что, значит, он, мы понимаем, уйдет из политики. Уже сейчас по вот этой истории, что он сдает свой trademark, вот этот свой образ нетленный, вот, свои фразы, которые он скажет, «Единой России», понятно, что его партии – вот сегодня мы об этом узнали, 5 минут назад – его партии не будет, его отдельной какой-то элиты, которая поддерживает его взгляды…

Короче говоря, ребята, кто надеялся на Медведева, вы поймите, что сегодня он вас перепродал «Единой России». Все. Он вас перепродал «Единой России». Пересдал. Как сказать? Переслил. Понятно, да? То есть мы будем видеть… Помнишь, на монетах, вот, Ленин, Сталин, Брежнев, там, кто вот это вот, профили их чеканные и их противоречащие друг другу слова. Вот такая вот история. Я очень рад, что я узнал об этом даже не через неделю, а сейчас, потому что я понял, что, на самом деле, происходит.

С.БУНТМАН: Матвей, но, ведь, это уже было, они уже фигурировали на всех плакатах «Единой России» перед выборами прошлыми. Не помнишь?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Подожди, но все же пишут…

С.БУНТМАН: Точно!

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Подожди. Возьми политологов всех российских, которые говорят «Эти 2 года…»

С.БУНТМАН: А чего ты их читаешь?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, я их уважаю, политологов.

С.БУНТМАН: Да я тоже уважаю. Знаешь, уважаю, но пить не буду.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я могу тебе назвать фамилии. Павловский говорит: «Нет-нет-нет, это 2 разных пути у России». Глеб Олегович, если не возражаете, я неточно скажу вашу фразу, но не обижайтесь, но смысл в том, Павловский говорит: «Путин и Медведев – это 2 кардинально противоположных пути России. Да, это люди одной команды, — он говорит, — но это разные пути России». Значит, я теперь понимаю, что у нас есть такой сливной бачок, который называется «Единая Россия», куда разные пути как все рельсы идут в одно место, в какой-то трам-парк. Так и все рельсы идут…

С.БУНТМАН: А «Единая Россия» — это шпалы.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А?

С.БУНТМАН: Это шпалы…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Шпалы. Ну, да, да.

С.БУНТМАН: ...которые соединяют эти 2 принципиально разных (НЕРАЗБОРЧИВО).

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Бог с ними, бог с ними. Самое главное, ребята, никаких иллюзий.

С.БУНТМАН: Да. Я бы хотел ответить на вопрос. Здесь спрашивают: «Как так получается, что Путин – лидер «Единой России», не будучи ее членом?» Вы понимаете, вы себе представьте просто это. Он – лидер, понимаешь, «Единой России», да? Как он может быть членом этой партии? Ведь, Путин настолько больше этой партии. Как может войти?.. Помнишь, как Борис Ливанов говорил? «Как художественное целое может войти в художественную часть?», когда его позвали, да? Вот, как Путин может войти в какую-то партию, им же созданную, там, и всеми другими? Вот, не может этого быть, понимаешь? Так что не надо. У нас своеобразная действительность и неевклидова геометрия здесь только и работает. Не расстраивайся, Матвей Юрьевич.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, кто тебе сказал?

С.БУНТМАН: Не надо будет тебе голосовать ни за кого.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Знаешь как? Я считаю, что, как бы, для смеха радостного, как и для особой печали должен быть повод. А я сейчас просто спокоен, просто мы сидим в передаче, у нас очень большая аудитория. Мы как бы… Вот смотри, вот еще прислали очень интересное сообщение, которое требует комментария. Вот смотри, пишет специалист по персоналу Ольга С. какая-то. Смотри, слушай внимательно, какая логика. «Не так давно, женщине, матери 5-х детей отсрочили наказание за экономическое преступление. Я ничего не хочу против сказать, я видела по телевизору эту несчастную женщину. Слава богу, что она не попадет в тюремную камеру. Но, ведь, ей отсрочили наказание только потому, что у нее 5 детей. Если бы на ее месте была другая, у которой нет детей, ей не отсрочили наказание по экономическому преступлению, и Павел Алексеевич (Астахов, наверное, имеется в виду) не подал бы ей руки при входе и не заявил бы, что она должна получать по делам своим». Значит, послушайте, Ольга. Это, вот, знаете, это как стакан наполовину пуст, стакан наполовину полон. Конечно, вы правы, но согласитесь, что женщина без детей и женщина с 5-тью детьми – это 2 разные истории. У меня очень смешная была… Мне рассказал один мой приятель. Когда он женихался, то, знаешь, у них были такие, любовные разговоры с девушкой. Ну, они потом поженились и замечательно живут. Он спрашивает его: «А, вот, почему я попросил руку и сердце от тебя и ты согласилась?» Он сказал: «А, вот, скажи, а вот если бы у меня была бородавка на носу, то…»

С.БУНТМАН: Ну да. У нас второй раз сегодня бородавка.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, не важно, хорошо. Там не знаю, лысый бы был, да? Она сказала: «Да все равно ты мне нравишься». Он говорит: «А если бы у меня не было, — он вдруг так решил, радикально, — а если бы я был инвалидом и был в инвалидной коляске?» Она помолчала и говорит: «Вообще, ты мне очень нравишься. Конечно, у меня бы был выбор, но я думаю, что я бы тоже ответила тебе согласием». Он тогда говорит: «А если бы у меня еще не было руки?» Она тогда посмотрела на него и говорит: «Ну, знаешь, слушай, если бы у тебя не было руки, ноги и, там не знаю, ушей, волос и всего на свете, то, может быть, и не было бы языка, чтобы ты мне делал предложение». Понимаешь? Вот так я и тут хочу сказать.

С.БУНТМАН: «Мы бы не встретились», да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Так я и тут хочу сказать. Давайте мы с вами будем радоваться, что в данном случае с помощью Астахова, с помощью общественного мнения…

С.БУНТМАН: Нет, ее надо наказать как всех.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет!

С.БУНТМАН: Нет, ее надо…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет-нет-нет, она не это говорит, тут тоньше. Она интеллигентно спрашивает, она говорит, смотри: «Когда гуманность избирательна, она перестает быть гуманностью». Моя дорогая Ольга С., гуманность – она всегда избирательна. Гуманность проявляется за что-то, гуманность – это скидка, понимаете? Или наценка. Гуманность – это когда человек хорошо себя ведет в местах заключения или у человека много детей. И тогда государство говорит: «Я отступаю от своих правил и этому человеку даю возможность… Ну, даю какие-то преференции, в частности, выйти из тюрьмы». Поэтому когда говорится о Ходорковском и Лебедеве, что они должны выйти, то разговор идет не о проявлении к ним гуманности, а о проявлении законности. Это 2 разные вещи. Понимаете, в чем отличие? Люди просто говорят: «Требуем законного суда для Ходорковского и Лебедева». Не гуманности! Никогда в жизни, думаю, не напишут Ходорковский и Лебедев (хотя, бог с ними, напишите) прошение о помиловании, если это будет нужно. Потому что, ну, что вам при этом Путине сидеть до 2024 года? Ребята, ну зачем вам это нужно, в конце концов? Гуманность и законность – 2 разные категории.

С.БУНТМАН: Матвей Ганапольский, Сергей Бунтман. Очень коротко скажу, пока мы не примем 2-3 ваших звонка, очень коротко скажу на одну очень тяжелую тему. Здесь все спрашивают.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Боже.

С.БУНТМАН: Да, это тяжелая тема.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Что?

С.БУНТМАН: Это истребление собак, которое было. Я буду очень короток. Я не буду говорить, как – вон, можете порыться в интернете. И сегодня я услышал замечательный один термин. Есть такая порнография ужаса, когда, знаешь, снимают подробно и, как бы, возмущаются ужасами, которые происходят.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А, на самом деле, все показывают до последнего кадра.

С.БУНТМАН: Да-да-да. Ну вот я не буду впадать в порнографию ужаса и скажу только одно. Кто бы ни рассказывал нам, что нашли, о чем говорить, пожалели стаи этих диких животных, которые нападали там, «у меня ногу откусили, у меня откусили язык». К сожалению, нет, кстати, у многих не откусили языка. Ну так вот. Если есть такой город, такое вот общество в 2011 году, которое истребляет собак, да, бездомных, да, стаи, которые были, всеми этими способами и не пытается найти решения, то это общество обречено. Понимаешь? Ему не вырваться ни из ГИБДД, ни из коррупции, ни из проблемы человечества, Путин-Медведев, Медведев-Путин. Ему не вырваться из ничего. И если оно по этому поводу абсолютно равнодушно, то оно находится в полном дерьме, это общество. По сравнению с таким обществом неандертальцы – это, простите меня, светочи мысли и люди возрождения. Больше ничего про это не скажу. Потому что это все – это все, как бы тебе сказать… Мне кажется, что нет никакого выхода, если это так все прошло. Понимаешь? Вот, мне рассказывал – вот здесь не мне, а нам рассказывал Сережа Лойко здесь в эфире, в программе «Обложка», что произвело, там, шоковое впечатление, да? Возмущались тем-то, людскими страданиями и так далее, у России, там, права человека. Что из российских новостей? Это вот истребление цыплят. Народ был в шоке, читатели «Лос-Анджелес Таймс». Просто в шоке по своей дикой бессмысленности, вот этой даже не деревенской берегущей хоть что-то тупости, а, вот, тупые первобытные люди. И это гораздо более показательно, чем что угодно, от дорог до выборов. Все, хао, я все сказал.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Там не все просто с цыплятами. Вот, ты знаешь, кого наказали в результате?

С.БУНТМАН: Знаю.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Кого?

С.БУНТМАН: Начальника.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Правильно. А он виноват? Вот, я в «Хорьках» этим займусь. Значит, когда убивали цыплят, а я напомню, что их заливали водой… Их не бросили просто, чтобы они сдыхали от голода – их было тысячи. Их заливали водой и уничтожали. Ну, давайте скажем так. Водой заливали или в яму бросили и закопали – не имеет значения. Факт в том, что цыплят уничтожали маленьких. Но факт в том, что их уничтожали, потому что их нечем было кормить. Результат: уволили директора этой птицефабрики.

Вот я через 2 недели когда вернусь, я займусь этим вопросом. Я хочу узнать, почему на птицефабрике не было корма?

С.БУНТМАН: Вот, займись обязательно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: И мы еще посмотрим, кого, на самом деле, надо было уволить, понимаете?

С.БУНТМАН: Да. Но решение уничтожать живые существа, и я тебе скажу, не будучи, там, ни ханжой, ни кем угодно, ни школьной учительницей, которая говорит «за косичку дернул – завтра изнасиловал», я вам скажу, что это. Это один шаг. Даже не два – один шаг к истреблению детей, к наплевательству… Ведь, это истребление детей то, что у нас? И я не буду лить воду на твою мельницу, Матвей Юрьевич, в твоей антимедведевщине.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Антимедведевщине. (смеется)

С.БУНТМАН: Да-да-да. Целую кампанию тут устроил.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Самое главное, лепить политические…

С.БУНТМАН: Как ярлык – это по-нашему.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да-да-да, политические ярлыки.

С.БУНТМАН: Я хочу сказать. Что, вот, когда Медведев (мы вчера с Сашей Минкиным об этом говорили), когда Медведев говорил «Рожайте, девушки, мы вам подкинем денег и землицы, кому надо», это очень страшная вещь. Государство не берет на себя никакой ответственности – нет в обществе согласия насчет того, что должно быть с детьми. Понимаешь? Это на-пле-вать. Очень часто и на своих тоже. Вот, это, мне кажется, это та опухоль, та чума, проказа (называйте как хотите), которая сожрет нашу страну гораздо быстрее, чем жидомассонский заговор, марсиане, вашингтонский Обком или кровавый режим. Любое. Вот это сожрет. И уже сжирает, почти сожрало, извините. Что вы молчите, Матвей Юрьевич?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да нет, я просто думаю, что о России уже невозможно иронизировать. Знаешь, я с этим человеком говорил…

С.БУНТМАН: Да нет, невозможно иронизировать. Я уже, знаешь, от этого… У меня какое-то омерзение такое. Вот сейчас «Уезжайте, уезжайте!» там скажут, начнут все эти орать, все твои любимые портянки, понимаешь? Да нет. Вот это просто, это, ну, нечего сказать. Ну что тут сказать? Ну, что тут сказать, если так? Матвей, большая просьба была от всех. Вот этот документ, который читал про эти чудесные услуги, про, я не знаю как, про отмывание трофеев, как это называется. Это можно как-нибудь на сайте где-нибудь?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, давай посоветуемся.

С.БУНТМАН: Публикнуть.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Послушай меня. Ты понимаешь, что люди, хозяева этой фирмы, они не виноваты.

С.БУНТМАН: А ты фирму заклей.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Фирму заклеить?

С.БУНТМАН: Конечно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо, я дам ребятам.

С.БУНТМАН: Фирму заклей, как мы очень часто делаем. Официальные данные, фирмы, адреса мы заклеиваем.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Потому что мне бы не хотелось, чтобы… Понимаешь, люди сводят концы с концами. Зачем?

С.БУНТМАН: Нет, зачем подставлять там?..

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо, я дам нашим референтам…

С.БУНТМАН: Которые занимаются этим именно потому, что это возможно. Просто, понимаешь, мне кажется, что появление таких фирм – это показатель. Они, не знаю там, преступны, не преступны, моральны, не аморальны…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, они оказывают услуги.

С.БУНТМАН: Это такой показатель того, что возможно и какова тенденция. Это очень интересная штука, кстати говоря. Так что мне кажется, вполне возможно было бы, заклеив выходные данные, опубликовать, по сути.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, хорошо. Ради бога. Сделаю это – не большая проблема. Знаете, вот я сейчас читаю очень много ваших сообщений, которые приходят на наш эфирный пейджер. Во-первых, хочу сказать, что мало трэша, мало мусора. Хорошие, интересные сообщения. Но! Одно слово хочу сказать. Очень многие, ну, как бы, иронизируют и так далее. Знаете, я вот тут разговаривал с одним человеком – он журналист и он сейчас очень жестко пишет. Прямо, вот, такая жесть. И я ему говорю: «Ну, ты же раньше писал с таким юмором, как бы, отстраненно». Он так посмотрел на меня и говорит: «Шутки кончились». И вы знаете, действительно. В отношение России, ну, вот, мы уже с вами обсмеяли, мы иронизировали, уже мы долго с вами смеялись по поводу Грызлова, всех членов его партии удивительной, по поводу Путина, теперь Медведева.

С.БУНТМАН: Ой, сейчас могли бы на полчаса. Грызлов тут у нас, конечно, бенефис устроил. Какая там Анна Чапман? Отдыхает.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А что он такое сказал?

С.БУНТМАН: Ой, ну это уже, ты знаешь, сейчас, вот, без 3-х минут…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, не стоит, да.

С.БУНТМАН: Начинать новую тему…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Так вот, я вам хочу сказать, что, понимаете, нам надо как-то посерьезнее относиться к стране своей, как-то более ответственно. Надо понимать, что, видите, государство нас кинуло, оно объявляло, что оно – социальное государство, это записано у нас в Конституции РФ. Оно перестало быть. Оно, вот, как Америка, только позлее. Почему позлее? Потому что взаимоотношения как в Америке, то есть за все плати, а с другой стороны, никаких компенсаторных механизмов, гражданского общества нет, защитить никто никого не может. Поэтому, вот, знаете как? Вот, не до шуток.

Я, вот, когда Лимонова тут встречаю, вижу его каменную физиономию, такую, знаете, отчаянную решительность, то… Ну, мы шутим с ним по этому поводу, мы просто, как бы, подтруниваем, потому что у нас такие с ним взаимоотношения.

С.БУНТМАН: То есть еще не кончились шутки.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, шутим так. Но понимаете, я понимаю, что какие там шутки? Тут все дело заходит слишком далеко, это касается уже каждого, Причем, каждого, начиная с цыплят. Понимаете? Вот, каждого, начиная с цыплят. Как, вот, цыплята уходят на тот свет, если им нечего есть, и как люди уходят, если они больны онкологией. Понимаете? Вот, все вот это вот, удивительная страна и мне кажется, мы должны понимать свою ответственность, каждый. То есть это не значит, что мы должны обязательно бежать куда-то и что-то такое, вот, на все эти митинги и так далее. Но выйти на митинг и не отсидеться дома, а выйти на митинг и показать просто своим присутствием власти, что вы есть. Понимаете? Что вы существуете просто. Вот, вы, физическое лицо, вы существуете, у вас есть какие-то свои желания, мнения и так далее. И вы там не согласны с тем, что партия «Единая Россия», председатель которой товарищ Грызлов потряс меня очередным своим заявлением, он сказал, что ни одно решение партии «Единая Россия» за все ее годы никогда не было политически мотивировано. Вот, вдумайтесь – вы потом вспомните вот это «Никогда не было политически мотивировано». Я цитирую то, что он сказал. Может быть, слова переставил. Понимаете? То есть только человек, который, ну, неадекватен, понимаете, может сказать. Может, он воды попил этой лечебной.

С.БУНТМАН: А ты говоришь «шутки кончились».

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, ну они шутят, потому что…

С.БУНТМАН: Они не шутят, они всерьез говорят… Понимаешь, знаешь, как в ситкоме? Выводи только микшером смех, понимаешь, и все.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет. Что касается Владимира Владимировича, ни одной серьезной фразы – он стебается над всеми. Он после его знаменитой…

С.БУНТМАН: А. Я для себя решил ни одной шутки никогда в жизни его не повторять. Чтобы не распространять. Ни одной.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, он сейчас говорит серьезно, просто это все в шутку. Он говорит про будущие свершения России.

С.БУНТМАН: А, вот это? Да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. То есть, ну как? Он серьезно, он 4 часа разговаривает и все впустую.

С.БУНТМАН: Все. Матвей Юрьевич, все. Отдаем дань истории, а потом в 19 часов Алексей Венедиктов будет у нас с особым мнением. Все, всем спасибо.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Спасибо, до свидания.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире