'Вопросы к интервью
С.БУНТМАН: Ура! У нас сегодня Ганапольский в волшебном 3D. Раньше он был на плоском экране перед вами. Сейчас я включу трансляцию, и у нас все пойдет. Сначала, вот, вы смотрите, как выглядит фигура, сделанная, моя, да? Трехмерная, да. А, вот, смотрите, какой эффект, Кэмерон отдыхает.



М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да.

С.БУНТМАН: Внимательно

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Аватар в прямом эфире.

С.БУНТМАН: Ну, посмотрите. Совершенно как живой Ганапольский.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: На нашей планете Пандора происходят разные чудеса.

С.БУНТМАН: Да. Пандора сегодня открылась, сыграла в ящик, да? (смеется) И рассказывай, как сегодня было? Наконец-то. Все, есть трансляция. +7 985 970-45-45 – это смски, 363-36-59 – телефон будет широко, глубоко открыт.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Значит, я скажу коротко. Знаешь, много я видел чудовищ. Много есть людей, поступкам которых я удивляюсь. Но то, что я увидел сегодня, конечно, я увидел в первый раз.

С.БУНТМАН: Ну, ты хочешь обидеть убежденных людей? Ну давай, рассказывай.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я ограничен, так сказать. Потому что суд идет. Ну, вернее, сегодня были только ходатайства и так далее. Я напомню, это по поводу моей фразы, которую я сказал в программе, что «кровавый людоед подписал указ о возможности расстрела детей с 12-летнего возраста». Радиостанция, естественно, потому что мы не говорим «фуфло», радиостанция раздобыла документы. И эти документы не держала в трусах, а повесила их на сайт, да? Чтобы смотрели. Ну, вот, казалось, вы увидели, да? Значит, как я сегодня сказал вот этим господам адвокатам, одному из них, я сказал: «Вы в церковь ходите?» Он сказал: «Зачем?» Я сказал: «Идите, молитесь». Сережа! В зале сидят 2 товарища, самого Джугашвили, внука нет.

С.БУНТМАН: Он не ходит.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не ходит он. Сидят 2 адвоката. Адвоката!

С.БУНТМАН: Ну, они не адвокаты.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Слушай! Да ладно!..

С.БУНТМАН: Не адвокаты.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Еще раз. Сидят адвокаты и на черное говорят «белое». Причем, это же простой процесс, документальный. Они же подали иск по поводу того, что я сказал, что он подписал указ. Мы показали документы, что он подписал указ.

С.БУНТМАН: Ну, не указ. Кстати говоря, слово «указ» они не опровергают.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Мне все равно, чего они опровергают! Послушай меня! Все открыто. Все можно увидеть. Все опубликовано. Президент Медведев сказал, уже политическую оценку сделал. Путин поехал в Катынь и, даже не называя фамилии Сталина, потому что, по всей видимости, логично презирает это чудовище.

С.БУНТМАН: Он назвал потом.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, назвал потом.

С.БУНТМАН: Назвал потом.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Осудил этот режим. Стоят 2 человека и говорят: «Этого не было». Причем, я тебе скажу уровень аргументов. Знаешь, вот, тошноту просто вызывает. Вот, действительно, ребята, может быть, вам пойти помолиться? Знаешь, какие аргументы?

С.БУНТМАН: Ну?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, аргументы обычные. Значит, документы фальшивые. Это из Госархива то, что мы представляем.

С.БУНТМАН: Ну да, мало ли что. За деньги все можно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это фальшивые документы, Госархив – это фальшивые, да? Хохма была невероятная. Они сказали, что «Мемориал» — это западная организация, презрительно сказали о «Мемориале» и так далее. Венедиктов принес регистрацию «Мемориала» как российской общественной организации. Слышишь? Более того! «Мемориал» просто предоставил данные, которые были сделаны межведомственной комиссией с участием и генералов ФСБ, и так далее, и так далее. Я не буду все расшифровывать – так сказать, все на сайте есть. Они говорят: «Это фальшивка». То есть генералы ФСБ – фальшивка, межведомственная комиссия – фальшивка.

С.БУНТМАН: Шанцев – фальшивка.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Пойми: то, что они проиграют и то, что это и нечеловеческая позиция… То есть, знаешь, что самое главное? Вот, послушай меня. Я понимаю, что можно защищать убийцу, у которого есть оправдание. Ну, какое-то, понимаешь? Вот, говорят «Нельзя простить, но можно понять».

С.БУНТМАН: Это какого же убийцу можно защищать?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Какого-нибудь – мне все равно. Который руководствуется какими-то идейными соображениями. Но Пола Пота и Иенга Самрино очень трудно понять.

С.БУНТМАН: Иенг Сари, да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, да. Не имеет значения. Я не понимаю, что защищают эти люди? Я не понимаю, тем более, что они уже прочитали на нашем сайте те самые документы, которые подтверждают: да, Сталин лично не расстреливал, никаких детей, никого не рассматривал.

С.БУНТМАН: Да они будут рассматривать, они также могут рассматривать как и мы. Даже не на сайте.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да мне плевать на это! Я тебе говорю, что они видели, безусловно, эти документы. Они идут к процессу. Но им не нужно удостовериться в том, подписывал…

С.БУНТМАН: А чего им нужно?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Пиар! Сережа! Пиар! Дешевый вонючий пиар себя. Ну, себя! Вот, просто. Мы вошли в процесс, мы защищаемся, мы выиграем или проиграем. Ты помнишь, как это, украли чайные ложки – не украли, но осадок остался. Как эта фраза правильно говорится? Понимаешь, в чем дело? Ни уму, ни сердцу. Сидят 2 человека, которые говорят, что ничего не было, что радиостанция «Эхо Москвы» и «Мемориал», и все те, кому жаль, кто признает вот этих несчастных людей погибших, кто вспомнил о них, кто просто говорит, что… Ну, память же об этих людях, она же должна, кто-то должен сказать, что они были несчастные жертвы. И перед нами стоят 2 человека, которые говорят «Не было, сталинофобское» и так далее. Я такого не видел в жизни. Вот почему я сказал «Иди и молись». Замаливай грехи!

С.БУНТМАН: Скажи мне. Слушай, скажи мне. Мы подали на эксгумацию. Зачем нам это надо? Что мы, это самое, если он не внук Сталина, мы все, до свидания, не от того приняли?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Как? Нет! Если даже он не внук Сталина… А как? Ну, просто мы хотим понимать, с кем мы судимся. Кроме того, я хочу тебе сказать, что я горячо поддержал идею Алексея и вот почему, я объяснил это судье. Ты знаешь, что такое интернет. Значит, мы не понимаем, это все серьезно или?.. То есть я понимаю, что судья очень серьезен. Мы ходим, ищем документы. Но сидят люди, которые, ну, вот, к сожалению, не могут достоверно доказать суду и нам, что это, действительно, внук Сталина. Ну, все уже знают, что там Аллилуева кое-что говорила и так далее, понятно.

С.БУНТМАН: Там проблема, да. Ну, хорошо, да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Еще раз, мы в это не лезем. Но! Послушай! Ты можешь себе представить, что будет судебное заседание, после чего в интернете появится «ха-ха-ха», не знаю, такой заголовок, например: «Два шутника развели российский суд и развели радиостанцию «Эхо Москвы». А в газетах будет написано: «Величайшая судебная афера XXI века». Понимаешь? Ну, извини меня, мы слишком серьезно к этому относимся. Поэтому вполне логично, да ради бога. Ну, конечно, я понимаю, как-то это сложно, как это Сталина великого оттуда выковыривать и так далее.

С.БУНТМАН: А вот здесь полно живых родственников, живых доказанных родственников. Почему нужно обязательно Сталина выкапывать?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нам все равно. Мы предложили как вариант. Мы не ходим, не ищем родственников. Позиция простая: мы знаем, что иск подал внук, мы знаем, что говорят об этом внуке, мы к этому внуку с самым большим уважением. Не проблема – внук защищает честь деда. Но! Надо понять, что это дед его, а он – внук деда. Я не буду сейчас пояснять нюансы, которые не убеждают. Но просто, ну, хотелось бы, вот так, все-таки, понять, что это за человек. Понимаешь?

С.БУНТМАН: А, вот, Саша пишет: «Матвей, давайте мы помолимся за этих дураков. Их жалко». Тебе их жалко?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, мне их не жалко. Хватит! Хватит «жалко»! Хватит «жалко»! Когда вагонами возили, целые нации вывозили, кого жалеть? Время жалости закончилось. Все! Никакой жалости не будет. Будет процесс, будут представлены доказательства. Некого жалеть! Людей, которым не жалко невинно уничтоженных, жалости к ним никакой нет. Все! Слово «толерантность» к людоедам не подходит. Съели Кука, понимаешь?

С.БУНТМАН: Матвей Ганапольский, вы можете задавать вопросы +7 985 970-45-45. И телефон у нас работает. Пожалуйста, звоните, ради бога: 363-36-59. Если вы звоните не из Москвы, а из другого города, даже из другой страны, пожалуйста, набирайте все соответствующие коды перед номером. 363-36-59, мы продолжаем «Перехват».

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Пока, извини, пока они набирают там чего-то.

С.БУНТМАН: Да уже набрали.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, хорошо. Одну важную вещь тебе скажу.

С.БУНТМАН: Ну, скажи.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот этот неизвестный Джугашвили, который не является на суд, тем не менее подал иск якобы и так далее, и так далее. Я хочу тебе сказать, что, насколько я презираю этих двух адвокатов… Видишь, я намеренно не называю их фамилии, потому что это мое мнение, да? Я просто имею право об этом сказать. Потому что защищать неправедное, отстаивать убийцу – это невозможно. Нельзя жить в стране и делать вид, что ничего этого не было. Это только они могут. Их интересы… Пусть они там занимаются своим, ради чего они это делают.

Я хочу сказать другое. Тем не менее, я невероятно признателен вот этому человеку, похожему на внука Сталина. Знаешь, за что?

С.БУНТМАН: За что?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Если бы он не подал этот иск, мы никогда бы не затребовали тех документов, секретных, которые мы затребовали. И эти чудовищные подписи товарища Сталина, главного учителя или как там называли его, да? Вот это вот чудовище. Понимаешь? Вот это вот не было ничего известно. И если вначале (я-то знал об этом), если вначале просто я сказал в передаче, что Сталин это подписывал, то теперь документы на сайте висят, где видно, как он подписывал, его 2 подписи и его коррективы. И то, что он говорил Ромену Ролану. Все теперь известно, понимаешь?

С.БУНТМАН: И то, как сегодня… Ты знаешь, слушатели сегодня на сайте увидели, посетители сайта, говорят: «Да чего вы мучаетесь? Там написано было в комментариях. В записке Вышинского (знаешь, которую он подает, в записке для Политбюро) разъяснение судам и трибуналам». Ты видел, да?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну видел, да.

С.БУНТМАН: Прокурорам. Но там смотри: «Согласно Вашему (с большой буквы) указанию». А направлено оно секретарю Сталина…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет! Нет, не подходит! Послушай меня. Вот этим пользуются адвокаты. Это сказал Вышинский «А где указание?» Мы нашли главные документы, документы с подписью людоеда, где он санкционирует – он сам не убивал, но он не возражает, подписывает и разъясняет. Все висит на сайте. Нечего говорить!

С.БУНТМАН: Телефон 363-36-59. Алло, добрый вечер. Надень наушники – там лучше будет слышно.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер.

С.БУНТМАН: Здравствуйте. Как вас зовут? Откуда звоните?

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Сергей, Ленинградская область.

С.БУНТМАН: Да. Вопрос Ганапольскому?

СЛУШАТЕЛЬ: Я в продолжение этой темы о Сталине, о преступлениях, вот хотел предложить, наверное, спросить – я смску в свое время отправлял с таким предложением после гибели президента Польши, и с нежеланием нашей прокуратуры рассекречивать дело Катынское. Может быть, есть смысл организовать, если это имеет какую-то юридическую силу, какой-то сбор подписей, может быть, на «Эхе»?

С.БУНТМАН: Про что?

СЛУШАТЕЛЬ: С просьбой рассекретить, скажем, Катынское дело, предоставить все материалы.

С.БУНТМАН: Понятно. Спасибо. Всего 119 томов засекречены. Как совершенно справедливо сказал глава архивного агентства, 95% важнейших документов. Там, ты знаешь, Матвей, там точно также. Такая же цидулька, подлинность которой доказана, которая санкционирует это уничтожение, этот расстрел. А в 119 томах – там нюансы, кто, что, где зачем, как это происходило. Санкционирующая расстрел бумага есть точно также.

Давайте ближе к делу, братцы. Алло, добрый вечер. Алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Доброй ночи.

С.БУНТМАН: Да. Здравствуйте, как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Николай меня зовут.

С.БУНТМАН: Откуда вы нам звоните?

СЛУШАТЕЛЬ: Из Москвы.

С.БУНТМАН: Давайте вопрос Ганапольскому.

СЛУШАТЕЛЬ: Вы знаете, ну, тема очень интересная – я сам русский немец. Несколько назад вернулся отец в Россию для того, чтобы снова уехать в последствии. У меня в 1937 году застрелили деда, просто за то, что у него нашли Библию на немецком языке. Самое смешное в том, что я написал, через «Мемориал» это нашел, прислали приговора копию. Вы знаете, самое смешное, что фамилии тех людей, которые его расстреливали, так называемая «тройка», были заштрихованы. Я не исключаю возможность того, что кто-то из них жив. Поэтому возникает желание поддержание темы, да? Второе, ну, простите, так случилось, я боялся сказать, что я немец, иронией судеб. Потому что немцев и чеченов Сталин выслал.

С.БУНТМАН: Да. И ингушей.

СЛУШАТЕЛЬ: Поэтому мое отношение к этой персоне крайне негативное. Мне кажется, что он находится в аду. Я человек верующий. А по поводу тех криков, которые раздаются в нашей стране, в России я имею в виду на предмет того, что он великий. Если я в Германии пройду и скажу «Хайль, Гитлер», меня посадят и будут правы. Потому что это был монстр. Сталин ничем не отличается от него, поэтому мое глубокое убеждение, что наша страна до тех пор не встанет с колен и будет Византией, простите за бестактность, пока здесь чтят одного и на Красной площади лежит другой.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот, послушайте. Послушайте меня, вот что я вам хочу сказать. У нас же страна патерналистская, да? И все предыдущие 10 лет власть в лице господина Путина охраняла сталинский дух в стране, как будто Путин был братом Сталина. Вот, как будто не вот этот таинственный Евгений Джугашвили был его братом, а, как бы, Путин Владимир Владимирович. То есть мне все равно, зачем это Путин делал. Я написал 500 комментариев, что я не понимаю, почему президент РФ (он тогда был президентом), зачем он волочит на себе и, соответственно, как президент на всем российском народе вот эту сталинскую кровь? Почему он не сбросит ее с себя? Но сейчас я вам хочу сказать, будем объективны. То есть можно сказать «Да, он не так извинился, он не то сказал». Вы знаете те слова, которые сказал Путин в Катыни? Вы знаете те слова, которые сказал Медведев в каком-то городе он был, тоже он сказал про это дело – не слежу за этим, что цари говорят. Хочу вам сказать другое. Это важнейшая история, когда лидеры, пусть по личному желанию, пусть под нажимом, не знаю, чего. Может, нам что-то Америка не продает, может быть, поправку Джексона-Вэника, я имею в виду Алексея Венедиктова, нам скостят или что. Мне все равно, почему это сделали. Но то, что если бы не погиб Качиньский, произошла бы историческая вещь… Я думаю, что она произойдет с новым президентом, и это будет сделано. Так что это очевидно, и я хочу вам сказать, что теперь вы не одиноки. Потому что в Византии, о которой вы сказали, вот, в этой жуткой патерналистской стране, где из-за того, что, ну, так тяжело живется, ну, так бесправно, так сословно, вот то, о чем сегодня говорил Сергей Пархоменко. И вдруг власть поворачивается к осуждению сталинизма! Заметьте, не персоны Сталина, а сталинизма – они о Сталине даже не говорили. Сталинизм как фактор уничтожения собственного народа. Это дорогого стоит.

С.БУНТМАН: Матвей Ганапольский. Одно здесь: «Не трогайте адвокатов, они делают свое дело». Значит, так. Я поправляю. Ты заткни уши, Матвей, ты правильно выступаешь. Это не адвокаты, а это представители истца, которые этот иск инициировали, как и многое другое. Это Мухин и Жура, вы их слышали у нас на радиостанции, Жура это все комментировал. Это представители истца. Это не те адвокаты, которые по профессии защищают некоего осужденного или кого-нибудь. Это представители. Это публицисты и так далее, чем они и занимаются на процессе. Я там пока не был, я могу сказать (я ничем не связан). Давайте мы сейчас прервемся, а потом продолжим нашу программу «Перехват».

НОВОСТИ

С.БУНТМАН: Матвей Ганапольский, сегодняшние слушания в Пресненском суде. 17 мая будет заседание уже по существу. Матвей Ганапольский на нем будет. Да?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, обязательно. А как это? Это святое дело для меня.

С.БУНТМАН: Матвей Ганапольский на нем будет. Матвея Ганапольского, к счастью, суд, кстати суд по своей инициативе, посчитал Ганапольского соответчиком по этому делу.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Кстати, да. Это для меня загадка. Я не знаю, почему. Но раз суд так решил. Я просто суду благодарен.

С.БУНТМАН: «Только время покажет, какой след в истории оставил Сталин и компания», — Владимир говорит.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот! Хочу ответить Владимиру. Значит, послушайте меня, Владимир. У вас, Владимир, родственников расстреливали? Владимир? Вам там иголки загоняли? Что вы такое несете? Только история? Да, имя Герострата все помнят. Толку-то в этом? Может быть, у Сталина был план как Герострата остаться в истории? Помнят 2 категории людей – помнят строителей и помнят величайших преступников.

С.БУНТМАН: А он построил ДнепроГЭС, он построил, там, еще чего-то, выиграл войну, Сталин, провел индустриализацию.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Значит, товарищи…

С.БУНТМАН: Принял с сохой, оставил с атомной бомбой.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Все, хватит! Серега, хватит, шутки кончились!

С.БУНТМАН: А я не шучу.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Значит, всем, которые пишут вот это дерьмо, я хочу сказать: «Ребята, нам с вами не по дороге, мы с вами враги». Потому что вы помните о стройках, а я помню об убитых. Вот такая между нами разница. Понимаете? Вам до задницы эти стройки, понимаете? Вы пишете о ДнепроГЭСе, который находится в другой стране. Вам наплевать на этот ДнепроГЭС. А мне не наплевать на убитых, понимаете?

С.БУНТМАН: Телефон 363-36-59. Пожалуйста, звоните. Алло, добрый вечер. Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте.

С.БУНТМАН: Здравствуйте. Радио только прикрутите как-нибудь и, пожалуйста, ваш вопрос, как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Зовут… А я в эфире или нет?

С.БУНТМАН: Ну, естественно, да, уже.

СЛУШАТЕЛЬ: Зовут меня Владимир Иосифович, я из Ленинграда, из Петербурга.

С.БУНТМАН: Так?

СЛУШАТЕЛЬ: И я хочу вас спросить, вот, Матвея, в частности. А стариков-то вы уважаете, которые воевали?

С.БУНТМАН: А они что, воевали за Сталина что ли?

СЛУШАТЕЛЬ: Я спрашиваю, вы их?..

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, я уважаю стариков. И что?

СЛУШАТЕЛЬ: А если вы их уважаете, то спросите их, как они, те, кто воевали, относятся к Сталину.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, спрашивали. И что?

СЛУШАТЕЛЬ: И?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: И?

С.БУНТМАН: По-разному.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Плохо они к нему относятся. И вранье это, что кричали «За Сталина!» Вранье это, придуманное после войны. Вы чего, мне хотите сказать, что они за Сталина что ли победу добыли? Все прекрасно знали.

СЛУШАТЕЛЬ: Вместе с ним. Не «за», а вместе с ним. Вместе с ним они эту победу добыли.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, хорошо. И что?

СЛУШАТЕЛЬ: И если вы их уважаете, то надо как-то к ним прислушиваться.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я не буду к ним прислушиваться, мне абсолютно все равно. Понятно на них лежит! На них в том числе. Если исключить войну, то именно на этих людях, на их покорности, понимаете? На их равнодушии, на их испуге лежит вина за миллионы убитых. Вы что, хотите, чтобы это было прощено кому-то? За что я их должен уважать? Я их уважаю за победу. Но за покорность людоеду я их презираю.

С.БУНТМАН: Уважаете ли людей, которые воевали? Что вы связали со Сталиным, который волею судьбы оказался во главе государства? Который, мало того, что загнал в угол Советский Союз, он спровоцировал эту войну?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я хочу… Вот, ребята, вы не понимаете, что я с вами закончил играть. Вы сейчас действуете ровно так, как вот эти адвокаты так называемые, которые сидят на этом процессе. Я вам про убитых, уничтоженных, стертых в лагерную пыль, а вы мне о великих стройках и о том, что дедушек о чем-то надо спрашивать. Это вы ходите, спрашивайте дедушек. А я вас хочу спросить: а кто спросит про этих убитых? Вам на них начихать? Мне – нет.

С.БУНТМАН: Знаете, был такой дяденька, маршал Петен. Великий герой Первой мировой войны. Но за его преступления во время Второй мировой войны он был сослан навсегда на остров. И, причем, сослан очень пожилым, 90-летним стариком. И он за это расплатился. Сталин не расплатился ни за что.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ты понимаешь, вот это меня потрясает!

С.БУНТМАН: Это ветераны…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Молодые люди, не старые, которых не было на войне, которые, вот, сидят дома, жрут котлету. И им абсолютно наплевать на миллионы убитых! Как такое может быть? И они, когда мы об этом говорим, они говорят «А великие стройки? А победа в войне?» Ну, это не просто идиотизм, ребята. Вы просто, не знаю, значит, это уже клиника, понимаете? Всеобщая российская клиника.

С.БУНТМАН: Я вам скажу сейчас.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я еще раз задаю конкретный вопрос. Вам не жалко убитых? Чего вы мне ДнепроГЭСом тычите?!

С.БУНТМАН: А, вот! «Сукин сын, Дольф. А если у меня родственник расстреливал, чего же мне стесняться? Конечно, тебе, скотине, нечего стесняться, если ты такая же скотина, как твой родственник». Я давно к нему приглядываюсь. Он, наконец-то, убрал одну звездочку и подписался. Собака. (смеется) Наконец-то подписался.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, ребята, еще раз, я просто хочу, чтобы вы поняли, о чем сейчас идет разговор. Значит, Россия идет на перепутье. Вот, казалось бы, все равно: вы там хиханьки-хаханьки, про ДнепроГЭС, про жидов, про черножопых и так далее, вот эта вот вся ваша портянка, которой вы живете. Я хочу вам сказать, что Россия – замечательная страна. И ублюдки никогда ее не смогут утопить, понимаете? И ни в коем случае думать, что ты будешь двигаться вперед и будешь как-то по-новому жить, и будут какие-то дома высокие, и будет какая-то работа и зарплата, и ты будешь ездить на хорошей машине, и как-то не будет ничего взрываться в этой стране… И одновременно любить убийцу собственного народа? Вот, понимаете, вы должны понять, что вы сдохнете. Но когда вы подыхаете, вы тащите за собой Россию. Вот, нормальные люди вам это сделать не позволят. Вы сдохнете вместе с этим прахом. Да, к сожалению, имя Сталина будут помнить, как и имя Гитлера, и так далее. Да, история чего-то там, она расставит какие-то точки, понимаете? Но я расставляю точку для себя. И откровенно вам в ваши рожи это тем, кто лижет вот эти кости сталинские, понимаете, я вам откровенно в ваши рожи говорю, что вы подонки. По одной простой причине! Вы лично мне ничего плохого не сделали. Но вы не люди, потому что миллионы погибших – это для вас ничего, как и для Сталина. Поэтому Сталин живет в вас, внутри, понимаете? Вот почему вы такие же чудовища, как и он.

С.БУНТМАН: Матвей, мне очень обидно за ветеранов, потому что у нас, понимаешь, это как есть советский, или русский, значит, сталинист, значит, великодержавник и так далее. Точно также и ветеранов делать: если ветеран, значит, сталинист. Ты представляешь? Человек видит человека с орденами, даже из тех немногих, кто, слава богу, сейчас дожил.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А почему? Кто сказал, что ветеран – это сталинист?

С.БУНТМАН: Смотри. Это они вот эти люди, которые делают. Вы жалеете ветеранов, дайте им спокойно почитать своего Сталина. Да кто вам к чертовой бабушке сказал, что все они обожают Сталина? Смотри, Аня пишет: «Моя бабушка участница войны ненавидит Сталина». Понимаешь?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да нет, ветераны – пусть кто-то его любит, пусть не любит. Меня поражают не ветераны, меня поражают защитники! Вот эти вот чмо, которые вот это говорят.

С.БУНТМАН: Я говорю о клевете на ветеранов. Они боятся начинать. Подходят к человеку и чтобы польстить пожилому человеку в орденах, ветерану, польстить, они говорят: «Вот! А как при Сталине было». Да если бы он силы имел, большинство их плюнуло бы в лицо такому льстецу, потому что они пережили гораздо больше, то, чего мы себе представить не можем.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вы чего, не знаете, что он делал с ветеранами, которые вернулись с войны? Не знаете, как одноногих и калеченных отправляли в лагеря? Вы не люди, понимаете?

С.БУНТМАН: У нас скоро передача об этом будет, кстати говоря.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: О чем? О том, что они не люди? Они это знают.

С.БУНТМАН: Нет, нет. передача будет о конкретной судьбе инвалидов послевоенных и что с ними было. Обязательно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: У нас большая, Сережа, проблема со страной. Только не с терроризмом и не с народным хозяйством. И даже не с федеративностью государства. У нас с народом проблема, понимаешь?

С.БУНТМАН: У нас проблема вот с этим дерьмом, которое сидит в голове. Так вот, здесь нам пишут, Ануш из Коканды: «Поддерживаю. Пишите, судитесь. Хватит танцев на костях наших отцов, матерей, дедов».

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Так, ребята, я ж предлагаю вам не быть созерцателями, понимаете? Вот у нас интернет, который я продолжаю называть пятой властью. И считаю, что пятая власть. И интернет сейчас решает больше, чем Путин с Медведевым. Ну, про Путина-то мне не жалко, а, вот, Медведева жалко. Но думаю, что он, как бы, делает сейчас такие шаги, которые для меня симпатичны, как бы его там мои коллеги-либералы ни критиковали. Вопрос не в этом. Я хочу сказать, чего сделает один Ганапольский? Ничего. Что один Бунтман, один Венедиктов? Даже когда мы втопчем в жуткое поражение с выплатой всех судебных издержек вот этих так называемых адвокатов и так далее, вот это вот дело, все равно…

С.БУНТМАН: Значит так. Отвечаю про адвокатов. Это защищать от чего? Они – истцы, они подали на нас в суд. Вот так вот.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Значит, я хочу сказать. Не хотите жить в этом дерьме сталинском, в этих кровавых ошметках, которые тащат с собой вот эти ничтожества, размышляя о ДнепроГЭСе и попирая своих отцов, матерей, друзей, которых уничтожили. Помогите. У вас интернет в руках, вас миллионы! Огромная страна. Чего вы отдаете ее сталинистам?

С.БУНТМАН: Вот, смотри, какие свернутые мозги. Николай: «Вы не любите Сталина, значит, вы не любите Россию. Ту Россию, которая воевала».

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хватит, Сережа! Это в сортир, он из сортира это пишет и в сортире всю жизнь будет сидеть, если, конечно, не шутит. Все! Шутки кончились. Называем вещи своими именами. Все.

С.БУНТМАН: Понятно. Шутки кончились, еще 5 минут.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А, еще 5 минут у нас?

С.БУНТМАН: Да конечно. Чего ты сбегаешь?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Давай звонки.

С.БУНТМАН: Чего ты сбегаешь так быстро? Нечего! У нас еще время есть. Пожалуйста, звонок. Алло, добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте.

С.БУНТМАН: Здравствуйте, как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Это радиостанция «Эхо», да?

С.БУНТМАН: Да. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Виктор. Вот я сейчас слушаю вашу радиостанцию, и, вот, скандал тут немножко был. Ваш товарищ Ганапольский…

С.БУНТМАН: Вы сейчас обращаетесь прямо к нему. Хватит здесь ерундой заниматься и иезуитствовать. Вы прекрасно знаете, что вы в эфире. Вот так! Прекрасно знаете, что вы в эфире, из которого вы сейчас выйдите. Я знаю этого…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну да. Он длинный подъезд, а потом начинается. Поехали дальше! Чего ты?..

С.БУНТМАН: Тебе надо это? Тебя это прикалывает? Меня да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Что именно?

С.БУНТМАН: Меня больше нет. Меня больше все эти скоты абсолютно… Даже, понимаешь, не оставляют никакой возможности спокойно к этому относиться. 2010-й год! Облизывание этой дряни.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Сережа! Не они определяют, какая жизнь, а мы. Я имею в виду, в том, что мы говорим правду. Понимаешь, в чем дело? Они врут и стебаются, а мы говорим правду – вот наше отличие. Они сидят дома и крутят пальцем номеронабиратель, чтобы чего-то тут сказать. А мы говорим, публикуем документы, находим их и стараемся уничтожить это кровавое дерьмо. Давай еще звонок, пусть гадости говорят – сегодня такой праздничный день у меня.

С.БУНТМАН: Чудесный. Алло, добрый вечер. Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, добрый вечер.

С.БУНТМАН: Добрый вечер, как вас зовут, откуда звоните нам?

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер, это Питер, Дмитрий.

С.БУНТМАН: Да, Дмитрий.

СЛУШАТЕЛЬ: Господа, я целиком вас поддерживаю. Я просто хочу напомнить всем людям, которые защищают Сталина. Вот, они говорят про ДнепроГЭС. Им надо сказать, и, вот, в эфире, что вы знаете, господа, что всех, кто строил ДнепроГЭС, Магнитку, всех товарищ Сталин расстрелял к чертовой матери. Повторяйте им это почаще. И все ветераны, которые, действительно, воевали на передовой, кто выжил, кто дошел до Берлина – почитайте «Новую газету», там все это публикуется. Они кричали не «За родину, за Сталина!», а такую-то мать кричали. А все, кто остался в живых и защищают Сталина, это подлецы, проходимцы, ребята из НКВД, которые отсиживались в тылу, которые расстреливали честных людей, нормальных. Вот и все.

С.БУНТМАН: Спасибо. Все. Мы завершаем нашу эпопею. Эпопея продолжается 17 числа.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Одно слово. Главное… Это я обращаюсь к вот этим подонкам всем. Ребята! Сколько бы вы ни примазывали Сталина к великой победе, не удастся. Потому что победу в Великой Отечественной войне завоевал советский народ, многонациональный советский народ. И если бы усатого палача не было, то, может быть, и Второй фронт быстрее открылся бы, и, может быть, эшелоны с зерном и с металлом туда не ходили, и не было бы Мюнхена, и не было потом расстрелов военнопленных наших, которые по ошибке отдавал Запад и они шли прямо в лагеря. Не примазывайте усатого палача к великой победе, к 65-летию, к великому празднику.

С.БУНТМАН: Подписываюсь. Матвей Ганапольский, Сергей Бунтман, программа «Перехват». Сейчас «Радиодетали», а в следующем часе – «Футбольный клуб».


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире